Жанр: Любовные романы
Любовь против мести
... не думать об этом. Конечно, она радовалась счастью
своей подруги, всегда справлялась с обязанностями, однако, зная, кем
является Этан, считала, что надо подготовиться основательно. На вечеринке
соберется весь Миннеаполис. Кто знает, возможно, на вечеринке появится и
финансовый гений Валентайн...
Оливия натянула покрывало до подбородка и включила видеомагнитофон.
Увидев на экране Колина Ферта, она блаженно вздохнула.
Маку казалось, что его легкие сейчас взорвутся. Ноги уже начали подрагивать,
однако он продолжал бежать.
Было около пяти часов утра. Вот уже более часа Мак находился в спортзале
своей компании, пытаясь отвлечься от беспокоивших его мыслей. К сожалению,
от мыслей избавиться все не удавалось, зато тело уже отказывалось переносить
нагрузку.
Выключив беговую дорожку, он взял полотенце. Проклятье! Неровной походкой
Мак направлялся в раздевалку. Уезжая из провинции Дор два дня назад, он
рассчитывал, что не увидит Оливию Уинстон несколько месяцев.
Как оказалось, встретиться им придется очень скоро.
Мак ненавидел смокинги, а также великосветские вечеринки. Однако, будучи
бизнесменом и надеясь заполучить на вечеринке бывших клиентов, он отнесся к
приглашению иначе. Этан Кертис женился на Мэри Келли — деловом партнере
Оливии Уинстон. Значит, Оливия определенно будет на этой вечеринке.
Мак расставался со многими женщинами и никогда не думал о том, чтобы
встретиться с ними снова. Именно Оливия заставила его почувствовать себя
раненым и ненасытным зверем. Но ему следует забыть о ней.
Раздевшись, Мак направился в душ. Возможно, ему удастся легче выкинуть
Оливию из головы, если он снова встретится с ней. Так он вспомнит о ее
предательстве. А что, если, увидев Оливию, он снова потеряет рассудок и
будет вести себя так же безумно, как некоторое время назад?
Верхний этаж всемирно известного здания вращался вокруг своей оси со
скоростью один оборот в час. Собравшиеся повеселиться гости таким образом
могли не чувствовать головокружения и тошноты после поглощенной пищи.
Оливия считала, что замысел архитектора, спланировавшего это здание, был
блестящим. Она вышла из кухни, где проверяла готовность блюд, и стала
наблюдать за тем, как накрывали столы. Увидев, что Мэри разговаривает с Тесс
у окна, она направилась к ним. Белокурые волосы Мэри были подобраны вверх.
На ней было серое шелковое платье с открытыми плечами, которое удачно
скрывало ее округлившийся животик. Тесс выглядела настоящей красоткой в
коротком платье кирпичного цвета, туфлях на высоких каблуках и с ее рыжими
волосами, струившимися по плечам. Оливия заметила, как Тесс прикоснулась к
животу Мэри, и глаза ее засветились.
— Так, так, так, — сказала Мэри, оглядев Оливию, на которой было темно-
коричневое облегающее платье. — Можно еще раз повторить, мисс Уинстон, что
вы аппетитная штучка?
— И это говорит беременная женщина, — фыркнула Тесс. — Как непристойно!
Мэри рассмеялась и заметила:
— Неужели ты думаешь, что я забеременела только оттого, что вела себя
пристойно?
Тесс притворилась, что закрывает уши, чтобы не слышать ее слов, и сказала:
— Ты сообщаешь о себе слишком много.
Несколько засмущавшись, Оливия пригладила платье и огляделась. Она тщательно
выбирала наряд для вечеринки по случаю свадьбы Мэри. В конце концов, сегодня
Оливия играла роль гостя и сотрудника фирмы одновременно, так что следовало
одеться соответствующе. Кроме того, возможно, на вечеринке появится Мак.
Оливия не собиралась притворяться и врать самой себе, что выбирала платье
без мысли о Маке.
— Ты уже видела своего отца? — спросила Тесс, отвлекая Оливию от
размышлений.
Она покачала головой.
— Где он?
— Вон там, в баре.
Оливия пыталась поговорить с отцом в течение вот уже двух дней, однако он
постоянно был в разъездах и не отвечал на ее телефонные звонки.
— Итак, — мягко произнесла Мэри, — пока Этан не пришел за мной, расскажи,
как прошла поездка в провинцию Дор?
— Не стану рассказывать.
— Угу, — Тесс подняла бровь, услышав ответ Оливии.
— Я была права, — тихо спросила Мэри, — насчет того, что происходит, когда
оказываешься в непривычном месте? Вы оба... как бы это поделикатнее
спросить...
— Забудь о деликатности! — прервала ее Тесс. — Ты занималась этим парнем? —
обратилась Тесс к Оливии.
Оливия густо покраснела.
— Тесс, прекрати!
— Я права, — Тесс недвусмысленно посмотрела на Мэри.
— Тесс, — начала Мэри театрально наставлять подругу, — я надеюсь, что ты
поняла: никогда не выезжай в непривычное для тебя место с парнем, который
тебе нравится.
— Пожалуйста, перестань. Этому парню придется напоить меня снотворным,
прежде чем я позволю ему что-либо. — Тесс огляделась, и внезапно от ее
веселья не осталось и следа. Она побелела как полотно.
Мэри и Оливия, заметив, как изменилось выражение ее лица, проследили за ее
взглядом. Но они никого не увидели и не поняли, что вызвало такую перемену в
ее настроении.
— Что произошло, Тесс? — спросила Оливия.
— Клянусь, что сейчас видела... того, кого знала много лет назад.
— Бывший парень?
— Я думаю, его можно так назвать. Он так изменился... Нет, я, должно быть
ошиблась.
— Он похорошел или подурнел? — Мэри пыталась разрядить обстановку.
— Он выглядел скучающим, отстраненным и невероятно роскошным, — Тесс
продолжала осматривать присутствующих. — Неужели это он? — она повернулась к
подругам. Теперь Тесс уже не была такой бледной. — Странное ощущение, когда
встречаешь людей из прошлого.
Оливия прекрасно понимала, что чувствует Тесс. А Тесс просто запаниковала.
Однако Оливия не смогла продолжить разговор, потому что в этот момент
подошел Этан и обнял Мэри за талию.
— Я могу забрать у вас мою девочку? Я хочу, чтобы все видели, как красива
моя жена.
— До чего же ты тщеславен, Этан, — Мэри округлила глаза.
— Это одна из причин, почему ты меня любишь, так?
Мэри улыбнулась Оливии и Тесс, потом поцеловала своего мужа в щеку.
— Конечно, дорогой.
Когда они ушли, Тесс извинилась и сказала, что ей нужно отойти, чтобы
уладить какое-то дело.
Оливия заметила своего отца вместе с двумя мужчинами у стойки бара и
направилась к ним.
Стоявший недалеко от оркестра Мак наблюдал, как Оливия танцует со своим
отцом. Сегодня вечером она была очень красива. Хотя Мак и приказывал себе
забыть о ней, тело хранило воспоминание об Оливии. Мак понимал: чтобы забыть
ее, придется приложить невероятные усилия.
Оливия заметила его и побледнела. Во взгляде Оливии отразились надежда и
беспокойство. Маку захотелось прикоснуться к ней, поцеловать ее. Если бы он
обладал хоть какой-то гордостью и рассудком, то сразу бы ушел и никогда бы
не искал с ней встреч. Однако Мак повел себя как влюбленный идиот.
Спустившись с помоста, он направился к ней, как только закончилась песня.
Оуэн тоже заметил его.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он и заскрежетал зубами, когда Мак подошел
к ним.
— Возвращаю своих бывших клиентов, — беспечно сказал Мак.
— Да, я видел, что ты разговаривал с Мартином Поллаком. Я полагаю, он
намерен пересмотреть свои отношения с тобой...
— Прекрати, Оуэн! Ты снова завел старую, как эта жизнь, песенку. Всем
известно, что ты лжешь, и все ждут твоего признания в этом.
— Я не стану ни в чем признаваться.
— Как знаешь, мне теперь на это наплевать, — он повернулся к Оливии. — Ты
сегодня потрясающе выглядишь.
— Спасибо, — ее глаза светились теплотой и каким-то пока еще непонятным Маку
чувством...
— Тебе нравится здесь?
— Не очень.
— Пойдем, Оливия, — Оуэн пристально посмотрел на нее.
— Все в порядке, — ответила она отцу, не сводя взгляда с Мака.
— О чем ты? — Мак выглядел озадаченным.
— Я понимаю, почему ты так поступаешь. Давай же, не теряй времени, я и отец
перед тобой.
— О чем ты говоришь?
— Ты хотел отомстить, — Оливия улыбнулась немного грустно.
— О, Лив, — Мак покачал головой. Оливия не поняла его. Она думала, что он
тогда по-прежнему помышлял о мести. Оливия не поняла, что задела его
чувства.
— Что ты сделал с моей дочерью? — угрожающе спросил Оуэн.
— Пап, перестань! — сказала Оливия.
— Если ты причинишь ей вред... — продолжал Оуэн, не слушая ее.
— Я говорю серьезно, пап, ты сам причинил мне немало хлопот, — Оливия
свирепо посмотрела на отца. — Еще одно слово о Маке, и я навсегда перестану
доверять тебе. Ты меня понимаешь?
— Оливия! — Оуэн казался потрясенным.
Мака охватило желание. Поддавшись чувствам, он взял руку Оливии и поднес к
своим губам. Поцеловал ее ладонь, потом заговорил с Оуэном, не сводя с нее
взгляда:
— У тебя изумительная дочь, Уинстон. Красивая и умная. Я изо всех сил
пытался отомстить тебе с ее помощью, но она не позволила мне этого сделать.
Оуэн молчал.
Мак отпустил руку Оливии. Он понял, что месть бессмысленна. Он влюбился в
Оливию. Кивнув ей, он попрощался и ушел.
Глава девятнадцатая
Вечеринка должна была закончиться далеко за полночь. Оливия не стала этого
ждать, а попросила Тесс подменить ее, схватила пальто и направилась к
лифтам. Как только она вошла в лифт и двери уже стали закрываться, вошел ее
отец.
— Пап, я уже попрощалась с тобой... — Оливия понимала, что обращается с ним
плохо, но ей было все равно. Сейчас она хотела только одного и не
остановилась бы ни перед какими препятствиями.
— Дорогая, я должен сказать, что горжусь тобой.
— Из-за чего? — нетерпеливо спросила она.
— Тебе удалось удержать на расстоянии такого удава, как Валентайн.
С нее было довольно. Она протянула руку и нажала на кнопку остановки лифта.
Лифт резко остановился, и отец посмотрел на нее, как на сумасшедшую.
— Что происходит?
— Я люблю тебя, пап, но больше не могу это выносить. Пойми же ты, что я не
Грейс...
— Что?
— Я не твоя сестра. Я не Грейс. У меня своя жизнь, — она серьезно посмотрела
на него. — Я взрослая женщина и не стану угождать отцу, который только и
делает, что опекает меня и пытается контролировать.
— Оливия... — Шея Оуэна покраснела.
— Я буду жить так, как хочу. — Оуэн казался очень внушительным в смокинге,
но Оливия продолжала, позабыв про почтительный тон: — Теперь о Маке. Ты
должен оставить его в покое. Пойми, я люблю этого парня. У нас с ним похожее
прошлое, поэтому я думаю, у нас есть надежда на общее будущее.
— Нет... — ужаснулся ее отец.
Оливия вздохнула и с отчаянием посмотрела на него.
— Что у тебя есть против него помимо того, что ты обвиняешь его в нечестной
работе?
На какое-то мгновение ей показалось, что Оуэн начнет с ней спорить, но он
опустил глаза и уставился на свои туфли.
— Старикам нелегко удержаться в деловом мире. К тебе уже относятся так,
будто ты в любой момент можешь спасовать, не выдержать сумасшедшей гонки...
Тебя считают выжившим из ума. — Оливия коснулась его руки. Она любила отца,
несмотря на его недостатки, которых было немало. Приподнявшись на цыпочки,
Оливия поцеловала его в щеку. — Сделай так, как положено, пап. Ты очень
богат, ты легенда финансового мира, вот и оставайся таким как можно дольше.
— Она протянула руку и нажала кнопку лифта. Лифт поехал вниз. — Правда в
конце концов выплывет наружу. Не допусти того, чтобы эта глупая ошибка
отрицательно сказалась на твоей репутации. Позаботься об этом.
Оуэн какое-то время молчал, потом кивнул.
Двери лифта открылись, и Оливия вышла в вестибюль.
— Я тороплюсь к нему. Спокойной ночи, пап.
Он натянуто улыбнулся и тихо сказал:
— Спокойной ночи, Оливия.
Как только он произнес эти слова, двери лифта закрылись.
Войдя в свой дом, Мак почувствовал, что приехал в чужое жилище. Мебель, цвет
стен, все остальное были выбраны Оливией. Почему ее самой нет в этом доме?
Оливия должна жить здесь вместе с ним.
— Проклятье, — пробормотал он, направляясь по коридору в свою комнату. Мак
хотел принять душ, но внезапно решил войти в комнату Оливии. Он так устал
бороться с тем, что теперь казалось ему глупым. Ему следует поговорить с
ней.
— Я попытаюсь снова.
Услышав эти слова, Мак машинально приготовился к схватке. Потом понял, что
голос ему знаком, и поднял глаза. На кровати, откинувшись на подушки, лежала
Оливия. Одетая. Ее длинные темные волосы были распущены по плечам, на губах
играла нервная улыбка.
— Как ты сюда вошла? — Мак уставился на нее.
Она выдержала его взгляд в упор.
— У меня по-прежнему есть ключ от этого дома. Ты забыл забрать его у меня.
— Я не забыл, — он медленно покачал головой.
В ее взгляде отразилась надежда.
— Мак, я хочу поговорить о сегодняшнем вечере... и о Дебоулдах.
— Нет! — прервал он ее.
— Я хочу, — настаивала она. Поднявшись с кровати, она подошла к нему и
встала напротив. — Я не думала об этом прежде. Я не должна была говорить
отцу, куда еду. Я повела себя неправильно и едва не сорвала твою сделку с
Дебоулдами...
— Перестань... — он схватил ее за руки и притянул к себе. — Мне наплевать на
Дебоулдов. Черт побери, я не хочу потерять тебя, — Мак посмотрел на ее лицо.
— Я с самого начала создал для тебя невыносимые условия. Я вел себя как
идиот.
Она прикусила губу, ее глаза затуманились слезами.
— Я должна кое о чем тебе сказать. Я разговаривала с отцом и...
— Дорогая, мне все равно, — перебил ее Мак. Он никогда прежде не думал, что
может испытывать к женщине такое сильное чувство. — Мне больше ни до чего
нет дела. Все, что сейчас имеет значение, так это ты. Я должен сделать тебя
счастливой, радостной и довольной. Я устал от борьбы и конкуренции, — он
протянул руку и провел кончиками пальцев по ее щеке. — Единственное, чем я
теперь намерен заниматься, так это нашими отношениями.
Оливия верила и не верила услышанному. Мак уже не был толстокожим
финансистом, каким она знала его прежде, когда согласилась работать на него.
Теперь он был любящим, умеющим прощать, щедрым мужчиной, который хочет
видеть ее рядом с собой до конца своей жизни.
— Как только я увидел тебя, Лив, моя жизнь изменилась, — продолжил он,
обхватив ее лицо ладонями. — Мне теперь нужно больше, чем деньги и власть,
нужно нечто более ценное. Мы должны быть вместе. Я не знаю, как справиться
со своими чувствами. Но в одном я уверен: ты не уйдешь от меня, я не позволю
тебе уйти от меня.
— О, Мак...
Он наклонился и собственнически, жадно и страстно поцеловал ее в губы,
отчего у нее перехватило дыхание.
— Я люблю тебя, Лив. Я люблю тебя так сильно, что у меня даже болит сердце.
— Я тоже тебя люблю, — она рассмеялась и прижалась лбом к его лбу. — Какие
же мы все-таки идиоты! Сначала мы ненавидели друг друга, а теперь полюбили.
— Верно, однако, если бы не ненависть и жажда мести, мы никогда бы не
встретились.
— И если бы не наше прошлое, — она кивнула.
— Тысячу раз правда! — он поцеловал ее снова. Оливия таяла в его объятиях.
Простонав от нестерпимого желания, Мак пробормотал у ее губ: — Любимая,
останься со мной. Я хочу, чтобы ты была моей навсегда.
Оливия улыбнулась. Ее сердце было наполнено счастьем.
— Останусь.
Она не могла поверить в то, что Мак признался ей в любви.
Он посмотрел на нее горящим от желания взглядом.
— Я намерен жениться на тебе.
Оливия с трудом сдерживала слезы. Но потом расплакалась, кивнула и
выдохнула:
— Я согласна.
Мак вытер слезы с ее лица.
— Я хочу, чтобы у нас были дети.
— Да, да, — она крепко обхватила его руками за шею. Наконец она перешагнула
через позорное прошлое. Теперь ее ждет счастливое будущее с мужчиной ее
мечты. Неужели все это происходит наяву? Как же ей повезло!
Мак снова неторопливо поцеловал ее.
— Я люблю тебя, миссис Валентайн.
— Как странно звучит, правда? — прошептала она у его губ, чувствуя себя
уязвимой, но все равно влюбленной.
Мак покачал головой и легко коснулся губами ее рта.
— Ничего странного, дорогая. Мне кажется, что только теперь все встало на
свои места, и мы поступаем правильно.
Закладка в соц.сетях
