Жанр: Любовные романы
Большие девочки не плачут
...подружка. — Надеюсь, вы не упадете в обморок? В Рок-Крик всего одна
машина
скорой помощи
. Как вам известно, в данный момент она занята.
Доктор, вашей ассистентке нехорошо.
— Я администратор, а не ассистентка, — тут же отреагировала
Лина. — Ассистент ветеринара — Минди. А я просто...
Просто сошла с ума? Краем глаза она заметила движение крыльев, а через
мгновение почувствовала, как на голову что-то приземлилось.
— А я... у меня... кажется, птица на голове.
— О, простите! — К конторке спешил человек средних лет с заметно
редеющими волосами. — Твитипай, скорее иди к папочке!
— Птицам запрещается покидать клетки. — Лина показала на
объявление, которое собственноручно повесила утром.
— Я всего лишь пытался успокоить Твитипай после неожиданной поспешной
эвакуации, — пояснил хозяин. — Она на редкость умный и тонко
чувствующий попугай.
На шее появилось что-то влажное. Так, все ясно. Попугайские испражнения.
Черт возьми! Лина не слишком деликатно схватила невоспитанную Твитипай и
поспешно сунула в руки хозяину.
Что же, вот такой поворот судьбы. От успешной модели к птичьему помету.
Теперь она заменила собой бумагу на полу клетки. Наверное, это уж слишком.
— Ну что, собралась увольняться? — Коул смотрел на Лину так,
словно уже списал ее со счетов.
— Не нарывайся! — коротко, но угрожающе рявкнула Лина.
— Вот, милая, возьмите. — Пуделихина подружка протянула влажную
салфетку. Однако прежде чем Лина успела применить гигиеническое средство по
назначению, дверь приемной резко распахнулась и показалась запыхавшаяся Сью
Эллен. О Господи! Неужели в это заведение никто не входит нормально, по-
человечески? Да и вообще, остались ли в городе нормальные люди? Если да, то
надо будет хорошенько поискать.
— Говорят, Джулия едва не родила прямо здесь? — Сью Эллен смерила
сестру осуждающим взглядом. — Почему ты мне не позвонила?
— Потому что позвонила в службу спасения.
— А надо было мне.
— С какой стати? Ты же не акушерка, не повитуха.
— Могла бы стать, если бы не предпочла торговлю недвижимостью.
— И это при том, что ты от одного лишь вида крови падаешь в обморок.
— И ты тоже, — с готовностью парировала Сью Эллен. — Кстати,
что это у тебя на шее?
— Попугайкины какашки.
— Фу, какая гадость! А ведь после обеда тебя ждет фотосессия, так что
постарайся выглядеть прилично. Пожалуйста, не смотри на меня пустым
взглядом, будто не понимаешь, о чем речь! Я же предупреждала еще вчера
вечером. В обмен на проживание в образцовом передвижном доме тебе надо будет
позировать для рекламного плаката парка
Ридженси
.
— Что, прямо сегодня?
— Стоит ли откладывать на завтра то, что можно сделать...
Что правда, то правда. Каких только происшествий сегодня уже не случилось. А
ведь день еще даже не добрался до середины.
— Я сегодня работаю.
— Коул непременно отпустит тебя пораньше. Правда, Коул? — Сью
Эллен невинно похлопала голубыми кукольными глазами.
— Нет, золотко, не отпущу.
Так. Значит, он называл золотком всех женщин подряд. Оскорбительное,
унизительное обращение, но в то же время странным образом обволакивающее,
обтекающее, словно расплавленный темный шоколад. Особенно в исполнении чувственно-
хрипловатого голоса и в сопровождении декадентской улыбки.
Как хорошо, что лично у Лины выработался твердый иммунитет к подобным
выходкам.
Абсолютный, непогрешимый иммунитет.
Джинсовый парень ничуть ее не волновал, ни капли не трогал.
А странная дрожь внутри — конечно, результат нервного напряжения, а вовсе не
ответ на соблазнительные манеры Коула или, прости Господи, на симпатичную
задницу.
Доказать душевную стойкость могло лишь длительное непринужденное общение с
опасным объектом.
— Я останусь здесь и продолжу работу, — твердо заявила
Лина. — А фотосессию вполне можно перенести.
— Вот уж не ожидал, что придется соперничать за твое время с
фотографами, — заметил Коул, едва Сью Эллен покинула приемную — так же
возбужденно, как и появилась.
— Речь идет всего лишь об одном снимке.
— Подобное уже доводилось слышать.
— Скорее всего, ты сам говорил так какой-нибудь бедной девушке,
разбивая надежды на постоянство. — Ох, как неловко! — Прости.
Забудь, что я произнесла эту глупость.
— Ни за что. Крайне заинтригован пристальным вниманием к моим
отношениями дамами. Можно сказать, одержимостью.
— Никакой одержимости.
— Тогда как же расценивать последний комментарий?
— Исключительно как результат неучтивого поведения попугая. — Лина
схватила еще несколько салфеток и принялась оттирать шею. Ах, до чего же
хотелось в душ! В горячий! С мылом и мочалкой!
— Сомневаюсь, что невоспитанностью птички можно объяснить
безапелляционность.
— Перестань приклеивать ярлыки.
— И к тому же стремление командовать.
— Ну ладно, признаюсь: порой действительно грешу оттенком властности в
манерах. Но вот насчет безапелляционности ни за что не соглашусь.
— Эди пожаловалась на твою грубость.
— Да эту наглую миссис Дабронович надо отхлестать, как провинившуюся
лошадь! Нет, лошадей хлестать нехорошо, некрасиво и несправедливо. А потому
следует сказать иначе: неплохо бы этой особе подальше прогуляться по
короткому пирсу. — Старую поговорку часто повторяла мама, но ничего
более оригинального в голову не приходило.
— И чем же бедняга так не угодила?
— Говорит дочери, что та толстая!
Ответ явно озадачил.
— Всего-то? Но это еще не преступление.
— Что именно? Быть толстой или обвинять в этом собственного ребенка?
— И то и другое. Слушай, пациенты ждут. Сделай милость, постарайся
больше никому не грубить, ладно?
— Так точно, начальник.
— Да, здесь я действительно начальник. Попрошу об этом не забывать.
Забыть этого человека и без предупреждений было бы нелегко, даже если бы
очень захотелось.
— Забавный выдался денек? — поинтересовался шериф Натан Торнтон,
лучший друг Коула. Вечером, после работы, приятели встретились в
Таверне
Ника
.
Коул кивнул:
— Да. Говорят,
Уайт сокс
сегодня выиграли. Так что на твоей стороне
все основания для торжества.
— Торжествую. — Натан с удовольствием пригубил любимое пиво
Хайнекен
. — Однако я имел в виду другое: Джулия ведь едва не родила
прямо у тебя в приемной.
— Да уж, скучать действительно не пришлось.
— Слышал, у тебя новый администратор. Кто она?
— Учитывая должность шерифа и широкий кругозор, логично предположить, что ты уже и сам знаешь.
— Эй, парень! На эти снобистские штучки меня не возьмешь, — не
сдавался Натан. — Впрочем, действительно кое-что знаю. Это та самая
особа, которая била тебя в школе.
— Прекрати! — Замечание обидело Натана, хотя Коул прекрасно
понимал, что приятель намеренно дразнит его. — Я был всего лишь глупым
мальчишкой.
— Ну так расскажи о ней. Говорят, работала моделью в Чикаго. Если это
не сплетни, то какого черта она делает в твоей клинике?
— Работает администратором.
— Нечего сказать, чрезвычайно логичный карьерный ход.
— Если честно, Лина особенно не распространялась насчет причины
возвращения. Кажется, арендовала передвижной дом рядом с сестрой. На
условиях какого-то бартера.
— И что же может означать таинственный бартер? — с подозрением
уточнил Натан.
— Наверняка не то, о чем ты подумал.
— А откуда тебе известно, о чем именно я подумал?
— Для меня твои мысли — открытая книга, — гордо заявил Коул.
— Неужели?
— Конечно.
— Раз так, поведай, о, всемогущий! О чем я думаю сейчас?
— О том, что злишься. А еще о том, что хочешь снова помериться силами в
армрестлинге, но боишься в очередной раз проиграть.
— Это не мои мысли, а твои мечты. Запомни мужское правило номер четыре:
никогда не принимай бой, который не способен выиграть. Но давай лучше
поговорим о Лине. Что скрывается под бартером?
— Она согласилась сняться для рекламы парка передвижных домов.
— Когда-то это место называлось стоянкой для трейлеров.
— Теперь политкорректность требует иного названия. — Коул глотнул
Будвайзер
прямо из бутылки; — Как бы там ни было, а сегодня днем в клинику
влетела Сью Эллен и принялась лопотать что-то насчет рекламы и фотосессии.
Что тебе известно о владельце этого парка?
— Только то, что много лет его не было в городе. Недавно вернулся. Какой-
то клоун по имени Барт Чамли.
— То есть дурак?
— Нет, действительно бывший цирковой клоун. Почти тридцать лет
разъезжал по стране с труппой
Барнум и Бейли
. Во всяком случае, так
говорят. Сам я пока его не видел.
— Странно. Обычно клоуны быстро находят себе подобных.
Натан швырнул в ехидного приятеля пригоршню арахисовых скорлупок.
— Ужасно смешно. И все-таки с какой стати ты принял Лину на работу?
— А что, ты заметил перед моей дверью очередь из нетерпеливых
соискателей?
— Что поделаешь, репутация...
— И что же это за репутация, если не секрет?
— Репутация покорителя дамских сердец.
Натан произнес фразу с удовольствием, манерно растягивая слова: да-а-амских.
— Ну конечно! Ты ничем не лучше кривляк из
Субботнего вечера
. Честно
говоря, просто удивительно, что Скай до сих пор тебя не выгнала.
— Да пару раз собиралась.
— И что же ее остановило? Наверняка не твое неотразимое мужское
обаяние. Ведь это мой козырь, — добавил Коул, скромно потупив взгляд.
— Заметь, я говорил о репутации, а не о том, что так оно и есть на
самом деле. Вот потому-то и не обращаюсь к тебе за советом относительно
Скай.
— Можно подумать, если бы я дал тебе добрый совет, ты принял бы его к
сведению.
Натан пожал плечами:
— Почему бы и нет? Все возможно.
— Даже то, что на Рок-Крик упадет метеор?
— Что ж, надо признать, что метеор мог бы сослужить неплохую службу.
Очистил бы некоторые районы. — Натан посмотрел по сторонам: бар явно
знавал лучшие времена. — Лишь бы не свалился на театр
Тиволи
, Скай
совсем недавно сделала там ремонт. И все же вернемся к молодой леди по имени
Лина. Ты до сих пор не ответил на вопрос: что между вами?
— Между нами ровным счетом ничего. Принял ее на работу, на вакантную
должность администратора. Вот и все. С какой стати ты вдруг так
заинтересовался?
Натан пожал плечами:
— Ты же донимал меня вопросами о личной жизни, вот я и решил отплатить
тем же. Ведь так приятно видеть на твоей физиономии кислое выражение! —
Натан достал из кармана вибрирующий сотовый и посмотрел на освещенный
экран. — Это Люк, — сообщил он и нажал клавишу ответа. — Эй,
приятель! Говорят, твоя жена едва не родила в приемной Коула. Немножко не
тот доктор, парень! Вряд ли тебе понравилось бы, если бы вдруг первенца
принял ветеринар.
Коул слушал разговор Натана, ни на секунду не переставая думать о Лине. В
чем же, черт возьми, заключается ее история? Вчерашний поцелуй был,
разумеется, всего лишь шуткой. Но шутка почему-то зацепила и не отпускала.
Коул обладал богатым и разнообразным опытом поцелуев. И вполне мог считать
себя искусным мастером; во всяком случае, его не раз хвалили участницы
процесса.
Но Лина отличалась от других женщин. А чтобы понять, чем именно, нужно было
снова ее поцеловать.
— Джулия родила дочку, — радостно сообщил Натан. — И назвала
Джейн Энн в честь любимой писательницы, автора сентиментальных романов.
Джулия работала в библиотеке соседнего городка
Сиринити-Фоллз
.
— Похоже, библиотекарша слегка не в себе, — заметил Коул.
— Люк тоже так считает. Зато очень гордится собой. Обе девочки
чувствуют себя хорошо.
— Рад слышать.
— Что ж, раз не хочешь говорить о Лине, расскажи о ремонте. Как идут
дела?
— Зачем? Хочешь помочь? — усмехнулся Коул. — У меня как раз
есть лишний пояс для инструментов.
— Нет-нет, спасибо. Думаю, пока он мне не понадобится.
— Соглашайся! Готов исправно поставлять холодное пиво.
Натан с сожалением покачал головой:
— Прости, но Скай уже составила для меня список неотложных дел.
— Все еще пытается переоборудовать офис шерифа по законам восточной
мудрости?
— Нет. По-моему, в последнее время она разочаровалась в китайской
философии.
— Надеешься когда-нибудь переехать из квартиры над театром в настоящий
дом с настоящим двором и садом?
— Если это и произойдет, то дом действительно будет настоящим, а не
рассыпающимся от ветхости, как твой.
— Видишь ли, когда я выкупил практику у кузена отца за солидные деньга,
эта падающая башня входила в комплект.
— Дом пустовал почти десять лет. Это обстоятельство о многом говорит.
— Ремонт бодрит.
— Если не наоборот. Все зависит от настроения и перспективы.
— Меня сложно выбить из колеи, — заверил Коул.
— Это точно. Упрямый парень. Настойчивый. И уверенный в собственных
силах.
— На сто процентов.
— К тому же неспособный пройти мимо бродячей собаки или кошки. Скольких
ты уже приютил?
— Не твое дело.
— Так, может быть, и Лина из той же серии? Принял неудачницу под
крылышко?
— Тебя еще никто не называл дерьмом?
— Еще как называли! И не раз. Но это вовсе не означает, что в моих
словах нет доли правды.
— Заткнись и пей свой любимый
Хайнекен
, — посоветовал Коул.
— За версту видно ярого поклонника фирмы
Будвайзер
.
— Вот в этом ты прав.
Коулу не хотелось признавать, что Натан прав и еще кое в чем. Лина вовсе не
была неудачницей. Она была красивой женщиной — с притягательными формами,
живым умом и острым язычком. А совсем недавно стала его сотрудницей и
подчиненной, о чем не следовало забывать. А вот о стремительном поцелуе,
который так хотелось повторить, следовало забыть как можно скорее.
Глава 4
Лина вошла в пиццерию Анджело томимая горькими сожалениями: конечно, от
приглашения Сью Эллен пообедать вместе надо было решительно отказаться. Вообще-
то она пыталась найти какие-то бледные отговорки, но сестра не пожелала
ничего слушать.
И кто-то еще смеет обвинять меня в стремлении командовать! Ха!
— подумала
Лина.
После насыщенного бурными событиями дня хотелось лишь покоя и тишины. Увы,
оба состояния нельзя было назвать характерными для Сью Эллен. И, как
выяснилось, они не были свойственны и ее лучшей подруге Скай Райт.
Лина вовсе не сгорала от желания познакомиться с эксцентричной сестрой той
экстравагантной особы, которая утром едва не родила в приемной ветеринарной
клиники. Скай переехала в Рок-Крик чуть больше года назад, но Сью Эллен вела
себя так, словно они были давними и самыми близкими на свете подругами — по
крайней мере с раннего детства.
Удивляться не стоило: Сью Эллен все и всегда доводила до крайности, до
абсурда.
Вернувшись в арендованный передвижной дом, Лина первым делом залезла в душ.
В холодный. Горячая вода по-прежнему отсутствовала, однако настоятельно
требовалось смыть следы попугайской непосредственности.
Джинсы, которые были на Лине, стоили больше недельной зарплаты звериного
администратора. А ультрамодный топ в стиле ампир еще несколько месяцев назад
не выглядел экстравагантным излишеством. Сейчас все изменилось: деньги
оказались бы предпочтительнее.
А еще очень хотелось развернуться и выйти из ресторана. Увы, было уже
слишком поздно.
— Наконец-то! — Сью Эллен резво подскочила и обняла сестру с таким
искренним пылом, словно не видела по крайней мере десятилетие. — Мы
тебя ждали. И уже заказали пиццу.
Лина беспомощно трепыхалась в достойных удава объятиях.
— Я... не могу дышать!.. Отпусти! — с трудом пробормотала она.
— Прости. — Сью Эллен сделала шаг назад и изобразила сожаление на
грани раскаяния. — Все еще не отвыкла обниматься. Лина, познакомься,
пожалуйста, с моей подругой Скай.
От рыжеволосой женщины в отчаянно яркой футболке исходили почти физически ощутимые волны недоверия.
— Должно быть, ты очень гордишься сестрой, — заметила Скай.
— О, разумеется! — просияла Сью Эллен.
— Я хотела сказать, что Лина должна гордиться тобой.
— Что-что? — растерянно заморгала Сью Эллен.
Лина готова была сделать то же самое, но не захотела показывать, что не
понимает, о чем именно говорит Скай. Чувствовать себя дурочкой ужасно
противно, а в присутствии этой особы неприятное ощущение некоторой
неполноценности возникло с самого начала.
— Я имела в виду, что Лина должна гордиться твоими успехами здесь, в
Рок-Крик, — пояснила Скай.
— Ну, знаешь! Мои скромные достижения не идут ни в какое сравнение с ее
блестящей карьерой! — почти возмущенно воскликнула сестра.
— А Лина завоевала титул
Мисс Чау
? — не унималась Скай.
—
Мисс Чау-Чау
, — поправила Сью Эллен. — Нет, не завоевала.
— А как насчет
Мисс Скраббл
?
— Титул назывался
Мисс Скраббл
. Тоже нет.
— Я настаиваю на своем заявлении.
— На каком именно? — Лина вовсе не собиралась сдаваться без боя.
— Относительно выдающихся качеств твоей сестры, — пояснила Скай.
— Я в курсе ее лучших качеств. — Неужели придется обороняться?
— Правда? — Скай вела себя так, словно слишком много видела и еще
больше понимала. Лина отвела взгляд и пробормотала:
— Наверное, все-таки не стоило сюда приходить.
— О чем ты говоришь? — возмутилась Сью Эллен. — Садись.
Смотри, наша пицца уже готова. Сядь же, Лина!
Да, работа в клинике ветеринара, наверное, накладывала определенный
отпечаток, однако не до такой степени, чтобы безропотно выполнять команды
сидеть
и
к ноге
. Но пицца пахла божественно. А Лина проголодалась
зверски — настолько, что урчало в животе. Пришлось сесть, хотя и неохотно.
— Что я пропустила? — На свободный стул скользнула молодая
темноволосая женщина мрачно-экстравагантного вида: в готическом одеянии и с
множеством татуировок. В ушах покачивались серьги в виде скелетов. —
Что-нибудь хорошее? Или что-нибудь плохое? А может быть, что-нибудь
пикантное?
— Это наша подруга Лулу, — представила Сью Эллен. — Ни за что
не хочет изменить имидж. Может быть, тебе удастся ее переубедить?
— Даже не рассчитывайте, — уверенно заявила Лулу и ухватила
солидный кусок пиццы.
Лина ощущала неуклонно растущее чувство неловкости.
— Что рассказала обо мне сестра?
— Почти ничего, — ответила Скай. — Только то, что ты живешь в
Чикаго и очень любишь командовать.
Лина удивленно взглянула на сестру:
— И это все, что ты поведала?
Сью Эллен удивленно вскинула брови:
— А ты часто рассказываешь обо мне своим подругам?
— Не очень, — призналась Лина и смущенно потупилась.
— Ну а я — единственный ребенок в семье, — оповестила Лулу и снова
потянулась к пицце. — Знаете, как много единственных детей совершают
самоубийство?
— Сейчас же прекрати разговоры о самоубийстве, — приказала Сью
Эллен. — У сестры сложится ошибочное впечатление.
Лулу лишь рассмеялась:
— Да у нее и так уже сложилось ошибочное впечатление — едва я села за стол. По лицу было видно.
— Этого бы не случилось, если бы ты позволила мне кое-что изменить в
твоем облике, — резонно заметила Сью Эллен.
Лулу сверкнула глазами:
— Насколько мне известно, ты уже оставила мечты о косметологии и решила заняться недвижимостью.
— Да, но моя сестра — модель. Причем знаменитая!
— Знаменитая, говоришь? — . Заявление не произвело на Лулу ни
малейшего впечатления. — Что-то не приходилось о ней слышать.
— Можно подумать, ты знаток моды и модельного бизнеса, —
парировала Сью Эллен. — Кстати, Скай, — тут же переключилась
она, — ты ведь помешана на тестировании новых косметических средств на
животных.
—
Помешана
— неправильное и нехорошее слово, — поправила Скай.
— Так вот, о сестре я мало рассказывала потому, что хотела, чтобы
сначала вы ее увидели.
— Она не слишком разговорчива, правда? — Скай смерила Лулу
насмешливым взглядом.
— Вы втроем прекрасно обходитесь и без моего участия, — подала
голос Лина. — Перефразируя Лулу, составили обо мне твердое мнение, едва
я успела войти.
— Не имею привычки судить о людях по внешности. — Скай не пыталась
скрыть обиду.
— И я тоже, — парировала Лина.
— О, перестань, пожалуйста! — презрительно фыркнула Лулу. —
Посмотрела на меня и сразу подумала:
извращенка
.
— Совершенно верно, — с готовностью согласилась Лина. —
Именно такое впечатление ты и стремилась создать.
Лулу недоверчиво прищурилась:
— Как это?
— Образ — всегда послание, утверждение. Ты не любишь, когда тебя учат
жить. Зато любишь, когда тебя замечают. И не стесняешься в выражении
собственного мнения. Кстати, мне очень нравится твоя футболка. — Лина
показала на надпись
Не стоит спешить
. — Но вам со Скай почему-то
хотелось поставить меня в неловкое положение. Вот только не пойму, с какой
стати и зачем?
— Уверена: если постараешься, непременно поймешь, — пообещала
Скай.
Лина вздохнула:
— Что происходит с людьми?
— С какими именно? — воинственно прорычала Скай.
— С теми, кому нравится Рок-Крик, — уточнила Лина.
— Можно подумать, сама ты не принадлежишь к числу ярых поклонников
родного города.
— Совершенно верно, — со вздохом согласилась Лина.
— А если он вызывает в душе ненависть, то зачем же вернулась? —
наседала Скай.
Лина то и дело задавала себе этот вопрос. Может быть, стоило навестить
родителей во Флориде, а не приезжать обратно в затхлый мирок, из которого
когда-то удалось вырваться? Трудно сказать, что заставляло острее
чувствовать собственный провал: жизнь вместе с родителями в доме для
пенсионеров или птичий помет на шее.
С каждой минутой Флорида казалась все привлекательнее, Особенно сейчас, в
компании не слишком дружелюбных, даже агрессивных подруг старшей сестры. Но
во всяком случае, Сью Эллен окружали подруги, пусть, и странные. А вот у нее
не было никого. Лина внезапно ощутила острое одиночество. Ни веселой
компании, ни дружеского сочувствия.
На глаза навернулись непрошеные слезы.
— Смотри, из-за тебя человек расстроился не на шутку. — Лулу
укоризненно взглянула на Скай.
— Считаетесь моими подругами, а обидели родную сестру! —
Возмущенный голос Сью Эллен с каждым словом звучал все громче. Да и сама она
поднялась со стула и теперь стоя испепеляла предательниц гневным взглядом.
— Я не плачу. — Лина отчаянно пыталась усадить защитницу на
место. — Просто обострение аллергии.
— С каких это пор? — Сью Эллен взглянула с подозрением.
— С момента возвращения в Рок-Крик, — виновато пробормотала Лина.
Скай наклонилась и посмотрела на Лину внимательнее:
...Закладка в соц.сетях
