Жанр: Любовные романы

Пруденс

сторінка №13

р, как я была там счастлива.
Туз ожидал всех в холле.
Он переоделся в костюм и розовую рубашку. Боже, как же он был красив! Костюм
удачно подчеркивал ширину его плеч и длину ног. Я вдохнула аромат его
лосьона после бритья и почувствовала слабость от страстного желания.
— Ты уверена, что в состоянии идти в ресторан? — спросил он.
Я заметила сочувствие в его глазах.
— Я в порядке, — резко ответила я, придя в ужас от мысли, что
только что едва не выдала свои чувства.
Ресторан Дороти получил свое название в честь Дороти Уордсворт. Внутри
приглушенно горели светильники, потолок подпирали огромные черные колонны,
на белых стенах были развешены фотостаты страниц дневника Дороти Уордсворт,
на каждом столике в ресторанном зале стоял букет нарциссов. Все выглядело
довольно мило, но несколько претенциозно. Береника сразу проявила свой
капризный характер. Не снимая своей огромной шубы из меха волка, она
остановилась в дверях ресторанного зала и начала громко причитать:
— Боже мой, я не готова войти сюда! Я еще просто не готова!
— Ну что ж, если ты не готова, то я уже вполне готов, — весело
отозвался Джимми Бэттен. — Давай, Пру, входи и выбирай себе место, а я
сяду рядом с тобой.
Мэгги с Джеком устроились напротив меня. Береника и Туз сели сбоку.
Великолепно, по крайней мере мне не придется в течение всего ужина смотреть
ему прямо в глаза. Береника затеяла шумное совещание по поводу отправки ее
шубы в гардероб и возможности доверить это важное дело официанту. В конце
концов все посетители ресторана обратили внимание на наш стол.
— Неплохое местечко, правда, дорогой? — заметила Береника, с
одобрением посматривая на парочки в интимных альковах. — Айвен,
дорогой, мы обязательно придем сюда вдвоем. В наш персональный вечер, —
многозначительно уточнила она.
Береника стала выглядеть не такой оживленной, когда ознакомилась с меню и
увидела, что в нем отсутствуют вегетарианские блюда.
— Я и забыла, что вы все тут плотоядные животные, — сказала
она. — Айвен, ты не мог
бы поговорить с официантом? Может быть, у них найдется яичница со шпинатом
или хотя бы чечевица?
— Вряд ли. Здесь никто не сходит с ума от всей этой чуши про
вегетарианство и долголетие. Это Англия. — ответил Туз.
— Что ж поделаешь, — Береника огляделась вокруг со страдальческим
видом мученика под пытками. — Тогда придется обойтись зеленью со
сметаной.
— А мне, пожалуй, подойдет огромный стейк, слабо прожаренный, с
картофельным гарниром, — заявки Джек ожидавшему официанту. — И
попросите, пожалуйста, подойти к нам официанта по винам.
— В Штатах гурманство уже не в моде, — сказана Береника. —
Вот я своим личным примером убеждаю людей отказываться от вредных привычек и
тем самым найти свое счастье в жизни.
—Да, и вбухивать в суп несколько литров воды па одно зернышко
чечевицы, — прервал воодушевленную речь Береники Джимми Бэттен,
намазывая тем временем толстый слой масла на разрезанную пополам булочку.
Береника посмотрела на него с явным неодобрением.
— Джеймс, ты просто не осознаешь, как пагубно действует на тебя эта
белая мука. Меня поражает ваша кошмарная английская еда — какие-то отбросы.
Айвен в Нью-Йорке жил на одних гамбургерах, когда я с ним познакомилась. И
неудивительно, что он почти довел себя до язвы.
— Когда выходит твоя новая книга? — спросил Джек.
— В январе. Она будет переведена на пятнадцать языков.
— Да, а для начала ее не мешало бы перевести на английский, —
сказал Туз.
— Издевайся, дорогой, издевайся, — ответила Береника,
смеясь. — Айвен не выносит моего литературного стиля. Да, боюсь, он
слишком академичен, но я привыкла писать, рассчитывая на наиболее
интеллектуальную категорию читателей. Знаете, я до сих пор не могу поверить,
что нахожусь наконец в родных местах Айвена.
—  — Мы тоже никак не можем поверить, что ты уже здесь, — сказал
Джек. — Туз, по-моему, мы должны заказать не меньше четырех бутылок
вина?
— Так интересно пойти для разнообразия в ресторан, где меня абсолютно
никто не знает, — продолжала Береника. — В Штатах я не могу даже
через улицу перейти, чтобы передо мной не расстилали ковровых дорожек.
Крайне отвратительная особа, — подумала я.
— Не падай духом, дорогая, — прошептал мне на ухо Джимми
Бэттен. — Как у тебя дела с Пендлом?
— Он приедет в субботу и заберет меня отсюда.
— Значит, не слишком хорошо? Я кивнула.
— Так я и думал, — он еще понизил голос. — Все еще гоняется
за Мэгги? Бедняжка Пру. Мне следовало предупредить тебя, когда мы
встречались в Лондоне. Мэгги, кстати, тоже выглядит ужасно. Я еще никогда не
видел, чтобы кто-нибудь так быстро дурнел. А ведь она привыкла быть такой
красивой
.

Ужин, казалось, продолжался целую вечность. Я заставляла себя есть и часто
глотать вино из бокала. Туз обсуждал с Джимми Бэттеном проблему подростковой
преступности в Нью-Йорке. Береника не уставала осуждать совершенно
невозможный
стиль жизни Джека и восхвалять свой собственный здоровый образ
жизни
.
— Ты должен избавиться от всех земных прихотей, — вещала она,
помахивая в воздухе вилкой с кусочком цветной капусты. — Я это сделала
и прикоснулась к божественной красоте вселенной.
— Ну, я никак не могу отречься от всего земного, — протестовал
Джек. — Я должен зарабатывать деньги, чтобы прокормить две семьи.
Потом Береника стала рассказывать о своем последнем муже:
— Я хотела, чтобы между нами установились отношения, базирующиеся на
доверии и открытости, а ему был нужен только его .спорт. Мне кажется, мы с
ним вообще не были способны найти ни одной точки соприкосновения.
— А может быть, вам с Тузом тоже не удастся найти общих
интересов? — спросил Джек. Внезапно я почувствовала, как его ступня
начала тереться о мою ногу.
— О, их совсем нельзя сравнивать. Тут совершенно другой случай, —
горячо возразила Береника, накрывая руку Джека своей прекрасной загорелой
рукой. — Айвен — человек, который вызывает благоговейный ужас. Он умеет
совмещать несовместимое, и это так прекрасно. У нас с ним было множество
весьма продуктивных многочасовых бесед.
— Удивляюсь, что ты находишь его не слишком убедительным, — сказал
Джек.
— Ну конечно, он ведет себя в споре как лев, — согласилась
Береника. — Но я стараюсь с этим бороться и получаю огромное
удовольствие от дискуссий с ним.
Встретясь на мгновение взглядом с Тузом, я почувствовала, что краснею, и
сразу отвела глаза.
— Конечно, я уже была большой звездой, когда встретила Айвена, —
продолжала Береника. — Но до нашей встречи моя жизнь была абсолютно
пустой. Мне не хватало любви для полного счастья и заботы другого человека,
который бы полностью посвятил себя мне. Ты даже не представляешь себе, как
радикально Айвен изменил мой образ мыслей.
— Но Туз никогда не бросит своего дела ради кого бы то ни было, —
серьезно сказал Джек.
Но Береника, казалось, не заметила его реплики и продолжала развивать
выбранную тему. Она так увлеклась, что даже не обратила внимания на то, как
Джек перекатил по столу поближе ко мне пустую бутылку из-под тоника,
горлышко которой было заткнуто свернутой в трубочку бумажкой. Я вытащила ее
и развернула. Там было написано одно слово: Помогите.
Я написала на обратной стороне бумажки Я тебя люблю, воткнула ее на
прежнее место и перекатила бутылку обратно к Джеку. Было очень приятно
осознавать, что Джек так же, как и я, считает Беренику непроходимой дурой. А
Береника определенно была без ума от Туза. Она достигла той стадии
влюбленности, когда уже она не могла не думать и не говорить о нем каждую
секунду. Ей страшно хотелось каждое мгновение прикасаться к нему, вот и
сейчас ее рука блуждала то по его волосам, то по его руке, то по бедру.
Потом она решила и меня подключить к разговору. Она перевела на меня взгляд
и спросила, что я думаю о положении в Северной Ирландии. Но как раз в этот
момент мой рот был занят непрожеванным куском цыпленка, поэтому я только
потрясла головой. Тогда она стала говорить, что, по ее мнению, у людей в
этой стране поразительное и совершенно непостижимое для нее стремление к
насилию.
После этого она повернулась к Мэгги. Мэгги сегодня была одета в ту самую
юбку, которую Туз привез для нее из Штатов.
— Маргарет, я так рада, что ты носишь эту юбку. Мы с Айвеном обошли по
меньшей мере дюжину магазинов, пока подобрали необходимый оттенок, —
сказана Береника, повернулась к Тузу и лизнула его в ухо. — Дорогой, ты
даже не представляешь себе, какой подарок я тебе приготовила. Но ты получишь
его попозже, — громко заявила она.
Я больше не могла это выносить. К тому же в ресторане было слишком жарко: я
чувствовала, как капли пота выступают на моем лбу.
— Мне надо пойти в уборную, — пробормотана я, выбираясь из-за
стола. Я вышла из зала в холл и поспешно устремилась в туалет.
Выйдя оттуда, я увидела в холле Джимми Бэттена.
— Я отвезу тебя домой, — предложил он.
— О, пожалуйста, — почти плача попросила я.
Я снова почувствовала себя совсем больной, у меня кружилась голова.
— Сейчас, только схожу предупрежу остальных.
— Разве нельзя попросить официанта сообщить им это после нашего
отъезда?
Мне не хотелось сейчас видеть Туза.
Снег продолжат падать, когда мы с Джимми ехали домой. На кронах деревьев,
крышах домов и воротах уже образовались целые сугробы. Когда мы доехали до
деревни и уже направлялись по последнему прямому участку дороги к дому
Малхолландов, то увидели на обочине большой плакат, надпись на котором
гласила: Неогороженная дорога. Осторожно — животные.

— Совсем не животных здесь надо опасаться, — с горечью сказала я.
— Это ведь больше не Пендл, не так ли? — спросил Джимми Бэттен.
— Боже, неужели это так очевидно?
— Только для меня. Я вообще никогда не понимал, почему ты — такая
веселая девушка, любящая пошутить и развлечься, — положила глаз на
Пендла. Да он же просто сухарь. А вот Туз — это целый мир.
— А между ними — это серьезно? Я имею в виду Туза и Беренику?
— Для Береники серьезно. Она болтает много чуши об УЖВ — умении жить
вместе, так она называет взаимоотношения супругов, подразумевая себя и Туза.
Но не думаю, что она сильно привлекает его. Да и вряд ли кто-нибудь вообще
привлекает его сейчас. По-моему, он еще не готов к новому супружеству.
— А что в ней такого чудесного? — уныло спросила я.
— Ее умение убедительно говорить и действовать. Она очень активная
дама, особенно в постели. Она привыкла быть моей подружкой. И я не могу
справляться с ее неврастенией. Может быть, у Туза это получится?
— Посмотрим, — сказала я ровным голосом.
— Бедная маленькая Пру, — Джимми протянул руку и ласково погладил
меня по щеке. — Тебе пришлось не очень сладко у Малхолландов, не так
ли?
Дома он проводил меня до дверей моей комнаты и сказал:
— Я уезжаю завтра на рассвете, у меня слушание дела в Бирмингеме.
Позвони мне, когда вернешься в Лондон, сходим куда-нибудь поужинать.
Я легла в постель, взяла в руки книжку и попыталась читать. Через некоторое
время я заметила, что уже несколько раз читаю одну и ту же страницу. Тогда я
отложила книжку и достала из верхнего ящика туалетного столика фотографию
Пендла. Она была вся помятая, края превратились в лохмотья от долгого
лежания на дне моей сумочки. Я смотрела на изображение Пендла, как смотрят
на совершенно чужого незнакомого человека. Как же я могла хоть немного
любить его? Рядом с яркой личностью Туза он казался бледной тенью.
Было уже больше двенадцати часов ночи, когда вернулись остальные. Через
некоторое время в мою дверь кто-то постучал. Это оказался Туз. Он вошел и
присел ко мне на кровать.
— Почему ты не сказала мне, что плохо себя чувствуешь? Я бы отвез тебя
домой.
— Ты был занят другим делом, — мрачно сказала я.
Несколько секунд он молча смотрел на меня. Тень от абажура нарисовала полосы
на его щеке. Потом он сказал:
— Ты выглядела такой несчастной весь вечер. Я наблюдал за тобой.
— Надеюсь, ты узнал что-нибудь полезное, — сказана я с
раздражением и скрестила ноги под одеялом. От этого движения фотография
Пендла соскользнула с одеяла и упала на пол. Туз поднял ее и с минуту
внимательно разглядывал.
— Понимаю, — сказал он. — Ты рассказала обо всем Джимми.
— Да. — Мне ни к чему было врать теперь. — Я рассказала ему
все о нас с Пендлом.
— У тебя был трудный день сегодня. Никто не способен быстро
переваривать такие вещи. И они всегда кажутся гораздо тяжелее, если ты
измучен и очень устал.
Я почувствовала, как у меня задрожал подбородок, а к глазам снова подступили
слезы. Туз протянул ко мне руку, но я быстро уклонилась от его
прикосновения. Я понимала, если он ко мне прикоснется, я погибла.
— Не надо, я этого не вынесу.
Туз вздохнул, забрал у меня книжку и погасил в комнате свет.
— Попытайся заснуть.
Я слышала, как открылась, а потом закрылась дверь его спальни. Мое тело
пылало, я металась по постели и никак не могла найти удобное положение. Я
должна забыть о нем, говорила я себе. Я должна перестать воображать себе,
чем они с Береникой могли заниматься в эту самую минуту. Я должна перестать
думать о том, убрал Туз или нет фотографии Элизабет. Крупные слезы
непрерывным потоком текли из уголков моих глаз. Ночь, казалось, тянулась
бесконечно. Ну что ж, мне следовало раз и навсегда признать одну вещь:
влюбиться в Туза Малхолланда — это гарантия того, что мне не придется
умереть от смеха.

Глава тринадцатая



Когда я проснулась на следующее утро, за окном все так же падали тяжелые
хлопья снега. Вчера я забыла занавесить окно. Дул ветер, и снег валил косо
справа налево. Я долго тупо смотрела на снегопад, чувствуя головокружение.
Потом я закрыла глаза, хотя знала, что мне больше не удаемся заснуть.
Постепенно я вспомнила все события вчерашнего дня и застонала от отчаяния.
Пендл должен был приехать через два дня, правда, я надеялась на чудо:
возможно, дороги завалят снегом и он не сможет добраться сюда. Никогда.
В дверь постучали, и вошла миссис Брэддок с подносом в руках. Она хлюпала
покрасневшим носом. Ее сопровождали Колридж и вертевшийся вокруг его ног
котенок.

— Сегодня прекрасная погода, — сказала миссис Брэддок. —
Снегу навалило уже выше щиколоток, когда я рано утром выходила во двор. Кому-
то надо будет заняться расчисткой дорожки. Я не могу, у меня насморк.
— Вам не следовало беспокоиться насчет завтрака, — сказана я,
принимая сидячее положение и опираясь на подушки. — Я собиралась сама
спуститься вниз.
— Это мистер Туз мне велел. Он сказал, что вы должны все съесть, потому
что вчера почти ничего не ели за ужином, и попросил напомнить, чтобы вы
приняли лекарство.
— Вы очень добры, — поблагодарила я и с отвращением посмотрела на
еду. Надо будет совершить подвиг и запихнуть в себя хотя бы немного яичницы
с беконом. — А он уже позавтракал?
— Они с мистером Джеком уехали на фабрику. Мистер Бэттен тоже уехал. Он
приятный джентльмен. И она тоже поднялась, шастает вокруг кухни, задает кучу
вопросов и раздает приказы.
— Кто? — тупо спросила я.
Миссис Брэддок вдруг приняла вид оскорбленного достоинства.
— Береника, или как там она себя называет. Она подождала, пока мистер
Туз уедет, а потом вторглась в кладовую для мяса, говоря, что мы все
отравляем себя химикатами, и выбросила в мусорное ведро все мои упаковки со
смесями для тортов. Я готовлю для этой семьи уже тридцать лет, и вряд ли
найдется человек, который стал бы утверждать, что он заболел от моей
стряпни. Я не знаю более здоровых людей.
— И я тоже. Они все здоровы как быки, если способны выносить такие
попойки.
— Она вручила мне список необходимых продуктов. — продолжала
пыхтеть миссис Брэддок. — Ну где, скажите, я здесь в деревне посреди
зимы найду ей соевые бобы, коричневый рис, тыкву и отруби?
Я захихикала и посоветовала ей:
— А вы пойдите к мистеру Брэддоку и попросите у него немножко отрубей,
из которых он готовит корм для лошадей.
— Ладно, мне пора возвращаться на кухню. Моечная машина работает как-то
странно. Мисс Мэгги оставила шляпу профессора Коуплэнда в гостиной на софе,
Антония Фрейзер проспала в ней всю ночь и превратила ее в лепешку.
— Слон побывал в посудной лавке, — прокомментировала я это
событие. Теперь, после посещения миссис Брэддок, я чувствовала себя немножко
веселее. Я поднялась с кровати и отдала яичницу с беконом Колриджу, у
которого от длительного вожделения из уголка рта свисала ниточка слюны.
Подошла к окну и увидела, как в саду Люкаста лепит снеговика. Я помахала ей
рукой.
В гостиной расположилась Береника. Сегодня она была одета, как женщины на
картинках в журнале Сельская жизнь: в оливково-зеленый кашемировый
джемпер, коричневую твидовую юбку и красивые туфли на толстом каблуке. Она
слушана Вивальди. По-видимому, она страдала оттого, что не удались все ее
планы провести утро en famille.
— Похоже, в этом доме никто и никогда не убирается как следует, —
провозгласила она, увидев меня. — Здесь работает только одна бедная
старая женщина, которая, конечно, не может справиться со всеми делами сразу.
Я еще никогда не видела такого запущенного дома. Везде собачья шерсть. Я
потратила полчаса, чтобы отчистить горшок.
— Что? Ах, унитаз. — До меня с некоторым трудом дошло, что она
имеет в виду.
Она взяла в руки свою сумочку и вытащила из нее коричневый пузырек с
таблетками.
— Это комплексные витамины, которые я тебе обещала. На твоем месте я бы
принимала по четыре драже три раза в день.
— Огромное спасибо, — поблагодарила я и подумала про себя, что,
возможно, я составила о ней неправильное мнение.
— Пруденс, ты занимаешься йогой? — спросила Береника и посмотрела
на меня, грациозно склонив голову набок. — Всегда, когда я чувствую
напряжение или усталость, я сажусь и начинаю медитировать. В любом месте,
где бы я ни была. У меня есть хорошая книга по йоге, я дам тебе почитать.
Уверена, это поможет вам с Пендлом улучшить ваши отношения.
Любишь же ты совать свой нос в чужие дела, — подумала я. Интересно,
как много Туз успел ей рассказать?
Потом она встала и начала бродить по гостиной, исследуя все, что попадалось
на пути.
— Эта комната может стать совершенно очаровательной, если кто-нибудь не
поленится приложить к ней руки, — разглагольствовала она. — В моей
квартире в Нью-Йорке я все обделала древесиной и покрасила в естественные
цвета. Полагаю, окружающая обстановка сильно влияет на душевное равновесие.
Наверное, именно поэтому ей не понравились красные обои, она, должно быть,
считала, что красный цвет вызывает ярость. Я размышляла про себя, вела бы я
себя так же, если бы была такой же красивой, как она, и решила, что нет.
Потом Береника встала у окна, и это сразу напомнило мне рекламный плакат
зимних видов спорта: прекрасная загорелая девушка на фоне заснеженных гор.

Так и захотелось запеть какую-нибудь тирольскую песенку.
— А чем занимается Роза целыми днями, когда не растрачивает наследство
Айвена? — вдруг спросила Береника.
— Да, это хороший вопрос. Ну, у нее куча друзей, она играет в бридж,
красиво выглядит и вообще развлекается.
— А Маргарет? Она на самом деле не в форме. Ее derriere просто тащится
за ней по полу.
— Абсолютно тем же самым, — ответила я. — Только, кажется, не
так весело.
— Я получила от нее слишком много негативных вибраций прошлым вечером.
Насколько я догадываюсь, у них с Джеком не все ладится. Надо будет как
следует позаниматься с ней и снова направить их отношения в нормальное
здоровое русло.
Кончилась пластинка. Береника перевернула пластинку на другую сторону.
— Эта сторона не поцарапана.
— Не думаю, чтобы кто-нибудь здесь ее слушан, — пояснила я. —
По-моему, нам пора начинать подготовку к вечеринке Люкасты.
— Я специалист по детским вечеринкам, — самодовольно заявила
Береника. — Прошлым летом я готовила все вечерние приемы для сына Чи.
Мальчику примерно столько же лет, как и Люкасте, но у него суперинтеллект.
— Ну и чем же ты занимала их все время?
— О, мы не стали устраивать специальных игр. Дети сами писали сценарий
по ходу вечеринки. А я организовывала передвижной буфет: канапе из соевых
бобов, морковный пирог и булочки из чечевицы. Все по моим собственным
рецептам.
В этот момент с треском распахнулась дверь, и в комнату, издавая клич
Тарзана, влетела Люкаста.
— Пойдемте посмотрим на моего снеговика, — позвана она нас.
Девочка подошла к камину, опустилась на колени и протянула руки к
пламени. — Как вы думаете, озеро уже достаточно замерзло? Могу я взять
бисквит?
— Надо говорить: можно мне взять бисквит? — поправила Люкасту
Береника и очаровательно улыбнулась. — Для тебя будет гораздо полезнее
съесть сырую морковку.
— Я не осел. Пру, ты идешь?
— Твоя мама уже встала? — спросила Береника, никак не
прореагировав на грубость Люкасты.
— Она мне не мама, — прошипела Люкаста. — Она жена моего
папы.
Практически сразу после этих слов в дверях показалась Мэгги. Она бросила на
Люкасту злобный взгляд, но ничего не сказала. Выглядела она очень бледной.
— С тобой все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила я у
нее.
— Так себе. Послушай, там Джек звонит по телефону. Ты не хочешь сказать
ему пару слов?
Я вышла в холл и взяла телефонную трубку.
— Привет, детка! — поздоровался Джек. — Тебе уже лучше? А как
там наше Великое Американское Бедствие?
— Кошмар.
Джек засмеялся.
— Ты не хотела бы пообедать со мной? А потом мы могли бы поехать
выбрать подарки для Люкасты и подумать, как организовать вечеринку.
— Отличная идея, я согласна. А что случилось с Мэгги? Она сегодня
отвратительно выглядит, — сказала я. — Она не хочет присоединиться
к нам?
— Ни в малейшей степени. Я заеду за тобой к часу.
Вернувшись в гостиную, я увидела, что Береника донимает Мэгги своими
упражнениями по йоге.
— Я занимаюсь так каждое утро, — говорила она. — Упражнения
для живота, мышц ног и всего тазового пояса очень важны. Их можно
использовать и в сексе. Ты начинаешь пользоваться своей внутренней
мускулатурой, и все сразу становится лучше, Маргарет. Я имею в виду, лучше
во всех смыслах. — Береника тепло улыбнулась Мэгги. — Я уверена,
что вам с Джеком это прекрасно поможет.
Ко времени ланча домой вернулись Джек с Тузом. Джек сказал мне, что только
просмотрит почту, и мы можем отправляться. Мэгги так и не переоделась к
столу и осталась в халате. Береника беспокоилась о своей вечерней поездке в
Манчестер.
— Продюсер сказал, чтобы я не особенно беспокоилась о своей одежде. Как
же это возможно? Я так не могу.
Она все время приставала к Тузу. А подойдут ли в данном случае ее
французские джинсы и кожаный пояс? Как Туз думает, в какое время им
необходимо выехать, чтобы не опоздать? А вдруг дорога будет плохая, что
тогда? Я заметила, как Туз подавил зевок. От непрерывной болтовни Береники
он выглядел совершенно обалдевшим. Мы

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.