Жанр: Любовные романы
Звезды сияют с небес
...дения геодезических работ. Архитекторы уже начали
чертить планы будущей застройки квартала.
Лара просматривала последние отчеты.
— Похоже, нам удалось это, — обратилась она к Келлеру.
— Боюсь, есть одна проблема, — сказал он.
— Почему? Ведь осталась только кофейня.
— Это-то и есть наша проблема. Ее хозяин взял ее в аренду на пять лет и не собирается уступать.
— Предложите ему больше денег...
— Он говорит, что не откажется от нее ни за какие деньги.
Лара в задумчивости уставилась на Келлера.
— А он знает о намечающемся строительстве?
— Нет.
— Хорошо. Я сама с ним поговорю. Не сомневайтесь, он уберется отсюда.
Выясните, кто сдал ему эту кофейню.
На другой день Лара отправилась на Кедзи-авеню. Кофейня
Хейли
располагалась на юго-западном углу квартала. Помещение было крохотным —
полдюжины высоких стульев вдоль стойки и четыре столика. Хозяин заведения
находился за стойкой. Он оказался мужчиной лет под семьдесят.
Лара села за столик.
— Доброе утро, — радушно приветствовал ее старик. — Что вам
принести?
— Пожалуйста, апельсиновый сок и кофе.
— Сию минуту.
Лара наблюдала, как он выжимает для нее апельсин.
— Официантка сегодня не явилась, — пожаловался хозяин
кофейни. — В наше время непросто найти хорошую помощницу. — Он
налил чашечку кофе и направился к столику, за которым сидела Лара. Когда
старик показался из-за стойки, она увидела, что у него не было ног и он
передвигался на коляске. Лара молча следила, как он ставил на ее столик кофе
и апельсиновый сок.
— Спасибо. — Она огляделась вокруг. — Здесь очень мило.
— Да. И мне нравится.
— А давно вы здесь?
— Десять лет.
— И никогда не задумывались насчет того, чтобы бросить это дело?
Он покачал головой:
— За эту неделю вы уже второй человек, кто задает мне подобный вопрос.
Нет, я никогда не брошу свою работу.
— Может быть, вам предлагали слишком мало денег?
— А мне не нужны деньги, мисс, — заявил старик. — Перед тем
как попасть сюда, я два года провел в госпитале для ветеранов. Друзей у меня
не было, да и цели в жизни тоже не было. И вот один человек уговорил меня
взять в аренду эту кофейню. — Он улыбнулся. — И она буквально
перевернула мою жизнь. Ведь сюда заходят все, кто живет поблизости. Они
стали моими друзьями, даже, если хотите, моей семьей. У меня теперь появился
смысл в жизни. — Он снова покачал головой. — Не-ет. Деньги тут ни
при чем. Принести еще кофе?
Лара проводила совещание с Келлером и архитектором.
— Нам не нужно даже выкупать его аренду, — говорил Келлер. —
Я только что беседовал с хозяином кофейни. В договоре есть пункт об утрате
съемщиком прав в случае, если кофейня не приносит определенный ежемесячный
доход. В течение уже нескольких месяцев данный пункт не выполняется, так что
мы можем просто прикрыть это заведение.
Лара повернулась к архитектору.
— У меня к вам вопрос. — Она посмотрела на разложенный на столе
план застройки квартала и ткнула пальцем в юго-западную его часть. — А
что, если мы сделаем здесь отступ и оставим кофейню? Это возможно?
Архитектор некоторое время изучал чертеж.
— Я думаю, да, — сказал он наконец. — Я могу срезать эту
сторону здания и то же самое сделать на другой стороне, чтобы таким образом
сбалансировать его. Правда, лучше этого не делать...
— Но можно? — настаивала Лара.
— Да.
— Лара, — вступил в разговор Келлер, — я же сказал — мы можем
силой закрыть кофейню. Она покачала головой.
— Всю остальную недвижимость в квартале мы уже скупили?
— Как вы обещали, — подтвердил Келлер. — Вы теперь являетесь
гордой владелицей магазина одежды, портняжной мастерской, магазина
канцелярских товаров, аптеки, пекарни...
— Ладно, — перебила его Лара. — Те, кто поселится в
построенном нами новом квартале, будут только рады иметь под боком кофейню.
Да и мы тоже. Так что
Хейли
останется.
В день рождения отца Лара сказала Келлеру:
— Говард, я хочу, чтобы вы сделали мне одолжение.
— Все, что угодно, — с готовностью согласился тот.
— Не могли бы вы съездить для меня в Шотландию?
— Мы что; собираемся там что-то строить?
— Мы покупаем замок.
Он, недоумевая, уставился на нее.
— На Северо-Шотландском нагорье есть местечко, которое называется Лох-
Морлих. Это по дороге в Глен-Мор, неподалеку от Авимора. Там полно замков.
Купите один из них.
— Для летнего отдыха?
— Я не собираюсь жить в нем. Я хочу похоронить там моего отца.
— Вы хотите, чтобы я купил замок в Шотландии, в котором вы намерены
похоронить своего отца? — недоверчиво проговорил Келлер.
— Именно так. У меня нет времени сделать это все самой, а вы
единственный, кому я могу доверить подобное поручение. Сейчас мой отец
похоронен на кладбище Гринвуд в Глейс-Бее.
Впервые Келлер узнал о чувствах, которые Лара питала к своей семье.
— Наверное, вы очень любили своего отца?
— Вы сделаете это для меня?
— Конечно.
— После того как он будет перезахоронен, наймите кого-нибудь, кто бы
ухаживал за могилой.
Через три недели Келлер вернулся из Шотландии.
— Все в порядке, — доложил он. — Вы теперь владелица замка,
возле которого похоронен ваш отец. Это чудесное место среди холмов, а совсем
рядом — небольшое озерцо. Вам оно понравится. Когда вы собираетесь туда?
Лара удивленно подняла брови.
— Я? Никогда.
Глава 11
В 1984 году Лара решила, что пришло время завоевывать Нью-Йорк. Когда она
поделилась своими планами с Говардом Келлером, тот откровенно испугался.
— Не нравится мне все это, — категорически заявил он. — Вы не
знаете Нью-Йорка. Равно как и я. Это другой город, Лара. Мы...
— То же самое мне говорили, когда я приехала из Глейс-Бея в
Чикаго, — заметила она. — Дома везде одинаковые, будь то в Глейс-
Бее, Чикаго, Нью-Йорке или Токио. Везде нам приходится играть по одним и тем
же правилам.
— Но здесь же наши дела идут превосходно, — возразил
Келлер. — Что еще вам нужно?
— Я уже говорила: большего. Я хочу, чтобы мое имя засияло под небом Нью-
Йорка. Я построю там
Камерон-плаза
и
Камерон-центр
. И однажды, Говард, я
возведу самый высокий небоскреб в мире. Вот чего мне не хватает. Итак,
Камерон энтерпрайзиз
переезжает в Нью-Йорк.
В Нью— Йорке был самый разгар строительного бума, и в город понаехали такие
гиганты, специализирующиеся на сделках с недвижимостью, как Зеккендорфы,
Гарри Хелмсли, Дональд Трамп, Юрайзы и Рудины.
— Мы присоединимся к этой компании — сказала Келлеру Лара.
Они зарегистрировались в отеле
Редженси
и приступили к освоению города.
Лара была потрясена размерами и кипучей жизнью этого огромного города,
похожего на каньон из небоскребов, по дну которого текли реки машин.
— По сравнению с ним Чикаго просто захолустный городишко! —
восторгалась Лара. Ей не терпелось приняться за дело. — Первое, что мы
сделаем, — это сколотим команду. Наймем лучшего в Нью-Йорке адвоката,
затем подберем исполнительных директоров. Выясните, кто работает на Рудинов,
и разузнайте, нельзя ли их переманить.
— Понятно.
— Вот список понравившихся мне зданий, — продолжала Лара. —
Наведите справки, по чьим проектам они построены. Я хочу встретиться с их
архитекторами.
Возбуждение Лары начало передаваться и Келлеру.
— Я открою в банке кредитную линию, — заявил он. — С нашими
чикагскими капиталами это не будет проблемой. Кроме того, я свяжусь с кое-
какими инвестиционными компаниями и агентами по продаже недвижимости.
— Отлично.
— Но, Лара, не думаете ли вы, что, прежде чем окунуться во все это, вам
следовало бы решить, что вы собираетесь делать?
Лара посмотрела на него невинными глазами.
— А разве я вам не сказала? Мы покупаем Центральную больницу
Манхэттена.
Незадолго до этого Лара посетила салон-парикмахерскую на Медисон-авеню. Пока
ей делали прическу, она невольно слушала болтовню сидящей в соседнем кресле
клиентки с обслуживающей ее парикмахершей.
— Мы будем скучать без вас, миссис Уокер.
— Я тоже, Дарлен. Сколько лет я уже пользуюсь вашими услугами?
— Почти пятнадцать.
— Как летит время! Мне будет не хватать Нью-Йорка.
— Когда вы уезжаете?
— Как можно быстрее. Сегодня утром я получила уведомление о закрытии.
Только представьте себе — такое заведение, как Центральная больница
Манхэттена, и вдруг разорилось! Я почти двадцать лет проработала там
инспектором, а они прислали мне письменное уведомление об увольнении! Могли
бы хоть из приличия сделать это лично. И куда только катится мир?
Теперь Лара уже внимательно вслушивалась.
— А в газетах о закрытии больницы пока ничего не было.
— Верно. Они держат это в секрете. Хотят, чтобы для персонала больницы
эта новость была неожиданной, Парикмахерша Лары сушила ей волосы, когда та
начала вставать.
— Я еще не закончила, мисс Камерон.
— Ничего, — улыбнулась Лара, — я очень спешу. Центральная
больница Манхэттена представляла собой ветхое, весьма уродливое здание,
занимавшее целый квартал в восточной части острова.
Лара долго, неотрывно смотрела на него, но ее воображение рисовало
величественный небоскреб с дорогими магазинами на первом этаже и
великолепными апартаментами наверху. Лара вошла в больницу и
поинтересовалась названием корпорации, которой принадлежало это заведение.
Ее направили в офис Роджера Бурнхэма на Уолл-стрит, — Чем могу быть
полезен, мисс Камерон?
— Я слышала, что продается Центральная больница Манхэттена.
Он удивленно поднял брови.
— Кто вам сказал?
— Это правда?
— Может быть, — уклончиво проговорил он.
— Не исключено, что я захочу купить ее, — сказала Лара. —
Какова будет ваша цена?
— Послушайте, мадам. Я ведь вас знать не знаю. Не можете же вы просто
так войти с улицы и требовать, чтобы я обсуждал с вами девяностомиллионную
сделку. Я...
— Девяносто миллионов? — Лара считала, что цена высоковата, но ей
очень хотелось приобрести этот участок. Вот было бы начало! — Об этой
сумме мы говорим?
— Ни о чем мы с вами не говорим. Лара протянула Роджеру Бурнхэму
стодолларовую бумажку.
— За сорокавосьмичасовой опцион. Все, о чем я вас прошу, это сорок
восемь часов. Вы ведь так и так не собирались пока объявлять о продаже
больницы. Что вы теряете? Если я смогу заплатить эти деньги, вы получите то,
о чем просите.
— Но я даже понятия не имею, кто вы такая.
— Позвоните в Чикагский коммерческий банк. Спросите Боба Вэнса. Он
президент этого банка.
Бурнхэм некоторое время разглядывал ее, затем тряхнул головой и пробормотал
какую-то фразу, в которой Лара разобрала только слово
помешанные
.
Однако он отыскал в справочнике номер телефона, и секретарша соединила его с
Бобом Вэнсом.
— Мистер Вэнс? Это Роджер Бурнхэм из Нью-Йорка. У меня здесь мисс... —
Он вопросительно посмотрел на Лару.
— Лара Камерон.
— Лара Камерон. Она намерена купить кое-какую принадлежащую мне
недвижимость и говорит, что вы ее знаете.
С минуту он молча слушал.
— Правда?... А-а... Что вы говорите!... Нет, не слышал... Хорошо...
Хорошо... — Он снова замолчал. — Большое вам спасибо.
Положив трубку, Бурнхэм уставился на Лару.
— Похоже, в Чикаго вы произвели настоящий фурор.
— Такой же фурор я собираюсь произвести и в Нью-Йорке.
Он взглянул на стодолларовую бумажку.
— А с этим что прикажете делать?
— Купите себе кубинские сигары. Ну так я могу считать, что мы
договорились?
— Все это несколько необычно... — продолжая разглядывать ее, проговорил
Бурнхэм, — но, пожалуй, да. Я даю вам сорок восемь часов.
— Мы должны действовать очень быстро, — сказала Келлеру
Лара. — Для того чтобы организовать финансирование этого проекта, у нас
есть только сорок восемь часов.
— Вы уже прикинули, во что это обойдется?
— В общих чертах. Девяносто миллионов Бурнхэму и, по моим оценкам, еще
двести миллионов, чтобы снести больницу и построить новое здание.
— Итого двести девяносто миллионов долларов! — вытаращив глаза,
воскликнул Келлер.
— Вы всегда быстро считали, — насмешливо сказала Лара.
— Но где же мы возьмем такие деньги? — спросил он, не обращая
внимания на ее иронию.
— Возьмем взаймы. Не думаю, что это будет слишком трудно.
— Вы очень рискуете. Может возникнуть тысяча непредвиденных
обстоятельств, а вы собираетесь поставить на карту все, что у вас есть...
— Именно это-то меня и заводит — игра. И выигрыш.
Достать деньги на строительство в Нью-Йорке оказалось еще проще, чем в
Чикаго. Мэр города Кох подписал постановление 421-А об учреждении новой
налоговой программы, в соответствии с которой предприниматель, возводящий
современное здание на месте устаревшего, мог рассчитывать на получение льгот
при налогообложении, а в первые два года и вовсе освобождался от налогов.
Когда банки и страховые компании навели справки о финансовом состоянии Лары
Камерон, они были более чем счастливы иметь с ней дело. И прежде чем истекли
сорок восемь часов, Лара уже явилась в офис Бурнхэма и вручила ему чек на
три миллиона долларов.
— Это первый взнос по нашей сделке, — заявила она. — Я
принимаю ваши условия. Да, кстати, ту сотню можете оставить себе.
В течение следующих месяцев Келлер занимался решением финансовых вопросов с
банками, а Лара работала с архитекторами над проектом.
Дела шли как нельзя лучше. Архитекторы, строители, специалисты по маркетингу
— все выполняли свои задания точно в срок. Строительные работы начались в
апреле.
Лара была неутомима. В шесть часов утра она уже появлялась на строительной
площадке и наблюдала, как поднимается ее новое здание. Теперь на стройке
хозяйничали рабочие, и от этого ей было немного тоскливо, ибо она привыкла к
более активной деятельности, а здесь ей делать было нечего. Она предпочитала
возводить несколько зданий одновременно.
— Почему бы нам не подыскать что-нибудь еще? — спросила Келлера
Лара.
— Потому что и этого проекта вам более чем достаточно. Одно ваше
неверное движение — и все рухнет. Вы понимаете, что в строительство этого
здания вы вложили все до последнего пенни? Если хоть что-то случится...
— Ничего не случится, — заверила она, но Говард выглядел
взволнованным. — Вас что-нибудь беспокоит?
— Да, условия подписанного вами договора...
— А что не так? Деньги-то мы получили, разве нет?
— Мне не нравится пункт о дате завершения строительства. Если здание не
будет закончено к пятнадцатому марта, вы потеряете все, что у вас есть.
Лара вспомнила о том, как она строила свое первое здание в Глейс-Бее, и о
том, как ее друзья пришли ей на помощь. Но здесь все иначе.
— Не волнуйтесь, — успокоила она Келлера. — Строительство
будет закончено в срок. Так вы уверены, что мы не можем позволить себе
подумать еще об одном проекте?
Лара проводила совещание со специалистами по маркетингу.
— Все магазины нижнего этажа уже разобраны, — говорил ей
коммерческий директор, — и больше половины апартаментов. По нашим
оценкам, три четверти их будет раскуплено еще до завершения строительства, а
чуть позже и все остальное.
— Я хочу, чтобы все было продано заранее, — отрезала Лара. —
Поднажмите на рекламу. В этот момент в кабинет вошел Келлер.
— Должен признаться, Лара, — сказал он, — вы были правы.
Работа идет строго по графику.
— Это здание обещает стать машиной, печатающей деньги.
Пятнадцатого января, за шестьдесят дней до даты окончания строительства,
возведение стен и перекрытий было завершено, и рабочие уже занялись
прокладкой труб и электропроводки.
Лара стояла и наблюдала, как под самой крышей копошатся строители. Один из
них выпрямился, чтобы достать из кармана пачку сигарет, но в это время из
его рук выпал гаечный ключ и полетел вниз. Не веря своим глазам, Лара
увидела, что стальной инструмент с бешеной скоростью падает прямо на нее.
Она едва успела отскочить в сторону, почувствовав, как заколотилось ее
сердце. Строитель смотрел на нее сверху и жестом показывал: извините, мол.
С перекошенным от злости лицом Лара поднялась на подъемнике на тот этаж, где
работал неуклюжий строитель. Не обращая внимания на головокружительную
высоту, она по настилу лесов подошла к рабочему.
— Это вы уронили гаечный ключ?
— Да, извиняюсь.
Она со всей силы влепила ему пощечину.
— Вы уволены! А теперь убирайтесь с моей стройки!
— Но послушайте, — попытался оправдаться рабочий, — это же
случайность. Я...
— Убирайтесь вон!
Мужчина некоторое время смотрел на нее, затем вошел в клеть подъемника и
поехал вниз.
Пытаясь успокоиться, Лара глубоко вздохнула. Рабочие не сводили с нее глаз.
— Продолжайте работать! — приказала она.
Лара завтракала в компании Сэма Госдена, нью-йоркского адвоката, готовившего
для нее контракты.
— Я слышал, дела идут блестяще, — сказал Госден.
— Лучшего и желать не надо, — улыбнулась Лара. — До
завершения строительства осталось всего несколько недель.
— Знаете, мисс Камерон, я хочу вам кое в чем признаться.
— Валяйте, только смотрите, не слишком разоблачайтесь.
Он засмеялся:
— Я поспорил, что вам не удастся осуществить свой проект.
— Что вы говорите! Но почему?
— Возведение зданий такого масштаба, как то, что построили вы, —
это мужская игра. Женщины, которых еще можно встретить среди бизнесменов,
занимающихся сделками с недвижимостью, — это такие маленькие старушонки
с крашеными волосами, торгующие кооперативными магазинчиками.
— И вы поспорили на меня? Сэм Госден улыбнулся:
— Признаться, да. Лара подалась вперед.
— Сэм...
— Что?
— Никто из моих людей не может спорить на меня. Вы уволены.
Оставив его сидеть с открытым ртом, Лара встала и вышла из ресторана.
Когда в понедельник утром Лара приехала на свою стройку, она сразу
почувствовала, что что-то не так. И вдруг ей все стало ясно: не было слышно
ни стука молотков, ни визга дрелей — стояла гробовая тишина. Не веря своим
глазам, Лара уставилась на недостроенное здание. Рабочие собирали
инструменты и намеревались уходить. Она подбежала к их прорабу.
— Что здесь происходит? — потребовала ответа Лара. — Еще
только семь часов.
— Я увожу людей.
— О чем это вы?
— Поступила жалоба, мисс Камерон.
— Какая еще жалоба?
— Вы ударили рабочего?
— Что?! — Она уже успела позабыть об этом. — Ах да. И по
заслугам. Я уволила его.
— У вас что, есть право ходить и раздавать направо и налево пощечины
людям, которые на вас работают?
— Минуточку, — засуетилась Лара. — Все было совсем не так. Он
уронил гаечный ключ и чуть не убил меня. Возможно, я несколько погорячилась.
Мне очень жаль, но я не хочу, чтобы он возвращался.
— Он и не собирается возвращаться, — сказал прораб. — Как и
никто из нас.
Лара вытаращила на него глаза.
— Это, надо понимать, шутка?
— Мой профсоюз не считает это шуткой, — заявил прораб. — Нам
приказано уйти, и мы уходим.
— Но ведь у нас с вами договор.
— Вы нарушили его. Если вы чем-нибудь недовольны, можете жаловаться в
профсоюз. — Он повернулся, чтобы уйти.
— Постойте, — остановила его Лара. — Я же сказала, что
сожалею... Знаете что? Я... Я готова извиниться перед этим человеком и снова
принять его на работу.
— Мисс Камерон, мне кажется, вы так ничего и не поняли. Он не
собирается возвращаться к вам. И всех нас уже ждет другая работа. В этом
городе хватает дел. И вот что еще я хочу вам сказать, мадам: мы, черт
побери, слишком много работаем, чтобы спокойно сносить пощечины от наших
хозяев.
Лара стояла и смотрела, как уходили строители. Все это казалось ей кошмарным
сном.
Очнувшись наконец, она помчалась в свой офис, чтобы рассказать о случившемся
Говарду Келлеру.
— Я слышал, — проговорил он, прежде чем она успела произнести хоть
слово. — Я уже связался по телефону с профсоюзом.
— И что они говорят? — оживилась Лара.
— Они собираются проводить слушания по этому делу в следующем месяце.
На ее лице отразилось смятение.
— В следующем месяце! Да у нас до окончания строительства меньше двух
месяцев!
— Я сказал им об этом.
— А они что?
— Говорят, что их это не волнует. Лара обессиленно рухнула на диван.
— О Боже! Что же нам делать?
— Не знаю.
— Может, нам удастся уговорить банк... — Она увидела выражение лица
Келлера. — Да вряд ли... — Неожиданно Лара встрепенулась. — Знаю!
Мы найдем другую бригаду строителей и...
— Лара, — прервал ее Келлер, — ни один рабочий-строитель в
этом городе не подойдет к нашей стройке.
— Надо было убить этого ублюдка!
— Точно. Это очень вам помогло бы, — угрюмо сказал Келлер. Лара
вскочила с дивана и принялась ходить взад-вперед.
— Я могу попросить Сэма Госдена... — Она вдруг вспомнила. — Хотя
нет, я его уволила.
— За что?
— Это не имеет значения.
— Возможно, — вслух размышлял Келлер, — если мы свяжемся с
хорошим адвокатом..., с кем-нибудь, у кого есть связи в профсоюзах...
— Отличная мысль. С кем-нибудь пошустрее. Знаете такого?
— Нет. Но Сэм Госден как-то упоминал одного адвоката. Его зовут Пол
Мартин. Пол Мартин.
— Что за человек?
— Точно не знаю, но его имя всплыло, когда мы беседовали о проблемах
профсоюзов.
— Вы знаете, из какой он фирмы?
— Нет.
Лара вызвала секретаршу.
— Кэти, в Манхэттене работает адвокат по имени Пол Мартин. Разыщите мне
его координаты.
— Вы хотите узнать номер его телефона и назначить встречу? —
спросил Келлер.
— Уже нет времени. Я не могу позволить себе рассиживаться в ожидании,
когда он соизволит меня принять. Я должна сегодня же увидеться с ним. Если
он сможет нам помочь — отлично. Если нет, нам придется искать другой
путь, — заявила Лара, подумав про себя:
А другого-то пути нет
.
Офис Пола Мартина располагался на двадцать пятом этаже административного
здания на Уолл-стрит. Надпись на матовом стекле двери гласила:
ПОЛ МАРТИН,
АДВОКАТ
.
Лара перевела дух и вошла внутрь. Приемная оказалась меньше, чем этого можно
было ожидать, и вмещала в себя лишь обшарпанный стол с сидящей за ним
секретаршей — крашеной блондинкой.
— Доброе утро. Что вы хотите?
— Я пришла повидаться с мистером Мартином, — сказала Лара.
— Он назначил вам встречу?
— Да. — Сейчас было не до объяснений.
— Можно узнать ваше имя?
— Камерон. Лара Камерон.
Секретарша посмотрела на нее с сомнением.
— Минуточку. Я только узнаю, примет ли вас мистер Мартин.
Блондинка поднялась из-за стола и скрылась за дверью кабине
...Закладка в соц.сетях
