Жанр: Любовные романы
Такие, как есть
...ыло невыносимо оставаться в палате, видеть, как страдает отец, и
понимать, что ему ничем нельзя помочь. Она хотела поговорить с ним,
попросить прощения, но понимала, что все, что бы она ни сказала в этот
момент, только ухудшит состояние отца и возложит дополнительный груз на
плечи матери. А той сейчас нужно только одно — уверенность в том, что все
обойдется. Карен одолевали дурные предчувствия. Отец выглядел так, что исход
был ясен.
Карен вышла в коридор, села в кресло и закрыла лицо руками. Через мгновение
она почувствовала, как кто-то положил руку ей на плечи.
— Мне очень жаль..
— О Господи! — разрыдалась Карен, увидя перед собой лицо Крис.
Та обняла ее и постаралась утешить. На какой-то миг Карен показалось, что
все обошлось. Вдруг чей-то громкий голос привлек ее внимание. Она подняла
глаза и увидела Джека, который разговаривал с сестрой.
— Но он мой отец!
— Я знаю, мистер Тернер. Успокойтесь, пожалуйста. Вы ему ничем сейчас
не поможете.
Карен поднялась и направилась к брату. Завидев сестру, Джек впал в ярость и
оттолкнул ее.
— Ты — последний человек, которого он хочет видеть сейчас!
— Джек...
— Кто, по-твоему, в этом виноват? Он был в порядке до тех пор, пока ты
не вывалила ему на голову все дерьмо о себе! Ты приставила отцу ружье к
виску и нажала на курок!
— Успокойся... — прозвучал спокойный голое Крис. — Не станешь же
ты всерьез...
Но ярость Джека усилилась. Слова Крис только подлили масла в огонь.
— Ах ты, сука! Убирайся вон отсюда! Это ты совратила мою сестру...
чертова лесбиянка!
Карен размахнулась и наотмашь ударила его по лицу. Крис коснулась ее руки и
тихо сказал:
— Пожалуй, я и вправду пойду.
Карен кивнула,
— Джек... прости меня...
Но он молча выбежал из отделения. Карен показалось, что с его уходом
оборвалась последняя ниточка, связывающая ее с жизнью.
Крис ждала ее дома. Последние лучи закатного солнца тускло освещали
гостиную.
— Привет. — Крис поднялась с дивана. — Как он?
— Плохо, — вздохнула Карен. — Его подключили к дыхательному
аппарату. Он... ужасно выглядит!
— Твоя мать осталась с ним? — Крис обняла ее за плечи.
— Да, и брат.
— Этот мерзавец...
— Он вовсе не так уж плох. Все дело в том...— Карен подняла голову и
встретилась взглядом с Крис.
— Тебе нужно отдохнуть, — ласково улыбнулась Крис.
— Давай лучше поговорим.
— Хорошо.
Они расположились на диване.
— Ты винишь меня? — спросила Крис. — Я имею в виду то, что ты
сказала...
— Я злилась. Я... — Карен пожала плечами, — Я не могу винить тебя
за то, что я такая.
— Но он же винит?
— Где она? — помолчав, спросила Карен.
— Сара? Дома. Я сказала ей, что могу понадобиться тебе сегодня.
— И она это поняла?
— Да.
Карен вздохнула, понимая, что на месте Сары не проявила бы такой терпимости.
Так что Сара победила по праву. Она отняла у нее Крис.
— Что случилось? — спросила Карен.
— О чем ты?
— Между нами.
— А... — Крис откинулась на спинку дивана. — Я почти забыла.
— Забыла?
— То, как любила Сару.
— Да... — От этих слов Карен пронзила боль. — Я все еще люблю
тебя. — Она подняла глаза на Крис.
— И я тебя люблю...
— Но, видимо, недостаточно...
Слезы снова покатились у нее по щекам, и Крис стала слизывать их с лица.
После этого они любили друг друга в последний раз.
— Стив? Ты в порядке?
Стив поднял голову. Его кофе давно остыл. В последние полчаса он даже не
шевельнулся, бездумно глядя в пространство. Полли присела рядом и взяла у
него чашку кофе.
— Давай-ка я принесу тебе свежий.
— Нет, спасибо. — покачал головой Стив. — Впрочем...
— Тебе лучше поехать домой. Ты ужасно выглядишь.
— Нет... — Он снова вздохнул. Меньше всего ему хотелось сейчас ехать
домой.
— Хочешь поговорить? — участливо предложила Полли.
— Не знаю. Она вернулась на стоянку машин при больнице...
— О, я понимаю, как тяжело тебе это было вынести...
— Да, и самое ужасное то, что я не мог даже утешить ее. Она не
подпустила меня к себе. Это как будто...
Стив осекся. Его глаза выражали нестерпимую боль. Полли взяла его руки и
ласково сжала их.
— Все уладится.
— Хотелось бы мне тоже верить в это. Но иногда... — Стив улыбнулся и
благодарно пожал руки Полли. — Спасибо. Конечно, все будет хорошо.
— Да. — Полли ласково улыбнулась, — Послушай,
сегодня после работы я буду в
Стоунзе
в винном баре. Если тебе захочется
поговорить или просто понадобится дружеское плечо, найдешь меня там.
— Спасибо,
Остаток дня тянулся медленно, и когда часы пробили пять, Стив вдруг понял,
что ему не хочется идти домой.
Он представлял себе Дженет, сидящую на кухне. У Стива не было сил видеть
покрасневшие от слез глаза жены, понимать, что она не подпустит его к себе.
Дженет погружена в себя и не хочет ничьей помощи. Ее спасают лишь несколько
бокалов вина.
Стив долго размышлял, стоит ли принять приглашение Полли. В конце концов что
в этом плохого? Ему необходимо поговорить с кем-нибудь, излить душу. Он с
ума сойдет, если не сделает этого.
Бар
Стоунз
был на полпути к станции метро. Он заглянет туда ненадолго...
Стив закрыл портфель, надел пиджак и вышел из кабинета. Возле бара
Стоунз
он остановился. Стоит только войти внутрь и...
Стив направился прямо к метро. Домой. Это невыносимо, но там сейчас его
место. С Дженет. Даже если она не хочет его.
Дженет услышала шаги у входной двери и пошла к ней.
— Джен?
Если бы на дверях был засов, она закрыла бы его. Дженет никого не хотела
видеть, даже Стива.
— Джен? — Голос Стива раздался совсем близко, из-за двери. —
Джен, ты здесь?
— Оставь меня, Стив. Оставь меня в покое, Стив.
— Но, Джен...
— Оставь меня!
Она слышала, как хлопнула дверь. Дженет надеялась, что он вернется. Слезы
катились по щекам Стива.
День выдался паршивым.
Сьюзи втащила коляску в прихожую и попыталась успокоить младенца,
захлебывающегося от крика. Ему явно не понравилось путешествие в
супермаркет. Сьюзи понимала, что сын голоден.
Черт! Черт побери!
Натан замолчал на мгновение, после чего заорал с новой силой.
Женщины начали протягивать малышу бутылочки с молоком, но он требовал
материнскую грудь. Сьюзи не заметила, как подруги дали ему молочную смесь
коричневого цвета.
— Черт побери!
Сьюзи бросилась к сыну и обнажила грудь. Он успокоился, но, почувствовав,
что сосок прижат к его рту, выплюнул его.
— Подожди минуту, малыш! Я тебе не супержепщина!
Сьюзи понесла Натана в ванную, но остановилась по пути, чтобы снять с него
ползунки. Малыш не переставал плакать, и она, положив его на диван, стала
раздевать.
Оказалось, что он обделался. Скорее в ванную!
Держа перед собой ребенка, Сьюзи открыла оба крана. Внезапно зазвонил
телефон. Пусть его звонит! А вдруг это Джо или что нибудь важное? Прижав к
себе Натана, Сьюзи поспешила в холл,
— Алло?
— Сьюзи, ты в порядке?
Она закрыла глаза. Это сестра.
— Линдсей? Извини, я занята.
— А в чем дело?
— Ни в чем. Все в порядке.
— Может, приехать и помочь тебе?
— Нет, спасибо. У меня был жуткий день, но все в порядке.
— Хорошо, — рассмеялась Линдсей. — Я здесь неподалеку, заеду
на четверть часа.
Сьюзи повесила трубку. Натан улыбался.
— Давай примем ванну. Тетя Линдсей подождет.
Сьюзи внесла младенца в гостиную, расстегнула три верхние пуговицы кофточки
и дала ему грудь. Натан впился в сосок, Сьюзи понимающе улыбнулась.
Гас говорил, что все эти первобытные инстинкты могут свести женщину с ума.
Эти основные инстинкты подвергаются корректировке, хотя они и закодированы в
женщине.
Сьюзи понравилась его мысль. Она успокаивала ее. Потребность в сексе,
желание соблазнять мужчину, удовольствие от кормления грудью, стремление
вскочить, услышав крик ребенка, — все это запрограммировано в ней. Это
позволяло Сьюзи вспомнить о том, что она человек.
Она искупала Натана и услышала, как ключ поворачивается в двери.
— Что это?
— Чего тебе надо?! — воскликнула Сьюзи, увидев Джо. — Что,
разве началась третья мировая война? У нас тут случилось происшествие.
— Что же стряслось? Я вижу, что с вами обоими что-то случилось, —
сказал Джо. — У меня был отвратительный день, и я решил провести его
остаток вместе с вами.
Не поверив мужу, Сьюзи пошла с малышом на кухню. Достав бумажное полотенце,
она усадила Натана на колени.
— Хочешь, я подержу его, пока ты приготовишь ему постель? —
спросил Джо.
Сьюзи бросила на мужа презрительный взгляд.
— Отлично! Тогда я займусь этим, — Джо подошел к раковине и сунул
посудное полотенце под горячую воду. — Сначала вкалываешь целый день,
потом приходишь домой и застаешь такое, — Джо выключил кран. —
Хотелось бы немного расслабиться, отдохнуть. Сходить куда-нибудь с тобой
вдвоем. А ты всегда либо занята с ребенком, либо слишком устала.
Сьюзи методично готовила бутылочку и соску к кипячению. Натан ерзал у нее на
руках.
— Подожди, мой маленький, сейчас пойдем, — прошептала она ему на
ухо.
Джо укоризненно посмотрел на жену.
— Не понимаю, почему у тебя столько сил отнимает один-единственный
ребенок? Разве так сложно поставить кипятить молоко и в то же время вытереть
посуду? Конечно, тебе не-просто управляться со всем. Но ведь Натану уже,
слава Богу, восемь недель от роду...
Сьюзи сняла чайник и наполнила кипятком бутылочку. И вдруг размахнулась и швырнула бутылочку в мужа.
Бутылочка попала ему в плечо. На его лице застыло выражение немого
изумления. Бутылочка не разбилась, но, отскочив, ударилась о кафельную
плитку. Они оба молча смотрели на трещину в кафеле, пораженные тем, что
произошло, и избегали встречаться друг с другом глазами.
Испуганный плач младенца вывел их из оцепенения.
— Я должна искупать Натана, — тихо сказала Сьюзи и пошла к двери.
Она села на край ванны и дала малышу грудь. Услышав приближающиеся шаги Джо,
Сьюзи быстро вытерла слезы. Она не подняла головы, но почувствовала, что он
стоит в дверях.
— Прости меня, — тихо сказал Джо.
Сьюзи ласково гладила сына по волосам, не сводя с него взгляда и мучаясь
оттого, что не может посмотреть в глаза Джо.
— Я люблю тебя, Сьюзи, — Она встретила эти слова насмешливой
улыбкой. — Только... — голос изменил ему, Сьюзи удивленно взглянула на
мужа и вдруг испугалась, увидев его лицо. — Только... я очень скучаю
без тебя.
Теперь она, напротив, не могла отвести глаз от Джо.
— Я с ума схожу. Мне кажется, что я теряю тебя. Головой я понимаю, что
ты нужнее Натану, чем мне, и для тебя сейчас важнее он. И я люблю его, ты
знаешь. Но мне очень одиноко, я словно вычеркнут из твоей жизни.
Слезы безудержно катились по щекам Сьюзи. Джо подошел ближе, опустился перед
женой на колени, и она увидела, что он тоже плачет. Приподняв подбородок
Сьюзи, Джо прижался к ее губам. Эту идиллическую сцену нарушил резкий
трезвон дверного звонка.
— Черт... — улыбнулась Сьюзи, ласково касаясь щеки Джо. — Это,
наверное, Линдсей.
В квартире было темно и тихо, когда Стив вошел в прихожую. На улице лил
дождь, и он совсем промок, хотя и не замечал этого.
Стив снял ботинки и сбросил на пол пиджак. Узел съехавшего набок галстука
давно был ослаблен. Тем не менее избавиться от него было очень приятно.
Стива качнуло, и он схватился рукой за стену.
Он пришел в тот бар, где Полли назначила ему встречу, но она к тому времени
уже ушла. Может, не дождавшись его, Полли вернулась в офис. А может, ей
надоело так долго ждать.
Стив не сомневался в одном; если бы она дождалась его, он напился бы и
переспал с ней. И Полли позволила бы ему сделать это. Стив всегда умел
распознавать знаки женского расположения; вся доброта и участливость Полли
объяснялись тем, что он нравился ей, а значит, в конце концов они оказались
бы в постели. Но теперь Стив был рад, что этого не произошло. В глубине души
он понимал, что ему нужна другая женщина. Теперь Стив осознал, что изменил
Дженет — пусть только в мыслях, — и ему было стыдно. Несмотря на то что
он много выпил.
Стив снял брюки и носки, промокшие насквозь. Проливной дождь все-таки привел
его в чувство. Он протрезвел.
Оставшись в рубашке и трусах, Стив босиком прошел в ванную и включил там
свет. Он был хорошо сложен и поддерживал себя в форме. Раньше Дженет
нравилось это, но в последнее время она не обращала на мужа внимания. Он
стал для нее лишь агрегатом, выделяющим сперму.
Стив вздохнул и посмотрел на себя в зеркало. Выглядел он неплохо. Вот разве
что только глаза покраснели от выпивки. По крайней мере ему нечего было
стыдиться себя.
Стиву было нелегко, но Дженет приходилось еще труднее. Он подумал о жене,
спавшей в соседней комнате, и нежность переполнила его сердце. Почему она
отвергает его? Почему не видит, как ему тяжело, как он любит ее?
Стив выключил свет в ванной и на цыпочках подошел к кровати, стараясь не
разбудить жену. Но когда он осторожно влез под одеяло, Дженет положила руку
ему на грудь и тихонько прошептала:
— Привет!
Ее близость мгновенно возбудила Стива. У него закружилась голова. Но Стив
решил не поддаваться, ничем не тревожить жену.
Дженет сонно потянулась к губам Стива и прижалась обнаженной грудью к его
груди. Затем ее рука скользнула вниз.
Онемев от неожиданности, Стив боялся шевельнуться. Дженет ласкала его и
наконец легла сверху и прошептала:
— Я хочу тебя, Стив,
Он обнял ее, и они стали любить друг друга в полной темноте. Страстность
Дженет поразила его. А когда он вошел в нее, тишину прорезал крик Дженет. В
нем слышались наслаждение, тоска по любимому мужчине, желание спастись от
боли и одиночества.
Глубокой ночью они заснули, сжимая друг друга в объятиях впервые за
последние пять месяцев. На них снизошел мир и покой. Они перестали быть
чужими.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ Уже темнело, когда Дженет прошла через вращающееся стеклянные двери
приемного отделения и остановилась возле стойки дежурного. На улице дул
резкий холодный ветер, и она с радостью опустилась в удобное кресло,
дожидаясь, когда ее вызовет сестра.
Холл ожидания был заполнен в основном жертвами вирусной инфекции, которая
волнами накатывала на город. Покосившись на кашляющих и чихающих пациентов,
Дженет решила подождать в соседней комнате.
В сумочке у Дженет находился анализ мочи. Подумав о Стиве, она снова
встревожилась. Муж не знал, что она пришла сюда. Накануне вечером, уступив
безотчетному импульсу, Дженет снова завела разговор о том, чтобы пойти к
доктору Клеменсу. Стив ответил, что они не могут себе этого позволить —
нужно, чтобы после их последней неудачи прошло время. Но мысль о том, что в
больнице остались ее замороженные эмбрионы, не давала Дженет покоя. И они со
Стивом поссорились.
В больнице их просили воздержаться от повторной попытки пару месяцев, но
Дженет казалось, что она поступает правильно.
Дженет закрыла глаза. Еще слишком рано на что-либо надеяться. Ее так часто
постигала неудача, что теперь радоваться раньше времени было бы глупо. И все
же уже два раза месячные не пришли. Сначала Дженет решила, что ее организм
просто не вернулся к норме после всех перенесенных процедур, но она не нашла
в себе смелости позвонить в больницу и узнать, в чем дело.
В последнее время Дженет перестала спать по ночам. Она жила на нервах до
вчерашнего вечера, до ссоры со Стивом, после которой заставила себя
позвонить в центр здоровья и записаться на тест по беременности.
— Дженет Кроссли?
Она бросилась к медсестре.
— Вы привезли мочу на анализ? — спросила сестра, проглядывая
бумаги Дженет. Та полезла в сумочку, но от волнения у нее так дрожали руки,
что она едва не выронила бутылочку.
Пока проводился тест, сестра развлекала Дженет разговорами. Но Дженет, не
понимая ни слова, отвечала односложно и наобум, чтобы только поддержать
беседу, а сама не сводила
глаз с воронки, из которой вытекала ее моча. Господи! Хоть бы на этот раз
повезло!
Проверяя результаты теста, сестра удивленно взглянула на Дженет.
— Вы чувствуете какое-то изменение в своем состоянии?
Сердце Дженет замерло. Она отрицательно покачала головой.
— Это странно, — улыбнулась сестра, — потому что вы
беременны.
Беременна... — повторила Дженет, плохо осознавая смысл слова. Горло у нее
пересохло от страха и волнения. — Вы уверены?
— Абсолютно.
Дженет возвращалась домой пешком по темным улицам, сияя от радости. Она
давно заподозрила, что это произошло, но только теперь позволила себе
поверить в чудо.
Ноги сами несли Дженет домой. Теперь ей не терпелось поделиться новостью со
Стивом. Увидеть его лицо, освещенное счастьем.
Дженет вошла в квартиру и бросилась к телефону, но, поразмыслив, положила
трубку на рычаг. Если она расскажет Стиву все сейчас, впечатление будет
испорчено. Ей надо видеть лицо мужа, обнять его в этот момент, прижаться к
нему, ощутить его тепло. Стив заслужил этого, ведь ему столько пришлось
пережить.
Дженет прошлась по кухне и вдруг издала ликующий возглас. Все будет хорошо.
Теперь иначе и быть не может.
Стив сидел за столом перед компьютером. На голубом экране высветился
контракт со Стокгольмом. Он должен был подготовить материалы по нему для
Макговерна, но дело продвигалось с трудом. Стив думал о последней ссоре с
Дженет. Увы, ему пришлось в сотый раз столкнуться с одними и теми же
доводами. Господи, что он снова сделал не так, если их разговор перерос в
скандал?
Необъяснимо! Невозможно! Но тем не менее это произошло. Наверное, каждый
человек в состоянии вынести определенное количество дерьма — не больше!
— Стив?
Он вздрогнул от неожиданности, поскольку считал, что давно уже один в офисе.
— Полли? Я...
— Уже давно пробило семь. Что ты здесь делаешь?
— Работаю,
— Стив улыбнулся.
— Вернее, стараюсь работать.
— Не собираешься домой?
— Собираюсь.
— Может, хочешь выпить?
— Полли задумчиво
посмотрела на него.
Стив выключил компьютер, даже не закрыв перед этим файл.
— Почему бы и нет?
Мэнди мыла в раковине посуду и тихо напевала незатейливую песенку. Теперь не
то что раньше, когда после обеда оставалась полная раковина грязной посуди.
Мэнди скучала без этого... Иногда она специально приглашала на обед друзей.
Погруженная в свои печальные размышления, Мэнди начала вытирать посуду, но
вдруг в дверь позвонили. Было начало девятого, и она никого не ждала в
гости. Мэнди вышла в холл, зажгла свет и посмотрела в дверной глазок.
— Мэнд?
— Алекс! Рассмеявшись, она отворила дверь. — Что ты здесь делаешь?
Ему было тридцать пять, он уже начал лысеть, но не утратил
привлекательности. Мэнди познакомилась с ним двадцать лет назад, когда он
играл в той же фугболыюй команде, что и Пит. Несколько дней назад они снова
встретились в клубе. Алекс, как и Мэнди, недавно развелся.
— Я проходил мимо и подумал...
— Интересно, что же? — осведомилась Мэнди, искренне радуясь тому,
что видит Алекса.
— Я подумал, что хочу навестить свою любимую девочку.
— Он обворожительно улыбнулся.
— Правда? — Мэнди пропустила его в квартиру. — Хочешь
сказать, что такая старая корова, как я, всегда сидит дома, когда мимо нее
ни пройди?
— Твоя основная проблема, Мэнди, состоит в том, что ты не умеешь
выслушивать комплименты.
— Да?
— Да. Я хочу сказать, что тело не врет, не так ли?
Мэнди нахмурилась, не вполне понимая, что он имеет в виду.
— Чувствуешь? — Алекс взял ее за руку и положил себе на ширинку.
Мэнди даже через джинсы почувствовала, как тверда его плоть, и отдернула
руку, захихикав, словно школьница.
— Все в порядке, Мэнд. Он не кусается.
— Алекс
расстегнул молнию и потянул ее руку вниз.
— Ах ты, маленький мерзавец! — засмеялась Мэнди и выключила свет.
Дженет сидела на кухне перед телефоном. На часах, висевших над
холодильником, было 8:47. Она начала волноваться. Стив иногда задерживался
на работе, но всегда звонил при этом. Может, что-то случилось? Дженет
убеждала себя не впадать в панику. Наверное, он просто забыл позвонить, вот
и все. Но даже если так...
Она сняла трубку и набрала служебный номер мужа. Телефон звонил и звонил.
Наконец она нажала на рычаг.
— Где ты? — прошептала Дженет, внезапно не на шутку
испугавшись. — Куда, черт побери, ты подевался?
Стив добрался до стойки бара, поставил на нее бокал и обвел тусклым взглядом
переполненный зал. Повсюду танцевали, разговаривали, смеялись, флиртовали.
Было около девяти, и он понимал, что пора домой, но встретить холодную
враждебность Дженет было выше его сил, поэтому Стив все заказывал и
заказывал пиво.
Разглядывая носки своих ботинок, он размышлял над создавшейся ситуацией.
Полли, конечно, хорошая слушательница, но обсуждать Дженет с кем бы то ни
было недопустимо. Стив не мог избавиться от угрызений совести, хотя и
утешался тем, что Полли не знакома с его женой.
Минуту назад Полли направилась в дамскую комнату, и он поймал себя на том,
что неприлично пялится на ее крепкий кругленький задик. Стив улыбнулся. А
она хорошенькая, хотя не вполне в его вкусе...
— Ты готов? — услышал он и, обернувшись, увидел
Полли.
— К чему?
— К тому, чтобы взять такси и уехать отсюда.
— Куда?
— Ко мне, дурачок.
Стив беспомощно огляделся, ощущая, как почва ускользает у него из-под ног.
— Послушай, Полли...
— Только не говори, что это не приходило тебе в голову.
Стив наслаждался ее теплой, соблазняющей улыбкой. В его памяти снова
возникла сцена ссоры с Дженет и мгновенно изгнала из сознания образ жены.
— Хорошо, — тихо ответил он.
Полли взяла его обеими руками за щеки и притянула к себе. Стив ощутил на губах нежность ее поцелуя.
— Пойдем, пока я не передумала, — решительно сказала Полли.
Мэнди лежала на спине с закрытыми глазами и ощущала тепло обнаженного тела
Алекса. Они трахнулись дважды, причем во второй раз она была сверху.
— Ты уверен, что справишься? — спросила она. — Это может
убить тебя.
Рассмеявшись, Алекс потянулся к ее груди.
Мэнди чувствовала себя полностью удовлетворенной и почти счастливой. Она не
задумывалась о том, что будет потом, когда Алекс уйдет. Но пока он был
рядом, ей нравилась его близость и нагота. Открыв глаза, Мэнди увидела, как
на его груди курчавятся волосы, хорошо различимые при голубом свете экрана
маленького телевизора. Звук был выключен.
— Алекс?
— Да?
— Она думает, что ты где? — Последняя возлюбленная Алекса, по
имени Шелли, жила в Пакингтои-Эстэйт.
— Она считает, что я играю в дартс, — ответил он,
не отрываясь от экрана телевизора, где показывали европейский кубок по
футболу,
Арсенал
проигрывал.
— Черт! — бросил Алекс, когда мяч в очередной раз влетел в сетку
ворот.
Но Мэнди фугбол не интересовал, Она ткнулась под мышку Алекса.
— Можешь остаться, если хочешь, — в тайной надежде предложила она.
— Нет... уж лучше пойду. Только сначала досмотрю футбол.
Мэнди тяжело вздохнула. Все-таки мужчины — примитивные существа. Их
интересуют только еда, футбол и секс. Она подумала о том, что, познав
слабости мужчин, может использовать это в корыстных целях.
Протянув руку вниз, Мэнди нащупала его вялый член.
— Ну, давай! — крикнул он, но не ей, а Яну Райту, пробивавшемуся к
воротам противника.
—
...Закладка в соц.сетях
