Жанр: Любовные романы
Бархатная смерть
...емя вместе.
Мы были преданы друг другу. Он часто говорил, что умеет меня рассмешить, а я
его вдохновляю. У нас был прочный брак, мы оба были им довольны. Но пару лет
назад, ну, может, чуть больше, он почувствовал... начал чувствовать, что ему
требуется большее разнообразие в постели. Ему хотелось
экспериментировать. — Ава отпила сразу большой глоток из своей чашки, и
ее щеки вспыхнули то ли от горячего чая, то ли от смущения. — Оба мы
были далеко уже не дети. Даже когда мы поженились, мы были зрелыми людьми.
Мой муж хотел внести... разнообразие в нашу сексуальную жизнь, и я пыталась
соответствовать его запросам. Но меня смущали некоторые его... — Ава
опять крепко сжала задрожавшие губы. — Короче говоря, я не смогла дать
ему то, что он хотел, а ему не нравилось то, что хотела получить я именно в
этом отдельном аспекте нашего брака. Это стало сказываться на наших
отношениях, разъедать самый их фундамент. Мы оба это почувствовали. Неужели
мы должны были просто смотреть, сложа руки, как наш брак разрушается? —
воскликнула она. — Мы поговорили и решили, что просто снимем эту
проблему с повестки дня, так сказать. Мы решили, что секс в наших отношениях
не так важен, как мы сами друг для друга. Что мы просто будем удовлетворять
свои конкретные нужды на стороне, что будем действовать осмотрительно. Будем
нанимать профессионалов и никогда не приглашать их ни в один из наших домов.
— И вы оба придерживались этих правил?
Ава отвернулась.
— Я — да. Но в последние несколько месяцев я начала подозревать... Мне
показалось, что Томми, возможно, приводил женщин к нам домой в мое
отсутствие. Я нашла белье у себя в ящике. Белье другой женщины. Должно быть,
Грета его постирала и положила в ящик, думая, что оно мое. Духи у меня
пропали. Было много разных мелочей.
— Вы потребовали объяснений?
— Нет. Должна признать, я была обижена. Обижена и разочарована. Я
рассердилась. Но я хотела все обдумать во время этой поездки с подругами и
решить, что мне предпринять. Он впустил кого-то в наш дом, а теперь он
мертв. — Руки Авы сжались в кулаки у нее на коленях. — Я так зла,
так обижена на него за то, что он меня покинул из-за этого.
— Вам известно, к чьим услугам он прибегал? Имена? Названия агентств?
— Нет. Мы договорились, что не будем об этом говорить. Нет. Это было
личное дело каждого.
— Однако ваши выплаты Чарльзу Монро осуществлялись с вашего текущего
счета. Ваш муж мог их видеть.
Ава с грустью улыбнулась.
— Томми никогда не заглядывал в мои личные счета.
— А вы интересовались его счетами?
Опять кровь бросилась ей в лицо.
— Да, интересовалась. Я заинтересовалась, когда заподозрила, что он
приводит женщин в наш дом. Но я ничего там не нашла. Не знаю, что я стала бы
делать, если бы нашла.
— Почему вы остановили свой выбор на Чарльзе Монро?
— Его рекомендовала моя подруга Саша. Она все понимает. В отличие от
Бриджит, Саша мыслит широко. Ее даже можно назвать бесшабашной. Саша мне
сказала, что он очень искусен и очень тактичен. Умеет держать язык за
зубами. Я была просто сплошным комком нервов, когда пошла к нему в первый
раз. Но он сумел меня успокоить.
— Это единственный лицензированный компаньон, к которому вы обращались?
— Да, он мне понравился. Я ему доверяла. Я приучила себя смотреть на
наши встречи как на визиты к терапевту.
— Вы готовы дать мистеру Монро разрешение на беседу с нами о ваших с
ним отношениях?
— О боже!.. — Ава прижала ладонь ко лбу. — Как я понимаю,
никаких прав на личные тайны и собственное достоинство у меня не осталось.
Да, я даю согласие на это. Но при условии, что сведения о моей частной жизни
не должны попасть в прессу. Вы должны дать мне слово.
— Обещаю. Можете на меня рассчитывать.
— Мне придется рассказать Бридж, — прошептала Ава. — Мне
придется ее разочаровать.
— Миссис Плаудер производит впечатление верной и преданной
подруги, — утешила ее Пибоди, и Ава улыбнулась.
— Да-да, вы правы. Она преданный друг. Неужели все это из-за меня?
Неужели это я виновата? Будь я более сговорчивой, более гибкой, пойди я
навстречу его желаниям, может быть, Томми был бы жив? Я все время задаю себе
этот вопрос.
— Вина лежит на убийце, миссис Эндерс. Вот ответ на ваш вопрос. —
Ева встала. — Спасибо, что уделили нам время. Вы нам очень помогли.
Когда за ними закрылись кованые двери лифта, Пибоди покачала головой.
— Тяжело ей. Такое горе, а тут еще чувство вины. Она невольно
спрашивает себя, в чем тут дело: в ее тормознутости или в его сексуальных
заскоках? Поскольку это он сыграл в ящик, скорее всего, она выберет первый
вариант.
Ева только буркнула что-то невнятное в ответ. Они вышли из лифта, и Ева
вытащила свою визитную карточку.
— Спасибо, детектив. — Она протянула Фрэнку руку, а потом
карточку. — Сможете меня найти по любому из этих номеров, если вдруг
заметите что-то интересное.
— Будет сделано. — Он сунул карточку в карман. — Удачи,
лейтенант. Детектив.
— Да уж, — пробормотала Ева, выходя к машине. — Уж что-что, а
удача нам понадобится. — Она села за руль. — Похоже, убитый
заложил крутой вираж, прожив в браке пятнадцать лет.
— Но ведь так бывает? Люди разводятся, изменяют куда ни глянь.
Неслучайно у лицензированных компаньонов так хорошо идут дела.
— Все верно. — Ева побарабанила пальцами по рулю. — Брак —
предприятие для идиотов.
— И это говорит женщина, у которой Идеальный Муж.
— Ты же сама говоришь, что Идеальный Муж может гульнуть налево и
решить, что ему нужна любовь втроем или...
— Со мной! Со мной! — Пибоди вскинула руку, как школьница. —
Выбери меня!
— Да, Пибоди, я просто умираю от желания затащить тебя в койку. Ночей
не сплю. Ладно, давай к делу. Допустим, ты замужем уже больше десяти лет, и
в один прекрасный вечер муженек приходит домой и говорит:
Слушай, милая, я
тут прикупил кляп в форме мячика и анальный зонд по дороге домой. Пошли,
давай их испробуем
.
— Жену это повергло бы в шок, но я уверена, что все было не так
грубо, — предположила Пибоди. — Может, он пробует пару-тройку
новых движений или поз, прощупывает почву, жена это не приветствует, отсюда
все и начинается. Допустим, у нас мужчина, преуспевший в этой жизни. Он
здоров, на рожу не противен, маленьких детей не пугает. У него успешный
бизнес, он богат, у него красивая, хорошо упакованная жена, которая его
любит. Большой дом, много друзей, племянник, заменяющий ему родного сына. И
тут у него кризис возраста — так со многими бывает, — и он начинает
думать:
Да, все это у меня есть, все это прекрасно, но, может, я что-то
упустил?
А ведь он уже не так молод и могуч, как когда-то. Вот он и
компенсирует. Только вместо того, чтобы купить большой, броский фаллический
символ в виде автомобиля, он хочет чего-то остренького в постели. А тут
жена:
Ты хочешь вставить эту штуку сюда?
— А она привыкла, что он вставляет ту штуку туда, — кивнула
Ева. — Да, это я понимаю. Значит, она говорит:
Ладно, милый, ты
вставляй эту штуку кому хочешь и куда хочешь, а уж я попрошу кого-нибудь
другого вставить ту штуку сюда, и мы будем квиты, идет?
— Ты не учитываешь, что есть еще течение людей, исповедующих свободные
отношения. Каждый может вставлять ту и эту штуку куда угодно. Но если
смотреть с твоей точки зрения — а я должна признать, что я ее полностью
разделяю, поскольку, если он вставляет ту штуку куда-то, но не
сюда... — Пибоди ткнула большим пальцем в окно машины: —
Дверь вон
там, задница
. Но они и по этой дорожке не пошли. Он нарушил уговор. Два
уговора. Во-первых, уговор, заключенный, когда они сказали
Да
у алтаря. Но
и второй уговор он тоже нарушил. Начал водить девок в дом.
— Вот это ключевой момент, — согласилась Ева. — Свяжись с
Чарльзом. Скажи ему, мы получили согласие клиентки, и мы едем к нему.
Дверь открыла Луиза, поэтому Еве пришлось слегка притормозить. Светлые
волосы Луизы были растрепаны, серые глаза заспаны. На ней были белые
домашние брюки и трикотажная футболка с длинными рукавами.
— Входите. Чарльз готовит завтрак. А я сегодня позволила себе поспать
подольше. Вчера всю ночь на дежурстве.
— Ну и как прошло дежурство? — спросила Ева.
— Холодно. Садитесь. Попробую раздобыть кофе.
— Ничего, мы только что выпили по чашке.
— Как будто тебе этого хватит! Чарльз мне сказал, что это насчет
убийства Эндерса.
— Верно.
— И что жена Эндерса была одной из клиенток Чарльза.
— Тоже верно.
— И конечно, ни ты, ни Чарльз не можете обсуждать это при мне. —
Луиза выгнула бровь. — Почему бы мне не уйти куда подальше?
— Мы можем провести беседу в другом месте.
— Да ладно, ничего страшного. Я себя побалую: устрою себе завтрак в
постели.
Луиза скрылась в направлении кухни, а Пибоди бросила тревожный взгляд на
Еву.
— Ну и ну!
— Да, у них что-то не так. Я еще вчера заметила, когда говорила с
Чарльзом.
Луиза вернулась, неся на специальной подставке для кровати красивый
серебряный поднос с завтраком.
— Привет Рорку и Макнабу, — бросила она на ходу и скрылась в
спальне.
Из кухни вышел Чарльз. Вид у него был измученный и несчастный.
— Даллас, Пибоди. — Он подошел и поцеловал обеих в щечку. —
Вы получили разрешение.
— Под запись. — Ева вынула магнитофон и проиграла ему заявление
Авы.
— Этого довольно. Итак. — Чарльз жестом пригласил их садиться и
сам сел. — Что вы хотите знать?
— Как Ава с тобой связалась?
— По телефону. У меня есть деловая линия. Только для работы.
— Как она тебе показалась?
— Нервничала, но изо всех сил старалась не подавать виду. Вот такой она
мне показалась при первой встрече.
— Где состоялась первая встреча?
— Я вчера специально проверил свои записи, когда вы с Рорком ушли. В
отеле
Блэкмор
. Это в центре, место шумное. Она сама этого хотела. Сняла
номер-люкс и позвонила мне, сказала, куда идти. Таким образом, я смог
подняться прямо в номер и никто не видел нас вместе.
— Ладно, все это странно, а чего она хотела?
— Поначалу — просто поговорить. Она заказала в номер обед и вино. Мы
пообедали в гостиной
люкса
. Мы говорили, если память мне не изменяет, о
литературе, о театре, об искусстве. Для многих такая первая встреча с
профессионалом — нечто вроде первого свидания. Начало обряда знакомства.
Первое прощупывание. — Чарльз бросил взгляд в сторону спальни, где
Луиза предположительно ела свой завтрак в постели. — С течением времени
мы с ней познакомились поближе. Насколько я понял, ее супруг литературой и
тому подобным не интересовался. Он больше увлекался спортом. Я мог
предложить ей эту приятную альтернативу.
— Она рассказывала о муже?
— Немного. Обычно это портит настроение. Она могла упомянуть, обычно
после, когда мы выпивали или пили кофе, что они едут в путешествие или у них
званый ужин. Что-то в этом роде.
— Как она к нему относилась, Чарльз? Уж ты такие вещи чувствуешь.
— Она нечасто о нем вспоминала, но обычно отзывалась о нем тепло или
говорила как о чем-то само собой разумеющемся, как говорят о неотъемлемой
части своей жизни. Помню, однажды она пришла на свидание сразу после похода
за покупками и показала мне рубашку, которую ему купила. Рассказывала, как
хорошо он будет смотреться в этой рубашке.
— Что ей требовалось в сексуальном плане?
— Любила, чтобы за ней ухаживали. Предпочитала выключать свет — ей
больше нравились свечи. Если мы встречались днем — а мы обычно встречались
днем, — требовала, чтобы шторы были задернуты.
— На твой взгляд, она была зажата, скованна?
— Скорее традиционна, и весьма. Пожалуй, несколько зациклена на себе.
Как я уже говорил, она любила, чтобы за ней ухаживали. Сама не любила
ласкать, предпочитала, чтобы ее ласкали. В самое последнее время, могу
сказать, я стал замечать, что с ней что-то творится. Что-то было не так. Она
была рассеянной, нервной. Спросила, случалось ли мне посещать клиенток на
дому... замужних клиенток. Спросила, знаю ли я других лицензированных
компаньонов, которые могли посещать клиентов на дому и получать плату
наличными. И еще, если известно имя и адрес клиента, смогу ли я узнать, кто
из лицензированных компаньонок ходил по этому адресу?
— Что ты ей ответил?
— Что соглашаюсь видеться с замужними клиентками на дому, только если
имеется согласие обоих супругов, хотя у других лицензированных компаньонов
могут быть свои правила. Наличные всегда приветствуются, — добавил
Чарльз с улыбкой. — И еще я сказал ей, что трудно узнать имя
лицензированного компаньона, зная только имя и адрес клиента. При том,
сколько существует агентств и одиночек, не связанных с агентствами, это
совсем не просто.
— Она пыталась вступить с тобой в контакт после смерти мужа?
— Нет.
— Когда у вас следующее свидание?
— Через неделю, считая со среды. Последнее свидание она отменила,
потому что готовилась к отъезду. В два часа, опять в
Блэкморе
.
— Хорошо. Если она не позвонит и не отменит, я прошу тебя пойти туда.
Чарльз испустил такой тяжкий вздох, что Ева невольно сдвинула брови.
— Ладно.
— В чем дело? У тебя с этим проблемы?
— Нет-нет. Нет, никаких проблем. Извини, но если у тебя есть что-то
еще, мы не могли бы заняться этим позже? Честно говоря, у меня назначена
встреча. Время поджимает.
— Все в порядке. У меня больше вопросов нет. Пока нет.
— Чарльз, — спросила Пибоди, когда они поднялись на ноги, —
что-нибудь не так?
— Нет, все в порядке. Просто у меня много разных забот. Надо бы нам
собраться вместе на ужин. Вшестером.
— Было бы здорово. Ты же знаешь, если тебе что-то понадобится, если
просто захочется поговорить, звони мне в любое время, — проговорила
Пибоди.
Чарльз улыбнулся, его взгляд потеплел.
— Я знаю. — Он обхватил ладонью подбородок Пибоди и коснулся
губами ее губ. — Передай Макнабу, что я сказал: ему чертовски повезло.
Вместо того чтобы сразу сесть в машину, Пибоди прошлась взад-вперед по тротуару перед домом Чарльза.
— Почему у него такой встревоженный вид? Как будто у него в животе
пушечное ядро?
— Ответа я не знаю, но это удачное сравнение.
— Не может быть, чтобы его смущало наше дело, Даллас. Нет, тут дело не
в Эндерсе. Если бы Чарльз что-то знал...
— Нет, дело тут не в следствии. Я заметила, что с ним что-то не так,
еще вчера вечером. Еще до того, как заговорила об Эндерсе и его жене.
— Может, он болен? — В голосе Пибоди послышалась тревога. — Я
знаю, как тщательно проверяют лицензированных компаньонов, особенно таких
первоклассных, как наш Чарльз, но что, если...
— Пибоди, мы тут ничего поделать не можем. Будь он болен, уж Луиза бы
точно об этом знала.
— Да, верно. Ты права. Просто... я люблю его, понимаешь? Не в том
смысле люблю... В смысле, не как Макнаба, но...
— Я понимаю, — кивнула Ева. — Я тоже питаю к нему слабость.
Но все о своих друзьях знать невозможно. Не каждую проблему можно решить.
Жаль, что у них появились проблемы, но...
Ева умолкла и уставилась в пространство.
— В чем дело?
— Да вот, вспомнила о друзьях. У нас есть время заглянуть к последней
из тройки любительниц коктейля на завтрак перед моей встречей с Мирой. Давай
послушаем, что нам скажет Саша.
Саше Брайд-Уэст трудно было что-либо сказать. Она делала подъемы из
положения лежа под руководством своего персонального тренера — здоровенной
мясной туши по имени Свен. Все ее силы уходили в стоны и кряхтенье.
— У Авы с Томми был трудный период. А у кого их не бывает? Свен, ты
меня убиваешь.
— Еще десяточек, моя воительница. У тебя будет убийственный брюшной
пресс.
— Сперва брюшной пресс прикончит меня. — Он укоризненно зацокал
языком, и Саша снова взялась за дело. — Короче, я была замужем трижды.
И каждый раз тихой гавани не было, сплошь рытвины и ухабы. У Авы вроде бы
все было наоборот. Но когда она попросила рекомендовать ей секс-машину и
никому не рассказывать, я рекомендовала и никому ничего не сказала. —
Саша рухнула на мат. — Воды, Свен, я тебя умоляю.
Первым делом Свен подал ей полотенце, и Саша промокнула залитое потом лицо
цвета карамели.
— И что было дальше? — спросила Ева.
— Вы хотите знать, спросила ли я ее потом, как все прошло? Конечно,
спросила. Она не желала делиться. А уж выспрашивать я умею.
Свен взял почти пустую бутылку воды.
— Тебе пора на беговую дорожку.
— Ненавижу беговую дорожку. Давай пропустим и перейдем прямо к массажу.
— Саша, — укоризненно проговорил Свен и опять зацокал языком.
— Ладно, ладно. Ты настоящий садист, но чертовски сексуальный. —
Саша распрямилась, оттолкнувшись от кожаного мата в своем домашнем
спортзале, и вскарабкалась на беговую дорожку. — Дай мне Париж, Свен.
Если уж придется мучиться, предпочту это делать в Париже. Я собиралась к ней
сегодня после обеда, — продолжала Саша, глядя, как перед ней на экране
возникает Триумфальная арка. — Но у Бридж все под контролем, к тому же
она с такими вещами справляется лучше, чем я. Когда Ава будет готова
развлекаться — съездить куда-нибудь, или напиться как следует, или пуститься
в терапевтический поход по магазинам, — я тут как тут. А поплакаться в
жилетку — это к Бриджит.
— Как вам показалась Ава в этой последней поездке?
— Нормально. Хорошо. Нет, поначалу она была немного нервной и
напряженной, но потом расслабилась. Слушайте, я не могу разговаривать и
выдерживать эту пытку. Может, хватит?
— Хватит. Спасибо. Можете не провожать, мы сами найдем дорогу.
Уходя, Ева услышала, как Саша выругалась.
— Свен, ты ублюдок! На Елисейских полях нет таких холмов!
7
Проведенные с утра допросы дали Еве богатую пищу для размышления. Будь у нее
время, она охотно предалась бы раздумьям, закинув ноги на стол и созерцая
доску с фотографиями. Но консультация у Миры ценилась на вес золота, и она
не могла вот так, запросто, пренебречь этой возможностью.
Засадив Пибоди писать отчеты и составлять рапорты, Ева вошла в приемную
Миры.
— Доктор Мира сегодня немного задерживается, — возвестил дворцовый
страж в образе секретарши.
— Немного — это сколько?
— Всего несколько минут. — Секретарша улыбнулась. — Вы тоже
на минуточку задержались, так что ждать придется недолго.
— Прекрасно.
Отвернувшись, Ева скорчила рожицу и одними губами передразнила секретаршу:
Вы тоже на минуточку задержались
. Потом она вытащила телефон и позвонила
самой старой из своих подруг, Мэвис Фристоун. Еще несколько секунд, и
жизнерадостное лицо Мэвис, окруженное буйным вихрем волос лавандового цвета,
появилось на экране.
— Даллас! Угадай, куда мы сейчас идем? Я и моя Сладкая Булочка?
— К чертовой бабушке?
— К детскому доктору. Да-да, идем-идем, — засюсюкала Мэвис,
обращаясь к дочке. — Мы такие чистенькие, мы прямо сияем, и мы идем к
детскому доктору, чтобы он осмотрел нашу сладенькую маленькую попочку, наши
чудные ушки и наш хорошенький животик. Правильно, Белламия? Скажи
здрасте
тете Даллас, Сахарные Щечки. Скажи
здрасте
.
Лицо Мэвис на экране сменилось пухлощекой — может, тут и впрямь виноват
сахар? — голубоглазой, со светлыми волосиками малюткой, которую Мэвис
произвела на свет пару месяцев назад. На ее головке каким-то чудом держались
яркие ленточки, завязанные бантиками, по пухлому подбородку текли слюни,
ротик был растянут в беззубой улыбке. — Скажи
здрасте
Беллаоке,
Даллас.
— Привет, Белль. Мэвис?
— Попрощайся. Помаши тете ручкой, моя маленькая, моя крошечка, моя муся-
пуся...
— Мэвис!
— Что?
— Мэвис, говорю для твоего же блага: прекрати это безумие! Все, что ты
говоришь, — это полный бред.
— Я знаю. — Мэвис закатила глаза — на этот момент
фиалковые. — Я же слышу, я не глухая. Но я не могу удержаться. Это как
наркотик. Полный супер. Погоди минутку. — Мэвис поставила видеотелефон,
и на экране Евиного аппарата возникла сияющая радужными красками детская
комната. До Евы донесся воркующий голос Мэвис, она что-то втолковывала
дочке. Ева поняла, что Мэвис куда-то пристроила девочку. Уложила или что-то
в этом роде. — Я вернулась. Она такая красавица! Она такая чудная! Вот
только этим утром...
— Мэвис!
— Извини. Да, так о чем я? — Мэвис дунула на лавандовую челку,
упавшую ей на глаза, и легкие волосы нимбом взлетели вокруг ее
головы. — Я позже собираюсь выкатиться в студию, поработать над новым
диском. Там я буду в компании взрослых, притом многие из них — шизанутые
артисты. Это поможет.
— Ну да, шизанутые артисты. Как раз то, что тебе нужно. У меня только
один вопрос.
— Валяй.
— Если бы у вас с Леонардо были проблемы в постели...
— Раскуси себе язык на три части и проглоти.
— Да погоди ты, выслушай меня. Допустим, у тебя проблемы в постели и ты
завязла...
— Если бы я завязла в постели, у меня бы не было проблем, — тут же
нашлась Мэвис.
— Очень смешно. Нет, я серьезно. Если бы у тебя были серьезные
проблемы, ты бы мне сказала?
— Ответ положительный. — Фиалковые глаза мгновенно вспыхнули
беспокойством. — Вы с Рорком не...
— Нет. Вторая часть вопроса. Если бы ты начала ходить к
лицензированному компаньону...
— Только пусть он будет супер-супер-обалденный! Вот с такой
пушкой
...
А лучше два! Пусть будут два лицензированных компаньона вот с такими
пушками
.
— Пусть будут два с такими
пушками
, — устало согласилась
Ева. — Если бы ты пошла на это, ты бы мне сказала?
— Даллас, если бы я обратилась к профессионалу, ты не смогла бы
заткнуть мне рот, даже если бы захотела. А ты бы уж точно захотела. Ты бы не
захотела слушать, как они слизывают теплый расплавленный шоколад с моей...
— Нет, не захотела бы.
— Но мой большой сладкий медвежонок делает это без всяких денег, а
палка у него — о-го-го! Палица! Так что мне не нужен лицензированный
компаньон.
— Ладно. — Ева повернулась, заслышав, как открывается дверь
кабинета Миры. И обомлела. И торопливо закончила разговор: — Спасибо. Пока.
Привет, Чарльз. До чего же тесен мир!
Эффект был такой, как если бы Ева огрела Чарльза Монро кирпичом. На его лице
последовательно отразились шок, недоверие и полное замешательство.
— Я знаю, что люди иногда называют Нью-Йорк маленьким городом, — с
трудом выговорил Чарльз. — Наверно, именно это они и имели в виду. Я
был просто... Ну, в общем...
— Ева. — С теплой приветственной улыбкой на красивом лице Мира
вышла из кабинета. — Простите, что заставила вас ждать. Входите, мы уже
закончили. Чарльз, всегда рада вас видеть.
— Спасибо. Я... — Он беспомощно развел руками. Как это было не
похоже на его обычную светскость! — Не буду вас больше задерживать.
Входя в кабинет вслед за Мирой, Ева оглянулась через плечо и
...Закладка в соц.сетях
