Жанр: Любовные романы
Жажда любви
...еевна приподняла голову и ахнула. Она лежала на титаническом
ложе посреди огромнейшего зала!
Справа огромный проем в виде заостренной арки вел на балкон. Напротив
располагался такой же арочный проем, но с
дверями. В помещении, без всякого сомнения, дворцовом, было полно народу. Да и
что это за народ! Все в длиннополых
халатах, чалмах! В глазах у Мурочки начало рябить от ярких, насыщенных красок,
золотой и серебряной парчи, шитья,
блеска драгоценных камней! Присутствующие молча поклонились и начали пятиться к
двери. Затем разогнулись, и начали
выходить по одному. Надежде Сергеевне показалось, что они соблюдали иерархию.
Последним вышел высокий старик,
одетый в халат из ярко-зеленого бархата. На нем была не чалма, а высокий золотой
колпак, усеянный какими-то
сверкающими камнями. Мурочка даже побоялась предположить, что это изумруды.
Как только все вышли, Надежда Сергеевна перевела остекленелый взгляд на
свой огромный живот.
- О, Боже! - только и смогла простонать мадам Мурик. - Этого не может
быть...
Она встала с кровати, с трудом сделала несколько шагов. Казалось, что
земное притяжение увеличилось в несколько
раз. Мадам Мурик вышла на балкон ил.
Ее взору открылся двор, на котором суетились сотни людей, впереди была
титаническая крепостная стена с башнями и
зубцами. Дальше, вплоть до самого горизонта, насколько хватало глаз, простирался
город. Здания из глиняного кирпича в
один, максимум, три этажа. Там-сям высились минареты мечетей...
- Принцесса Ясмина вышла из своих покоев, дабы освежить наш воздух своим
дыханием! - раздался откуда-то
сверху высокий и громкий, как сирена, голос. - Тому, кто посмеет на нее
взглянуть - голова с плеч!
Этот клич мгновенно подхватило не меньше десятка голосов, они передавали
его с башни на башню, с минарета на
минарет!
В ту же секунду все кто был во дворе, повалились лицом вниз! Мадам Мурик
смогла разглядеть, что город, еще
секунду назад напоминавший гигантский муравейник, замер! На дороге, что вела к
воротам крепостной стены, все люди
лежали ничком в дорожной пыли и закрывали головы руками!
- Уйди с балкона! - раздался раздраженный голос Ариадны Парисовны. - На
четвертой улице отсюда, торговец
фруктами лежит, зарывшись в дурианы (Это такой фрукт, который внутри, типа,
"очень вкусный", а снаружи дико воняет
кошачьей мочой. Честно говоря, воняет так, что попробовать решаются немногие.
Есть мнения, что миф о неземной
вкусности дуриана держится лишь на том, что решившийся его есть, обнаруживает,
что на вкус это далеко не так ужасно, как
по запаху). Пожалей беднягу.
Но мадам Мурик сама уже, пятилась назад, на совершенно прямых ногах.
- Мне лучше лечь, - простонала Надежда Сергеевна, забираясь обратно на
титаническое ложе, посреди покоев.
- Где она? Я хочу немедленно ее видеть! - за дверью послышался чрезмерно
возбужденный мужской голос.
Створки с грохотом распахнулись, несколько здоровенных охранников с
саблями наголо вбежали в покои и
моментально построились в две шеренги, друг против друга. - Саида! Что с моей
ненаглядной Ясминой, жемчужиной
Востока? Луной северных гор? - В спальню (если конечно можно так назвать
помещение примерно в четыреста квадратных
метров) впорхнул мужчина в белом. Натурально весь: белоснежная чалма,
белоснежный халат, белоснежные туфли и
белоснежные шаровары. На этаком фоне, волосы мужчины и бородка казались до
невозможности черными. Просто
фантастически черными и блестящими! Впрочем, он весь был такой "блестящий":
тонкий ястребиный нос, голубые глаза, изпод
чалмы на плечи спадали густые; тяжелые волосы. В нем с трудом угадывался
ночной посетитель...
"Это Мерхадрах, твой муж!" - услышала голос Ариадны Парисовны у себя в
голове мадам Мурик. - "Веди себя
спокойно. В присутствии свиты он не станет устраивать скандал. Ты дочь падишаха
Аль-Бируни. Он рискует сильно
нарваться, если скажет про тебя что-нибудь плохое".
Надежда Сергеевна вздрогнула и захлопала глазами, изумленно глядя то на
Ариадну Парисовну, то на вошедшего.
- С ней уже все хорошо, госпожа отдыхает, - Ариадна Парисовна поклонилась
до земли.
- Моя сладкая птичка, мой спелый персик, моя капелька меда, - мужчина
устроился рядом с Надеждой Сергеевной
и нежно погладил ее живот. - Уже скоро родится! Мне кажется, я слышу биение его
маленького сердечка!
Мужчина приложил ухо к огромному животу.
- Толкается! Настоящий воин!
Затем Мерхадрах встал, и прошелся несколько раз туда-сюда перед Надеждой
Сергеевной.
- Я, собственно, пришел тебя обрадовать, моя дорогая, - сказал он
несколько нервно. - Тот наглец, ты знаешь, о
ком я говорю, сбежал сегодня ночью из нашей тюрьмы. Это очень странно. Тюремщик
утверждает, что этого, сама знаешь
кого, освободил джинн! Ты ничего, случайно, не знаешь?
Мерхадрах пристально воззрился на свою жену.
Однако, хоть мадам Мурик и оказалась в теле Ясмины Эль Газневи,
психический аппарат она сохранила свой
собственный, так что ответить ничего не смогла. Памятуя, как Мерхадрах
замахнулся на нее кнутом, она его побаивалась, но
о чем он говорит, совершенно не понимала.
- Тебе, что, все равно? Ясмина, неужели ты не рада, что он избежит смерти?
- брови мужчины поползли вверх.
"О чем он говорит?" - мысленно обратилась Надежда Сергеевна к Ариадне
Парисовне.
"А, черт его знает!" - ответила потомственная ведьма, решив, что в данных
обстоятельствах лучше, чем Надежда
Сергеевна ведет себя сейчас, находясь в неведении, она вести себя не может.
- Кстати, может быть, скажете, кто дал вам право врываться ко мне и
устраивать допрос? - выпалила мадам Мурик.
- Ой!.. - послышалось страдальчески среди придворных.
Мерхадрах обернулся так, будто услышал у себя за спиной трубы Иерихона.
Несколько секунд он молчал, не в силах
выговорить ни слова, а затем перевел взгляд на Ариадну Парисовну.
- Саида! Что с моей женой?! Я ослышался, или она и вправду сказала то, что
услышали мои уши?!
- Должно быть, она имела в виду нечто, э-э-э... иносказательное, - госпожа
Эйфор-Коровина мучительно пыталась
сообразить, что может быть иносказательного во фразе Надежды Сергеевны.
Мерхадрах смягчился, а по рядам придворных прокатился вздох облегчения.
- А, это может быть, - принц расплылся в благостной улыбке. - Моя
прекрасная Ясмина, обожает всякие туманные
намеки, голубка. Саида, я тебе рассказывал, как странно она поняла мое
ухаживание?
С этими словами Мерхадрах сел на кровать и потрепал мадам Мурик по щекам.
Все это больше напоминало серию
легких пощечин, но Надежда Сергеевна при помощи инстинкта самосохранения,
сделалась тише воды, ниже травы. Она
втянула голову в плечи, и даже попыталась изобразить подобие улыбки на лице.
- Нет, господин, - снова почтительно склонилась Ариадна Парисовна,
мысленно благословляя тело Саиды, которое,
видимо, не знало вообще никаких болезней. Если бы у смотрительницы гарема был
радикулит, то госпоже Эйфор-Коровиной
пришлось бы очень туго.
- Я тебе рассказывал сотню раз, Саида! - возмутился тот
Ариадна Парисовна закусила губу, но супруг "Ясмины", по счастью, разрешил
ситуацию:
- Однако твоя предупредительность весьма и весьма похвальна. Учись,
визирь! Каждый раз, когда я требую
увеличить налоги, делай вид, будто слышишь об этом впервые. Ты же только и
знаешь, что твердить: "Вы уже повышали их
в этом месяце, вы уже повышали их на этой неделе". Гибче надо быть, тоньше.
Белоснежный говорун обращался к высокому и худому как жердь господину,
одетому во все черное. Выражение лица
у господина было не из приятных. Во-первых, он был чрезмерно бледен, по
сравнению с остальными, а во-вторых, смотрел
только одним глазом. Второй его глаз не подавал никаких признаков жизни, глядел
как бы в одну точку, но госпоже ЭйфорКоровиной
показалось, что этот неподвижный глаз всегда смотрит именно на нее.
- Слушаюсь, повелитель, - визирь согнулся вдвое, что выглядело довольно
комично при его росте.
Надежда Сергеевна постепенно начала понимать; что белоснежный красавец, по
всей видимости, отец ее ребенка! Она
следила за ним неотрывно и никак не могла поверить, что такое может быть!
Мужчина был таким... Внезапно мадам Мурик
поняла, что он ее... Это... Иначе ведь нельзя добиться беременности. Надежда
Сергеевна густо покраснела - неловко
встретить мужчину, утверждающего, что с вами спал, и, по всей видимости, не
врет, но вы этого совершенно не помните.
- На чем же я остановился? - красавец закатил глаза и поднес палец ко рту.
- Ах, да. Как интересно Ясмина поняла
мое ухаживание. Слушайте. Это было давно...
Мадам Мурик слушала, затаив дыхание. Еще бы! Даже невозможно представить,
как сильно ей хотелось узнать, каким
образом она и в прошлой своей жизни вышла замуж за такого козла!
Рассказ мужа Ясмины о том, как она поняла его ухаживания (и некоторые
размышления Ариадны Парисовны по
этому поводу)
- Год назад прекрасная Ясмина, дочь Аль-Бируни, считалась самой прекрасной
принцессой в благословенной стране
халифа, - задушевно и нараспев начал принц.
"О, боже, какое счастье, что он родился до появления индийского кино!" -
подумала Ариадна Парисовна.
- А я считался самым прекрасным принцем в благословенной стране халифа!
"Ну, как же не встретиться самым прекрасным людям в стране халифа", -
пробурчала про себя госпожа ЭйфорКоровина,
у которой в ушах уже зазвучала характерная завывающая музыка и забили
барабаны. Вот-вот раздастся громкий,
ломающийся голос: "Полюбили, ой-ей-я-й-а-а!".
- И я решил, что судьбой нам суждено быть вместе! - Мерхадрах прижал обе
ладони к сердцу. - О, моя луна!
Светит твой свет в мои глаза и слепит их!
Тут в двери поспешно вбежал небольшой дворцовый оркестр, состоявший из
национальных инструментов, и сходу
начал аккомпанировать. Кроме того, впереди музыкантов моментально появилась
какая-то полуголая женщина и начала
исполнять танец живота. Принц спел небольшую, скромную песню о том, как он был
прекрасен, из которой все
присутствующие могли узнать, что стан его строен, как кипарис, а речь его
льется, как родниковая вода, и еще что-то про
"ночь очей", белизну зубов и свежесть дыхания. После этого оркестр удалился в
глубоком поклоне, пятясь задом. Остался
только барабанщик. Мерхадрах продолжил рассказ.
- Но моя мать, - барабанщик отбил угрожающее "та-та-та-дам", - услышав о
том, что я хочу жениться, упала мне в
ноги и стала рвать на себе одежды! Хайят, - Мерхадрах обратился к женщине,
которая, несмотря на то, что музыка уже
смолкла, продолжала самозабвенно принимать вызывающе-эротические позы, - уйди!
Принц снял туфлю и бросил в назойливую даму. Та взвизгнула и выскочила за
дверь.
"Так, с мамой, видимо, будут основные проблемы, а с этой стриптизершейлюбительницей
- второстепенные", -
отметила про себя Ариадна Парисовна.
- Она кричала: "О, мой возлюбленный Мерхадрах! Дорогой сын! Не делай
этого! Не вводи чужую женщину в дом
своей матери! Пощади несчастную!".
"Интересно, кого его мать подразумевала под "несчастной"? Себя или
потенциальную невестку?", - ответ на вопрос
потомственной ведьмы не заставил себя ждать.
- Она кричала, что убьет ту, что встанет между ней и сыном, - патетично
сообщил Мерхадрах.
"Да, с мамой, определенно, предвидятся проблемы", - заключила Ариадна
Парисовна.
- Она говорила: "Твой отец построит тебе помещение под гарем, рассчитанное
на четыреста основных мест и двести
пятьдесят дополнительных, но это ничего не значит! Ни одна женщина не войдет в
него!". Еще она говорила...
Мадам Мурик нахмурилась. "Вот только стервозной свекрови не хватало!" -
Про себя Надежда Сергеевна решила,
что на этот раз ни за что не позволит собой помыкать. - Простите, повелитель, мы
все знаем позицию вашей дорогой мамы,
- глядя в потолок, мрачно прервал Мерхадраха визирь.
- Вот, всегда ты так! Ты ее ненавидишь! И за что только?! А? - правитель
подбежал к первому министру. -
Расскажи-ка!
- Ваша мать приказала зашить мою мать в мешок и сбросить с крепостной
стены, - сообщил визирь.
- А... Это... это существенно, - правитель посмотрел в пол и закивал
головой. - Да, я тебя понимаю. Мама бывает
крута в своем гневе. Но, - Мерхадрах сделал проницательный вид и заговорщицки
посмотрел на визиря, - наверное, твоя
мать дала повод!
- Она была любимой женой вашего отца, - так же флегматично сообщил визирь.
- Вот видишь! - Мерхадрах стукнул министра ладонями по животу, - Всему
можно найти объяснение! Минутку...
Но... Этого не может быть! Я точно знаю, что любимой женой отца была моя мать!
Ты что-то путаешь, Сарир.
- Она стала ею, когда у вашего отца не осталось других жен...
- Да? А куда же они все делись? Должно быть, сбежали со своими евнухами! -
Мерхадрах хохотнул, но придворные
уставились на него очень мрачно. Все они, как и первый министр Сарир, в
результате борьбы матери Мерхадраха за пост
любимой жены, остались сиротами.
- Гхм! Ну да ладно, - принц решил продолжить. - В общем, мама просила меня
не жениться. Она говорила...
- Дальше! - грянул нетерпеливый хор придворных.
Мурочка с подозрением посмотрела на отца своего ребенка. Чем больше он
рассказывал о своей мамаше, тем меньше
он ей нравился. И вообще, несмотря на то, что Мерхадрах черноволосый принц, а
Степан - русый охранник из пункта
обмена валюты, Надежда Сергеевна нашла между ними много общего.
- Хорошо, хорошо! Зачем такая спешка? И вот, я прибыл к Аль-Бируни, на
сорока боевых слонах, во главе несметной
конницы...
- Так уж и несметной? - спросил с недоверием визирь.
- Конечно! Ты же не составил предварительной сметы! Болван! - замахал
руками Мерхадрах, - Если вы будете мне
мешать, я никогда не кончу!
Придворные дружно опустили глаза вниз, в задних рядах послышались смешки.
- Тихо! - принц начал выходить из себя.
- Мы слушаем, повелитель, - сочла необходимым вмешаться Ариадна Парисовна.
Она посмотрела в окно и увидела,
что уже начало темнеть.
- Ох, Саида, только ты меня и понимаешь! - благодарно вздохнул принц. - Я
пришел к Аль-Бируни, как желанный
госты..
- Взял горой приступом, - сообщил визирь.
- Какая разница! Я въехал в центральные ворота ни белом слоне...
- А вдоль стен предварительно расставил головы побежденных на кольях, -
снова встрял визирь.
Мерхадрах бросил на него недовольный взгляд, но решил не спорить.
- И прекрасная Ясмина послала ко мне гонца, сказав, что умирает от
Желания...
- Гонец сказал, что принцесса примет вас, повелитель, только если бы
отгадаете ее загадки: Иначе она грозилась
вонзить себе кинжал в сердце, - не унимался визирь.
- И что с того? Все прекрасные принцы должны пройти испытания разума, -
Мерхадрах поправил чалму и бросил
на визиря испепеляющий взгляд, - чтобы от них потом случайно не родились какиенибудь
тощие имбицилы, с
подозрительным пристрастием к черному.
- Обычно загадок три, но для повелителя сделали исключение, - невозмутимо
сообщил визирь Ариадне Парисовне,
- он должен был отгадать четыре.
- Ясмина была так влюблена в меня, что послала две бесценных жемчужины из
своих ушей, все, что было у нее
ценного, - продолжил рассказ Мерхадрах и тут же сделал знак одному из
стражников.
Тот мгновенно приставил к горлу визиря острие сабли. Сарир скривил
презрительную усмешку, но правителя, видимо,
решил не перебивать.
- Я послал бедняжке еще три жемчужины, чтобы она смогла купить себе
приличное платье. Моя возлюбленная
оказалась практичной девушкой и тут же взвесила жемчужины. А затем... -
Мерхадрах снова прижал руки к груди и
выдохнул, - она меня поразила!
В двери тут же вбежал оркестр и начал исполнять какую-то лирическую
балладу, из которой было понятно, что
девушка оказалась порывистой словно дань, странной, как взгляд истерички,
мудрой, как три ореха, и догадливой, как
опытный таможенник.
Ариадна Парисовна зевнула. За окном смеркалось.
- Она схватила гирьку и растерла жемчуг в пыль! - сообщил, наконец,
Мерхадрах. - Стоимость целого стада
отборных верблюдов! Затем она смешала жемчуг с сахаром: и отправила мне. Я
вознегодовал, подумав, что несчастная
начиталась беллетристики про Клеопатру, и решила отравить меня, не зная, что
жемчуг надо растворять в уксусе, а не
подсыпать в сахар! Ха-ха, сказал я, и хотел показать, что знаю этот фокус.
Однако уксуса под рукой не оказалось, и я
размешал все в молоке и отправил ей обратно. Конечно, она не могла устоять.
Потому что не хотела. Она хотела меня!
Мерхадрах многозначительно ударил себя кулаком в грудь.
- Ясмина прислала мне свой перстень. Намек - куда ясней. Мол, приходи, и
возьми меня. "Я твоя", хотела она
сказать.
Я решил поощрить такое здравомыслие и послал ей очень хороший бриллиант.
Каратов на пятнадцать, думаю. Каково
же было мое изумление, когда она прислала мне такой же! Здесь я задумался. Это
выглядело как требование равноправия.
Мол, у меня есть такой же бриллиант, и мы будем решать все вместе. "Этот номер
со мной не пройдет!" - решил я. Ни одна
феминистка не станет принцессой Эль Газневи! Но к этому моменту солдаты
потребовали жалованье, а у меня ничего не
осталось, кроме одной бирюзовой бусины на четках. Тогда, отчаявшись, я отослал
оба бриллианта обратно, и эту бусину. Сам
не знаю, зачем, И вот, о чудо! Сам Аль-Бируни объявил, что Ясмина согласна стать
моей женой! Тогда я не понял, в чем
дело, а через два месяца тайна открылась. Оказывается!..
Мерхадрах поднял вверх палец и обвел взглядом всех присутствующих.
- Она все понимала по-своему! - воскликнул он. - Просто поразительно!
Послав мне две жемчужины, Ясмина
хотела сказать, что, мол, вся жизнь пройдет как два дня. Получив от меня еще
три, почему-то решила, что я говорю: "Мол, и
пять дней - не срок". Жемчужная пыль вперемешку с сахаром означала, что жизнь
Ясмины омрачена сильной страстью (до
сих пор не знаю, чьей). Получив от меня все это, разведенное молоком, она впала
в сильнейшее возбуждение, и по
рассеянности даже молоко это выпила. Это означало, что она склонилась перед моей
мудростью - как я хитро отделил сахар
от жемчуга!(Сахар а молоке растворился, а жемчуг выпал в осадок! Честное слово,
у меня и близко в голове не было ничего
подобного! Я думал про Клеопатру, про уксус, про сливочный шербет, только не про
отделение сахара от жемчуга!
- Мы тебе верим, правитель, - выдохнули придворные.
- Дальше наши мысли сошлись. Она послала мне кольцо, чтобы сказать о своем
согласии, но, получив бриллиант,
решила, что я ее отвергаю! Что, мол, я так хорош, что мне не может быть пары! О,
Аллах, что твориться в головах у женщин!
Всю ночь бедняжка рылась в папиной сокровищнице, чтобы найти подобный бриллиант
И убедить меня в том, что она
достойна моей любви.
Госпожа Эйфор-Коровина тяжело вздохнула. Образ царевны-полуношницы,
терпеливо просеивающей папины
брюлики через очень крупное сито, тронул сердце потомственной ведьмы.
- И нашла! Послав их мне, она имела в виду, что, мол: "Мы - пара!". Вот
странно, я же с самого начала ей об этом
говорил.
- Может быть, ее напугало то, что вы осадили город? - раздался робкий
голое сзади.
- Или может быть, потому что она была влюблена в другого... - вторил ему
другой робкий голос.
На этой фразе мадам Мурик навострила уши. Какое-то шестое чувство внезапно
забилось и затрепыхалось внутри нее,
как пойманная рыба в садке.
- Или может быть, она не хотела выходить замуж за полного идиота? -
подключился третий робкий голос.
- Молчите, болваны! Женщины любят силу, - принца уже было не остановить. -
Когда же я отчаялся, и послал ей
бусину из бирюзы, она решила, что это оберег от сглаза! Кто бы мог подумать, что
такая образованная девушка может быть
настолько суеверной!
Всё это запротоколировано Низами со снов некоторых людей, которые слышали
эту историю от погонщиков
верблюдов, а те читали в каких-то свитках, написанных со слов очевидцев.)
- Какая трогательная история, - подвела итог Ариадна Парисовна,
- Да, - согласился с ней Мерхадрах и снова приложил руки к груди.
Присутствующие глубоко вздохнули,
приготовившись выслушать еще одну песню. Вероятно, о том, как принц заставил
свою прекрасную жену на брачном ложе
кричать от восторга, но в этот момент в коридоре раздался громоподобный голос,
отдаленно смахивающий на женский:
- Мерхадрах!
Двери с грохотом распахнулись. В проеме стояла огромнейшая фигура.
Надежда Сергеевна подняла голову, чтобы посмотреть через свой живот. Ее
глаза округлились, рот приоткрылся.
Мурочка в ужасе прижала руку ко рту и. произнесла;
- Раиса Ивановна?!
Фигура стремительно вошла в залу. Придворные испуганно жались к стенкам, и
только визирь остался стоять на месте.
Госпожа Эйфор-Коровина мысленно поразилась, откуда в Арабском Халифате могла
взяться этакая Брунгильда?
- Приветствую тебя, о великая мать, жена падишаха, грозоподобная Фатима! -
Сарир почтительно поклонился, но
на лице его было выражение нескрываемого презрения.
- Сколько раз я просила тебя придумать какое-нибудь более изящное
обращение?! - Фатима топнула ногой, отчего
Надежда Сергеевна ясно почувствовала, как под ней вздрогнула кровать.
Ариадна Парисовна с изумлением отметила исполинское сложение мамаши
принца. Фатима была примерно метр
восемьдесят роста, а весила, должно быть, килограммов сто пятьдесят. Размер ноги
- сорок второй, никак не меньше. Лицо
чем-то напоминало квадратный, высеченный из пористого камня лик Вацли-Пуцли;
кровожадного ацтекского бога,
известного горбатостью носа, некоторой обвислостью щек и неправильным,
"бульдожьим" прикусом. Брови, росшие чуть
гуще ее усов, сходились на переносицей и привели бы в полнейшее отчаянье даже
аппарат лазерной эпиляции. На голове у
Фатимы был странный убор, вроде тюбетейки, из-под которого спускались четыре
Черные, толстые, как корабельные канаты, косы,
- О, Боже! - мадам Мурик непроизвольно попыталась укрыться одеялом. -
Этого всего не может быть! Мне просто
снится странный сон, вот и Раиса Ивановна на месте...
- Мерхадрах! Я повсюду тебя ищу! - прогремела мамаша.
- А я вот тут, - дрожащим голосом сообщил ей сын, прячась за спину Ариадны
Парисовны. - Ясмине было
нехорошо...
- Ей нехорошо с того момента, как ты стал ее мужем! Это не повод исчезать,
не предупредив меня!
- Но мама, ты спала...
Надежда Сергеевна приготовилась громко заявить, чтобы никто не смел
обсуждать ее так, будто бы Ясмины нет в
помещении, но не смогла вставить и слова в разборку между сыном и его мамашей.
- Так дождался бы, пока проснусь! - Фатима нависла над сыном, будто
снежная лавина над охотничьей хижиной.
- Но мама... - Мерхадрах нервно огляделся по сторонам. - Ты роняешь мои
авторитет, - прошипел он сквозь
зубы.
- Что?! Я тебе, щас, уроню? Я тебе, щас, так уроню! А ну пошел!
Мерхадрах отпрыгнул в сторону и, сделав сложный обходной маневр, быстро
направился к двери. Фатима двинулась
вслед за ним, издавая низкие горловые звуки, похожие на рык. Принц
предусмотрительно прибавил шагу, и, как-то нервно и
неловко подпрыгивая, вышел, постоянно оглядываясь на свою милую маму.
Ариадна Парисовна и Надежда Сергеевна проводили всю процессию изумленными
глазами и повернулись друг к
другу.
- Ну надо же! - первой заговорила мадам Мурик. - Я думала, второй такой
свекрови, как Раиса Ивановна, быть не
может!
- Думаю, за ней нужно внимательно следить, - задумчиво произнесла Ариадна
Парисовна. Внутреннее чутье
подсказывало потомственной ведьме, что мамаша Мерхадраха, прямо или косвенно,
замешана в образовании кармического
узла Ясмины.
В этот момент противоположные двери бесшумно открылись и оттуда появилось
странное существо. Пухленькое; в
сиреневых шароварах, и тонким, писклявым голоском сообщило: - Обед!
- Это главный евнух, неплохой, э сущности, человек, только уж очень
мстительный, - сообщила Ариадна
Парисовна. - Нам нужно серьезно поговорить. Потом, после обеда, я отошлю всех
прислужниц.
- О чем? - испуганно вздрогнула мадам Мурик.
- О том, как побыстрее отсюда сбежать, - ответила госпожа Эйфор-Коровина.
- Но...
Появившиеся в огромном количестве рабыни окружили Надежду Сергеевну и
наперебой принялись за ней ухаживать.
Ей помогли подняться, поддерживали под руки, чья-то ловкая рука попутно отирала
ей лоб, шею и грудь чуть влажной,
ароматной губкой,
В соседнем зале кроме колонн, балкона и арочных дверей был еще фонтан,
клетка с диковинными попугаями и
огромная арфа.
Низенький стол в центре этого помещения был уже заставлен всевозможными
диковинными яствами.
По прошествии двенадцати часов с момента перемещения, Мурочка стала
потихоньку отходить. Как это обыкновенно
бывает у тихих и застенчивых людей в такие моменты, Надежда Сергеевна начала
говорить без умолку. Преимущественно,
все об одном и том же. Как невероятно все с ней случившееся, как ей трудно во
все это поверить и т. д., и т. п. К тому же
мадам Мурик внезапно почувствовала зверский аппетит.
- Я чувствую себя совершенно другим человеком! И в тоже время - это я! Так
странно... - говорила она, пожимая
плечами и глядя куда-то вверх.
- Главное, не забудь, что ты должна отыскать предназначенного тебе судьбой
мужчину, - вполголоса сказала
Ариадна Парисовна, которая по прежнему опыту знала, что с этим вопросом можно с
первого раза и ошибиться.
- Да ну! - воскликнула мадам Мурик. - Главное ведь - не потерять ребенка,
не отказаться от него. И еще, вы
знаете, я решила быть матерью-одиночкой, мне кажется, что без мужчин даже лучше.
Они все так привязаны к материнским
юбкам, прямо отвратительно! И потом, все время говорят о какой-то своей мужской
гордости, достоинстве, а толку-то! Вот
мой муж даже ребенка мне сделать не хотел...
Повисла неловкая тишина. Девушки-прислужницы переглянулись. Ариадна,
Парисовна лихорадочно попыталась
сообразить, как можно выйти из положения. - Нет, ну этих мужчин к черту! Лучше
уж одной! - Надежда Сергеевна,
разомлевшая от еды, опьяненная: сильнейшим стрессом от перемещения, рассуждала о
проблемах взаимоотношений полов.
Не придумав ничего лучше, госпожа Эйфор-Коровина незаметно сделала знак
рукой и пробормотала себе под нос
заклинание. Девушки-прислужницы начали зевать, а затем, одна за друго
...Закладка в соц.сетях
