Жанр: Любовные романы
История одного вампира
...еменем растворится и превратится в человеческую. Может быть, я не умру.
Может, во мне умрет вампир, и я смогу вернуться в свой дом, к своим
родителям, сестре и друзьям.
Шансов у меня почти не было — мистер Джутинг говорил, что вампир не
может снова стать человеком, и я ему верил, — но все же это было
единственное, ради чего я теперь жил.
ГЛАВА 5
Шло время. Мы переезжали из одного городка в другой. Отношения у нас с
мистером Джутингом были не самые лучшие. Каким бы хорошим он ни был, я не
мог простить ему того, что именно он влил в меня кровь вампира, и именно из-
за него мне пришлось уйти из дома.
Я ненавидел его. Иногда днем, когда он спал, я мечтал воткнуть кол ему в
сердце и жить один. Возможностей у меня было предостаточно, однако я
прекрасно знал, что не выживу без него. Сейчас Лартен Джутинг мне был нужен.
Но придет время, когда я смогу сам о себе позаботиться...
Я ухаживал за мадам Октой. В мои обязанности входило кормить ее, заниматься
с ней и чистить клетку. Мне это было не очень-то по душе — паучиху я
ненавидел не меньше, чем самого вампира, — но мистер Джутинг сказал,
что раз уж я украл ее, то теперь должен сам о ней заботиться.
Иногда я учил ее разным трюкам, но, честно говоря, мадам Окта больше не
интересовала меня. Она мне надоела, и со временем я стал играть с ней все
реже и реже.
Есть в бродячем образе жизни и кое-что хорошее — я побывал в таких
местах, где раньше никогда не был, и увидел кучу всего интересного. Мне
нравилось путешествовать. Но, так как мы путешествовали по ночам, многое я
все же не мог рассмотреть, как следует!
Как- то раз, когда мне смертельно надоело сидеть в четырех стенах, я оставил
мистеру Джутингу, который еще спал, записку на телевизоре -вдруг он
проснется, а я еще не вернусь — и вышел из номера. У меня почти не
было денег, и я понятия не имел, куда направиться. Впрочем, это было не
важно. Я радовался уже тому, что наконец-то вышел погулять из ненавистного
отеля.
Город, в котором мы остановились, оказался большим, но не очень шумным. Я
прошелся по магазинам игрушек, поиграл в бесплатные компьютерные игры.
Раньше у меня не особо получалось в таких играх, а теперь, с моими новыми
способностями, я играл как профессионал.
Несколько раз мне удалось прийти первым в гонках, я победил всех противников
в самых сложных драках и укокошил всех инопланетян в разных стрелялках.
Потом я пустился бродить по городу. Здесь было много фонтанов, памятников,
парков и музеев, и я с интересом все разглядывал. Но, оказавшись рядом с каким-
нибудь музеем, я сразу же вспоминал маму — она обожала водить меня в
музеи — и страшно огорчался. Когда я вспоминал маму, папу или Энни,
мне всегда становилось грустно и одиноко.
В одном из дворов я заметил мальчишек, игравших в хоккей. В каждой команде
было по восемь человек. Большинство держали в руках клюшки из пластмассы,
хотя кое у кого были и деревянные. Вместо шайбы они гоняли старый теннисный
мячик.
Я остановился посмотреть на игру, и через пару минут ко мне подошел какой-то
мальчик.
- Ты где живешь? — спросил он.
- За городом, — ответил я. — Остановился в отеле вместе с
отцом.
Я терпеть не мог называть мистера Джутинга отцом, но так было безопасней.
- Он живет за городом! — крикнул мальчик своим друзьям, которые
тоже бросили играть.
- Он что, из семейки Аддамсов? — закричал в ответ кто-то из них,
и все расхохотались.
- Вы чего это? — обиженно спросил я.
- Ты в зеркало на себя давно смотрел? — полюбопытствовал тот, что
подошел ко мне.
Я взглянул на свой грязный костюм и сразу же понял, почему они смеются: я
был похож на мальчишек из
Оливера Твиста
.
- Я потерял сумку с вещами, — соврал я. — Вот все, что у
меня осталось. Скоро куплю себе новую одежду.
- Надеюсь, — улыбнулся мальчик и спросил, умею ли я играть в
хоккей.
Я сказал, что умею, и он позвал меня поиграть с ними.
- Будешь играть в моей команде, — заявил он, вручив мне клюшку.
— Мы проигрываем шесть — два. Меня зовут Майкл.
- А меня — Даррен, — сказал я, взмахнув клюшкой на пробу.
Потом я закатал штанины и проверил, не развяжутся ли у меня шнурки. В это
время нам забили еще один гол. Майкл громко выругался и понес мяч к центру
площадки.
- Хочешь ввести его в игру? — спросил он меня.
- Само собой.
- Тогда держи, — сказал он, кинул мне мяч и отбежал, готовясь
получить от меня пас.
Я давным- давно не играл в хоккей. В школе на физре нам предлагали выбрать,
во что играть -в футбол или в хоккей, и я всегда предпочитал футбол. Теперь,
держа в руках клюшку и уставившись на мяч, я вдруг подумал, что это было как
будто вчера.
Я несколько раз перекинул мяч слева направо, чтобы удостовериться, что не
забыл, каково это — играть в хоккей, а потом поднял голову и посмотрел
на ворота противника.
На пути у меня было семеро противников, но никто даже не взглянул на меня.
Наверное, они уже были уверены, что победили, ведь они вели семь —
два.
Я помчался к воротам. Меня попытался остановить какой-то крупный мальчишка,
капитан другой команды, но я легко пронесся мимо него. Потом пробежал мимо
еще двух противников, да так быстро, что они не успели даже пошевелиться,
обогнул четвертого. Пятый игрок выставил вперед клюшку на уровне колена,
однако я легко перепрыгнул через нее, обошел шестого и ударил по воротам
прежде, чем мне попытался помешать последний, седьмой защитник.
Вроде бы я ударил по мячу не очень сильно, но он полетел в верхний правый
угол с бешеной скоростью, чего вратарь явно не ожидал. Мяч ударился об
стену, отскочил назад, и я поймал его на лету.
Улыбнувшись, я повернулся и посмотрел на мальчишек из своей команды. Они так
и застыли на своей половине поля, в крайнем удивлении уставившись на меня. Я
вернулся в центр площадки и молча положил мяч на землю. Повернулся к Майклу
и сказал:
- Семь — три.
Он моргнул и улыбнулся.
- Точно! — воскликнул он и подмигнул своим товарищам. — Ну,
сейчас мы им покажем!
Мы продолжили игру. Я носился по полю, защищал свои ворота и отдавал точные
пасы своим игрокам. Забил пару голов, потом помог забить еще четыре. Мы вели
девять — семь и не собирались заканчивать игру. Другая команда страшно
злилась на нас и даже заставила отдать им двух наших лучших игроков, но это
никак не изменило ход игры. Я мог бы отдать им всех наших игроков, кроме
вратаря, — все равно бы я их победил.
А потом я все испортил. Капитан другой команды, Дэнни, упорно пытался меня
перехватить, но это ему никак не удавалось — я ловко увертывался от
его клюшки и не обращал никакого внимания на его подножки. Заметив это, он
стал тыкать пальцами мне под ребра, наступать на ноги и пихаться локтями.
Мне, конечно, не было больно, зато это здорово меня злило. Терпеть не могу
тех, кто не умеет проигрывать.
В конце концов, Дэнни ударил меня в то место, куда бить не следует! Даже у
вампиров иногда кончается терпение. Я взревел от боли и, сморщившись,
согнулся пополам.
Дэнни засмеялся, подхватил мяч и побежал к нашим воротам.
Через пару секунд я снова выпрямился. Ох, и разозлился же я! Дэнни почти
добежал до нашей половины. Я бросился за ним. По пути я расталкивал в
стороны игроков — и чужих, и своих, без разбору. Догнав его, я
метнулся вперед, упал на живот и ударил ему клюшкой по ногам. Будь я
человеком, ему и тогда пришлось бы несладко. Но я ведь был полувампир...
Раздался хруст. Дэнни завопил и упал. Игра тут же прервалась. Все игроки
прекрасно понимали, что так кричать может только тот, кому очень и очень
больно.
Я поднялся на ноги, начиная жалеть о том, что не сдержался. Мне очень
хотелось вернуть время назад, чтобы этого не произошло. Я посмотрел на свою
клюшку в надежде, что это она с громким хрустом разломалась пополам. Но,
увы, клюшка была целая.
Я сломал Дэнни обе ноги.
Ноги у него были как-то странно вывернуты, на голенях зияли рваные раны. В
них виднелись белые кости.
Майкл опустился на колени, чтобы осмотреть Дэнни. Когда он поднялся, я
увидел, что в его глазах застыл ужас.
- Ты же ему ноги сломал! — воскликнул он.
- Я не хотел! — закричал я. — Он просто ударил меня по...
— Я показал на то, что было у меня ниже пояса.
- Ты сломал ему ноги! — снова завопил Майкл и отшатнулся от меня.
Другие игроки тоже отступили назад.
Они меня боялись.
Вздохнув, я бросил на землю клюшку и пошел прочь, понимая, что мне не стоит
дожидаться, когда здесь появятся родители этих мальчишек. Меня никто не
остановил. Наверное, они слишком сильно боялись меня. Они были в полном
ужасе от меня, Даррена Шэна... чудовища.
Когда я вернулся, на улице уже совсем стемнело. Мистер Джутинг давно
проснулся. Я сообщил ему, что надо срочно уезжать из этого города, хотя и не
объяснил почему. Вампир мельком взглянул на меня, кивнул и стал собирать
наши вещи.
Той ночью мы почти не разговаривали. Я думал о том, как это отвратительно
— быть полувампиром. Мистер Джутинг догадался, что со мной что-то не
так, но не стал ни о чем спрашивать. Я частенько бывал мрачным, и он уже
привык к моим постоянным переменам настроения.
В тот день мы спали в заброшенной церкви. Мистер Джутинг растянулся на
скамье, а я устроил себе подстилку из мха и травы и устроился на полу.
Проснулся я рано. Долго бродил по церкви и кладбищу неподалеку. Могильные
камни были старыми, многие даже потрескались и заросли травой. Я несколько
часов подряд выдергивал эту траву и мыл надгробные плиты водой, которую
таскал из ручейка. Это помогало мне забыть о том, что произошло во время
игры в хоккей.
Еще я заметил кроличью нору. Вскоре почти все ее обитатели собрались вокруг
меня, заинтересовавшись, чем я занимаюсь. Они были такими любопытными,
особенно те, что помоложе. Один раз я даже притворился спящим, и кролики
подобрались совсем близко — до меня им оставался всего метр.
И тут я вдруг вскочил и крикнул:
- Попались!
И они стремглав помчались прочь. Один запнулся, перекувыркнулся и свалился
прямо в свою нору.
Это меня очень развеселило.
Потом я отправился в магазин, купил мяса и овощей. Вернувшись в церковь,
развел костер и вытащил из-под скамьи, на которой спал мистер Джутинг, сумку
с посудой. Порывшись в ней, я, наконец, нашел то, что искал. Маленький
котелок размером с консервную банку. Я перевернул его вверх дном, поставил
на пол и нажал на металлический выступ на дне.
Банка на глазах начала распухать и расти, как ширма, которая сначала
маленькая, а когда ее развернут, становится длинной. Через пару секунд
консервная банка превратилась в настоящий котелок, я налил в него воду и
повесил над костром.
Все остальные котелки и кастрюли из этой сумки были такими же. Давным-давно
мистер Джутинг раздобыл их у женщины, которую звали Эванна. Весили они
столько же, сколько и обычная посуда, но зато были гораздо меньше, поэтому
их было удобно возить с собой.
Я приготовил мясное рагу — мистер Джутинг научил меня, как его делать.
Он считал, что все должны уметь готовить.
Остатки морковки и капусты я отнес к кроличьей норе.
Проснувшись и обнаружив, что его дожидается обед — то есть для него
это, наверное, был завтрак, — мистер Джутинг очень удивился. От
кипящего котелка до него донесся приятный, вкусный запах. Вампир облизнулся.
- Осторожней, я ведь могу к такому привыкнуть, — улыбнулся он,
зевнул, потянулся и провел рукой по клочку оранжевых волос на голове. Потом
задумчиво почесал шрам, который тянулся вдоль его левой щеки. Он так делал
каждый вечер.
Мне часто хотелось спросить его о том, откуда у него этот шрам, но так ни
разу и не отважился. Однажды я все-таки наберусь смелости и спрошу.
Столов в церкви не было, так что нам пришлось, есть навесу. Я достал из
сумки складные тарелки, расправил их, потом выудил ножи и вилки. Положил
рагу на тарелки, и мы набросились на еду.
Закончив, мистер Джутинг вытер рот шелковой салфеткой и неловко кашлянул.
- Очень вкусно, — поблагодарил он меня.
- Спасибо, — отозвался я.
- Я... хм... знаешь... — Он вздохнул. — Я никогда не умел
долго ходить вокруг да около, — наконец сказал мистер Джутинг, —
а потому спрошу тебя прямо. Что вчера произошло? Почему ты так расстроился?
Какое- то время я смотрел в свою полупустую тарелку, не зная, стоит ли
отвечать. А потом вдруг рассказал ему все, что со мной произошло. Я строчил
как пулемет, не успевал даже дыхание перевести.
Мистер Джутинг слушал молча, не перебивая. Когда я закончил, он немного
подумал, прежде чем ответить.
- Тебе придется привыкнуть к этому, — наконец сказал он. —
Ничего не поделаешь — мы гораздо сильнее, чем люди, проворнее и
смелее. Играя с людьми, мы можем причинить им боль.
- Но я не хотел причинять боль, — возразил я. — Все вышло
случайно.
Мистер Джутинг пожал плечами:
- Поверь мне, Даррен, если ты и впредь будешь общаться с людьми, таких
случайностей не избежать. Как бы ты ни старался быть обычным мальчиком, ты
не можешь им стать.
А потому подобное может повториться снова, и не раз.
- Выходит, у меня больше никогда не будет друзей, да? — печально
сказал я. — Я и сам догадался об этом. Вот почему я был так расстроен.
Я начал свыкаться с мыслью, что уже никогда не увижу свой дом и старых
друзей, но только вчера понял, что больше не смогу завести новых. Мне
придется всю жизнь провести с вами. И друзей у меня не будет, верно?
Мистер Джутинг потер свой шрам и поджал губы.
- Ну почему же? Нет, — ответил он, — ты вполне можешь найти
себе новых друзей, просто тебе всегда надо быть очень осторожным. И...
- Это все равно не поможет! — закричал я. — Вы же сами
сказали: такое, как вчера, может снова повториться, и не раз. Даже руку
нельзя никому пожать — я ведь могу перерезать человеку вены своими
острыми ногтями!
Я задумчиво покачал головой.
- Нет, — твердо сказал я. — Я не стану подвергать чью-то
жизнь опасности. Я слишком опасен для обычных людей, и друзей мне заводить
нельзя. К тому же вряд ли мне удалось бы с кем-нибудь по-настоящему
подружиться.
- Но почему? — спросил вампир.
- У настоящих друзей не бывает друг от друга секретов. А я никогда бы
не смог признаться своему друг, что я вампир. Мне пришлось бы врать и
притворяться. Не быть собой. Я бы вечно боялся, что друг узнает обо мне всю
правду и станет меня ненавидеть.
- Таков удел всех вампиров, — заметил мистер Джутинг.
- Но не все вампиры — дети! — воскликнул я. — Сколько
было вам, когда вас превратили в вампира? Наверное, больше, чем мне, да?
Он кивнул.
- Взрослым не особо нужны друзья. Папа как-то раз сказал мне, что
взрослые привыкают к тому, что у них не очень много друзей. У них есть
работа, хобби, масса интересных занятий, зачем им друзья? Но для меня друзья
всегда были очень важны, не меньше, чем родные. Влив в меня свою мерзкую
кровь, вы разлучили меня с родными. А теперь вот получается, что и друзей я
завести не могу. Большое вам спасибо, — зло добавил я. — Спасибо
за то, что сделали из меня чудовище и испортили мне жизнь.
Я был готов заплакать, но ужасно не хотел плакать при нем. Чтобы сдержаться,
я резко воткнул вилку в оставшийся на моей тарелке кусок мяса, сунул его в
рот и принялся быстро жевать.
После моего гневного заявления мистер Джутинг долгое время молчал. Я не мог
понять, разозлился ли он или просто жалеет меня. Мне даже показалось, что не
нужно было говорить ему всего этого. А вдруг он сейчас повернется и скажет:
Раз тебе так плохо со мной, то живи один
? Что мне тогда делать?
Я уже хотел извиниться, когда он вдруг заговорил — так тихо, что
здорово удивил меня.
- Прости, — сказал он. — Не нужно было превращать тебя в
полувампира. Я ошибся. Ты еще совсем маленький. Я уже и забыл, каково это
— быть ребенком, сам я вырос много-много лет назад. Я никогда не думал
о твоих друзьях и о том, что ты можешь скучать по ним. Напрасно я превратил
тебя. Какая ужасная ошибка! Я...
Мистер Джутинг не закончил фразы. Он казался таким несчастным, что мне даже
стало жалко его. Но тут я вспомнил, что он сделал со мной, и снова
почувствовал ненависть к вампиру. А потом заметил, что глаза у него как-то
странно заблестели — казалось, в них застыли слезы, — и мне
снова стало его жалко.
В голове у меня все перепуталось.
- Ладно, хватит мучиться из-за этого, — в конце концов, сказал я.
— Все равно ведь ничего нельзя исправить. Что сделано — то
сделано, так ведь?
- Да, — вздохнул он, — если бы я мог, я бы с удовольствием
забрал назад свой страшный подарок. Но это невозможно. Вампиризм неизлечим.
Если кого-то превратили в вампира, то назад пути нет. Однако, —
сбивчиво продолжал мистер Джутинг, — все не так плохо, как ты думаешь.
Возможно... — Он задумчиво прищурил глаза.
- Что возможно? — спросил я.
- Мы найдем тебе друзей, — сказал он. — Тебе не придется
все время проводить в моем обществе.
- Ничего не понимаю, — нахмурился я. — Разве мы только что
не решили, что мне не стоит общаться с людьми?
- А я не о людях, — пояснил он, улыбнувшись. — Я имею в
виду тех, кто наделен особой силой. Таких, как мы. Тех, кому ты сможешь
довериться...
Мистер Джутинг наклонился вперед и взял меня за руки.
- Даррен, — сказал он, — а что, если мы вернемся в цирк
уродов и будем выступать у них?
Чем больше мы обсуждали эту идею, тем больше она мне нравилась. Мистер
Джутинг сказал, что артисты из цирка уродов узнают, кто я, и с радостью
примут меня в свою труппу. Артисты там часто меняются, так что обязательно
найдется кто-то моего возраста или около того. И я смогу дружить с ними.
- А если мне там не понравится? — спросил я.
- Тогда мы уйдем из труппы, — ответил вампир. — Мне
нравится ездить по свету с цирком уродов, но я не большой их фанат. Если
тебе там придется по душе, мы останемся. Если нет — уйдем.
- А ничего, что вы приведете с собой меня? — спросил я.
- Ну, тебе придется немного поработать, — объяснил он. —
Мистер Длинноут требует, чтобы все в цирке делали что-нибудь полезное. Ты
будешь помогать расставлять стулья, вешать прожекторы, лампы, продавать
сувениры, убираться после представлений или готовить. В общем, тебе будет,
чем заняться, но и перегружать тебя работой там никто не станет. У нас
останется уйма времени для наших с тобой занятий.
Мы решили попробовать. По крайней мере, так мы каждый день можем спать на
нормальной кровати. У меня уже спина болела от спанья на голом полу.
Но сначала мистеру Джутингу нужно было определить, где сейчас находится цирк
уродов. Я спросил, как он собирается это сделать. Он ответил, что может
читать мысли мистера Длинноута.
- Наверное, с помощью телепатии? — спросил я, вспомнив, как Стив
рассказывал о людях, которые умеют мысленно разговаривать друг с другом.
- Да, что-то вроде этого, — согласился мистер Джутинг. — Мы
не можем читать мысли друг друга, но я чувствую его... ауру — назовем
это так. Как только я ее нащупаю, то легко смогу понять, где он сейчас
находится.
- А я смог бы ее нащупать? — не унимался я.
- Нет, — сказал мистер Джутинг. — Это способны делать почти
все вампиры — так же, как и некоторые сверходаренные люди, —
однако полувампирам это не дано.
Он сел на пол посреди церкви и закрыл глаза. С минуту молчал. Потом открыл
глаза и встал.
- Нашел, — объявил вампир.
- Так быстро? — удивился я. — Я думал, это займет много
времени.
- Я не первый раз ищу его ауру, — объяснил мистер Джутинг.
— И знаю, что искать. Это так же просто, как отыскать иголку в стоге
сена.
- Но ведь считается, что это очень трудно!
- Только не для вампира, — проворчал он.
Пока мы собирали вещи, я постоянно озирался по сторонам. Меня кое-что
беспокоило, но я не знал, стоит ли спрашивать об этом мистера Джутинга.
- Ну же, — вдруг сказал он, испугав меня. — Давай
спрашивай, не тяни.
- А откуда вы знаете, что я хочу вас о чем-то спросить? —
удивленно пробормотал я.
Он рассмеялся:
- Для того чтобы понять, что ребенок хочет что-то узнать, вовсе не
обязательно быть вампиром. У тебя всегда масса вопросов. О чем ты хочешь
спросить на этот раз?
Я глубоко вздохнул и спросил:
- Вы верите в Бога?
Мистер Джутинг озадаченно посмотрел на меня и медленно кивнул:
- Я верю в вампирских богов...
Я нахмурился:
- А у вампиров есть свои боги?
- Разумеется, — сказал он. — У каждого народа свои боги.
Египетские, индейские, китайские. И вампиры не являются исключением.
- А как же рай? — спросил я.
- Мы верим в него. Он находится далеко, за самыми дальними звездами.
Если мы проживаем праведную жизнь, то после смерти наши души отрываются от
земли и улетают за звезды и галактики, на другой конец Вселенной — в
прекрасный мир, который называется раем.
- А если вы проживаете неправедную жизнь?
- Тогда мы остаемся на земле, — пояснил он. — Такие вампиры
превращаются в призраков и вынуждены вечно скитаться по этой планете.
Я ненадолго задумался, а потом спросил:
- А что значит
праведная жизнь
у вампиров? Что нужно делать, чтобы
попасть в рай?
- Жить чистой жизнью, — ответил мистер Джутинг. — Убивать
только в случае крайней необходимости. Не причинять людям боль. Не разрушать
этот мир.
- Разве то, что вы пьете кровь, не считается грехом? —
поинтересовался я.
- Нет, не считается, если только ты не убил человека, свою жертву. Но
иногда даже убийство считается благом.
- Убийство — благом? — ужаснулся я.
Мистер Джутинг серьезно кивнул:
- У людей есть души, Даррен. Когда люди умирают, их души попадают на
небо, или в рай. Однако есть способ сохранить их частичку здесь, на земле.
Если мы пьем понемножку, мы не забираем у человека часть его естества. Но
если мы выпьем у человека много крови, то часть его остается жить в нас.
- Как это? — нахмурившись, спросил я.
- Вместе с кровью мы поглощаем его воспоминания и чувства, —
пояснил вампир. — Тогда этот человек становится частью нас, и мы можем
посмотреть на мир его глазами, вспомнить то, что могло бы быть забытым
навсегда.
- Например?
Мистер Джутинг на секунду задумался, а потом сказал:
- У меня есть очень близкий, надежный друг — Пэрис Скайл. Он
очень стар. Много веков назад он дружил с Уильямом Шекспиром.
- С тем самым Уильямом Шекспиром? С тем, который писал пьесы?
Мистер Джутинг кивнул:
- Пьесы и сонеты. Но не все сонеты Шекспир успел записать, некоторые из
его самых известных сонетов были утеряны. Когда Шекспир умирал, Пэрис выпил
у него кровь — об этом его попросил сам Шекспир — и смог
восстановить забытые сонеты, а потом и записать их. Без них мир был бы хуже.
- Но... — Я запнулся, а потом все же продолжил:
- Вы ведь делаете это только с теми, кто попросит, и с теми, кто уже
умирает?
- Да, — подтвердил вампир. — Убить здорового человека
— величайшее злодеяние. Но выпить кровь у своего друга, который вот-
вот умрет, сохранить его воспоминания, его опыт... — он улыбнулся,
— это на самом деле благо. Ладно, — добавил вампир. —
Хватит. Поболтаем об этом по дороге. Пора уходить.
Я забрался на спину мистеру Джутингу, и мы заскользили прочь. Он так и не
объяснил мне, как ему удается двигаться с такой скоростью. Не то чтобы он
быстро бежал, нет, казалось, это окружающий нас мир проносится мимо. Мистер
Джутинг говорит, что все вампиры могут
скользить
.
Мне нравилось смотреть, как поля и леса пролетают мимо. Мы мчались по холмам
и долинам быстрее ветра. Вокруг царила тишина, нас никто не замечал.
Казалось, мы находимся в каком-то волшебном пузырьке, который защищает нас
от посторонних взглядов.
Пока мы скользили, я думал о том, что рассказал мне мистер Джутинг, —
о том, что можно сохранить чьи-то воспоминания, если выпить у него кровь. Я
не совсем понял, как это получается, и решил попозже, как следует
расспросить вампира.
Скользить в пространстве непросто. Мистер Джутинг вспотел, и я видел, что он
уже очень устал. Чтобы помочь ему, я достал бутылочку с кровью, открыл ее и
поднес к его губам.
Вампир молча кивнул головой, поблагодарив меня, потом стер со лба пот и
заскользил
...Закладка в соц.сетях
