Жанр: Любовные романы
Давай поспорим
...е забыл про Тони, охваченный азартом игры.
— Ты мне нравишься, — сказала Лайза. Он посмотрел на нее и
улыбнулся:
— Ты мне тоже нравишься, детка. Если тебе когда-нибудь понадобится
помощь, смело звони.
— Спасибо, — сказала Лайза, тронутая. — И если ты обо мне
вспомнишь когда-нибудь, набери мой номер.
— И мы займемся сексом? — немного оживился Тони. — У меня
есть надежда?
— Вот почему мы расстаемся, — вздохнула Лайза. — Ну что, все
в порядке?
— Да, — ответил Тони и вдруг закричал, глядя на поле: — Нет, нет,
нет!
Лайза встала и поцеловала его в макушку.
— Будь поласковее с этими мальчишками, — сказала она на
прощание. — Они вырастут и возглавят компании, где ты будешь проводить
свои семинары.
В самом конце игры Мин спустилась к ограждению, где стоял Кэл. Немного
помедлила, затем откашлялась и произнесла:
— Ты хорошо сказал Рейнолдсу. Правда хорошо. — Кэл не отрывал глаз
от поля.
Ну посмотри же на меня
, — думала Мин, не зная, чем привлечь его
внимание.
— Ты был неотразим, — солгала она. — Мне так захотелось...
Знаешь, если бы здесь было поменьше народу, я бы легла с тобой прямо тут, на
трибуне.
Кэл не двигался. Наконец повернулся к ней с каменным лицом.
Да-а
, — подумала она.
— Дай мне пять минут, — сказал он, — и я очищу место. —
Мин облегченно выдохнула.
— Я уж заволновалась.
— Прости. — Он подошел ближе, прислонился к ограждению и, просунув
пальцы сквозь сетку, коснулся ее руки. — Плохие воспоминания.
— О твоем собственном отце, — кивнула Мин. — Я догадалась. С
Харри все в порядке?
— Не совсем. Но жить будет.
— А насчет Рейнолдса сомневаюсь. Бинк выглядела как ангел смерти.
— Он свое получит, — ответил Кэл. — Хотя мальчику от этого не
легче.
— Почему она за него пошла? — вырвалось у Мин. — Прости,
но...
— Рейнолдс ослепил ее своим обаянием. — Кэл скупо
улыбнулся. — Они познакомились в колледже. Он сразу положил глаз на ее
денежки и сделал все, чтобы не упустить их. У нее не было выбора.
Мин представила себе эту роковую встречу — маленький, испуганный совенок
Бинк и великолепный красавец Рейнолдс.
— Почему она не ушла от него?
— Потому что теперь он ее любит. С рождением Харри он изменился, стал
намного лучше.
— Ничего себе! — поразилась Мин. — Каким же он был раньше?
— Красивым мерзавцем, — помрачнел Кэл и взглянул на Мин. —
Как все Морриси.
— К тебе это не относится.
— Ох, милая моя, иногда относится. Ты не все знаешь.
— Я тебя таким не видела.
— С тобой я совсем другой. Ты изменила меня. — Мин улыбнулась:
— Ты сам напросился, соблазнитель.
— Спасибо, что пришла, — сказал он и направился к Тони — тот звал
его.
Мин села рядом с Бонни. Та положила ладонь на руку подруги и заметила, что
ее трясет.
— Что у вас?
— Волшебная сказка. Только не для детей, — ответила Мин.
Когда игра закончилась, Мин пошла на стоянку. В машине Кэла на заднем
сиденье она увидела Харри. Сам Кэл стоял около дверцы, ожидая Мин.
Не
бросайся к нему, — велела она себе. — Харри заметит
.
— Куда мы теперь?
— Завтракать, — ответил Кэл. — И слушать Элвиса, потому что
благодаря тебе Харри полюбил Пресли. — Он открыл перед ней дверцу
машины.
— У мальчика хороший вкус, — сказала Мин, выставив вперед
подбородок. Села в машину и добавила: — Эй, ихтиолог, говорят, мы едем
завтракать. И конечно, там будет Элвис, Элвис и еще раз Элвис.
Харри кивнул.
— На твоем месте я бы не отказалась от сосисок. Проси у своего дяди
все, что угодно.
— Готовы? — спросил Кэл, садясь в машину. Харри снова кивнул,
сделав умное лицо.
— Можно мне поесть сосисок?
— Что? — Кэл обернулся.
Лицо Харри приняло скорбное выражение.
— Минерва, — Кэл пристально посмотрел ей в глаза, — ты развращаешь моего племянника.
— Я? — Мин, затаив дыхание, смотрела на него. — Ну что ты.
Американцы съедают двадцать миллиардов хот-догов в год. Харри ведь тоже
американец.
— Да, — сказал мальчик.
— Двадцать миллиардов, надо же! — Кэл засмеялся. Мин понемногу
успокаивалась. Когда они выехали на дорогу, она повернулась к Харри:
— Ну, что нового в мире рыб?
— А где твои туфли с рыбками? — спросил мальчик.
— Знаешь, я купила другие — с вишенками. — Кэл взглянул на ее
туфли.
— Неплохие, — сказал он. — Но все же это не рыбки. —
Харри кивнул.
— Давай поболтаем об ихтиологии, — предложила мальчику Мин.
Харри говорил битых два часа. Мин ахала и изо всех сил изображала интерес к
теме, при этом ей очень хотелось, чтобы Кэл прикоснулся к ней, пусть даже
совсем невинно. Например, погладил по голове. Но даже это не помешало ей к
концу ленча узнать о рыбах практически все.
— Больше никогда рыбу есть не захочешь, — сказал Кэл, открывая
перед ней дверцу машины.
— Зато, если это прибыльное занятие, Харри поможет тебе в
старости, — ответила Мин, стараясь держать себя в руках в такой
близости от него.
— Ну что, Харри, едем домой?
— А можно мне пирожное? — ребенка опять сделалось траурным.
— Харрисон, — отчеканил Кэл, — это уже слишком.
— Поехали в
Криспи-крем
, — попросила Мин. Кэл, закатив глаза,
включил мотор.
На подходе к вывеске
Свежая выпечка
Харри обратил свои совиные глаза на
Мин:
— А можно два?
— Харри, — строго произнес Кэл.
— Да, — ответила Мин. — Сегодня тебе можно два.
— Нет, — сказал Кэл, но препятствовать не стал.
Они пили молоко, ели покрытые шоколадной глазурью пирожные и говорили о
рыбах. Мин, вспоминая стол для пикника, старалась держать себя в руках.
Покончив со вторым пирожным, Харри снова загрустил. Когда они вернулись к
машине, Кэл сказал Мин:
— Садись сзади.
— Ладно, — согласилась она, гадая, ссылка это или что другое.
Может, он заметил в ее глазах вожделение и решил спастись?
Минут пять Харри ехал довольный и счастливый. Потом вдруг позеленел.
— Так, — произнес Кэл и притормозил.
Харри открыл дверцу, и пинта молока и два пирожных стали добычей сточной
канавы.
— Ох, бедняжка! — воскликнула Мин, морщась от сознания своей
вины. — Прости меня.
— Невелика потеря, — ответил Харри, вытирая рот. — А сосиску
я сберег.
Кэл подал ему бутылку воды.
— Прополощи рот и выплюнь. Два раза.
— Откуда вода? — удивилась Мин.
— Взял, когда платил за пирожные. Я предусмотрителен.
Харри вернулся к машине.
— Там такая гадость. Можно вылить туда остальную воду?
— Конечно, — ответил Кэл и встретился с Мин глазами в зеркале
водителя. — Мы, Морриси, всегда моем сточные канавы водой
Эвиан
.
— Да вы, господа, чистюли!
Когда они подъезжали к дому родителей Харри, мальчик сказал:
— Большое тебе спасибо, дядя Кэл. — Затем он выглянул между
сиденьями и прошептал: — Спасибо за пирожные.
— Рада была доставить тебе удовольствие. — Мин наклонилась к нему
и прошептала на ухо: — Я люблю тебя, Харри.
Он улыбнулся, а потом бросил торжествующий взгляд на дядю.
— Харрисон, если будешь отбивать у меня девушку, заработаешь крупные
неприятности.
Харри улыбнулся еще шире и вылез из машины.
— Пока. — Он хлопнул дверцей.
— Тебе не кажется, что он несхолько молод для тебя? — пошутил Кэл,
посмотрев на Мин в зеркало.
— Да, но он Морриси. Обаяние — великая сила.
— По-моему, особенно хорош он был, когда блевал в канаву... Ну, так и
будешь торчать на заднем сиденье?
— Мне вроде и здесь неплохо, — с притворным равнодушием ответила
Мин.
— Тащи сюда свою задницу, Доббс, — распорядился Кэл.
Она со смехом пересела вперед, и машина тронулась.
— С Харри все в порядке? — спросила Мин.
— Конечно. Его часто тошнит.
— Я про игру.
— Ничего. Будет долго вспоминать и мучиться, но в конце концов
переживет. Он спасен. Все его хвалили. И Бинк дома постарается сгладить
впечатление. Конечно, тяжело слышать от собственного отца, что ты тупица.
— Да, — сказала Мин, почувствовав к Джефферсону Морриси страстную
ненависть. — А как ты?
— Я? Отлично.
— Хорошо. — Мин перевела дух. Все это время она была в страшном
напряжении. Теперь они остались один на один, пора начинать. Лучше всего
поговорить начистоту, сказать, что ей известно про пари, трезво обсудить
ситуацию, и потом...
— Ты что? — спросил Кэл.
— А что?
— Ты о чем-то молчишь. Давай рассказывай.
— Ох, — вздохнула Мин. Вдруг лобовая атака не лучший метод? —
Я думаю...
— Угу.
— ...что нам надо... мне бы очень хотелось кое-что выяснить.
— Да, — сказал Кэл.
Было видно, что он не понимает, о чем речь, и просто подыгрывает.
— Я думаю, мы могли бы наладить отношения, — продолжала
она, — если поговорим об этом.
Кэл крепче сжал руль, не отрываясь от дороги.
— Хорошо, давай поговорим.
Ты не хочешь мне помочь!
— мысленно воскликнула Мин.
— Тебе известно, что семьдесят восемь процентов пар имеют секреты друг
от друга?
— Ничего удивительного, — ответил Кэл.
Мин кивнула.
— Ты это сама придумала?
— Да, — призналась Мин. — Хотя, могу поспорить, примерно так
и есть. Ты что-то скрываешь от меня? Что-то из тех времен... — она
дернула плечами, — до нашего знакомства?
Кэл не ответил. Она все прочла на его лице.
— Ты же все знаешь, — наконец сказал он. — Иначе не
спрашивала бы.
— Да, знаю. — Мин напряглась всем телом.
И зачем только я
спросила? Надо быть полной идиоткой, чтобы задавать подобные вопросы
.
— Это было давным-давно. Моя жизнь представляла собой сплошной ад, а
она такая замечательная, и Рейноддс с ней ужасно обращался...
Что?! В груди у Мин возник ледяной комок. Кэл покачал головой.
— Она хороший человек. Это было серьезно.
— О! — сказала Мин, подумав:
В другой раз соображай, когда
вызываешь человека на откровенность, деревянная ты башка
.
— Все в порядке, Мин, — произнес Кэл, бросив на нее короткий
взгляд. — Бинк не умеет обманывать, а я... как ни хотелось бы мне
иногда прибить брата, я все же не стану переходить ему дорогу... Вот и
поговорили.
— Угу. — Мин улыбнулась через силу.
— Все это быльем поросло. Она сказала, что я единственный человек,
который не польстился на ее деньги. Ты ее видела. Ты знаешь, какая она.
Редкий человек.
— Угу. —
Убить меня мало
.
— С тобой все нормально?
Мин взглянула на него и выпалила:
— Ты ее любил?
Кэл притормозил, и она подумала:
Господи, когда же я научусь не спрашивать
о том, чего мне вовсе не хочется знать!
Он выключил двигатель и повернулся к ней:
— Да любил.
— Угу. — Мин кивнула. — В другой раз не отвечай мне ничего,
ладно?
— Ладно.
— Ты все еще любишь ее?
— Да.
— Ты не слушаешь меня!
— Мин, я не то имел в виду. Наша связь давно прервалась. Мы оба поняли,
к чему все идет, и никто из нас не захотел кошмара. Рейнолдс внезапно стал
уделять ей больше внимания, у меня появились другие женщины, и все само
собой разрешилось.
— Не до конца, — возразила Мин. — Между вами что-то осталось,
нечто большее, чем просто родство.
Кэл кивнул:
— Да, она особенный человек. Но это не та любовь. Прежнего нет! Все
кануло в Лету.
— Угу, — вновь сказала Мин, пытаясь прийти в себя. Кэл отвернулся
к боковому окну.
— Синтия понятия не имела. Она психолог, мы встречались девять месяцев,
и она ничего не почувствовала. А как ты догадалась?
— Я очень сообразительная, — солгала Мин.
Кэл немного помолчал, глядя через ветровое стекло; Мин смотрела на его
крупное, расслабленное тело и чувствовала, что ее влечет к нему с неодолимой
силой.
— Знаешь, Синтия потратила месяцы на то, чтобы понять, почему я стал
серийным любовником.
— Кем? — удивилась Мин.
— Это ее термин. Имеется в виду, что я часто меняю партнерш, в чем ты
меня все время упрекаешь. Она видит причину в том, что я подсознательно хочу
найти повторение своей матери, пытаюсь заслужить любовь и одобрение женщины,
а после бросаю ее и ищу новую.
— У Синтии на каждый случай своя теория, — сказала Мин. На душе у
нее было горько, и хотелось, чтобы кто-нибудь развеял эту горечь.
— Я не искал повторения своей матери. Я искал Бинк. — Кэл не
замечал, что она готова выскочить из машины, что она еле сдерживает
тошноту. — Мне нужен человек, с которым я мог бы быть самим
собой. — Он покачал головой. — Я даже не осознавал этого раньше.
— Хорошо, что теперь все прояснилось, — бодро сказала Мин.
— Я не сразу разобрался в себе. Я не встречал еще таких, как ты. Потому
что их просто нет.
Дыши глубже
, — велела себе Мин.
— Когда ты решила порвать со мной — там, на улице, возле
ресторана, — я подумал:
Ну и черт с тобой
. Но через пять минут я уже
тосковал по тебе. Ты единственная женщина, которую мне хотелось вернуть. И с
тех пор я только и думал, как это сделать.
Мин набрала в легкие побольше воздуха, чтобы не потерять сознание.
— Я люблю тебя, — признался Кэл. — Я знаю, это — безумие, мы
всего три недели знакомы, нужно время, но я люблю тебя, и все тут.
Мин выдохнула и снова сделала глубокий вдох.
— Господи, Мин, скажи хоть что-нибудь.
— Я люблю тебя, — ответила она. — Я тебя всегда любила.
— Слава Богу, — сказал Кэл и наклонился к ней.
Глава 13
Мин с силой обвила руками шею Кэла.
Кэл охнул.
— Прости. — Мин немного отстранилась.
— Ничего, — сказал Кэл, удерживая ее. — Господи, как я
соскучился!
Он поцеловал ее, и, как всегда, горячая волна затопила Мин, а перед глазами
будто молния сверкнула. Теперь она не сопротивлялась ощущениям, всецело
овладевшим ею. Она держала любимого в объятиях, в восторге от того, что
снова чувствует его дыхание. На миг оторвавшись, Мин вновь прильнула к его
губам, вспоминая их вкус.
Наконец Кэл отстранился, чтобы перевести дух.
— Смотри не разбей мое сердце, — сказала она.
— Не разобью. И свое тоже. — Кэл опять привлек ее к себе, она
обняла его и словно растворилась в нем, опьяненная предвкушением близости и
счастья. Она почувствовала, как его руки скользнули под блузку, и, задрожав,
укусила его губу. Он еще крепче сжал ее в объятиях.
И вдруг зазвонил телефон Мин. Кэл отпустил ее, тяжело дыша, глядя
потемневшими глазами.
— Не обращай внимания, — сказала Мин, тоже взволнованно
дыша, — это Диана, она звонит по десять раз в день. —
Обними меня
и люби, люби меня...
Но Кэл покачал головой:
— Ответь. Нам надо успокоиться. Мы в общественном месте.
— Мне все равно. — Мин потянулась к нему. Он включил двигатель.
— У тебя или у меня, Минни, но только не в машине.
— Где ближе, — согласилась она и достала телефон.
— Мин! — Сестра волновалась. — У нас затруднения.
— Говори, — сказала Мин. Голова у нее кружилась. — Что
случилось?
— Предсвадебный обед, — простонала Ди. — Грег решил закупить
провизию на стороне, чтобы было подешевле.
— Господи! — Мин взглянула на Кэла. — За четыре часа до
обеда...
— Ненавижу Грега, — сказал Кэл.
Диана, так же как и Мин, громко и бурно дышала. — Мама собирается
прибить его, а он на грани нервного срыва. Вот такая у меня будет свадьба!
— Подожди, — попросила Мин. — Дай подумать. —
Кэл,
обнаженный, со мной, в постели... Нет-нет, не сейчас
.
— Что нам делать? У нас ничего нет, — волновалась Диана.
— Пока не знаю. — Мин поймала взгляд Кэла.
— Где будет этот обед? — спросил он, глядя на дорогу.
— В отеле около церкви. Вниз по реке. А что?
— На сколько человек?
— На четырнадцать.
— Устроим. Пусть не волнуется.
— Устроим? — удивилась Мин. — Кто устроит?
— Ты помнишь, что Тони, Роджер и я когда-то работали в ресторане?
Возьмем у Эмилио все необходимое, ты сделаешь цыпленка-марсала, они разложат
его по тарелкам и подадут на стол. Твои родители не знакомы с моими
друзьями, так что все получится.
— Я сделаю цыпленка-марсала? Гм. Ну ладно.
— Все будет в порядке, предоставь это нам, — успокоила она
сестру. — Тебе надо только придумать подходящее объяснение для мамы,
если мы с Кэлом немного опоздаем, и убедиться в том, что задняя дверь в
кухню открыта.
— Слава Богу, — облегченно произнесла Ди. — Скажи, я не
нарушила твои планы?
— Немного. Ну да ладно. У нас есть еще пара часов в запасе, а потом
начнем готовить. Мы успеем...
— Нет у тебя пары часов! — воскликнула Диана. — Ты с ума
сошла! У нас сейчас последняя примерка. Все уже на месте. Мы ждем тебя с
минуты на минуту, не смей нас подвести. Мама тебя убьет, если...
— Ах да. Я совсем забыла...
— О чем ты? — спросил Кэл, притормаживая.
— Примерка. Прямо сейчас. Мне придется...
— Нет проблем. — Кэл вздохнул. — Я тебя подброшу, а сам поеду
за провизией, потом мы все приготовим, посидим на обеде, а потом...
— Мне придется провести ночь у сестры, — простонала Мин, закрывая
глаза. — Ночь перед свадьбой, я обещала...
— Что ж, — ответил Кэл, — не так уж страшно.
Может быть, для
тебя и не страшно
, — подумала Мин и сказала:
— Я хочу тебя прямо сейчас. Хочу...
— Господи! — выдохнул Кэл. — Я постараюсь...
— Мин? — позвала Диана.
— Я приеду. — Мин отключила связь.
— Где у тебя примерка? — обреченно спросил Кэл.
— У Финокаро, в отделе свадебных нарядов, — тоскливо ответила
она. — Ну почему Грег сам не мог с этим управиться?
Кэл подъехал к магазину, поцеловал ее и отправился за провизией. И только
когда он исчез, она сообразила, что о пари не было сказано ни слова.
Нам не хватило времени, — думала она. — Я не дала ему возможности
вспомнить об этом, но даже если здесь не все чисто, мне дела до этого нет,
ничто не омрачит мою радость
.
Однако сейчас ей предстояло встретиться с матерью и втискиваться в проклятый
корсет.
— Опять ты опоздала, — приветствовала дочь Нанетта.
— Здравствуй, мама. — Мин готова была растерзать мать, если она
скажет что-нибудь неприятное.
— Съешь. — Нанетта протянула ей яблоко.
— Зачем? — удивилась Мин.
— Бог знает, что там приготовят эти люди, которых нашел Грег. Он
совершенно ненадежен. И знаешь, он даже не сказал им, что готовить надо без
масла. Так что пока съешь яблоко.
Мин взяла яблоко, посмотрела на него, покачала головой и положила. Надо было втискиваться в корсет.
Через четверть часа портниха вышла из примерочной, а Мин осталась стоять
перед зеркалом.
Я бы себя убила, да только не хочется последним перед
смертью видеть вот это
, — думала она, глядя на свое отражение.
На ней была голубая юбка, которая застегнулась только после того, как Мин
выдохнула из легких весь воздух и втянула живот, и шифоновая блузка цвета
лаванды, плотно обтягивавшая грудь. Голубой корсет удалось застегнуть, лишь
когда Мин перестала дышать, а портниха с удесятеренной силой сделала
последнюю попытку. Теперь она едва могла вздохнуть — корсет ежеминутно
грозил расползтись по швам.
И отчего это Кэлу понравилась такая толстуха?
Мин вышла из примерочной.
— Опять туго, — сказала Нанетта тоном, который не сулил ничего
хорошего.
— Бог свидетель, я почти все время сидела на диете, —
оправдывалась расстроенная Мин.
— У тебя был целый год, — с горечью говорила мать. — А теперь
ты нарушаешь всю красоту свадьбы Дианы.
— Есть идея. — Мин попыталась подтянуть корсет повыше. —
Почему бы мне не вывихнуть ногу? Тогда Карен станет подружкой невесты, и все
будет выглядеть изящно.
— Нет! — раздался в дверях громкий голос Дианы. Мать и дочь
обернулись.
— Не кричи, моя дорогая, — сказала Нанетта. Ди направила палец на
Мин:
— Ты моя сестра и подружка невесты. Ты будешь превосходно выглядеть,
потому что лаванда — твой цвет! — В глазах Дианы появился тот же
маниакальный блеск, что и у матери. Мин не рискнула возразить.
— Ну, нам здесь делать больше нечего. — Нанетта была
раздосадована. — Обед через три часа, приходи вовремя. Примеришь второе
платье без нас.
— Платье для предсвадебного обеда? — удивилась Мин. — Почему
бы...
— Я нашла такое, которое сделает тебя стройной. — Нанетта покачала
головой, выражая разочарование старшей дочерью. — Правильно выбери
длину. Если отрезать до колена, твои ноги будут как столбы.
— Спасибо тебе, мамочка. — Мин поняла, что сейчас лучше не
вступать в споры. Она начинала уставать.
Мать посмотрела ей в глаза:
— Ты считаешь меня тираном. Но я знаю жизнь. Толстым быть плохо.
Особенно женщине. Я желаю тебе счастья и благополучия, хочу, чтобы ты вышла
замуж за хорошего человека, а с таким весом это невозможно.
— Она не толстая, — заступилась за сестру Диана. — Не
толстая!
— Не кричи.
— Плевать мне на все, не смей называть ее толстой! — Диана сама
удивилась своим словам. — Оставь ее, — добавила она уже спокойным
голосом.
Нанетта покачала головой, затем повернулась к Мин и взяла ее руку.
— Я хочу видеть тебя счастливой, — повторила она. — Ты
сгоняла вес так, как я тебе говорила? Если у тебя мышцы не в тонусе, эти
шифоновые рукава...
— Нам пора идти, а то опоздаем. — Диана потащила мать к выходу. В
дверях она обернулась: — Выглядишь потрясающе.
— Спасибо.
Мин посмотрела в зеркало. Шифоновая блузка смотрелась неплохо, однако вырез
был слишком велик. Мин попыталась сесть, но юбка не позволяла.
— Постойте, постойте!.. — Портниха бросилась к ней и стала расстегивать
молнию.
— Не
...Закладка в соц.сетях
