Жанр: Любовные романы
Желая тебя
...о
проигнорировав его щедрое предложение купить им новые ноутбуки.
Клер выглядела встревоженной такой перспективой, а Джози выглядела на
редкость счастливой, что тоже не способствовало укреплению самообладанию
Даниэля.
— Да, он хочет помочь с расследованием, — буркнул он.
Джози просияла.
— Это так мило с его стороны.
Ну, разумеется, а вот когда Даниэль предложил свою помощь, она не считала
его милым. Напротив, она всячески попыталась отговорить его от этого. Его
самообладание дало еще одну глубокую трещину.
Джози засунула вегетарианскую лазанью в духовку и вернулась к шинковке
моркови для салата, который собиралась подать на обед вместе с основным
блюдом.
— А я и не знала, что ты умеешь делать лазанью из сырой лапши, —
сказала Клер, сидя за обеденным столом, занятая намазыванием чесночного
масла на ломтики французского хлеба.
— Этому фокусу меня научил Вулф. — Стряхнув в салат морковь, она
тепло улыбнулась Клер, абсолютно уверенная в том, что какими бы секретами
она с ней сейчас не поделилась, применить эти знания на практике ее подруга
вряд ли сможет. — Просто надо добавить побольше соуса и прикрыть форму
крышкой на первые сорок пять минут выпекания.
— Значит, Вулф дает тебе уроки готовки, в то время как Хотвайр готовит
в хакеры? — раздался обманчиво спокойный голос Даниэля, который стоял
здесь же, небрежно прислонившись к рабочему столу, так близко от нее, что
девушка чувствовала соблазнительный жар его тела.
Вот только вел он себя так, словно у него никогда и не было навязчивой идеи
насчет нее, и словно они всю прошлую ночь не занимались любовью. Даниэль
даже сказал, что жалеет о том, что его не было в доме, когда сюда влезли
грабители, подразумевая, скорее всего, что сожалел о проведенной вместе с
ней ночи. О себе Джози такого сказать не могла и, поэтому, подобные
рассуждения, даже если они и были более чем оправданы, причиняли ей боль.
— Вулф просто подсказал мне кое-что, а вот навешивать на Хотвайра ярлык
обычного компьютерного хакера, все равно, что называть олимпийского
троеборца бегуном-любителем. У тебя есть еще вопросы? — спросила
девушка, кивнув на список украденных вещей у него в руке.
Даниэль вошел в кухню, когда она только начала готовить обед и уже тогда не
выпускал его из рук, но до сих пор не задал по нему ни одного вопроса. Он
вообще до сих пор ничего не сказал. Зато напустил на себя задумчивый и
неприступный вид, распространяя вокруг себя ауру мужских феромонов, на
которые так чутко отзывалось ее непослушное тело, несмотря на откровенную
холодность Даниэля.
От него исходили волны непонятного напряжения, усиливающиеся с каждым
мгновением.
Что, интересно, могло его настолько встревожить?
— Ты оставила дневники нарочно или просто забыла о них? — внезапно
спросил мужчина.
Джози была озадачена этим вопросом. Она никогда не говорила ему, что
дневники тоже украли.
— А они никуда и не пропадали.
Глава 10
— Что? — вскрикнул Даниэль так, будто она сказала, что у него
ширинка расстегнута.
Девушка нахмурилась, не понимая, с чего вдруг этот шум, так как ответ был
слишком очевиден:
— Перед тем как мы вчера уехали, я их спрятала в сейф.
— Но зачем? — спросила Клер, и Джози вдруг поняла, что подруга
вполне могла вообразить, что сделано это было из опасения, как бы она, Клер,
не стала рыться в ее вещах.
— Без особых причин. Просто отец накрепко вбил мне в голову, что если я
собираюсь куда-нибудь надолго уехать, надо убрать подальше все важное и
ценное.
Так вот, значит, откуда у Тайлера появилось идея о секретном подземном
хранилище
, — мелькнуло в голове у Даниэля. И чего он так удивился, что
и Джози следовала тем же принципам, если они мало чем отличались от его
собственных правил поведения?
— Как жаль, что я не была столь же предусмотрительна с бабушкиным
медальоном. Я всегда оставляла его висеть на зеркале, наподобие
талисмана. — Клер прикусила губу и вернулась к приготовлению (а скорее,
к порче) бутербродов, на одни накладывая масло огромными кусками, а по
другим распределяя его тонким, едва заметным слоем.
— Не кори себя, — сказал Даниэль. — Ты же не виновата, что
тебя растил не параноик-ветеран, помешанный на армейской жизни. Джозетта,
как видно, многое переняла от отца.
— У меня нет паранойи.
Даниэль только пожал плечами, и ей захотелось хорошенько ему врезать.
— И в том, что я проявила осмотрительность, нет ничего
странного, — вяло огрызнулась Джози.
— Будь честна с собой и признай, что это больше, чем просто
осмотрительность. Несмотря на упорное нежелание оснастить дом приличной
охранной системой, ты все равно используешь действенную тактику защиты.
— То есть ты пытаешься сказать, что можно приказать солдату покинуть
поле боя, но от этого он не перестанет быть солдатом?
Даниэль даже не улыбнулся ее тонкой остроте, на что девушка втайне
надеялась.
— Я просто говорю, что у тебя с отцом много общего.
— Никогда этого не отрицала, но я и не его точная копия.
Мужчина только плотнее сжал челюсти, отчего его лицо приобрело мрачное
выражение:
— Не в нашей власти решать, как много родительских черт характера мы
унаследуем.
— Вот. — Клер положила на столешницу завернутые в фольгу плоды
своих недавних трудов, прервав тем самым дуэль взглядов между Джози и
Даниэлем. — Масло намазано, теперь осталось запечь хлеб в духовке, но
на себя я ответственность за это не возьму.
Джози рассмеялась и подвинулась, давая подруге возможность подойти к
холодильнику и убрать масло. Это движение привело к тому, что она
соприкоснулась с Даниэлем. Тот быстро отступил в сторону и молча покинул
кухню. Девушка смотрела ему вслед и почему-то чувствовала себя брошенной.
Она решила выкинуть из головы странное поведение Даниэля, заставлявшее ее
мысли бесцельно блуждать по кругу, и повернулась к Клер:
— Теперь ты вряд ли позволишь хлебу подгореть, ведь компьютера, который
раньше тебя постоянно отвлекал, больше нет.
Улыбка Клер увяла, и она вздохнула:
— И, вероятно, не будет еще какое-то время.
— Конечно, будет. Пункт об ограблении входит в мою страховку. Я займу
тебе денег на покупку нового ноутбука, пока все не уладится со страховыми
выплатами.
— Ты, действительно, не веришь, что мы вернем свои вещи?
Джози вздохнула:
— Нет. Не верю. Даже если мы найдем преступников, не думаю, что они
окажутся идиотами или им хватит наглости оставить у себя важные улики, чтобы
на них же и погореть.
Клер, ничего не ответив, захлопнула дверцу холодильника и обошла Джози,
чтобы расставить на столе тарелки.
— Накрой и на Хотвайра. Думаю, он поспеет как раз к обеду.
— Хорошо.
Парадная дверь внезапно хлопнула, и Джози с Клер переглянулись:
— Что это сегодня с Нитро? — спросила Клер.
— Сожалею, но мне сие неизвестно, — ответила девушка, надеясь, что
он так себя ведет не из-за намерения положить конец их недавно обретенной
близости.
Джози не имела представления, как поступит, если Даниэль решит вернуться к
прежним безликим товарищеским отношениям. Тогда, скорее всего, ей придется в
лучших традициях демона-суккуба, которым он ее как-то окрестил, глухой ночью
пробраться к нему под одеяло и коварно соблазнить. Даниэль стал ей до такой
степени необходим, что, даже поверив, что его влечение к ней угасло, девушка
решилась бы заполучить полусонного и не способного к сопротивлению Даниэля.
Теперь она считала такие меры вполне приемлемыми.
Джози хотела его и была не в силах устоять перед страстным желанием снова
ощутить сильные и захватывающие чувства, которые могла испытать лишь во
время физической близости с ним. Она просто утратит рассудок, если придется
находиться с Даниэлем в одном доме и не иметь возможности прикоснуться к
нему.
Только не сейчас, когда этот потрясающий мужчина подарил ей такое
всепоглощающее наслаждение, которого Джози не доводилось испытывать даже в
самых эротических снах. Не говоря уже о близости, которая могла возникнуть
только между мужчиной и женщиной, и которой она прежде не знала. Когда
Даниэль овладел ею, между ними протянулась глубокая, прочная связь, которую
не стоило даже сравнивать с примитивным половым актом.
Неужели Даниэль этого не чувствовал?
Когда Джози вытаскивала лазанью из духовки, раздался звук дверного звонка.
— Я открою, — крикнула Клер из гостиной.
А вот Джози Даниэль, наверняка, велел бы подождать, пока он не проверит, кто
стоит по ту сторону двери.
— Это ваш друг, Хотвайр. — Голос Клер приобрел какой-то странный
тембр, но Даниэль сейчас находился не в том настроении, чтобы обратить на
это внимание.
Он был слишком занят, со зловещим видом наблюдая, как девушка, поспешно
поставив обжигающе горячее блюдо на столешницу, выскочила в прихожую, чтобы
поприветствовать другого мужчину. Даниэль последовал за ней и увидел, что
Хотвайр уже крепко обнимает Джози, плотно прижимая изящную фигурку к своему
телу.
Хотя их объятие длилось лишь пару секунд, каждое последующее мгновение, по
мнению Даниэля, было совершенно лишним.
Клер с застенчивым видом стояла в сторонке, и Даниэль тотчас же отметил про
себя, что к ней Хотвайр почему-то с объятиями не полез.
— Спасибо большое, что приехал. — Джози так радостно улыбалась
светловолосому красавчику, будто тот изобрел лекарство от рака или что-то
подобное.
— Нет проблем. Мы же друзья, Джози. — Он повернулся к Даниэлю: —
Эй, Нитро. Я пытался дозвониться до тебя по сотовому вчера вечером и сегодня
рано утром, но нарвался на голосовую почту. А ты мне даже не перезвонил.
Даниэль не знал, что мобильник плохо принимает сигнал сети в гостиничном
номере, так что не слышал звонка. Когда страсти улеглись, проверяя почту, он
понял, что пропустил два вызова, и оба были от Хотвайра. Друг хотел сообщить
ориентировочное время прибытия в аэропорт Портленда и заодно отрапортовал,
что попытки отыскать отца Джози посредством всемирной паутины положительного
результата не дали.
— Я ее проверил только сегодня утром, когда заметил, что пропустил
звонки. К тому времени ты был уже в воздухе.
— Интересно, почему? — спросил Хотвайр, в его чертовых голубых
глазах светилось ехидное веселье.
— К нам в дом влезли прошлой ночью. Весь день был какой-то
суматошный, — стала оправдываться Джози, вероятно полагая, что должна
хоть как-то объяснить необычное поведение Даниэля.
Но Хотвайр был не настолько глуп и буравил друга проницательным взглядом:
— Я очень удивился, что ты не взял трубку вчера вечером. Ты ведь, даже
ложась спать, кладешь телефон возле койки. И, так и не дождавшись ответа, я
перезвонил Джози. С тем же результатом.
Девушка вздохнула:
— Мой сотовый погиб во время пожара.
— Хмм. А я звонил сюда. Разве никто из вас не слышал телефонного
звонка?
— Я работала, — быстро произнесла Клер, нарочно дав такой
уклончивый ответ, чтобы ничем не выдать Джози и Даниэля.
Она была тактичной подругой, лучшей из всех, уникальной в своем роде.
Лицо Джози приобрело интригующий розоватый оттенок пока Даниэль ждал, скажет
ли она Хотвайру правду, но ее губы не проронили ни слова, а зеленые, как
мох, глаза вопрошающе смотрели на него. Ей хотелось, чтобы он сказал правду
или солгал?
Нитро никогда не врал ни Вулфу, ни Хотвайру, и не собирался начинать. Он
обнял Джози за талию недвусмысленным собственническим жестом:
— Нас с Джози здесь не было вчера ночью.
Девушка не отстранилась, но ее тело стало более напряженным, чем у активиста
НРА на антивоенном митинге.
— И где же вы бы-ы-ыли? — произнес Хотвайр с тягучим южным
выговором, глядя на них искрящимися от смеха голубыми глазами и всем своим
видом подчеркивая, как сильно его забавляла сложившаяся ситуация.
— Мы переночевали в отеле.
— Должно быть, из соображений безопасности?
— Н...
— Ты, наверно, голоден? — Джози перебила Даниэля прежде, чем он
смог договорить. — Обед уже готов.
Она отступила в сторону и направилась в кухню:
— Ты же здесь все знаешь, Хотвайр. Почему бы тебе не пойти освежиться, а я пока накрою на стол?
Уже в тот момент, когда Джози отошла от Даниэля, она поняла, что совершила
ошибку. Его лицо словно окаменело, и весь обед мужчина вел себя очень
замкнуто.
Он даже не сел рядом с ней. Стол был рассчитан на шесть персон: Клер
расположилась на правой стороне, а Даниэль занял место рядом с ней, не
оставив Джози другого выбора, кроме как сесть напротив, слева от Хотвайра.
Даниэль не принимал участия в общей беседе, позволив ей течь мимо и
предоставив возможность Клер и Джози самим рассказать Хотвайру о взломе и
поделиться предположением, что это дело рук тех же преступников, которые
покушались на Тайлера. Каждый раз, когда девушка пыталась вовлечь Даниэля в
разговор, он отвечал односложно, что хоть и не являлось чем-то необычным,
все равно расстраивало ее. Джози чувствовала, как под его внешне
бесстрастной маской тлел огонек ярости.
— Значит, у тебя нет никаких предположений, где бы мог быть твой
отец? — наконец, спросил Хотвайр, отодвинув тарелку.
Джози, отогнав прочь мысли о Даниэле, вернулась к обсуждению насущных
проблем:
— Нет. — Она поднялась, чтобы убрать со стола и подать
десерт. — Я собираюсь дочитать дневники на тот случай, если там все же
есть что-то важное.
— А сегодня вечером начнем изучение файлов картотеки.
Джози улыбнулась Хотвайру, успокоенная тем, что у них наметился план
действий:
— Это было бы просто здорово.
Она ненавидела чувство беспомощности, охватывающее ее при мысли, что отец
бродит где-то и, возможно, даже не помнит, почему сбежал из больницы. От
этого Джози становилось страшно.
Даниэль тоже поднялся, когда она молча начала складывать тарелки. Затем он
загрузил их в посудомоечную машину, а она наполнила четыре вазочки
французским ванильным мороженым, полив его сверху ягодным сиропом, который
приготовила заранее. Несмотря на малые размеры кухни, они с Даниэлем ни разу
не столкнулись.
— А я могу чем-нибудь помочь в расследовании? — спросила Клер у
Джози и Даниэля, когда они сели, предварительно поставив на стол по две
вазочки с мороженым каждый.
— Я ценю твое желание помочь, но моя совесть не выдержит, если еще и ты
начнешь пропускать занятия. — Джози тяжело вздохнула, глубокое чувство
раскаяния грызло ее изнутри. — Я и так чувствую себя достаточно
виноватой из-за того, что тебя обокрали, просто потому что ты имела
несчастье оказаться моей соседкой.
— Не говори так, — ответила Клер, в ее глазах и голосе отражалось
душевное страдание. — Ты не виновата.
— Если бы я лучше присматривала за отцом, то сейчас с его помощью мы
гораздо легче вышли бы на след преступников, а может, он даже знал, что за
картотекой началась охота. Тогда мы могли бы устроить здесь засаду.
Хотвайр наклонился вперед и сжал ее руку:
— Даже ты не смогла бы предотвратить побег Тайлера, если он
действительно решил скрыться. Он слишком хороший солдат, а если бы ты вчера
осталась дома, то никакого ограбления не было бы, и сегодня ты бы не знала
наверняка, что взрыв в лагере непосредственно связан с архивами школы.
— Спасибо, — тихо ответила Джози, по-прежнему чувствуя себя просто
ужасно.
И девушка не могла ничего изменить. Папа находился в опасности, а у Джози
было такое чувство, словно она, в некотором роде, его подвела.
— После всего, что у вас тут вчера случилось, я лучше лягу спать на
полу, чем поеду в гостиницу, — заявил Хотвайр, уже внося внутрь дома
объемистую спортивную сумку.
Девушка стала убеждать Хотвайра, что оставаться нет никакой необходимости,
расписывая все тяготы ночевки на полу и все удобства гостиничной кровати.
Даниэль мог бы сказать ей, что этот спор она проиграла еще до его начала. Но
промолчал.
Выслушав Джози, Хотвайр бросил на Даниэля многозначительный взгляд:
— Если Нитро может спать на полу, то и я смогу.
Даниэль подумал, что, учитывая недавний поступок Джози, Хотвайр угодил в
самую точку, и пол в гостиной станет тем самым местом, где ему предстоит
скоротать сегодняшнюю ночь. Мужчина не знал, сожалела ли Джози о том, что
отдалась ему, но она совершенно ясно дала понять, что не хочет, чтобы
Хотвайр узнал об этом. Но, несмотря на то, что явный отказ причинял Даниэлю
боль, девушка имела право выбирать, с кем ей делить постель.
Даниэль понимал, что если после прошлой ночи Джози больше не хотела его, то,
поведи он себя сейчас с апломбом
настоящего мужчины
, это или лишний раз
смутило бы ее, или разозлило бы его самого еще больше.
А он не собирался делать ни того, ни другого, поэтому промолчал.
— Но Даниэль не будет спать на полу, — ответила Джози, а затем
прикусила губу и бросила на него краткий взгляд: — По крайней мере, я так не
думаю.
Ошеломленный крутым поворотом в ее поведении, Даниэль попытался понять,
имела ли Джози в виду именно то, о чем он подумал. Но разговор возобновился
прежде, чем мужчина сумел отреагировать.
— И где же он спит? — вкрадчиво поинтересовался Хотвайр,
растягивая слова, отчего его южный выговор стал еще более заметным. —
Надеюсь, Нитро не выгнал тебя из кровати, Джози?
Девушка сглотнула и покачала головой, не отводя взгляда от Даниэля:
— Нет. Он спит вместе со мной.
Джози выглядела уязвимой и нерешительной, а зеленые глаза словно спрашивали
у Даниэля, являются ли ее слова правдой.
Даниэль потянулся к ней и, положив ладони на затылок, притянул ее к себе,
как уже проделывал чуть раньше, но на сей раз тело Джози расслабилась в его
объятиях. Девушка мягко улыбнулась, отчего на лице Даниэля отразилось
глубокое облегчение, и он в который уже раз задался вопросом, сможет ли когда-
нибудь разобраться в том, как устроен разум женщины?
Мужчина нежно провел большим пальцем по ее шее:
— Только не предлагай Хотвайру нашу постель. Она и так невелика.
— Я и не собиралась, просто, не понимаю, зачем ему оставаться здесь,
если это означает спать на полу.
— Я намного меньше ростом, чем ты, — внезапно произнесла из
прихожей Клер, глядя на Хотвайра. — Я могу переночевать на диване, а ты
займешь мою кровать. Она, правда, односпальная, но длиннее, чем диван.
— Моя матушка подвесила бы меня за пальцы ног, если бы узнала, что я
посмел выгнать леди из ее собственной постели ради личного комфорта.
— Но...
— Он засыпал и в гораздо худших местах, Клер. Не волнуйся. —
Даниэль перевел взгляд на Джози. — А ты, не пытайся убедить его
съехать. Хотвайр нисколько не уступает в упрямстве миссурийскому мулу.
— Я тоже, — произнесла Клер вполне искренне. — О, ммм... я
имела в виду, что тоже спала в худших местах. И выспаться здесь не составит
для меня особой проблемы.
Но Даниэль прекрасно знал, что сдвинуть друга с места, когда он уже принял
решение — безнадежная затея, и после того, как мужчины провели внешний
осмотр дома и прилегающей территории, Хотвайр устроился в своем спальнике на
полу гостиной.
Дверь спальни приоткрылась, и предвкушение радостно протрубило в груди
Джози. Несмотря на слова Даниэля, девушка до последнего сомневалась, что он
придет. Она ведь причинила ему боль, постеснявшись сначала открыто признать
изменения в их отношениях. Джози, запоздало поняв это, захотела повернуть
время вспять.
Она не привыкла к такого рода вещам, и когда Даниэль начал открыто проявлять
собственнические чувства, демонстрируя их общему другу, ее мысли и реакции
пришли в совершеннейший беспорядок, и только за время обеда девушка смогла
во всем разобраться. Джози хотела оставаться женщиной Даниэля как можно
дольше, и если бы для этого понадобилось оповестить весь штат, она, не
задумываясь, подала бы объявление в
Орегониан
.
Даниэль бесшумно проскользнул в комнату и, закрыв дверь, прислонился к ней
спиной. Сейчас он казался темным и опасным.
— Ты хочешь Хотвайра?
Даже если бы он обдумывал вопрос целый час, то и тогда не смог бы произнести
что-то более отвратительное. От потрясения девушка замерла, потом открыла,
было, рот, но не смогла заставить себя произнести хоть слово.
Наконец, Джози выдавила:
— Ч-что? — думая — нет, надеясь — что неправильно расслышала.
Даниэль быстро подошел к постели с непроницаемым выражением лица, которое
ничуть не помогало понять, что творилось в его голове.
— Ты хочешь его?
— Нет. Тебе ли спрашивать об этом?
— Ты обнималась с ним.
О чем он говорит?
— Когда?
— Когда он пришел.
— Он же мой друг. Я просто поздоровалась.
— Ты улыбалась ему так, словно очень рада видеть.
— Ну, да.
Огонь, пылавший во взгляде Даниэля, вполне мог расплавить даже металл.
— В чем проблема? Ты же сам пригласил Хотвайра.
— Нет, не приглашал. Он предложил помощь, а я согласился.
— Какая разница? — Этот разговор все меньше напоминал тот, что она
предвкушала, оставшись с ним наедине. — Хотвайр — наш друг. У него есть
способности, которых нет ни у одного из нас, и он хочет помочь. Это же
здорово.
— Меня ты не была так рада видеть. И когда я сказал, что собираюсь
помочь, ты спорила со мной, а вот когда Хотвайр захотел участвовать в
расследовании — чуть ли не запрыгала от счастья.
И тут Джози, наконец-то, поняла, чем, в действительности был встревожен
Даниэль:
— Ты вел себя очень странно весь день, с тех пор как сказал нам с Клер,
что приезжает Хотвайр. Ты что, ревновал?
Это казалось таким же невероятным, как их совместное будущее, но Джози не
могла придумать другой причины для враждебности Даниэля.
— А у меня есть повод? — спросил он, даже не отрицая ее
предположения.
— Ты же знаешь, что нет. — Она ведь пришла к нему девственницей,
неужели об этом надо напоминать? Разве Даниэль не понимает, что его она
хотела так, как никогда еще не хотела ни одного мужчину.
— Единственное, что мне известно — присутствию Хотвайра ты рада, а меня
пыталась заставить убраться отсюда.
— Но с ним все иначе; и всегда так было.
Когда Хотвайр входил в комнату, у Джози никогда не возникало ощущения, что
из помещения внезапно выкачали весь кислород. В то время как Даниэля она
воспринимала, скорее, как мощный танк с полным боекомплектом, занятый в
непримиримом сражении с каждым из ее чувств.
— Ну, конечно.
— Даниэль, до вчерашнего дня я думала, что не нравлюсь тебе, —
раздраженно произнесла Джози. — А Хотвайр был моим другом, начиная с
первой совместной миссии.
— Черт, я не испытывал к тебе неприязни, запомни уже. Я хотел тебя и
думал, что ты не отвечаешь мне взаимностью. Это портило мой характер, но
нравилась ты мне даже больше, чем я сам того хотел.
— Теперь я знаю. — Ну, точнее, Джози знала, что Даниэль хотел ее,
но до сих пор не была уверена, что нравилась ему сама по себе. Так что ей
приятно было узнать такое о мужчине, с которым девушка планировала заняться
любовью сразу по окончании этого странного разговора. — Но раньше я
думала, что ты меня едва терпишь. И ты не можешь не видеть различий в моем
отношении к тебе и к Хотвайру. Он не сделал... он не... я имею в виду, что
он не представляет для меня никакой опасности.
Даниэль чуть не задохнулся от возмущения:
— Я никогда не угрожал тебе.
— Не словами. Я говорю о чувствах к тебе, угрожающих нарушить мой
душевный покой и равновесие. Когда я думала, что неприятна тебе, находиться
рядом стало для меня почти невыносимо. Ну, ты же должен понять. Ты ведь
чувствовал почти тоже самое, когда думал, что я не хочу тебя. Наш взаимный
дискомфорт просто проявлялся по-разному.
Только произнеся эти слова, Джози осознала, насколько они верны, и как
ненадежно она себя чувствовала рядом с Даниэлем из-за его реакции на ее
кокетство
.
Однако он продолжал молчать, не ложился в постель,
...Закладка в соц.сетях
