Жанр: Любовные романы

Любовь плейбоя

сторінка №3

постепенно затухали, кабинет Кит погрузился в темноту,
а Сюзанна так и сидела за столом, подперев голову руками и не надеясь
разобраться в происходящем. Наверно, она не такая, как все: напридумывала,
нафантазировала — как-то он не так на нее смотрел... Просто судьба снова
свела их, и ничего в этом нет необычного. Слова его — пустой звук, нужно
вести себя как обычно. И все же он нисколько не изменился, да и ее реакция
на него осталась прежней.
Коллекция очень велика; с ее сноровкой и опытом работа займет несколько
дней; на более тщательную оценку могут уйти месяцы; естественно, на это она
не пойдет, но сталкиваться какое-то время с Марком обречена. Слава Богу, он
из тех, кто постоянно чем-то занят — вот в этом-то вряд ли изменился. И
задержка похорон, скорее всего, связана именно с ним, а никакой работодатель
не потерпит долго отсутствия работника.
Интересно, чем он занимается. Это ей не безразлично. Какое-то время работал
сварщиком на машиностроительном заводе; надо надеяться, сменил вид
деятельности... По ее мнению, из него вышел бы неплохой руководитель
среднего звена, ну, может быть, посредник. Однако руки у него по-прежнему
мозолистые, — опять зарабатывает на жизнь физическим трудом? Не хочется
в это верить.
На нем отличный костюм — таких она никогда не видела в его гардеробе; совсем
не вяжется с его стилем, насколько она помнит. Ладно, пора отбросить все эти
мысли! Зачем тратить время и думать о человеке из прошлого, которому нет
места в будущем? Выполнит она свою работу, и разойдутся опять, как в море
корабли. Разнообразна жизнь по части сюрпризов...
В конце концов, очень кстати и презентация в пятницу: на какое-то время
отвлечет ее от проблем с коллекцией Цируса, — все силы надо направить
на максимальную пользу для Трайэд от предстоящего мероприятия.
Весь следующий день Сюзанна провела в выставочном центре, уточняя и дополняя
малейшие детали. Уже под вечер — все решено, подготовлено — взяла такси и
поехала в офис. Путь не очень близкий, и хорошо — так устала сегодня, рада
любой передышке...
Протекший день, насыщенный решением оперативных задач, которые требовали от
нее напряжения всех сил, позволил абсолютно забыть о картинах Цируса.
Блаженное состояние души продолжалось, пока она не полезла в сумочку, чтобы
расплатиться с таксистом: пальцы нащупали твердый клочок бумаги и брелок с
ключами — их у нее никогда не было... Это Рита бросила в сумку, когда утром
она убегала из офиса, — для нее сообщение из службы доставки. Сюзанна в
спешке не обратила на это никакого внимания; сейчас невесомый брелок казался
семипудовой гирей.
Так и есть, худшие ее опасения оправдались: ключи от дома Альберта Цируса.
Ну что ж, понедельник не за горами, тогда и приступит к оценке коллекции,
Пирс останется доволен. Да и для нее все складывается не так уж плохо; в
понедельник Марк в любом случае вернется к своей обычной жизни, а может, и
уже удалился, иначе зачем Джо Бревстер прислал ей ключи. А впереди мирный
уик-энд.
От этой простой мысли Сюзанна расслабилась и сразу поняла, каким тяжелым
грузом давила на нее новая обязанность, — перспектива спокойно
отдохнуть согревает душу. Никакой Марк Херрингтон и никто в Чикаго не лишит
ее этого блага.
Такси подъехало, остановилось, она протянула руку, чтобы открыть дверцу, но
кто-то опередил ее — рука скользнула в пустоту... Кто-то сильно торопится;
конечно, сейчас час пик, но можно бы проявить терпение, подождать, пока
пассажир выйдет. И вдруг Сюзанна спохватилась: а если это кто-то из клиентов
Трайэд или из соседей?.. Мгновенная ослепительная улыбка и приветливые
слова:
— Рада, что ваше ожидание увенчалось успехом и такси в вашем
распоряжении!
— Ага, как раз вовремя, — ответил так хорошо знакомый красивый
баритон. — Сколько можно тебя ждать!
Ноги сразу как-то ослабли, и Сюзанна так и осталась сидеть на месте.
— Ну, раз ты здесь, такси мне не нужно. Позволь предложить тебе руку,
Сюзанна, а то вид у тебя, будто перед тобой привидение.
Сегодня он еще привлекательнее, чем в прошлый раз: узкие бедра обтянуты светло-
голубыми джинсами; широкие плечи и сильные руки не может скрыть даже
свободный пуловер. Как пушинку, он извлек ее из машины и расплатился с
водителем.
— Что ты тут делаешь? — Как только слова эти слетели с губ, ей
захотелось откусить себе язык — хуже ничего нельзя придумать.
— А ты не считаешь, что нам есть о чем потолковать?
Что там говорил вчера Пирс насчет голодных глаз, как у волка... Ничего
подобного она не видит; и голос ровный, спокойный — не за что зацепиться. Не
стоит тянуть волынку, она сразу расставит все точки над и.
— Не могу представить, о чем нам толковать. Если тебя волнует моя
компетентность в вопросах искусства...
— О нет, ни о чем таком! — перебил Марк. — Зачем мне
спрашивать о твоей работе? Ты выросла в аристократической семье — Миллеры из
Норзбука, — и, зная их отношение к жизни, можно сказать: твоя профессия
всему этому соответствует.

В аристократической семье... На секунду Сюзанне почудились ироничные нотки
в голосе Марка. Нет, он не знает, не может знать...
Между тем он продолжал — почти нежно:
— Знаешь, я заехал к тебе в офис оставить сообщение, что хочу
поговорить о прошлом. Вашему секретарю оно показалось несколько странным, но
она все же приняла и обещала, что ты его получишь.
Ну и не повезло ей: еще пять минут — и они бы разминулись; всего пять
минут... Вот уж не везет, так не везет!
Белая кружевная штора в фонаре окна миссис Холкомб не колышется, как обычно,
когда снаружи происходит что-нибудь интересное. Но ей не привиделось — за
стеклом мелькнуло лицо... А Рита или Кит случайно выглянут в окно — им тоже
есть на что посмотреть. Отступление не всегда означает поражение, нужно
ретироваться, и чем быстрее, тем лучше.
— Здесь недалеко за углом небольшой ресторанчик — как насчет чашечки
кофе?
— Я уж думал, никогда не услышу таких слов. Давай свою сумку!
Сюзанна повернулась и пошла впереди, предпочитая не замечать предложенную ей
руку. В ее распоряжении несколько минут, пока они не дошли, чтобы побыть
наедине с собой и решить, какой стратегии поведения придерживаться. Всегда
ли он был этаким джентльменом или это что-то новенькое? Почему тогда, раньше
она не обращала внимания на его манеры? В восемнадцать лет, в разгар бурного
восстания против родительских ценностей, до того ли ей было, чтобы замечать
такие вещи, как куртуазность манер...
Та же официантка, что работала здесь с утра в понедельник, принесла им кофе
и одарила кокетливой улыбкой Марка, когда он ее поблагодарил.
— Значит, поговорить о прошлом... — Сюзанна размешивала сливки в
чашке. — Что ж, ты первый предложил, вот и рассказывай: чем занимался
эти восемь лет, где теперь работаешь?
— До сих пор на заводе. — Марк сцепил пальцы.
Как часто видела она раньше этот жест — в памяти остались его длинные
пальцы... Как-то он ей сказал, что специально следил за гибкостью рук — это
необходимо для работы.
— Должно быть, платить стали лучше, чем раньше, если судить по костюму,
в котором ты был на похоронах.
— А-а... да купил как-то, случайно почти.
— Так вот почему задержали похороны — тебе пришлось пройтись по
магазинам. Какая честь для Цируса!
— Самое странное, что я в жизни не встречал этого человека.
Почему-то это не удивило, но рассыпалась ее теория, что таинственный
наследник Цируса и есть его сын.
— Должна признаться, у меня возник вопрос, а не встречался ли он с твой
матушкой.
— Спрошу ее при случае. А раз уж у нас речь о семье, то расскажи о
своей дочери, Сюзанна.
Вопрос, который она больше всего боялась услышать, задан. Сюзанна
растерялась, не зная, как отвечать. И с чего он взял, что именно дочь...
— У меня нет никакой дочери.
— В самом деле?
Казалось, ее ответ его обескуражил.
— Но я сам видел, как ты играла с девчонками в классики. Не будешь же
утверждать, что это дети клиентов. Тем более твоя как раз должна быть такого
возраста.
— Весьма логично, — признала Сюзанна. — Обоснованно, но в
корне неверно. Просто соседские девчонки любят играть именно в этом месте.
— Значит, сын?
— Боюсь тебя разочаровать. Марк потягивал кофе.
— Не могу, конечно, представить всех тех разочарований, что причинил
тебе восемь лет назад, но все же хочу знать о случившемся. Почему ты не
вышла замуж? Признаюсь, был удивлен, услышав эту новость. Думал, ты, скорее,
пыталась убедить всех, что твой ребенок от меня, а я... слишком
легкомысленно отношусь к жизни, чтобы на тебе жениться. Ну, Сюзанна,
рассказывай, как это все было, я жду!
Ложечка в ее чашке перестала описывать круги, взгляды их встретились.
Под его холодным, колючим взором у Сюзанны возникло ощущение, что он только
и добивается того, чтобы увидеть ее унижение, втоптать ее в грязь.
Совершенно неправильно истолковал все события и теперь пытается их логично
увязать. А не слишком ли поздно проснулось твое любопытство? Сколько лет
прошло...
— думала она, а вслух произнесла:
— Знаешь, дорогой, это абсолютно не твое дело.
— А может быть, мне спросить Пирса?
— Он ни о чем не знает.
— В таком случае как насчет дружеских сплетен?
— Попытайся. Что-нибудь еще хотел бы узнать?
— Пожалуй, подумаю.
— Сомневаюсь только, что мы еще увидимся.

— Почему?
В его голосе не слышно и капли заинтересованности... Сюзанна с нарочитой
беззаботностью пожала плечами.
— Просто предполагаю, что пришло время тебе вернуться к обычному ритму
жизни...
— А что ты под этим понимаешь: работу, жену, детей?
Жена, дети... как-то до этого момента ей не приходило в голову, что Марк,
возможно, женат. А почему бы нет — никакие объективные причины не мешали
совершиться этому факту.
Сюзанна бросила молниеносный взгляд на его левую руку, спокойно лежавшую на
краешке пластикового стола. Обручального кольца нет; незаметно и белой
полоски кожи, свидетельствующей, что кольцо снято недавно. Марк проследил за
ее взглядом, глаза его вдруг сузились, он отдернул руку, как от ожога.
— А-а... у тебя в голове еще бродят мысли об обручальных кольцах. Извини, должен разочаровать.
— Ну да, вижу. Работа с машинами безопаснее, если на руках нет ничего
лишнего.
— Да, верно. Одна из причин, чтобы не носить кольцо. Я думал, ты этого
не поймешь; хотя... Жена — это в принципе неплохо, но ты знаешь, как я к
браку отношусь. А вот относительно детей... не думай, что тебе будет легко
спрятать от меня ребенка.
Сюзанну словно молотом по голове огрели; так он и вправду думает, что у нее
есть ребенок? Кажется, ей не удалось его разуверить. А Марк развивал свою
мысль дальше:
— Работа — тоже хорошо, но жизнь состоит не только из работы.
— Да постой, что ты имеешь в виду?.. — попыталась она как-то
прояснить ситуацию.
Но он неожиданно перевел разговор в другое русло:
— Ты что, думаешь, я приехал сюда только увидеть тебя? Не совсем так...
Благодаря нашей встрече у меня на многое раскрылись глаза, я понял, что
должен делать.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ



Несмотря на все усилия убедить себя, что у Марка нет причин дольше
оставаться в Чикаго, Сюзанна понимала — причины есть, и весьма существенные,
например дом Цируса. Да, ей не составило особого труда представить отделку
его дома, одни только лестницы из твердого орешника чего стоили; а картины?
Пусть Марк абсолютно ничего не понимает в искусстве, но тут и простого
здравого смысла хватит сделать вывод, что они дорогого стоят и отличаются от
обычных постеров, налепленных на стены. Сюзанна еще помнила реакцию Марка на
дом ее родителей, куда она привела его познакомиться с ними. Тот выходной ей
никогда не суждено забыть.
Она тогда окончила колледж, была юна и наивна. Современный дом, отлитый из
стекла и бетона, — воплощение успеха; Марк сразу обратил внимание на
этот факт. Так что же для него должен воплощать дом Цируса, этот замок в
викторианском стиле! Воплощение успеха, принадлежность к аристократическим
кругам — все, о чем можно мечтать в этой жизни: деньги, положение в
обществе.
Естественно, Марк останется, чтобы получить наследство, и будет здесь до тех
пор, пока этот факт не свершится и все деньги не сосредоточатся в его руках.
У него нет особых причин доверять Джо Бревстеру или кому-либо еще. Простой
сварщик многим покажется досадной помехой.
— Конечно, — произнесла она холодно, — ты лучше всех сможешь защитить свои интересы.
— Спасибо, что поделилась своим отношением к этому.
Сюзанна собралась объяснить, что речь вовсе не о ней, но вдруг решила —
словами Марка не переубедить, да и не готов он по-настоящему ее выслушать.
Вряд ли вообще это время когда-нибудь наступит.
— Ты совершенно права, — обронил Марк, погруженный в свои
мысли. — Буду помнить твой совет, пока не придет время. Возможно,
годы... Еще чашечку кофе?
Сюзанна отрицательно покачала головой, чувствуя себя при этом так, словно
голова принадлежала не ей, а какой-то ржавой машине. Годы? В чем-то он прав,
говоря годы: заниматься имуществом Цируса можно всю оставшуюся жизнь. С
другой стороны, не исключено, что она переоценила свою часть работы.
Конечно, на нее требуется время, но основное она сделает в библиотеке,
нечего бежать при удобном случае к Марку. Если уж ей суждено какое-то время
с ним контактировать, главная ее задача сейчас — свести эти контакты к
минимуму.
— Ну что ж, все ясно, — подытожил Марк.
Сюзанна сделала ошибку — взглянула на него. Какой высокий, широкоплечий,
сильный... но это ее не пугает, нет, наоборот, дает какое-то особое
спокойствие, защищенность, заставляет кровь быстрее бежать по жилам... Вот
это-то больше всего и раздражает.
— Увидимся тогда в понедельник. Насколько я понимаю, бесполезно
спрашивать, не хочешь ли ты провести со мной уик-энд.

Непроизвольная ее реакция — испуганный взгляд, сумочка, зажатая в руке; в
голове звенел сигнал тревоги. Мгновенно промелькнула картинка — как они
проводят выходные... В его словах заключен явный подвох, что Марк тут же и
подтвердил:
— Занимаясь картинами, конечно. А ты о чем думала? Смотришь на меня,
как Красная Шапочка на серого волка.
Но в этом-то она не ошиблась, совершенно точно знала, что он имел в виду:
предлагал ей выходные, наполненные страстью, бездумным, умопомрачительным
наслаждением жизнью. А стоило ей соответствующим образом отреагировать — он
ловко вывернулся. Теперь понятно, какую игру он с ней затеял.
Как это не похоже на того Марка, которого она знала раньше, —
искреннего в своих поступках и намерениях, горячего, относившегося к ней с
обожанием. Тот Марк сводил ее с ума поцелуями, но ему и в голову не пришло
бы так, походя, смутить ее двусмысленным предложением, да еще насмехаться
при этом.
Новый Марк гораздо циничнее, грубее, отстраненнее — и потому куда более
опасен. Перестать о нем думать, и все! Трудно не признаться самой себе, что
с того момента, как Марк снова появился в ее жизни, все перевернулось с ног
на голову. У нее уже не хватает сил спокойно размышлять о том, что станется
с ней через год или два, главное — прожить вот этот день, не оступиться, не
допустить его возвращения в свою жизнь... Впереди уик-энд — прекрасная
возможность отдохнуть, отвлечься; зачем все портить?
И все же выходные оказались безнадежно испорченными: все время в голове
крутился вопрос, что принесет понедельник, и фантазия услужливо подсказывала
тысячу вариантов. В конце концов это настолько ее утомило, что даже мысль о
библиотеке не приносила облегчения. Собравшись с силами, решила ждать — что
будет, то будет.
День начался отвратительно — Сюзанна опоздала на завтрак с подругой, это
последняя неделя, когда они завтракают вдвоем. Ну как объяснить Элисон, что,
прежде чем выйти из дома, она три раза укладывала волосы и перетряхнула весь
свой гардероб? Неожиданно опротивел любимый костюм — в нем обычно ходила на
работу. То ей казалось, юбка слишком короткая (Марк подумает, специально для
него так оделась), то — наоборот: линии слишком строгие, скучные... Наконец,
измучившись, остановилась на светло-голубом костюме классического покроя,
который надевала всего два раза.
Глубоко вздохнув, она решительно толкнула дверь ресторанчика и поспешила к
Элисон.
— Извини за опоздание, Эли. Ты не поверишь... — И осеклась:
напротив Эли сидела третья из их неразлучной троицы.
— Кити, ты вернулась?!
— А разве кто-нибудь сомневался, что я вернусь? Подумай только,
Элисон, — она забыла, что я возвращаюсь на этой неделе.
— Ну, это не единственное, о чем эта девушка забыла за последнее
время, — пробормотала Элисон, будто бы про себя, но так, чтобы ее
слышали.
— Да уж, это точно! — подхватила Кит. — Скажи-ка, давно ли мы
собираемся по пятницам у Флэнагана, чтобы обсудить дела за неделю?
— Сейчас, минутку... — Элисон подсчитывала про себя.
— Три года и шесть месяцев.
— И эта девушка никогда ничего не забывала. Почти никогда не
опаздывала. А теперь с ней что-то случилось! — убежденно изрекла Кит.
— Да не забыла я, не забыла, — вздохнула Сюзанна, — просто
застряла. К тому времени, как пришла бы, вас бы уже не было, вот и поехала
домой.
Сюзанна сказала чистую правду — действительно просидела над полупустой
чашкой кофе еще полчаса с того момента, как ушел Марк, хотя помнила, где ей
нужно быть.
— Значит, застряла, — повторила Кит деловито. — Интере-
есно...
— Да, и мне тоже любопытно: почему бы вдруг девушка вырядилась в этот
костюмчик нежно-голубого цвета... Помнится, я видела ее в нем только раз — в
тот день, когда мы юридически зарегистрировали существование нашего
союза, — как бы невзначай поделилась своими наблюдениями Элисон.
— Может, хватит, а? Очнитесь! Я здесь, перестаньте вести себя так,
будто меня нет.
— Да мы уж с этим фактом смирились, — коротко известила
Элисон. — Вот и делаем вид, что не замечаем отсутствия в пятницу
вечером нашего незаменимого источника информации.
— Так это мы девушку не замечаем? Или, наоборот, она вокруг ничего не
видит? — поинтересовалась Кит.
— Стало быть, вы обе были здесь? А Флэнаганы мне почему-то ничего не
сказали.
— Ну и еще мы приняли к сведению сообщение Риты, — поощряюще
заметила Кэт. — А именно — что предполагаемый джентльмен на серийного
убийцу не похож.

— Знаете, если бы серийный убийца в первой серии не вызывал сомнений в
том, кто он, так всех последующих серий и не было бы, — не растерялась
Сюзанна.
— Ладно, Сюзанна, чего уж там, — давай-ка рассказывай, кто такой
Марк Херрингтон.
— У тебя едва кончился медовый месяц, а ты уже интересуешься другими
мужчинами?
— Это не ответ на вопрос.
— Я надеялась, ты поймешь. — Сюзанна подозвала официантку.
— Сегодня, пожалуйста, морковный чай, Кэрол. Кит не собиралась
сдаваться.
— Хорошо, ты не намерена о нем говорить, пусть так. Но со временем все
изменится, мы подождем, правда, Эли?
Голос Кит звучал ласково, но Сюзанна затылком чувствовала невесть откуда
взявшуюся опасность.
Кит настроена все видеть исключительно в романтическом свете, даже когда
ничего похожего нет.
Массивные чугунные ворота особняка Цируса оказались закрытыми. Дом времен
королевы Анны встречал куда менее дружелюбно, чем в день похорон; несмотря
на позднее утро, вокруг стояла тишь.
Может быть, мне повезет, — думала Сюзанна, открывая ворота, — и
меня никто не ждет, кроме бесплотной тени почившего
.
Позвонила, напряженно прислушиваясь к переливам звонка, раздававшимся где-то
в глубине дома, — в ответ ни звука. Позвонила еще раз — никого нет;
стала доставать ключи, посланные Джо Бревстером, потихоньку себя ругая:
стоило так волноваться, нет его дома.
Зловещее попискивание сигнализации ее напугало, но, тщательно прочитав
инструкцию, прилагавшуюся к ключам, она поняла, что сумеет отключить ее
самостоятельно. Отыскала панель управления, ввела нужный код — бипер умолк,
наступила тишина.
Эванс Джексон до сих пор висит на почетном месте; ее совсем не удивило, как
Марк отозвался об этой картине. Больше поражает другое: в какую невероятную
тишину погрузился дом теперь, когда отключена сигнализация, и еще — толстый
слой пыли, ее, кажется, не сметали годами.
Неужели Марк уехал? Возможно, ему необходимо встретиться с домашними или с
кем-то по работе. Не будь такой глупой! — велела она себе. Представить
можно что угодно, но вот понять, как Марк стал таким, трудно. Тем более —
вообразить с ним женщину, его жену, не говоря уже о детях... Сколько же у
него детей, — может быть, и не один ребенок, а двое, трое... Он ведь не
говорил ничего конкретного.
Пришлось, наверно, расстаться с ними на какое-то время, чтобы обеспечить их
будущее — получить наследство.
Сюзанна и не заметила, как под такие мысли оказалась на втором этаже и
толкнула первую попавшуюся дверь, бессознательно ожидая увидеть большой
холл... Нет, она ошиблась, скорее всего, это спальня: большая кровать, два
кожаных кресла у камина; огромный стол у окна залит утренним светом; да там
кто-то есть...
Все, что она видела — очертания головы Марка, махровый халат, какая-то
неестественная поза, а над головой, в стекле, — дырка... Торопливо
сделала несколько шагов вперед, пытаясь получше рассмотреть: что за дырка,
вообще в чем дело... В голове проносились самые ужасные мысли и подозрения.
Неожиданно для самой себя вскрикнула от испуга — Марк пошевелился...
— Доброе утро, Сюзанна! — раздался его спокойный, приветливый
голос.
Через мгновение он отложил в сторону бумаги и встал из-за стола. Сердце
Сюзанны учащенно билось, она не верила своим глазам... Слава Богу, с ним все
в порядке!
— А я подумала... — после пережитого шока не так-то легко
совладать с голосом, — что ты...
Темное пятно, которое она приняла за дырку, отливало теперь красным, словно
капелька крови, отражая цвет халата. Не удивительно, что она испугалась; все
ясно: в середине окна вставлено кобальтовое стекло размером примерно с
медальон; когда в нем отражалась бумага, пятнышко казалось темным, а сейчас
походило на фальшивый рубин.
— А ты сюда вошла, наверно, с надеждой, что я заколот канцелярским
ножиком? Какая у тебя, однако, фантазия. Если это навеяно чтением перед сном
— не сменить ли тебе жанр литературы?
Счастье для него, что на столе у Цируса нет канцелярского ножика, а то как
бы соблазн не оказался слишком велик... Интересно, из каких источников он
почерпнул сведения о ее чтении перед сном? Сам, похоже, напитался подобной
литературой — о таинственных убийствах и все такое прочее.
— И ты специально сидел здесь и ждал, какой эффект произведет на меня
эта глупая сцена, — резюмировала она холодно. — Ведь слышал же,
как я поднимаюсь по лестнице.
— Ну, во-первых, не слышал, во-вторых, занимался разборкой бумаг. Все
утро прокопался, а в результате — одни счета из прачечной.

По мере того как успокаивалось сердцебиение, Сюзанна все больше
раздражалась.
— О, конечно, вот почему ты не открыл дверь! А ведь я дважды звонила.
Ну а потом, когда увидела тебя в таком положении...
— Взволновалась, да? — Глаза его насмешливо заискрились.
— Только потому, что имела для того все основания. Откуда мне было
знать, почему ты не открываешь дверь!
— Я никого не ждал, — Марк беспечно пожал плечами, — и знал,
что у тебя есть ключи.
— Ладно, оставим это.
Ее сердитый взгляд скользнул с его лица вниз. В халате с треугольным вырезом
плечи кажутся еще шире, чем под рубашкой; ровный бронзовый загар, явно
приобрет

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.