Жанр: Любовные романы
Рай Том 1
...каждодневного грабежа. В прошлом
месяце охранники поймали продавца, который выплачивал деньги приятелям за
якобы возвращенные товары, а совсем недавно пришлось уволить менеджера по
покупке драгоценностей, поскольку тот, соблазнившись взятками, приобрел
низкосортный товар у трех различных поставщиков. Мередит всегда крайне
болезненно воспринимала каждый такой случай — ей казалось, что предали ее
лично.
Собравшись с духом, она остановилась у двери с табличкой
МАРК ВРЕДЕН,
НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА ОХРАНЫ И МЕРОПРИЯТИИ ПО ПРЕДОТВРАЩЕНИЮ ПОТЕРЬ
и вошла в
большую приемную, примыкавшую к кабинету Марка.
Две воровки, женщина лет двадцати пяти и еще одна, совсем старуха, сидели
под бдительным взором охранника на обтянутых винилом алюминиевых стульях,
расставленных у стены. Молодая женщина обреченно сгорбилась, обхватив себя
руками и не замечая, как по щекам ползут слезы. Она выглядела перепуганной,
несчастной и одинокой. Совсем другое зрелище представляла собой старушка,
казавшаяся по сравнению с соседкой воплощением элегантности: жизнерадостное
фарфоровое личико состарившейся куколки, красный с черным костюм от Шанель,
на коленях покоится дорогая кожаная сумка.
— Доброе утро, дорогая, — прочирикала она пронзительным голоском,
завидев Мередит.
— Прекрасное, миссис Фьоренца, — кивнула Мередит, стараясь не
показать гневного раздражения.
Конечно, она сразу же узнала престарелую даму. Муж Эгнис Фьоренца был не
только одним из самых уважаемых столпов общества и отцом сенатора штата, но
еще и членом совета директоров фирмы
Бенкрофт энд компания, что делало
сложившуюся ситуацию весьма деликатной, и объясняло причину внезапного
вызова Мередит.
— Как поживаете? — механически продолжала Мередит, не успев
опомниться.
— Я очень расстроена, Мередит. Пришлось высиживать здесь целых полчаса,
а я объясняла мистеру Бредену, что не могу задерживаться. Через час нужно
присутствовать на обеде в честь сенатора Фьоренца, а он будет ужасно
недоволен, если не увидит меня. После обеда придется ехать на собрание
Молодежной Лиги произносить речь. Не могли бы вы немного поторопить мистера
Бредена?
— Сейчас посмотрим, что можно сделать, — ответила Мередит,
стараясь говорить как можно спокойнее, и открыла дверь в кабинет Марка
Бредена. Марк, полусидя на столе, пил кофе и слушал доклад агента,
задержавшего воровку помоложе.
Привлекательный, хорошо сложенный сорокапятилетний мужчина с рыжеватыми
волосами и карими глазами, Бреден был специалистом по безопасности в
воздушных войсках и относился к работе в
Бенкрофт так же серьезно, как к
защите национальной безопасности. Мередит не только доверяла Марку, но
уважала и любила его, и это было очевидно даже по улыбке, с которой она
объявила:
— Я видела в приемной Эгнис Фьоренца. Просила передать, что из-за вас
она опоздает на важный обед.
Бреден с видом беспомощного омерзения махнул рукой.
— Мне приказано позволить вам самой разобраться со старой крысой.
— Что она стянула на этот раз?
— Кожаный ремень от Либера, сумку от Дживанши и вот это.
Он протянул Мередит пару огромных кричащих аляповатых серег из синего
хрусталя, похищенных скорее всего в отделе бижутерии и наверняка выглядевших
просто смехотворно на хрупкой старой даме.
— На какую сумму у нее здесь кредит? — осведомилась Мередит, имея
в виду счет, открытый в магазине несчастным мужем Эгнис и предназначенный
для покрытия стоимости вещей, украденных женой.
— Четыреста долларов. Этого не хватит.
— Я поговорю с ней, но сначала нельзя ли мне налить чашечку этого
восхитительного кофе?
По правде говоря, Мередит была сыта по горло тем, что старой негодяйке
постоянно потакают, а таких несчастных, как молодая женщина в приемной,
преследуют по всей строгости закона.
— Придется запретить швейцарам пускать миссис Фьоренца в
магазин, — решила она, зная, что этим наверняка навлечет на себя гнев
мужа Эгнис. — А что украла вторая?
— Детский комбинезон, варежки, пару свитеров. Она, конечно, все
отрицает, — объяснил Марк и, философски пожав плечами, вручил Мередит
чашку кофе. — Все записано на видеопленку. Общая цена похищенного —
около двухсот долларов.
Мередит кивнула, всей душой желая, чтобы измученная молодая мать признала
воровство, иначе им придется доказывать свою правоту и вызвать полицию,
чтобы предотвратить встречный иск за незаконное задержание.
— У нее есть судимости и приводы?
— Мой знакомый в полиции говорит, что нет.
— Но вы согласитесь не возбуждать дела, если она подпишет признание?
— Это еще к чему?
— Во-первых, процесс обойдется недешево. И во-вторых, я нахожу просто
омерзительным допустить, чтобы миссис Фьоренца и на этот раз все сошло с
рук, а эта бедняжка попала в тюрьму только за то, что украла одежду для
собственного ребенка.
— Давайте договоримся: вы запрещаете старому чучелу появляться в
магазине, а я отпускаю девчонку, при условии, конечно, что она признается в
воровстве. Заметано?
— Заметано, — обрадовалась Мередит.
— Приведите старушку, — велел охраннику Марк. Миссис Фьоренца
вплыла в комнату в облаке дорогих духов и с улыбкой на губах, хотя было ясно
видно, что ей не терпится покончить с неприятным делом и поскорее уйти.
— Господи, мистер Бреден, вы, кажется, сегодня не торопитесь.
— Миссис Фьоренца, — вмешалась Мередит, — вы постоянно
доставляете нам массу неприятностей, поскольку упорно берете вещи с
прилавков и уходите, не заплатив.
— Знаю, Мередит, знаю, иногда я поступаю нехорошо, но это еще не
значит, что со мной можно разговаривать в подобном тоне.
— Миссис Фьоренца! — продолжала Мередит сквозь зубы, в свою
очередь, раздраженная тем, что с ней обращались, как с дурно воспитанным
ребенком. — Людей сажают в тюрьму на много лет за кражу вещей, гораздо
менее ценных, чем эти. В приемной ждет женщина, укравшая теплые вещи для
своего ребенка, и ей грозит заключение. Но вы... вы берете безделушки, в
которых не нуждаетесь!
— Боже милостивый, Мередит! — с ужасом воскликнула миссис
Фьоренца. — Не думаешь же ты, что я взяла эти серьги для себя? Не
настолько я эгоистична! И тоже стараюсь делать людям добро!
Мередит, сбитая с толку, поколебалась:
— Вы хотите сказать, что жертвуете все, что крадете, на
благотворительность?
Кукольное лицо мгновенно приняло возмущенное выражение, очевидно, миссис
Фьоренца была шокирована.
— Иисусе! Да какой приличный фонд примет подобные серьги? Они просто
невыносимы! Нет, конечно, нет, я взяла их для своей горничной! У нее ужасный
вкус: эта чудовищная штучка ей понравилась бы. Хотя, думаю, ты должна
передать тем, кто закупает товары для магазина, что подобные украшения
отнюдь не служат укреплению репутации
Бенкрофт
. Конечно, у Голдбладта
подобные вещи допустимы, но здесь...
— Миссис Фьоренца, — перебила Мередит, игнорируя абсурдное
направление, которое приняла беседа, — в прошлом месяце я
предупреждала, что если вы опять попадетесь на воровстве, придется приказать
швейцарам не пускать вас в магазин.
— Вы это серьезно?
— Вполне.
— И теперь мне не позволят войти в
Бенкрофт
?
— Совершенно верно.
— Да это неслыханно!
— Мне очень жаль.
— Посмотрим, что на это скажет мой муж! — пригрозила она, но в
голосе звучали жалкие, испуганные нотки.
— Он услышит об этом, если вы предпочтете сами ему сказать, —
ответила Мередит, ощутив, что старушка скорее встревожена, чем раздражена.
Эгнис гордо вскинула голову, но с губ сорвалось лишь неуверенное бормотание:
— Ноги моей не будет в этом магазине! Стану покупать только у
И.
Мэгнина
. Уж они-то не опустились бы до того, чтобы выставить эти гнусные
серьги на прилавке!
Взяв со стола сумку, она пригладила седые волосы и шагнула к двери.
Прислонившись к стене, Мередит молча пила кофе. На душе было так мерзко,
словно она только сейчас ударила старую женщину по лицу. В конце концов муж
всегда платил за украденные Эгнис вещи, так что магазин ничего не терял,
конечно, в том случае, когда миссис Фьоренца ловили на месте преступления.
— Вы заметили, какой она выглядела жалкой и несчастной? — спросила
она Марка после некоторого раздумья.
— Нет.
— Вообще-то это для ее же пользы, — продолжала Мередит, удивляясь
странному выражению лица Марка. — Кто знает, может, наказав Эгнис, мы
дали ей хороший урок, и теперь она поостережется воровать, верно?
Вреден медленно расплылся в улыбке, словно услыхав забавный анекдот, и, не
отвечая, поднял трубку и нажал четыре кнопки.
— Дэн, — велел он охраннику с первого этажа, — миссис
Фьоренца сейчас спустится. Останови ее и потребуй вернуть ремень, который
лежит у нее в сумочке. Верно, — кивнул он, ухмыляясь потрясенной
Мередит, — тот самый, на краже которого ты один раз уже поймал ее. Она
только сейчас стащила его с моего стола.
Марк повесил трубку, и Мередит, немного придя в себя, посмотрела на часы.
Мысли ее уже были заняты предстоящим совещанием.
— Встретимся позже, на собрании. Ваш отчет готов?
— Да. Отдел неплохо поработал. Потери снизились в прошлом году на
восемь процентов.
— Потрясающе! — искренно похвалила Мередит. Сейчас, больше чем
всегда, ей было необходимо, чтобы никто не смог ей указать на недочеты в
работе. Кардиолог отца настаивал, чтобы тот либо сложил с себя обязанности
президента, либо удалился от дел не меньше чем на полгода. Филип решил взять
отпуск и вчера встречался с советом директоров, чтобы обсудить, кого
назначить исполняющим обязанности президента на время своего отсутствия.
Кроме этого, Мередит знала, что отчаянно хочет заменить отца на посту... и в
этом, впрочем, была не одинока. Четверо остальных исполнительных вице-
президентов испытывали то же желание. Но Мередит так упорно трудилась, чтобы
достичь цели. И хотя проработала в универмаге меньше всех, добилась
несомненных успехов благодаря железной решимости и неутомимому усердию.
Более того, в кресле президента с незапамятных времен сидели Бенкрофты, и
родись она мальчиком, пост и, о, президента автоматически перешел бы к ней.
Ее дед был моложе, когда взял на себя бразды правления, но он родился
мужчиной и не боялся совета директоров, от которого теперь зависело каждое
сколько-нибудь важное решение. В этом отчасти была вина Мередит. Именно она
сражалась и делала все, чтобы расширить сферу влияния
Бенкрофт энд
компания, но открытие филиалов в других городах требовало огромного
капитала, который можно было собрать, лишь впервые выставив на продажу
акции. Теперь каждый мог купить акции компании на бирже, и если раньше члены
совета были просто куклами, которых мог по своей воле выбрать или прогнать
отец Мередит, теперь же они отчитывались перед многочисленными держателями
акций. Более того, каждый директор сам владел достаточно большим пакетом
акций, что давало им еще большую власть. Правда, многие из них заседали в
совете с незапамятных времен и были приятелями и деловыми партнерами отца
или даже деда, так что с их стороны возражений не последовало бы.
Мередит необходимо было на эти шесть месяцев заменить отца, чтобы доказать
ему и совету директоров, что она вполне способна управлять такой большой
фирмой. Если бы только отец одобрил...
Но Филип с раздражающей ловкостью уходил от прямого ответа и не желал даже
сказать, когда совет объявит о своем решении.
Поставив чашку на стол Марка, Мередит взглянула на крохотный комбинезончик,
украденный молодой женщиной, и ощутила невероятную скорбь, всегда сжимавшую
сердце при воспоминании о крохотном комочке, которому так и не удалось
увидеть свет. Однако она давно приучилась скрывать свои чувства от коллег и
сейчас, безмятежно улыбнувшись, сказала:
— Я сама поговорю с девушкой. Как ее зовут? Марк ответил, и Мередит
вышла в приемную.
— Миссис Джордан, — обратилась она к бледной женщине, — я
Мередит Бенкрофт.
— Я видела ваше фото в газетах и знаю, кто вы, — бросила Сандра Джордан. — Ну и что?
— Должна сказать, что если вы будете продолжать отрицать, что украли
вещи, нам придется вызвать полицию.
Женщина одарила ее таким враждебным взглядом, что Мередит вполне могла бы
забыть о милосердии и доброте и отдать воровку в руки закона, если бы не
видела, какие именно вещи украла Сандра, и не заметила полные слез глаза.
— Попытайтесь выслушать меня внимательно, миссис Джордан, потому что я
говорю вам это исключительно из сочувствия. Примите мой совет, или пожалеете
о последствиях. Если по-прежнему будете упорствовать и мы не примем
соответствующих мер, вы можете подать на нас в суд за незаконное задержание
и ложные обвинения. Магазин не имеет права идти на подобный риск, и поэтому,
если вы не сознаетесь, мы будем вынуждены начать судебный процесс. Кроме
того, у нас есть видеоленты, доказывающие вашу вину, так что вам придется
отправиться в тюрьму за воровство. Мы можем представить эти видеозаписи
суду, и учтите, каждый предмет одежды был сфотографирован камерой, скрытой в
потолке. Суд получит все доказательства вашей вины. Надеюсь, вам понятно?
Мередит остановилась и уставилась на окаменевшее лицо молодой женщины, не
понимая, доходит ли до той смысл сказанного.
— И я должна поверить, будто вы отпускаете всех магазинных воров, как
только они подпишут признание? — с сомнением спросила Сандра.
— А вы магазинная воровка, миссис Джордан? Именно такая вы и есть,
обычная, закоренелая магазинная воровка?
И прежде чем женщина успела что-то возразить, Мередит, уже гораздо мягче,
пояснила:
— Видите ли, женщины-воровки ваших лет обычно крадут одежду для себя
или духи и драгоценности. Вы же взяли теплую детскую одежду. У вас нет ни
судимостей, ни приводов. Предпочитаю думать о вас как о матери, совершившей
проступок из отчаяния, потому что нужно было во что бы то ни стало согреть
ребенка.
Молодая женщина, очевидно, куда более привычная к враждебной неприязни, чем
к сочувствию, казалось, потеряла всякое самообладание. Слезы снова хлынули
из глаз и полились по лицу солеными струями:
— По телевизору говорили, что не нужно ничего признавать без
присутствия адвоката.
— У вас есть адвокат?
— Нет.
— Но если вы не собираетесь признаваться, что украли эти вещи, вам
потребуется адвокат. Сандра судорожно сглотнула:
— Но прежде чем я признаюсь... не дадите ли мне письменное заверение в
том, что не натравите на меня полицию?
Такое Мередит предлагали впервые, но она не могла пойти на это без
предварительной консультации с адвокатами. Если подобная справка будет
расценена как попытка подкупа, это может привести к большим неприятностям.
Она покачала головой:
— Вы излишне все усложняете, миссис Джордан. Молодая мать задрожала от
страха и сомнений, и, прерывисто вздохнув, спросила:
— Но вы дадите мне слово не сообщать в полицию, если я во всем
признаюсь?
— Клянусь, — тихо ответила Мередит. Несколько долгих минут женщина
пристально смотрела в ее лицо.
— А вам можно верить?
— Да, — кивнула Мередит со смягчившимся лицом. Нерешительное
молчание, неуверенный взгляд... и наконец кивок, означавший победу Мередит.
— Ладно... признаю... я украла все эти вещи. Оглянувшись на Марка
Бредена, который, потихоньку открыв дверь, наблюдал за происходящим, Мередит
объяснила:
— Миссис Джордан признает, что взяла одежду.
— Превосходно, — бесстрастно ответил Марк, протягивая письменное
признание, которое должна была подписать Сандра.
— Вы не сказали, — обратилась она к Мередит, — что я должна
что-то подписывать.
— Только после этого вы можете уйти, — спокойно заверила Мередит и
должна была вытерпеть еще один долгий испытующий взгляд Сандры. Женщина
дрожащими руками подписала признание и сунула его Марку.
— Теперь можете уйти, миссис Джордан, — сказал он.
Сандра, вглядевшаяся так, словно вот-вот свалится без сознания, схватилась
за спинку стула, не сводя глаз с Мередит:
— Спасибо, мисс Бенкрофт.
— Пожалуйста, — кивнула Мередит, уже направляясь в отдел игрушек,
но Сандра поспешила догнать ее.
— Мисс Бенкрофт! — выпалила она. — Я смотрела... видела вас
по телевизору несколько раз на балах, в дорогих ресторанах... в мехах и
вечерних платьях... и хотела сказать, что в жизни вы куда красивее.
— Спасибо, — пробормотала Мередит, смущенно улыбнувшись.
— И... я хотела, чтобы вы знали... я раньше никогда и нитки чужой не
взяла, — добавила Сандра, умоляя глазами поверить ей. — Вот
посмотрите.
Сандра нашла в сумочке бумажник и вытащила оттуда снимок. С фотографии на
Мередит смотрело крохотное личико с огромными голубыми глазами и
очаровательной беззубой улыбкой.
— Это моя Дженни, — нежно объяснила она. — Она здорово
заболела на прошлой неделе. Доктор сказал, нужно держать ее в тепле, но мне
нечем заплатить за электричество.
На глазах снова выступили слезы, и Сандра яростно заморгала.
— Отец Дженни бросил нас, когда я забеременела, но я не жалуюсь, потому
что я и Дженни... мы есть друг у друга, а больше нам ничего не надо. Но я не
перенесу, если... если потеряю мою Дженни.
Она открыла рот, словно хотела сказать что-то еще, но резко повернулась на
каблуках и убежала. Мередит смотрела вслед Сандре, мчавшейся мимо прилавков,
заполненных десятками плюшевых мишек, но перед глазами стояла забавная
девчушка с маленьким розовым бантиком в волосах и ангельской улыбкой на
лице.
Несколько минут спустя Сандру Джордан остановил охранник у самой входной
двери.
— Сейчас спустится мистер Вреден. Попрошу вас подождать его.
Сандру начало неудержимо трясти при ужасном осознании того, что ее так легко
заманили в ловушку, заставив подписать признание, и теперь, конечно, сдадут
в полицию. Она была настолько уверена в этом, что когда Бреден подошел к ней
с большим пакетом, где лежали украденные ею детские вещи и большой мишка, к
которому она даже не притрагивалась, Сандра не смогла сдержаться.
— Вы лгали! — вскрикнула она, но Бреден протянул пакет.
— Эти вещи вы можете взять с собой, миссис Джордан, — перебил он,
безразлично улыбаясь, как человек, выполняющий приказ начальства.
Вне себя от благодарности, потрясенная Сандра взяла пакет с вещами для
Дженни и игрушкой и судорожно прижала к груди.
— Счастливого Рождества желает вам Бенкрофт энд компани
, —
бесстрастно добавил он, но Сандра поняла, что магазин тут ни при чем, да и
Марк тоже.
Подняв глаза вверх, она сквозь пелену слез, застлавшую глаза, попыталась
взглядом отыскать прелестную девушку, смотревшую на фото Дженни с такой
трогательной нежностью. Наконец Сандре показалось, что она увидела Мередит
Бенкрофт в белом меховом пальто и с улыбкой на губах, хотя она не была в
этом уверена — соленые струн лились по лицу, падали на старенькую куртку.
— Передайте ей, — задыхаясь, пробормотала она Бредену, —
спасибо от меня и Дженни. От всей души.
Глава 15
Кабинеты старших администраторов находились на четырнадцатом этаже, по обеим
сторонам от длинного, широкого, застланного ковром коридора, расходившегося
в противоположных направлениях от круглой приемной, на стенах которых висели
портреты президентов в позолоченных рамах. Для посетителей стояли кресла и
диваны в стиле королевы Анны. Слева от стола секретарши находились кабинет и
личный конференц-зал, по традиции принадлежавшие президенту Бенкрофт
.
Вправо шли кабинеты администраторов, разделенные перегородками из резного
красного дерева.
Мередит вышла из лифта и взглянула на портрет Джеймса Бенкрофта, основателя
компании, ее троюродного прадеда.
Добрый день, прадедушка , — сказала она про себя. Мередит
здоровалась с портретом с тех пор, как увидела впервые, и хотя понимала, что
это глупо, все же было в этом мужчине с густыми светлыми волосами,
окладистой бородой и крахмальным воротничком нечто, вызывающее в ней
симпатию. Глаза. Несмотря на величественную позу, в этих ярко-синих глазах
светились отвага и лукавство.
И он был не только отважен, но еще и изобретателен. В 1891 году Джеймс
Бенкрофт решил, вопреки традиции, брать одинаковые деньги со всех
покупателей. До сих пор местные жители всегда платили меньше чужаков,
независимо от того, пришли они в жалкую лавчонку или
Бенкрофт энд компани
. Однако Джеймс Бенкрофт не побоялся вывесить в витрине магазина
объявление:
ОДНА ЦЕНА ДЛЯ ВСЕХ И КАЖДОГО!
Некоторое время спустя его примеру последовал Джеймс Кэш Пенни, владелец
другого магазина, в Вайоминге, и все стали считать, что именно он первым
поломал старый обычай. Но Мередит из дневника прадеда знала, что первенство
по праву принадлежит Джеймсу.
Мередит шла мимо портретов остальных предков, едва удостаивая их взглядом.
Ее мысли уже были заняты предстоящим еженедельным совещанием
администраторов.
В конференц-зале стояла необычная тишина, а напряженность в атмосфере была
почти ощутимой. Все, как и Мередит, надеялись, что Филип Бенкрофт хотя бы
намекнет, кто выбран временным заместителем.
Скользнув в кресло на краю длинного стола, Мередит приветственно кивнула
девятерым мужчинам и одной женщине — старшим администраторам компании.
Иерархия фирмы была несложной и весьма эффективной. Кроме главного
бухгалтера, начальника финансового отдела и главного юриста, возглавлявшего
юридический отдел, существовало еще пять вице-президентов, ответственных за
закупки товаров как главным универмагом, так и всеми его филиалами. Каждый,
кроме того, отвечал за продажу определенного ассортимента, и хотя им
подчинялись начальники отделов, а перед теми, в свою очередь, отчитывались
продавцы и закупщики, ответственность за успех или неудачу в
подведомственных подразделениях целиком ложилась на их плечи.
Еще двое вице-президентов делали все возможное, чтобы обеспечить продажу —
один отвечал за рекламу, а его люди планировали все кампании до распродаже и
покупали рекламное время на радио, телевидении и в прессе. Последний вице-
президент занимался делами, связанными с художественным оформлением, —
именно в его отделении работала Лайза Понтини.
Должность Мередит как старшего вице-президента по торговым операциям
возлагала на нее ответственность за все, что относилось к работе магазинов
от охраны и работы с персоналом до расширения сферы действия и дальнейшего
планирования в этой области, и именно в этом нашла она свое призвание. Кроме
пяти новых филиалов, открывшихся под ее руководством, были выбраны участки
для пяти новых магазинов, а на двух уже начались строительные работы.
Единственная женщина, кроме нее, за этим столом руководила отделом
перспективных закупок — ее обязанностью было прогнозировать тенденции в
модах и стилях и выдавать рекомендации менеджерам по закупкам. Тереза Бишоп,
занимавшая эту должность, сидела напротив Мередит, о чем-то тихо беседуя с
главным бухгалтером.
— Доброе утро! — громко и деловито поздоровался Филип, входя в
комнату и занимая место во главе стола.
Следующие слова повергли присутствующих в состояние нервного ожидания:
— Если хотите знать, пришли ли мы к какому-нибудь решению относительно
того, кто будет исполнять обязанности президента, скажу прямо, что ничего
еще не известно. В свое время вы обо всем узнаете. Ну а теперь, когда с этой
темой покончено, перейдем к текущим делам. Тед... — Взгляд суженных глаз
обратился к Теду Ротману, вице-президенту, занимавшемуся покупкой косметики,
белья, обуви и пальто. — Согласно вчерашним отчетам, продажа пальто в
наших магазинах снизилась на одиннадцать процентов по сравнению с этой же
неделей прошлого года. В чем дело?
— Видите ли, Филип, —
...Закладка в соц.сетях
