Жанр: Любовные романы
Русские разборки
...на
каждом углу.
Ванесса была пуэрториканка, смуглая знойная искусительница, с волосами до
пояса, гибким телом и фантастическим самомнением. Она мнила себя звездой и
держалась соответственно. Ее роль в клипе заключалась в том, чтобы виться
вокруг Прыткого Джимми, в то время как так называемые толстухи, в разной
степени раздетости, колышут вокруг них телесами.
— Ходячая стерва, — шепнула Беверли. — Меня к ней не
подпускают. Всюду таскает своих гримеров — вот пусть и насладятся.
В алом платье с разрезом, Ванесса так и льнула к Джимми, а тот не возражал.
После двух дублей Ванесса показала свой норов. Она шагнула к режиссеру и
принялась высказывать ему замечания. Говорила она с явным бруклинским
акцентом.
— Парень, мне не по душе, как у вас тут дело поставлено. Как вы меня
снимаете? Что это за гребаный свет? Все сначала.
Малик был недоволен. Какое-то время он ее слушал. Потом, когда к разговору
стал проявлять интерес Джимми, Малик рассвирепел и объявил Ванессе, что,
если ей что-то не нравится, она может отваливать.
Она отвалила.
Малик тут же объявил перерыв, отошел в сторонку и набрал номер.
Через пару минут он прямиком направился к Либерти.
— Кажется, это ты сегодня с Деймоном говорила, да? — Та
кивнула. — Тебя вроде бы Либерти зовут? — Она опять
кивнула. — О'кей, Либерти, тебе, похоже, подфартило.
— Что?
— Деймон хочет, чтобы ты снималась в клипе.
— Я?
— Да, ты.
— В каком качестве? — не поняла она.
— Вместо Ванессы.
— Я... я пою, а не танцую.
— А Ванесса что? Танцует? — усмехнулся он. — По-моему, нет.
— Но...
— Послушай меня. — Он начинал терять терпение. — Тебе надо
только делать то, что делала она — виться вокруг Джимми и изображать
страсть. Это ты можешь?
— Вы, может, не заметили, но у меня подвернута лодыжка и ожог на руке.
— Руку закроем, а двигать ногами тебе не придется. Льни к нему — и все.
— Послушайте, я...
— Бев, Фантазия! — позвал Малик, не дав ей договорить. —
Идите сюда! Деймон хочет, чтобы эта девушка выглядела как надо. Нарисуйте ей
лицо, волосы удлините — короче, все сделайте, как положено. Фантазия,
посмотри, платье Ванессы на нее налезет? И надо какими-нибудь перьями ей
руку прикрыть. За работу, дамы, мы и так выбились из графика.
Либерти покачала головой. Что за день? Чем она это заслужила?
А с другой стороны — почему бы и нет? Разве она не молила судьбу об удаче?
Беверли отвела ее назад в гримерную и опять усадила в кресло.
— Видишь, что значит — брови выщипаны? — усмехнулась она. —
Так, девочка, сейчас мы тебя красивой сделаем.
— Это какой-то сон! — Либерти все качала головой. — Разве так
бывает?
— Деймон дал команду — все под козырек. — Беверли отступила назад
и критическим взором оглядела Либерти. — Надо полагать, ты ему
приглянулась. А сколько заплатят, не сказали?
— Об этом разговора не было. Попросить столько же, сколько Синди
платят?
— И думать не смей! — возмутилась Беверли и принялась влажной
губкой накладывать ей на лицо основу под грим. — Проси тысячу баксов,
потому что ты в главной роли.
— Тысячу? — Либерти не поверила своим ушам. — Они ни за что
не согласятся. Это же куча денег!
— Хочешь, я им скажу? — предложила Беверли. — У меня с этими
ребятами разговор короткий.
— А можете?
— Запросто. А ты, когда станешь звездой, возьмешь меня персональным
гримером. Да, и еще: если кто спросит — ты в профсоюзе.
— А ничего, что это неправда?
— Девочка, — покачала головой Беверли, — тебе еще учиться и
учиться. В делах ничего не смыслишь. Сколько тебе лет?
— Девятнадцать. Я смыслю. Я уже немного покрутилась.
— Девятнадцать? Сущий ребенок. И раз большой испорченный дядя Деймон
положил на тебя глаз — будь очень и очень осторожна.
— В каком смысле?
— Я тебе уже говорила и могу повторить: Деймон играет по-
крупному. — Беверли пальцем наложила ей на веки тускло-медные
тени. — Очень и очень по-крупному.
— Главное — чтобы ему моя кассета понравилась.
— И что ты тогда станешь делать? — спросила Беверли, придирчиво
оглядывая свою работу. — Думаешь, переспишь с ним и получишь контракт
на диск? Если таков твой план, советую сперва подписать контракт.
Либерти пожала плечами.
— Пока у меня никакого плана нет.
— У тебя, может, и нет, а у Деймона уже наверняка есть.
— Вы же сами сказали, он женат.
— В мире хип-хопа брак ничего не значит. — Беверли достала бежевый
блеск для губ. — Для этих ребят это как спорт, трахаться направо и
налево для них привычное дело. Да уж... — она закатила глаза, — я бы
тебе столько порассказала!
— Вы как будто разочарованы в жизни, — вздохнула Либерти. —
Не может быть, чтобы они все были такие.
— Ты, конечно, можешь думать что угодно, но я говорю тебе сущую правду.
— Если она такая, правда, то это очень грустно.
Позволь рассказать тебе, как действуют эти ребята, — сказала
Беверли. — Находят красивую девочку, пользуют ее, пока не надоест, и
отваливают. Да, и еще: если застукает жена, они просто везут ее в ювелирный
магазин и покупают очередное кольцо с бриллиантом в десять каратов. А что
такого? У них все измеряется деньгами.
— Зачем вы все это мне рассказываете?
— Затем, что тебе тут все в новинку. А еще потому, что ты редкая
красавица — особенно теперь, когда я поработала над твоими бровями.
— Спасибо вам. Значит, все это — благодаря бровям?
— Слушай меня и мотай на ус. Деймон любит красивых девочек. Он как
Принц. Все лучшее подгребает под себя. И в данный момент это ты.
— Знаете, Бев, что бы ни думали, я кое-что уже повидала. Когда
работаешь официанткой, быстро учишься понимать, что именно нужно мужикам. У
меня и парень есть. Говорю вам: я за себя постоять умею!
— Не сомневаюсь. Только теперь ты переходишь в другую, новую для себя
лигу, и я призываю тебя к осторожности.
— Хорошо.
— Не верь ни в какую лесть и обещания. Станут обещаниями кормить —
непременно советуйся с адвокатом и фиксируй все на бумаге.
— Спасибо, это хороший совет.
— И бесплатный к тому же, — добавила Беверли, нанося Либерти
темные румяна.
— Одна беда — адвоката у меня нет, — жалобно проговорила Либерти.
— М-ммм... — Беверли улыбнулась. — Почему-то меня это не удивляет.
Глава 26
Когда Джет прибыл на съемочную площадку, Беверли еще колдовала над лицом
Либерти.
— Покрутись здесь чуток, — сказала Беверли, на секунду оторвавшись
от дела, чтобы чмокнуть его в щечку. — Я скоро закончу.
— Нет, — возразил он. — Рэп — это не для меня. Мне надо идти.
— Ну, тогда хоть с Либерти познакомься, раз уж зашел.
— Кто такая Либерти?
— Восходящая звезда. — Беверли подмигнула Либерти. — И она
перед тобой.
— Привет, — сказал Джет, мельком взглянув на девушку в зеркало.
— Привет, — отозвалась та таким же безразличным тоном.
Тот факт, что они едва обменялись взглядами, Беверли поразил: она не
сомневалась, что Джет моментально начнет увиваться вокруг этакой красотки.
Может, он и впрямь влюбился?
— Позвонил? — спросила она, продолжая работать.
— Набирал несколько раз — никто не подходит. — Он сжал
кулаки. — Похоже, придется ждать до понедельника.
Тут его осенило, что в понедельник в Нью-Йорке уже будет Джанна. Черт! Как
все сложно!
— Хочешь чего-нибудь? Кофе, например? — предложила Беверли.
— Нет, Бев, спасибо. Ты занята, я лучше пойду. Потом созвонимся.
Он вышел со студии и направился домой, а по дороге вспомнил, что надо бы
матери позвонить. Его стала мучить совесть. Едва приехав к Сэму, он
немедленно взялся за телефон — чтобы не передумать. Эди сняла трубку.
— Мам?
— Давненько меня так никто не называл, — ответила Эди сравнительно
трезвым голосом.
— Это Джет, — сказал он и тут же потянулся за сигаретой.
— Я догадалась. Кроме тебя, мамой меня никто не величает, ты ведь мой
единственный сын. Давно не общались, — с укором проговорила она.
— Я же теперь в Италии живу, — ответил он. Не больно она рада его
слышать. — И тебе это известно.
— А сейчас-то ты где?
— Сейчас — в Нью-Йорке. Прилетел на несколько дней.
— Зачем?
— С Редом повидаться, — пояснил он, понимая, что мать это не
обрадует.
— С этим мерзавцем! — с горечью сказала Эди. — Зачем он тебе
нужен?
— Сам вызвал. И билет прислал.
— А-а, — надулась Эди. — Он тебя вызвал — и ты тут как тут.
— Да, мам, — признал он. — Я тут как тут. Но он мой отец, а
леди Джейн сказала, что дело срочное.
— Ты и с ней говорил? С этой ведьмой?
— Это она мне звонила, — оправдывался Джет. — А когда они
билет оплатили, я решил, почему бы не слетать на халяву. Заодно и тебя
повидаю.
— Халявы не бывает, Джет, — поучительно сказала Эди. — За все
рано или поздно приходится платить.
— Все может быть, — согласился он и глубоко затянулся.
— Твоего отца только могила исправит, — категорично заявила Эди.
— Согласен.
— Когда мы с тобой увидимся?
— А ты хочешь? — ответил он, припоминая, как они поссорились в
прошлый раз. Он даже не помнил, из-за чего.
— Хочешь, приезжай завтра? — предложила она. — Я буду дома. Я
всегда дома.
— Не знаю, мам, — ответил он. — Мне надо кое-кого встретить в
аэропорту, а вечером я обещал Максу быть на репетиции его свадьбы.
— Максу? — удивилась она. — С каких это пор вы с ним стали
друзьями?
— Он меня пригласил, я решил пойти.
— Зачем?
— Послушай, — сказал Джет, меняя тему, — а самой тебе в город
не с руки?
— Что я там забыла? — огрызнулась она. — Ненавижу этот город!
Как и всякое место, где вынуждена дышать одним воздухом с Редом Даймондом.
— Тогда на неделе попробуем встретиться. Последовало долгое молчание.
Наконец Эди сказала:
— Ты его уже видел?
— Кого? — Джет прикинулся дурачком, хотя отлично понял вопрос.
— А ты на кого подумал? — вспылила Эди. — Этого сукина сына, который был моим мужем.
— А... Да, видел, — ответил Джет небрежно. — Он заявился к
Максу на мальчишник.
— Да что у вас там такое? Семья воссоединяется, что ли? — У нее
слегка заплетался язык. — Откуда-то вдруг Макс взялся. Твоя семья — это
я, а не сводные братья.
— Я знаю, мам.
— И Крис там? — спросила она, решив вызнать все до конца.
— Да, он тоже здесь.
— Тебе известно, что это он оплатил твою поездку в Италию и лечение?
— Откуда ты знаешь?
— У меня свои источники. Ты должен его отблагодарить. Не сомневаюсь,
Макс даже копейки не дал. Скупердяй! — добавила она с
негодованием. — Яблоко от яблони...
В трубке послышался звон льда в бокале — еще один знакомый с детства звук.
Эди всегда начинала день со стаканом в руке, это было одно из его самых
ранних воспоминаний.
— Мам, с тобой все в порядке? — осторожно поинтересовался
он. — Ты там не пьешь?
— Выпила стакан воды, — воинственно ответила Эди. —
Разрешаешь, мистер исправившийся алкоголик?
Во избежание ссоры Джет поспешил сменить тему.
— Ты... У тебя сейчас кто-нибудь есть? — небрежно спросил
он. — Какой-нибудь юный жеребчик?
— Не твое собачье дело! — огрызнулась она, явно под
градусом. — И уж постарайся вести себя прилично с моими друзьями, а то
я помню, как в прошлый раз тебя учили уму-разуму.
Отлично. Дивные воспоминания. Хоть он и был обкуренный, но отлично помнил,
какого подонка она тогда содержала.
Велика важность, отпустил несколько реплик в адрес неудачника. Откуда ему
было знать, что он из профессиональных боксеров?
— Мам, я тебе завтра позвоню. — Джету захотелось положить трубку.
— Валяй, — пробурчала Эди. — Если время найдешь. Джет положил
трубку и затушил сигарету. Что ей точно удалось, так это испортить ему
настроение.
Но в этом, увы, не было ничего нового.
Макс разволновался. Какую игру затеяла Марина? И как ему это узнать?
Все это так подозрительно. Сначала в контору заявляется Владимир, затем
Марина начинает уверять, что никогда не была замужем за этим русским, зная,
что он видел документы.
Подлинные или фальшивка? Может, обратиться к эксперту?
Нет, этого делать нельзя. Нельзя втягивать посторонних и посвящать их в свои
проблемы.
Черт бы их всех побрал! Он оказался в дурацком положении.
Он позвонил Эми.
— На нашу встречу ты так и не приехала, — упрекнул он, с
готовностью вымещая на ней свое плохое настроение.
— Прости! Я не виновата. У бабушки был приступ общительности, я никак
не могла улизнуть.
— А как она поживает? — смягчился Макс, понимая, что зря
набросился на невесту.
— Для своих девяноста лет — прекрасно, — оживилась Эми. —
Выглядит так, что никто и не задумается о ее возрасте.
Эми засмеялась.
Макс хранил молчание. Ему было не до смеха. Потом сказал:
— Тогда вечером поужинаем вместе? Только ты и я.
— А я собиралась лечь пораньше, — ответила Эми неуверенно.
— Обещаю, что доставлю тебя домой в пристойное время. Снова наступило
молчание. Его нарушила Эми.
— Макс, у тебя все в порядке? — спросила она.
— Я же тебе говорил: у меня голова забита работой. Позже поговорим.
— Хорошо, — согласилась Эми. Теперь ее мучила совесть, что
перспектива провести вечер вдвоем с Максом не привела ее в восторг.
— В восемь я за тобой заеду, — сказал он, продолжая думать о
Марине и о том, что за коварный план она вынашивает. Надо же, удумала:
пятьдесят штук за убийство человека, а платить кто будет? Конечно, он!
Ну, нет, он не даст себя одурачить.
Крис приехал к Джонатану Гуди с готовым решением: он слетает на несколько
часов в Лос-Анджелес — и сразу назад, чтобы успеть к отцу в назначенное
время. Дело было не только в пострадавшем от стихии доме. Куда важнее был
сейф, в котором в данный момент находились двести пятьдесят тысяч долларов
наличными, приготовленные для отправки в Вегас Росу Джаганте. Нельзя
оставить эти деньги без присмотра.
Нью-йоркская квартира Джонатана, некогда запечатленная на обложке журнала
Архитектурный дайджест
, а также на восьми страницах в середине номера,
была живым воплощением современного стиля. Архитектура была его слабостью,
он отдавал предпочтение чистым линиям, простоте форм и лишенной
украшательств мебели.
Дверь открыл сам актер. Он был босиком, в мятых домашних брюках и свободной
рубашке и выглядел озабоченным. Свиты нигде не было видно.
— Что случилось? — спросил Крис, войдя в квартиру.
— Случилось нечто весьма постыдное, — ответил Джонатан и повел
Криса на стерильно чистую кухню.
— Как всегда, когда меня срочно вызывают на дом, — хмыкнул Крис и
примостился на барной табуретке с хромированными ножками. — Не
переживай, Джон, я все это уже слышал, и много раз.
— Сделать тебе витаминный коктейль? — предложил Джонатан и занялся
измельчением манго, бананов и папайи. Потом закинул все в блендер и долил
рисовым молоком.
— Да нет... — отказался Крис. — Я вчера малость злоупотребил...
Теперь вот маюсь. Я лучше выпью кофе — если ты мне его сделаешь.
— От кофе один вред, — прокомментировал Джонатан. — Я его
даже в доме не держу.
— Ладно, повторяю вопрос: что стряслось? — сказал Крис.
Джонатан включил блендер и долго молча смотрел, как крутятся и давятся
кусочки фруктов. Потом выключил, налил получившуюся смесь в высокий стакан и
протяжно вздохнул.
— Видишь ли, есть вещи, которые не хочется выставлять напоказ, особенно
если ты актер.
— Ты это о чем?
— Не то чтобы я этого стыдился, но если это выйдет наружу — моей
карьере конец.
— Дальше, — подбодрил Крис.
— Ну... — Джонатан залпом осушил стакан, — временами я сбиваюсь на
кривую дорожку.
— Интересно какую? — спросил Крис, начиная догадываться.
— Послушай, Крис, я не собираюсь ничего от тебя утаивать, — быстро
заговорил Джонатан, — но, пожалуйста, пусть это останется между нами.
Хорошо?
— Конечно.
Джонатан поставил стакан на стойку.
— Я голубой, — произнес он едва слышно.
— Я так понял, возникла проблема?
— И очень большая, — ответил Джонатан. — Вчера я кое с кем
познакомился.
— Да? — спросил Крис, уже предвкушая продолжение.
— Симпатичный, приятный, — продолжал Джонатан. — Я не люблю
мужланов. Я пригласил его сюда, и мы отлично провели время.
— Можно, перебью? — спросил Крис, разминая пальцы.
— Валяй.
— А где была твоя девушка?
У нас с ней уговор. Она, понимаешь, увлекается женщинами. Мы решили, что с
точки зрения карьеры лучше изображать натуралов. И до сих пор успешно дурили
прессу.
— Я вижу, дальше — больше, — прокомментировал Крис.
Джонатан провел рукой по густым волосам.
— Я понимаю, тебя это шокирует, — произнес он, и на его свойской
физиономии появилось не свойственное ей серьезное выражение.
— Меня? — удивился Крис. — Джонатан, я человек широких
взглядов. Что бы ты ни делал — меня не касается. Абсолютно.
— Вот этим ты мне и нравишься, — сказал Джонатан, радуясь, что не
пришлось выслушивать нотации.
— Рассказывай, что дальше было.
— Дальше... мы с этим парнем развлекались, а когда он собрался уходить, я ему предложил денег.
— Он что, профессионал?
— Нет, и в тот момент, как я попытался сунуть ему деньги, я понял, что совершаю большую ошибку.
— Как он отреагировал? — Крис мысленно рисовал себе эту сцену.
— Страшно оскорбился и разозлился. Стал на меня орать:
Кем ты себя
возомнил? Думаешь, весь мир купить можешь? Знаменитость, которая прячет свои
маленькие тайны! Так вот, сообщаю: ты не можешь всех купить. Я в мгновение
ока не оставлю камня на камне от твоего благопристойного имиджа
.
— Что потом?
— Он спрашивает:
Угадай, что я, по-твоему, теперь стану делать?
— Я говорю:
Понятия не имею
.
— Ну, дальше, дальше!
— Оказалось? он журналист из известного гей-журнала. Короче, вчера меня
поимели в буквальном смысле, а теперь будут иметь в фигуральном, что намного
хуже. Крис, что нам делать? Что, черт возьми, делать?
Почему кризисы всегда случаются в выходные? Леди Джейн Бэнтли не могла
дозвониться до своего адвоката, который, как нарочно, отправился на три дня
на Багамы на морскую рыбалку. Ей надо было с ним посоветоваться, а пока она
сочла за самое благоразумное вести себя так, как будто ничего не случилось.
У Реда не впервые случился приступ беспричинного гнева, но на сей раз его
объектом стала она сама, и это ее убило. Она была потрясена его требованием
выметаться на все четыре стороны. Конечно, за годы, проведенные вместе, у
них случались ссоры по разным поводам, но такие, как на этот раз, —
никогда.
Вскоре она сообразила, что будет благоразумно использовать образовавшийся
перерыв с максимальной пользой для дела. После утренней стычки она Реда не
видела. Если верить его драгоценной экономке Дайан (одно имя чего стоит!),
он ушел, сказав только, что будет поздно.
Леди Джейн подозревала, что он отправился на свою так называемую тайную
квартиру (ту самую, про которую ей было известно — о чем он до сих пор не
догадывался) и, скорее всего, развлекается там с девками, которых подцепил
на пьянке у Макса.
Ей очень хотелось позвонить Максу, высказать ему все. Но потом она решила,
что этого делать не стоит. Макс не в ответе за непристойное поведение отца.
Вместо этого она принялась планомерно обыскивать кабинет Реда, перерыла
ящики стола, заглянула в каждую папку, проверила его электронную почту, все
письма и документы. В комнате у его секретарши имелся ксерокс, а поскольку
по выходным секретарша на работу не выходила, леди Джейн сняла копию со
всего, что, по ее мнению, могло оказаться полезным. В какой-то момент в
комнату вошла Дайан и имела наглость спросить, что она тут делает.
— Что?! — Леди Джейн подняла брови и смерила экономку царственным
взглядом. Она с самого начала невзлюбила эту черномазую. Дайан и с виду-то
была не похожа на добропорядочную экономку. Девка из варьете — вот кто
она! — Я не ослышалась? Вы спрашиваете меня, что я тут делаю?
— Вы сидите за личным компьютером мистера Даймонда, — упрямо
повторила Дайан. — А мистер Даймонд никому не позволяет к нему
прикасаться.
— Вы отдаете себе отчет, с кем говорите? — Леди Джейн была
потрясена выдержкой этой мерзавки.
— Да, леди Бэнтли, отдаю. — Дайан нисколько не стушевалась. —
Но мистер Даймонд мне много раз говорил, чтобы сюда никто не входил.
— Я следую его инструкциям, — солгала леди Бэнтли, возмущенная
вторжением. — Так что рекомендую решать этот вопрос с ним, если у вас
проблемы. А если еще раз посмеете учинять мне допрос, я позабочусь о том,
чтобы вас уволили.
Дайан смерила ее дерзким взглядом и вышла.
Леди Джейн решила, если останется жить в этом доме, надо непременно
добиться, чтобы Ред уволил эту негодяйку. Впрочем, она уже не раз пыталась
так ставить вопрос, но ничего из этого не вышло.
Ред Даймонд держался за своих слуг. Воображал, что чем дольше он держит у
себя работника, тем больше они ему преданы.
Леди Джейн знала, что все бывает как раз наоборот.
От Джонатана Гуди Крис поехал в аэропорт. Выписываться из отеля он не стал,
тем более что рассчитывал вернуться уже завтра.
По пути в аэропорт Кеннеди он позвонил своему темнокожему ассистенту Энди,
надежному малому.
— Я прилетаю, — кратко объявил он. — В данный момент еду в
аэропорт.
— Тебе нет нужды приезжать в Лос-Анджелес, — возразил Энди. —
Неприятно это говорить, но в твой дом сейчас не попадешь.
— Что ты имеешь в виду?
— Власти обнесли его красной лентой и никого не пускают. Боятся, он
может сползти дальше по склону.
— Сукин ты сын! — в сердцах воскликнул Крис. — Ты сейф нашел?
— К дому никого и близко не подпускают.
— Энди, — сказал Крис тоном, не терпящим возражений, — я
хочу, чтобы ты сейчас поехал туда, проник в дом и нашел мой сейф, будь он
трижды неладен. Если тебе дорого твое место.
— Ты не представляешь, что здесь творится, — пытался оправдываться
Энди. — У нас настоящие тропические л
...Закладка в соц.сетях
