Жанр: Любовные романы
Шопоголик 3. Шопоголик и брачные узы
...едних лет - они расселись полукругом, и в руках у них блокноты.
- Дженис дает девочкам краткие наставления, - вполголоса поясняет мама. - Она
всерьез увлеклась организацией свадьбы. Даже подумывает заняться этим профессионально!
- А запасные розовые лепестки будут в серебряном ведерке у столба А, - слышу я голос
Дженис, подойдя ближе. - Отметьте, пожалуйста, все на своих схемах...
- Знаешь, по-моему, она добьется успеха, - задумчиво произношу я.
- Бетти и Марго, отвечаете за цветы в петлицах. Аннабел, не могли бы вы
позаботиться...
- Мама? - Не веря ушам, Люк заглядывает в шатер.
Не может быть. Это Аннабел! Мачеха Люка сидит с остальными женщинами.
- Люк! - Аннабел оборачивается, и ее лицо словно освещается. -Дженис, извините, я
на минуточку...
Она спешит к нам и крепко сжимает Люка в объятиях.
- Ты здесь. Как я рада тебя видеть! - Аннабел с тревогой заглядывает ему в лицо. -
Дорогой, у тебя все хорошо?
- У меня все прекрасно, - отвечает Люк. - Я так думаю. Столько всего произошло...
- Бекки. - Аннабел протягивает руку и обнимает заодно и меня. - Нам с вами надо
будет потом обстоятельно поговорить, - шепчет она мне на ухо.
- Так ты... помогаешь со свадьбой? - спрашивает Люк у матери.
- Столько рук в помощь! - весело восклицает моя мама. - Аннабел теперь одна из нас!
- А где папа? - Люк озирается по сторонам.
- Пошел пропустить по стаканчику с Грэхемом, - сообщает мама. - Эти двое нашли
друг друга. Ну а теперь - кому кофе?
- Вы поладили с родителями Люка! - замечаю я, отправляясь следом за мамой на
кухню.
- Они такие очаровательные люди, - со счастливым видом отзывается она. - Уже
пригласили нас погостить у них в Девоне. Милые, нормальные, вполне земные. Не то что... та
дамочка.
- Точно. Они совсем не похожи на Элинор.
- Ее, кажется, совершенно не интересовала свадьба, - замечает мама с оттенком укора в
голосе. - Представь себе, она даже не ответила на приглашение!
- Правда?
Черт. Мне казалось, что я послала ответ за Элинор.
- Ты ее видела в последнее время? - интересуется мама.
- Да нет... - бормочу я. - Не часто.
Мы несем поднос с кофе наверх, в мамину спальню, и, распахнув дверь, обнаруживаем
Сьюзи и Дэнни: они сидят на кровати, а между ними лежит Эрни и дрыгает розовыми ножками.
А напротив, на двери гардероба, красуется мамино свадебное платье - все такое же
безупречно белое и такое же невозможное.
- Сьюзи! - Я обнимаю ее. - И крошка Эрни! Какой же он большой... - Я наклоняюсь,
чтобы чмокнуть его, и малыш отвечает мне пухлогубой, широкой улыбкой.
- Ты справилась. - Сьюзи ухмыляется. - Хорошо сделано, Беке.
- Сьюзи как раз показывала мне ваше фамильное свадебное платье, миссис Би. - Дэнни
косится на меня, и брови у него ползут вверх. - Оно... уникально.
- Это просто героическое платье, - с восхищением говорит мама. - Мы думали, что
оно погибло, но пятна кофе удалось вывести!
- Какое чудо! - отзывается Дэнни.
- А не далее как сегодня утром малыш Эрни пытался опрокинуть на него яблочное
пюре...
- В самом деле? - Я бросаю взгляд на залившуюся краской Сьюзи.
- Но, по счастью, я накрыла его целлофаном! - Мама берет платье и расправляет
оборки; глаза у нее слегка увлажняются. - Это мгновение, о котором я мечтала так долго.
Бекки в моем свадебном платье. Дурочка я, правда?
- Ничего подобного. - Я обнимаю ее. - На свадьбах всегда так.
- Миссис Блумвуд, Бекки описывала мне платье, - говорит Дэнни, - и честно должен
заявить, что она была к нему не вполне справедлива. Но вы не будете возражать, если я сделаю
парочку незначительных дополнений?
- Отнюдь! - отвечает мама и смотрит на часы. - Мне пора. Нужно еще украшать
столы!
Как только за ней закрывается дверь, Дэнни и Сьюзи переглядываются.
- Итак, - произносит Дэнни, - как нам быть с этим?
- Для начала можно отрезать рукава, - изрекает Сьюзи. - И все эти рюши с корсета.
- Я имею в виду, сколько из всего этого мы оставим? - Дэнни поворачивается ко мне:
- Бекки, что скажешь?
Я не отвечаю. Я смотрю в окно. Люк и Аннабел гуляют по саду, склонив друг к другу
головы, и разговаривают. А вон мама обсуждает что-то с Дженис, указывая на цветущее
вишневое дерево.
- Бекки? - повторяет Дэнни.
- Не трогай его, - говорю я и улыбаюсь при виде ошарашенной физиономии Дэнни. -
Ничего с ним не делай. Оставь как есть.
Без десяти три я готова. На мне колбасно-оберточное платье. На лице макияж Дженис в
стиле "Невесты Лучезарной Весны", лишь слегка смягченный при помощи влажной салфетки.
На голове венок из ярко-розовых гвоздик и гипсофил, заказанных мамой вместе с букетом.
Единственная стильная вещь - это мои туфли, которых не видно.
А мне все равно. Я выгляжу именно так, как мне и хочется.
Мы сфотографировались под цветущим вишневым деревом, и мама смыла с себя слезами
всю "Летнюю Элегантность", и ее пришлось перекрашивать заново. А теперь все ушли в
церковь. Только мы с папой ждем, когда настанет время.
- Готова? - спрашивает папа, когда белый "роллс-ройс" выруливает на дорогу.
- Думаю, да, - отвечаю я нетвердым голосом. Я выхожу замуж. По-настоящему выхожу
замуж.
- Ты считаешь, я правильно поступаю? - спрашиваю я, и только наполовину в шутку.
- О, полагаю, да. - Папа смотрится в зеркало в холле и поправляет серебристый
галстук. - Помню, в первый же день, когда мы познакомились с Люком, я сказал твоей матери:
"Вот этот за Бекки угонится". - Он встречает в зеркале мой взгляд. - Прав я был, золотко?
Угнался он за тобой?
- Не совсем, - улыбаюсь я. - Но он... приближается.
- Вот и хорошо. Пожалуй, только на это ему и остается уповать.
Шофер звонит в дверь, и я таращусь на знакомую физиономию под остроконечной
шапочкой. Глазам своим не верю. Это же мой инструктор по вождению, Клайв.
- Клайв! Привет! Как вы?
- Бекки Блумвуд! - восклицает он. - Чтоб мне провалиться! Бекки Блумвуд выходит
замуж! Вы тогда экзамен-то сдали?
- Э-э... да. В конце концов.
- Кто бы мог подумать? - Клайв в восхищении качает головой. - Я, бывало, как приду
домой, так жене и заявляю: "Если эта девчонка сдаст экзамен, то я - жареное яйцо". А потом,
как до дела дошло... Экзаменатор еще сказал, что в жизни ни с чем подобным не сталкивался.
Ваш будущий муж-то видел, как вы водите?
- Да.
- И все еще хочет на вас жениться?
- Да! - огрызаюсь я.
В самом-то деле! День моей свадьбы! Вовсе незачем напоминать мне о дурацких
экзаменах по вождению многолетней давности.
- Ну что, садимся? - тактично вмешивается папа. - Привет, Клайв. Рад снова
повидаться.
Возле машины я оглядываюсь на дом. Когда я снова увижу его, то буду уже замужней
женщиной. Сделав глубокий вздох, я шагаю в автомобиль.
- Сто-о-о-о-ойте! - раздается вопль. - Бекки! Остановись!
Я в ужасе замираю, забыв одну ногу на дороге. Что стряслось? Кто все разнюхал? Кто что
узнал?
- Я не допущу этого!
Том Вебстер, в будничной одежде, мчится к нам от соседнего дома. Он соображает, что
делает? Он должен быть в церкви, у ворот.
- Бекки, я не могу просто стоять и смотреть. - Пытаясь отдышаться, Том опирается на
"роллс-ройс". - Это может стать величайшей ошибкой твоей жизни. Ты не подумала как
следует.
Только этого не хватало.
- Нет, подумала.
Я пытаюсь отпихнуть его с дороги, но Том хватает меня за плечо.
- Прошлой ночью до меня дошло. Мы принадлежим друг другу. Ты и я. Подумай об
этом, Бекки. Мы знаем друг друга всю жизнь. Мы выросли вместе. Может, понадобилось время,
чтобы мы открыли наши подлинные чувства... но разве мы не заслужили свой шанс?
- Том, у меня нет к тебе никаких чувств, - говорю я. - И через две минуты я выхожу
замуж. Ты не мог бы подвинуться?
- Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься! Ты ничего не знаешь о реалиях брака!
Бекки, скажи мне честно. Ты действительно представляешь свою оставшуюся жизнь в обществе
Люка? День за днем, ночь за ночью?
- Да! - Я выхожу из себя. - Представляю! Я очень люблю Люка и хочу провести с ним
остаток своих дней! Том, понадобилось много времени, сил и тревог, чтобы я дожила до этого
момента. Пожалуй, больше, чем ты можешь себе представить. И если ты сейчас же не
уберешься с моей дороги и не пустишь меня на мою собственную свадьбу... я тебя пришибу.
- Том, - вставляет папа. - По-моему, это означает "нет".
- О. - Том сконфуженно умолкает. - Что же... Ладно. Извини.
- Подхода у тебя нету, Том Вебстер, - горестно замечает Клайв. - Помню, как ты в
первый раз в канаву заехал. Чуть не угробил нас обоих!
- Все в порядке. Ничего страшного. Можем мы теперь ехать? - Я сажусь в машину,
расправляю платье, и папа устраивается рядом.
- Тогда увидимся там, ладно? - скорбно спрашивает Том, и я возвожу глаза к небу.
- Том, тебя к церкви не подбросить?
- О, спасибо. Это было бы замечательно. Привет, Грэхем, - неловко говорит Том моему
отцу, забираясь внутрь. - Вы меня извините.
- Все нормально, Том. - Папа похлопывает его по спине. - У всех бывает. - Он
украдкой корчит рожу, и я давлюсь смешком.
- Ну, все улажено? - спрашивает Клайв, разворачиваясь к нам. - Никаких внезапных
перемен в сердце? Протестов любви в последнее мгновение? Любовных треугольников?
- Нет, - говорю я. - Больше ничего. Поехали!
Когда мы подъезжаем к церкви, звонят колокола и сияет солнце. Том распахивает дверцу
машины и, не оглядываясь, устремляется по дорожке, а я распушаю свой шлейф под
восхищенными взглядами прохожих.
Как же классно быть невестой. Мне этого будет не хватать.
- Все готово? - спрашивает папа, протягивая мне букет.
- Думаю, да. - Я улыбаюсь и беру цветы.
- Удачи, - говорит Клайв и кивком головы указывает на дорогу: - Вон парочка
опоздавших.
К церкви на бешеной скорости подлетает черный кеб, обе пассажирские дверцы разом
распахиваются. Спрашивая себя, не сон ли это, я во все глаза смотрю на вылезающего из
машины Майкла, все еще облаченного в вечерний костюм. Он наклоняется к такси, и в
следующий миг появляется Лорел в платье от Сен-Лорана с засученными рукавами.
- Только не отвлекайтесь на нас! - кричит она. - Мы просто куда-нибудь
проберемся...
- Но... какого черта вы здесь делаете?
- Язык, - с укором произносит Клайв.
- Какой смысл заправлять сотней частных самолетов, если не можешь полететь куда
вздумается? - Лорел обнимает меня. - Мы внезапно решили, что хотим посмотреть, как вы
поженитесь.
- По-настоящему, - добавляет Майкл мне на ухо. - Снимаю перед тобою шляпу,
Бекки!
Они исчезают в церкви, и мы с папой не спеша идем по дорожке к портику, где нас в
нетерпении дожидается Сьюзи. На ней серебристо-голубое платье, и она держит Эрни,
облаченного в костюмчик такого же цвета. Я заглядываю в церковь и вижу лица всех моих
родных, всех моих друзей, всех друзей и родственников Люка. Они сидят рядом друг с другом,
сияющие, счастливые, полные нетерпения.
Орган смолкает, и меня пробирает нервная дрожь.
Это в конце концов происходит. Я наконец выхожу замуж. По-настоящему.
Потом раздаются звуки марша, папа сжимает мою руку - и мы двигаемся вперед по
проходу.
22
Мы женаты.
Мы по-настоящему женаты.
Я смотрю на сверкающее обручальное кольцо, которое Люк надел мне на палец в церкви.
Потом озираюсь по сторонам. Шатер сияет в летних сумерках, ансамбль наигрывает
лирическую мелодию, все танцуют. Пусть музыка не столь безупречна, как в "Плазе", пусть
гости не столь шикарно разодеты. Но они наши. Все они наши.
У нас был замечательный обед: суп из кресс-салата, ягненок и летний пудинг, а сколько
мы выпили шампанского и вина, привезенного родителями из Франции! Потом папа постучал
вилкой по бокалу и произнес речь про нас с Люком. Он сказал, что они с мамой частенько
спорили, за какого человека я выйду замуж, и сходились они только в одном: "придется бедняге
ходить на цыпочках". Тут он посмотрел на Люка, и Люку пришлось встать и под дружный смех
исполнить пируэт. Папа сказал, что очень полюбил Люка и его родителей, что для него это
больше, чем просто свадьба, - это союз двух семей. И еще сказал, что знает - я буду верной и
надежной супругой, и припомнил, как в возрасте восьми лет я написала на Даунинг-стрит
письмо, предложив своего отца на пост премьер-министра, а еще через неделю написала снова
- спросить, почему они не ответили; тут все снова расхохотались.
Затем Люк произнес речь о том, как впервые повстречал меня в Лондоне, когда я работала
журналисткой в финансовом издании; я тогда спросила директора банка "Беркли", почему они
не выпускают чековые книжки с модными картинками на обложках - как на мобильниках.
Люк признался, что начал присылать мне приглашения на все подобные мероприятия, даже
если они не имели отношения к нашему журналу, - просто потому, что я оживляла любую
процедуру.
(Он мне никогда об этом не говорил. Но это все объясняет! Вот почему мне приходилось
таскаться на непонятные пресс-конференции по оценке финансовых ресурсов сталелитейной
промышленности.)
Последним поднялся Майкл. Он представился своим звучным, раскатистым голосом и
заговорил о Люке. О том, каких фантастических успехов он добивается, но как нуждается в
ком-то, кто был бы рядом, кто любил бы его просто за то, что он - это он, и не давал бы
воспринимать жизнь слишком серьезно. Потом объявил, какая для него честь познакомиться с
моими родителями, столь радушно принявшими двоих совершенно незнакомых людей, -
теперь он понимает, от кого я переняла это "чисто блумвудовское" добросердечие. И еще
добавил, что в последнее время я по-настоящему выросла. Что мне пришлось разобраться с
весьма заковыристыми ситуациями - он не будет вдаваться в детали, - но я смело бросила им
вызов и со всем справилась.
- Не используя карточку "Виза", - лукаво уточнил Майкл, и весь шатер взорвался
хохотом.
А потом Майкл сказал о том, что побывал на многих свадьбах, но нигде еще не
чувствовал себя так хорошо, как здесь. Он знает, что мы с Люком созданы друг для друга, и он
обожает нас обоих, и мы сами не сознаем, как нам повезло. А если мы обзаведемся детьми, то
они тоже не поймут, какие же они счастливчики.
От речи Майкла меня чуть слеза не прошибла, честное слово.
А теперь мы с Люком сидим на траве. Только мы двое, вдали от всех остальных. Мои
жутко дорогие туфельки заляпаны неизвестно чем, а перепачканные клубникой пальчики Эрни
оставили отпечатки на моем корсете. Вид у меня, наверное, тот еще. Но я счастлива.
И думаю, что более счастливой мне еще не доводилось бывать за всю мою жизнь.
Люк лежит, опершись на локти, и смотрит в темнеющее небо.
- Итак, - произносит он, - мы это сделали.
- Мы это сделали. - Цветочная гирлянда свешивается мне на один глаз. Я осторожно
откалываю ее и кладу на траву. - И без неожиданных происшествий.
- Знаешь... такое чувство, будто последние несколько недель были каким-то странным
сном. Я был целиком поглощен своим миром и понятия не имел, что творится в реальной
жизни. - Он встряхивает головой. - Едва с катушек не съехал.
- Едва?
- Ну ладно. Съехал. - Он поворачивается ко мне; темные глаза поблескивают в
сумраке. - Я очень многим тебе обязан, Бекки.
- Ничем ты мне не обязан, - удивленно отвечаю я. - Мы теперь женаты. Это как...
совместный счет.
Со стороны дома доносится грохот; обернувшись, я вижу, как папа загружает в машину
наши чемоданы. Все готово к отъезду.
Люк тоже оборачивается и спрашивает:
- Мне позволено узнать, куда мы едем? Или наш медовый месяц все еще секрет?
Вот оно. Последняя часть моего плана. Последняя вишенка на верхушке пирога.
- Ладно, - говорю я и делаю глубокий вдох. - Значит, так. В последнее время я очень
много думала о нас, Люк. О браке, о том, как мы будем жить. Останемся в Нью-Йорке или нет.
Что будем делать... - Я умолкаю, тщательно подбирая слова. - И я поняла... что еще не
готова осесть. Том и Люси попробовали угомониться слишком рано - и что из этого вышло? И
маленького Эрни я обожаю, но посмотри, каково приходится Сьюзи... Я осознала, что еще не
готова завести детей. Пока еще нет. - Я опасливо поднимаю глаза. - Люк, есть столько всего,
чего я еще не делала. Я никогда не путешествовала по-настоящему. Никогда не видела мир. И
ты тоже.
- Ты жила в Нью-Йорке, - замечает Люк.
- Нью-Йорк - потрясающий город, и я люблю его. Но есть и множество других
замечательных городов по всему миру. Я хочу увидеть их тоже. Сидней. Гонконг... и не только
города! - Я широко раскидываю руки. - Реки... горы... все красоты мира...
- Точно, - со смехом соглашается Люк. - Итак, если сузить это до рамок одного
медового месяца...
- Хорошо. - Я сглатываю. - Вот что я сделала. Я обратила в наличные все свадебные
подарки, полученные в Нью-Йорке. Все дурацкие серебряные подсвечники, чайники, всю
дребедень. И... купила два билета в кругосветное путешествие первым классом.
- Кругосветное путешествие? - Люк по-настоящему ошарашен. - Ты серьезно?
- Да! Кругосветное! - Я крепко стискиваю пальцы. - Можем растянуть его на сколько
захотим. Можно на три недели, а можно и на... - Я устремляю на Люка взгляд, исполненный
надежды. - Год.
- Год?! Ты шутишь.
- Не шучу. Я сказала Кристине, что, может быть, вернусь на работу в "Берниз", а может,
и нет. Она все поняла. Дэнни приберется в нашей квартире и сдаст все на хранение...
- Бекки! - произносит Люк, мотая головой. - Это потрясающая идея. Но я не могу
просто взять и...
- Можешь. Можешь! Майкл присмотрит за офисом в Нью-Йорке. Контора в Лондоне
действует сама. Люк, ты можешь это сделать. И должен - все так думают!
- Все?
Я начинаю загибать пальцы:
- Твои родители... мои родители... Майкл... Лорел... Клайв, мой инструктор по
вождению...
Глаза у Люка лезут на лоб.
- Клайв - твой инструктор по вождению?
- Это неважно, - поспешно говорю я. - Словом, все, с чьим мнением ты должен
считаться. Все полагают, что тебе нужен отдых. Ты работал так напряженно и так долго... - Я
подаюсь вперед. - Люк, самое время это сделать. Пока мы еще молоды. До того, как у нас
появятся дети. Только представь себе. Мы вдвоем странствуем по свету. Любуемся чудесными
пейзажами. Постигаем другие культуры.
Молчание. Люк, нахмурившись, смотрит в землю.
- Ты говорила с Майклом, - произносит он наконец. - И он действительно не против...
- Не против - не то слово. Ему осточертело жить в Нью-Йорке, не занимаясь ничем,
кроме оздоровительной ходьбы! Люк, он сказал, что тебе нужен простор, чтобы ты мог
свободно дышать. Нужны настоящие каникулы.
- Год. - Люк потирает лоб. - Это побольше, чем каникулы.
- Можно и меньше. Или дольше! Решим по ходу дела. Хоть раз в жизни мы сможем
поступить по своему желанию. Никаких уз, никаких обязательств, ничего, что нас бы
сковывало...
- Бекки, золотко! - окликает меня папа от машины. - Ты уверена, что разрешат взять
шесть чемоданов?
- Все в порядке, просто оплатим лишний багаж... - Я снова поворачиваюсь к Люку: -
Ну, давай. Какое решение?
Несколько мгновений Люк молчит - и мое сердце падает. Мне страшно - а вдруг он
превратится в прежнего Люка. Упертого трудоголика Люка.
Тут он поднимает голову - и губы его растягиваются в улыбке.
- А у меня есть выбор?
- Нет. - Я с облегчением сжимаю его руку. - Никакого!
Мы отправляемся в кругосветное путешествие! Мы станем путешественниками!
- Что-то два последних очень легкие! - Папа размахивает чемоданами в воздухе. - В
них что-нибудь есть?
- Нет, они пустые! - Я смотрю на Люка, сияя от восторга. - Люк, как же это будет
потрясающе! Это наш единственный шанс удрать на целый год. Год свободы. Только мы!
- А два необъятных пустых чемодана мы берем, чтобы...
- Мало ли что, - объясняю я. - Может, прикупим пару вещичек по дороге.
Путешественники должны поддерживать местную экономику...
Я умолкаю, потому что Люк начинает хохотать.
- А что! - с вызовом говорю я. - Это правда!
- Знаю. - Люк вытирает глаза. - Знаю, что правда. Бекки Блумвуд, я люблю тебя.
- Не забывай, что я теперь Бекки Брендон! - отвечаю я, глядя на свое новенькое
кольцо. - Миссис Ребекка Брендон.
Но Люк мотает головой:
- Есть только одна Бекки Блумвуд. Всегда оставайся ею. - Он берет меня за руки и со
странным напряжением смотрит в глаза. - Что бы ты ни делала. Всегда оставайся Бекки
Блумвуд.
- Ну ладно... - озадаченно бормочу я. - Попробую.
- Бекки! Люк! - разносится над лужайкой мамин голос. - Пора нарезать пирог!
Грэхем, включай волшебные огоньки!
- Сейчас! - отзывается папа.
- Мы идем! - кричу я. - Только венок нацеплю!
- Дай я. - Люк поднимает гирлянду розовых цветов и с мягкой улыбкой обвивает ею
мою голову.
- Глупый у меня вид? - Я корчу гримасу.
- Да. Очень. - Люк целует меня, потом встает на ноги и помогает мне подняться. -
Идем, Бекки Би. Публика ждет.
В окружении мерцающих волшебных огней мы возвращаемся туда, где в самом разгаре
праздник, и рука Люка крепко сжимает мою ладонь.
Конец
БРАЧНЫЙ КОНТРАКТ
Между Ребеккой Блумвуд и Люком Брендоном (выдержки)
22 июня 2002 года.
5. Совместный банковский счет
5.1. Совместный счет должен использоваться только для необходимых расходов
по домашнему хозяйству. "Расходы по домашнему хозяйству" должны включать в
себя юбки от "Миу-Миу", новые туфли и другие предметы одежды, которые Невеста
сочтет существенными.
5.2. Решение Невесты касательно таких расходов во всех случаях является
окончательным.
5.3. Вопросы относительно совместного счета не должны обрушиваться на
Невесту без предупреждения, но должны излагаться в письменной форме, с правом
ответа в течение 24 часов.
6. Знаменательные даты
6.1. Жених должен помнить все дни рождения и годовщины событий и отмечать
эти даты неожиданными подарками*.
* Неожиданные подарки должны включать в себя предметы, тайно отмеченные
Невестой в каталогах и журналах, которые непринужденно разбросаны по дому.
6.2. Невеста должна демонстрировать изумление и восхищение выбором Жениха.
7. Супружеский дом
Невеста должна прилагать все усилия в пределах своих возможностей, чтобы
поддерживать порядок и чистоту в супружеском доме, ОДНАКО провал попыток
следовать этому пункту не будет рассматриваться как нарушение контракта.
8. Транспорт
Жених не должен комментировать водительские способности Невесты.
9. Общественная жизнь
9.1. Невеста не будет требовать от Жениха запоминания имен и прошлых
романтических историй всех ее подруг, включая тех, с которыми он никогда не
встречался.
9.2. Жених будет прикладывать все усилия, чтобы отводить существенную часть
каждой недели на досуг и расслабляющее времяпрепровождение.
9.3. Походы по магазинам должны рассматриваться как расслабляющее
времяпрепровождение.
Популярная программа на Би-би-си, в которой антиквары-профессионалы разъезжают по стране и оценивают
старинные предметы, картины и т. п. - Здесь и далее примеч. ред.
Известный магазин свадебных туалетов
Герой фильма Джорджа Лукаса "Звездные войны", молодой - и талантливый джедай
До предела умильная мыльная опера на британском телевидении
Знаменитые пещеры в Словении, одни из самых глубоких в мире
В случае развода участки могут быть перемешены на противоположные стороны кладбища
"Хамбург Семейная Покойницкая Инк." сохраняет за собой право перераспределения могильных участков, с
уведомлением в течение 30 дней, - в случае сокращения земельного пространства (см. дополнительные условия и
положения)
Крупнейший в Лондоне универмаг на торговой улице Оксфорд-стрит
"Мармайт" - фирменное название питательной белковой пасты; используется для бутербродов и
приготовления приправ
Популярная передача Би-би-си, посвященная проблеме преступности
Королевский дворец в Лондоне
Популярный телесериал о жизни подростков из маленького городка, на российском телевидении шел под
названием "Лето наших надежд".
Софи Кинселла: "Шопоголик и брачные узы"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
