Жанр: Любовные романы
Жажда любви
...,
а затем из ушей у него со свистом
вырвался пар.
Мамахуд снова тряхнул Саллоса. На сей раз из кармана демона мгновенной
роковой любви выпали пионерский горн,
пакетик соленых сухариков "Пивные прибамбасы", набор гелевых ручек, почтовая
открытка "Fuck you!" (предназначенная
для невежливых отказов), упаковка презервативов с банановым вкусом и баллон
газа-пропана.
Бальберит наблюдал за этим процессом молча, спокойно сидя на стуле. Черт
молчал, потому что во рту у него был
кляп, Сооруженный из его же кургузой кепки, а сидел спокойно, потому что джинны
связали его гадюками. Говорят, если
субъект не дает змее повода для беспокойства, то змея этого субъекта нипочем не
тронет. Может даже заползти к нему в
штанину и устроиться там спать. Правда это или неправда - неизвестно, но
экспериментировать Бальбериту почему-то не
хотелось.
Мамуд нашел применение презервативу с банановым вкусом.
- Хоть узнаю, какая она - жевательная резинка! - мечтательно сказал он,
засовывая ароматизированный латекс в
рот.
- Вы ни о чем не забыли случайно? - заорала госпожа Эйфор-Коровина.
- ЗАчЭм так крЫчат? - спросил Махмуд, волоча откуда-то небольшой
кукурузник. - Сейчас солАрку налЪем и
пАлЭтым! .
С этими словами джинн сунул палец в бак для горючего, принял вальяжную
позу и стал насвистывать какую-то
мелодию. Кукурузник на глазах у Ариадны Парисовны становился все больше и
больше, пока не раздулся до размеров
нормального самолета!
- ГАтово! - отрапортовал Махмуд.
- ПАслушай! - выпалила госпожа Эйфор-Коровина. - Может, пАлетЫм на метле?
Это гораздо, гораздо быстрее!
Махмуд покачал головой с большим сомнением.
- Быстрее этого - нЫчЭго нЭ лЭтаетЪ! Ты попробуй сначала, да-а? А ПАтоМЪ
говорить будЭшЪ! ЗалЭзай!
Проклиная весь Арабский Халифат в целом, и джиннов в частности, госпожа
Эйфор-Коровина полезла в самолет.
- Этого я с собой возьму! - заявил Мамахуд, запихивая визжащего и
сопротивляющегося Саллоса в контейнер для
перевозки животных.
- Не надо! - запротестовала Ариадна Парисовна.
- Надо, надо! - тут же завопил Саллос и даже состроил Мамахуду глазки,
вывалив из кармана пачку эротических
журналов. - Вот тя-я-як...
- Вах! - только и смог выдохнуть восхищенный джинн. - Он со мной!
- А у тЭбя справка на нЭго естЪ? - подозрительно спросил Махмуд.
- А. .а... Какая-такая справка? Ах, справка... Конечно, есть! Сейчас!
С этими словами Мамахуд превратился в печатный станок, быстро отштамповал
какой-то бланк с заголовком
"СПРАВКА", потом превратился в целый ветеринарный кабинет, осмотрел демона,
сделался трясущимся старикашкой в
пенсне и заявил:
- Во-о-от! Котик здоров, к полетам годен! - и ляпнул печать на СПРАВКУ,
негодяй.
Затем Мамахуд принял свое нормальное обличье и сунул справку под нос
Махмуду.
- Видишь? Все в порядке!
- ТАгдА проходЫ! - сказал тот, натягивая авиационные очки и застегивая
шлем.
Госпожа Эйфор-Коровина только и смогла, что всплеснуть руками.
- Невероятно! - воскликнула потомственная ведьма.
- О, ты еще и десятой части не видела! - сообщил ей Мамуд, пристраиваясь
рядом.
- Ну, хоть второго-то оставили? - спросила госпожа Эйфор-Коровина с
надеждой, имея в виду Бальберита.
Самолет в этот момент как раз набрал высоту.
- Оставили. На фиг он тут сдался. У нас парашютов только пять... - сообщил
Мамахуд.
- Что?! - Ариадна Парисовна схватилась за голову. - Выпустите меня!!
- ДЭРЖЫСЪктозачтоМОЖЭТЪ!!! - раздался громкий голос Махмуда. - ГазУЮ!
"ПЫлот" зажмурился и нажал
кнопку ускорителя.
Прежде чем госпожа Эйфор-Коровина успела хоть что-то сообразить, ее
впечатало в заднюю стенку самолета! К
несчастью потомственной ведьмы, она оказалась впереди всех. В следующий миг в
Ариадну Парисовну с размаху врезался
Мамуд, а в него Мамахуд, вцепившийся обеими руками в клетку с Саллосом.
- Я держу тебя, мой котик! - вопил он.
У Ариадны Парисовны было такое ощущение, что ее продырявили и теперь
высасывают содержимое ее тела.
- Меня сейчас вырвет, - с трудом смогла выговорить она.
- Не волнуйся! Меня тоже! - успокоил ее Мамуд.
- Я первый! По команде, раз, два, три, начали! - "поддержал беседу"
Мамахуд.
- Это дурной сон... - начала бормотать Ариадна Парисовна, злобно глядя
перед собой в одну точку. - Это просто
дурной сон...
- ДЭРжЫСЪ!! - кричал Махмуд. - ЧЭрЭз полчасЪ будЭм на мЭсте!!!
- Полчаса? - простонала госпожа Эйфор-Коровина. - Полчаса...
Тем временем черт Бальберит медленно летел над пустыней; Ноги у него были
во временном параличе. Как только
самолет с джиннами, Саллосом и Ариадной Парисовной оторвался от земли, Бальберит
мгновенно начал развязывать гадюк.
Они, понятное дело, рассердились, и в считанные секунды впрыснули в черта
столько яду, что теперь он и сам с успехом мог
в кого-нибудь плюнуть с летальным исходом. Конечно, черт успел вытащить из
блокнота для перемещений аптечку и сделать
себе укол, но это спасло только верхнюю часть его тела. Нижняя должна была
прийти в себя не скоро, часов через 16.
Надежда Сергеевна уже не чувствовала собственных рук, которые крепко
прижимали к ее груди младенца; Мысли ее
текли как-то странно. Словно два параллельных потока. Одна часть этого потока
трезво обдумывала, что ей делать, когда
этот птеродактиль долетит; до места и соберется их есть (или кого-нибудь ими
кормить, а тем временем другая часть ее
мыслительного потока в отчаянии кричала, что всего этого не может быть, просто
потому, что не может быть никогда!
Однако нынешняя Мурочка была уже совсем не та, что всего сутки назад. Поэтому
она без колебаний выбросила
неконструктивные мысли из головы и полностью сосредоточилась на первой части
потока своего сознания.
Ей показалось, что странная тварь начала снижаться. Она сделала несколько
кругов над горой, затем зависла на
секунду в воздухе и разжала лапы!
Мадам Мурик закричала, каким-то чудом сумела перевернуться спиной вниз,
чтобы при падении не зашибить ребенка,
и в следующий миг грохнулась на кучу сена!
Протоптица издала пронзительный вопль, взмахнула крыльями и улетела прочь.
- Ясмина!
Мурочка обернулась и чуть было не закричала от радости.
- Вы? То есть ты?
- Ясмина! - Канбар заключил девушку в свои объятия. - Велик Аллах и
воистину пути его неисповедимы!
Надежда Сергеевна просто не находила слов. В этот момент ребенок запищал.
Странно, но Мурочка мгновенно
поняла, что он хочет есть! Хоть до этого дня ни разу не держала на руках
новорожденного и вообще знала о них меньше, чем
о сибирских выхухолях. Более того, она правильно расположила младенца на
согнутой руке и практически профессионально
предоставила ему нужную часть тела.
Канбар изумленно уставился на ребенка. Вначале лицо его озарилось
радостью, а затем помрачнело.
- Кто его отец? - спросил он страшным голосом.
- Я бы и сама хотела знать, - устало ответила Надежда Сергеевна.
- Что это значит? Ясмина! Ты надрываешь мне сердце! Скажи правду! Какой бы
она ни была! - на глазах Канбара
выступили слезы. - О, Аллах, неужто ты дал мне жизнь только для того, чтобы я
сам лишил себя ее!
С этими словами юноша подбежал к краю огромного гнезда.
- Стой! - закричала мадам Мурик. - Стой, сумасшедший! Я сама не знаю, как
это могло получиться! Здесь какая-то
тайна! Ошибка! Стой! Не делай глупостей!
- Ты, ты одна была смыслом моей жизни! Ты одна была путеводной звездой в
пустыне!
Перед глазами мадам Мурик мгновенно промелькнули все пятьдесят три сюжета
о спасении самоубийц, которые она
видела в любимой программе "911". Главное, сделать или сказать что-нибудь
неожиданное, но вселяющее надежду!
Отговаривать самоубийцу бесполезно и даже опасно, а вот отвлечь...
- Я люблю тебя! - пронзительно закричала Надежда Сергеевна.
- Что? - юноша затих.
- Я тебя люблю, - твердо и спокойно повторила мадам Мурик. Так!
Получилось, теперь нужно его успокоить. - А
теперь отойди от края.
Юноша сделал шаг к ней.
- Это странный случай, и мы должны выяснить, как это могло случиться, -
так же спокойно и ровно продолжала
Мурочка.
- То есть... - Канбар показал на младенца. - Ты хочешь сказать, что... А
что ты хочешь этим сказать?
Поэт недоуменно смотрел на свою возлюбленную, его глаза снова начали
темнеть, было видно, что он испытывает
мучительную внутреннюю боль.
- Я хочу сказать, - Надежда Сергеевна старалась говорить медленно и очень
спокойно, - что сама не понимаю, как
такое могло произойти. Возможно, это - колдовство!
Мадам Мурик сама не верила, что это говорит.
- Я чиста, я не брошу этого ребенка и буду заботиться о нем. Но тот, кто
хотел причинить ему зло, - Мурочка
посмотрела на поэта, - тот человек хотел, чтобы принцесса Ясмина... то есть я,
отказалась от него! Чтобы стала
детоубийцей! И мы должны узнать кто ее... то есть меня так ненавидит!
- Так значит... Ты... О, Ясмина! Прости, что я допустил тень подозрения в
нашу любовь! Что я позволил нечестивым
мыслям... О! Если понадобится, я отдам жизнь, чтобы уничтожить твоих врагов!
Канбар бросился к мадам Мурик и распростерся перед ней.
- Ничего, ты еще очень сдержанно отреагировал, - успокоила его Мурочка.
- Прости меня, прости, - поэт покрыл поцелуями ноги Надежды Сергеевны.
Та протянула руку и провела по его волосам. Странное чувство пробежало от
кончиков пальцев по всему телу, когда
она дотронулась до поэта. Как будто живая вода разлилась по всему ее телу.
Ничего подобного мадам Мурик никогда раньше
не испытывала...
- Где мы? - спросила она у Канбара.
- О! Мы в самом удивительно месте на земле! К сожалению, видимо, здесь мы
окончим наши дни, - поэт встал и
стал раскапывать сено. - Смотри! Они уже совсем скоро появятся на свет. И они
будут очень голодные.
- Кто появится? - недоуменно спросила Мурочка и поднялась, чтобы заглянуть
туда, куда показывал Канбар. - О,
Боже!
В сене лежали огромные, в человеческий рост, яйца!
- Что... что это такое?! - воскликнула Надежда Сергеевна, испытывая
леденящий кровь ужас от присутствия здесь
этих яиц.
- Что они здесь делают?
- Они здесь живут, - недоуменно посмотрел на нее поэт. - Это же гнездо
птицы Рок! Она сейчас запасает еду для
своих птенцов. Когда они вылупятся, она уже не сможет отлучаться, будет охранять
их. Скоро еще кого-нибудь принесет.
Если бы я знал, какую дурную услугу мне окажет золото Саиды!
- Какое золото?
- Разве ты не знаешь?
И Канбар поведал мадам Мурик всю чудесную историю своего спасения из
тюрьмы.
- ... и я решил спасти тебя. Украсть, увезти, чтобы мы всегда могли быть
вместе.
Мурочка улыбнулась и покраснела, ей никто и никогда не говорил таких слов.
- Я пошел на рынок, чтобы купить быстрых лошадей и оружие, но там меня
обманули. Купцы сказали, что лошади в
караван-сарае, за городом. И как только мы вышли за городские стены -
набросились на меня, избили, отобрали деньги и
прекрасные одежды, что дала мне Саида. Ты знала, что она могущественная
колдунья?
- Нет, для меня это тоже оказалось полной неожиданностью, - совершенно
честно ответила Надежда Сергеевна.
- Ты так странно говоришь; Ясмина, - Канбар наморщил лоб. - Никак не могу
понять, что-то в тебе изменилось...
У Надежды Сергеевны пресеклось дыхание. Она машинально переложила ребенка
к другой груди.
- Ах! Глупец! - поэт хлопнул себя по лбу ладонью и указал на младенца.
- Да уж, - Мурочка поспешно кивнула. - Так что же было дальше?
- Эти негодяи побоялись бросить меня у городских стен, поэтому погрузили
на одного из своих верблюдов и отвезли
в пустыню. Затем один из них вытащил рог какого-то странного животного, и
протрубил. Звук был точно такой, как издает
птица Рок. Затем разбойники бросились бежать и укрылись за холмом. Я попытался
встать, но они связали мне руки и ноги.
Через некоторое время послышался шум. Я повернулся и увидел...
- Гигантские когти, - печально закончила фразу Надежда Сергеевна.
- Да, - кивнул поэт. - Но это была судьба. Теперь я благодарен тем ворам,
что бросили меня в пустыне. Так я снова
обрел тебя, моя возлюбленная.
- Да, так странно, - мадам Мурик совсем смутилась. - Действительно, как в
сказке.
- Наш союз заключен на небе, и никто не сможет нас разлучить!
Надежда Сергеевна почувствовала, как ее заливает какая-то теплая, нежная
волна... Она закрыла глаза и
почувствовала, что к ней приблизились губы поэта. Тут ребенок беспокойно
зашевелился, и мадам Мурик мгновенно
выпрямилась.
- Как же нам теперь отсюда выбраться? - деловито спросила она у Канбара.
Тот придвинулся совсем близко к ней и обнял.
- Мы должны заставить птицу отнести нас на землю, - спокойно сказал он.
- Но как это сделать? Она, по-моему, не разговаривает, - Надежда Сергеевна
смотрела на Канбара с недоверием, но
и восхищением, одновременно.
- А мы ей наглядно покажем, что нам от нее нужно!
С этими слотами Канбар начал вытаскивать из сена яйцо.
- На! - он подкатил одно к мадам Мурик.
- Что мне с ним делать? - спросила та.
- Пока ничего, - ответил поэт и стал откапывать второе. Затем он приложил
ухо к скорлупе. - Уже совсем скоро!
Там, внутри, почти готовый птенец. Ну что ж, птица Рок, посмотрим, правда ли ты
так любишь свое потомство, как говорят!
- Что ты собираешься с ним делать? Неужели разбить?! - Надежде Сергеевне
до слез стало жалко птицу, которая
прилетит и обнаружит свое гнездо разоренным. Все-таки мадам Мурик сама только
что стала матерью...
- Нет, если мы их разобьем, нам точно не уцелеть. Птица Рок страшна в
своей ярости, - Канбар подошел к краю
гнезда и поднял большой камень.
- Страшна в ярости? - переспросила Мурочка, поежившись. Она вспомнила
гигантские когти, появившиеся из
тумана, пронзительный визг, восьмиметровые крылья, и подумала, что,
действительно, лишний раз злить птеродактиля не
стоит.
Птица Рок летела к своему гнезду налегке. Единственное, что ей удалось
добыть - старый баран. Причиной тому
было странное беспокойство, не давшее ей отлучиться далеко от гнезда. Странное
предчувствие беды заставило птицу
схватить первую попавшуюся добычу и лететь обратно.
Мадам Мурик совершенно неверно определила Птицу Рок в отряд птеродактилей.
Сие странное чудовище, не что
иное, как арабский родственник Феникса, только гораздо крупнее и с менее
развитым мозгом. Никто и никогда не видел
мертвой Птицы Рок, но так как толковых ученых в то время еще не было, то на это
не обратили внимания. А зря. Как
известно, Фениксы имеют обыкновение в конце жизни сгорать дотла, а затем
возрождаться из собственного пепла. Такая
способность, вне всякого сомнения, любопытна, но накладывает ряд ограничений.
Во-первых, численность Фениксов
оставалась неизменной, во-вторых, такая система самовоспроизведения не оставляет
места половому отбору1, а в-третьих,
предусмотрено возрождение только самовозгоревшихся Фениксов, в случае их гибели
по какой-нибудь другой причине
(отравление угарным газом, падение с высоты, попадание под движущийся
автотранспорт, гибель в районе боевых действий,
удушение хозяином, не любящим пения Фениксов), этого не происходит. В результате
такой непродуманной
демографической политики, сии чудесные птицы вскоре после своего появления были
занесены в Красную книгу, а затем и
вовсе повымирали, как морские коровы.
Это когда самка выбирает самого сильного и красивого самца, в надежде, что
тот передаст потомству лучшие качества
вида и новые, приобретённые им самим качества, помогающие эффективно выживать в
агрессивной окружающей среде.
Самцы тоже не промах, стремятся передать свои гены наибольшему количеству самок,
конкурируя за это право с другими
самцами. Побеждает, понятное дело, сильнейший. Таким образом, в природе, от
поколения к поколению, дела становились
всё лучше и лучше. Иначе говоря, в негуманном животном мире, больной и
беспричинно кидающийся на собратьев волк, не
умеющий охотиться в стае, обречён на лютую погибель, не оставив при, этом
дефективного потомства. Человек же пошёл по
другому, более гуманному пути...
Примечание: всем досадующим на корыстолюбивость женщин и неверность
мужчин, настоятельно рекомендуется
подробное знакомство с сочинениями сэра Чарльза Дарвина, посвящёнными половому
отбору.
Птицы Рок придумали не намного лучше. Осознав всю важность полового
отбора, на печальном примере беспечных
Фениксов, они его применили, но несколько, как бы это сказать, глуповато. Самки
Птицы Рок стали выбирать себе самцов.
Это еще более-менее понятно и по правилам. Но как! Положив глаз на какого-нибудь
"петуха", эта, с позволения сказать,
двухтонная "курица" начинала его преследовать! Догнав - съедала. При
переваривании самца, самка Птицы Рок
оплодотворялась. После откладывала яйца. Понятно, что при таком подходе к делу,
выживали только самые сильные и
быстрые самцы! А слабые и медлительные становились папашами для будущих
поколений.
У самцов не было и даже не могло быть ни малейшего шанса, потому что
"женское" поголовье Птиц Рок проходило
самый жесточайший внутривидовой отбор. Каждый вылупившийся птенец женского пола
должен был немедленно
выдержать бой со своей собственной мамашей, которая "дочками" завсегда пыталась
позавтракать (чтобы оные в будущем
не претендовали на редких и без того пугливых самцов). Следовательно, выживали
только самые сильные и коварные самки.
Таким образом, с одной стороны, нарождавшиеся птенцы мужского пола становились
все слабее, а птенцы женского пола -
наоборот. Судьба уникальных птиц была предрешена. Уникальность же Птиц Рок
состояла в том, что это единственный
известный случай возникновения феминизма в животном мире. Примерно в 1268 году
они бесследно исчезли, вместе с
Арабским Халифатом.
Но мадам Мурик переместилась в 1078 год, когда Птицы Рок, хоть и очень
редко, но все еще встречались. Можно
сказать, Надежде Сергеевне крупно повезло. Во всяком случае, ;любой зоолог был
бы счастлив оказаться на ее месте.
Надежда Сергеевна и Канбар напряженно наблюдали, как появившаяся на
горизонте темная точка приближается к
гнезду. Когда Птица Рок подлетела ближе, поэт поднял увесистый булыжник и занес
над яйцом. Птица быстро сообразила, в
чем дело, во всяком случае, моментально издала дичайший вопль. Она начала
кружить вокруг гнезда, оглушая мадам Мурик
и Канбара криком. Увидев, что это не помогает, Птица Рок села на каменистый
край, отпустила барана, и недовольно
произнесла:
- Согласна на переговоры!
У мадам Мурик глаза поползли на лоб.
- Ты доставишь нас к падишаху Аль-Бируни, тогда мы не причиним птенцу
вреда! - Канбар показал на яйцо. - Ему
и остальным заложникам!
Поэт кивнул в сторону Мурочки, которая сидела перед четырьмя яйцами и
держала в каждой руке по булыжнику.
- Аль-Бируни слишком далеко, - заявила Птица. - Они все равно умрут от
голода, пока я прилечу обратно. Могу
доставить на границу Эль-Газневи и. Эль-Вабара.
- Согласен, - принял условия Канбар.
Мадам Мурик испытала легкое беспокойство, забираясь по кожистому крылу на
спину Птицы. Канбар, с яйцомзаложником,
устроился на шее дальнего родственника Фениксов, чтобы у того не
возникло соблазна стряхнуть пассажиров в
пропасть.
Мамуд и Мамахуд устроились на задней стенке самолета с большим комфортом;
чтобы скоротать время, джинны
играли в "города".
- Эль-Араб, - изрек Мамуд.
- Басра, - выпалил Мамахуд после минутного раздумья.
- Аль-Бируни, - невозмутимо продолжил Мамуд.
Последовало долгое напряженное молчание. Мамахуд весь вспотел. qh отчаянно
морщил лоб, потом лицо его
озарилось догадкой и он тихо, вполголоса прошептал:
- Ирам зат Ал-Имад!
- Тихо! - Мамуд заткнул ему рот, боязливо оглядевшись по сторонам. - Ты
что?! Угробить нас решил?!
- Что это за город такой? - поинтересовалась Ариадна Парисовна. Так, от
нечего делать.
- Его запрещено упоминать вслух! Это имя судьбы! Высшей силы, где не
властны любые чары! Попавший в... в этот
город, спасется только в том случае, если это записано на одной из колонн. Если
же нет - то даже джинны и самые
могущественные волшебники погибнут внутри!
- Д-я-я? - подал голос демон мгновенной роковой любви. - Посмотрим,
посмотрим...
Саллос полез в путеводитель, открыл на нужной странице и присвистнул.
- Ни черта же себе! Ты только послушай! - обратился он к Ариадне
Парисовне. - Здесь написано: "Многоликий
Ирам, тень непокорного города, уничтоженного ангелом Джабраилом за гордыню,
появляется в пустыне раз в двенадцать
лет, когда планеты сходятся в ряд. Не многие могут войти в Ирам, но выйти могут
только избранные. На драгоценных
колоннах этого города записано все прошлое, настоящее и будущее всех людей, что
жили и еще будут: жить на земле". Вот
бы туда пробраться...
Демон мечтательно закатил глаза.
- Мы бы тогда точно знали, когда следует погубить мир...
- Не дай Бог, - пробормотала Ариадна Парисовна. - Что еще в твоем
путеводителе написано?
- Написано, что войти и выйти может только чистый сердцем и помыслами
некорыстный человек в сопровождении
девственника, - Саллос провел пальцем по строке. - Где бы найти девственника?
Слышь, ведьма, ты часом не...?
Госпожа Эйфор-Коровина уже почти решила наколдовать вишенку, чтобы ее
косточкой стрельнуть демону в глаз, но
тут из бортового динамика раздался громкий голос Махмуда.
- ПАдлЭтаЕм! ПАрАшЮты одЭваЙ!
- Зачем? : - спросила сдавленным голосом почти расплющенная Ариадна
Парисовна.
- Выходить будем, - невозмутимо ответил Мамуд и спокойно отодравшись от
задней стены, отпихнул Мамахуда.
Тот моментально восстановил свою нормальную форму, сконструировал из полоскн
бумаги бантик и начал играть с
Саллосом. Демон мгновенной роковой любви вначале недоуменно таращился на
мелькающий перед его носом предмет,
затем покрутил пальцем у виска, достал из кармашка "Основы квантовой механики" и
отвернулся, погрузившись в чтение.
Мамуд сунул потомственной ведьме в руки парашют.
По бокам салона замигали красные лампочки, из динамиков послышался
приятный голос грузинской стюардессы:
- УважАЕмыЕ пасажИры! Наш лай-нЭр готовЫтся сАвершЫт пАсадку на горе ЭшШейх.
ТЭмпЭратурА за бАртом
самолета минус шЭсть градусов. ПрЫстЭнгни-те рЭмни ваших парашютов и оставайтЭс
на мЭетах до моей кАманды. А
тепер... КАМАНДА!
В тот же миг дверь кукурузника распахнулась, и прежде чем Ариадна
Парисовна сообразила, что происходит, Мамуд
вышвырнул ее за борт!
- Не надо! Я сам! - остановил его Мамахуд. Зажав нос, он взял клетку с
Саллосом под мышку и прыгнул. Сам
Мамуд внимательно осмотрел самолет, не забыли ли чего, и вышел, аккуратно закрыв
за собой дверь.
- Вр-р-рагу нЭ сдаЁтся наш гордый Варяг! - воскликнул Махмуд,
катапультируясь.
- А-а-а-а! - госпожа Эйфор-Коровина рассекала густую облачность, дергая за
все кольца и ремешки, торчавшие из
парашюта. - Мама!
- Как полет? - спросил Мамуд, появившись рядом. - Вы не могли бы лететь
помедленнее? Зачем так торопиться?
- А-а-а-а! - вопила Ариадна Парисовна в ответ, показывая пальцем на
стремительно приближающийся каменный
уступ.
- Вот помню, мы спускались с Эвереста на слаломных лыжах! Это было что-то!
Эй! - Мамуд поймал госпожу
Эйфор-Коровину за парашютный рюкзак в полуметре от земли. - Так ведь и разбиться
можно! - воскликнул он строго. -
Вы что!
Ариадна Парисовна почувствовала, что у нее подкашиваются ноги.
- О-о-х... - только и смогла произнести потомственная ведьма, оседая на
камни.
- Что случилось? - Спросил приземляющийся на манер Мэри Поппинс Мамахуд.
Он аккуратно поставил клетку с
Саллосом и закрыл зонтик.
- Лихачит! - возмущенно ответил Мамуд, показывая на совершенно зеленую
госпожу Эйфор-Коровину. - .
Адреналину ей, видите ли, захотелось!
- Ай-яй-яй! - покачал головой Мамахуд.
- Это она всегда так, - бесстыдно наврал демон мгновенной роковой любви,
отвлекаясь от своей книжки. -
Выпрыгнет и не раскрывает парашют до последней секунды! Вот буквально каждый
раз! Говоришь ей, говоришь! А все без
толку.
- AccAl - раздалось наверху.
В следующий момент на площадку грохнулось кресло пилота с Махмудом, а еще
спустя секунду всех накрыло белым
шелковым куполом его парашюта.
- Детский сад! - закатил свои огромные зеленые глаза Саллос, послюнявил
палец и перевернул страницу, - Тя-я-як,
где я остановился... А, вот! Принцип суперпозиции относится к волновым функциям:
если физическая система может
находиться в состояниях, описываемых двумя (или несколькими) волновыми
функциями, то она может также находиться в
состоянии, описываемом любой линейной комбинацией этих функций (принцип
суперпозиции состояний)...
- Начинаем опЭрацию! - скомандовал Махмуд.
Но его голос заглушил звук взрыва. Гора содрогнулась, сверху посыпались
мелкие камешки. Джинны по команде
сняли свои скальпы и склонили головы.
- Прощай, наш вернЫй друг! Много лЭтты был с нами!
Пролив три фонтана слез, Мамуд, Мамахуд и Махмуд быстренько соорудили
памятную стелу с надписью: "Свободные
джинны Эль-Вабара были тут и потеряли свой самолет. Нашедшему, просьба вернуть
за вознаграждение".
Минут через десять, когда удалось, наконец, выпутаться из парашюта,
"спасатели" вошли в пещеру.
Госпожа Эйфор-Коровина метнулась к золе от костра.
- Теплая, - пробормотала она. - Они недавно покинули это место.
- Женщину и ребенка украла Птица Рок, ифрит отправился в Эль-Газневи к
Фатиме, а джинния Маймуна вернется
через десять минут, - сообщил Мамуд.
Ариадна Парисовна почувствовала, что у нее даже дыхание сперло от уважения
и восхищения дедуктивными
способностями джинна.
- Но как, черт возьми? Как? - только и смогла выговорить она.
- Тут заПыска, - флегматично ответил Махмуд, показывая пальцем на стену.
Госпожа Эйфор-Коровина густо покраснела и повернулась туда, куда ей
показывали. На стене огромными корявыми
буквами было написано следующее:
"Сахр, подлый ифрит! ПридуприЖдаю тибя в паследней раз! Если ты не
паделишся са мной наградай, Каторую
палучишь в Эль-Газневи от Фатимы, я тибя убью! Или расКаЖу, что рибенка у тибя
нет, Патамушта его yкpaлa птица Pok
вместе с пренцесай Ясминай
Маймуна X
ПыСы.: Ушла, щас вирнус (чириз 10 менут)".
- Где эта птица Рок? Что за типа Рок?! - лицо Ариадны Парисовны стало
землисто-серого цвета.
Внезапно у Мамуда на поясе что-то з
...Закладка в соц.сетях
