Жанр: Любовные романы
Любовь против мести
Мак Валентайн решил отомстить конкуренту — соблазнить его дочь и
бросить ее. План мог бы осуществиться, если бы холодный финансист Валентайн
сам не влюбился.
— Женщина-конгрессмен Фишер звонит по второй линии, Дерек Мид все еще ждет
на третьей линии, а Оуэн Уинстон — на четвертой, — сообщила пожилая
секретарша Клэр своему боссу Маку Валентайну, развалившемуся в кресле в
современном и роскошно меблированном кабинете.
Клэр работала у Валентайна уже восемь лет и очень любила наблюдать за ним в
те моменты, когда он готовился уничтожить какого-нибудь конкурента. Она
считала его безжалостным, неустрашимым бизнесменом и иногда даже называла
черногривым, чернооким демоном, испытывающим своих служащих.
Мак улыбнулся. Его секретарша была права. Если служащие не соответствовали
его высоким требованиям и не справлялись с работой, то он сразу же увольнял
их.
Клэр посматривала на Мака, будто ребенок, ожидающий десерта.
— Мистер Уинстон говорит, что звонит вам уже второй раз, сэр.
Он взял телефонную трубку.
— Скажите женщине-конгрессмену и Миду, что я им скоро перезвоню. И
хорошенько закройте за собой дверь.
— Конечно, сэр, — сказала явно разочарованная Клэр и вышла из кабинета.
Мак откинулся на спинку кресла.
— Слушаю вас, Оуэн.
— Наконец-то! — раздался раздраженный голос собеседника. — Я ждал уж слишком
долго. Что вы хотите от меня?
Услышав дрожь в голосе пожилого Оуэна, Мак почувствовал удовлетворение. Он
повернулся в кресле, чтобы видеть в окно небо Миннеаполиса.
— Я не стану терять время, спрашивая, зачем вы все это делаете.
— Не понимаю.
— Я также не буду вынуждать вас признавать очевидное, — сказал Мак. — Вы
стараетесь подорвать репутацию конкурирующей фирмы, и все потому, что
выдохлись и потеряли деловой нюх.
Мак уже представлял, как мрачнеет лицо Оуэна.
— Вы не понимаете, о чем говорите, Валентайн...
— И что еще вам остается? — холодно продолжал Мак. — Вот вы уже начали
паниковать, Оуэн.
— Что за чушь! — пробормотал Оуэн.
Мак продолжал, будто не слыша собеседника:
— Уважающий себя бизнесмен должен признать, что устал, и удалиться от дел.
По утрам ему следует играть в гольф, а после обеда сладко спать.
— Уважающий себя бизнесмен, Валентайн, — Оуэн горько рассмеялся, — не стал
бы предоставлять наиболее выгодные условия сделок привилегированным
клиентам, а именно длинноногим и пышногрудым особам.
— Я могу привлечь тебя к суду, Уинстон.
— Ты с твоим острым умом не допустишь, чтобы эти мои слова стали известны
суду, поэтому процесс надолго затянется. А это еще хуже отразится на твоей
репутации.
Мак несколько мгновений собирался с мыслями, потом заговорил поразительно
спокойным голосом:
— Возможно, с тобой придется действовать иначе, нежели через суд.
— Какой же ты умница, Валентайн! А теперь уже поздно, у меня...
Мак поднялся и шагнул по направлению к двери.
— Я найду другой способ, — прервал он Оуэна, — чтобы заставить тебя
заплатить за содеянное.
— Уже восьмой час, Валентайн, — натянуто проговорил Оуэн. — Я должен идти на
ужин.
— Конечно, отправляйся домой, к семье, — Мак открыл дверь кабинета и жестом
подозвал Клэр. — У тебя милая дочурка, как ее зовут?
Оуэн не ответил.
— Вспомнил! — Мак повел бровью, подавая знак Клэр. — Ее зовут Оливия.
Красивое имя.
Мак наблюдал за тем, как Клэр подошла к компьютеру и принялась отыскивать
нужную информацию.
— Мне говорили, что она красива и мила, любит своего отца и не замешана в
скандалах. Интересно, как скоро удастся испортить такую благонравную особу?
Клэр взглянула на Мака. На ее лице отражалось одновременно уважение к боссу,
любопытство и ужас.
— Не приближайся к моей дочери! — взвился Оуэн.
— Я не религиозен, Оуэн, но считаю, что в случае с тобой лучше всего
действовать по принципу
око за око
, — Мак вернулся кабинет. — Возможно, я
надменен, эгоистичен, но не занимаюсь мошенничеством. Каждому из моих
клиентов я предоставляю жесткую гарантию вне зависимости от пола. Ты же
зашел слишком далеко.
Мак отключил телефон и подошел к окну. Над городом нависли грозовые тучи.
— Она владеет компанией
Домашний уют для холостяков
.
Мак даже не повернулся к секретарше.
— Что это еще за компания?
— В журнале
Миннеаполис мэгэзин
в прошлом месяце была опубликована статья
с фотоснимком на обложке. Три женщины — шеф-повар, художник по интерьерам и
устроитель вечеринок — создали...
— Фирму по обслуживанию неженатых клиентов, желающих получить уют в доме и
домашнюю еду, — продолжил он.
— Верно.
Мак повернулся к секретарше и кивнул.
— Отлично! Назначьте встречу с Оливией Уинстон на этой неделе. Похоже, мне
нужны ее услуги.
— Вы читали статью, сэр?
— Не помню... кажется, видел ее мельком.
— Эти женщины очень независимы и пользуются уважением в деловой среде. Они
решительно отвергают все попытки мужчин завести с ними роман.
Мак усмехнулся про себя.
— Назначьте мне с ней встречу на завтрашнее утро.
Закусив губу, Клэр кивнула и вышла из кабинета.
Мак расположился за письменным столом и принялся просматривать документы
клиентов, которые отказались сотрудничать с ним после того, как услышали
измышления Оуэна Уинстона два дня назад. Интересно, удастся ли их когда-либо
вернуть?
Маку хотелось уничтожить ублюдка Уинстона, однако быстрая расправа оказалась
бы для того слишком легким наказанием. Оуэн опорочил имя Мака, значит, он, в
свою очередь, воспользуется его дочерью.
Пусть это жестоко, но дочурка Оуэна ответит за потерю Маком и его служащими
прибыли, а также за глупость своего отца.
Оливия закрыла глаза и вдохнула аромат выпечки:
— Нет, ну я все-таки гениальный кулинар!
— Сколько мы еще будем ждать, Лив? — спросила Тесс, в животе которой громко
урчало. — Я сегодня не завтракала.
Сидевшая за столом Мэри Келли уставилась на живот высокой, рыжеволосой Тесс
и нахмурилась.
— Это урчание напоминает лязг поезда, сходящего с рельсов. Как тебе не
стыдно?
Тесс взглянула на Мэри наигранно укоризненным взглядом.
— Я умираю от голода. — Она указала на массивное кольцо с желтым
бриллиантом, красовавшееся на пальце блондинки Келли. — Не каждой из нас
мужчины приносят завтрак в постель.
Мэри улыбнулась и погладила свой растущий животик. Ее голубые глаза
светились спокойствием и счастьем.
— Этан заботится о своем ребенке. Если я не стану перекусывать каждые
несколько часов, он сойдет с ума.
— Какая любовь! — фыркнула Тесс.
Мэри рассмеялась.
— Вот влюбишься — поймешь.
— Сомневаюсь, потому что предпочитаю одиночество.
— Тогда мы должны почаще выводить тебя в свет. — Глаза Мэри загорелись. —
Возможно, в конце месяца на вечеринке по случаю нашей с Этаном свадьбы ты
познакомишься с кем-нибудь. У него очень симпатичные друзья.
— Нет, спасибо.
— А если ты встретишь подходящего мужчину?
Тесс покачала головой и рассмеялась.
— Я в это не верю, Мэри. В мире не существует нормальных мужчин.
Мэри налила себе еще стакан молока.
— Ты слишком цинична для своего возраста, тебе же только двадцать пять. Сколько парней у тебя было?
— Достаточно, чтобы понять мужскую сущность, — серьезно сказала Тесс и
повернулась к Оливии. — Мы с тобой пока удачно избегаем супружеских оков,
верно, Лив?
— Да-а, — протянула Оливия, стараясь подавить в душе зависть при
воспоминании о нежном взгляде Этана Кертиса, сегодня утром целовавшего Мэри
на прощание перед тем, как уехать на работу. Он был так влюблен и так
счастлив, что у них с Мэри скоро родится ребенок!
Оливия желала Мэри только добра. Сама же она стала все чаще задумываться о
том, сможет ли когда-нибудь испытать хоть чуточку такого счастья. В глубине
души Оливия мечтала о любящем мужчине, которому готовила бы обеды, от
которого рожала бы детей, однако жизнь диктовала свое. Оливия по-прежнему
чувствовала себя шестнадцатилетней девушкой, только что потерявшей мать,
которая умерла от рака. Отец тогда совсем не обращал внимания на Оливию, и
она пустилась во все тяжкие.
Даже через десять лет ей было стыдно вспоминать, сколько случайных связей
было у нее в то время. Сейчас Оливия являла собой образец деловой женщины,
хранила в секрете свое прошлое и избегала мужчин.
— Итак, — весело произнесла Оливия, ставя на тарелках перед Тесс и Мэри два
больших шоколадных, только что испеченных пирожных, — займитесь-ка делом.
— Это она намекает нам, чтобы мы заткнулись, — усмехнулась Тесс.
Мэри откусила кусочек от пирожного и вздохнула.
— Она выбрала самый лучший способ заставить нас замолчать.
— Верно, — сказала Тесс и посмотрела на пирожное. — Ради такой вкуснятины я
готова не только перестать осуждать мужчин и браки, но и попробовать завести
роман.
— Чего тут только не услышишь! — раздался хриплый мужской голос.
Мэри и Тесс повернулись в креслах, Оливия устремила взгляд на вошедшего.
В дверях стоял симпатичный кареглазый мужчина с циничным выражением лица. Он
был высок, широкоплеч и одет в серый костюм в полоску и черное шерстяное
пальто. Оливии внезапно захотелось схватить его за лацканы пальто и
прижаться к нему. Но желание было настолько нехарактерно для нее, что она
испугалась. В течение последних семи лет у нее не было ни одного мужчины, и
она не слишком переживала из-за этого. Однако сегодня Оливия почувствовала,
как ее тело отреагировало на появление незнакомца.
— Мак Валентайн? — спросила она, с облегчением сознавая, что ее голос звучит
спокойно.
Он кивнул.
— Наверное, я раньше времени?
— Всего на несколько минут. Проходите, пожалуйста.
Мэри и Тесс протянули ему руки.
— Рады встрече с вами, мистер Валентайн, — беспечно сказала Мэри.
Тесс похлопала Оливию по спине:
— Это наш шеф. Она творит чудеса.
— Это правда? — Мак посмотрел на Оливию, а она пожала плечами.
— Я никогда не отличалась ложной скромностью, поэтому скажу: да, я хороший
кулинар.
В темных глазах Мака отразилось удивление, а Оливия почувствовала, как у нее
по телу побежали мурашки.
— Теперь мы с Тесс оставим вас, — сказала Мэри, беря шоколадное пирожное и
стакан молока. — Добро пожаловать в компанию
Домашний уют для холостяков
,
мистер Валентайн.
— Спасибо.
Тесс снова пожала его руку, схватила второе пирожное и вышла вместе с Мэри
из комнаты.
Сдерживая смех, Оливия наблюдала, как Мак снял пальто и положил его на стул,
потом жестом пригласила посетителя присесть.
— Хотите? — она протянула ему пирожные.
— Ради них я должен попробовать закрутить роман?
— Если пожелаете.
— Я дам вам знать, — произнес Мак, удивленный ее быстрой реакцией, и взял
пирожное.
Оливия чопорно сидела рядом с ним. Она не знала, зачем этот мужчина пришел,
но чувствовала, что он обязательно создаст ей проблемы.
— Ваша секретарша не сказала мне о цели вашего визита. Итак, я вас слушаю.
Он откинулся на спинку кресла.
— Мне нужно, чтобы вы изменили мой дом.
— А именно?
— В нем много неиспользованного пространства. Я хочу, чтобы мои клиенты,
приходя ко мне, думали, будто я семейный человек, а не...
Она удивленно подняла брови.
— ...тот, кто намеренно отказывается от брака, — его губы изогнулись в
усмешке.
— Я понимаю, — сказала Оливия. Ей уже приходилось работать с бестолковыми
миллионерами-плейбоями.
— Я думаю, что вам лучше самой осмотреть мой дом.
Она кивнула и взглянула на пирожное, к которому он не прикоснулся.
— Хорошо, но в основном я кулинар.
— Мне сказали, что вы решаете многие вопросы.
— Это так, однако лучше, если вами займется Тесс, она...
— Нет, — прервал он ее.
Она выжидающе посмотрела на него.
— Я хочу, чтобы со мной работали вы, — сурово сказал он.
— Понимаю, — настороженно произнесла она, — но есть одна проблема.
— Какая?
— Ваши отношения с моим отцом.
Мак слегка поднял брови.
— У нас с ним нет никаких отношений.
— Он позвонил мне сегодня утром и предупредил о вашем приходе.
Какое-то время Мак молча смотрел на нее.
— Говорят, что вы милая и сговорчивая.
— Хотите сказать, что я не соответствую общепризнанному мнению?
— Я все же попробую ваше пирожное, — он усмехнулся.
— Вкусно? — спросила Оливия, рассматривая Мака.
— Очень.
— Я рада, — беспечно сказала она. — А теперь, мистер Валентайн, скажите,
зачем вы на самом деле приехали?
Достойного противника Мак Валентайн видел за версту. Пусть у Оливии
невысокий рост и глаза испуганного олененка, однако она умна и остра на
язык.
Мак Валентайн не ожидал такого поворота событий. Но не было ничего, что бы
он предпочел вызову, — он любил преодолевать трудности.
Оливия смотрела на него, прищурившись. Мак понимал, что она упряма и
добьется от него ответа.
— По причинам, от меня не зависящим, моя финансовая фирма потеряла трех
лучших клиентов. Я думаю, через несколько месяцев они вернутся ко мне,
когда, наконец, поймут, что никто им не поможет так, как я. А тем временем
мне нужна ваша помощь.
Оливия окинула взглядом стол.
— Вы хотите, чтобы я помогала вам спасать бизнес и восстанавливать вашу
репутацию?
— Я вижу, что ваш отец не только предупредил вас о моем визите. Моему
бизнесу ничего не угрожает, однако репутация подпорчена, и я не могу... я не
позволю, чтобы так продолжалось и далее.
— Я понимаю. — Она слегка улыбнулась. — Вы хотите, чтобы потенциальные
клиенты останавливались не в отеле, а у вас дома?
— Есть такие, кто предпочитает домашний уют, — он махнул рукой.
— Вы не из них?
— Нет.
Она поднялась на ноги и взяла тарелку, на которой лежало его недоеденное
пирожное.
— Я хочу кое о чем вас спросить, — сказала она, подошла к мойке и поставила
в нее тарелку. У Оливии была роскошная, соблазнительная фигура. Повернувшись
к Маку, она прислонилась к мойке и скрестила руки на груди. При виде такой
картинки он почувствовал, что волнуется. — Вы считаете, что в ваших неудачах
виноват мой отец?
— Ваш отец распространил ложные сведения, из-за чего моя фирма лишилась клиентов, — поправил он ее.
— Если так, с чего это вдруг вам захотелось работать с его дочерью? Хотя...
— Что?
Она подошла к нему. А что, если Мак обнимет ее за талию и прижмет к себе?
Что она станет делать?
— Однако, если вы хотите отомстить ему, воспользовавшись мною, тогда
понятно, — беспечно произнесла она, будто читая список покупок.
— Он так и сказал вам? — в том же тоне спросил Мак.
— Да. И напрасно.
— Как же это, интересно, я стану ему мстить?
— Пока не знаю, — она пожала плечами, потом присела напротив него.
— У вашего отца имеются предположения на этот счет?
— Он беспокоится о том, что вам удастся вскружить мне голову, но его
опасения напрасны.
— Вы уверены?
Оливия кивнула, потом прибавила деловым тоном:
— Я сказала ему, чтобы он не беспокоился по этому поводу.
Мак удивленно поднял бровь.
— Я не хотела вас обидеть, — она рассмеялась. — Просто вы совсем не в моем
вкусе.
— А почему вы решили, что я обиделся?
Вопрос сбил ее с толку.
— Ну, я...
— А что вы обо мне думаете?
Она вздернула подбородок.
— Вы производите впечатление человека, привыкшего добиваться своего, как в
делах, так и в отношении женщин.
Мак действительно был таким, и эта женщина начинала выводить его из себя.
— Да, я добиваюсь своего, мисс Уинстон, но люди приходят ко мне
исключительно по своей воле, могу вас уверить, — он секунду помолчал. — Все
клиенты вашей фирмы подвергаются такому допросу или мне сделано исключение?
— Вы еще не стали нашим клиентом, мистер...
— Оливия, — произнесла смущенная Тесс, заглядывая в кухню. — Можно тебя на
минутку?
— Конечно. — Оливия повернулась к Маку: — Я сейчас вернусь, мистер
Валентайн.
Он с удовольствием отметил, что она утратила былую уверенность.
— Жаль, что я не могу сказать, будто жажду вашего возвращения, — он
усмехнулся.
— Если вы торопитесь...
— Я не тороплюсь, — он протянул руку к пальто и достал из кармана сотовый телефон. — Я пока позвоню.
Оливии захотелось выхватить из рук Мака сотовый телефон и разбить об пол,
однако она улыбнулась и кивнула в ответ. Выйдя в коридор, она плотно закрыла
дверь в кухню и посмотрела на обеспокоенных Тесс и Мэри.
— Чем это ты там занимаешься? — резким шепотом спросила Тесс.
— Беседую с потенциальным клиентом.
— Ты скорее его обижаешь, — сухо сказала Тесс и скрестила руки на груди.
— Тесс, ты не знаешь ситуации...
Мэри заговорила, как обычно, спокойно и покровительственно:
— Какой бы ни была ситуация, Лив, мы слышали, что ты на него нападаешь. Ты
можешь сказать, что происходит?
— Он необычный клиент, — выдохнула Оливия. — Черт побери, я даже не знаю,
клиент ли он вообще.
— Вряд ли он им станет после того, что ты ему наговорила, — проворчала Тесс.
— Успокойся, Тесс. Он и мой отец занимаются бизнесом в одной и то же сфере.
Несколько клиентов Мака Валентайна перебежали к моему отцу. Мак считает, что
мой отец повел себя неэтично и переманил лучших клиентов, предложив более
выгодные сделки.
— Надо же! — начала Тесс. — Твой отец действительно так поступил?
— Я не верю в это. Мой отец всегда бы отличным бизнесменом, однако Мак
Валентайн убежден в его виновности. А теперь Мак собирается нанять меня,
чтобы расквитаться.
— Что? — Тесс нахмурилась.
— Каким образом? — спросила озадаченная Мэри.
— Я еще не знаю, но намерена выяснить.
— Мне это не нравится, — сказала Тесс и предостерегающе посмотрела на Мэри.
— Он замыслил обзавестись новыми клиентами взамен потерянных. И хочет, чтобы
я сделала его дом уютным. Тем самым Маку удастся произвести на них
впечатление.
Мэри положила руку на плечо Оливии:
— Если ты считаешь, что не справишься с ним, Лив, я и Тесс...
— Нет. Во-первых, он хочет иметь дело только со мной. Во-вторых, я не
собираюсь отказываться от сотрудничества лишь из-за того, что знаю, кем
является этот человек. Я профессионал и сумею отделить бизнес от личных
отношений.
— Знакомый мотив, — сказала Мэри и положила руку на свой живот.
— Если я откажу ему, то он пустит слух, что наша фирма плохо работает, а нам
этого не нужно.
— Будь осторожна, хорошо? — произнесла Мэри и сжала предплечье Оливии.
— Буду, — Оливия лучезарно улыбнулась подругам и вернулась в кухню.
Усевшись за стол, Оливия достала бланк договора и глубоко вздохнула:
— Извините.
— За уход или оскорбление?
— Послушайте, я соглашусь работать на вас, потому что я профессионал и мне
важна репутация фирмы. Кроме того, мне интересно выяснить, что вы затеяли.
Однако, если вы только прикоснетесь ко мне, мистер Валентайн, наш договор
будет расторгнут.
Мак выглядел удивленным.
— Почему вы нервничаете? Еще недавно вы говорили мне, что я не в вашем
вкусе.
— Нам нужно держать дистанцию и подчиняться правилам.
— Понимаю, а теперь давайте к делу.
Оливия протянула ему договор и ручку.
— Когда мне приступить к работе?
— В эти выходные ко мне приедут супруги Дебоулд.
— Владельцы алмазных копей? — Оливия была поражена, поскольку знала, что эти
люди очень богаты и ее отец хотел заполучить их в качестве клиентов.
— У них еще нет детей, но они обожают домашний уют.
— Понятно.
— Мне нужна домашняя еда и развлечения, — продолжал Мак. — Я хочу предстать
перед ними надежным человеком, который способен учесть их потребности и
пожелания на будущее.
— Хорошо.
— Я хочу, чтобы вы были в доме, когда они приедут.
— Нет, — холодным тоном произнесла Оливия.
— Вы будете жить наверху, через коридор от Дебоулдов.
— А вы?..
— Я сплю на первом этаже.
Потеряв терпение, Оливия поднялась из-за стола и рассерженно посмотрела на
Мака.
— Я не согласна на это.
— Я хочу, чтобы вы проводили с нами все свое время, — сказал он, не обращая
внимания на ее слова.
— Ну, так и быть.
Мак рассматривал ее с привычным хладнокровием.
— Остальное мы обсудим позже. Договор, который я подпишу, предполагает
неразглашение тайны? Вы не станете рассказывать о том, чем я занимаюсь и с
кем?
— Конечно, не стану. Мне самой составлять меню?
— Я хочу, чтобы вы сами планировали абсолютно все.
Подписав договор и выписав чек на установленную сумму, Мак поднялся на ноги.
Оливия уловила аромат его одеколона и заволновалась. Пока он говорил, она
смотрела на его губы.
— Я хочу, чтобы вы приехали в мой дом завтра.
Оливия сделала шаг назад, пытаясь овладеть чувствами.
— Я приеду в десять часов утра.
— Вы знаете, где я живу?
— Знаю, — она слегка улыбнулась.
— Отлично! — он протянул руку, а Оливии внезапно захотелось убежать от него,
куда глаза глядят. Но это было бы ребячеством, поэтому она уверенно пожала
ему руку.
У Оливии возникло желание закричать. Ей вдруг показалось, что она провела на
необитаемом острове десять лет и неожиданно увидела на горизонте корабль. Но
призывать криками корабль было бы напрасно — он был слишком далеко.
— Значит, до завтра, — беспечно сказала она и убрала руку.
Оливия смотрела вслед уходящему Маку. Давно ее не привлекали мужчины. Как
жаль, что этот оказался врагом ее отца.
К счастью, за десять лет затворничества Оливия научилась отказывать себе в
удовольствиях.
Мак и не предполагал, что Оливия Уинстон окажется такой привлекательной,
умной и страстной. Увидев ее, он понял, что сам едва подавляет вожделение, и
был вынужден напомнить себе: семейка Уинстонов является его врагами. Маку
хотелось заставить Оливию страдать, ему хотелось испортить ей репутацию.
Мак выехал на основную дорогу и чуть прибавил скорость. Трудно ему придется,
ведь надо будет постоянно напоминать себе о том, что Оливия — объект его
мести. Подъехав к ресторану, он увидел в окне высокую надменную блондинку.
Она тепло улыбнулась ему, когда он вошел в ресторан. Мак поцеловал ее в
щеку.
— Привет, Эйвери.
— Ты заставил себя ждать, Мак Валентайн, — промурлыкала она.
Они расположились у стойки бара и заказали выпивку. Взяв бокал с виски, Мак
спросил:
— Как поживает Тим? Вы все еще влюблены друг в друга?
Эйвери покраснела и улыбнулась.
— К счастью, да. В следующем году мы собираемся пожениться.
Мак откинулся на спинку стула и сделал большой глоток виски.
— А я, оказывается, хорошая сваха! Это надо же — свести вместе лучшего друга
и омерзительно дотошного юриста моей фирмы.
— Эй, я больше не работаю на тебя. Теперь я просто наслаждаюсь жизнью.
— Да, ты прекрасно выглядишь, — он усмехнулся.
Эйвери рассмеялась, потом посерьезнела и искренне произнесла:
— Ты очень хороший друг, Мак, и мы обязаны тебе.
— Я никогда не думал, что придется, даже шутя, взыскивать с вас по этому
поводу, однако... времена немного изменились.
— Тим говорил мне...
— Он всегда был рассудителен.
— Мы тебе поможем.
— Ты по-прежнему представляешь интересы супругов Дебоулд?
— Они мои лучшие клиенты.
— Я слышал, что они собираются заняться вложением капиталов, так вот я бы
мог подсказать им фирму, на которую стоит обратить внимание.
— До них могли дойти слухи, Мак... Они не захотят иметь дело с...
— Я знаю, поэтому намерен исполнять любые их пожелания.
Эйвери неуверенно посмотрела на него.
— На них не произведут впечатления пятизвездочные отели и роскошные подарки.
Если ты в самом деле хочешь расположить их к себе, нужно кое-что сделать...
Мак прикоснулся ладонью к ее руке, побуждая замолчать.
— Я расскажу тебе, что задумал, а ты ответишь, годится мой план или нет.
— Хорошо, — сказала она и поднесла бокал с красным вином к губам.
К удивлению Оливии, Мак Валентайн жил не в вычурном, модном доме из стекла и
стали, а в милом особняке, стоявшем в исторической части города.
Оливия припарковалась, поднялась по каменным ступеням и нажала кнопку
звонка, отмечая припорошенные снегом виноградные лозы и плющ, которые росли
вдоль стены дома. Внеза
...Закладка в соц.сетях
