Жанр: Любовные романы
Вечная тайна любви
...тараясь вовремя уйти с открытой воды поближе к
берегу.
Они провели вместе уже много времени, и Грэг не переставал любоваться ее глазами
цвета бирюзы, которые, когда она смеялась, обещали ему небо и звезды впридачу. Он
видел ее стоящей по горло в речной грязи. Он слышал, как она звучным шепотом
рассказывала ему легенды и мифы о жемчуге. Она работала в таком темпе, который не
выдержала бы ни одна женщина. Постепенно она вытянула из него воспоминания -
большей частью сумбурные,- которые он никогда никому не рассказывал.
Луиза насторожилась, когда Грэг впервые начал подшучивать над ней. Но оказалось,
что, когда ее дразнили, в ней просыпалось чувство юмора. Мужчины, как правило, не
знали, как им с нею себя держать. Со времен Адама мужчины и женщины подзадоривали
друг друга. Луиза же ощущала себя так, словно только что перешла какой-то важный
рубеж и радуется жизни. Розы, шампанское, непринужденный разговор - все это
доставляло ей несказанное удовольствие, но и только.
Грэгори подобное поведение выводило из себя.
Может быть, дама с огромными глазами цвета бирюзы не отдавала себе кое в чем
отчета, но ведь она в действительности искала мужчину, с которым хотела соединить
свою судьбу. Ей нужен был тот, кто верил в любовь и умел любить. Требовался человек
сильный и заботливый, который способен понять причину ее сдержанности. Но она,
казалось, делала все, чтобы продемонстрировать ему обратное.
Молния снова прошлась зигзагом по небу, высвечивая четкие, словно декорации,
силуэты деревьев, на мгновение прогоняя таинственные тени, окутавшие болото и реку.
- Люблю грозу,- как бы между прочим сказала Луиза.
- У некоторых, а точнее у большинства, людей живет естественный страх перед
молнией и водой.
- Мне много раз приходилось попадать в грозу на нашем катере,- сказала Луиза,
поудобнее усаживаясь на корме.- Это - ни с чем не сравнимое зрелище. Вот сейчас вода
напоминает черное зеркало... А мне довелось видеть, как волны реки накатывались на
берега, а течение становилось стремительным... Ураган срывал листву с деревьев,
раскатисто гремел гром...- Луиза тряхнула головой.- Это просто замечательно!
- Мне кажется, что у вас мозги немного набекрень, мисс Нэтти.
- Наверное,-рассмеялась она.-Все мы немного не в себе.
Грэгу хотелось промолчать, но он не сдержался и спросил:
- Так когда вы расскажете мне, что вас сегодня, как вы сказали "немного огорчило"?
- Ничего особенного не случилось.
- Расскажите,- настойчиво повторил Грэг. Весь вечер ее подмывало рассказать Грэгори
о своих проблемах. Она знала, что он выслушает ее со вниманием. Ей очень хотелось
попросить совета у этого человека, мнением которого она дорожила. К тому же она даже
против воли начинала ему доверять.
Но о своих проблемах она ему не сказала и не собиралась этого делать. Тому причиной
были ее врожденная гордость и боязнь излишнего сближения.
Однако ни то, ни другое не могло до конца объяснить ее молчания. Ее сдерживало то, что
эти долгие ночные часы, проведенные вместе, не были похожи на реальную жизнь. Их
ночи даже отдаленно не напоминали о том, что в мире существует Бейли, что ей
пришлось выгнать Дика Флегерти, что нужно ремонтировать двигатель и платить по
закладной. Эти ночные часы были сродни розам, которые он ей дарил; их заполнял
высокий, звучный голос Грэга. Ей нравилось, когда он смотрел на нее не отводя взгляда,
нравилось, когда он ее поддразнивал. Эти ночные часы скрывали тайну их жемчужин... А
шампанское?.. Черт возьми, да она справится с Бейли и ему подобными, если никто не
отнимет у нее всех этих ощущений.
- Луиза? У вас проблемы, связанные с бизнесом? А может быть, вы беспокоитесь из-за
денег?
Голос Грэгори звучал озабоченно, и это почему-то раздражало Луизу. - Я сама
справлюсь со своими проблемами, Грэг. Они никак не связаны с вами и вашей формулой.
Грэгори пропустил это замечание мимо ушей.
- Если есть сложности с деньгами, то мы можем изменить условия соглашения,
которое подписали. Мне этот жемчуг вообще не нужен...
- Забудьте об этом. Да будь я нищенкой, живущей на улице, я бы и то не согласилась
взять у вас жемчуг. Он даже не ваш, он принадлежит памяти деда,- сверкая глазами,
сказала Луиза.
- Очень хорошо. Тогда скажите мне, что случилось?
- Ничего не случилось.
- Расскажите, что произошло сегодня?
- Боже, вы невыносимы! Может, перестанете наконец?
- Что ж, у вас есть все основания сердиться. Я не имею права вмешиваться в ваши дела.
Забудем об этом.
Луиза подтянула колени к груди, обхватила их руками и тяжело вздохнула. Ветер гнал
по берегу тучи пыли, поднимая их высоко вверх. От этого ночь становилась еще темнее, а
человек чувствовал себя очень одиноким. Грэгори отдалился от Луизы - не физически, но
душой. И так было даже спокойнее. Но это рождало обиду.
- Мне не так просто поделиться с вами моими проблемами,- призналась Луиза,
помолчав.
- Мне тоже это бывает нелегко.
- Понимаете, Грэг, я не привыкла искать поддержку в людях. И... и мне от вас ничего
не нужно.- Она поколебалась, потом сказала: - Эти последние ночи были... приятные. Для
вас тоже?
- Да,- едва слышно вымолвил Грэгори. Луиза снова помолчала.
- Откровенность... Иногда легче быть откровенной с чужим человеком, чем с тем,
который рядом каждый день. В эти последние ночи мне было приятно, что мы между
собой откровенны и что все это происходит естественно, а не под давлением. Безо всяких
осложнений.
Она набрала побольше воздуха в легкие.
- Вы не должны думать, что сегодня у меня случилось что-то страшное. Все было не
совсем так. Я случайно столкнулась с человеком, от которого можно ожидать мести.
Такое может случиться со всяким. Возможно, для таких опасений нет оснований. Я
панически боюсь огня, так что не исключено, что на этой почве у меня просто
выработался некий невроз.- Она вдруг широко улыбнулась Грэгу.- Вот и все. Так что, как
видите, об этом не стоило даже говорить. Понятно? Я предлагаю вообще закрыть разговор
на эту тему.
- Луиза... Черт возьми! Почему?.. Вся накопившаяся досада последних дней вылилась в
этих словах. Разве у нее что-нибудь узнаешь? Луиза отдалялась от него всякий раз, когда
уже, казалось, что он близок к разгадке ее тайн. Может быть, дело связано с огнем? Но в
этом ли ключу к ее тайнам?
Но в данный момент это не имело значения. Главное было для них - немедленно найти
какое-нибудь укрытие. Дождь барабанил по их головам. Грэгори инстинктивно хотелось
защитить ее от назойливых капель. Он ощущал это как необходимость. Подобных чувств
он прежде никогда еще не испытывал, и это повергло его в какую-то панику. Дело было
даже не в дожде. А в этой порядком таки ненормальной местной принцессе, которая уже
забыла, чем была занята ее голова еще мгновение назад, и безотчетно хохотала, видя, что
они еще далеко от берега.
Когда они к нему приблизились, Грэг спрыгнул в воду. Луиза тут же последовала за
ним и кинула ему веревку. Вместе они вытащили лодку на берег и вернулись к ней, чтобы
взять сети с раковинами. Дождь барабанил так сильно, что Луизе приходилось кричать,
чтобы Грэгори ее услышал.
- Правда, здорово? - выкрикивала она.
Что мог он на это сказать?
- Мы этого так долго ждали! - продолжала кричать Луиза.- Было так жарко, земля
пересохла, и этот дождь...
- Идешь ты наконец сюда? - рявкнул Грэг.
- Иду, иду...
Они добрались до порога лаборатории промокшие до нитки, разгоряченные и
задыхающиеся. Луиза бросила к ногам сетки с раковинами. Грэг последовал ее примеру.
Они тяжело дышали. Губы ее были мокрыми от дождевых капель, со лба стекали струйки
чистой, прозрачной влаги. Для нее это не представляло большой опасности, поскольку
она никогда не употребляла косметики.
Грэгори ничего не мог с собой поделать: его так и тянуло коснуться ее. Это не было
намеком на близость. Просто он должен был убрать ее мокрые волосы с лица, вытереть
дождевые капли, блестевшие на щеках. В глазах Луизы все еще искрился смех. И ему не
хотелось лишать себя всего этого.
Но вдруг она сделалась застенчивой и отпрянула от него. Улыбка погасла на ее лице.
Возможно потому, что он так вел себя. Он видел, что она опять настороже. Но, может
быть, тому виной были звуки бесновавшейся вокруг бури. Она как будто устыдилась чегото
или испугалась. Грэг очень не любил видеть отражение страха в ее глазах, но ничего
другого там уже не было.
Он заключил ее лицо в свои ладони. Она уже знала, что за этим последует. Он
склонился к ней и коснулся своими губами ее губ. В это мгновение раздался
оглушительный удар; грома. Ливень усилился, но Луиза слышала лишь, как бешено бьется
ее сердце.
- Нет. Погоди... Пожалуйста...
От него пахло чистым, свежим дождем. Его губы мягко коснулись ее губ. С момента
первой их встречи Луиза знала, что Грэг не имеет понятия, что такое терпение. Он искал
с ней близости, надеясь, что она хочет того же самого. Он завладел ее ртом, старался
разбудить в ней чувственность, все плотнее прижимаясь к ней.
Он весь подался вперед. Оба промокли до нитки. Груди ее были холодными и
мокрыми. Он ощутил их упругость, когда прижал ее к себе. Его пальцы ласкали ее волосы,
ощущая их мокрую тяжесть. Затем они пробрались к затылку, перешли на плечи и
скользнули вдоль спины.
Луиза чувствовала себя очень усталой. Главным образом оттого, что ей надоело
бояться. Она устала от одиночества, от своей гордости. Этот ливень многое перепутал.
Казалось естественным, что она хочет его близости. Его поцелуи напоминали
прикосновения мокрого шелка к телу. Луиза вдруг поняла, что прижимается к Грэгу -
неосознанно, беспомощно.
Грэг был поджарый и очень сильный. Когда он целовал ее, она чувствовала его губы,
язык и зубы. Он целовался так, будто это был его первый и последний поцелуй.
Луиза потеряла способность рассуждать здраво - ив этом была его, Грэга, вина. Тело
его сотрясалось от овладевшего им желания. Она видела его глаза - черные, блестящие,
глаза одинокого человека. И она слишком долго была одна. А сейчас внезапно поняла
боль этой родственной души.
Она отдавалась ему бездумно, словно это все происходило не с ней самой. Это
ощущение усиливалось объявшей их ночью, грозой и беспрерывным шумом дождя. Она
чувствовала его язык, блуждавший в поисках наслаждения по потаенным уголкам ее рта.
Она чувствовала его нетерпеливые руки, которые скользили вниз, к ее бедрам, и которые
все сильнее и крепче прижимали ее. В ней самой волной поднималось желание... Это
было удивительно. Что-то яркое расцветало в ее воображении, но она не давала себе труда
понять, что это такое.
Желание уже овладело ею и все нарастало. Хотелось без остатка отдаться этому
роскошному чувству... Такого с ней никогда не было, да и быть ее могло. С помощью
Грэга она вступала в неведомые сферы, в пределы того, что запретно. Ей хотелось, чтобы
он коснулся руками самых интимных частей ее тела. Ей хотелось ощущать восстание его
плоти. От его страстных поцелуев уже болела ее шея, но она хотела чувствовать эту боль.
Она принадлежала ему... вся. Рот, руки, пальцы на ногах, каждая клеточка ее тела. Она не
возражала, хотя ей было больно. Но эта боль исходила от Грэга.
Когда он оторвался от ее губ, Луиза вдруг почувствовала себя ужасно слабой. И
испуганной. Грэг осторожно дотронулся пальцами до ее лица.
Она ощущала его тяжелое дыхание.
- Я хочу тебя,- сказал он хриплым шепотом.- Я не имею права просить тебя об этом, но
" прошу тебя, Луиза: позволь мне тебя любить.
5
Дождь продолжал лить как из ведра. Луиза дела только темные глаза Грэга, ставшие
еще темнее от охватившего его желания. Он ждал. Он сказал: "Позволь мне тебя любить",
и слова его эхом звенели у нее в голове. Они породили в ней тысячу чувств: желание,
надежду, отчаяние, удивление, потребность в любви и многое другое, что было глубоко
интимным и не имело названия, да оно и не требовалось.
Луиза дотронулась рукой до его щеки и сделала шаг назад.
- Не могу,- тихо произнесла она.
- Почему?
- Не могу,- повторила она.
После того что с ними произошло, этот ответ не устраивал обоих, но ей нечего было
больше сказать. Ей пришлось отвернуться, чтобы не видеть глаза Грэга.
Она порылась в кармане в поисках ключа от лаборатории. Словно ничего между ними
не произошло, Луиза открыла дверь и проверила, плотно ли закрыты шторы. После этого
она включила свет и начала вносить клетки с раковинами. От намокших сетей на полу
образовались лужи.
Луиза прошла в небольшую ванную комнату и заперла за собой дверь. Ей снова
хотелось почувствовать его губы. Хотелось оказаться в его объятиях. Грэг, должно быть,
отчаянно страстный любовник. Требовательный. Нетерпеливый. И ей хотелось такой
любви... его любви.
Она принялась яростно причесываться, не жалея волос. Затем отвернулась от зеркала.
Лу, а почему бы тебе просто не раздеться? - подумала она. Пойди и покажи ему свои
прекрасные рубцы на теле. Уж наверняка все его желания исчезнут в мгновение ока, и
голова у тебя не будет об этом болеть.
Она представила себе, как увидит в его глазах жалость, и ей стало не по себе. К тому
времени, когда она вернулась в лабораторию, Грэг уже налил воду в кипятильник, чтобы
приготовить кофе, а сам принялся за работу. Прошлые ночи они все время работали
вместе. 0ц вскрывал раковины, удалял желеобразную массу. Луиза извлекала жемчужины,
тщательно их очищала, а затем определяла их качество.
Они занимались делом приблизительно в течение часа. Затем Грэгори стал приводить
все в порядок. Луиза включила специальное освещение над своим рабочим столом и
надела на голову увеличительное стекло на широкой черной ленте, с помощью которого
принялась изучать ночной "улов".
Лупа увеличивала каждую жемчужину в десять раз. В задачу Луизы входило
обнаружить возможные вздутия, пузырьки, вмятины и горизонтальные царапины, которые
были характерными изъянами для культивируемого жемчуга.
Почувствовав руку Грэга на своем плече, Луиза не шелохнулась. Каждая клеточка ее
тела как бы замерла.
- Ну? И как вы оцениваете нашу сегодняшнюю добычу? - спросил Грэгори небрежным
тоном.
- Жемчуг великолепный.- Луиза оторвалась от лупы и с раздражением добавила: - Грэг,
поймите, это нечто из ряда вон выходящее.
- Ну, так скажите мне, в чем дело.
- Культивируемый жемчуг почти всегда бывает сферическим по форме, без заметных
отклонений. Кроме того, жемчужины никогда не имеют такого насыщенного черного
цвета. За исключением специально окрашенных. Мне неважно, о каком жемчуге идет
речь, но жемчужницы не способны давать жемчуг одинаковых оттенков. А второе
касается их размеров. Частично величина жемчужины, очевидно, зависит от размера
искусственного ядрышка, которое вводится в раковину.
И между тем все ваши жемчужины достигают в диаметре десяти миллиметров. А ведь
известно, что даже за три года совершенно невозможно вырастить жемчужину таких
размеров. Правда, по цвету эти не слишком, на мой взгляд, отличаются от контрольной
партии жемчуга, полученного прошлой ночью.
- Значит, по-вашему, это результат питания раковин по методу моего деда? - спокойно
спросил Грэг.
- В первую ночь я так не считала. И все эти ночи у меня не было полной уверенности,
Грэг. Я очень продуманно выбирала места для размещения клеток с жемчужницами. Я
выбрала для эксперимента самые молодые и здоровые особи. На качество жемчуга могло
подействовать все что угодно: температура и кислотность воды и так далее. На
окончательный результат должна была влиять вся совокупность существующих у нас
условий. Ведь я впервые ставила подобный эксперимент... Уже в первую ночь я поняла,
что ваша формула оказала влияние на цвет жемчуга, но что касается его качества...
- Вы думаете, что такое высокое качество - это случайность?
- Я полагаю, что здесь сказались все наши усилия плюс значительная доля везения.-
Луиза отвернулась от него и стала рассовывать жемчужины в маленькие мешочки,
которые их предохраняли от повреждений.
- И все же у меня нет уверенности, что моя формула повлияла на конечный результат.
- А я в этом уверена. Мистер Коплин, вам в руки попало настоящее сокровище, и оно
настолько грандиозно, что я не берусь даже определить, как велико его денежное
выражение.
В этот момент, однако, она не могла видеть выражения его лица. Грэгори взял
мешочек с жемчугом и приподнял скрытую от посторонних глаз, подвешенную на
шарнирах секцию пола, находившуюся под рабочим столом Луизы. Там был ее секретный
сейф, скрытый под двумя слоями стали и бетона. Она уже сообщила Грэгу однажды, что
этот сейф останется в целости даже D случае, если пожар или землетрясение сровняют
лабораторию с землей. Она направилась к Грэгори, но он отошел от стола.
- Давно пора сообщить вам код, позволяющий открыть сейф,- сказала Луиза.
- С этим можно подождать.
Он выключил свет на ее рабочем столе.
- Вы должны это знать, Грэгори. Если со мной что-нибудь случиться...
- С вами ничего не может случиться, Луиза.
Грэгори раздвинул шторы и еще раз придирчиво оглядел лабораторию, как это не раз
делала она. Все располагалось на своих местах, всюду были прибрано и чисто. Он сделал
шаг по направлению к Луизе и выключил последнюю лампочку.
Они вышли за дверь лаборатории. Буря давно утихла, и только потоки дождя
продолжали низвергаться на землю. Луиза заперла лабораторию и обернулась, Грэг был в
нескольких сантиметрах от нее. Он взял в ладони ее лицо и повернул его к себе. Она
застыла, испугавшись выражения отчаяния на его лице, а также той силы, с которой он
держал ее голову и вроде бы не собирался ее отпускать.
- Прекрати это, Лу...
- Я не знаю, чего вы хотите...
- Знаешь, наверняка знаешь. Я задал тебе простейший вопрос, который мужчина
обычно задавал женщине с незапамятных времен. И женщина имеет право сказать "нет"
безо всяких объяснений, извинений, жеманства. Черт возьми, неужели ты думаешь, что я
похож на человека, который способен взять тебя силой? Не бойся меня. Она вздохнула с
облегчением, когда он отпустил ее.
- Хорошо.
Казалось, она была не в состоянии промолвить что-либо еще.
- Скажи же.
- Я тебя не боюсь,- тихо сказала Луиза, и вдруг почувствовала, что так оно и есть.
Его лицо неожиданно разгладилось. В уголках губ появилась улыбка.
- Не исключено, что иногда я делал людям больно,- негромко произнес он,- но никогда
не делал этого намеренно. А ты, Лу?
- Нам пора идти. Скоро рассветет.
- Луиза, ты ведь не сказала "нет"... "Не могу" - это совсем не то. И пока я не выясню,
почему ты не можешь, я не успокоюсь.
Луиза покачала головой.
- Вы пробудете здесь всего одну неделю, от силы - две...
- Я пробуду здесь столько, сколько будет нужно.
- Чтобы уладить дела с жемчугом, хотите вы сказать.
Он не ответил, поняв бессмысленность дальнейшего разговора.
- Ты уезжаешь на два дня, ТЬд?
- Может быть, на один день, но тогда вернусь очень поздно. Туда и обратно ехать часов
пять. А еще нужно погрузить раковины. На это тоже требуется время.
- Здесь только и разговора что про этих несчастных каракатиц,- презрительно сказала
Мэгги, имея в виду, конечно же, жемчужниц.- Мне просто стыдно за вас... Неужели за
обедом можно говорить о том, какой рацион нужен этим моллюскам? Я просто
удивляюсь манерам нынешних людей.
- Вы абсолютно правы,- сказала Луиза, обмениваясь понимающим взглядом с Тэдом.
Тот тут же поставил оба локтя на стол и почти не жуя проглотил целую булку.
- Впереди три решающих дня,- сказал он.- Мы должны управиться со сбором всех
раковин.
- Тэд, мне не хотелось бы, чтобы наши помощники сразу же уехали. Все плоскодонки
нужно латать и красить. А после этого еще недели две придется чинить разное
оборудование.
- Ну, для этого еще будет вся зима. Кроме всего прочего, этой осенью предстоит
поставить на катер новый двигатель... А старый я непременно утоплю в Колорадо.
- Но ведь катер еще ходит,- запротестовала Луиза.
- Ходит? Три с половиной года он ползает, а не ходит. И передвигается разве что из
вредности. Подражает хозяйке.
- Ну, спасибо... Мэгги, не давай ему больше булочек.
В этот момент кто-то постучался в наружную дверь.
- Мисс Нэтти здесь? - послышался голос Грэгори.
- Мисс Нэтти сейчас обедает. Чего вы хотели?
- Скажите ей, пожалуйста, что к ней пришли.- Грэгори говорил извиняющимся тоном и
сдержанно добавил: - Я ничего не продаю. Она меня знает. Можно мне войти?
- Как ваше имя?
- Грэг. Грэгори Коплин.
Мэгги резко распахнула дверь, окинув гостя быстрым изучающим взглядом. Затем
улыбнулась и сразу помолодела: ей было уже не триста десять, как до этого, а всего
шестьдесят с небольшим лет.
- Это имя мне известно. Луиза предупредила меня, чтобы я сообщала ей обо всех ваших
звонках. Входите, пожалуйста.- Мэгги снова придирчиво осмотрела гостя.- А уж
поскольку вы пришли, то, может быть, отведаете моего угощения?
- В этом нет необходимости...
- Необходимость имеется. Если вы не станете есть, то и она не закончит обед, я уже не
говорю о том, что она забудет даже, что голодна. Кроме того, во время обеда к нам ктонибудь
обязательно заглядывает. Так что я уже давно готовлю дополнительные блюда на
всякий случай. Ну, входите же, входите. У нас без церемоний. Так по какому вы делу?
Пока они шли в направлении кухни, Мэгги задала Грэгори около десятка вопросов,
один за другим.
- Мистер Коплин! - сказала Мэгги, входя в кухню.- Бедненький, он еще ничего не ел, а
ведь уже восьмой час... Садитесь рядом с Луизой, вот здесь.
- Грэг?!
Он видел, как от неожиданности у Луизы зарделись щеки, но в то же мгновение увидел
гиганта, наподобие медведя гризли, который восседал напротив хозяйки. Пока Мэгги
ставила перед Грэгори тарелки, Луиза как будто пришла в себя и быстро представила друг
другу Тэда и Грэга. Тэд чуть-чуть приподнялся со стула, чтобы дотянуться до руки гостя.
Мускулистая рука помощника Луизы была очень сильной.
Похоже, у этой принцессы есть еще один защитник?
-Ну вот,- с довольным видом сказала Мэгги,- на некоторое время прекратятся
разговоры об этих моллюсках.
- Давненько мне не доводилось есть такое вкусное жаркое,- честно признался Грэгори
чем несказанно ублажил Мэгги.
- Вас ждет еще о-гро-мный кусок вишневого пирога. Вы любите пирог с вишнями?
- Это мое любимое блюдо.
Стряпня Мэгги пришлась по вкусу всем. Дошло дело и до вишневого пирога. Вслед за
охлажденным чаем Мэгги подала кофе. Наконец все было съедено и выпито. Тэд тем не
менее продолжал сидеть за столом, а Мэгги не выпускала из рук опустевшую чашку.
Сбитая с толку, Луиза ждала, что будет дальше. В обычных обстоятельствах Тэд и
Мэгги давно бы уже разбежались в разные стороны. Чувствовалось, что эти двое ломают
себе голову по поводу неожиданного визита.
Впрочем, Луиза тоже недоумевала. Ей было известно, что Грэгори тщательно
оберегает тайну своего проекта. И она не могла понять, почему он . вдруг изменил линию
поведения.
- Мне еще нужно наладить дверь черного хода,- сказал наконец вставая Тэд.
- Мэгги, Тэд, спокойной вам ночи! - приветливо сказала Луиза.- Мэгги, я сама вымою
посуду. А ты, Тэд, в жизни еще никогда не починил ни одной двери. Так что доброй вам
ночи, увидимся утром.
Несколько минут эти двое никак все же не решались уйти. Тэд сказал, обращаясь в
основном к Грэгори, что будет неподалеку и что его можно будет позвать в случае чего.
Мэгги продолжала возиться с тарелками до тех пор, пока Луиза не взяла блюдо из ее рук и
не вручила ей потертую сумочку.
Тэд и Мэгги ушли как-то неожиданно, и в кухне воцарилась тишина. Луиза наполнила
мойку мыльной водой. Сквозь окна было видно, как на западе догорал желтоватый закат.
- Не хотели бы выпить бренди после обеда?
- Если можно.
- Посмотрите в буфете, внизу. А стаканы находятся здесь, слева от меня, на верхней
полке.
Она смела крошки и вытерла стол. Было непривычно видеть, как Луиза выполняет
такую обычную домашнюю работу. Вместе они никогда еще не занимались домашними
делами. Два дня назад они среди ночи поднимали на поверхность реки сети с
жемчужницами, при лунном свете, в окружении тумана. Там были розы и шампанское... А
потом плыли по реке в бурю. Но ежедневно наступал час, когда кому-то где-то
приходилось мыть тарелки. Если бы Грэгори не было рядом, если бы она его не видела, то
могла бы, наверное, убедить себя в том, что питает к нему самые необыкновенные
чувства.
Он приблизился к мойке с мыльной водой и поставил рядом стакан с жидкостью, по
цвету напоминавшей янтарь.
- Давно Мэгги пытается выдать вас замуж? Луиза рассмеялась.
- Да уже лет пять.
- Она так настойчива, что я удивляюсь, как ато вы не поддались ее уговорам... Грэгу
понравилось то, что Луиза не стала вступаться за Мэгги.
- Я решила, вопреки всем традициям Юга, что е стану сморщенной старухой и не умру,
если Останусь одна.
Грэг между тем взял полотенце и принял из рук Луизы голубую фаянсовую тарелку, с
которой капала вода. Она была поражена.
- Вы против замужества? - спросил Грэгори.
- В том, что касается меня.
- Однажды обожглись? Лучше бы он не произносил эти слова, но он даже не
подозревал, что они означают для Луизы.
- Мэгти могла бы вам объяснить, что я до того заработалась, что стала непригодной для
семейной жизни. Слишком независима и упряма. Готовить я умею разве что какие-нибудь
бутерброды с маслом. И кроме того, я могу поддерживать легкую беседу, пока это вам не
надоест, но не думаю, что вы явились сюда только ради этого.
Она явно начинала терять терпение.
- Грэг, с тех пор как вы тут появились, вы избегали контактов с людьми, с которыми не
приходится работать. Я рада, что вы изменили этому правилу - ведь я вам говорила с
самого начала, что Тэду и Мэгти можно доверять. Но вы так стремились сохранить все в
тайне...
- Я и сейчас этого хочу. Но изменились обстоятельства, Луиза.
- Каким образом? - спросила она обеспокоено.
- Берите свой бокал. Давайте сядем где-нибудь поудобнее.
Она предпочла гостиную.
- Пейте бренди,- спокойно сказал Грэгори.
- Ради Бога, что все это значит?
- Луиза, я хочу отказаться от своего эксперимента.
Что-то кольнуло у нее в груд
...Поділитися у соцмережах
