Жанр: Любовные романы
Влюбленный повеса
... улыбкой истинного повесы он склонился в изысканном поклоне.
После ухода Райдера Натали долго не могла остановить дрожь. Что это с нею
произошло? Да, этот лорд-повеса говорил правду — она ревновала его. Вчера в
таверне, подумав, что он ушел с проституткой, она не могла найти себе места.
Что он с нею сделал! Где ее самообладание, которым она так гордилась прежде
и на которое сделала ставку, когда шла работать в таверну. Утратить контроль
над своими чувствами — нет, это ей совсем не нравилось. А с чего все
началось? Теперь уже невозможно было вспомнить. Но то, что с ней произошло
на берегу, она несомненно запомнит надолго в любом случае. Там Райдер
пробудил в ней что-то такое, о существовании чего она не догадывалась. Ей
всегда казалось, что жизнь старой девы не составит для нее больших
трудностей. И вдруг все это рухнуло. Нежными словами, легким прикосновением
и единственным невероятным поцелуем, при воспоминании о котором ее и сейчас
бросало в жар, Райдер перевернул все ее взгляды, все планы, всю жизнь.
Теперь ее не покидало ощущение разлада с самой собой, причем, независимо от
того, находился рядом Райдер или же нет. Внешне это проявлялось в постоянной
раздражительности без причин. Все чаще она стала вспоминать те или иные
сценки из их бесед с Ньюбери. Последнее время ей не раз припоминался поцелуй
в экипаже. Тогда Райдер сказал, что она разжигает его страсть, даже не
прикасаясь к нему. В тот вечер это показалось ей не более чем расхожей
шуткой повесы. Оказалось, он не шутил. Теперь с ней происходило то же самое.
Стоило Райдеру поднять бровь, улыбнуться ей или же посмотреть на нее с его
всесокрушающим вожделением, как по всему ее телу пробегала сладостная дрожь,
и Натали начинала ощущать истому. Она заметила, что этот повеса, смущая ее
душу и будоража ее чувства, испытывал удовольствие. Это еще больше выводило
Натали из себя. Он безусловно плохо влиял на нее — мало того, что сводил ее
с ума, но еще и увлекал ее, притягивал к себе.
Этим вечером в таверне Натали присела поговорить с пареньком, который зашел,
чтобы попросить кружку воды. Оказалось, что его зовут Саймоном Миллером, и
он плавал на торговом судне каютным юнгой. Сердце Натали сжалось при виде
этого изнуренного ребенка в грязной, покрытой заплатами, куртке, дырявых
штанах и такой драной шапке, что, казалось, ею только что вытирали тротуар.
Она сразу же принесла ему из кухни баранины и молока. Сначала он упорно
твердил, что не намерен принимать милостыню, но после того, как она
приказала ему есть, он проглотил все принесенное с неимоверной скоростью и,
судя по выражению его глаз, с таким же наслаждением.
Они беседовали примерно час, и за это время Натали достаточно подробно
узнала драматическую биографию Саймона. Ему четырнадцать, он родом из
Ливерпуля. Сбежал из дома от драчуна-отца, чтобы плавать на торговом судне.
Ему удалось пристроиться на одно, но в Чарлстоне его списали на берег,
потому что он оказался недостаточно силен и не мог переносить большие
тяжести. Это произошло несколько недель назад. На берегу он выживал, как
мог. Пытался наняться на другое судно, выполнял первую попавшуюся работу,
искал еду в отбросах.
— Это было твое первое плавание по морю? — спросила Натали
мальчишку.
— Да, мисс, — ответил тот с улыбкой. — Очень любезно с вашей
стороны, что вы спрашиваете об этом.
— Похоже, что на судне тебя морили голодом, — заметила она вслух,
поскольку одежонка буквально болталась на худеньком теле недавнего юнги.
Мальчик пожал костлявыми плечиками.
— Когда мы вышли в море, я подхватил лихорадку, — попытался
оправдаться он. — Это было что-то ужасное, мисс... Кажется, отчасти
поэтому капитан и прогнал меня.
Натали показала на желтоватый синяк на его руке, который совсем недавно,
видно, был обширным подтеком.
— Эту отметину оставила, наверное, не лихорадка?
Мальчишка отвел в сторону глаза, чувствовалось, ему не хотелось рассказывать
о том, как ему жилось на судне.
— Мы попали в сильный шторм в Атлантике, и всех нас швыряло, как
щепки, — стал припоминать он. — Удивительно, что меня не смыло за
борт.
— Ты слишком юн для такой жизни, — назидательно произнесла
Натали. — Тебе нужно вернуться домой. У тебя есть семья?
Светлые живые глаза мальчонки заметно погрустнели.
— Моя мама давно уже на небесах, а отец только и знает, что пьет да
колотит меня, — коротко рассказал он о своей семье.
— Извини, — сочувственно произнесла Натали. — Но как же
помочь тебе? Ясно, что в таверне тебе делать нечего, здесь собираются не те
компании, которые нужны тебе.
— А вам, мисс? — спросил он с озорной улыбкой в глазах.
Натали невольно рассмеялась. Подняв голову, она увидела направляющегося к
ним Райдера. Он подошел легкой походкой и кое-как устроил свое большое тело
на стуле. Поверх головы мальчика он посмотрел на Натали и подмигнул ей.
— Кажется, у меня появился соперник? — спросил он наигранно
серьезным тоном.
Натали подбадривающе улыбнулась мальчику.
— Это мой друг лорд Ньюбери, — сказала она Саймону, затем подняла
голову на Райдера. — Можешь познакомиться с моим новым другом Саймоном
Миллером.
Саймон некоторое время пристально смотрел на Райдера, судя по всему, что-то
припоминая.
— Ваша светлость, как хорошо увидеть вас снова! — произнес он
обрадованно.
— Почему снова? — пожал Райдер плечами.
— А почему снова? — спросила мальчишку Натали.
— Потому что, мисс, несколько дней назад его светлость дали мне доллар
за то, чтобы я сбегал в парикмахерскую и вызвал пожарных, — не
перестовая улыбаться, рассказал он.
Натали выразительно посмотрела на Райдера. Тот сидел с невинным выражением
лица и тихонько насвистывал
Марш искателей приключений
.
— Так ты говоришь, что лорд Ньюбери заплатил тебе доллар за то, что ты
вызвал бригаду пожарных? — спросила она мальчика, не сводя глаз с
Райдера.
— Да, мисс, — кивнул тот головой.
— Скажи мне, ты вызывал пожарных в дом некой леди? — по-прежнему
глядя в лицо Райдеру, спросила она еще раз мальчишку, уточняя интересовавшую
ее деталь.
— Да, верно, — ответил Саймон и щелкнул пальцами. — Постойте,
так это, наверное... ваш дом был. Его светлость сказали мне, что нужно
торопиться спасать вас...
— О-о! — только и могла произнести Натали.
— Молодец, Саймон! — вмешался в беседу Райдер. — Так все и
было.
— Так вам, ваша светлость, удалось, значит, спасти ее? —
совершенно серьезно спросил Саймон.
— Образно говоря, да, — улыбнувшись, ответил Райдер.
— Ты хам! — выкрикнула ему в лицо Натали.
Саймон непонимающе посмотрел на лорда Ньюбери.
— Разве леди не хотела, чтобы ее спасали? — спросил он.
Ньюбери подмигнул Натали и перевел взгляд на мальчишку.
— Не волнуйся за мисс Десмонд, Саймон, — успокоил он того. —
Просто, когда у нее обгорели
синие чулки
, она переволновалась и у нее с
головой произошли неприятности.
Взбешенная Натали открыла рот, чтобы возмутиться наглостью лорда-повесы, но
не смогла сразу найти подходящие слова. Не дожидаясь ее реплики, Райдер
поднял указательный палец перед носом мальчишки.
— И пожалуйста, приятель, не нужно церемоний вроде
ваша светлость
, от
них можно с ума сойти. Договорились? — спросил Райдер.
— Как угодно, ваша светлость! — легко пошел на уговор парнишка.
Только после этого Ньюбери перевел взгляд на Натали.
— Вы, леди, кажется, что-то замышляете? — с невинным выражением
лица поинтересовался он.
— Судишь по себе? — съязвила она. — Если бы даже захотела, у
меня не получилось бы так здорово, как это получается у тебя.
Натали не скрывала своего недовольства, и Райдер несколько раз выразительно
хмыкнул.
— Кажется, мои грехи всегда оборачиваются против меня и мне приходится
расплачиваться, — с огорченным видом сказал он.
Натали решила, что частично она все же рассчиталась с обидчиком. Теперь
можно было, по ее мнению, заняться устройством Саймона.
— Он нанялся на торговое судно в Ливерпуле, но с ним плохо обращались
во время плавания и в Чарлстоне прогнали с корабля, — коротко изложила
она Ньюбери историю мальчика.
Райдер посмотрел на паренька и на некоторое время задумался.
— Знаешь что, молодой человек, нашему кучеру Жозефу нужен помощник,
чтобы чистить стойла, — произнес он затем. — Зайди-ка к нам в дом
на Куин-стрит.
Выражение лица паренька резко изменилось.
— Мне не нужна милостыня, ваша светлость! — гордо произнес он.
— После того, как несколько дней почистишь стойла, поймешь, что это не
милостыня, — с усмешкой ответил Райдер.
Саймон выпрямился и вздернул подбородок.
— Хорошо, сэр, если только мы договоримся о плате, — пошел на
уступку мальчишка. — Я прошу пять шиллингов в неделю. Буду работать за
взрослого потому и плату прошу немалую.
— Разумеется, — согласился Ньюбери, пожимая ему руку. — И
потом ты сможешь помочь мне и леди в наших поисках.
Саймон повернулся к Натали.
— В каких поисках, мисс?
Натали некоторое время раздумывала, довериться этому пареньку или не стоит.
Решила, что терять пока что особенно нечего, а еще один помощник вполне
может пригодиться.
— Это длинная история, а началась она с того, что несколько недель
назад исчезла моя тетя. Она пыталась напасть на след контрабандистов,
которые нелегально ввозят ткани.
— Контрабандистов? Тетя? Теперь я припоминаю, мисс, одну даму в порту.
Я видел ее как раз несколько недель назад. Она спрашивала там, на каких
судах ввозят ткани.
Натали побледнела, и ее руки вспотели, так что ей пришлось вытереть их о
передник.
— А ты не выдумываешь, Саймон? Учти, что это очень важное для меня
дело.
— О, нет, мэм, честное слово! Кажется, я даже знаю, куда делась эта
леди.
Он сделал паузу, наблюдая за впечатлением, которое произвели на слушателей
его слова. Натали горела нетерпением.
— Знаешь, куда она делась? Я не ослышалась?
— Да, мисс. Я и говорю, что она крутилась в порту целыми днями, все
расспрашивала людей на пристанях. А однажды вечером я видел, как она
украдкой рылась в тюке. Я как раз спал на этой груде. Из ее разговоров с
матросами, которые грузили товар на фрегат, я понял, что она собиралась
поехать в Англию. По-моему, в Лондон. Вот там я думаю, она и должна
находиться.
Натали и Райдер в радостном изумлении посмотрели друг на друга.
— Ты уверен в том, что ничего не перепутал? — переспросила Натали
Саймона.
— О, мисс, я никогда ничего не путаю, — с обидой в голосе ответил
тот. — Та леди была немного похожа на вас, только она постарше.
— А ты знаешь, как называется корабль, на котором она отплыла? —
вступил в разговор Райдер.
Парень отрицательно покачал головой.
— Извините, ваша светлость, дело было ночью, — произнес он с явным
огорчением.
— Ничего, ничего, Саймон, — успокоил его Райдер, протягивая ему
монету. — Ты заработал свою первую премию, получай!
— Целая крона, сэр! — поразился Саймон. — Но это же слишком
много!
Райдер улыбнулся и подмигнул Натали.
— Ты заслужил, парень. Ты помог нам с леди больше, чем думаешь.
Через несколько минут Натали и Райдер ехали в экипаже Ньюбери. Они сидели на
противоположных сиденьях. Саймон спал, положив голову на колени Натали.
Глядя, как она нежно гладит голову мальчика и печально смотрит на него,
Райдер с теплотой думал об этой девушке, которая неожиданно ворвалась в его
жизнь и полностью изменила ее. Еще он думал о том, что она для него —
чертовски желанная женщина.
— Как хорошо, Райдер, с твоей стороны позаботиться о нем и так щедро
заплатить ему, — негромко произнесла Натали. — Он — бедное дитя.
Вот только не могу поверить, что ты подбил его на ложное сообщение о пожаре.
— Прости меня, дорогая, — искренне признал свою вину
Ньюбери. — Это была вынужденная хитрость с моей стороны, и ты знаешь,
ради чего я пошел на нее.
— Правда, ради меня? — потеплевшим взглядом посмотрела она на
Райдера.
— Конечно, дорогая, — пожал он плечами. — Роль Саймона в
любом случае была невинной, я всю ответственность беру на себя.
— О, я рада слышать, что хотя бы один раз ты взял на себя
ответственность, — не без иронии заметила она.
Лорд Ньюбери хмыкнул и посмотрел на спящего мальчика.
— Первое, что я сделаю, это скажу нашей уборщице, чтобы она как следует
отскребла его, — высказал Райдер вслух свои мысли. — Подозреваю,
что эти коричневые волосы после мытья окажутся намного светлее. Кстати,
Натали, надеюсь, у него нет паразитов, которые могли бы сейчас переползти на
тебя.
Натали даже не шелохнулась, она лишь подняла печальные глаза на Райдера.
— Бедный паренек! — произнесла она сочувствующе. — Мы перед
ним в долгу, ведь он прошел через настоящий ад и первым донес до нас весть о
тете Лав.
— Да, мы перед ним в долгу, — согласился Райдер. — Зато
теперь мы знаем почти наверняка, что твоя тетя отправилась в Лондон.
Натали после некоторого молчания взглянула на него, и в ее глазах сквозило
сомнение.
— Почему ты предполагаешь, что она отплыла на том судне, Райдер?
— Потому что это наиболее вероятно. Наверное, ей стало известно судно
контрабандистов, которое направилось в Лондон за новым грузом контрабандных
тканей. И тетя решила воспользоваться подвернувшимся судном, чтобы
проследить путь до того места, откуда поступает контрабанда.
Натали удовлетворенно кивнула головой. Однако ее мысли о контрабандистах не
давали ей покоя.
— Удалось ли твоим приятелям что-нибудь выяснить насчет тех
контрабандистов, с которыми вы дрались у реки? — поинтересовалась
Натали.
— Нет, — огорченно ответил Ньюбери. — И суда, и повозки
исчезли. Не приходится сомневаться в том, что мы вспугнули негодяев. А
теперь вот снова напали на их след.
— Может быть, — неопределенно произнесла Натали.
Лорд Ньюбери наклонился к ней:
— Ты, конечно, понимаешь, что нам необходимо немедленно отправиться в
Англию? — произнес он.
— Понимаю, что мне нужно немедленно отправиться туда, — ответила
Натали. — Что же касается тебя, Райдер, то ты уже достаточно сделал для
меня.
Лорду Ньюбери с трудом удалось сдержать закипевший в нем гнев. Итак, она
высокомерно отвергала его? И это после всего того, что он сделал для нее? Он
потратил столько времени и сил для ее завоевания и теперь позволить ей одной
ускользнуть в Англию? Она слишком плохо знала его.
— Значит, ты решила отделаться от меня? — преувеличенно мрачным
тоном произнес он.
— А почему бы мне этого хотеть? — уклонилась она от прямого
ответа.
— Наверное, потому, что я заставляю тебя чувствовать то, что ты
предпочла бы не чувствовать, — поддержал он ее игру в недомолвки.
— Это любопытно! — сделала она еще один ход в том же направлении.
Карета проезжала как раз мимо фонаря, и при его свете Райдер увидел, что
лицо Натали краснеет. Это доставило ему удовольствие. И он решил продолжить
игру.
— Неужели любопытно, Натали?
— Да, я уж слишком много использую твое великодушие и в дальнейшем я
постараюсь справиться сама.
Лорд Ньюбери откровенно рассмеялся.
— Ты не можешь сама добраться от таверны до дома, ты прекрасно знаешь
это!
Саймон зашевелился, и Натали приложила палец к своим губам, требуя тишины.
— Пожалуйста, не разбуди мальчика! — попросила она.
Райдер в знак согласия кивнул головой и продолжал более тихим, но не менее
решительным голосом.
— Натали, я просто не могу позволить тебе путешествовать одной. Это
слишком опасно отпускать такую даму, как ты, одну, без сопровождения.
— А тебе не кажется, что еще опаснее пускаться в путешествие с таким
хранителем-повесой, как ты?
У Райдера вырвался тихий смех, но он тотчас же погасил его и продолжал по-
прежнему серьезным, озабоченным тоном:
— Я еду с тобой в Англию, и все!.. Кроме того, мне пора навестить мою
бабушку.
— Твою бабушку? У тебя есть еще и бабушка?
Он кивнул и, посмотрев на девушку, выразительно вскинул брови.
— По-моему, я тебе рассказывал, что моя мать погибла четыре года назад
в результате несчастного случая. Но ее мать — моя бабушка — Франческа
Валенца до сих пор жива.
— Она живет вместе с твоим отцом?
— Она живет в Лондоне, но с отцом давно не разговаривает. Впрочем, он
отвечает тем же.
— А какие отношения с отцом у тебя?
— Еще хуже.
Она сочувственно посмотрела на его лицо, где, казалось, был напряжен каждый
мускул.
— Райдер, я не могу просить тебя о том, что, вероятно, причинит тебе
боль...
— Натали, я еду с тобой и весь разговор! И потом, я же сказал, что мне нужно проведать бабушку.
Она вздохнула и некоторое время молча гладила мальчика по голове. Потом
подняла глаза и посмотрела в лицо Райдеру изучающим взглядом.
— Ты это твердо решил?
— Попробуй только уехать без меня...
Она хмыкнула и, улыбнувшись, покачала головой.
— Хорошо, завтра заказываю билеты... — уступила Натали.
— Мы поплывем на клипере Гарри, — решительно возразил Ньюбери.
— Как это — на клипере? — недоуменно посмотрела она на
него. — Ты же собирался вернуть его Гарри.
— И собираюсь, — подтвердил он. — Гарри, кажется, самому
надоели эти колонии и, я уверен, он охотно составит нам на клипере компанию.
— Ну, знаешь, — у меня нет слов, — покачала она
головой. — Это еще одна шалость, не так ли? Сколько у тебя еще их в
запасе?
Ньюбери не отозвался. Он сидел, непривычно ссутулившись и размышляя о чем-то
своем.
— По правде говоря, Натали, это становится очень серьезным, —
произнес он таким тоном, словно говорил самому себе.
Натали посмотрела на него и по блеску устремленных на нее глаз поняла, что
именно он считал
очень серьезным
— это привязанность к ней.
Какое-то время они ехали в полной тишине, затем Райдер заговорил о делах,
связанных с предстоящим отплытием.
— Я поговорю с Хэмптоном о том, чтобы он оплатил это путешествие.
Сейчас у него с финансами гораздо лучше, чем у меня. Сейчас, милая, у меня
кончаются деньги и лучше всего мне добраться до Англии на корабле Гарри.
Глядя на очаровательного и упрямого искателя приключений, сидящего напротив
нее, Натали в душе помолилась за всех его друзей и за него самого.
Глава 14
После того как Райдер отвез Натали домой, а Саймону помог устроиться на ночь
в конюшне на сене, он почувствовал, что не может обрести душевное
равновесие. Ему захотелось оседлать свою лошадь и куда-нибудь помчаться. На
исполнение этого желания потребовались считанные минуты. И вот уже, рассекая
холодный ночной воздух, лорд Ньюбери скакал галопом на своем большом гнедом
жеребце по Кинг-стрит мимо густонаселенных домов, в которых ютилась
городская беднота, прямо к Баундери-стрит. У городских ворот, слегка
успокоившийся, Райдер повернул разгоряченную лошадь обратно и не спеша
направился домой.
Против его желания мысли то и дело уносились далеко вперед. Через день-
другой он отплывет в Англию с женщиной, которая его необычайно волновала,
привлекала и интриговала. Открывались чудесные возможности показать, чего он
стоит, если только он не умрет раньше от неутоленного желания. А там, в
Лондоне, его ждали новые радости — он снова увидит свою любимую
нонну
, как
называл он свою бабушку по-итальянски. Одна лишь мысль о встрече с ней
согревала его сердце. Но вместе с тем неугомонная натура Райдера наполнялась
чувствами совсем другого рода, связанными с воспоминаниями о его прошлой
жизни. Да, в Лондоне его ждали не только сложности, тысячи сложностей,
связанных с поисками контрабандистов, но и горькие напоминания о совершенных
прежде ошибках.
Но как бы далеко ни уносились его мысли, он не мог совсем оторваться от
сиюминутных переживаний. Вот и этот разговор с Натали в карете в присутствии
спящего на ее коленях Саймона.
Я не могу просить тебя о том, что вероятно,
причинит тебе боль
, — сказала она. Да, в деликатности и чуткости ей
все же не откажешь. Но она и сама не сознавала, как глубоко она вошла в его
сердечные переживания, заговорив о его боли.
И снова мысли перенесли его в Лондон. Там ему придется непременно
встретиться с отцом, чего ему в глубине души очень не хотелось и чего он почему-
то даже опасался. Тем не менее эта встреча необходима. А причины лучше
Натали не объяснять, все равно она их не поймет. В его отношениях с ней,
начиная с самой встречи, слишком много капризов судьбы. Что это? Судьба
ведет его? Покровительствует ему? Сколько времени еще будет длиться эта
благосклонность? Не станет ли все явным, когда они окажутся в Лондоне. И что
будет, если Натали узнает правду?
Встреча с отцом снова растревожит боль, вызванную смертью матери. Мысль об
этом поднимала с самого дна души Райдера бурю противоречивых чувств. Он
грустно улыбнулся при воспоминании о Карлотте Ремингтон — высокой статной
женщине с голубыми глазами и черными блестящими волосами. Его мать
представляла собой настоящее сокровище. Природа щедро наделила ее
благородной, добродетельной душой и чувством сострадания к неимущим. В этом
она с Натали схожа. Он помнил, как в детстве помогал матери укладывать в
корзине плотными рядами еду для бедных, а иногда даже сопровождал ее в
благотворительных обходах лондонских трущоб, где, к его ужасу, люди обитали
в темных, кишащих крысами каморках.
Пришли на память и те счастливые времена, когда его мать беседовала с ним
по-итальянски или читала ему книги на итальянском. Если отец заставал их за
этим занятием, то нередко бранился, поскольку считал итальянский язык
неблагородным, грубым и даже вульгарным. Впрочем, это не мешало ему
гордиться женитьбой на дочери флорентийского графа и особенно тем, что
заполучил невесту с таким богатым приданым. Позже, когда Райдер подрос, он с
матерью стал пускаться на хитрости. Если они не хотели, чтобы присутствующие
понимали их, то мать произносила фразы на итальянском, а он отвечал ей на
придуманной им для общения с ней смеси итальянского и английского. Еще
Райдер вспомнил ее милые сентенции тех времен, когда учился переводить с
итальянского.
Секрет счастливой жизни в благородном сердце, — нередко
говорила она. — Будь счастлив, сын мой
.
Это были и ее последние слова, обращенные к нему.
Он до сих пор тосковал по тем временам, тосковал по своей матери, которую
очень любил. И то, что отец бросил ему обвинение в смерти Карлотты,
неизмеримо усилило его боль и окрасило ее чувством вины. Да, это было
жестокое обвинение, брошенное отцом четыре года назад...
Те ужасные слова и сейчас еще отзывались эхом в мозгу и сердце Райдера.
— Ты, ничтожный распутник, как ты посмел пьянствовать в
Уайте
как раз
в тот вечер, когда твоя мать оказалась в руках воров и убийц? — кричал
отец. — Ведь я предупредил тебя, чтобы ты не отпускал ее одну в эти
грязные трущобы!
Райдер пытался тогда защищаться:
— Ваша милость, я не знал о том, что мать собиралась туда. А где были
вы?
— Я был в парламенте, где и должен был находиться в тот момент. А вот
мой беспутный сын пропивал и проигрывал в карты жизнь своей матери. Чтобы ты
горел за это в адском огне, ничтожный негодяй!
Проклятье отца до сих пор причиняло Райдеру страдания, как ни старался он
забыть о нем. Временами чувство вины за гибель матери стано
...Закладка в соц.сетях
