Жанр: Любовные романы
Тайный мир шопоголика
...е предложение и надо им воспользоваться. И покупаю другое
пальто.
— Так, — кивает Рори. — Пока все ясно.
— Но когда я выхожу из магазина, — осторожно продолжаю я, —
то вижу, что это пальто вовсе не от
Николь Фари
и вовсе не из натурального
кашемира. Я возвращаюсь в магазин, но там мне отказываются вернуть деньги.
— Это же грабеж! — восклицает Рори с таким воодушевлением, словно
он только что открыл закон всемирного тяготения.
— Вот именно. Это грабеж. И точно так же
Флагстафф Лайф
ограбили
тысячи своих вкладчиков. Они убедили их поменять свой вклад, и те потеряли
на этом по двадцать тысяч фунтов. — Я делаю паузу. — Возможно,
Флагстафф Лайф
не нарушили закон и их действия не противоречат уставу. Но
в этом мире еще существует кодекс чести, и они не просто нарушили этот
кодекс, они его разрушили. Клиенты заслужили свои премиальные. Они были
верными вкладчиками долгие годы, и им полагались эти деньги по совести и
чести. Если вы честны перед собой, Люк Брендон, вы согласитесь, что это так.
Я завершаю свою речь и, задыхаясь, гляжу на Люка. Он смотрит на меня не
мигая, и я не могу понять, что выражает его взгляд. Внутри у меня все
клокочет. Я сглатываю и пытаюсь отвести взгляд, но почему-то не могу. Он
меня будто загипнотизировал.
— Люк? — спрашивает Эмма. — У вас есть что ответить на это?
Он молчит. Смотрит на меня, и я смотрю на него, и сердце мое бьется часто-
часто, как у перепуганного зайца.
— Люк? — нетерпеливо повторяет Эмма.-У вас есть...
— Да... Ребекка... — Он отводит взгляд, качает головой, почти улыбаясь,
потом снова смотрит на меня. — Ребекка, вы правы.
В студии воцаряется гробовая тишина. От изумления я открываю рот. Боковым
зрением вижу, как удивленно переглядываются Эмма и Рори.
— Простите, Люк, — начинает Эмма, — вы готовы признать...
— Она права, — пожимает плечами Люк. — Ребекка абсолютно
права. — Он берет стакан с водой, откидывается на спинку дивана и
отпивает глоток. — Если хотите знать мое мнение, эти клиенты
действительно заслужили свои бонусы. И мне очень
жаль,что они их не получили.
Этого не может быть. Люк со мной согласен?
— Понятно, — немного обиженно говорит Эмма. — Так, значит, вы
поменяли свою точку зрения?
Тишина. Люк задумчиво смотрит в свой стакан. Потом поднимает глаза:
—
Флагстафф Лайф
платят моей компании за то, чтобы мы заботились об
их имидже. Но это не значит, что я лично согласен со всем, что они делают,
более того, это не значит, что я в курсе всего, что они делают. —
Пауза. — По правде говоря, я и понятия не имел о том, что произошло,
пока не прочитал статью в
Дейли уорлд
. Статья, кстати, по-моему, удалась и
является прекрасным образчиком журналистского расследования. — Он
кивает мне: — Мои поздравления, Ребекка.
Я беспомощно смотрю на него, не в состоянии даже выдавить
спасибо
. Мне
ужасно неловко. Хочется обхватить голову и тщательно обдумать происходящее,
но я не могу. Я же в прямом эфире. На меня смотрят два с половиной миллиона
людей по всей стране.
Черт, надеюсь, хоть ноги-то у меня не выглядят жирными бревнами.
— Если бы я был клиентом
Флагстафф Лайф
и со мной так поступили, я бы
тоже очень разозлился, — продолжает Люк. — Действительно, есть на
свете такое понятие, как лояльность клиента, и есть такое понятие, как
честность. И мне бы хотелось, чтобы клиенты, которых я представляю в
обществе, следовали этим принципам.
— Понятно. — Эмма поворачивается к камере. — Вот это
неожиданность! Люк Брендон, который представляет интересы
Флагстафф Лайф
,
заявляет, что его клиенты были не правы. Дальнейшие комментарии
будут? — Это уже Люку.
— Откровенно говоря, — криво улыбается Люк, — я не уверен,
что после всего этого буду представлять интересы
Флагстафф Лайф
.
— А? — Рори наклоняется вперед, лицо у него ужасно умное. —
Отчего же, скажите пожалуйста?
— Боже мой, Рори! — нетерпеливо восклицает Эмма.
Она закатывает глаза, и Люк прыскает со смеху.
Вдруг все начинают смеяться, и я присоединяюсь, немного нервно. Ловлю на
себе взгляд Люка, меня обдает жаром, и я быстро отвожу глаза.
— Ну что ж, — вдруг говорит Эмма, взяв себя в руки и улыбаясь в
камеру. — В студии были финансовые эксперты, а после короткой паузы вас
ждет возвращение на подиум коротких шортов...
— А также ответ на вопрос, помогают ли от целлюлита антицеллюлитные
кремы, — вставляет Рори.
— После чего у нас в студии выступят наши почетные гости —
Вестлайф
.
Из колонок доносятся первые такты музыкальной заставки, и Рори с Эммой
вскакивают.
— Отличные получились дебаты, — кидает Эмма через плечо,
устремляясь к выходу, — извините, но я сейчас лопну.
— Да, отличное шоу, — искренне говорит Рори. — Я ни бельмеса
не понял, но шоу отличное. — Он хлопает Люка по спине, приветственно
поднимает руку и тоже уходит из студии.
Вдруг все кончилось. Все ушли. Остались только я и Люк — друг напротив
друга, в ослепительном свете, с микрофонами на лацканах. Я будто
контуженная. У меня кружится голова.
Неужели все это произошло на самом деле?
— Ну, — наконец говорю я и откашливаюсь.
— Ну, — с легкой улыбочкой вторит Люк, — молодец.
— Спасибо, — бормочу я неловко и прикусываю губу.
У него, наверное, теперь будут неприятности. Наверное, публичное обвинение
своего клиента в нечестности равносильно укрыванию джинсов от покупателя.
Неужели он и правда изменил свое мнение из-за моей статьи? Из-за меня...
Но ведь я не могу его об этом спросить? Или могу?
Тишина становится все звонче и звонче, и наконец я делаю глубокий вдох.
— А вы.. — Я...
Мы оба замолкаем.
— Нет, — краснею я. — Вы говорите. Я ничего... Говорите.
— Ладно, — пожимает плечами Люк. — Я только хотел пригласить
вас на ужин.
Я в недоумении смотрю на него. О чем это он? Ужин в смысле...
— Чтобы обсудить кое-какие дела. Мне понравилась ваша идея с январскими
распродажами в банке.
Что? Какая идея?
О господи, вспомнила! Он что, серьезно? Это он про мою глупую, безумную мыслишку, высказанную вслух?
— Мне еще тогда пришло в голову, что это была бы отличная промо-акция
для одного из наших клиентов. И я подумал, почему бы вам не выступить нашим
консультантом в этом проекте. Независимым консультантом, конечно.
Консультантом? Независимым? Я? Не может быть. Однако говорит он
всерьез. — А... — Я разочарована. — А, понятно. Ну... наверное, я
сегодня вечером свободна.
— Прекрасно. Тогда, может быть,
Ритц
?
— Как скажете, — небрежно соглашаюсь я, словно каждый день
перекусываю в
Ритце
.
— Очень рад. — Люк улыбается. — Жду с нетерпением.
А потом — о, ужас! — прежде чем я успеваю прикусить язык, раздается
ехидное:
— А как же Саша? У нее на сегодня планов нет?
Долгое молчание, во время которого мне до жути хочется куда-нибудь
провалиться и умереть.
— Саша ушла неделю назад, — наконец произносит Люк, и я поднимаю
голову.
— Ой... Неужели...
— Да, вот так, собрала чемодан и ушла. — Он спокойно смотрит на
меня. — Ну и что, могло быть и хуже. По крайней мере, я не купил в
комплект к чемодану портплед.
Черт, я сейчас еще и смеяться начну. Нет, нельзя. Нехорошо.
— Мне очень жаль, — наконец удается выдавить мне.
— А мне нет. — Люк серьезен, и смех тает у меня на губах.
— Ребекка! Люк!
Мы оборачиваемся; к нам идет Зелда.
— Замечательно! — восклицает она. — То, что нужно. Люк, вы
молодец. А вы, Ребекка... — Она подходит, садится рядом со мной на диван и
похлопывает по плечу. — Вы были просто великолепны. Мы тут подумали, не
согласитесь ли вы остаться, в качестве эксперта — ответить на вопросы
телезрителей?
Я с недоверием смотрю на нее.
— Но... я не могу! Я же не эксперт.
— Ха-ха, смешно! — смеется Зелда. — Самое удивительное в вас
то, Ребекка, что вы ведете себя как самый обычный человек. Вы профессионал,
но говорите понятно, как подруга или соседка. Понятно и доступно. Легко о
сложном. Именно с таким экспертом и хотят советоваться люди. Как думаете,
Люк?
— Думаю, Ребекка с этой задачей прекрасно справится. Думаю, никто не
подойдет для этой цели лучше. И пожалуй, я вас оставлю. — Он встает и
улыбается мне: — До вечера, Ребекка. До свидания, Зелда.
Я словно в тумане смотрю, как он пересекает студию. И мне хочется, чтобы он
обернулся.
— Ну, — Зелда сжимает мою руку, — давайте я расскажу, что к
чему.
22
Меня заставили выступить на телевидении. Это правда. Просто заставили.
Мы снова сидим на диване, Рори, Эмма и я, а по телефону Энн из Лидса
неуверенно признается, что она ни разу в жизни не сдавала налоговую
декларацию.
Я кидаю взгляд на Эмму и улыбаюсь, Эмма подмигивает в ответ. Я одна из них.
Мы на равных. Никогда еще мне не было так радостно и здорово.
Странно, когда у меня брали интервью, я от волнения и двух слов связать не
могла, а сейчас, сидя в студии на положении соведущей, ощущаю себя как рыба
в воде. Мне все так нравится, что я могла бы целый день тут просидеть. И
яркий свет больше совсем не раздражает. Я прекрасно себя чувствую. И еще я
перед зеркалом отрепетировала лучшую позу для телевидения (колени вместе,
ноги скрещены в лодыжках), и теперь не забываю этой позы придерживаться.
— Я начала работать уборщицей, — говорит Энн из Лидса, — и ни
о чем особенно не задумывалась. Но мой работодатель спросил меня, платила ли
я налоги. А мне никогда и в голову не приходило, что я должна платить
налоги.
— Да. — Эмма смотрит на меня. — Кажется, у Энн серьезные
затруднения.
— Это так, — сочувственно соглашаюсь я. — Но во-первых, Энн,
вы должны знать, что если ваш доход не превышает минимума, не облагаемого
налогом, то вы не обязаны ничего платить. Во-вторых, у вас в любом случае
еще масса времени и вы все успеете сделать.
И это тоже странно. Не понимаю откуда, но
я знаю ответы на все
вопросы. Про ссуды, про страхование жизни, про пенсии. Я все про
это знаю! Несколько минут назад Кеннет из города Сан-Остелл спросил, каков
максимальный предел пенсионных взносов, и я не задумываясь ответила — 5000
фунтов. Такое впечатление, что в какой-то части моего сознания откладывалось
все, о чем я когда-либо писала в
Удачных сбережениях
, и теперь, когда эта
информация мне понадобилась, я ее вспомнила. Можете о чем угодно меня
спросить! Например, спросите меня про... налог на увеличение рыночной
стоимости капитала для владельцев недвижимости. Спросите, спросите...
— На вашем месте, Энн, — заканчиваю я, — я бы связалась с
местным отделением налоговой службы и попросила у них консультации. И ничего
не бойтесь!
— Спасибо, — дрожащим голосом благодарит Энн. — Спасибо,
Ребекка.
— Надеюсь, этот совет вам поможет, Энн. — Эмма улыбается в
камеру. — А сейчас вас ждет Дэйвина с новостями и погодой, а затем, по
настойчивым просьбам телезрителей, мы вернемся к денежным вопросам.
— Да, похоже, проблемы с деньгами у многих, — вступает Рори.
— Действительно, — соглашается Эмма. — И мы хотим всем им
помочь. Поэтому какими бы ни были ваши проблемы — большими или маленькими,
пожалуйста, звоните и задавайте свои вопросы Ребекке Блумвуд по телефону
0333 4567.
Она на секунду замирает, глядя в камеру, потом откидывается на спинку
дивана, и прожекторы гаснут.
— Уф! Отлично идет! — К Эмме подбегает девушка-визажист и начинает
припудривать лицо. — Правда, Зелда?
— Прекрасно! — возникает Зелда из тьмы. — В последний раз к
нам поступало столько звонков, когда в студии были
Спайс Герлз
. — Она
удивленно смотрит на меня. — Ребекка, вы никогда не посещали курсы
телеведущих?
— Нет, — честно признаюсь я. — Но... я много смотрю
телевизор.
Зелда хохочет.
— Хороший ответ. Так, ребята, мы в эфире через полминуты.
Эмма улыбается мне и сверяется с бумажкой на столе, а Рори закидывает ногу
на ногу и начинает рассматривать свои ногти. Они обращаются со мной как с
коллегой, радуюсь я. Как будто я с ними в одной команде.
Никогда, никогда еще я не была так счастлива. Даже когда на распродаже в
Харвей Николе
нашла бюстье от
Вивьен Вествуд
всего за 60 фунтов.
(Кстати, где сейчас эта вещица?..
Надо бы ее как-нибудь надеть.) Так вот, сейчас намного лучше. Жизнь
прекрасна.
Довольная собой и жизнью, я оглядываю студию и вдруг замечаю знакомый
силуэт. От ужаса у меня волоски на руках становятся дыбом. В глубине студии,
в темноте, стоит человек, и либо у меня галлюцинации, либо во всем виновато
освещение, но этот человек похож на...
— Мы рады снова приветствовать вас в студии, — объявляет Рори в
камеру, и я переключаю внимание на декорации. — Сегодня мы отвечаем на
звонки телезрителей, угодивших в силки денежных затруднений. У нас в гостях
эксперт Ребекка Блумвуд, и наш следующий звонок — из Шрюсбери, от женщины,
которую зовут Фрэн. Фрэн?
— Да, — говорит Фрэн. — Здравствуйте. Здравствуйте, Ребекка.
— Доброе утро, Фрэн, — приветливо отвечаю я. — Что у вас
случилось?
— У меня проблемы. Я... я не знаю, что мне делать.
— Вы в долгах, Фрэн? — мягко спрашивает Эмма.
— Да. — В ее вздохе слышатся слезы. — Я превысила кредит в
банке, задолжала по кредиткам, взяла в долг у сестры... и не могу прекратить
тратить деньги. Просто я люблю... покупать вещи.
— Какие вещи? — оживляется Рори.
— Ну, не знаю... Одежду для себя и детей, то да се для дома — в общем,
ерунду всякую. Потом мне приходят счета... и я их выкидываю.
Эмма многозначительно смотрит на меня, и я поднимаю брови в ответ.
— Ребекка? У Фрэн явно серьезная проблема. Что вы ей посоветуете?
— Что ж, Фрэн, — начинаю я. — Прежде всего вам нужно
набраться смелости и повернуться к неприятностям лицом. Позвоните в банк и
скажите, что у вас затруднения с деньгами. Они же не чудовища! Они и сами
хотят вам помочь. — Я поворачиваюсь к камере и с самым серьезным видом
смотрю прямо в объектив. — Бегство не решит ваших проблем, Фрэн. Чем
дольше вы затягиваете их решение, тем хуже.
— Я знаю, — плаксиво тянет Фрэн. — Я знаю, что вы правы, но
это нелегко.
— Понимаю, — голос мой полон сочувствия, — но вы не
сдавайтесь, Фрэн.
— Ребекка, — вступает Эмма, — как вам кажется, многие люди
сталкиваются с такой проблемой?
— Боюсь, что да. К сожалению, очень многие не ставят финансовую
стабильность во главу угла.
— Боже мой, — горестно качает головой Эмма. — Как это
печально.
— Но никогда не поздно все изменить, — продолжаю я, — стоит
только осознать свои обязанности и начать относиться к ним серьезно, как
жизнь тут же изменится.
Я делаю очень профессиональный жест и оглядываю студию. И... О господи, это
не галлюцинация. Это на самом деле он.
Стоит у декораций, на нем гостевой значок, и он потягивает что-то из
пластикового стаканчика, как будто тут работает. Дерек Смит здесь, в студии
Утреннего кофе
, в десяти метрах от меня!
Дерек Смит из банка
Эндвич
.
Но... так не бывает.
Но это Дерек Смит. Не понимаю. Что он тут делает?
Боже, боже, боже, смотрит прямо на меня.
Сердце уходит в пятки, и я с усилием сглатываю, пытаясь взять себя в руки.
— Ребекка? — зовет Эмма. — Так вы советуете Фрэн пойти в банк
и поговорить со своим менеджером?
— Хм... да. — Наверняка все зрители видят, как кровь приливает к
моим щекам. Что делать? Мне некуда бежать.
— Значит, — продолжает Эмма, — вы считаете, что как только
Фрэн взглянет правде в лицо, она сможет справиться со своей проблемой.
— Да, — машинально соглашаюсь я и заставляю себя улыбнуться Эмме.
Моя счастливая уверенность в себе стремительно испаряется. Дерек Смит здесь.
Я не могу его не замечать. И забыть о его существовании тоже не могу.
Все неприятные мысли, что я так старательно запирала в чулан своей памяти,
поползли наружу. Я не желаю вспоминать, но уже не могу ничего поделать.
Мысли въедаются в мое сознание, одна за другой, и правда жизни предстает
передо мной во всем своем безобразии.
— Что ж, — подхватывает Рори, — надеюсь, Фрэн последует
дельному совету Ребекки.
Мои отношения со С,mзи. Ужасное свидание с Таркином. По спине ползет холодок.
— Следующий звонок, — говорит Эмма, — от Джона из Лутона.
Джон, мы вас слушаем.
— Здравствуйте, Ребекка, — раздается голос. — Знаете, когда я
был маленьким, на меня оформили страховку, но я потерял все документы. А
сейчас я хотел бы получить все, что мне причитается, ну, вы понимаете?
Моя ВИЗА
заблокирована. Мою карту Ок-тагон
конфисковали на
глазах у толпы. Господи, какое унижение. Так, хватит. Сконцентрируйся. Сосредоточься.
— Да, это часто случается, — слышу свой голос. — А вы не
помните, в какой компании у вас была оформлена страховка?
— Нет, — говорит Джон. — Понятия не имею.
Мой
банковский счет. Тысячи фунтов долгов. Дерек Смит. Мамочки, мне дурно. Сбежать бы и спрятаться.
— В принципе, вы можете узнать, где был оформлен полис, —
продолжаю я, усилием воли сохраняя на лице радостный оскал. — Начните с
агентства, специализирующегося на таких вопросах. Это можно проверить. По-
моему, они называются...
Вся моя непутевая жизнь. Она тут, передо мной. Ждет меня в своих сетях, как паук, готовая
наброситься, как только закончатся звонки телезрителей.
— Боюсь, у нас иссякает эфирное время, — вмешивается Эмма. —
Большое спасибо нашему финансовому эксперту, Ребекке Блумвуд. И я уверена,
мы все последуем ее мудрым советам.
После рекламы мы посмотрим наш репортаж из Ньюкасла и увидим живое
выступление популярной молодой группы
Вестлайф
.
Пауза, все замерли. И тут же расслабились.
— Ну, — Эмма сверяется с бумажкой, — что у нас дальше?
— Отлично сработано, Ребекка, — весело говорит Рори. — Просто
великолепно.
— Зелда! — Эмма вскакивает. — Можно тебя на пару слов?
Ребекка, все было отлично, — добавляет она. — Просто здорово.
И вдруг они все куда-то исчезают. Я остаюсь одна среди декораций, совершенно
беззащитная. Сижу, тщетно пытаясь не замечать упорного взгляда Дерека Смита,
и судорожно соображаю.
Может, удастся улизнуть через черный ход?
Или лучше остаться на этом диване и сидеть тут, пока ему не надоест ждать и
он сам не уйдет? У него ведь не хватит наглости прямо на декорации залезть?
А может, прикинуться, что
это не я? Точно. Тем более
что с таким гримом я на себя не похожа.
И вообще, кто сказал, что он меня заметил? Он наверняка тут по совершенно
другим делам. И вряд ли собирается участвовать в другом шоу. Ну конечно. Ко
мне его появление не имеет никакого отношения. Значит, я могу быстренько
встать и пройти мимо, и все будет хорошо.
— Извини, дорогуша. — Ко мне направляется мужчина в
джинсах. — Нужно быстренько передвинуть этот диван.
— Конечно, пожалуйста, — вскакиваю я.
И в этот момент снова ловлю на себе взгляд Дерека Смита. Он все еще смотрит
на меня. Он меня ждет.
Что же делать?
Ладно, все обойдется, главное — не останавливайся. Иди и притворяйся, что не
узнала.
Намеренно не глядя в его сторону, я встаю, делаю глубокий вдох и быстро иду
мимо декораций. Уверенной походкой и с непроницаемым лицом. Смотрю только на
двери впереди. Хорошо. Еще несколько шагов. Еще несколько шагов...
— Мисс Блумвуд. — Голос впивается мне в затылок, как пуля, и
сначала я решаю не обращать на него внимания. Или даже быстро пробежать до
дверей. Но рядом стоят Зелда и Эмма. Они слышали, как он назвал меня по
имени. Деваться некуда.
Поэтому я разворачиваюсь, как будто только что сообразила, что обращаются ко
мне.
— Ой, здравствуйте, так это
вы! — радостно
вскрикиваю я. — Вот так сюрприз! Как поживаете?
Техник жестами просит нас говорить потише, и Дерек Смит выводит меня из
студии в коридор. Он разворачивается ко мне, и я уверенно ему улыбаюсь.
Может, нам удастся не выйти за рамки приличий?
— Мисс Блумвуд...
— Какая прекрасная стоит погода, — щебечу я. — Не правда ли?
— Мисс Блумвуд, у нас была назначена встреча, — натянуто говорит
Дерек Смит.
Боже. Я так надеялась, что он об этом не вспомнит.
— Встреча, — задумчиво повторяю я. — Хм... — И тут меня
посещает вдохновение: — Ах да. На завтра, правильно? Я помню, помню.
Вид у Дерека Смита такой, словно он сейчас лопнет.
— Нет, не на завтра! А на минувший понедельник. И вы не пришли!
— Ой, — пугаюсь я. — Так вы о
тойвстрече. Да, простите. Честное слово, я собиралась прийти. Просто...
Просто...
Но ни одной уважительной причины придумать не могу. Их запас иссяк. Поэтому
я обесси-ленно замолкаю и прикусываю губу, как нашкодивший ребенок.
— Мисс Блумвуд, — устало говорит Дерек Смит. — Мисс
Блумвуд. — Он трет лицо ладонями и смотрит мне прямо в глаза. — Вы
хоть понимаете, сколько времени уже я пишу вам письма? Знаете, как давно
пытаюсь пригласить вас на встречу в банк?
— Я не...
— Шесть месяцев. — Дерек Смит делает паузу. — Полгода
отговорок и увиливаний. Я хочу, чтобы вы просто подумали, что это значит для
меня. Это груды писем. Бесконечные звонки. Неимоверное количество усилий и
времени, потраченных впустую. Причем не только моих, но и моей помощницы.
Усилий и времени, которые, откровенно говоря, могли быть потрачены с большей
пользой. — Он взмахивает рукой, в которой держит кофе, и бурая жидкость
выплескивается на пол. — Наконец мне лично удается назначить вам
встречу. Мне даже показалось, что вы отнеслись к ситуации со всей
серьезностью... Но вы не приходите. Вы просто исчезаете. Я звоню вам домой,
чтобы узнать, где вас можно найти, и со мной разговаривают как с каким-то
маньяком!
Я придаю своему лицу виноватое выражение.
— Простите. Это мой папа. Знаете, он немного не в себе.
— Но я не собирался отступать! — Дерек Смит повышает голос. —
Ну уж нет, после стольких-то мучений... И тут утром прохожу мимо салона
видеотехники, и что я вижу? Сразу на шести экранах, крупным планом,
пропавшая, исчезнувшая Ребекка Блумвуд дает советы всей стране. И по какому
поводу, заметьте! — Его начинает трясти от смеха. (По крайней мере, мне
кажется, что от смеха.) — По финансам!
Вы даете советы
своим согражданам, как распоряжаться... деньгами!
Я прожигаю его гневным взглядом. И что здесь
смешного? — Послушайте, извините, что не смогла прийти на ту встречу, — я
стараюсь придать голосу деловитость и серьезность, — у меня н
...Закладка в соц.сетях
