Жанр: Любовные романы
Деньги и коварство
...жается в искусство?
Интересно, говорит ли она о том, что Брюс возит девушек смотреть кино прямо
из машины
, — подумал он.
Только ведь Брюс не выдерживает дольше первых десяти минут сеанса.
Миранда поставила тарелку с салатом и перед ним, Роджер внимательно ее
изучил и снова пересчитал вилки.
Должно быть, эта
, — решил он, беря
вилку, ближайшую к тарелке.
— Нет, Род, — подсказал ему Брюс, наслаждаясь вниманием
зрителей. — Первую с другой стороны.
Роджер сильно покраснел.
Поражение второе
, — отметил он, быстро
схватив нужную вилку, ближайшую к миссис Фергюсон, которая посмотрела на
него со смесью удивления и ужаса.
— Как ты думаешь, смогу ли я получить немного хлеба? — В голосе ее
слышались насмешка и презрение.
— Конечно же, — сказал Роджер.
Он потянулся за хлебницей и, подавая ее миссис Фергюсон, задел рукавом
блейзера полный стакан красного вина, который мгновенно залил всю белую
скатерть. Капли вина полетели в сторону миссис Фергюсон.
— О боже, какой ужас, — громко сказал мистер Фергюсон, вскакивая
со стула. — С тобой все в порядке, Марджори?
— Роджер, какой ты неловкий, — с раздражением произнесла миссис
Пэтмен.
— Ничего страшного, ну разлилось немного вина, — примирительно
прогудел мистер Пэтмен, звоня в маленький колокольчик, чтобы вызвать Миранду
с кухни.
— Это уничтожило мой туалет, — сказала миссис Фергюсон мужу,
ожесточенно скребя малюсенькие красные капельки, попавшие на платье.
Роджер посмотрел на расползающееся по скатерти рубиновое пятно, и его лицо запылало до корней волос.
— Я... ах, простите меня, пожалуйста... — Он заикался.
Вскочив со стула, пока никто не успел произнести ни слова, бедолага выскочил
из столовой и стремглав бросился по огромной лестнице. Он мог слышать, как
миссис Пэтмен извинялась за его поведение, но ему это было безразлично. Он
просто хотел побыть один, без Пэтменов, Фергюсонов, слуг и десятка вилок.
Роджер взлетел по лестнице и захлопнул за собой дверь спальни. Он подбежал к
огромному окну, из которого была видна подстриженная трава поместья Пэтменов
и прижался пылающим лбом к холодному стеклу. За всю жизнь ему еще никогда не
было так стыдно и так ужасно одиноко.
— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Элизабет. Джессика
растянулась на полу в спальне сестры, делая упражнения Джейн Фонды под
видеозапись ее уроков.
— Что? — спросила Джессика, снимая наушники.
— Не то чтобы меня не устраивала твоя компания, — сказала Элизабет
сухо, — но я жду звонка Тодда.
— Но у меня в комнате совсем нет свободного места, Лиз, —
пожаловалась Джессика.
— А я думала, что ты приведешь ее в порядок сегодня днем, —
напомнила ей Элизабет.
— Знаю, но я разрисовала тенниски для распродажи в гараже, и теперь они
все висят и сохнут, — объяснила Джессика. — Разреши мне остаться
по крайней мере до звонка Тодда, — заканючила она.
— Ладно, — согласилась Элизабет. Джессика отложила наушники в
сторону и начала поднимать свои длинные стройные ноги.
— Элизабет, — начала она между подъемами ног, — тебе не
кажется, что Роджер по-другому стал выглядеть в последние дни?
— Для меня он не изменился, — ответила Элизабет.
— Я думаю, что он привлекателен.
— Подозреваю, что так. — Элизабет смотрела на телефон.
— Что ты собираешься надеть на вечеринку у Пэтменов? —
поинтересовалась Джессика.
— Еще не знаю, — ответила Элизабет.
Куда мог запропаститься Тодд? Весь день ее занимало то, что он хотел сказать
о Регине Морроу.
— Я полагаю, что Роджер пригласит на вечеринку Оливию, —
продолжала Джессика, легко поднимая ноги и любуясь ими, держа их перед
собой.
— Я тоже так думаю, — согласилась Элизабет.
Джессика встала с пола и пошла к зеркалу у туалетного столика сестры, взяла
щетку и провела ею по своим длинным светлым волосам.
— Кажется, лицо у меня стало круглее, — критически произнесла она.
— У тебя лицо той же формы, что и было раньше, — рассмеялась
Элизабет. — В точности, как у меня. И оставь его в покое.
— Может быть, я куплю новое платье к вечеринке, — сообщила
Джессика. — Что-нибудь по-настоящему элегантное.
У нее уже начал вырисовываться план. Она представила себя в легком платье до
пят, медленно танцующей в объятиях Роджера Пэтмена, остальные гости смотрят
на них и аплодируют.
Оливия Дэвидсон, — подумала она про себя, — вряд ли относится к
тому типу девушек, которые подходят Роджеру Пэтмену. Возможно, она и хороша
для Роджера Баррета, но Роджеру Пэтмену нужен кто-то более впечатляющий
.
Джессика ухмыльнулась своему отражению в зеркале. У нее появилась отличная
идея по поводу того, кем бы эта впечатляющая девушка могла быть.
Зазвонил телефон, и Элизабет прыгнула к нему, посмотрев на сестру так
непреклонно, как только смогла:
— Возвращайся к своим теннискам! Джессика весело запела разбитную
мелодию и громко хлопнула дверью, которая за ней закрылась как бы навсегда.
— Где ты пропадал, Тодд? — спросила Элизабет. — Как ты посмел
заставить меня умирать от любопытства весь вечер?
Тодд захихикал.
— Извини, но я был в ремонтном магазине. У меня такое ощущение, что они
достанут запасные части к
датсуну
не раньше следующей недели. —
Машина Тодда сломалась по дороге к дому Элизабет на прошлой неделе.
— Хорошо, так о чем ты хотел мне сказать сегодня днем? — напомнила
Элизабет, усаживаясь на свой любимый стул и подгибая под него ноги.
— Лиз, я волнуюсь за Регину, — сказал Тодд. — Ты не заметила
ничего странного в ее поведении?
— Что ты имеешь в виду под словом
странное
? — спросила Элизабет.
Ее любопытство росло.
— Ну, во-первых, она рано ушла из школы. Она в моей английской группе,
которая была создана недавно. Так вот — вчера она уже третий раз за
последние две недели пропустила занятия. Я видел ее во время ленча, но к
концу дня она ушла. А вчера после гимнастики я видел, как она стояла у
автомобильной стоянки и при этом сильно нервничала. Я направился к ней, но
она, увидев меня, заторопилась прочь.
— Куда она пошла? — поинтересовалась Элизабет.
— Точно не знаю, — признался Тодд. — Я пошел за ней, и
спросил, что случилось. Тут она сильно покраснела и быстро ушла, сделав вид,
что не смогла прочитать по моим губам.
— Это странно, — прокомментировала Лиз. — Интересно, куда же
она все-таки направилась?
— А во-вторых, — продолжил Тодд, — позже она вела себя еще
более таинственно. Казалось, что она хочет побыть одна.
— Это точно! — воскликнула Элизабет. — Я видела, как сегодня
она ела ленч в одиночестве. Как ты думаешь, что происходит?
— Не знаю, — признался Тодд. — Но у меня есть идея, как мы
это выясним. Ты сможешь взять завтра машину?
— Не уверена, — ответила Элизабет, сдвинув брови. — Она может
понадобиться маме, но я спрошу. А зачем это, Тодд?
— Если ты сможешь взять машину, завтра я расскажу тебе мой план
действий.
3
Впервые Джессика вышла к завтраку раньше Элизабет.
— Чему я обязан столь неожиданным удовольствием? — поддразнил
мистер Уэйкфилд свою младшую дочь, откладывая в сторону утреннюю газету.
С вьющимися темными волосами, широкими плечами и мужественной красотой отец
близняшек казался взрослой копией их старшего брата Стивена, который учился
в колледже неподалеку от Ласковой Долины. Нед Уэйкфилд был адвокатом и часто
уходил на работу раньше, чем девочки спускались вниз.
— Я собираюсь ехать в школу, — весело объяснила Джессика отцу,
намазывая маслом горячую английскую сдобу.
— Джес, не хочешь ли ты мне рассказать, что это на тебе надето? —
поинтересовалась Элис Уэйкфилд, протягивая дочери стакан апельсинового сока.
Когда мама была рядом, можно было понять, откуда у сестер Уэйкфилд их
миловидность. Стройную блондинку с голубыми глазами часто принимали за
старшую сестру близняшек.
— Это моя последняя идея по поводу того, как заработать деньги на
домоводстве, — сказала Джессика гордо, отбрасывая светлые волосы назад
и вертясь на стуле, чтобы лучше показать родителям смелые линии цветного
рисунка, которые она нанесла на белую тенниску. — Мы собираемся продать
их и преуспеть! — В глубине души Джессика совсем не была уверена в
коммерческом успехе этой затеи.
Но она знала, что тенниска, которая была на ней, как нельзя лучше
демонстрировала ее загорелые руки, а тщательно подобранное ею сочетание сине-
зеленых красок отлично подходило к ее сияющим глазам.
— Привет, мам, привет, пап, — сказала Элизабет, быстро обняв маму
и плюхнувшись на стул рядом с сестрой.
Положив себе большую тарелку каши, Элизабет попросила:
— Мам, можно сегодня я снова возьму машину?
— Думаю, что да, — ответила миссис Уэйкфилд. — Сегодня я могу
поехать с отцом. — Элис Уэйкфилд работала дизайнером по интерьерам в
деловой части города. — Подвези сестру, если ей понадобится, —
бросила она через плечо, торопясь наверх, чтобы завершить туалет.
— Я же говорила тебе, что меня подвезут, — крикнула Джессика матери. — Нейл подвезет.
— Снова Нейл Фримаунт? — лукаво спросил мистер Уэйкфилд. —
Список обожателей подходит к концу?
Дело в том, что Нейл Фримаунт был одним из самых красивых мальчиков в их
классе. Хороший спортсмен, душа общества, а главное, гордый обладатель
совершенно новой спортивной машины последней модели, он был очень даже
популярен. Выбрав его среди мальчиков, Джессика не особо ценила его
внимание, но по достоинству оценивала его машину.
— Он хорош до тех пор, пока не подвернется кто-нибудь получше. —
Так Джессика описывала Нейла своей лучшей подруге Каре Уокер.
А отцу же она беззаботно сказала:
— Нейл — просто друг, вот и все. Ничего особенного.
— О! — воскликнула Элизабет, взглянув на часы. — Я еще хотела
заскочить в редакцию
Оракула
до уроков.
Она выскочила из-за стола, чмокнула отца, махнула Джессике и, схватив книги
с кухонного стола, заторопилась к гаражу.
— Веди машину осторожно! — крикнул ей отец.
Элизабет кивнула, и светлый хвостик ее волос подпрыгнул.
Я действительно не должна брать машину так часто
, — подумала
Элизабет, выводя маленький красный
фиат
из гаража.
Обычно она предпочитала пользоваться машиной только тогда, когда не могла
без нее обойтись.
Но что же задумал Тодд на сегодня?
— с любопытством размышляла она.
Элизабет ехала медленно, наслаждаясь теплыми солнечными лучами, проникающими
через открытый верх машины. В миллионный раз девушка радовалась тому, что
живет именно в Ласковой Долине. Она не могла себе представить более
красивого города, следя за быстрым мельканием зеленых газонов и ярких
цветочных клумб в зеркале заднего вида.
Ведя машину, Элизабет заметила девушку, медленно идущую впереди, ее руки
были заняты книгами. Это была Оливия Дэвидсон. Остановив около нее машину,
Элизабет окликнула ее:
— Оливия! Тебя подвезти?
Та улыбнулась ей, убрав вьющиеся волосы за ухо быстрым, нервным движением.
— Это было бы замечательно, Лиз, — ответила она, открыв дверцу и
забираясь на пассажирское место. — Я уже опаздываю, а еще мне надо
дотащить кипу материалов для
Оракула
. Надеюсь, когда-нибудь кто-нибудь
пришлет мне действительно что-нибудь стоящее почитать, — шутливо
пожаловалась она.
Оливия, работавшая вместе с Элизабет в школьной газете, всегда пыталась
выкроить пару минут между уроками, чтобы просмотреть поэмы и рассказы,
которые присылали ей люди в надежде на публикацию. Случилось так, что
Элизабет давно не видела Оливию в редакции
Оракула
.
Наверное, это связано с тем, что случилось с Роджером
, — подумала
Элизабет.
Как правило, они с сестрой были абсолютно несхожи в выборе друзей. Джессика считала Оливию странной.
— Она всегда таскается с этими рисунками и стихами, и к тому же носит
такие причудливые наряды. — Таково было обычное мнение Джессики.
Элизабет думала, что у Оливии свежая, естественная красота. Она очень мало
пользовалась косметикой, а ее вьющиеся русые волосы не знали специальной
укладки и были пушистыми. Девушка была очень маленькой и хрупкой, а то, что
Джессика называла причудливыми нарядами, — индийские хлопчатобумажные
юбки с бахромой и простые тенниски с вырезом-мысом — очень шли ей.
Сегодня Оливия выглядит особенно хорошо
, — подумала Элизабет.
На Оливии было простое ожерелье из сыромятной кожи и бисера, а длинные
серебряные сережки делали ее похожей на мексиканскую принцессу.
— Какие красивые сережки! — воскликнула Элизабет, снова заводя
машину.
— Роджер подарил мне их на день рождения.
Лиз посмотрела на подругу задумчиво:
— Как дела у Роджера? Наверное, внезапные перемены дались ему с трудом?
— Думаю, что да, — медленно проговорила Оливия. — Смешно!
Большинство людей не могут себе представить, как тяжело неожиданно стать
миллионером. Но... — Она замолчала, и Элизабет увидела следы душевной
борьбы на милом лице Оливии.
Элизабет решила не давить на подругу, хотя та и не закончила мысль.
— Ты думала о вечеринке у Пэтменов в эту субботу? — Она сменила
тему.
— О да, — быстро ответила Оливия.
Что-то очень поспешно
, —
подумалось Элизабет.
Пэтмены решили устроить неформальную вечеринку с шашлыками в честь своего
нового родственника перед официальной частью в загородном клубе, куда Тодд и
сестры Уэйкфилд были приглашены.
— Я никогда до этого не была в доме Пэтменов, — продолжала Оливия,
нервно перекручивая кожаный браслет на узкой кисти. — Думаю, там будет
весело!
— Да, наверное, — согласилась Элизабет. — Ты знаешь,
Оливия, — добавила она, — мне кажется, Роджер ужасно рад, что у
него такая девушка. А сейчас ты ему нужна еще больше, чем когда-либо.
Оливия не ответила, но ее улыбка показала Элизабет, что слова эти были
сказаны вовремя.
— Ну вот мы и приехали! — сообщила Элизабет, ставя машину на
стоянку, примыкающую к школе Ласковой Долины.
Она быстро взглянула на часы, выключая мотор. Оставалось ровно пять минут до
начала занятий.
— Тодд, мне все это не нравится, — протестовала Элизабет.
Сначала ей понравился его план, но теперь, сидя с Тоддом в машине, она
чувствовала себя виноватой.
— Перестань, Лиз, — убеждал ее друг. — Мы всего-навсего
пропускаем урок. А кроме того, вдруг Регина действительно попала в беду?
— Я не понимаю, как... — начала было Элизабет, но Тодд прервал ее:
— Вот она! — закричал Тодд. — Лиз, поехали! Регина Морроу
вышла через черный ход.
Она озабоченно посмотрела сначала на часы, а потом вокруг, чтобы убедиться,
что за ней не наблюдают. Затем быстро прошла мимо стоянки.
— Подожди, пока она не будет впереди нас, и следуй за ней, —
проинструктировал Тодд.
— Ну хорошо, — с трудом согласилась Элизабет.
Регина тем временем прошла через стоянку и направилась в сторону делового
района Ласковой Долины.
— Поехали, — скомандовал Тодд. Элизабет ехала так медленно, как
только могла, пристально следя за Региной.
— Похоже, она действительно торопится, — сказала она. —
Сколько, ты говоришь, раз видел, что она раньше уходит из школы?
— Это уже четвертый за последние две недели. Эй, Лиз, посмотри на этот
автобус.
Регина села в автобус, идущий в центр, и Элизабет, прибавив скорости,
пристроилась за автобусом.
— Мы должны проскочить на красный свет! — закричал Тодд, увидев,
что автобус проехал перекресток.
— Тодд, мы не должны умирать, — упрекнула его Элизабет,
притормозив у светофора и ожидая пока желтый не сменится на зеленый.
— Теперь мы ее потеряем, — сказал Тодд, ударяя по сиденью.
Но, встретив взгляд Элизабет, он быстро изменил выражение лица.
— Извини, Лиз, — пробормотал он. — Я слишком увлекся нашими
детективными приключениями. Мы догоним этот старый автобус.
Им не потребовалось для этого много времени; на каждой остановке Элизабет
пристраивалась за автобусом и ждала. Когда автобус доехал до деловой части
Ласковой Долины, Регина вышла. Тодд заметил ее первым.
— Вот она! — закричал он. — Найди место для парковки, скорее!
Элизабет поставила машину на стоянку у медицинского центра, а затем снова
отыскала Регину, которая уже перешла улицу. Остановившись у высокого
зеркального здания, она посмотрела на часы, огляделась вокруг и вынула из
сумки косметичку.
— Что она делает? — спросил Тодд, глядя на Регину.
— Красит губы, — прошептала Элизабет.
Через несколько минут высокий красивый мужчина, которому могло быть около
сорока, подошел к Регине. Он поцеловал ее в щеку, девушка улыбнулась и что-
то ему сказала. Мужчина взял ее под руку. Регина нервно оглянулась, и они
оба исчезли в сверкающем здании. Стеклянные двери закрылись за ними.
— О боже, что бы это значило? — спросил Тодд.
Элизабет покачала головой, не зная, что и сказать, но неожиданно вздрогнула
от пронзительного женского крика:
— Лиз! Тодд!
Элзабет виновато оглянулась и увидела Лилу Фаулер, которая махала им с
обочины.
— Ой, как тесен мир, — весело прощебетала она.
Элизабет подумала, что Лила тоже могла видеть мужчину и Регину, но не была в
этом уверена.
— Я только что была на приеме у зубного врача, — сказала Лила,
гримасничая. — Отличное место для веселья. А вас что привело в этот
район в такую рань? — продолжала она тараторить, переводя удивленный
взгляд с Тодда на его подругу.
— Мы ждем моего отца, — соврала Элизабет, удивляясь, что ей так
быстро удалось придумать лживое оправдание. — Его офис находится как
раз за утлом.
— А, понятно, — радостно сказала Лила. — Ну, кажется, мне
пора идти. Я еще собираюсь забрать платье у портнихи. Ты увидишь его, Лиззи.
Оно очень подойдет для вечеринки у Пэтменов. А ты что собираешься надеть?
— Я еще не решила, — ответила Элизабет.
— Ого! — перебила ее Лила, щурясь от яркого солнца. — А разве
это не Роджер выходит из спортивного магазина вместе с мистером Пэтменом?
— Точно, это он, — подтвердил Тодд.
Лила понимающе улыбнулась Элизабет.
— Кажется, сегодня все собрались в этом районе, — хитро произнесла
она.
— А теперь, — сказал мистер Пэтмен, обняв Роджера, — настало
время купить тебе приличную спортивную амуницию.
Роджер улыбнулся своему новому дяде.
Вот как сказка становится былью
, — подумал он.
Насколько Роджер себя помнил, он всегда проходил мимо спортивного магазина
по дороге на работу, разглядывая кроссовки, выставленные в витрине. Ему
понадобились бы месяцы, чтобы скопить достаточно денег на такую пару. Но все
уходило на домашние расходы. Трудно было поверить в это сейчас, когда с
помощью пластиковой кредитной карточки, которую ему дал дядя, он мог бы
купить себе все, что захотел бы, даже не глядя на ценники.
— Давай начнем с пары хорошей обуви, — предложил мистер Пэтмен,
держа дверь магазина открытой. — А затем мы купим несколько нейлоновых
шортов, хорошо?
Пробыв в магазине лишь несколько минут, Роджер заметил алюминиевую теннисную
ракетку.
— Неплохая, — одобрил мистер Пэтмен, изучая ее. — Мы
берем, — сказал он продавцу.
— Дядя Генри, — запротестовал Роджер. — Мне не нужна
собственная теннисная ракетка!
Мистер Пэтмен усмехнулся:
— Ты кое о чем забыл, Роджер. У тебя есть теперь свои собственные
корты. А как же ты собираешься обходиться без ракетки?
Через сорок минут с бесчисленными пакетами в руках Роджер шел за дядей к
машине.
— Я не знаю, как мне благодарить вас за все это... — взволнованно
произнес он.
Мистер Пэтмен рассмеялся.
— Тогда и не стоит! — пробасил он добродушно. — Просто хорошо
проводи время, Роджер. Это все, о чем я тебя прошу.
Роджер кивнул, забираясь на заднее сиденье дядюшкиного лимузина. Когда они
ехали по направлению к дому, Роджер облокотился на сиденье, и на его губах
заиграла улыбка. Он забыл о Брюсе, миссис Пэтмен и Фергюсонах, об унижениях
за вчерашним обедом. Он теперь помнил лишь о том, что он — Пэтмен. И
неожиданно ему это очень понравилось.
Суббота, день вечеринки с шашлыками у Пэтменов, обещала быть очень погожей.
Солнце ярко светило в безоблачном небе, и по радио объявили, что к полудню
ожидается плюс 27°С.
— Идеальная погода для плавания! — воскликнула Джессика,
вытаскивая новенький модный купальник.
Подождем, что будет с Роджером,
когда он его увидит
, — промурлыкала она себе под нос, укладывая
закрытый черный купальник в сумку.
Обычно Джессика предпочитала бикини, думая, что просто глупо скрывать свой
загорелый упругий живот. Но продавщицы в магазине убедили ее в том, что этот
купальник выглядит намного более утонченно.
Мне нужно лишь, — сказала себе Джессика, — привлечь внимание
Роджера. Если он хоть раз увидит меня в купальнике, то поймет, что Оливия
совсем не подходит ему. А если я влюблю в себя Роджера за оставшиеся две
недели, то буду дамой того, в честь кого устраивается самая шикарная
вечеринка сезона
.
— Джес, Тодд ждет нас внизу уже почти десять минут, — объявила
Элизабет, просовывая голову в полуоткрытую дверь спальни сестры. Почти
сейчас же ее глаза округлились от удивления.
— Ради бога, скажи, что здесь произошло?
Казалось, что Джессика вывалила все содержимое своих шкафов на кровать.
Одежда была везде. Единственным чистым пятном в комнате была сама Джессика,
потрясающе выглядевшая в махровых белых шортах и бирюзовой рубашке для поло.
Тревожный звоночек прозвенел в голове Элизабет.
Последний раз сестра одевалась так строго, когда влюбилась в Брюса Пэтмена и
начала покупать вещи в бостонском магазине, чтобы понравиться ему.
— Почему ты оделась, как девочка из подготовительной школы? — с
подозрением спросила она сестру.
Джессика пожала плечами, перешагивая через груды одежды, валявшейся на полу,
чтобы добраться до туалетного столика.
— Просто хочу постараться прилично выглядеть, Лиз, — проговорила
она простодушно, расчесывая густые, выгоревшие на солнце светлые волосы,
пока они не заблестели. — Эй, Лиз, а Регина придет сегодня?
Элизабет сдвинула брови.
— Думаю, что да. По крайней мере, она так говорила, когда я видела ее в
последний раз. А почему тебя это интересует? — спросила Элизабет, с
подозрением глядя на сестру.
— Просто любопытно, — беспечно ответила Джессика.
Положив расческу, она отвернулась от зеркала.
— А вдруг она приведет с собой загадочного мужчину, — произнесла
она тихим голосом.
— Джессика Уэйкфилд, о чем ты говоришь?
Та лишь пожала плечами.
— Лично я не понимаю, из-за чего шум, — заметила она
лукаво. — Что плохого в общении с мужчиной, который тебя старше? До тех
пор, пока...
— Пока что? &mdas
...Закладка в соц.сетях
