Жанр: Любовные романы
Владычица морей
...жане все ему
без утайки расскажут.
— Разве король волен ходить по улицам Лондона? — Она попыталась
представить Генриетту Марию, свободно прохаживающуюся по Парижу. Французская
королевская семья ездила по улицам только в каретах и с простым людом вовсе
не соприкасалась.
— Волен, но он, к сожалению, предпочитает слушать предостережения
советников и держаться подальше от своих подданных. Ему бы пошло на пользу
походить среди них и послушать, что они говорят. В моей стране глава клана
работает наравне со своими людьми, деля с ними боль и радость.
В голосе Рори прозвучала гордость, и Кортни заинтересовалась землей, которая
внушает такую страстную любовь к себе.
— Вы, должно быть, очень скучаете по Шотландии.
— Да. — Не в состоянии больше сопротивляться своему желанию, он
дотронулся рукой до ее волос и сквозь прищуренный взгляд наблюдал, как
шелковистые пряди скользят у него между пальцев. — Хотя должен
признаться, в настоящий момент я не сожалею о своем пребывании в Англии.
От его слов она встрепенулась, но тут же обругала себя за слабость, за то,
что позволила льстивым словам проникнуть в сердце. Но, прежде чем она смогла
резко оборвать его, послышался звук шагов на садовой дорожке — король и
королева возвращались.
— Мы решили вернуться к себе в покои, — сказал король.
Кортни отошла от Рори.
— Я пойду с вами.
Лишь бы убежать от Рори подальше! Как только судьба их сводит вместе, она
вспоминает ту ночь на борту
Ястреба
и его поцелуй. Она была уверена, что
он тоже это помнит.
Королева бросила на мужа двусмысленный взгляд, а ответный взгляд короля был
еще более многозначителен.
— Мы хотим побыть наедине. До ужина ваши услуги нам не понадобятся.
У Кортни запылало лицо, когда она сообразила, в чем дело. Они намеревались
потихоньку удалиться и заняться любовью без помех.
Рори едва сдерживал смех.
— Я воспользуюсь возможностью и покажу леди Торнхилл красоты Дувра.
— Но я...
— Чудесно! — Генриетта Мария приняла протянутую руку мужа и
повернулась к Кортни с ясной улыбкой: — Ты расскажешь мне обо всем, что
увидишь, Кортни, чтобы я побольше узнала о моем новом отечестве.
Кортни опасалась встретиться с Рори взглядом. Он наверняка потешается над
тем, что она попала впросак. Она была раздосадована и смущена, но вместе с
тем чувствовала облегчение. По крайней мере, ненадолго можно забыть о своих
обязанностях фрейлины и насладиться красотой незнакомого края.
— Согласна, ваше величество.
А Рори она сказала:
— Я должна переодеться во что-нибудь подходящее для прогулки.
— Мы поедем в карете.
Стараясь не смотреть на него, она поторопилась в свои покои.
— Пойдемте. На Дувр стоит посмотреть отсюда.
Взяв Кортни за руку, Рори помог ей выйти из маленькой кареты и подвел к
самому краю утеса.
Кортни стояла рядом с Рори и смотрела на море. Весь день они ездили по
тенистым горным долинам и зеленым лугам. В деревнях им встречались женщины с
младенцами на руках, несущие на рынок корзинки со свежевыпеченным хлебом.
Дети плескались в искрящемся ручье, другие, постарше, с криком и визгом
играли в прятки. Мужчины работали в поле или охотились. И везде, куда бы она
ни посмотрела, Кортни видела на лицах англичан довольство.
— Разве это не великолепный вид? — Рори указал на то место на
горизонте, где море сливается с небом.
К горлу у Кортни подкатил ком.
— Да. Я так скучаю по морю!
— В Англии оно вокруг вас везде. Вы же попали на остров.
Она кивнула, отчаянно пытаясь не расплакаться.
— Я знаю, что смешно горевать по морской жизни, грубой и отнимающей
столько сил. Теперь у меня такая роскошная...
— Мы все горюем о том, что оставляем, Кортни. — Рори взял ее за
руку и был приятно удивлен, не встретив сопротивления.
Пока она неотрывно смотрела в море, он изучал ее руку, еще сохранившую былой
загар.
Маленькая женская ручка, от одного прикосновения к которой у него бешено
застучало сердце.
Когда она решительно убрала руку, он небрежно сказал:
— Надеюсь, долгая прогулка возбудила у вас аппетит.
Под ее удивленным взглядом он подошел к карете и вытащил дорожный сундучок.
А оттуда — толстое покрывало, которое расстелил на земле под сучковатым
старым деревом. Взяв Кортни за руку, он удобно устроил ее на покрывале.
Затем стал разворачивать льняные салфетки, в которые была завернута еда:
холодная оленина и баранина, еще теплый поджаристый хлеб и нежные пирожки с
медом. Все это было аккуратно расставлено перед ней.
— Где вы это умудрились достать? — Кортни не скрывала своего
удивления. — Это — пиршество, достойное королей.
— Оно именно так и задумано. Я сказал кухарке, что это специальное
угощение для любимой фрейлины королевы.
— Она превзошла себя. Надо поблагодарить ее, когда мы вернемся.
Рори посмотрел на нее и понял, что она говорит это вполне серьезно.
— Кухарка будет довольна. Короли не часто благодарят тех, кто для них
трудится.
Надкусив теплый хлеб, Кортни вздохнула.
— Я никогда раньше не пировала на воздухе.
— Тогда мне вдвойне приятно, что я додумался до этого. Когда король
отправляется на охоту, он обычно приказывает слугам захватить столы, стулья
и блюда, чтобы не лишаться удобств.
— Я к королевским излишествам не привыкла. — Сообразив, что она
только что сказала, Кортни чуть не застонала — подобные замечания могут
навести на другие вопросы, которых она боится.
Словно не заметив ее смятения, Рори перевел разговор на другое:
— Как вам показалась Англия с первого взгляда?
Кортни была благодарна ему за тактичность.
— Я нахожу жителей Дувра удивительно жизнерадостными.
— И вас это удивляет?
— Мне говорили... — Она помолчала, затем продолжила: — Я слышала,
что англичан жестоко угнетает король. Но, наверно, в деревнях их не так
притесняют, как в больших городах.
Рори решил, что разумнее промолчать. Было ясно, что ее неприязнь к Англии
вскармливалась годами. И за один день вряд ли это исправишь.
— Скоро вы сами в этом убедитесь, миледи. Когда вы прибудете в Лондон,
у вас будет возможность сравнить его обитателей с парижанами.
Они ели молча, наслаждаясь солнцем. Кортни это все было в новинку —
смаковать вкусную еду в компании столь обходительного кавалера. Ясно, что
Рори делает все возможное, чтобы она чувствовала себя непринужденно.
Вдруг Кортни вскочила на ноги, глядя на море.
— Посмотрите! О, Рори, посмотрите!
Он поднялся и встал рядом с ней. Машинально она дотронулась до его руки.
Хотя он удивился этому жесту, но ничего не сказал, а стал смотреть в
направлении ее взгляда.
— Я думаю, это испанский корабль. — От удивления она говорила
тихо. — Какие они смелые, раз плавают так близко от английского берега.
— Смелые, но глупые. Взгляните. — Взяв девушку за плечи, он слегка
развернул ее, чтобы она увидела второй корабль, подальше в море. — Я
уверен, что это английский корабль, и он нарочно подгоняет их поближе к
берегу, испанцам придется либо вступить в бой, либо напороться на береговые
скалы.
Кортни кивнула.
— Это то, что сделал бы Торнхилл. Мудрый ход со стороны английских
псов.
Когда она поняла, что сказала, то зажала рот рукой. И тут же руки Рори
сильно стиснули ей плечи. Она вопросительно взглянула на него.
— Будьте осторожны, миледи. Если король услышит подобный комплимент, то не сносить вам головы.
— О, Рори! — Она на мгновение закрыла глаза, не в состоянии
вынести пронзительности его взгляда. Разве сумеет она сохранить свой секрет
от этого человека? Он ведь знает ее, знает, кем она была. Это только дело
времени — и он догадается о причине ее присутствия в Англии.
— Кортни!
Его голос звучал мягко, и она открыла глаза. Он смотрел на нее так нежно,
как никогда раньше.
— Я знаю, что годы, проведенные с Торнхиллом, плохо подготовили вас к
восприятию Англии. Но со временем все устроится.
Она глубоко вздохнула.
— Да. Нужно время. — Она проглотила слюну, чувствуя частые удары
пульса. Почему руки, обхватившие ее плечи, не раздражают ее, а губы, такие
близкие, не отталкивают? — Мне здесь так одиноко.
— Одиноко? Королева, судя по всему, к вам очень привязана.
— Но я не могу говорить с королевой о своих опасениях.
— У вас есть я.
Его руки ласково обнимали ее за плечи, а большие пальцы медленно описывали
круги на их нежной коже. Он наклонился, и их губы почти соприкоснулись, так
что она ощущала его дыхание, отчего у нее снова сильно заколотилось сердце.
— Если вы мне позволите, Кортни, то я стану вашим другом. — Он
наклонился еще ниже и слегка коснулся губами ее рта. — И даже больше,
чем другом.
Она оцепенела и отпрянула назад, пораженная его дерзостью.
Приставив свои кулачки к его груди, она отгородилась от него. Затем,
вспомнив, что она больше не на
Ястребе
, Кортни прерывисто вздохнула. Они
были в Англии, далеко от Торнхилла. В этом укромном уголке Дувра их никто не
видел.
Она ведь так долго думала об этом человеке, мечтала о встрече с ним, о его
объятиях и поцелуях!.. В уме она столько раз проигрывала эту сцену, что
теперь происходящее казалось ей нереальным. Нет, Рори Макларен действительно
здесь, он ей не снится, он настоящий, живой и неотразимый. Не думая, что она
делает, Кортни разжала кулаки, и ее ладони распластались у него на груди.
Она слегка придвинулась к нему. Рори тут же обнял ее покрепче и прошептал,
прижимая губы к ее рту:
— Намного больше, чем просто друг.
Кортни стало жарко, она вся пылала, ей не хватало воздуха. Все кругом было
пропитано запахом моря. Этот запах всегда волновал ее, и теперь она сделала
глубокий вдох. А Рори притягивал ее к себе все ближе, и она, словно помимо
воли, подняла руки и обвила его шею. Ее тело, прильнувшее к нему, больше не
было напряженным и неподатливым — наоборот, пылким и гибким.
Его поцелуй стал более настойчив, а она потеряла способность что-либо
соображать и вся отдалась удовольствию, которого никогда раньше не
испытывала. Он прикусил ее нижнюю губу, а языком водил по внутренней части
рта, тихо постанывая при этом, и она смело последовала его примеру. Затем он
стал осыпать поцелуями ее щеки, веки, виски. Когда она снова ощутила его
поцелуи у себя на губах, то ее ответные поцелуи были нетерпеливы, жадны и
глубоки. Они оба были поражены общей страстью.
Рори не ожидал, что это произойдет именно так. До сих пор он считал, что это
дело его мужской чести — обнять ее. Но объятие привело к поцелую. А поцелуй
требовал кое-чего большего. Страсти? Да, и более того — физической близости.
Дикая, неистовая потребность в этом захлестнула его.
От нее пахло французскими духами, сквозь которые пробивался собственный ее
запах — дикого цветка. Целуя ее, он хмелел от этого запаха. Он говорил себе,
что должен прекратить это, пока не потерял голову и не зашел вместе с ней
слишком далеко. И все-таки он медлил, наслаждаясь ею. У него в руках
находилось блаженство, расставаться с ним не хотелось. Наконец, поцеловав
еще раз, он медленно отпустил ее.
Они оба были ошеломлены и отчаянно старались не показать этого. У Кортни
кровь пульсировала в висках. Она прилагала усилия держаться прямо, хотя ее
пошатывало. Чтобы справиться с учащенным дыханием, она глубоко вдохнула
соленый морской воздух.
Рори сказал, надеясь, что его голос звучит нормально:
— Если вы подождете в карете, миледи, то я быстро соберу все в сундук.
Кортни не стала спорить — ей было необходимо прийти в себя. Теперь, снова
обретя здравомыслие, она ругала себя за дурацкое поведение. Только дурочка
может забыться настолько, чтобы обниматься со своим врагом. Как это ни
печально, но Рори Макларен ее враг — об этом Ришелье позаботился. Она отошла
в сторону, а Рори, нагнувшись, стал укладывать еду и покрывало в сундук. Он
не переставал думать о ней, и эти мысли сводили его с ума. Он должен
овладеть ею. Должен.
Глава восьмая
Король и королева задержались в Дувре на два дня. Кортни придумывала разные
причины, чтобы оставаться в своих комнатах, но совсем не встречать Рори
Макларена было невозможно. На каждом пиршестве он сидел, уставившись на нее
своими голубыми внимательными глазами, словно ища ответа на интересующие его
вопросы. И каждый раз, глядя на него, она вспоминала его объятия, и от этого
ей становилось тепло.
Король обычно усаживал своего любимца рядом с собой, а поскольку Генриетта
Мария требовала, чтобы первая фрейлина постоянно находилась при ней, было
неизбежно, что Кортни и Рори все время оказывались в близком соседстве.
Кортни сопровождала королеву не только на пиры, но и на королевский совет.
Хотя Генриетта Мария хорошо понимала все, что говорилось, она частенько
лукавила и просила Кортни перевести, чтобы выиграть несколько минут для
толкового ответа. Королева подчеркнуто холодно держала себя с лордом
Берлингемом. Наблюдая за ними, Кортни подумала, что они чуют друг в друге
врагов. Было ясно, что Генриетте Марии не нравилось влияние Берлингема на
короля. А Берлингем, как главный советник короля, естественно, боялся, что
француженка вобьет клин между королем и его верными советчиками.
Часто, когда королева оставалась одна, она приглашала свою фрейлину посидеть
с ней. Генриетта Мария, еще не привыкшая к новой роли, страдала от
одиночества. Выданная замуж за человека, которого она никогда не встречала,
вынужденная жить в чужой стране, юная государыня оказалась без преданных
друзей. От Лондона она ждала интриг и раздоров — и поступала весьма мудро,
используя время в Дувре для того, чтобы разобраться в королевском окружении
и решить, кто негодяй, а кому можно доверять.
— Шотландец! Макларен.
При этом имени Кортни застыла. Королева подняла взгляд от рукоделия, которым
усердно занималась, вышивая подушку в подарок мужу.
— Король считает его преданным другом.
Кортни выжидала, не отрывая глаз от собственного рукоделия. Она ненавидела
шитье, глупее занятия не придумаешь, но женщины почему-то получают от него
удовольствие. То ли дело палуба корабля и свежий ветер, наполняющий грудь.
— Он красив, не так ли?
Кортни подняла глаза и увидела, что королева внимательно смотрит на нее.
— Да, ваше величество.
— Он тебе нравится?
Кортни промолчала, она не ожидала вопроса в лоб.
— У меня нет времени обращать внимание на мужчин, ваше величество.
— Но я заметила это, Кортни. И королю было бы приятно, если бы ты...
была с шотландцем поласковее.
— Почему?
— Король чувствует, как одинок его друг, оторванный от своей родины и
клана. Видимо, Карлу хочется, чтобы у Макларена появились... привязанности в
Англии, чтобы он не считал пустым время, проведенное здесь.
— А вы, ваше величество? Что вы думаете об этом?
Королева понимающе улыбнулась.
— Я хочу угодить своему мужу. Кортни кивнула головой и спросила:
— Это просьба или приказ, ваше величество? Королева рассмеялась, и
Кортни посмотрела на нее в недоумении.
— Я же не прошу тебя проливать за меня кровь, моя дорогая. —
Улыбка исчезла. — Хотя однажды и такое может случиться. — Она
вновь улыбнулась, словно решив не думать об опасностях новой жизни. —
Многие дамы были бы счастливы получить такой приказ от своей королевы.
Макларен может заставить трепетать девичьи сердца.
Кортни выдавила из себя улыбку.
— Мое сердце не очень расположено к трепетанию, ваше величество.
— Я это заметила. — Королева воткнула иголку в материю и взглянула
на опущенную голову молодой женщины, сидящей напротив. Она также заметила,
как Кортни краснела, когда встречалась взглядом с Маклареном. — Хватит
с меня шитья, Кортни. Пройдись со мной по саду.
— С удовольствием, ваше величество.
От внимания королевы не ускользнуло, сколь поспешно ее фрейлина спрятала
рукоделие. Очевидно, ее не слишком усердно обучали быть степенной и
терпеливой.
Они прогуливались по залитым солнцем садам. Королева остановилась,
восхищаясь ранней розой, а, подняв голову, увидела, что Кортни внимательно
смотрит на мужчину, стоящего неподалеку спиной к ней. Он повернулся, и
Кортни тут же отвела взгляд.
Королева тепло поздоровалась с ним:
— Рори Макларен! Не желаете ли прогуляться с нами?
— С удовольствием, мадам. — Он слегка поклонился королеве, затем
повернулся к Кортни, почтив и ее поклоном. — Погода в Англии старается,
чтобы вы чувствовали себя как дома.
— И мы весьма признательны за это. — Слегка приподняв юбки,
королева прошла немного вперед по травянистой тропинке, оставив за собой
Макларена и Кортни. — Сады здесь просто замечательные.
— Вся Англия ждет вашего одобрения, мадам.
Королева повернулась к нему и проницательно улыбнулась.
— Не думаю, чтобы вся Англия радовалась королеве-француженке. Судя по
всему, многие, подобно лорду Берлингему, предпочли бы рядом с королем
чопорную англичанку.
— Все верноподданные англичане в восторге, что король выбрал даму
сердца, достойную его.
Смех Генриетты Марии трелью разлился в полуденном воздухе. Она положила руку
на рукав учтивого кавалера и взглянула в его красивое лицо.
— Теперь я знаю, почему Карл вас любит. Вы умеете говорить только
приятные слова? — Молодая королева долго и внимательно вглядывалась в
лицо Рори. — Правда не всегда приятна, но необходима королю. — И
мягко добавила: — И мне. — Затем она приподняла юбки и свернула с
садовой дорожки. — Я хочу отдохнуть перед ужином.
— Я пойду с вами, — тут же сказала Кортни.
— Не нужно... — Королева посмотрела на нее невинным взором. —
Доберусь одна. Разбуди меня до захода солнца.
У Кортни упало сердце. Неужели она нарочно оставляет их наедине? И снова
Кортни почувствовала себя в ловушке. Почему судьба толкает ее именно к тому
человеку, который может раскрыть ее прошлое и разрушить будущее?
Дождавшись, когда королева удалится, Рори сообщил:
— Король собирается уезжать завтра.
— Сундуки королевы уложены и готовы.
— А вы, Кортни? Вы готовы к встрече с Лондоном?
Она притворилась, что с восхищением смотрит на аккуратно подстриженную живую
изгородь.
— Вы же сказали, что я найду его интересным.
— Да, он совсем оправился. — Рори смотрел на изгибы ее бедер и
ругал себя за слабодушие. — Чума и сыпной тиф почти опустошили Лондон.
Те, кто не умер, бежали в загородные поместья и отдаленные деревни. Но мор
ушел, и Лондон снова превратился в место для увеселений.
Веселье. Вот уж чего не было у нее на душе, когда она думала о том, что ждет
ее в Лондоне.
— А как вы сумели уберечься?
Она повернулась к нему, и от взгляда ее глаз, в которых солнце отражалось
словно расплавленное золото, у него заныло сердце.
— Я был в Шотландии по делам.
— И часто вы отлучаетесь по делам?
— Да. — Он предложил ей руку и заметил, что она слегка
заколебалась, прежде чем мягко опустить свою руку на его рукав. Они
прогуливались по дорожкам, то и дело останавливаясь, чтобы полюбоваться рано
распустившимися цветами.
— А ваш клан благоденствует без его главы? Ее тон звучал вызывающе, но
он решил не обращать внимания.
— Макларены — это клан мужественных, трудолюбивых людей. Наш скот
ухожен, а урожай богат.
— Готовая пожива для тех, кто предпочитает грабить, а не работать. Ведь
из-за этого убили вашего брата?
— Да.
Кортни по его глазам поняла, что задела его за живое. Вместо того чтобы
позлорадствовать, она тут же перевела разговор на другое:
— Я буду скучать по Дувру. У королевы стало легко на душе с приездом ее
мужа, короля.
— Король тоже кажется более уравновешенным без лондонских забот.
Парламент и королевский совет не дают Карлу покоя.
— Нельзя ли его уговорить остаться еще ненадолго?
Кортни и сама понимала бессмысленность своего вопроса. Но ей так хотелось
остаться здесь, подальше от Лондона и от своего шпионского задания. Всем
сердцем она желала быть свободной от ужасного бремени, которое Ришелье
возложил на ее неокрепшие плечи.
Слова Рори прозвучали пророчески:
— У короля свои обязанности, как у вас и у меня.
Рори повернулся и повел ее обратно по садовой дорожке. У входа во двор он
низко склонился над ее рукой.
— Я дал вам время прийти в себя, миледи, зная, как вы устали от
путешествия. Но когда мы приедем в Лондон, я намерен с вами серьезно
потолковать.
У Кортни опять упало сердце, но она постаралась этого не показать.
— Как вам будет угодно, милорд.
Он ушел к конюшням, а она смотрела ему вслед. Бросив на него последний
взгляд, она отвернулась. Кортни знала, о чем намерен потолковать Рори. Он не
успокоится, пока не добьется правды. Значит, придется лгать, и как можно
искуснее, ибо за правду она поплатится жизнью.
Кортни не обратила внимания на человека, укрывшегося в тени и внимательно
наблюдавшего за ней. Когда он пересек сад, то солнце осветило его бесцветные
волосы и глаза — серые, холодные, непроницаемые.
Кортни стояла возле августейшей четы на королевской барже, плывущей вверх по
Темзе. Тысячи людей выстроились на берегу, махая руками и выкрикивая
приветствия. Корабли королевского флота образовали эскорт, сопровождая баржу
сзади. Колокола всех лондонских церквей начали радостный перезвон. Как
только баржа подошла к набережной, воины в малиновых, сверкающих золотым
позументом мундирах дали залп из орудия, к которому присоединились сотни
пушек. Кортни почувствовала, как вздрогнула королева, когда звук раскатился
по небу.
— Видите, как вас приветствуют? — Голос короля перекрыл грохот. Он
был великолепен в королевском пурпуре и шляпе с огромным плюмажем.
— И вас, милорд. — Королева застенчиво улыбнулась. — Как вас,
должно быть, любят!
— Скоро они полюбят и вас.
Король внимательно посмотрел на супругу, стараясь увидеть ее глазами толпы.
Длинные черные волосы закреплены диадемой из драгоценных камней. Туника из
пурпурного атласа надета поверх юбок, вышитых серебряными и золотыми нитями.
Подбитая горностаем накидка укрывает ее плечи от легкого ветерка, веявшего с
воды.
— Пойдемте. — Положив ее руку на свою, король повел ее по
ступенькам навстречу толпе разодетых вельмож, которые собрались
приветствовать королевскую чету.
— Макларен, — крикнул через плечо король, — позаботься о том,
чтобы леди Торнхилл стояла возле королевы.
— Слушаюсь, ваше величество, — сказал Рори, предлагая руку Кортни.
Расправив плечи, Кортни приготовилась к происходящему. Конечно, нелегко
придется Генриетте Марии в окружении чужом, если не враждебном. Дабы
королева не пошатнулась в вере, Франция высылает сюда ее личного духовника,
но это может только осложнить ее положение. Впрочем, Кортни было не до
августейших забот, в Лондоне ей предстояло начать свою шпионскую службу.
В садах Стаффорд-Хауса виконтесса Биддл, пожилая родственница короля,
возглавила процессию знати. Непрекращающийся поток кавалеров и дам кланялся
и делал реверансы, представляясь королеве.
У Кортни начала кружиться голова от изобилия имен и титулов. Попробуй тут
угадай, кто из этих людей предан королю, а кто может продаться за золотые
монеты.
Ришелье уверял ее, что у только что вступившего на английский престол короля
злопыхателей не меньше, чем было у его отца Якова I. Им безразлично, кто
лишит его власти, лишь бы самим выйти сухими из воды. Ее задача состояла в
том, чтобы разузнать о них и в нужный момент связаться с ними. Команду даст
Ришелье, и от одной только мысли о нем дрожь пробежала у нее по спине.
— Вы бледны, миледи, — прошептал Рори, прервав ее
размышления. — Выпейте это.
Он передал ей бокал эля и смотрел, как она с благодарностью потягивает его.
— Это скоро закончится, — сказал он, беря у нее пустой
бокал, — и вы сможете ослабить свою бдительность и отдохнуть.
От его слов Кортни чуть не расплакалась. Она так устала, что уже не
надеялась расслабиться.
...Закладка в соц.сетях
