Жанр: Любовные романы
Вечная тайна любви
...воей жизни, с начала до конца. Но
о тебе - ничего.
Хотя он о ней спрашивал.
- Тэд не мог рассказать тебе обо мне что-либо существенное,- негромко заметила
Луиза.- Мы с тобой похожи, Грэг. Свои собственные секреты мы держим при себе.
- Только так в конечном счете можно защититься от превратностей окружающего
мира,
- Да.
Грэгори рассказал ей историю своей жизни: к тому времени, когда он родился, его
родители были уже в разводе. Мать умерла в молодом возрасте. Отцу он был не нужен. Он
едва научился ходить, когда его взял к себе на воспитание дед со стороны матери, живший
недалеко от Сан-Франциско. Этот человек воевал против японцев во время второй
мировой войны и потерял при этом руку. Он ненавидел все связанное с Японией. И он не
желал иметь внука, который наполовину был японцем.
- Мне было шестнадцать лет, когда меня передали моему деду Масаки, словно
ненужный груз,- грустно сказал Грэгори.
Луиза смотрела в иллюминатор. Неожиданно навстречу ей устремились огни НьюЙорка.
Она подумала, что Грэгу нужен человек, с которым он мог бы делиться своими
сокровенными тайнами. Ее собственные тайны не шли ни в какое сравнение с его. У нее
шрамы на теле, у него - душевные раны. Это могло бы не иметь большого значения.
Если бы она не любила его.
7
Грэгори постучал в дверь ее номера раньше, чем она ожидала. Было раннее утро. Ночь
еще не ушла, и на улицах было темно. Луиза схватила пальто и вдруг остановилась. Она
понятия не имела, куда они пойдут с Грэгом. Неизвестно было, куда этот человек ее
приглашает пойти в половине шестого утра.
Сам Грэгори точно знал, что было у него на уме в этот ранний час и даже еще раньше -
в четыре, три и два часа ночи. Луиза не выходила у него из головы и все время стояла
перед глазами. Она должна была быть в его постели. Всякий раз, когда он ее целовал, она
реагировала на это, как женщина, безумно желающая жить и любить. Грэг взглянул на нее
и увидел на ее щеках розовый румянец от сна. Веки ее казались слегка припухшими.
Я бы мог овладеть тобою так быстро, что ты не сумела бы даже опомниться, подумал
Грэг.
Но он не для этого явился к ней в такую рань. Луиза между тем была одета словно для
визита на чай к какой-нибудь герцогине. Грэгори сухо улыбнулся.
- Дорогая,- сказал он с мягкой иронией,- нам нужно одеться попроще... и потеплее.
- В самом деле?
- В самом деле.
Луиза в отчаянии покачала головой.
- Грэг, но я не взяла с собой джинсы. Только ту одежду, которая годится для деловых
контактов и, возможно, для званого обеда.
- У тебя, по крайней мере, есть с собой другая обувь?
- Туфли?
- Да, без каблуков,- уточнил он. Луиза случайно захватила с собой кожаные башмаки, в
которых иногда ходила возле дома. Она сунула их в чемоданчик вместо тапочек, но,
конечно же, не имела намерения выходить в них на улицу.
- То что нужно,- одобрил Грэг, но тут же нахмурился оглянувшись вокруг.- Почему это
твой номер вдвое меньше моего?
- Потому что гостиницу заказывала я. Комната нормальная, а твои деньги бросать на
ветер я не намерена... Так что мы собираемся делать на улице в пять утра?
- Нужно осмотреть Нью-Йорк.
- Ты хочешь сказать, что мы идем на экскурсию? - изумилась Луиза.
- Боже мой, нет,- рассмеялся Грэг.- Только посмотрим на жизнь города.
Вдоволь побродив по улицам, они в конце концов оказались возле двух ювелирных
магазинов. Луиза сразу же обратила внимание на богатое ожерелье из трех ниток жемчуга
бледно-голубого цвета. Оно было необыкновенно красивым. Замочек ожерелья украшал
сапфир. Грэг облокотился о край витрины и наблюдал за Луизой. На лице его появилась
какая-то странная улыбка.
- Хочешь его? - спросил он.
Луиза с трудом отвела глаза от витрины и сказала с улыбкой:
- Мне кажется, мои родители за всю свою жизнь на заработали столько денег, чтобы
заплатить за это чудо. Обыкновенные бриллианты и то стоят дешевле.
- Лу...
Она подняла голову. - Дорогая, ты хочешь их иметь?
Глаза Грэга горели таким огнем, что Луизе показалось, будто у нее готово
остановиться сердце. Она поняла, что он говорит серьезно, и какое-то мгновение не
знала, что ей делать, что сказать.
- Разреши мне купить их для тебя, Луиза,- повторил Грэгори тихим голосом.
- Я хочу...
Но в этот момент она сама не знала, чего ей хотелось. Скорее всего - иметь право
пригладить его растрепавшиеся от ветра волосы. Этого было бы ей достаточно.
...Ко второй половине дня у нее уже болели от ходьбы все мышцы и косточки. На одной
пятке вскочил волдырь. В этот момент она поняла, что день, проведенный с Грэгом в
Нью-Йорке, не может быть последним. Она хотела делить все свои дни с этим человеком.
Потому что любила его.
- Луиза! Как я рад вас видеть!
- Боб!
Луиза расцеловала ювелира в обе щеки. Боб Кастеллано был ростом не выше нее, но
намного полнее.
Взгляд его остановился на Грэгори.
- Это Грэгори Коплин, Боб,- сказала Луиза, отступая на шаг.- Насколько я знаю, вы уже
встречались.
- Грэг,- сказал Боб, протягивая ему пухлую руку,- еще при первой встрече я сделал
вывод, что вы уж очень напористый человек. Теперь я вам это прощаю. Во-первых, потому
что вы взяли на себя труд доставить Луизу в Нью-Йорк. А во-вторых, потому что вы
решились захватить с собой свой жемчуг. Вы его привезли?
- Да.
Грэгори извлек из карманов два небольших мешочка, плотно перетянутые
веревочками.
- Устраивайтесь поудобнее,- сказал им Боб.- Мне понадобится на эту работу некоторое
время.
Луиза решительно тряхнула головой.
- Я хочу все видеть.
- Вы мне не доверяете? - с обидой произнес Боб.
- Когда речь идет об этих жемчужииах, я не доверяла бы самому Господу Богу... Сейчас
сами убедитесь.
- Что же, посмотрим, посмотрим.
Очень осторожно Боб выложил жемчужины Грэгори на длинный прямоугольник
бархата. Грэг чувствовал, как напряглась Луиза. Видно было, что его присутствие мало
волновало и ее и Кастеллано.
- Луиза, извини, но ты же знаешь, что я не имею дела с окрашенным жемчугом.
- Они не окрашены.
- Если бы вы предупредили меня, что они с острова Таити или из Центральной
Америки...
- Они получены в нашей долине, Боб.
- Но они черные. В вашей долине таких нет. Ну... ладно,- сказал он как-то невесело,- я
еще на них посмотрю.
Он неторопливо приладил спектроскоп и лупу на лоб. Несколько минут спустя он
сказал:
- Размер соответствует норме. Последовала долгая пауза, затем ювелир констатировал:
- Плотность у меня тоже не вызывает сомнений.
Луиза вдруг потеряла терпение. Она быстро подсела к Бобу. Когда он отложил
спектроскоп, она потянулась за ним, не обращая внимания на насмешливую улыбку
ювелира.
- Может, мне вообще уйти из комнаты? - спросил он.- Мне казалось, ты доверила мне
провести оценку этого жемчуга.
- Успокойтесь, Боб. Я люблю вас, но успокойтесь.
Она знала, чего искал Кастеллано. Не бывает красоты без изъяна. О подобной красоте
можно только мечтать. Может быть, Луиза слишком долго мечтала о ней, и это значило
для нее слишком много, скрашивало ее жизнь.
И тем не менее из рук Боба в ее руки одна за одной переходили жемчужины безо
всякого изъяна. Но прошел еще целый час, прежде чем ювелир снял с головы черную
ленту спектроскопа, откинулся в кресле и в недоумении взглянул на Грэгори и Луизу.
- Что за чертовщина? Что вы тут мне привезли? - спросил он строгим голосом. Потом
повертел головой, потер подбородок мягкими пальцами: - Вы показывали их какимнибудь
другим дилерам?
- В настоящий момент нам хотелось бы знать ваше мнение,- спокойно проговорил
Грэгори.
- Да, разумеется. Однако прежде всего я хочу вам сказать, что у вас нет необходимости
обращаться к другим дилерам. Луиза меня знает. Я был знаком с ее семьей еще до того,
как она начала серьезно заниматься жемчугом. И научилась отличать хороший жемчуг от
плохого. Я не стану вас обманывать.- Глаза его уставились на Грэгори.- Мистер Коплин,
надеюсь, у вас нет сомнений в том, что я известный авторитет в жемчужном бизнесе. Моя
репутация...
Луиза его перебила:
- Боб, даю вам три секунды на то, чтобы вы сказали то, что должны нам сказать. Иначе
я начну рвать на себе волосы.
- Так что вы хотите услышать?
- Что это лучший жемчуг из того, который вам приходилось видеть. Е Боб пожал
плечами.
- Действительно, это лучший жемчуг из того, который мне приходилось видеть.- Затем
он добавил, обращаясь к Грэгори: - Она немножко перевозбуждена.
- Боб, назовите Грэгори цену,- продолжала гнуть свое Луиза.- Он должен знать,
сколько это стоит.
- Она была такой милой девушкой, но сейчас стала чересчур агрессивной,-
пожаловался Грэгу Боб, а затем обратился непосредственном к Луизе: - Я же не
утверждаю, что они ничего не стоят.
- Нет, они должны стоить кучу денег! Скажите наконец вашу цену, и покончим с этим.
- Шестьсот тысяч долларов за все, и ни цента больше,- сказал Боб после того, как они с
Луизой довольно долго торговались.- И ты знаешь, что это разумная цена.
Казалось, еще немного, и он зарычит на нее. Брови у Луизы неожиданно полезли вверх,
превратившись в элегантные полумесяцы.
- Конечно, Боб, это разумная цена. Я знала, что вы согласитесь на такую сумму. Но, как
я уже сказала, мы хотим, чтобы на жемчуг взглянул еще один специалист.
Кастеллано бросил быстрый взгляд на Грэга.
- Это совершенно излишне. Если хотите, мы можем провести вторую экспертизу прямо
здесь. Жемчуг в моем сейфе будет в полной безопасности. Не стоит ходить по Нью-Йорку
с таким богатством в кармане.
- Нет, Боб...- начала Луиза.
- Да,- вмешался Грэг.
Он встал, не обращая внимания на то, что Луиза пыталась удержать его за руку.
- Боб, мы оставим вам жемчуг на сохранение и свяжемся с вами завтра. Тогда же мы
скажем, как намерены с ним поступить.
- Прекрасно. Правильное решение,- торопливо произнес Кастеллано.- Я дам вам
расписку. И покажу, какими средствами защищен мой сейф от нежелательных
посягательств. Так вам будет спокойнее.
Им удалось уйти от ювелира лишь в пять часов. К этому времени небо над головой
снова потемнело и на улицах огромного города сделалось невероятно холодно. В воздухе
поплыли снежинки. Все проезжавшие мимо такси были заняты. Грэгори видел, что Луиза
дрожит, но не от холода. Она все еще находилась во власти нервного возбуждения,
охватившего ее во время пребывания в доме у Боба Кастеллано.
- Мне кажется, что мы могли бы скромно отметить это событие,- деловито предложил
Грэг.
- Конечно! - тут же со смехом согласилась Луиза.- Сегодня вечером я с удовольствием
погуляю на твои денежки. Закажем дюжину бутылок шампанского. Найдем местечко, где
подают хорошую вырезку. А может быть, закажем омаров? Я не ела их уже несколько лет.
Я их очень люблю... Грэг!
Ресторан, который они отыскали, был выдержан в красно-черных тонах. В
затемненном зале сновали молчаливые официанты. Поданные ими меню были украшены
золотыми рамочками. Цены в меню не указывались. С небольшой эстрады одинокий
солист пел песню о любви под аккомпанемент контрабаса и рояля.
Ужин был роскошный. Луиза заказала себе невероятное количество экзотических
блюд. Грэг же так и не мог впоследствии вспомнить, что он там ел. У него вылетело из
головы даже то, какую песню исполнял солист.
После первого бокала шампанского Луиза скинула под столом туфли да так и пошла
танцевать с Грэгом. Во время танца она то и дело касалась лбом его подбородка. Грэгори
пытался убедить себя в том, что Луиза просто не отдает себе отчета, что делает.
На Луизе были белая шелковая блузка черная бархатная юбка. Грэгори старался не
думать о том, как выразительно тонкий материал блузки подчеркивал форму ее груди. На
ней не было бюстгальтера. За последние два часа он почему-то несколько раз думал о
том, что Луиза не из тех женщин, кто забывает надеть бюстгальтер.
До нынешнего вечера Луиза ни разу не пыталась намеренно спровоцировать его на
какие-нибудь необдуманные поступки. Она не хотела, чтобы он терял из-за нее голову.
Двигаясь в ритме танца, она то и дело касалась Грэга бедрами. Ее соски, четко
обозначившиеся под белой блузкой, отчаянно смело упирались ему в грудь. Луиза
обхватила Грэга руками за шею, так что ее пальцы то и дело погружались в густоту его
волос. Внезапно она подняла к нему лицо. Губы ее были влажно приоткрыты, глаза сияли
от счастья.
- Ты не устал?
- А ты?
- Я - нет. Могу так танцевать до бесконечности.
- Мы, вероятно, никогда не попадем домой,- согласился с ней Грэгори, понимая,
однако, что говорит не то, что от него ждут. Он ласково провел большим пальцем по щеке
Луизы. Она прижалась щекой к его ладони. Ей, вероятно, не следовало этого делать, ибо
он тут же почувствовал, что у него перехватило дыхание.
- Нужно будет надеть туфли,- спохватилась Луиза.- У меня сильно устали ноги за
сегодняшний день.
- На нас никто не смотрит. Оставь туфли в покое. Но если ноги очень устали...
- А, ничего, обойдется,- беззаботно сказала она.
Однако Грэг видел, что Луизу едва ли не шатает от усталости. Его не покидала мысль о
том, что она не понимает, что делает. Она не привыкла пить вино. А после посещения
ювелира ею овладело нечто вроде эйфории. И все же Грэгу временами казалось, что она с
ним играет, а это было, по его понятиям, предосудительно.
Между тем Луиза только этим и занималась. Ее пальчики продолжали деликатно
перебирать его волосы. Потом она прижалась щекой к его плечу, и он почувствовал, как
его бросило в жар. Она все время касалась его в танце грудью, словно так оно и должно
было быть. Оттого что она постоянно прижималась к Грэгу бедрами, он почувствовал
чисто мужское возбуждение. Бедра между тем прижимались к нему и отдалялись, и это
стало похоже на пытку. Волна желания захлестнула Грэга. Напряжение, охватившее его,
вот-вот грозило разрядиться взрывом сладострастия.
- Грэг?
Он склонил к Луизе голову, ожидая услышать то, что она ему скажет. Она вдруг встала
на цыпочки. Грэга словно огнем обожгло, когда она потянулась к его губам и вдруг
поцеловала. Он даже не предполагал, что Луиза способна на такое. Она была для него
гордой, красивой, талантливой, иногда упрямой... Но безрассудной - никогда.
Губы ее коснулись губ Грэгори, и он испытал при этом какое-то незнакомое чувство.
Этот поцелуй не шел ни в какое сравнение с теми, которые он сам добывал у нее. Луиза
вдруг посерьезнела. Осторожно она начала своими губами ласкать его губы, словно изучая
их... Затем последовал новый поцелуй - уже более смелый. Грэг почувствовал, как ее
дыхание сделалось вдруг прерывистым. Оно рождало в нем неуправляемые чувства. Луиза
продолжала стоять на цыпочках, опираясь для равновесия на него. Он почувствовал, как
ее язык начинает исследовать его рот.
Кому-то из них следовало помнить, где они находятся. Грэг с горечью решил, что
лучше всего с этой ролью справится сама Луиза.
Рядом с ней он чувствовал себя согретым ее теплом, оттаявшим, чего у него не было ни
с одной другой женщиной. Луиза помогла ему понять, как безнадежно одинок он был в
этой жизни. И мысль эта заставила его содрогнуться. Любовь... Грэг никогда прежде не
произносил это слово. Он ему не доверял. Он боялся, что это чувство ему чуждо. И в то же
время он не мог подобрать более точное слово, которое выразило бы его чувства к Луизе.
В этот миг Грэг понимал лишь одно: Луиза опрокинула прежний мир, в котором он до
сих пор жил. Сдержанность и самоконтроль, которые он исповедовал всю свою жизнь,
вдруг исчезли без следа.
- Луиза...- Он с трудом оторвался от ее губ.- Мы возвращаемся в отель. Сейчас же.
- Да,- прошептала Луиза.
Лифт поднял их на седьмой этаж отеля и тихо звякнул перед тем, как открыть дверь.
Грэгори крепко сжал руку Луизы. Они пошли по узкому коридору, покрытому мягким
ковром, который скрадывал звук их шагов. Комната Луизы была первой по счету. Однако,
когда Грэгори замедлил шаги, она покачала головой. Она не хотела, чтобы это произошло
у нее. Все должно было случиться у Грэга.
Мистеру Коплину, очевидно, было все равно, где им быть вместе. Он ни на секунду не
выпускал ее руку. У дверей номера он извлек из кармана ключ. Дверь открылась - в
номере было темно. У Луизы вдруг перехватило дыхание. Теперь им некуда было
торопиться. Грэгори осторожно взял ее за подбородок.
- У тебя такие большие, испуганные глаза... и холодные пальцы. Луиза, ничего
страшного не случится... против твоей воли, уверяю тебя.
- Я знаю.
- Я никогда не сделаю тебе больно.
- Я знаю.
- Со мной ты можешь ничего не бояться. Никогда. Ничего.
- Да... да!
Расстегивая пальто, Грэг направился к кровати, чтобы зажечь возле нее свет. Луиза
удержала его за руку. Он застыл, словно пойманный на месте преступления.
Сейчас. Это должно произойти сейчас, прежде чем Грэг все обдумает и разберется в
своих чувствах. Теперь у Луизы уже не осталось времени на то" чтобы сомневаться и
нервничать.
Она сделала шаг по направлению к Грэгори. Ей хотелось, чтобы его тепло согрело ее.
Почему-то ей было холодно, но она не могла понять, откуда веет этим холодом. Она
положила ему на грудь руки и расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки. Во рту был
какой-то металлический привкус. Грэг стоял неподвижно. Луиза расстегнула вторую
пуговицу, затем третью... Ее пальцы так дрожали, что она. едва справилась с четвертой
пуговицей. Колени у нее сделались ватными. Она подумала, что любая нормальная
женщина, расстегивающая рубашку мужчины, должна думать о сексе. Ей же казалось, что
все ее эмоции остались позади, в Виктории. Она и не помышляла ни о каком сексе.
Она думала только о любви. С появлением этого человека жизнь ее получила новый
смысл. Она никогда не предполагала, что жемчуг для нее - способ уйти от жизни. Это
просто было ее занятие. Ей казалось, что так она может обмануть собственные желания.
Она воображала, что благодаря этому ей удастся преодолеть одиночество. Где-то в
глубине души она негодовала по поводу того, что Грэг лишил ее этих иллюзий, которые
поддерживали ее в течение восьми долгих лет.
А этой ночью уже ей хотелось лишить Грэга некоторых его иллюзий. Он теперь не был
один. Начиная с этой ночи, куда бы он ни отправился, где бы ни жил, что бы он ни делал,
он будет помнить и знать, что в мире существует женщина, которая его любит. И у него
больше не будет права быть одиноким, как до сих пор.
Ну а будущее? Его у них не предвиделось. Они друг другу ничего не обещали. Между ее
любовью и ним всегда будет ее искалеченное тело. Единственное, что ей хотелось,- это
дать Грэгори почувствовать, что она за женщина и какой она хотела и могла бы быть. И
это придавало ей смелости.
Усталость и выпитое вино укрепили ее решимость. Она вдруг поняла, почему Грэг стал
таким сдержанным. Это был самоконтроль. Он боролся сам с собой, чтобы окончательно
не потерять голову.
Мой красавчик! Ты получишь все, чего желаешь... Понятно? И никакой самоконтроль
тебе не поможет.
Было не слишком сложно сделать так, чтобы его страсть победила разум. Ей самой
стало любопытно, как это все произойдет. Ей хотелось знать, что случится, если она
станет целовать его обнаженную грудь. Она стащила с него рубашку и стала целовать эту
сильную грудь... А что произойдет, если она коснется его своей грудью, пока что
прикрытой белой кофточкой? И она сделала все это.
Грэг со стоном впился в ее губы. Она готова была расхохотаться от радости, но едва
могла дышать в этот момент. Он поднял ее на руки и опустил на скрипучую кровать. Их
руки переплелись. Поцелуй длился, казалось, бесконечно. И все то, чего она боялась,
происходило просто и естественно.
Ей радостно было чувствовать свою власть над ним и его - надо собой. Губы
становились все ненасытнее. Она подчинилась ему целиком и полностью. Ему хотелось,
чтобы она прикасалась к нему, чтобы она его любила. Она ласкала и любила его. Грэг
хотел чувствовать на себе ее теплые руки в холодной темноте. И чтобы она запустила свои
пальцы в его густые волосы.
Этот мужчина нуждался в том, чтобы его крепко обвили женские руки, давая
ощущение тепла и защиты. Сильный Грэг нуждался в защите. И она поняла это.
Он накрыл ее груди своими ладонями, чувствуя, как под белым шелком напрягаются
соски. Руки нежно гладили густые волосы, касались спины и бедер, спускались ниже. У
него были очень трепетные руки, она даже представить себе не могла, насколько они
нежны. Вдруг он лег на нее. Тяжелое тело придавило ее к постели. Пальцы Грэга
осторожно обхватили ее запястье, подавляя сопротивление. Он прерывисто задышал.
- Я много раз представлял тебя такой... Полной необузданного желания. Красивой и
нетерпеливой.- Грэг откинул волосы со лба.- Лу, ты должна понять, что я едва
сдерживаюсь. Если ты до конца не уверена, что тебе это нужно, скажи мне об этом
сейчас.
- Я больше чем уверена. Она взяла в ладони его лицо. Оказывается, прежде она
недооценивала этого парня. Ей следовало бы знать, что несмотря на любые
обстоятельства, независимо от собственных ощущений Грэг с ней поступит благородно. В
полутьме мужское лицо казалось изваянным из мрамора. Грэга с ног до головы сотрясала
внутренняя дрожь-дрожь желания.
- Луиза?
Но ей не хотелось больше говорить. Нетерпеливые губы быстро, настойчиво овладели
ее губами. И вдруг он отпрянул.
- Ты девственница?
Она не ожидала, что он задаст ей этот вопрос, и вдруг испугалась. Инстинкт подсказал
ей, что Грэг примет ее ответ, даже если он не будет правдивым, с достоинством и
чувством ответственности. Но это могло нарушить наметившийся ход событий, а Луизе
этого совсем не хотелось.
- Ты удивился бы тому, что я не девственница?- прерывисто прошептала она.- Ты
поражен тем, что я женщина, которая сама знает, что ей нужно, которая сама принимает
решения и сама рискует? Я знаю, что мне нужно, Грэг. Сейчас мне нужен
ты.
Она почувствовала, как его пальцы ищут на ее спине застежку блузки. Она перехватила
его правую руку и положила к себе на бедро. Юбка задралась до пояса, и теперь Грэгу
предстояло справиться с чулками. Она дала ему почувствовать то место, где кончается
чулок и начиналось обнаженное тело. Подвязки на ногах были тоненькие, отделанные
кружевами.
- Отстегни их,- шепотом приказала Луиза.- Мне весь вечер хотелось, чтобы ты
отстегнул эти проклятые чулки. Под ними я голая - для тебя. Я не хочу больше ждать,
Грэг. Не могу ждать...
Грэг осторожно спустил чулки. Затем принялся стягивать юбку. В этот момент она
перегнулась и расстегнула ремень на его брюках.
Грэг встал, чтобы скинуть с себя всю одежду, и затем снова оказался рядом с ней.
Луиза поняла, что он сейчас примется за блузку. От волнения ее сотрясала сильная дрожь.
Он должен был немедленно что-то предпринять, чтобы унять эту дрожь.
Желание ее стало таким сильным, что ей сделалось не по себе. Кровь гулко стучала в
висках. И тут вся надежда была на Грэга.
Ей захотелось прикоснуться к нему, раствориться в его объятиях. Она непроизвольно
вскрикнула, уже не владея собой. От ее самообладания не осталось и следа.
Она надеялась, что Грэг поможет ей, однако то, что он делал, лишь усугубляло ее
непривычно возбужденное состояние. Он нашептывал ей какие-то дикие, непристойные
слова. Он не должен был целовать ее в те места... в которые целовал. Луиза
почувствовала, что у нее между ног сделалось влажно, и это ее почему-то удивило. Кожа
покрылась испариной, и она почувствовала запахи, которых раньше не знала. Пахло
мускусом. Было жарко.
Конечно, Луиза имела представление об интимной стороне человеческих отношений.
Но все же ее удивило, насколько упругой, большой и горячей может становиться мужская
плоть. И как резко мужчина способен реагировать на ее прикосновения. Она не знала, что
мир вокруг нее может раскалиться. Не имела представления о том, что у женщины может
возникнуть такое сильное желание. Ведь от этого можно просто умереть. А Грэгу все это
было как бы привычно. Ему нужны были все новые и новые ощущения, словно
достигнутой грани сладострастия ему мало.
И вот наступил решающий момент. Грэг накрыл ее своим телом. Она не успела даже
испугаться. Его первый тугой нажим отозвался россыпью пронзительной боли по всему ее
телу. Грэг тяжело выдохнул при этом:
- Что за черт, Луиза...
- Нет... нет1 Не останавливайся!
Острота первой боли быстро прошла. Вслед за этим она испытала иные ощущения.
Желание нара-
стало словно ураган. Грэг проник в нее. До этого момента в ней была пустота, а она
даже об этом не подозревала. Все время ее существования в этом мире в ней был вакуум.
Но в мире недопустима пустота! Наполненность ее - и физическая, и эмоциональная -
была предельной. Как счастье. Если бы он шевельнулся, ее тело могло бы распасться на
части. Но если бы он этого не сделал, она бы сошла с ума.
- Не останавливайся, Грэг... Вдруг он принялся покрывать нежными поцелуями ее
подбородок, щеки, увлажнившиеся глаза.
- В моей постели ты солгала мне в первый и в последний раз, любимая.
- Грэг...
- Тес... Я тебя не упрекаю. Просто сержусь на самого себя за то, что не понял тебя. Но
сейчас мы не будем об этом говорить... Ты прекрасна, Лу, и я хочу, чтобы ты это
почувствовала.
Через несколько мгновений это его желание сбылось. Безумный крик сорвался с губ
Луизы. Она услышала, как застонал Грэг...
И когда все кончилось, она продолжала чувствовать его вес на себе. Вес живого,
прекрасного тела. В темноте она слышала его прерывистое, постепенно успокаивающееся
дыхание. Медленно текли секунды.
Грэг лег на бок, не выпуская Луизу из своих объятий. Глаза его были закрыты. Он
чувствовал, как ее волосы касаются его щеки. Ноги их переплелись. Грэг ощущал под
рукой упругую мягкость ее бедра.
По прошествии некоторого времени силы вернулись к Грэгу. Он приподнялся и
включил прикроватную лампочку, находившуюся рядом с головой Луизы. Та испуганно
заморгала глазами. Он не заметил этого, поглощенный эйфорическим созерцанием
женщины, которая опрокинула до основания тот мир, в котором он жил.
На Луизе все еще была блузка. Час назад Грэг не обратил на это никакого внимания,
занятый единственной мыслью: как ему овладеть ею. Теперь он едва мог поверить тому,
что ме
...Поділитися у соцмережах
