Жанр: Любовные романы
Алая роза Техаса
..., не больше.
Прожевав очередной кусочек мяса, она спросила:
— Скажите, Билл, а вы давно здесь работаете?
— Сколько себя помню, я всю жизнь провел здесь, на этом ранчо. Правда,
были небольшие перерывы. Пару лет назад я поступил в колледж, а летом вот
подрабатываю на ферме: нужны деньги на оплату образования. — Его лицо
мгновенно стало серьезным.
— Как интересно! А что вы изучаете? — не унималась Кейси.
— Вообще там довольно много предметов и направлений. Но если в двух
словах, то это лесоводство и сохранение природных ресурсов.
— Здорово. Вы собираетесь заниматься заповедниками?
— Надеюсь, так оно и будет. Мистер Радман уговаривает меня вернуться на
ферму, но я вижу свое будущее совсем другим, нежели перегонять скот с места
на место. Сначала я мечтал о карьере ветеринара, но со временем понял, что
меня больше привлекают сельское хозяйство и экология, — охотно ответил
парень, радуясь проявленному к нему интересу.
— И правильно делаете, что идете своей дорогой, не позволяя никому
вторгаться в ваши жизненные планы, — поддержала его Кейси. — Я бы
на вашем месте поступила точно так же.
— Не сомневаюсь в этом, мисс Логан, — раздался в ответ знакомый
глубокий, чуть насмешливый голос.
7
Кейси вздрогнула и, резко повернув голову вправо, увидела стоящего в двух
шагах от них Джонатана. Билл тут же вскочил на ноги.
— Мы с мисс Логан тут обсуждали мои планы на будущее, — пробормотал он, явно растерявшись.
Кейси вставать не собиралась. Еще чего не хватало! Он ей не хозяин и не
начальник, чтобы бегать перед ним на задних лапках. Да, она согласилась
поработать на него, чтобы возместить потерю работника, но это исключительно
ее добрая воля. Если бы она не захотела, никто бы ее не заставил. О причинах
своей внезапной покладистости она предпочитала не задумываться, опасаясь,
что эти мысли уведут ее в нежелательном направлении, и убеждая себя, что
сделала это просто из чувства справедливости.
— По-моему, Сойер, тебе не мешало бы пойти проверить лошадей, —
сказал Джонатан непререкаемым тоном, в котором, как показалось Кейси,
проскользнули нотки раздражения.
Она удивленно вскинула глаза: так и есть, она не ошиблась. Джонатан был
раздражен. Неужели снова из-за нее? Что на этот раз она сделала не так?
Билл украдкой покосился на Кейси, словно извиняясь, что оставляет ее одну с
Джонатаном, который явно не в духе, но она послала ему в ответ успокаивающую
улыбку: мол, все в порядке.
— Гм... у тебя, кажется, появился новый поклонник, — язвительно
заметил Джонатан, присаживаясь на землю в нескольких дюймах от нее.
— Не говори чепухи. Мы с Биллом просто мило болтали, обычная вежливая
беседа двух едва знакомых людей. Он немного рассказал мне о себе и чем
собирается заняться после окончания колледжа.
Джонатан окинул ее цепким взглядом, от которого Кейси неожиданно бросило в
жар. Просто невероятно, какое воздействие этот мужчина оказывает на нее
одним только взглядом!
— Вижу, работа на воздухе пошла тебе на пользу. Ты выглядишь
посвежевшей, хотя немного усталой и пыльной.
— Да уж, могу себе представить, какой у меня вид, — усмехнулась
Кейси.
— Женственный и сексуальный. Как всегда, — сказал Джонатан.
Кейси бросила на него хмурый взгляд исподлобья.
— Издеваешься, да?
— Ничуть.
Его низкий бархатный голос завибрировал по всему ее телу, отдаваясь легким
приятным покалыванием на коже головы и в кончиках пальцев. Это было словно
прикосновение, и ей мучительно захотелось протянуть руку и дотронуться до
его теплой загорелой кожи.
Кейси сжала руки в кулаки и отвернулась. Не хватало еще, чтобы он заметил,
как действует на нее. На несколько мгновений воцарилось напряженное
молчание, которое, к счастью, прервал вовремя подоспевший Хосе.
— Эй, хозяин! — крикнул он. — Это та самая кобылка, которую
ты привез с торгов на прошлой неделе. — Он показал на статную лошадь
каурой масти, стоявшую у дальнего конца трейлера. — Красавица, ничего
не скажешь!
— Ты прав, старина. Хороша. Просто чудо как хороша! — отозвался
Джонатан, при этом не сводя глаз с Кейси.
Кейси почувствовала, что краснеет.
— Думаешь, она привыкнет к жизни на ферме? — с сомнением спросил
Хосе, затем обратился к Кейси: — Она несколько раз выходила победительницей
на скачках в Санта-Монике и привыкла, чтобы с ней возились как с принцессой.
Страсть как избалована!
Джонатан взглянул на Хосе, потом снова перевел на Кейси взгляд, в котором
вспыхивали лукавые серебристые искорки.
— Да разве их поймешь, этих женщин, верно, Хосе?
— Твоя правда, хозяин. Женщина — существо загадочное и капризное, даже
если она лошадь, — весело подхватил старый ковбой. — Бог весть,
как ее приручить. Разве что терпением да лаской. Так ведь, мисс
Кейси? — подмигнул ей Хосе. — Что вы думаете?
— Думаю, Кейси полностью с тобой согласна, — ответил за нее
Джонатан, затем одним гибким движением вскочил на ноги. — Ну что ж,
отдохнули, теперь пора снова за работу.
И, хлопнув старого ковбоя по спине, он решительно зашагал к своей лошади,
оставив Кейси в который раз дивиться такой мгновенной смене его настроения —
от веселья к раздражению и наоборот. Сможет ли она когда-нибудь понять этого
человека?
Джонатан присоединился к группе ковбоев, которые о чем-то оживленно болтали,
допивая кофе. Кейси не расслышала, что он крикнул им, но догадалась, что это
был приказ
по коням
, потому что все ковбои разом вскочили на лошадей и
спустя мгновение умчались вслед за хозяином, оставляя за собой клубы пыли.
Билл подвел к ней свежую лошадь.
— Знакомьтесь, это Хильда, — сказал он. — Тоже смирная
коняшка, как и Тина.
Кейси благодарно улыбнулась парню, когда тот помог ей сесть в седло, после
чего они вместе отправились вслед за Хосе на пастбище, где им предстояло
продолжить работу.
Кейси знала, что это будет для нее нелегкий день, но не предполагала, что
будет настолько тяжело. Вечером, когда они вернулись на мельницу, в их
походный лагерь, она в буквальном смысле валилась с ног от усталости. Ей
даже есть не хотелось, хотелось только смыть с себя слой пыли и спать,
спать, спать...
Сейчас ей даже было все равно, что подумает о ней Джонатан, будет ли
посмеиваться над ней, называя городской неженкой, не способной выдержать дня
в седле. В данный момент у нее было лишь одно желание — слезть с лошади,
повалиться на землю и больше никогда с нее не вставать.
Однако, когда до них донесся восхитительный запах тушеного мяса, жареного
попкорна и волшебный аромат кофе, Кейси пересмотрела список своих
первостепенных желаний и внесла в него вторым пунктом после умывания сытный
ужин.
Билл предложил помочь расседлать Хильду, и она с благодарностью приняла его
помощь, а сама между тем взяла кусок мыла и полотенце из своей седельной
сумки и отправилась к речке, чтобы смыть с себя ужасную пыль, которой,
казалось, пропиталось все тело.
После умывания Кейси почувствовала себя гораздо лучше, у нее, как ни
странно, даже сил прибавилось, а аппетит прорезался просто волчий.
Незатейливое мясное рагу с овощами показалось Кейси самым вкусным блюдом из
всего, что ей доводилось пробовать в разных странах во время их с отцом
путешествий. А горячий крепкий кофе был просто божественным. Усталость
немного отступила, и Кейси стала с интересом прислушиваться к шуткам и
байкам ковбоев, которыми они обменивались за едой, время от времени ловя на
себе мимолетные заинтересованные, а порой и дерзкие взгляды. Но они ее не
коробили, ибо Кейси понимала, что женщина среди ковбоев явление довольно
редкое и нет ничего удивительного в том, что к ней проявляют повышенное
внимание. Страха тоже не было, потому что все прекрасно знали, что она
гостья хозяина, хоть в данный момент и вкалывает с ними наравне, и никто не
осмелился бы обидеть ее.
Расслабившись над кружкой кофе, Кейси вместе со всеми смеялась очередной
байке, рассказанной одним из старших ковбоев, когда краем глаза заметила
приближавшуюся к ней сбоку высокую фигуру, которую ни с кем бы не спутала.
Джонатан!
Сердце Кейси, пропустив пару ударов, забилось в удвоенном ритме, ладони
неожиданно вспотели. Даже если бы она не заметила его приближения, то поняла
бы это по реакции своего тела.
— Всем добрый вечер, — бодро сказал Джонатан.
В ответ раздался нестройный хор приветствий.
— Ну как дела, ребята? Как прошел день? — поинтересовался
Джонатан, останавливаясь в нескольких шагах от Кейси.
— Все нормально... Отлично, босс, — раздалось со всех сторон.
— Дэнни, дай-ка и мне отведать твоей замечательной стряпни и налей мне
чашечку своего волшебного напитка. Я хочу присесть рядом с мисс
Логан. — Он широко улыбнулся и, взяв у просиявшего Дэнни миску с рагу и
кружку с дымящимся кофе, подошел к Кейси и сел рядом с ней.
Несколько ковбоев развели бивачный костер, и, пока Джонатан ел, Кейси
неподвижно сидела, уставившись на мерцающее пламя и стараясь не обращать
внимания на приятное покалывание в теле, вызванное его близостью. Солнце уже
склонилось над горизонтом и потихоньку проваливалось в бескрайнюю бездну
небес, отбрасывая повсюду золотисто-пурпурные тени. Они потягивали кофе, не
говоря ни слова.
— Ну как тебе работа на ранчо? — спросил Джонатан, сделав
очередной глоток горячего напитка. — Надеюсь, не показалась слишком
изнурительной?
— Вообще-то работа довольно тяжелая, — призналась Кейси, —
но, наверное, нельзя судить, имея за плечами всего один трудовой день. Я
уверена, что здесь, как и в любой другой работе, очень важное значение имеют
опыт и привычка. У меня нет ни того ни другого.
— Ты, безусловно, права, и я уже начинаю испытывать угрызения совести
из-за того, что заставил тебя выполнять такую тяжелую работу, тем более
сразу после болезни. Сам не знаю, что на меня нашло, — покаянно
проговорил Джонатан.
Ого! Да надменный Джонатан Радман, кажется, извиняется и признает, что был
не прав? Вот это новость, промелькнуло в голове у изумленной Кейси. Но
вместо того, чтобы злорадствовать и торжествовать, она поймала себя на том,
что ей хочется его успокоить.
— Ты меня не заставлял. Мы заключили договор, и я твердо намерена его
выполнить. К тому же, — весело добавила она, — мне самой
интересно. Папа говорил, что нельзя упускать возможность чему-то научиться,
потому что никогда не знаешь, когда и где тебе это может пригодиться.
— Ты очень скучаешь по нему? — тихо спросил Джонатан.
На лицо Кейси набежало облачко грусти.
— Да, очень. Папа был замечательным. Он был мне и за отца, и за мать.
Маму я совсем не помню, поэтому вся моя жизнь, все хорошее, что было в ней,
связано с отцом. Мы были очень близки.
— Он больше не женился?
— Нет. — Кейси печально улыбнулась. — Он говорил, что в его
жизни уже есть две любимые женщины: его дочь и его работа, а больше ему
никто не нужен. — Кейси глубоко вздохнула, отгоняя от себя грустные
мысли.
— Я вижу, ковбои уже располагаются на ночлег, — сказала она, меняя
тему. Несколько человек еще сидели у костра, но большинство уже
разворачивали спальные мешки и устраивались на ночь. — А где я буду
спать? — поинтересовалась она. — Хотелось бы поскорее лечь, а то у
меня уже начинают слипаться глаза. — Она прикрыла рукой зевок. — А
завтра снова предстоит тяжелый день. Ох, нелегка же ты, жизнь ковбоя, —
пошутила Кейси.
— Ты уверена, что хочешь еще поработать? — с сомнением спросил
Джонатан. — Если ты упорствуешь, чтобы только доказать мне, что крепкая
девушка, а не городская неженка, то не стоит. Я уже это понял и признаю, что
был не прав.
Ну надо же, с юмором подумала Кейси. Похоже, где-то в африканских джунглях
сдох огромный слон, если она слышит такие слова от надменного Джонатана
Радмана.
— Приятно это слышать, но дело не в этом. — Точнее, не только в
этом, добавила она про себя. — Как я уже сказала, есть и другие
причины, по которым я хочу продолжить работу.
— Ну что ж, будь по-твоему. А что касается ночлега, то, если ты
подождешь минут десять, пока я закончу здесь кое-какие дела, я отвезу тебя
на машине в большой дом.
— Но ведь все ковбои будут спать в лагере, разве нет?
— Верно, но ты не все. Не пристало тебе спать среди мужчин, да еще на
земле.
— Это почему же? — дерзко усмехнулась Кейси, уступая невесть
откуда взявшемуся желанию поддразнить его. — Разве я не такой же
работник, как все? Если все спят в лагере, то и я буду.
— Кейси, прошу тебя, не упрямься, идем я отвезу тебя домой, —
увещевал ее Джонатан.
Кейси видела, что он начинает злиться и его терпению скоро придет конец.
Следовало прекратить дразнить его, но в нее будто бес вселился.
— Ни за что. Я буду ночевать вместе со всеми в лагере, — упрямо
повторила она.
Он помрачнел, затем щелкнул пальцами, словно что-то вспомнил.
— Но ведь у тебя же нет спальника. На чем ты будешь спать?
Кейси на мгновение растерялась, потом ответила:
— Ничего страшного. Попрошу у кого-нибудь одеяло или... — она
лукаво улыбнулась, — попрошу кого-нибудь из парней потесниться.
Это была шутка, но едва слова слетели с ее губ, как Кейси поняла, что не
стоило ей этого говорить. И дернул же ее черт за язык!
Лицо Джонатана потемнело, словно грозовая туча, а глаза в свете костра
заблестели опасным блеском.
— Так вот оно что, — со злостью и сарказмом процедил он. —
Видимо, эта и есть та причина, по которой ты решила продолжить работу? Тебе
нравится быть единственной женщиной среди двух десятков мужчин и ловить на
себе их вожделенные взгляды? Или, быть может, твои планы идут гораздо
дальше?
Ну это уж слишком! — вскипела Кейси. На что это, интересно, он
намекает?! Он что, совсем не понимает шуток?! А она тоже хороша. Угораздило
же ляпнуть такое, ведь знала же, что он разозлится. Все было так хорошо, они
мило беседовали, почти как близкие друзья, он даже ни разу за вечер не
уколол ее. А она своей глупой шуткой взяла и все испортила. Идиотка!
— Джонатан, я... — начала было Кейси, но он подскочил как
ошпаренный.
— Ну что ж, оставляю тебя с твоими верными поклонниками. Думаю, тебе не
составит труда найти для себя теплое местечко на ночь!
Он резко развернулся и зашагал прочь, вскоре скрывшись в подступившей со
всех сторон темноте, оставив Кейси ошеломленно таращиться ему вслед. Нет, ну
что за невозможный человек! — в отчаянии подумала она. То он нежный и
ласковый и смотрит на нее таким взглядом, от которого у нее плавятся
внутренности, а то вдруг приходит в ярость и обвиняет ее бог знает в чем!
Кейси почувствовала, как непрошеные следы обиды наворачиваются на глаза, и
закрыла лицо руками. Внезапно теплая большая ладонь легла ей на плечо, и,
едва не вскрикнув от неожиданности, она вскинула глаза и увидела, что это
снова Джонатан, присевший рядом с ней на корточки. Он что, вернулся, чтобы
опять оскорблять ее?
— Я принес тебе спальный мешок, — тихо сказал он и
продемонстрировал ей скрученный спальник.
— Спасибо, — пробормотала Кейси, не зная, что и думать. — Это
была шутка, Джонатан, — прошептала она. — Я пошутила.
— Я знаю. — Он мягко улыбнулся. — Кейси, прости меня. Я... я
сам не знаю, что на меня нашло. Забудь все, что я тебе наговорил. Хорошо?
Кейси с облегчением вздохнула и тоже улыбнулась.
— Конечно.
Несколько мгновений, показавшихся Кейси вечностью, они смотрели друг на
друга словно зачарованные, потом он медленно склонился к ее лицу и поцеловал
в губы.
Поцелуй был легким, почти невесомым — едва ощутимое соприкосновение
губ, — но Кейси показалось, словно сквозь нее прошла стрела молнии,
настолько сильными были ее ощущения. Она сидела не шелохнувшись, будто в
полузабытьи, впитывая в себя эти ощущения, наслаждаясь трепетным теплом,
медленно разливавшимся по телу.
Когда она наконец очнулась и подняла глаза на Джонатана, то увидела, что он
смотрит на нее очень внимательно и с каким-то странным, волнующим
напряжением, от которого Кейси обдало волной жара.
— Спокойной ночи, Кейси, — тихо проговорил он, нежно коснувшись
ладонью ее щеки. — Приятных тебе снов.
— С-спокойной ночи, Джонатан, — заикаясь от охватившего ее
волнения, прошептала она, а когда он исчез в темноте, еще несколько минут
сидела неподвижно, пытаясь разобраться в том смятении противоречивых мыслей
и чувств, которое вызывал у нее этот упрямый, этот сложный, ни на кого не
похожий мужчина.
Проснулась она от того, что кто-то легонько потряс ее за плечо.
— Мисс Логан, пора вставать, — сквозь сон услышала она.
Вначале ей, еще не до конца выпутавшейся из тенет сна, показалось, что это
Джонатан, но, когда пелена перед глазами рассеялась, она различила знакомое
мальчишеское лицо Билла.
— Билл, какого дьявола! — пробормотала она сонно. — Зачем ты
меня разбудил? Еще рано, я хочу спать.
— Сожалею, мисс Логан, но уже пять часов. Пора завтракать и на
работу, — бодро ответил ковбой.
Кейси застонала.
— О нет, я же вроде только что легла. — Спать хотелось ужасно, к
тому же все тело болело так, словно по нему проехался гусеничный трактор.
— Завтрак уже готов. И я принес вам воды для умывания.
Постанывая от боли в мышцах и встряхивая головой, чтобы прогнать остатки
сна, Кейси выбралась из спального мешка. Прохладная вода немного взбодрила
ее, и она с любопытством окинула взглядом лагерь.
Все работники уже проснулись. Кто отправился умыться к речке, кто завтракал,
кто седлал лошадей. И над всем этим на востоке, из-за кромки гор поднимался
огромный оранжевый диск солнца, окрашивая все в золотисто-розовый цвет.
Воздух еще был по-утреннему прохладный и бодрящий, но солнечные лучи уже
начали прогревать его.
Кейси улыбнулась солнцу и наступающему дню. Как все-таки прекрасна жизнь!
Билл принес ей завтрак, и она с аппетитом, удивительным для такого раннего
часа, съела всю порцию яичницы с беконом и выпила кружку горячего кофе.
Лошади уже были оседланы, и Кейси с радостью узнала, что первую половину дня
ей предстоит вновь провести со своей смирной и верной подружкой Тиной,
которая приветливо заржала при ее приближении.
— Ну как спалось, мисс Логан? — поинтересовался подошедший Хосе.
— Отлично, Хосе, спасибо, — с улыбкой отозвалась Кейси.
— Готовы к новому трудовому дню?
— Вполне, — бодро отозвалась она и шутливо отсалютовала ковбою, но
тут же поморщилась от боли в плече. — Хотя, если честно, все тело
болит, словно меня как следует поколотили.
Хосе ухмыльнулся.
— С новичками всегда так. Это с непривычки. Ну да ничего, сегодня уже
будет полегче. Клин клином вышибают. Скоро станете заправским
ковбоем, — пошутил он.
— Ну, до этого мне еще далеко, — улыбнулась Кейси. — А чем мы
займемся сегодня?
— Сегодня нам нужно будет держать стадо с восточной стороны, чтобы
скотина не отбивалась, — объяснил Хосе, направляя лошадь в сторону
восходящего солнца.
Охая и морщась от боли, Кейси забралась в седло. Она оглядела лагерь, ища
глазами Джонатана, но его нигде не было видно.
— А мистер Радман, — спросила она как можно безразличнее, —
он сегодня тоже будет работать вместе со всеми?
Как видно, ее напускное безразличие не обмануло Хосе, потому что он устремил
на нее понимающий взгляд.
— А то как же, — отозвался он. — Хозяин всегда трудится
наравне со всеми. Он считает, что начальник не имеет права требовать полной
отдачи от подчиненных, если сам не выкладывается на всю катушку. И платит он
всегда хорошо, а ежели какая ссора, рассудит по справедливости. Потому-то
парни его и уважают и в работниках даже в самую горячую пору у него
недостатка не бывает.
Ну что ж, она получила еще один кусочек информации, который можно
присовокупить к тому, что уже знает о нем, подумала Кейси. И все это —
лишнее доказательство того, что он представляет опасность для ее сердца.
— Только посмотрите, какое великолепное утро! — воскликнула она,
чтобы отвлечься от нежелательного направления своих мыслей. Тина, как бы
почувствовав настроение наездницы, стала радостно приплясывать. А солнце уже
полностью выкатилось из-за гор и спешило занять свое место на небосклоне.
— Да, погода и впрямь чудесная. Весна, — отозвался молодой ковбой,
мечтательно уставившись на горизонт.
— Эх, молодо-зелено, — добродушно отозвался Хосе, поглядывая на
своих молодых спутников.
Через четверть часа они прибыли на пастбище, где им предстояло дождаться
стадо, которое другие погонщики должны были пригнать с противоположного
конца ранчо. Хосе спешился, советуя и молодежи сделать то же самое и, пока
есть возможность, посидеть в прохладной тени одинокого ракитника. Но Билл
предложил Кейси показать одно интересное место, и она с радостью
согласилась. В ее седельной сумке лежала камера, которую она взяла с собой,
чтобы делать снимки, но вчера было не до фотографирования, зато сегодня у
нее появилась возможность заняться любимым делом.
— А что это за место, Билл? — поинтересовалась она.
— Тут недалеко. Скоро сами увидите, — загадочно ответил
ковбой. — Вам нравится Техас? — спросил он, когда они отъехали от
пастбища.
— Я влюбилась в него с первого взгляда, — с воодушевлением
ответила Кейси, при этом перед ее мысленным взором возникло мужественное
лицо Джонатана, широкий разворот его плеч, сильное, мускулистое тело. Нет,
она не кривила душой, говоря, что влюблена в Техас, просто с недавних пор
представление об этом прекрасном крае неразрывно связалось в ее сознании с
образом красивого и надменного владельца ранчо
Алмаз Р
. — Здесь
кругом такой необъятный простор, что я чувствую себя свободнее птицы, —
добавила она.
— А что привело вас в наши края? — полюбопытствовал Билл. —
Вы ведь, я слышал, с востока?
— Да, я родом из Нью-Йорка, но не могу сказать, что чувствую себя там
как дома. У меня есть там квартира, но мне в ней как-то неуютно, особенно
после папиной смерти.
— А что случилось с вашим отцом? — спросил Билл, потом
спохватился. — Ой, простите, можете не отвечать, если не хотите. Я
понимаю, как вам, должно быть, тяжело.
— Спасибо за понимание, Билл, но острота утраты уже немного притупилась
и я уже могу говорить об этом, не обливаясь слезами. — Она печально
вздохнула. — Папа погиб два месяца назад в Новой Зеландии. Он был
первоклассным фотографом и ездил по всему миру, делая уникальные снимки. В
тот раз ему захотелось сделать снимок с самой высокой точки южного острова.
Во время подъема что-то случилось со страховкой и... в общем, он разбился.
— Мне очень жаль, Кейси, — мягко проговорил ковбой, и в его
голубых глазах промелькнула нежность, но Кейси ничего не заметила.
— Я всегда ездила вместе с ним, но в тот раз сдавала выпускные экзамены
в колледже, поэтому осталась дома. — Кейси помолчала, борясь с
нахлынувшим потоком эмоций. — Когда я его потеряла, — продолжала
она, — я... я не знала, что делать. Я просто потеряла почву под ногами.
Папины друзья и коллеги предлагали мне свою помощь, но чем они могли
помочь? — Она нервно засмеялась. — Отец очень любил запад.
Наверное, я приехала сюда, чтобы быть поближе к отцу, понять, за что он так
полюбил эти места, и разобраться, чего я сама хочу о
...Закладка в соц.сетях
