Жанр: Любовные романы
Леди Босс
...бя с тобой чувствую, — призналась она. — Мы так похожи.
— Похожие, но разные.
— Я знаю, о чем ты, — сказала Нонна.
Квартира Уэбстеров в Нью-Йорке на верхнем этаже здания поражала каждого
входящего своим многоцветьем.
Обставлена самой фантастической современной мебелью. Стены выкрашены в
черный цвет, а на них развешаны модернистские картины. Контраст получался
поразительный.
Каждую неделю они устраивали шумные вечеринки, на которые приглашалась целая
толпа интересных и талантливых людей.
— Несколько месяцев назад здесь была Венера Мария, — похвасталась
Нонна. — Она — лучше всех. Я весь вечер глаз от нее не могла отвести.
На Бриджит это произвело должное впечатление!
— Надо же! — воскликнула она.
— Представляешь, — согласилась Нонна, — я ужасно люблю
встречаться со знаменитостями, а ты?
— А где твой брат? — спросила Бриджит с любопытством.
— Не волнуйся, объявится. Как только деньги понадобятся, он тут как
тут. — Нонна задумчиво покачала головой. — Любимое его занятие —
выкачивать деньги, где только можно.
— Как его зовут?
— Поль, — ответила Нонна. — Видно, они пребывали в нормальном
состоянии, когда давали ему имя.
Бриджит заметила фотографию в рамке на рояле и принялась рассматривать ее.
— Это он? — поинтересовалась она.
— Красивый, правда? — спросила Нонна.
— Недурен, — соврала Бриджит. Ей он показался сногсшибательным. — Чем он занимается?
— Художник. Неудавшийся. Пишет чертовски громадные полотна с голыми
людьми. Если попросит тебя позировать, откажись.
— Конечно, как же иначе?
— У нас будет замечательное лето. — Нонна счастливо
вздохнула. — Я это чувствую, а ты?
Бриджит кивнула.
Дина Свенсон и Эффи Уэбстер были лучшими подругами. Странное сочетание, но
они прекрасно ладили. Дружили уже много лет, с тех пор как Дина приехала в
Америку. Познакомились они, когда Дина еще работала в мебельном салоне, а
Эффи пришла туда, чтобы подобрать мебель.
Когда Дина начала встречаться с Мартином Свенсоном, Эффи сразу посоветовала
ей подумать всерьез о том, чтобы женить его на себе.
— Дорогая, этот человек далеко пойдет, — уверила Эффи Дину. —
И, я думаю, ты должна быть рядом.
Долго уговаривать Дину не пришлось. Она находила Мартина привлекательным и
чрезвычайно умным. Определенно, он достигнет высот.
Мартин и Юл друг друга недолюбливали. Юл считал Мартина скучным.
— У этого человека самомнение размером с Эмпайр стейт билдинг, —
говорил он Эффи.
— Хорошо, что только самомнение, — игриво отвечала Эффи.
Когда Мартин начал таскаться по бабам, первым человеком, кому Дина в этом
призналась, стала Эффи.
— Что мне делать? — простонала она.
— Не обращай внимания, — посоветовала Эффи. — Большинство
мужиков гуляют, они так самоутверждаются, черт бы их побрал. Если не делать
из этого трагедии, то им скоро надоедает и они бегут назад к мамочке. В
конце концов, любовь приходит и уходит, а жена — единственная и на всю
жизнь. Одна только мысль об алиментах возвращает их прямиком в наши объятия.
— А что Юл? — поинтересовалась Дина.
— А мне наплевать, и знать не хочу, — решительно заявила
Эффи. — Главное — он приходит домой.
— Но ведь ты бы беспокоилась, если бы это угрожало вашему браку.
На что Эффи твердо ответила:
—
Ничто никогда не будет угрожать нашему браку!
Судя по всему, Эффи обожала дочь. Она возила ее и Бриджит к Саксу и в другие
магазины, где они накупали столько всего, что едва могли унести пакеты.
Что бы Нонна ни попросила, мать ей покупала.
— Говорила я тебе, — прошептала Нонна на ухо Бриджит — Они тратят
все, что зарабатывают. Сумасшедшие!
После беготни по магазинам Эффи повела их в
Русскую чайную
, где им
посчастливилось увидеть Рудольфа Нуриева и Пола Ньюмена, обедавших за
разными столиками.
— Чем ты занимаешься, когда живешь у бабушки? — спросила Нонна, с
аппетитом поедая вкусные блины.
Бриджит сделала гримасу.
— Шарлотта ужасно скучная. Никогда меня никуда не водит.
— А какой была твоя мама?
— Ну, — медленно начала Бриджит, призадумавшись. — Она была
довольно веселой. По крайней мере, мы что-то делали. Часто летали к дедушке
на остров. Или на показы мод в Париж. Путешествовали по всему миру.
Интересно.
— Тебе ее, верно, не хватает, — с сочувствием заметила Нонна,
касаясь руки подруги.
Бриджит печально кивнула.
— Очень, — согласилась она, впервые осознав, что ей действительно
очень не хватает Олимпии.
Брат Нонны Поль появился в воскресенье в драных джинсах, черной майке и
кожаной мотоциклетной безрукавке. Худой и сосредоточенный, единственный в
семье с темными волосами, которые он затягивал в тугой хвостик на затылке, а
глаза прикрывал темными очками.
Нонна радостно его приветствовала.
— Я за деньгами, — объявил он.
— Как обычно, — вздохнула Нонна. — Может, сначала
поздороваешься? Поцелуешь? Обнимешь? Хоть что-нибудь?
— Если у тебя есть бабки, тогда обниму.
— Благодарю покорно! Так приятно испытать всю силу братской любви.
Поль повалился в кресло, снял темные очки и уставился на Бриджит.
— А это кто? — грубо поинтересовался он.
— Единственная девушка, от которой ты не в состоянии отказаться.
— Слишком молода, — заявил Поль.
— Ну-ну, — покачала головой Нонна. — Не торопись, пока не
узнаешь, что у нее есть именно то, что тебе нужно.
— Слишком молода, — повторил Поль.
Бриджит не могла сказать, что она получает удовольствие от подобного
разговора. Что этот идиот о себе воображает?
— Моя лучшая подруга Бриджит, — наконец представила ее Нонна.
— Салют, Бриджит, — безразлично отозвался Поль.
— Станислопулос, — добавила Нонна.
Поль поднял брови.
— Из тех
самых? — спросил он, воодушевляясь.
Нонна торжествующе ухмыльнулась.
— Правильно.
Поль еще внимательней присмотрелся к Бриджит.
— Покорнейше прошу вашей руки, — промолвил он, не сводя с нее
глаз.
Она решила подыграть ему.
— Слишком поздно. Вы для меня староваты.
Нонна расхохоталась.
— Может, разрешите мне надеяться? — умолял Поль.
— Ну что я говорила! — торжествовала Нонна. — Деньги! Ни о
чем другом этот поганец не думает. У него касса вместо сердца.
— Как и у большинства, — заметил Поль, все еще глядя на Бриджит.
В комнату вошла Эффи, одетая с ног до головы в оранжевое.
— Ты похожа на скворца, испуганного до поноса, — заметил
Поль. — Что
это за одеяние?
Эффи улыбнулась. Судя по всему, Уэбстеры к Полю привыкли и внимания на его
грубость не обращали.
— Ну кто же так просит деньги? — укорила она, грозя ему
пальцем. — Ах, какой скверный мальчик!
— Что же это такое? — пожаловался Поль. — Все думают, что я
сюда только за деньгами являюсь.
— Потому что так оно и есть, — вмешалась Нонна.
Наблюдая эту семейную сцену, Бриджит пришла к выводу, что, каким бы грубым
ни был Поль Уэбстер, вне сомнения, он самый красивый молодой человек, какого
ей только приходилось видеть.
Но Бриджит уже знала цену красоты. В ней таилась опасность, душевные
волнения и еще раз опасность.
Бриджит поумнела достаточно, чтобы держаться от всего этого подальше.
В жизни каждого человека бывают периоды, когда ему необходимо побыть одному.
Ленни снял квартирку в Гринвич-Виллидже и забыл про весь белый свет. Для
счастья ему хватало растворимого кофе, бутылки виски и нескольких чистых
блокнотов.
То, что он бросил сниматься в фильме, было самым умным поступком в его
жизни. Компромиссы не для Ленни Голдена. Он хотел работать творчески, а груз
звездной ответственности гасил его творческие порывы.
Не говоря уже о Лаки, сгинувшей где-то в Японии.
Хватит с него роли звезды в плохом фильме, пора приниматься за настоящую
работу.
Ему пришло в голову, что если он хочет сняться в хорошем фильме, то лучше
всего сесть и самому написать сценарий. А для этого надо побыть одному.
Ленни понимал, что его агент и менеджер сейчас, вероятно, всюду ищут его. Но
он также знал, что не хочет, чтобы его беспокоили, поэтому замел следы, сняв
сразу крупную сумму со счета в банке, и не выписывал больше чеков.
Единственный человек, кому он позвонил, была Джесс.
— Слушай, — сказал он ей, — я должен немного побыть один.
Если Лаки позвонит, скажи ей, что со мной все в порядке, и больше ничего.
Джесс заметила, что они оба до сих пор еще играют в игры и пора бы
повзрослеть.
— Да я вовсе не пытаюсь с ней сквитаться, — терпеливо пояснил
он. — Лаки в Японии. Когда вернется, мы встретимся. Пока же она не
хочет, чтобы я ей звонил. Я и не буду. Никаких игр.
— Ладно тебе, — с отвращением заметила Джесс. — Вы хуже
детей, ей-богу.
— Думай, как хочешь, — ответил он. — Позвоню через
неделю. — И повесил трубку.
Ленни устраивало его одиночное заключение. Оно давало столь необходимую
свободу. С раннего утра до позднего вечера он сидел за большим письменным
столом у окна и писал. Сам процесс ему нравился. Чувствовал, как спадает
напряжение.
Когда он не писал, то думал о Лаки и о том, что происходит между ними. Она
работала в Нью-Йорке, он — в Лос-Анджелесе. И виделись они только изредка.
Разумеется, в постели им здорово. Почему бы и нет? Но ведь секс далеко не
все. Ему хотелось большего.
Ленни все больше склонялся к мысли взять отпуск на год. Если поступить не
так — их браку конец. Не этого он хотел.
Он продолжал писать, и постепенно сценарий превращался в историю его
собственной жизни.
Пока Ленни не знал, чем закончится эта история. Но надеялся, что конец будет
счастливым.
35
Когда Мартин Свенсон вернулся с побережья в Нью-Йорк, Дина встретила его,
как и положено примерной жене, хотя и побаиваясь дурных новостей. А вдруг он
ей скажет, что хочет развестись?
— Как Лос-Анджелес? — спросила Дина, когда Мартин вошел в спальню.
— Жарко, — ответил он, развязывая галстук.
— А дела? Мы купили студию?
Слово
мы
было важной частью той стратегии, которой она решила
придерживаться. Никакой помощи от нее Мартин не получит. Если хочет развода,
придется ему сказать об этом самому.
— Пока еще идут переговоры, — ответил он. — Но, похоже, мы заполучим студию
Орфей
.
— А в студии
Пантер
ты не заинтересован?
Мартин сел на край кровати.
— Я встречался с Микки Столли. Он сам никаких вопросов не решает, судя
по всему. Студия до сих пор принадлежит Эйбу Пантеру, а он, похоже,
продавать ее не хочет. Но Микки мне пообещал, что попросит жену поговорить
со стариком, она его внучка.
— А какой он, Микки Столли? — спросила Дина, изображая
заинтересованность.
— Типичный голливудец. — Мартин зевнул. — Куча идей. Он
превратил
Пантер
в машину для делания денег. На студии производят тьму
фильмов, о которых никто никогда не слышал.
— Каких фильмов?
— Сама знаешь каких, — безразлично ответил Мартин. — Сиськи и
голые задницы.
— Как мило, — заметила Дина, подумав про себя:
Как раз
фильмы для твоей подружки
. — Кого ты еще там видел?
— Да все тех же.
Дина понимала, что, скорее всего, Стерва начинает на него давить. Но Мартин
вел себя, как обычно.
— Уэбстеры устраивают прием в твою честь на следующей неделе, —
сообщила она.
— С чего бы это? — заинтересовался он, освобождаясь от пиджака.
— Потому что это твой день рождения, — сообщила Дина. — Ты
что, забыл?
По правде говоря, действительно забыл. Столько всего в голове, что тут не до
мыслей о том, что стал еще на год старше. Он встал с кровати, подошел к
зеркалу и уставился на свое отражение.
— Вроде бы я неплохо выгляжу для мужчины, которому почти сорок
шесть. — Он явно ожидал от нее комплимента.
— Ты красивый мужчина, Мартин, — произнесла Дина, подходя к нему
сзади. Она знала, что он обожает лесть.
Мартин повернулся и слегка чмокнул ее в щеку.
— Мне надо кое-куда позвонить, — заявил он. — Я буду в
кабинете.
Он вышел из спальни и пошел вниз. Совершенно определенно, Дина представления
не имеет о происходящем. И не подозревает о его последней интрижке, но как
ему заговорить о разводе, если дело до этого дойдет? Венера Мария заявила,
что если он хочет остаться с ней, то должен подумать
отом, чтобы быть с
ней постоянно. В противном случае — прости-прощай.
Мартин пока не решил, как он поступит. Но подумать следовало.
— Раз, два, три, четыре. Раз, два, три, четыре...
Сукин сын этот тренер, — подумала Венера Мария. — Гоняет меня,
как собаку
.
— Раз, два, три, четыре. Раз, два, три, четыре.
Пот лил с нее ручьями, а он все не останавливался. Заставлял делать самые
трудные упражнения. Нужно подтягивать все — руки, ноги, ягодицы, живот.
— Хватит! — выдохнула она.
— Хватит тогда, когда я скажу, — ответил тренер, молодой,
энергичный, с хорошими мускулами.
Если бы не ее отношения с Мартином, она могла бы подумать и об интрижке с
ним.
Наконец тренер разрешил ей остановиться.
— Вы еще поблагодарите меня, — заверил он.
— Спасибо, — ответила она, еле переводя дыхание.
Как только он ушел, она ринулась в душ, вымыла голову и стала наблюдать, как
вода струится по телу. Крепкому и натренированному. Знаменитому телу Венеры
Марии, возбуждавшему стольких мужчин.
Мартин накануне улетел в Нью-Йорк. Она была уверена, что он основательно
заглотил крючок. Осталось немного поднажать.
К обеду появился Рон. Ее менеджер принял меры по разделу их финансов. Рон
отнесся к этому спокойно. Теперь он может купить своему любовнику хоть Родео-
драйв, ей глубоко наплевать.
— А где же Кукленок Кен? — насмешливо спросила Венера
Мария. — У меня создалось впечатление, чтоты никогда не выпускаешь его
из виду.
— Ладно тебе, не язви, — ответил Рон, направляясь прямиком в
кухню. — А наш герой уже вернулся в Нью-Йорк?
— Вернулся, — подтвердила она, танцующей походкой следуя за ним и
напевая свою последнюю мелодию.
— Хорошо развлеклись? — поинтересовался Рон, открывая холодильник
и вынимая оттуда посудину с салатом из тунца.
— Великолепно, — промолвила Венера Мария, ставя на стол зеленый
салат и помидоры.
Рон тем временем схватил свежий батон хлеба. Вместе они начали делать
огромные бутерброды, добавив к тунцу, салату и помидорам еще и авокадо.
— Чудеса да и только, — восхитился Рон, умело нарезая
помидоры. — Зря мы так редко собираемся. Приятно чувствовать себя
обычным человеком.
Венера Мария согласилась с ним.
— Я послала горничную на рынок. Хотела поблагодарить тебя за помощь.
— Не за что, — произнес Рон. — Я получил огромное
удовольствие сам. Да, у меня есть для тебя
прескандальная сплетня.
— Да? — заинтересовалась она, засовывая листик салата в рот.
— По поводу твоего босса.
— У меня нет босса.
— А имя Микки Столли тебе о чем-нибудь говорит?
Она рассмеялась.
— Я не считаю Микки Столли своим боссом.
— Ну, все равно, радость моя. Так вот, Микки Столли собственной
персоной появился в доме моего близкого друга. Распушив хвост и задрав член.
— Это какого же друга?
—
Догадайся. Венера Мария чуть не поперхнулась.
— Неужели Лоретты?! — воскликнула она.
— Именно. И как ты думаешь, кого он выбрал?
— Ну говори скорее, не томи.
— Леди с темным цветом кожи.
— Да
брось, ты надо мной смеешься.
— Разве я посмею смеяться над самой великой насмешницей всех времен и
народов?
Венера Мария ухмыльнулась. Она обожала сплетни, разумеется, если они не
касались ее лично.
— Откуда ты знаешь?
— Мадам Лоретта рассказывает мне все, — гордо заявил Рон. — Я
ее близкий друг и доверенное лицо.
— Она определенно не знает, какой ты болтун, — пошутила Венера
Мария.
— Гм... чья бы корова мычала...
— Абигейль сдерет с него шкуру, если узнает.
— Нет, ты представь себе Абигейль в постели, — завелся Рон. —
Обхохочешься. Бедняга, верно, вынужден получать свою порцию секса где-нибудь
в другом месте. Не говоря уж о минете. — Он прошел к холодильнику и
достал банку пива. — Кстати, ты что-нибудь об Эмилио слышала, после
того как он отсюда вымелся?
— А что? — нахмурилась Венера Мария. — Что-нибудь случилось?
— Он не пришел в восторг, когда ты его отсюда выперла. У меня есть
предчувствие, что мы можем где-нибудь прочитать всю твою подноготную.
Венере Марии не хотелось, чтобы ей напоминали о ее неудачном госте. Эмилио
вполне взрослый. Может сам о себе позаботиться. Она ничем ему не обязана.
— Не начинай все сначала, — взмолилась она. — Эмилио не
поступит так в отношении меня. Я плачу за его квартиру, черт побери.
— Гм-м... если ему предложат хорошие деньги, Эмилио не остановится ни
перед чем.
Венера Мария уперла руки в бока.
— Да что такого он может им рассказать, чего эти паршивые газетенки еще
не знают?
— Про нашего великого героя.
— Он не знает о Мартине.
— Ты уверена?
— Уверена. — Она усмехнулась. — Так что я вовсе не дрожу в
ожидании рассказов Эмилио обо мне. Он — придурок. Неудачник.
— Эмилио твой брат, дорогая. Выражайся мягче.
— И все равно он неудачник, и ты это знаешь.
— А Мистер Нью-Йорк уже на крючке? — поинтересовался Рон,
приподняв бровь.
Она улыбнулась.
— Мартин — человек необыкновенный, и у нас необыкновенные отношения.
— Ну, разумеется, — согласился Рон. — И слава Богу, что ни
газеты, ни Эмилио о них не ведают. Потому что, если они узнают, Мартин будет
по уши в дерьме, и он отыграется на тебе.
— Я была очень осторожна, пока Эмилио здесь жил, — уверила она
его. — Он ничего не знает.
Рон задумчиво кивнул.
— Пусть так и остается.
Эмилио Сьерра и один из репортеров
Тру энд фэкт
встретились в кафе
Рома
на Кэнон-драйв. Эмилио специально оделся для этого случая. Молочного цвета
пиджак, белые брюки, кремовая рубашка и несколько тяжелых цепей из
фальшивого золота на толстой шее. Волосы зализаны назад. К сожалению, в нем
фунтов тридцать лишнего веса, что основательно портит впечатление.
Деннис Уэлла, австралийский репортер, посланный встретиться с Эмилио,
развалился за угловым столиком, потягивая пиво. Крупный и толстый мужчина,
лет сорока с хвостиком, с налитыми кровью глазами, мешками под ними и
красным лицом.
Эмилио остановился в дверях ресторана и огляделся.
Деннис заметил его, решил, что это и есть так называемый брат, и помахал
экземпляром газеты.
Эмилио вразвалку приблизился к столу.
— Привет, приятель, — произнес Деннис с сильным австралийским
акцентом.
Эмилио сел.
—
Тру энд фэкт
? — спросил он.
— Точно. — Деннис подумал, что парень должен быть полным кретином,
чтобы задать такой вопрос. — А ты — Эмилио Сьерра?
Эмилио окинул взглядом ресторан и заметил двух хорошо одетых женщин, сразу
приглянувшихся ему. По-видимому, они собрались побегать по магазинам. Деннис
проследил за его взглядом.
— Классные телки тут обретаются, — заметил он. — Неплохо бы
расстегнуть юбчонку вот на той, а?
Эмилио облизал губы.
— Я могу продать горячий материал, — заявил он.
— Что ж, приятель, за тем мы и собрались, — жизнерадостно произнес
Деннис, отпив очередной здоровый глоток пива. Он присмотрелся через стол к
Эмилио. — Ты не похож на свою сестру, верно?
— Есть некоторое фамильное сходство, — гордо ответил Эмилио,
намереваясь поправить прическу, но вовремя сдержавшись.
— Вы с сестрой дружите? — кинул пробный камень Деннис.
— Ну конечно, — огрызнулся Эмилио. Он не ожидал, что его станут
допрашивать. — Почему бы и нет?
— Не больно-то ерепенься, приятель. Ты ведь собрался продать всякие ее
грязные секреты, так ведь?
— Я хочу заработать, — поправил Эмилио, как будто это делало его
поведение пристойным.
— Как и все мы, — риторически заметил Деннис.
Одна из богато одетых дам поднялась и вышла. Когда она проходила мимо их
столика, Эмилио тихо присвистнул.
— Уж эти мне бабы из Беверли-Хиллз, — пробормотал он чуть слышно.
— Знаю, о чем ты, — согласился Деннис. — От них тебе жарче, чем гамбургеру на плите.
В ресторан вошли два мотоциклиста. Эмилио показалось, что он узнал в одном
из них знаменитого актера. Решил, что стоит и ему приобрести всякие
мотоциклетные штучки, ему они пойдут. Надо бы сбросить несколько фунтов.
Только откуда взять время? И как? У Венеры Марии — личный тренер. Для нее
все просто, она может себе такое позволить. Кроме того, тело — ее основное
достояние. Она им деньги зарабатывает.
Не так уж сильно она отличается от проститутки, — решил Эмилио. —
Обе торгуют сексом
.
И ничего нет плохого в том, что решил продать ее тайны
, —
оправдывался Эмилио сам перед собой. Почему бы и нет? Он ее брат, а она
отнеслась к нему, как к прокаженному. Из дома выгнала. Засунула в маленькую
квартирку, а сама живет в полном комфорте. На
универсале
позволила
поездить.
Универсале
! Да он должен был бы сидеть в
порше
последней
модели или, по крайней мере,
феррари
. Как ее брат он должен
соответствовать определенным стандартам. Люди от него этого ждут.
— Ну, — Деннис откинулся назад и довольно громко рыгнул, —
что же ты такое можешь рассказать о своей сестре, чего мы еще не знаем?
Эмилио оглянулся по сторонам. Не нравился ему этот парень, и говорит так
громко. Неужели нельзя вести себя скромнее и говорить потише?
Эмилио наклонился поближе.
— Думаю, это неудачное место.
— Слушай, мы никуда отсюда не двинемся, пока я не узнаю, что у тебя
есть, — громко заявил Деннис. — Откуда я знаю, что ты вообще ее
брат? Как ты это докажешь?
Эмилио ждал таких вопросов. Он выудил из кармана водительское удостоверение и протянул его Деннису.
Тот внимательно рассмотрел его.
— Ладно, значит, твоя фамилия Сьерра. И что это доказывает?
Эмилио снова полез в карман и достал фотографию, на которой он был снят
вместе с Венерой Марией в Бруклине довольно давно, и сунул ее Деннису.
— Видите?
Деннис посмотрел на фотографию, потом на Эмилио.
— Ладно, ладно, верю.
— Если я расскажу все, что знаю, сколько вы мне заплатите? —
поинтересовался Эмилио с хитрым видом.
Деннис устало вздохнул. Рано или поздно все кончается вопросом
сколько?
.
Он уже имел опыт общения с родственниками звезд. Всем казалось, что им
недоплатили. И этот такой же, и будет тянуть деньги, пока у него есть хоть
что-то стоящее для продажи.
— Зави
...Закладка в соц.сетях
