Жанр: Любовные романы
Свадебный талисман
...тебе, детка. Да и, насколько я понимаю, ты
уже все решила... Конечно, возвращайся домой. Тебе еще так мало лет. Жизнь
только начинается. Как-нибудь все устроится. Утрясется со временем.
Перебирайся обратно к нам... Фредерик поможет тебе с вещами. С переездом, я
имею в виду.
— Но, мама... — медленно произнесла Стейси.
— Да?
— Ты говоришь об этом как об уже решенном деле.
— И что тебя в этом не устраивает?
— А если Кевин опомнится, захочет начать все сначала?
— Не думаю, — ответила мать после небольшой паузы. — Если
судить по тому, что ты нам тут рассказала. Если бы хотел что-то менять,
давно бы начал менять. Если бы осознал, что ты ему дорога и он не хочет тебя
потерять, изменился бы.
— Я все-таки надеюсь, что он сделает правильный выбор, — упрямо
сказала Стейси, нахмурив брови.
— Дорогая, а что для тебя будет правильным выбором? Если он
действительно не любит тебя, зачем же продолжать такие отношения? Лучше
всего для вас обоих будет забыть произошедшее и жить дальше. Каждому — своей
жизнью.
Стейси вспыхнула и, соскользнув с высокого табурета, выбежала из кухни.
Конечно же мама ошибается!
Конечно, как только Кевин услышит о решении Стейси покинуть его, он
одумается и сделает нужные выводы.
Похоже, мама думает о нем как о совсем пропащем и никчемном экземпляре.
Ну и пусть!
Она еще поймет, как ошибалась.
У себя в спальне Стейси заперлась на щеколду, взяла с прикроватной тумбочки
телефон и набрала номер Кевина.
Свой домашний номер.
— Слушаю! — практически сразу же ответил он.
— Привет, Кевин, это я.
— Стейси? И где же ты, позволь узнать, находишься?
— Я...
— Я прихожу домой, тебя нигде нет, мама не знает, где ты. Ужина нет,
ничего нет, записки нет.
— Ты же мог позвонить мне на мобильный! — сообразила Стейси.
— Да, действительно... — медленно проговорил Кевин. Впрочем, тут
же нашелся: — Я хотел, чтобы ты дала знать о себе сама. Стейси, ты уже не
ребенок. Ты взрослая женщина, должна нести ответственность за свои поступки.
— Как странно, — спокойно сказала Стейси. — Буквально на днях
я была совсем ребенком, которому еще не положено иметь собственных детей.
— Не передергивай. Это разные вещи. Странно, что ты не понимаешь этого
сама. Так где ты, Стейси?
— Дома, у родителей.
— Ты в гостях? Что ты там делаешь? Почему поехала туда без меня?
Стейси набрала воздух в грудь, одновременно собираясь с силами.
— Я не в гостях. Я остаюсь у родителей.
— Что значит остаешься? Ты там переночуешь? Ты что, пила и теперь не
можешь сесть за руль? Ладно, так когда ты вернешься? Утром, днем?
— Кевин, я не вернусь.
— Что еще за фокусы?
— Не вернусь. По крайней мере, пока ты не подумаешь над своим
поведением.
— Что не так с моим поведением?!
— Пока не решишь, чего ты хочешь от нашего брака.
— Стейси, ты опять? Что за глупости? Я думал, мы уже все обсудили!
— Да, обсудили. Результат этих обсуждений меня, как видишь, не
устраивает.
— И что ты намерена делать?
— Я? А ты? Ты ничего не намерен делать?
— А, ты думаешь, что я брошусь за тобой, на коленях умоляя вернуться?
— Мм... Нет.
— Думаешь. Именно так ты и думаешь. Вынужден тебя разочаровать, Стейси.
Я никуда не побегу. Мне не за что извиняться. Я не чувствую себя виноватым.
Я о тебе заботился, я был тебе хорошим мужем. Если не оправдываю какие-то
твои девичьи надежды и фантазии, что ж, придется либо привыкнуть, либо
оставайся там, где ты есть.
— Да тебе лечиться надо! — крикнула Стейси. — Нормальная
счастливая жизнь — это не девичьи фантазии! Нормальный мужчина постоянно
думает о сексе и счастлив им заниматься, а ты, похоже, даже думать о нем
боишься!
— Ах вот ты о чем. Ты опять об этом. Я не собираюсь перекраивать свою
натуру, лишь бы угодить тебе. Я живу в соответствии со своими потребностями.
А у тебя слишком много свободного времени для того, чтобы ты выдумывала себе
проблемы. Видимо, тебе не хватает реальных трудностей в жизни.
— Когда я работала и при этом занималась домом, все было точно так же!
Никакой нежности, никаких ласк. Тоже скажешь, что у меня было много
свободного времени и выдуманных проблем?
— Хватит, Стейси. Меня утомил этот разговор.
— У тебя даже потребности задавленные! — не унималась она.
— В общем, так, я вешаю трубку. Надумаешь вернуться, возвращайся. Если
нет — значит нет. Только будь так добра поставить меня в известность о том,
что ты мне больше не жена. — В трубке послышались гудки.
Стейси растерянно выключила телефон, сползла по стенке на корточки и
разревелась — отчаянно, всхлипывая судорожно и громко...
6
А что же было дальше?
Вопреки всеобщим ожиданиям и вопреки своим же словам, не прошло и недели,
как Кевин вернул Стейси домой.
За это нужно было благодарить ее подруг — Розалин и Патрицию.
Они убедили священника, службы которого обычно посещались ирландской общиной, поговорить с Кевином.
Отец Джеймс не был в большом восторге от этой затеи. Он справедливо считал,
что каждая семья должна разбираться со своими проблемами самостоятельно. А
уж если двое не могут или не желают найти общего языка, то и незачем им друг
друга мучить. Лучше разойтись полюбовно. Или уж как там получится.
Но подруги упирали на то, что, возможно, твердолобый Кевин, слышащий лишь
себя, поймет что-то в этой беседе. Быть может, если на его заблуждения и
просчеты ему укажет служитель той веры, к которой так истово относится
Армстронг, он одумается...
И когда Кевин в очередной уик-энд появился на службе, отец Джеймс, проведя
ее, обстоятельно побеседовал с Кевином о его семейных делах.
Рассказывали потом, что Кевин, выходя из церкви, украдкой смахнул несколько
слезинок с глаз.
Впрочем, возможно, это было преувеличением, как и все ничем не
подтвержденные слухи...
Как бы то ни было, Кевин с цветами явился к Стейси на следующий же день.
Ради этого он даже взял на работе отгул в счет отпуска.
Родителей Стейси в это время не было дома.
Собственно, триумфальное возвращение Стейси к мужу не потребовало особых
временных или материальных затрат. Ведь она приехала к матери без вещей,
даже без ключей от дома.
По правде говоря, она была уверена, что ее поступок ни к чему не приведет.
Что мама права и положение Стейси безнадежно. По крайней мере, в плане
благополучного исхода конфликта. В плане продолжения брака. Что на
непоколебимую уверенность Кевина в своей правоте не повлияет даже митинг
протеста со стороны ирландской общины.
Неделю Стейси жила как в раю.
Но постепенно дымка эйфории стала рассеиваться. Стейси увидела, что
отношение Кевина к ней ничуть не изменилось. Ее заботы о нем и о доме по-
прежнему воспринимаются как должное. Немногочисленные слова благодарности
быстро канули в Лету. Короткие минуты интимной близости, видимо, дались
Кевину через силу — они быстро сошли на нет. Похоже, это вообще не
доставляло ему радости.
Стейси снова начала ломать себе голову и изводить себя размышлениями.
Неужели Кевин делал это с одной-единственной целью: доказать жене, что его
отношение изменилось, что он осознал свои ошибки?
И какая же из версий наконец является верной — Кевин действительно очень
редко нуждается в физическом проявлении чувств или же Стейси для него лишь
игрушка, привычка, источник удобств в его жизни?
Стейси вернулась к нему, но вернулась на те же позиции, с которых и сбежала.
Его все устраивало, он не собирался ничего менять.
Она вновь попыталась вызвать его на разговор и услышала, что меняться нужно
ей, что она ждет и требует слишком многого, что он пошел ей навстречу и не
видит ответных ходов.
Стейси поняла, что попала в ловушку.
Вновь уходить?
Возможно, он и приедет за ней еще раз и убедит ее вернуться. Скажет, что все
понял, все осознал, раскаивается и готов исправлять свои ошибки.
Она вновь вернется и столкнется с теми же самыми явлениями, проблемами,
заблуждениями и нежеланием менять что-либо на деле, а не на словах...
Был и еще один вариант, который Стейси не устраивал.
Уходить от Кевина навсегда — окончательно и бесповоротно.
Вне зависимости от того, что он будет делать и говорить.
Стейси понимала, что она не сможет это сделать.
Она все-таки еще любила его.
Когда он касался, пусть и случайно, ее руки, прикосновение сладкими токами
пробегало по ее коже и проникало внутрь...
Стейси сдалась. Она больше не могла бороться с ним. Она не могла бороться и
с собой. Она не принимала решения оставить все как есть. Это случилось
исподволь, незаметно. И Стейси предпочла думать, что не она приняла это
решение, за нее это сделала сама жизнь. Ей было так проще...
Мама, вздохнув, приняла к сведению очередной рассказ Стейси о ее семейной
жизни. Фредерик скептически поднял брови и на этот раз ничего не сказал.
А вот Розалин и Патриция были не на шутку расстроены.
В последний раз Стейси встретилась с подругами не в
Каминном зале
по их
обыкновению, а в недорогой пиццерии, наспех, на ходу.
Взяли по коле и по маленькой пицце с помидорно-ветчинной начинкой.
Патриция, правда, после того как услышала от Стейси последние новости, с
расстройства заказала еще и горячую булку с сосиской.
— Нет, ну это, по-моему, уже ни в какие ворота не лезет! —
воскликнула она и забыла слизнуть длинный горчичный потек на хот-доге.
Стейси виновато вздохнула. Она не могла ничего добавить к уже сказанному.
Она вообще больше не могла обсуждать эту ситуацию. На нее вдруг душной
плотной ватой навалилась усталость.
Она не хотела оправдываться перед подругами. Сколько их еще будет, этих
высказываний и мнений?
Сделав над собой усилие, она все же произнесла:
— Думаю, что это далеко не худший вариант из возможных.
— Мы зря с тобой все это затеяли, — обратилась Розалин к Патриции.
Та кивнула.
— Согласна.
— Нужно было оставить все как есть. Головомойка в церкви только все
испортила. Он не приехал бы за ней, и до нее, может, дошло бы, что она не
нужна ему. По-настоящему дошло бы!
— Прекратите говорить обо мне так, словно меня тут нет! —
возмутилась Стейси.
— В общем, мы сами виноваты. Наши благие намерения и благородные порывы
испортили все дело. Прости нас за это, Стейси.
— Да за что вас прощать-то?!
— Сама не понимаешь?
— Благодаря вам он приехал за мной.
— Она и правда не понимает. — Розалин в отчаянии устремила взгляд
на Патрицию.
Та пожала плечами.
— В следующий раз будем умнее. Ах да, следующего раза ведь не будет.
— Почему?
— Наша Стейси, как от нее и ожидают, засядет дома и будет вести себя,
как положено хорошей жене.
— Угу.
— А мы с тобой этому поспособствовали.
— Именно так.
— Да что с вами, в конце-то концов?! — в отчаянии вскричала
Стейси.
Ей было невдомек, что подруги чувствовали себя виноватыми. Отчаявшись
изменить ситуацию, они искали, на кого можно переложить ответственность за
случившееся. И крайней, естественно, оказалась Стейси.
Поэтому через какое-то время общение с подругами сошло на нет.
Да и что толку было встречаться, если Стейси не могла поведать им ничего
нового? Ничто не менялось в Кевине, ничто не менялось в Стейси, неизменными
оставались и их отношения, напоминающие скорее добрососедские или же прохладно-
приятельские, чем супружеские и партнерские.
Так проходили дни, недели. Шли месяцы.
В глубине души Стейси еще теплился чуть живой огонек надежды, что однажды
Кевин очнется, прозреет, все осознает, и их жизнь изменится. Она все еще
пыталась быть привлекательной, тщательно за собой ухаживала, как будто это
могло хоть как-то повлиять на чувства Кевина. Она пыталась находить
неожиданные и свежие решения, менять что-то в своем облике, пусть не
кардинально, пусть по чуть-чуть.
Но разум с грустью сообщал ей, констатируя очевидные факты: перемен к
лучшему не будет. Этот росток был мертв с самого начала и бутоном с цветами
ему не быть...
Стейси очнулась от своих воспоминаний и обнаружила себя в уютном кожаном
кресле, за комфортным письменным столом, где она планировала плодотворно
поработать, а вместо этого перенеслась в прошлое. Взглянув на часы, она
ахнула: оказывается, прошло около двух часов!
Странно, что ее не отвлекли ни звонки, ни Маделин, ни что-то еще. Обычно
рабочий день богат на такие сюрпризы.
Стейси хотела уже снять трубку и позвонить помощнице, но в эту самую секунду
Маделин заглянула в кабинет.
Ее глаза сияли.
— Что? — механически спросила Стейси.
— У нас посетители!
— И по этому поводу ты такая радостная?
— Ну да. Не думала, что так скоро появятся следующие. У меня ощущение,
что это может быть неплохой заказ!
Стейси встрепенулась.
— Ты уже поговорила с ними?
— Нет-нет! — замахала руками Маделин. — Я занимаюсь
предыдущей парой, как ты и сказала. Ничего сложного, зато опыт и практика.
Ну и довольно интересно. А с этими я не говорила. Ждут в приемной.
Пообщаешься с ними?
— Что за глупый вопрос? Разумеется, пообщаюсь. Пусть проходят. Скажи
Донне, чтобы организовала чай, кофе, минералку, ну и что там еще можно?
Приглашай.
Маделин исчезла, а потом вновь распахнула дверь перед посетителями.
Пара прошла в кабинет. Стейси радушно встала им навстречу.
— Добрый день! Рада вас видеть. Проходите, пожалуйста.
Присаживайтесь. — Села сама напротив. И на секунду замерла.
Мужчина улыбнулся Стейси.
— Я Питер Стайлз. А это моя невеста, Агнес Броуди.
— Очень приятно, — пробормотала Стейси. — Стейси
Армстронг. — У нее путались мысли, кружилась голова. Он — чувственный,
мужественный, с фактурной внешностью и обаятельной улыбкой. И рядом с ним
она — Снежная королева. Стейси, возьми себя в руки, соберись! —
приказала она себе. Ты же профессионал. Работай! Она сделала над собой
усилие. — Итак, вы уже определились, с кем хотите сотрудничать или пока
только в поисках свадебного агентства?
Питер улыбнулся.
— Мы предпочли бы сотрудничать с вами. Мне рассказывали о свадьбе сына
мэра. Говорят, все прошло великолепно. Наша свадьба, думаю, будет не с таким
размахом. Но вознаграждение будет приличным, можете не сомневаться.
Стейси смотрела на Агнес. Холеная, безупречная внешность, ослепительная
улыбка, блеск зубов. И холодные, словно голубые льдинки, глаза.
Она так хорошо знала это свойство. До малейших подробностей изучила его,
живя с Кевином. То, что она видела сейчас перед собой, до боли напоминало ей
об этой холодности и сдержанности.
Внимательный взгляд, наклон головы, безукоризненная артикуляция:
— Должна вам сказать, Стейси, что каких-то сверхъестественных пожеланий
к проведению свадьбы у нас нет и не будет. Нам рассказывали, что вы к
каждому мероприятию подходите со всей ответственностью и с фантазией,
находите изюминку. Это замечательно. Но ничего этого не нужно. Все должно
быть четко организовано. И очень красиво.
— Милая, думаю, в этом мы можем не сомневаться...
— Я еще не закончила. Хочу, чтобы все было на высоте. Это такой
значимый день. Вы перевидали кучу свадеб. И, я полагаю, сможете уберечь нас
от банальностей. Нужна оригинальность. Не клоуны и не гирлянды плюшевых
мишек, разумеется. — Снисходительная улыбка чуть трогает губы. —
Но не такое, что сплошь и рядом встречается у всех. Без штампов. Без
однообразия.
— Конечно, — кивнула Стейси, сжимая под столом руки. — Я
понимаю ваше желание. Думаю, мы сможем организовать все в лучшем виде.
Разумеется, мне потребуется ваше сотрудничество. Нужно будет встретиться.
Думаю, не один раз. Выбрать церковь, обсудить ресторан. У вас уже есть на
примете какой-то ресторан?
Снова снисходительная улыбка, словно окатили ушатом воды, чуть подернутой
ледком.
— За этим мы и пришли к вам.
— Думаю, вы наверняка хорошо знаете лучшие рестораны Монровиля и
сумеете предложить нам что-то достойное, — широко улыбнулся Питер.
Стейси перевела на него невидящий взгляд. Да что с ней такое творится?
Он держится легко и свободно, чем и очаровывает ее, но наверняка он таков в
общении со всеми. И с близкими друзьями, и с клерками в своем офисе, и со
своей невестой, и с партнерами на поле для гольфа или крикета.
В том, что у него есть и свой офис, и свои клерки, Стейси почти не
сомневалась. Питер производил впечатление человека, который привык отдавать
распоряжения, одеваться в престижных магазинах — небрежно, но
элегантно, — и всегда владеть ситуацией на сто процентов.
Стейси механически кивнула.
— Да, я смогу предложить вам несколько хороших ресторанов. Естественно,
со всеми ними наше агентство уже сотрудничает. Мы знаем, как они работают, и
можем быть уверены в качестве их обслуживания. Возможно, будут и какие-то
скидки...
— О, — вновь улыбнулся Питер, — в этом нет необходимости. Мы
не стеснены в средствах. А вы, в свою очередь, не стесняйтесь обсуждать с
нами смету. Нужно учесть все расходы.
Боже, почему, ну почему он так невероятно хорош?
Одурманенный мозг Стейси уже наделял Питера теми достоинствами, которых в нем, возможно, и не было.
К ее чести, она пыталась сопротивляться.
В этом нет ничего особенного, убеждала она себя. Я всего лишь среагировала
на фактурную внешность. Да и вообще трудно не поддаться его обаянию. Но это
ведь не значит, что я не могу общаться с ним на профессиональном уровне? Я
ведь профессионал! Самый настоящий свадебный профессионал.
Она переводила взгляд с Питера на Агнес и обратно.
К счастью, Донна заполнила паузу, расставляя перед ними кофейные чашки и
ставя на стол блюдо, заполненное печеньем.
Агнес сделала глоток.
Чуть отставленный мизинец, легкий наклон головы. Перламутровые губы
прикусывают печенье, слизывают прилипшую к перламутру шоколадную крошку.
Сдувают со лба несуществующую прядь волос. Она зря беспокоится: прическа
безупречна, платиновые волосы туго стянуты в тяжелый узел на затылке.
Питер... Чертовски притягательная смесь не вполне загорелого пирата и уверенного в себе бизнесмена.
Стейси в отчаянии пыталась ухватиться за соломинку хоть сколько-нибудь
дельной мысли. Но все ее мысли сейчас занимали эти двое.
Ну как, как они могут быть парой? Неужели этого не видит никто, кроме нее?
Неужели ни у кого из их окружения не возникает вопросов, как могут быть
вместе этот мальчишески галантный, полный жизни мужчина и эта ледяная
королева?
Полно, Стейси, успокойся. Хватит выдумывать интригу и всяческие сказки там,
где их нет и быть не может.
— Для начала, — тянет Агнес, — я хочу попросить вас помочь
выбрать мне платье.
Стейси переводит взгляд на невесту.
Может быть, Стейси ошибается насчет нее?
А холодности нет и в помине. Просто исключительно светлый цвет волос и
прозрачная голубизна глаз навевает мысли о сдержанности и отстраненности.
Словно со стороны она слышит свой голос:
— Да, конечно. Я с удовольствием помогу вам выбрать платье.
— Дело в том, что у меня конечно же есть подруги. Но, сами понимаете...
Мелкая зависть, возможность самоутвердиться за чужой счет. Совсем не факт,
что они посоветуют мне то, что будет красиво смотреться. А вы, как
профессиональный консультант с хорошим вкусом — в этом я нисколько не
сомневаюсь, — поможете мне сделать верный выбор.
— Да, — повторила Стейси. — Да, конечно. А про себя подумала:
откуда взяться зависти между любимыми подругами? Что за странная жизнь у
этой Снежной королевы!
— Значит, решено, — удовлетворенно произнесла Агнес. —
Давайте тогда встретимся с вами... скажем, во вторник на следующей неделе.
Что вы думаете насчет салона
Монплезир
?
— Мы, конечно, можем зайти и туда, — ответила Стейси. — Но в
Серебряной лилии
дела с выбором обстоят лучше.
— Отлично. Рассмотрим все варианты. В половине третьего?
— Минутку, я проверю свой ежедневник. Да, в половине третьего подойдет.
— А после похода по салонам мы сможем вместе пообедать где-нибудь, не
правда ли? Вы смогли бы к этому времени подготовить список ресторанов?
— Ко вторнику все будет готово, — твердо произнесла Стейси.
— Ну что ж, леди, — удовлетворенно произнес Питер. — Я рад,
что вы обо всем договорились. По крайней мере, предварительно. Агнес, нам
нужно ехать — в пять у меня норвежцы в офисе. Ты готова?
Агнес кивнула и поднялась, протягивая Стейси на прощание руку через стол.
Стейси машинально пожала ее и вздрогнула. Ей показалось, что сквозь перчатку
из тончайшего шелка она пожимает холодную как лед руку.
Они обменялись визитками. Посетители вышли, а Стейси в изнеможении
опустилась в кресло, сжав виски руками.
До нее донесся голос Агнес:
— Но мы еще успеем заехать куда-нибудь перекусить?
И ответ Питера:
— Ну конечно. Давай заедем в
Чили
.
Итак, она будет готовить эту свадьбу!
Свадьбу, которая, как Стейси уверена, обречена на поражение. Это ясно как
день. Это видно уже сейчас.
Но этого не может быть. Обращение в агентство Стейси — это же своего рода
гарантия! Стейси Армстронг — это же счастливый талисман! Ведь еще никто из
тех, кто обращался к ней, не отменял свадьбу. Ведь она пока не слышала ни об
одном разводе из тех пар, чей праздник был ею организован.
Боже, о чем ты? — сказала себе Стейси. Очнись, это реальная жизнь.
Счастливый талисман? Да ты не была счастлива ни одного дня в своей жизни
рядом с мужчиной. А если и была, то лишь благодаря собственным иллюзиям!
Вот она, реальная жизнь. Если и есть что-то, чего у меня не отнять, так это
мой наметанный глаз.
Нет в этой паре настоящей любви. А коли так, этот союз не станет
гармоничным. И она, Стейси, перестанет быть талисманом.
Минуточку. Может, мне кажется, что Питер не будет счастлив с Агнес только
потому, что он безумно понравился мне самой?
Да, понравился. Да, кровь закипела и забурлила внутри. Да, чувство, пьянящее
чувство, которого я так давно не испытывала, обожгло меня. И что теперь?
Кто я такая?
Всего лишь замужняя женщина, живущая без любви и привязанности, без ласки и
неги, неудачница, у которой только и осталось, что небольшой бизнес.
Бизнес, в котором я дарю праздник другим, раз уж лишена своего праздника
жизни.
Эту свадьбу нужно организовать, и я сделаю это на достойном уровне.
Эта свадьба должна быть еще лучше предыдущей!
Поэтому не следует ли приступить наконец к работе?
Стейси притянула к себе толстые папки с каталогами салонов и ресторанов.
Но в следующую секунду она стремительно поднялась с места, подхватила
сумочку и вышла из кабинета.
— Стейси, ты куда? — удивилась Маделин, увидев, как она спешит к
двери. — Расскажи, как прошли переговоры? Погоди, куда же ты?
— На ланч! — бросила Стейси не оборачиваясь.
— На какой ланч? О чем ты?.. Мы же совсем недавно ели пиццу.
— Я в
Чили
, — ответила Стейси. — Да не переживай ты так! Я
скоро вернусь. Работайте в обычном режиме. Все как обычно.
Выйдя из агентства, Стейси осмотрелась. Питера и Агнес нигде не было видно.
Похоже, что они уже успели уехать. Это было Стейси на руку.
Торопясь, она уселась за руль. Руки ее слегка дрожали. Она сама не понимала,
что делает. Не представляла, что собирается сделать.
Она не узнавала себя.
Вырулив на центральную улицу, Стейси проехала еще квартал, а потом свернула
направо. Там и находился маленький, но популярный ресторанчик
Чили
с
мексиканской кухней: кукурузными чипсами и лепешками, острыми приправами,
красным перцем и кукурузой с бобами.
Стейси остановила машину и достала из сумочки зеркальце. Все еще дрожали
руки, когда она смотрелась в него.
Увиденное ее не порадовало. Перепуганные глаза, полураскрытые губы,
нездоровая бледность, которая только подчеркивалась лихорадочными красными
пятнами на скулах.
Что, черт возьми, она собирается сделать?!
Зайти в ресторан и помешать ланчу своих клиентов?
Сказать:
Ах, какая встреча, вы меня помните? Мы с вами только ч...
Закладка в соц.сетях
