Жанр: Любовные романы
Затмение
...е лицо наверняка было таким же белым, как у нее — а то и
зеленым.
— Не стану заставлять тебя выслушивать остальное, — тихо сказала
она. — Они оставили меня на улице и ушли, все еще смеясь. Подумали, что
я умерла. Дразнили Ройса, говорили, что ему придется поискать новую невесту.
Он засмеялся. Ответил, что сначала ему придется научиться терпению.
Я лежала на дороге и ждала смерти. Дрожала от холода и удивлялась, что
замечаю это — ведь боль заслоняла все. Пошел снег, а я все не умирала. Я
молила о смерти: чтобы она пришла и прекратила мои мучения, а смерть все
медлила...
Меня нашел Карлайл. Почуял запах крови и решил выяснить в чем дело. Я помню,
что немного злилась на его попытки привести меня в чувство. Мне никогда не
нравился доктор Каллен, его жена и ее брат — Эдвард тогда притворялся братом
Эсми. Я огорчалась, что они все красивее меня, особенно мужчины. Но Каллены
нечасто бывали в обществе, поэтому я видела их всего пару раз.
Я подумала, что умерла, когда Карлайл поднял меня с земли и побежал — с
такой скоростью, словно мы летели по воздуху. А боль все не уходила...
А потом я оказалась в ярко освещенной, теплой комнате. Сознание плыло, и я
была рада, что боль притупляется. Вдруг что-то острое врезалось в тело: в
горло, запястья, лодыжки. Я в панике закричала. Подумала, что Карлайл хотел
меня помучить. Внутри разгорелся огонь, и я больше ни о чем не могла думать.
Умоляла Карлайла убить меня. Когда Эсми и Эдвард пришли домой, их я тоже
умоляла убить меня. Карлайл сидел рядом со мной. Держал за руку и извинялся,
обещал, что боль пройдет. Он рассказал мне обо всем, и иногда я
прислушивалась к его словам. Рассказал, кто он такой на самом деле и в кого
превращаюсь я. Его словам я не поверила. Он извинялся каждый раз, когда я
кричала.
Эдварду это все не понравилось. Помню, как они обсуждали меня. Иногда я
переставала кричать: что толку? Кричи не кричи — легче не становится.
Карлайл, о чем ты только думал? — говорил Эдвард. — Ведь это же
Розали Хейл!
Розали безупречно изобразила раздраженный голос Эдварда.
— Мне не понравилось, как он произнес мое имя — как-то неприязненно
произнес.
Не мог же я позволить ей умереть, — тихо ответил Карлайл. — Это
было бы слишком — слишком ужасно, слишком большая потеря
.
Понимаю
, — сказал Эдвард — как мне показалось, с презрением. Я
разозлилась. Ведь тогда я еще не знала, что Эдвард мог заглянуть в голову
Карлайла.
Это было бы слишком ужасно. Я не мог ее оставить
, — шепотом повторил
Карлайл.
Разумеется, не мог!
— согласилась Эсми.
Люди умирают каждую минуту, — жестко напомнил ему Эдвард. — Тебе
не кажется, что ее очень легко узнать? Кингам придется организовать
тщательные поиски — хотя никто не заподозрит этого поганца
, — прорычал
он.
Я обрадовалась, когда поняла, что они знают о вине Ройса.
Тогда я еще не понимала, что все уже почти закончилось: ко мне возвращались
силы, и именно поэтому я могла сосредоточиться на разговоре. Боль уходила из
кончиков пальцев.
Ну и что мы с ней будем делать?
— спросил Эдвард — как мне показалось, с
отвращением.
Карлайл вздохнул:
А это уж пусть она сама решает — может быть, захочет
пойти своей дорогой
.
Хотя я не вполне поверила тому, что он мне рассказал, его слова привели меня
в ужас. Моя жизнь окончена и обратного пути нет. И мысль об одиночестве была
невыносима...
Боль, наконец, отступила, и они опять объяснили мне, кем я стала. В этот раз
сомнений не оставалось. Я почувствовала жажду, кожа затвердела, а глаза
покраснели.
Я была настолько самовлюбленная, что, впервые посмотрев на себя в зеркало,
обрадовалась: настоящая красавица, несмотря на красные глаза, — со
смехом сказала Розали. — Понадобилось время, чтобы я поняла, виной
всему была моя внешность и красота — это проклятье. И тогда я захотела
быть... ну, не уродиной, а просто обыкновенной девушкой — как Вера. Чтобы
мне позволили выйти замуж за того, кто меня любит, и родить прелестных
малышей. Ведь именно этого я всегда и хотела. Разве это так много?
Розали задумчиво молчала — может быть, опять забыла о моем присутствии? Но
потом она улыбнулась с торжествующим видом:
— А ведь я почти так же чиста, как и Карлайл. Грехов на мне меньше, чем
на Эсми. И в тысячу раз меньше, чем на Эдварде. Я никогда не пробовала
человеческую кровь, — с гордостью заявила она.
Интересно, в каком это смысле
почти
так же чиста?
Розали верно истолковала мой озадаченный вид:
— Я убила пятерых, — удовлетворенно призналась она. — Трудно
назвать их людьми. Но я действовала очень аккуратно, чтобы обойтись без
кровопролития: знала, что не смогу устоять, а мне ни за что не хотелось
пробовать их на вкус.
Ройса я оставила напоследок. Надеялась, он услышит о смерти своих дружков и
поймет, что я приду за ним. Надеялась, что страх сделает его конец еще
ужаснее. По-моему, мне это удалось. Когда я его настигла, он прятался в
комнате без окон за толстенной металлической дверью, охраняемой снаружи
вооруженной стражей. Ой, на мне семь убийств, — поправилась она. —
Про охранников-то я и забыла. На них ушло не больше секунды.
Я вела себя слишком театрально. Как ребенок, ей-богу. Надела свадебное
платье, которое специально украла. Увидев меня, Ройс завопил. Той ночью он
много кричал. Я очень правильно поступила, отложив визит к нему напоследок:
мне было легче держать себя в руках и делать все медленно...
Внезапно замолчав, Розали виновато посмотрела на меня.
— Извини. Ведь я тебя напугала, да?
— Нет, ничего, — соврала я.
— Я слишком увлеклась.
— Ерунда, все в порядке.
— Странно, что Эдвард не рассказал тебе всю историю целиком.
— Он не любит говорить о других: считает, что выдает их секреты,
поскольку слышит гораздо больше, чем ему хотят рассказать.
Она улыбнулась и покачала головой.
— Пожалуй, я слишком плохо о нем думала. Ведь он вполне приличный
парень, верно?
— Лично я всегда так считала.
— Оно и видно. — Розали вздохнула. — Белла, я ведь и к тебе
была несправедлива. Эдвард не говорил тебе почему? Или решил, что это
слишком личное?
— Он сказал, это потому, что я человек. Сказал, что тебе тяжелее, когда
кто-то посторонний знает вашу тайну...
Мелодичный смех Розали прервал меня на полуслове.
— Вот теперь я действительно чувствую себя виноватой. Эдвард относится
ко мне гораздо лучше, чем я того заслуживаю. — Смеющаяся Розали
выглядела дружелюбнее, словно сняла маску, которую всегда надевала в моем
присутствии. — Ох, и врунишка же он!
— Эдвард мне соврал? — насторожилась я.
— Ну, не то чтобы соврал, но утаил часть правды. То, что он сказал
тебе, правда, причем сейчас даже правдивее, чем раньше. Хотя в то
время... — Розали запнулась и нервно хихикнула. — Стыдно
признаться. Видишь ли, поначалу я ревновала, потому что ему нужна была ты, а
не я.
От этих слов по спине пробежал холодок страха. В серебристом лунном свете
Розали выглядела просто красавицей. Куда уж мне до нее!
— Но ведь ты любишь Эмметта... — пробормотала я.
Розали помотала головой.
— Да нет, в этом смысле Эдвард меня никогда не интересовал. Эдварда я
люблю как брата, но с первого же момента нашего знакомства он меня
раздражал. Видишь ли... я так привыкла, что все обращают на меня внимание. А
Эдварда я нисколько не интересовала. Вначале меня это злило и обижало. Но он
никогда никем не интересовался, так что вскоре я успокоилась. Даже когда мы
встретились с семейством Тани в Денали — а там одни девчонки! — Эдвард
ни на кого не положил глаз. А потом он встретил тебя. — Розали
посмотрела на меня недоумевающим взглядом.
Я слушала вполуха, думая об Эдварде, Тане и всех ее девчонках, и невольно
стиснула зубы.
— Белла, я вовсе не хочу сказать, что ты некрасивая, — сказала
Розали, неверно истолковав мое выражение лица. — Я просто имела в виду,
что Эдвард считает тебя более привлекательной. А я так тщеславна, что меня
это задело.
— Но ты сказала
поначалу
. А теперь... то есть сейчас тебя это больше
не задевает? Ты ведь не хуже меня знаешь, что ты самая красивая на свете.
Я засмеялась: ведь это же абсолютно очевидно! Странно, что Розали требуются
подтверждения.
Розали улыбнулась:
— Спасибо, Белла. Нет, меня это больше не задевает. Эдвард всегда был
немного странный.
— Но ты же меня все равно не любишь, — прошептала я.
Ее улыбка погасла:
— Извини.
Мы помолчали, но похоже, Розали не собиралась ничего добавить.
— Может, скажешь почему? Я что-то не так сделала?..
А если Розали злится на меня за то, что я подвергаю опасности ее семью — и
Эмметта? Раз за разом. Сначала Джеймс, а теперь Виктория...
— Нет, ничего такого ты не сделала, — пробормотала она. —
Пока еще не сделала.
Я в недоумении уставилась на нее.
— Белла, ну как ты не понимаешь? — В голосе Розали вдруг зазвучало
больше страсти, чем тогда, когда она рассказывала свою историю с
несчастливым концом. — У тебя уже есть все! У тебя впереди целая жизнь
— все, чего я хотела бы. А ты собираешься от этого отказаться. Неужели ты не
видишь, что я бы отдала все на свете, чтобы поменяться с тобой местами? У
тебя есть выбор, которого не было у меня, а ты выбираешь не то, что надо!
Я растерялась.
Розали посмотрела на меня долгим взглядом, и потихоньку огонь в ее глазах
погас. Она внезапно смешалась.
— Ну вот, а я была так уверена, что мне удастся сохранить
спокойствие. — Розали покачала головой. — Просто сейчас это
сложнее, чем тогда, когда мною двигало только тщеславие.
Она замолчала, не сводя глаз с луны. Я не сразу решилась прервать молчание.
— Ты бы лучше относилась ко мне, если бы я решила остаться человеком?
Розали посмотрела на меня, слегка улыбаясь.
— Может быть.
— Но ведь у тебя все же получился достаточно счастливый конец, —
напомнила я. — Ты нашла Эмметта.
— Я получила половину. — Она усмехнулась. — Ты ведь знаешь, я
спасла Эмметта из лап медведя, который его чуть не задрал, и принесла домой,
к Карлайлу. А как ты думаешь, почему я не дала медведю съесть Эмметта?
Я пожала плечами.
— У него такие темные кудри... и на щеках ямочки, их было видно даже на
искаженном от боли лице... странное выражение невинности, неуместное для
взрослого мужчины... Он напомнил мне маленького Генри, сына Веры. Я не
хотела, чтобы он умер — не хотела этого так сильно, что эгоистично попросила
Карлайла изменить Эмметта для меня, хотя и ненавижу такую жизнь. Мне повезло
больше, чем я того заслуживала. Именно о таком мужчине я бы и попросила,
если бы знала, о чем просить. Эмметт как раз тот, кто мне нужен. И, как ни
странно, я ему тоже нужна. Здесь все получилось лучше, чем я могла бы
надеяться. Но у нас никогда не будет прибавления в семействе. Я никогда не
буду сидеть на крылечке рядом с поседевшим Эмметтом в окружении наших
внуков.
Ее улыбка потеплела.
— Тебе это странно слышать, правда? В некоторых отношениях ты человек
более зрелый, чем я была в свои восемнадцать. А вот кое в чем другом... есть
многое, о чем ты вряд ли серьезно задумывалась. Ты слишком молода, чтобы
знать, чего захочешь через десять или пятнадцать лет. И слишком молода,
чтобы отказаться от всего этого, не подумав как следует. Белла, с такими
серьезными решениями не стоит торопиться.
Розали потрепала меня по голове, однако этот жест не показался мне
снисходительным.
Я вздохнула.
— Просто поразмысли над этим немного. Если это произойдет, назад ничего
не вернешь. Для Эсми детей заменили мы... А Элис ничего не помнит о своей
человеческой жизни, поэтому не может по ней тосковать... А вот ты будешь
помнить. Ты слишком от многого отказываешься.
И еще больше получаю взамен
, — подумала я, но вслух ничего не
сказала.
— Спасибо, Розали. Мне приятно, что я лучше понимаю... лучше знаю тебя.
— Извини, что я так ужасно вела себя с тобой. — Розали
ухмыльнулась. — Постараюсь исправиться.
Я тоже ухмыльнулась.
Друзьями мы пока не стали, но я уверена, что Розали не всегда будет относиться ко мне с неприязнью.
— Ладно, теперь спи. — Сдерживая улыбку, Розали бросила взгляд на
кровать. — Я знаю, ты злишься за свой домашний арест, но не ругай
Эдварда слишком сильно, когда он вернется. Эдвард ужасно боится оставлять
тебя одну, потому что очень любит — ты даже не представляешь как. —
Розали встала и молча скользнула к дверям, словно привидение. —
Спокойной ночи, Белла, — прошептала она, закрывая за собой дверь.
— Спокойной ночи, Розали, — пробормотала я, опоздав на секунду.
После такого разговора я долго не могла уснуть.
А когда все-таки уснула, мне приснился кошмар. Я ползла по темным, холодным
камням мостовой на незнакомой улице, оставляя за собой кровавый след. Сверху
сыпал снежок. Призрачный ангел в длинной белой одежде неприязненно наблюдал
за мной.
На следующее утро Элис отвезла меня в школу. По дороге я мрачно смотрела в
окно, чувствуя себя невыспавшейся, что только усиливало раздражение,
вызванное насильственным лишением свободы.
— Сегодня вечером мы съездим в парк или еще куда-нибудь, —
пообещала Элис. — Здорово будет, правда?
— Лучше запри меня в подвале, — предложила я. — Какой смысл
сластить пилюлю?
Элис нахмурилась.
— Эдвард заберет
порше
обратно. Я не справилась с заданием:
предполагалось, что ты весело проведешь время.
— Ты не виновата, — пробормотала я. Надо же, виноватой себя
чувствовала я! — Увидимся за обедом.
Я потащилась на английский. Без Эдварда день наверняка будет невыносим.
Первый урок я просидела насупившись, прекрасно понимая, что веду себя глупо.
Когда зазвенел звонок, я неохотно встала. Майк уже стоял возле двери,
придерживая ее для меня.
— В эти выходные Эдварда не будет? — дружелюбно спросил он, когда
мы вышли под моросящий дождик.
— Не будет.
— Может, сходим куда-нибудь сегодня вечером?
Неужели Майк до сих пор на что-то надеется?
— Не могу. Я ночую у подружки, — проворчала я.
Майк бросил на меня странный взгляд, пытаясь понять мое настроение.
— У какой...
На стоянке позади нас раздался громкий рев. Все в изумлении уставились на
рычащий черный мотоцикл, который, взвизгнув шинами, затормозил возле
тротуара. Мотор продолжал рычать.
Джейкоб торопливо помахал мне рукой.
— Белла, бегом! — закричал он, перекрикивая рев мотора.
О чем это он? Я остановилась. Потом быстро глянула на Майка. В моем
распоряжении всего лишь несколько секунд.
На что готова пойти Элис, чтобы задержать меня при свидетелях?
— Скажи, что я заболела и ушла домой, ладно? — попросила я Майка
внезапно зазвеневшим голосом.
— Ладно, — пробормотал он.
Я торопливо чмокнула его в щеку.
— Спасибо, Майк! С меня причитается! — крикнула я уже на бегу.
Ухмыляющийся Джейкоб рванул стартер. Я запрыгнула на заднее сиденье, крепко
обхватив Джейка руками за пояс.
Краем глаза я заметила Элис: она застыла возле столовой, с горящими от
ярости глазами и оскаленными зубами.
Я бросила на нее умоляющий взгляд.
— Держись! — крикнул Джейк.
Я прижалась лицом к его спине, и мы полетели по шоссе. Я знала, что он
сбавит скорость, когда мы пересечем границу территории квилетов. Еще
немного. Лишь бы Элис не бросилась за мной вдогонку и лишь бы Чарли не
увидел нас ненароком...
Сразу стало ясно, что мы въехали в безопасную зону: мотоцикл пошел
медленнее, а Джейкоб выпрямился и захохотал во все горло. Я открыла глаза.
— Прорвались! — закричал он. — Неплохой побег из тюрьмы я
тебе устроил, а?
— Гениальная идея, — согласилась я.
— Я вспомнил, как ты говорила, что ясновидящая пиявка не может
предсказать мои действия. Хорошо, что тебе это в голову не пришло, а то бы
она не пустила тебя в школу.
— Именно поэтому я об этом даже и не думала.
Джейкоб торжествующе захохотал.
— Чем займемся сегодня?
— Неважно! — засмеялась я в ответ. Главное — я на свободе!
Глава восьмая
Злость В конце концов мы опять оказались на пляже и бесцельно побрели вдоль берега.
Джейкоб все еще очень гордился своей изобретательностью.
— Как ты думаешь, они пойдут тебя искать? — с надеждой
поинтересовался он.
— Нет, — уверенно заявила я. — Но сегодня вечером мне здорово
влетит.
Джейк подобрал камешек и швырнул его в воду.
— Тогда не возвращайся, — предложил он.
— Чарли этому очень обрадуется, — хмыкнула я.
— Думаю, возражать он не станет.
Я промолчала. Скорее всего, Джейк прав. Я скрипнула зубами: ужасно
несправедливо, что Чарли так явно предпочитает моих квилетских друзей.
Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что на самом деле мне приходится
выбирать между вампирами и оборотнями?
— Ну, какие тут у вас стряслись чрезвычайные происшествия? — без
всякой задней мысли поинтересовалась я.
Джейкоб встал как вкопанный и ошеломленно уставился на меня сверху вниз.
— Ты чего? — не поняла я. — Это же шутка.
— Шутка, говоришь... — Джейкоб отвел взгляд.
Я ждала, пока мы пойдем дальше, но Джейк, похоже, задумался.
— У вас действительно что-то стряслось? — спросила я.
Джейкоб хмыкнул.
— Я уже и забыл, каково это, когда никто не знает, что у тебя в голове.
Здесь все известно всем.
Несколько минут мы молча шли по пляжу.
— Так что случилось? — не выдержала я. — Что именно в твоей
голове стало известно всем?
Он помолчал, словно решая, что можно мне рассказать.
— С Квилом случился импринтинг, — со вздохом сообщил
Джейкоб. — Это уже третий случай. Все остальные забеспокоились: может,
это происходит чаще, чем говорится в легендах. — Он молча уставился мне
прямо в глаза, сосредоточенно нахмурившись.
— Что ты на меня так смотришь? — смущенно спросила я.
Джейк вздохнул.
— Так, ничего.
И снова пошел по пляжу. Естественным жестом, словно даже не замечая этого,
он взял меня за руку. Мы молча шли по усыпанному галькой берегу.
Интересно, как мы смотримся, идя по пляжу рука об руку — наверняка как
влюбленная парочка. Может, не стоит этого делать? Но ведь с Джейком мы
всегда так ходили... Чего уж теперь возмущаться.
— А почему импринтинг Квила вызвал такое волнение? — спросила я,
не дождавшись продолжения истории. — Потому что он самый молодой среди
вас?
— Да нет, причем здесь это.
— Тогда что?
— Так, еще одна штучка из легенд... Когда мы наконец перестанем
удивляться тому, что все легенды — чистая правда? — пробормотал он себе
под нос.
— Ты мне расскажешь, в чем дело? Или я должна сама догадаться?
— Сама ты в жизни не догадаешься. Ты ведь знаешь, что Квил у нас совсем
недавно. Поэтому он нечасто бывал у Эмили.
— Неужели он тоже на Эмили... — ахнула я.
— Да нет! Говорю же, ты сама ни за что не сообразишь. К Эмили приезжали
в гости две племянницы... и Квил познакомился с Клэр.
Джейкоб замолчал. Я на минутку задумалась.
— Эмили не хочет, чтобы ее племянница дружила с оборотнем? Это уже
просто ханжество с ее стороны, — сказала я.
Хотя именно Эмили могла бы к этому так отнестись. Я снова вспомнила длинные
шрамы, изуродовавшие ее лицо и протянувшиеся вниз по правой руке. Всего один
раз Сэм не сдержался, когда Эмили оказалась слишком близко. Один-
единственный раз... Я видела, с какой болью Сэм смотрел на то, что натворил.
Можно понять Эмили, которая хочет защитить свою племянницу.
— Да хватит тебе гадать! Дело вовсе не в этом. Эмили совсем не против
оборотня, просто, ну, рановато еще.
— В каком смысле
рановато
?
Джейкоб пристально посмотрел на меня прищуренными глазами.
— Только не торопись с выводами, ладно?
Я настороженно кивнула.
— Клэр всего два года, — сказал Джейкоб.
Пошел дождь. В лицо ударили капли, и я несколько раз моргнула.
Джейкоб молча ждал. Он, как обычно, был без куртки. Дождь оставлял темные
пятна на его черной футболке и капал на растрепанную шевелюру. Джейк
наблюдал за мной с непроницаемым выражением лица.
— Квил... влюбился... в двухлетнюю девочку? — наконец выдавила я.
— Такое случается, — пожал плечами Джейк. Наклонился, поднял еще
один камешек и швырнул его в залив. — Так говорят легенды.
— Но она же совсем ребенок!
Джейкоб посмотрел на меня с мрачным удивлением.
— А Квил не стареет, — напомнил он мне язвительным тоном. —
Ему всего лишь придется потерпеть пару десятков лет.
— Даже не знаю, что сказать...
Я изо всех сил пыталась не судить слишком строго, но, честно говоря, это
известие привело меня в ужас. До сих пор к оборотням у меня не было никаких
претензий — после того, как я убедилась, что напрасно подозревала их в
убийствах.
— Ты его осуждаешь, — сказал Джейкоб. — По лицу видно.
— Извини, — пробормотала я. — Просто в голове не
укладывается...
— Все совсем не так, как ты думаешь. — Джейкоб заступился за друга
с неожиданным пылом. — Я видел, каково это — его глазами. Ничего
романтического в этом нет — во всяком случае сейчас. — Джейкоб втянул в
себя воздух, пытаясь подобрать слова. — Это очень трудно объяснить.
Любовь с первого взгляда здесь ни при чем. Это больше похоже на... силу
тяготения. Когда ты видишь ее, вдруг оказывается, что тебя притягивает не
земля, а она. И в мире нет ничего важнее нее. И для нее ты сделаешь все на
свете, станешь кем угодно... Станешь тем, кто ей нужен: защитником,
любовником, другом, братом.
Квил будет самым заботливым старшим братом на свете и присмотрит за малышкой
лучше некуда. А когда она подрастет и ей понадобится друг, то Квил станет
самым понимающим, надежным и верным другом. А потом она повзрослеет, и они
будут счастливы, как Эмили и Сэм. — Когда Джейкоб произнес имя Сэма, в
его голосе внезапно прорезалась странная горечь.
— А разве Клэр не имеет права выбора?
— Конечно, имеет. Но почему бы ей не выбрать Квила? Он станет ее второй
половинкой. Словно был создан именно для нее.
Мы молча шли по пляжу. Я остановилась и бросила камешек в океан. Он упал на
берегу, не долетев до воды несколько метров. Джейкоб рассмеялся.
— Не всем же быть такими силачами, как некоторые, — пробормотала
я.
Он вздохнул.
— А как ты думаешь, когда это случится с тобой? — тихо спросила я.
— Никогда, — без колебаний ответил он.
— Но ведь это же не зависит от твоего желания, верно?
Джейкоб не ответил. Мы оба невольно замедлили шаг.
— Вообще-то, не зависит, — наконец признался он. — Однако
нужно сначала заметить ее — ту, которая предназначена для тебя.
— И ты думаешь, что если до сих пор ее не заметил, то никогда и не
встретишь? — недоверчиво спросила я. — Джейкоб, да ты почти ничего
не видел в жизни — я и то больше повидала.
— Это верно, — тихо ответил он. И пристально посмотрел на
меня. — Белла, я никогда не посмотрю ни на кого другого. Только на
тебя. Даже когда я закрываю глаза и пытаюсь представить себе что-то еще, то
вижу только тебя. Спроси у Квила и Эмбри. Их это сводит с ума.
Я опустила взгляд.
Мы остановились. Тишину нарушал лишь грохот прибоя, в котором т
...Закладка в соц.сетях
