Жанр: Любовные романы
Свадебный талисман
...о, главное ведь
то, что у меня в руках.
Стейси замолчала с расстроенным видом. Она с такой любовью выбирала эту
открытку... и старалась, сочиняла текст. Ее мишек и банты он счел глупостью
и девчачьей прихотью. Она угодила ему с подарком, но он даже из уважения к
ней и к ее чувствам не стал сдерживать смех.
— Подумаешь, — пожала плечами Розалин, утешая Стейси, которая все-
таки укрылась в ванной, чтобы чуточку всплакнуть. — А ты чего ждала?
Мужчины, они все такие... Не до сантиментов, главное — техника и всяческий
тюнинг.
— О, да ты философ.
— Правда. Не забивай голову и не переживай. Ему же понравился подарок?
— Еще бы этот подарок ему не понравился...
— Ну и все. Забудь. Если плакать по каждому из таких вот ничтожных
поводов, то можно выплакать все глаза. Пойдем, там, кажется, уже скоро
должны начать пунш разливать. — Розалин потянула подругу за руку.
Стейси потом еще немного дулась. Но у Кевина был такой вид, словно ничего не
произошло.
Если бы я была по-настоящему ему небезразлична, то он нашел бы способ все-
таки сказать, что ему приятен весь подарок, а не отдельные его части, и
прочитать скомканную открытку, думала потом Стейси.
Шло время. События шли своим чередом.
Вся их компания где-то уже работала. Кевин стал заместителем администратора
в небольшом магазинчике по продаже музыкальных дисков, фильмов и
компьютерных игр. Частенько он брал работу на дом, то есть прослушивал какую-
то музыку, но чаще смотрел фильмы. Он говорил, что ему нужно быть в курсе
новинок. А больше всего времени он посвящал осваиванию новых компьютерных
игрушек. Похоже, реальность не очень-то его интересовала. Или была не такой
захватывающей, чтобы к ней стоило проявлять интерес... В окружающей
реальности было двое-трое друзей из колледжа, знакомая компания из
ирландской общины, Стейси, которую Кевин воспринимал как нечто привычное и
должное.
После работы они иногда встречались, сидели в каком-нибудь пабе, или шли в
кино, или сидели у кого-то дома и смотрели видео. Все реже были поездки по
загородной трассе и наблюдения за закатами, все меньше было желания
выбираться хотя бы в Питтсбург и исследовать его центр...
Все привыкли видеть Стейси рядом с Кевином. По правде говоря, девушки не
вешались Кевину на шею. А у него то ли не было желания, то ли способностей
как-то привлечь внимание понравившейся ему девушки. Никто не знал,
испытывает ли он интерес к кому-либо, помимо Стейси.
Но некоторые удивлялись интересу Стейси к этому парню. По сути дела, в нем
не было ничего примечательного. Внешность чуть ярче заурядной, немного
специфическое чувство юмора, в некоторых случаях понятное лишь ему одному.
Любовь к компьютеру и тяга к просиживанию за ним часами...
Но для Стейси он был самым лучшим, неповторимым. И она не была в этом
виновата.
Иногда она задумывалась, есть ли у Кевина, кроме нее, по-настоящему близкие
люди. И не могла найти ответ на этот вопрос. Она предпочитала думать, что ее
герой замкнут и держится неким особняком потому, что не каждому удается
найти подход к его тонкой и разборчивой натуре.
Ей было невдомек, что Кевин по-настоящему не близок даже со своей
собственной семьей. Хотя сам он считал себя преданным сыном, но это его
мнение не имело никакого отношения к действительности. Ему просто нравилось
так думать. Но одних мыслей мало для того, чтобы желания реализовывались.
Даже желание быть преданным сыном.
Однажды, в очередной день рождения Кевина — ему исполнялся двадцать один
год, — Стейси пришла в их двухэтажный небольшой коттедж пораньше, чтобы
поздравить его первой (не считая, конечно, родителей). Кроме того, она
хотела еще помочь матери Кевина с угощением.
Стейси припарковала свой маленький
фольксваген
, подаренный ей отчимом, у
коттеджа Армстронгов. Напоследок взглянула на себя в зеркальце. Пришлось
поправить блеск на губах, а вот с тушью и подводкой все было в порядке.
Стейси все чаще предпочитала делать нейтральный макияж и даже ногти
покрывала только прозрачным лаком. Кевин не любил яркое, броское, ему не
нравилось, когда Стейси слишком уж выделялась из толпы. Когда-то Стейси
только начала делать первые неуверенные шаги по направлению к более
необычному имиджу, но реакция Кевина отбила у нее всякую охоту к дальнейшим
экспериментам. Не сказать, чтобы Стейси сильно это расстроило. Впрочем,
небольшой осадок у нее остался.
Стейси мельком взглянула на небольшие наручные часы. Следовало
поторапливаться, а не изучать свою внешность, сидя в машине. Она забрала с
заднего сиденья большую коробку с подарком, включила сигнализацию и
поспешила к дому.
Подойдя к двери, Стейси нажала на звонок и одновременно принялась поправлять
свои русые локоны.
По ее мнению, укладка сегодня получилась на редкость удачной. Хотя было
неизвестно, оценит ли ее кто-то из гостей. Кроме, разумеется, Розалин.
Дверь распахнулась мгновенно, словно звонка Стейси ждали.
Это был отец Кевина. Он тащил с собой два огромных чемодана. В глубине холла
Стейси увидела самого Кевина, стоящего с непроницаемым лицом, и его мать,
которая в растерянности опустила руки.
— А, Стейси... — отрывисто сказал Армстронг-старший. —
Привет. Прекрасно выглядишь. Проходи, закрывай за собой дверь.
— Добрый день, — робко сказала Стейси. — А когда... когда вы
вернетесь? Празднование вроде уже через час.
— Я не вернусь, — спокойно ответил он. — Желаю вам хорошо
отметить день рождения. Прощай, Стейси.
Стейси показалось или в его глазах действительно мелькнуло сожаление?
Этого она уже никогда не узнает, так как следующим движением Армстронг мягко
закрыл за собой дверь. Щелкнул замок.
Прошло несколько долгих минут. Совсем рядом взревел мотор, и лишь тогда
Стейси решилась посмотреть на оставшихся в холле.
— Стейси, пойдем со мной наверх, — проговорил Кевин сквозь зубы.
Его мать исчезла в одной из боковых комнат.
— Что случилось? — спросила Стейси уже наверху.
— Что случилось?! А ты не поняла? Отец ушел! Ушел насовсем!
— Но... из-за чего? У вас же была хорошая семья.
— Семья... Видимость. Одна видимость, а не семья. Когда-то, может, и
была...
— Так что же случилось?
— Просто сказал, что уходит. Сказал — больше не может. Рутина,
однообразие, серость... впустую уходящая жизнь. Можно подумать, у него
одного она проходит здесь впустую!
— Может, он ушел к кому-то? Ты не знаешь?
— Понятия не имею, — угрюмо сказал Кевин. — По-моему, он
просто возвращается в Филадельфию.
— Но он мог бы вернуться туда с вами!
— Он, похоже, уже сделал выбор. Дом оставил нам с матерью. Сказал —
часть сможете сдавать, если будет не хватать денег или если мама не захочет
пойти работать. — Кевин вдруг ударил кулаком по столу. — В день
рождения! В мой день рождения! Он что, не мог сделать это месяц назад? Год
назад?! Завтра, послезавтра? Почему он выбрал для этого именно сегодняшний
день?
— Может потому, что это день твоего совершеннолетия? —
предположила Стейси. — Символично...
— Меня больше не волнует, что делалось в его голове при принятии
решения.
Повисло тяжелое молчание.
Первым вновь заговорил Кевин.
— Послушай, ты не могла бы позвонить всем нашим и сказать, что
вечеринка отменяется? Не хочу... не уверен, что смогу праздновать. С веселым
лицом, как ни в чем не бывало. А рассказывать всем тоже пока особого желания
нет. Позвони, пожалуйста.
Как нарочно, в эту самую минуту зазвонил телефон. Стейси вздрогнула.
Кевин повернулся к аппарату и выдернул вилку из розетки.
— Вот так, — устало вздохнул он. — Потом со всеми поговорю.
Поздравлений слышать тоже не хочу. Добро пожаловать в реальную жизнь.
Добро
пожаловать в реальную жизнь, сын
— вот что он мне сказал! Я даже не понял,
к чему это было!
Стейси осторожно коснулась его руки, пытаясь успокоить.
Она не могла найти слов.
— Стейси, позвони, пожалуйста...
Она кивнула и достала из сумочки мобильный.
Обзвонила всех, кого знала лично. Тех, кого не знала, тоже обзвонила сама —
Кевин продиктовал ей номера телефонов. Стейси объясняла, что звонит по
просьбе Кевина Армстронга.
Убрав телефон, Стейси спохватилась:
— Твой подарок!.. Ты так и не посмотрел его. Разверни...
— Потом, — хмуро сказал он.
У Стейси на глаза навернулись слезы.
— Я правда обязательно посмотрю. Но позже. Пойми, мне сейчас не до
подарков.
— Хорошо, — тихо сказала Стейси. — Тогда... я пойду. Не буду больше тебя беспокоить.
Он повернулся и посмотрел на нее.
— Нет, останься. Ты — останься... Может, будет легче, если ты будешь
рядом.
Стейси присела на краешек кресла. Кевин все так же стоял, опираясь на стол.
Оба молчали. В молчании проходили минуты.
— Может... сваришь какао? — наконец нарушил молчание Кевин.
— Хорошо, — кивнула Стейси и поднялась.
— Понимаешь, там мама... Не хочу сейчас с ней сталкиваться. Не хочу
видеть ее в таком состоянии...
— Ничего страшного, я сама сварю. — Стейси взялась за ручку двери.
— Знаешь... Там же есть торт. Целый именинный торт. Без свечек конечно
же. Облитый шоколадом, с марципанами. Можешь есть, если хочешь. Я не
стану...
— Может, все-таки захватить тебе кусок? — с сомнением спросила
Стейси.
— А вообще-то ладно, захвати. Хуже не будет. Пусть стоит тут, появится
настроение — съем.
Интересно, почему он не хочет именно сейчас видеться с матерью? Наверняка ей
сейчас гораздо тяжелее, чем ему, размышляла Стейси, пока спускалась на
кухню, варила какао, резала торт и расставляла все это на небольшом
пластиковом подносе. Ответ так и не нашелся.
Когда она вернулась в комнату Кевина с подносом, уже почти стемнело. Кевин
сидел с ногами на подоконнике и смотрел в окно.
— Я уже здесь, — сообщила Стейси, сгружая с подносика чашки и блюдца на журнальный столик.
Кевин спрыгнул с подоконника и присел за стол.
— Ничего не хочу, — со вздохом сказал он. — Оказывается,
ничего не хочу. Даже какао. Спасибо, Стейси. Ты такая заботливая.
— Да без проблем, — отозвалась она. — Кевин...
— Что?
— Если ты и правда хочешь побыть один, то я пойду, пожалуй...
— Не нужно. Говорю же, твое присутствие мне не мешает.
Это был ключевой момент. Если бы он сказал хотя бы
помогает
или
становится легче
... Но он сказал именно то, что сказал. Она ему всего лишь
не мешала.
Однако Стейси не обратила на это внимания. В конце концов, это были всего
лишь нюансы. Она услышала то, что и хотела услышать — она нужна ему.
К тому же Кевин, произнося эти слова, взял ее за руку. Наверное, первый раз за все время их общения.
Стейси обожгло прикосновение его пальцев. Окружающая действительность словно
подернулась туманом. Уже не думая о том, что делает, она потянулась к
Кевину. Поцелуй пришелся прямиком в губы.
Он чуть вздрогнул, но ответил на поцелуй. Стейси обхватила руками его плечи,
и начала судорожно поглаживать ткань рубашки пальцами.
— Стейси, — прошептал Кевин, едва оторвавшись от ее губ.
— Неважно... потом... — шептала она.
Она понимала, что это ее шанс. Когда им еще доведется остаться наедине в
такой интимной обстановке? И потом, ему сейчас нужна ее поддержка, наверное
как никогда раньше.
Кевин все-таки выпрямился и отстранился.
— Что-то не так?
— Да нет, все так.
— Ты не хочешь? Я совсем не нравлюсь тебе?
— Нравишься, конечно. Но...
— Но что?
— Понимаешь... Я считаю, что сексом стоит заниматься после замужества.
Так честнее перед людьми и перед Богом.
— А это уже было у тебя с кем-нибудь раньше?
Кевин поколебался.
— Нет... не было. А у тебя?
— У меня тоже не было, — призналась Стейси. Это казалось ей
совершенно естественным: ведь она ждала Кевина. Но то, что у Кевина еще не
было секса, ее порядком удивило. Неужели ни в Филадельфии, ни здесь не
нашлось девушки, которая заставила бы его забыть о принципах?
Или этот принцип появился у него лишь тогда, когда он начал посещать службы?
И тут Стейси подумала о том, что, наверное, это знак. Ведь если у них обоих
никого не было до настоящего момента, то, скорее всего, это потому, что они
предназначены друг для друга.
Уже не помня себя, она прошептала:
— Тогда... Тогда, может быть, нам пожениться?
Кевин нахмурился. Он внимательно смотрел на Стейси, словно пытался изучить
ее в царящем в комнате полумраке.
— Да. Да, наверное. Наверное, так мы и сделаем.
Стейси только хотела спросить, действительно ли он этого хочет, но почему-то
не решилась.
В голове, словно дикий воробей, внезапно попавший в клетку, билась только
одна мысль:
Мы поженимся!
.
Она всегда это знала, как же она могла сомневаться в том, что он тоже этого
хочет?
— Да, — повторил Кевин, — думаю, так будет лучше. С близостью
повременим. Хочу, чтобы все было как полагается.
— Тогда, — подскочила Стейси, — я поеду?!
— Куда? Зачем?
— Домой. Хочу рассказать новость семье!
Кевин снова нахмурился. Потом улыбнулся.
— Да, конечно. Поезжай. Хотел попросить тебя не говорить об этом, пока
не уляжется новость о разводе родителей. Но лучше сообщать хорошие новости,
чем горькие.
— Тогда я поеду. И вечером позвоню тебе, хорошо?
— Звони. — Кевин чуть нагнулся, чтобы поцеловать ее в щеку. —
Я провожу тебя.
Торт и какао так и остались нетронутыми.
От возбуждения Стейси гнала машину, то и дело заставляя себя притормозить и
сбавить скорость.
Еще не хватало куда-нибудь врезаться. Тогда, когда мои мечты наконец
начинают сбываться! — думала она, лихорадочно припоминая весь их
разговор.
Домой она влетела, закричав чуть ли не с порога:
— Ма, Фредерик, мы решили пожениться!
— Ты сначала хотя бы в дом войди. — Мать выглянула из кухни. Она
что-то взбивала венчиком в миске, от миски распространялся тонкий пряный
аромат.
— Войди в дом, вымой руки, надень тапочки... — поддержал ее
Фредерик.
— Да ну вас! — заявила Стейси, при этом, однако, начиная
стаскивать с себя плащ и нашаривать ногой тапочки. — Руки мыть не буду,
разве что перед ужином. Вот лучше послушайте меня! Мы с Кевином решили
пожениться.
— Да? — спокойно отреагировала мать. — И как же вы пришли к
такому решению?
— Ну... просто... — смутилась Стейси. — Мы уже давно
встречаемся... и нам вместе хорошо. Думаю, это то, что нам нужно.
— А кто сделал предложение, Стейси? — Мать внимательно смотрела на
дочь.
— Это было совместное решение, — объявила Стейси.
— Ну что ж, если ты его действительно любишь...
— Да. Действительно.
— Тогда я только рада за вас.
— Вы не слишком торопитесь? — уточнил Фредерик.
— Да вроде не слишком. А чего нам ждать? Сколько еще лет должно пройти?
Лучшее ведь надо проживать здесь и сейчас, не откладывая на завтра.
Супруги переглянулись.
— Смотри-ка, какая умная, — подмигнул Фредерик. — Ну а жить
вы где будете?
— Мы с Кевином этого еще не обсуждали. — Стейси осеклась. —
Ну... наверное, у него. У него ведь теперь свободен почти весь дом. От них с
мамой сегодня ушел отец. Уехал. Оставил дом. Так, по крайней мере, говорит
Кевин.
— Что? Ушел отец? Погоди-ка... Но у Кевина ведь сегодня праздник, день
рождения. Или я что-то путаю?
— Нет, мама, не путаешь. Да, вот такое печальное событие.
— И пожениться вы решили сегодня?
— Ну да, а что? Ему нужна моя поддержка.
— Девочка моя, ты в этом уверена? Может быть, вам не стоит торопиться?
Принимать серьезные решения в состоянии стресса.
— Конечно, мы не станем торопиться. Как следует все распланируем. О
деталях обязательно будем вам сообщать! — Стейси наконец-то дождалась,
когда мама поставит миску со взбиваемым муссом на стойку, и повисла у нее на
шее. — Ну скажи, неужели ты за меня ни капельки ни рада?!
— Рада, конечно, — улыбнулась мать. — Ты у нас в общем-то
взрослый человек. Надеюсь, понимаешь, что делаешь.
— Я понимаю. Ну, пойду к себе, переоденусь к ужину! Я вас люблю. —
Стейси упорхнула из кухни.
Фредерик посмотрел ей вслед, а потом повернулся к жене.
— И что ты думаешь по этому поводу?
— А что думаешь ты, дорогой?
Фредерик поднял брови с легкой иронией.
— Судить, конечно, пока рано. Но тебе не кажется, что Кевин вполне
удачно заменит себе отсутствие отца наличием нашей Стейси?
— Не знаю. Поживем — увидим. В конце концов, это ее жизнь.
Наверху, у себя в спальне, Стейси стянула кофточку, юбку, колготки и
повалилась на кровать. Произошедшее опьяняло ее. Мысленно она уже
представляла себе свадьбу, венчание, последующее празднество.
Как почти всякая девушка, в свое время Стейси тщательно обдумывала видение
этого радостного мероприятия. Свадебное платье, платья для подружек, всякие
милые мелочи, угощение для банкета... И теперь картины во всех подробностях
проносились перед ее глазами.
Теперь ей не нужно было гадать, кто же будет надевать ей на палец кольцо,
представлять себе лицо возможного жениха. Теперь она точно знала, кто им
будет.
Постепенно погруженную в сладкие мечты Стейси сморил сон. Она провалилась в
иную реальность, но и во сне продолжала улыбаться...
4
Наконец сон сморил не только ту Стейси, которая жила в воспоминаниях, но и
настоящую Стейси.
Она забылась крепким сном, а уже через два часа затрезвонил будильник в ее
мобильном телефоне.
Однако Стейси даже не услышала его.
Некому было и разбудить ее. В последнее время Кевин уходил на работу все
раньше. Трудно сказать, что было этому причиной — то ли у него накапливалось
все больше работы, то ли он все меньше времени хотел проводить дома.
Поэтому Стейси спала и проснулась только тогда, когда солнце уже отчаянно
пробивалось в спальню через плотные синие шторы.
Взглянув на часы, она ахнула, мгновенно подхватилась и исчезла в ванной.
В рекордный срок она почистила зубы, забрала волосы в низкий хвост, провела
по губам помадой. Втиснулась в единственный оказавшийся немятым серый
деловой костюм с юбкой ниже колена, сгребла мелочи с тумбочки в сумку и
выбежала из дому.
В офисе она появилась уже к двенадцати. А работать они начинали с десяти
часов утра.
— Доброе утро, — поздоровалась с ней Маделин.
Свежая, сияющая, в отличие от встрепанной начальницы, она восседала на своем
рабочем месте и просматривала не то каталог, не то глянцевый журнал.
— Доброе, — выдохнула Стейси. — Представляешь, проспала.
— Да-а, — протянула Маделин. — Сочувствую. И ведь спросить не
с кого, да?
— Ну ладно ехидничать. Сама удивилась. Не поверишь, даже не услышала
будильника.
— Сварить кофейку?
— Да, покрепче. И бутерброды.
— А у нас в офисе ничего нет, — покачала головой Маделин.
— Почему?
— Утром до работы я купить не успела. А выходить в твое отсутствие не
решилась. Вдруг клиенты? Голодная, да?
— Не успела позавтракать. Вообще ничего не успела. И до обеда вряд ли
дотяну, — призналась Стейси.
— Давай схожу куплю каких-нибудь сандвичей или пирожных в ближайшей
кондитерской, — предложила помощница.
— Не стоит. — Стейси махнула рукой. — Знаешь что? Давай
закажем пиццу. Прямо в офисе посидим все втроем. Мы ведь так и не отметили
последний удавшийся заказ, насколько я помню.
Маделин с готовностью схватилась за телефонную трубку.
— Донна? Это Маделин. Мы тут пиццу заказываем к кофе. Ты с чем будешь?
Так, записываю. Анчоусы, да? Ага, и я такую же буду... Ага.
— Маделин, да неужели?! — воскликнула Стейси, когда та положила
трубку.
— Что неужели?
— Неужели ты наконец-то научилась пользоваться телефоном, вместо того
чтобы выбегать из кабинета и спрашивать Донну, глядя ей в глаза? Не верю!
— Ладно тебе, — смутилась Маделин. — Тебе какую пиццу?
— Ветчина, сыр, помидоры, грибы.
— Хорошо. Звоню!
— Да, Маделин, кстати... Нам кто-нибудь звонил?
Маделин смутилась еще больше.
— Ой... не звонил. Приходил один потенциальный клиент.
— Вот как? Когда?
— Да с самого утра, едва я успела компьютер включить.
— Очень интересно. — Стейси уселась в кресло напротив Маделин и
закинула ногу на ногу. — Выкладывай.
— Я предлагала ему дождаться тебя, но он очень торопился. Ну я и
побеседовала с ним обстоятельно. А что мне было делать?
— Все нормально. Кто он и чего именно хотел?
— Филипп Деверо, тридцать два года. Клерк в банке. Женится через месяц.
Собственно, никаких особых запросов у него нет.
— Чего же он тогда хотел? — удивилась Стейси.
— Хочет тихую свадьбу, по минимуму всяких церемоний, излишеств и
прочего пафоса. Небольшая церковь или даже гражданская церемония... Они с
невестой пока не решили. Банкет человек на тридцать-сорок.
— В общем понятно. А что он хочет от нашего агентства?
— Сказал, что они с невестой очень занятые люди. Конечно, при других
обстоятельствах они сделали бы все необходимые приготовления сами. Но сейчас
загружены работой по уши.
— И что нужно от нас?
— Нужно просто найти подходящую церковь, банкетный зал, разработать
несколько вариантов меню. Договориться с рестораном об обслуживании.
Предложить варианты Филиппу с невестой, а они выберут.
— Комиссионные, конечно, небольшие?
— Да. Я прикинула — вознаграждение за все это получается относительно
небольшое.
— Ну ничего. Это тоже деньги.
— Я только закажу пиццу и передам тебе всю информацию.
— Не нужно передавать. Займись ею сама.
— Что?!
— А что? Ты не хочешь? — Стейси с любопытством смотрела на
Маделин.
— Но...
— Ты ведь сама неоднократно просила меня, чтобы я дала тебе возможность
попробовать свои силы. Тут работы будет не очень много, вот и попробуешь.
Узнаешь, что к чему. Я всегда буду рядом, подскажу, сориентирую, если что.
— Раз ты так считаешь...
— К тому же я изрядно выложилась на последнем проекте. Устала. Немножко
передохну. А потом с новыми силами за подготовку следующей свадьбы. Вот
только когда она у нас будет, этот новая свадьба?
— Будет, — засмеялась Маделин, — никуда не денется.
С аппетитом перекусив пиццей в компании Маделин и Донны, Стейси прошла в
свой кабинет, включила компьютер, прослушала сообщения на автоответчике.
Одно было от матери. Она звонила Стейси, чтобы пригласить ее в ближайший уик-
энд пообедать, а возможно, выбраться в театр в Питтсбурге. Сказала, что они
с Фредериком соскучились по ней и рады будут повидаться.
Второй звонок был из ресторана, в котором Стейси чаще других заказывала
свадебные банкеты. Они хотели узнать, планирует ли Стейси делать заказ в
ближайшие дни.
Больше звонков не было. Ни от мужа, ни от подруг.
По правде говоря, у Стейси давно уже не осталось подруг. За те четыре года,
что прошли со времени их с Кевином свадьбы, слишком многое изменилось. Весь
круг общения Стейси теперь составляли ее помощницы, владельцы либо
администраторы ресторанов, свадебных салонов, вообще все те люди, с кем она
общалась по работе. Ее семья. Семья Кевина...
Стейси механически перелистала несколько каталогов, которые Маделин заботливо разложила на ее столе.
Красивые наряды, изящные букеты, изысканные украшения. Нежность, светящаяся
в глазах пар.
Все это уже в который раз напоминало Стейси, что любовь, привязанность и
нежность напрочь отсутствуют в ее жизни.
И ладно бы, если бы только страсть и влечение отсутствовали! В конце концов,
с моме
...Закладка в соц.сетях
