Жанр: Любовные романы
Саманта
...Ремингтон, целуя девушку в ушко. -
Будь одета к девяти. Я хочу, чтобы
эту ночь ты подарила мне. Будь готова.
- Завтра? - переспросила девушка, вся трепеща.
-Да.
- Рем... как тебе это удастся?
- Положись на меня. - С этими словами он поднес ее руку к губам и поцеловал.
- Полагаю, сегодня тебе Следует
выспаться получше, вряд ли это удастся сделать завтра.
Глава 14
Особняк, где проходил очередной бал, кишел приглашенными. Ремингтон был рад
этому. Он проскользнул в комнату, где
мужчины играли в карты, вспоминая, как прелестно выглядела Саманта, когда он
покидал ее. С каким нетерпением она,
должно быть, дожидается завтрашнего дня. Утренний визит в Аллоншир, а потом
ночь... Завтра в это время Саманта будет
принадлежать ему.
Одна мысль о том, что она будет в одной постели с ним, что завтра он будет
обнимать ее обнаженное тело, заставляла его
чувствовать каждый мускул своего тела. Не испытанная дотоле нежность
обволакивала его. Ремингтон хотел, чтобы ночь его
любви была изысканной и утонченной, он готов был выполнить любое желание
возлюбленной, он хотел доставить ей
незабываемую радость. Ему хотелось стать тем героем, которого она не уставала
творить из него. И путь, каким ему должно
следовать, был известен Ремингтону.
- Привет, Гришэм! Не ожидали встретить вас здесь! - прозвучал голос маркиза
Гладдингтона, поднимающегося из-за
игорного стола. - Что касается меня, то я рад вашему появлению. Вы единственный
здравомыслящий игрок в этой комнате.
Не хотите ли составить партию? Или вы предпочитаете полистать Книгу пари? Может,
хотите узнать, какую следующую
победу мужская молва приписывает вам?
Итак, сплетни.
Его и Саманту видели на балу Олмака, за беседой в Карлтон-Хаус, во время
прогулки в Гайд-парке, во время
представления в "Ковент-Гардене". Только Господу известно, кто видел их, а кто
только слышал про них. Черт возьми, как
он только мог допустить такое легкомыслие? Не вчера же он появился на свет! Как
бы то ни было - он найдет и убьет на
дуэли сплетника!
Ремингтон принялся с пристрастием перелистывать страницы. Наблюдательность
джентльменов вызывала восхищение.
Несколько раз было упомянуто имя Клариссы, перемежающееся с именем герцогини
Ладсворт и другими доступными
женщинами. Слава Богу, имени Саманты в его боевом списке не значилось. Ремингтон
с облегчением вздохнул.
- Впечатляющий список, - поделился Гришэм с мужчинами, сидящими за карточным
столом.
- Скажите, Гришэм, не собираетесь ли вы прекратить кривотолки и честно
сообщить нам, кем из перечисленных дам вы
действительно интересуетесь в настоящий момент?
- Пока нет, - отшутился лорд Гришэм. - Подождем, пока книга распухнет, тогда
я с радостью удовлетворю ваше
любопытство.
- Так я и знал, - прорычал Гладдингтон. - Что ж... садитесь... давайте
сразимся с вами в карты.
- Здравствуйте, Гришэм! - раздался в этот момент на удивление знакомый голос,
и, повернув голову, Ремингтон, к
вящей радости, увидел виконта Годфри.
- Годфри, рад приветствовать вас, - протянув руку, сказал Ремингтон.
Годфри с чувством пожал ее.
- Гладдингтон, я бы хотел переброситься с Гришэмом парой слов. Не могли бы вы
слегка повременить с новой партией?
- Все в наших силах, - ответил Гладдингтон. - Мы не спешим. Наши партнеры
пока утоляют жажду.
Годфри отвел Ремингтона в угол, где никто не мог слышать их разговора, и
просто сказал:
- Спасибо.
- В благодарностях нет нужды, - ответил Ремингтон. - Я рад, что положил конец
злодеяниям этого негодяя Ноллвуда.
От него пострадало слишком много порядочных людей. Так как Ноллвуд повержен, я
уверен, вы хотели бы вернуться к семье
и взяться за свои обычные дела.
- Мои благодарности касаются не только того, что вы спасли меня от бесчестья,
но и того, что вернули мне деньги. Мне
известно, что именно вы заплатили мои долги, Гришэм. Поверьте, мне было непросто
выудить эту информацию из моих
компаньонов. Вы просили их не раскрывать имени моего благодетеля, но они решили,
что я имею на это право. Им вы
сообщили, что являетесь моим должником, однако я не могу припомнить, чтобы
когда-либо одалживал вам какую-либо
сумму, тем более такую огромную, как двести тысяч фунтов. За время моего
отсутствия в столице произошли совершенно
замечательные вещи. Мне удалось вернуть доверие своих бывших партнеров. И все
это - благодаря моей встрече с лордом
Гришэмом. - Глаза Годфри увлажнились. - Ремингтон, нет слов, чтобы выразить мою
благодарность. И теперь, когда честь
моя восстановлена, я обязуюсь выплатить вам все сполна.
- У вас нет необходимости ни благодарить меня, ни возвращать деньги.
Собственно говоря, благодарности ваши должны
достаться Ноллвуду, ведь именно его деньги пошли на покрытие ваших долгов. Я
только роздал необходимые суммы вашим
кредиторам. Вот как славно все вышло. Тем более что в тюрьме деньги вашему
приятелю Ноллвуду вряд ли понадобятся. Так
что - желаю вам всего наилучшего.
Годфри махнул рукой в сторону карточного стола:
- Полагаю, вам лучше всего присоединиться к играющим. Я ваш вечный должник.
Если вам когда-либо понадобится
помощь - вы знаете, к кому за ней обратиться.
Ремингтон смотрел в спину уходящему Годфри со знакомым чувством торжества
справедливости.
Подойдя к карточному столу, Ремингтон сердечно поприветствовал пожилого
маркиза Хартли:
- Как поживаете?
- Хорошо. Спасибо, Кажется, сегодня мы с вами партнеры.
- Великолепно. Предчувствую, что удача не оставит нас.
- Какая жалость, Гришэм, что я не имею чести разделить ее с вами, - раздался
над ухом Ремингтона знакомый голос
виконта Андерса.
Ремингтон хотел было ответить что-либо унижающее достоинство противника, но
раздумал. Появление Андерса рядом с
карточным столом подогревало его любопытство: его осведомители с Боу-стрит
подтвердили, что по всем документам
Андерс был почти полным банкротом. Однако он только что подарил Саманте
невероятно дорогое ожерелье, а теперь
намеревался сыграть в вист на большую сумму денег. Где же, черт возьми, он
достает деньги?
- Что у нас общего, Андерс, так это то, что в игре мы идем до конца, -
ответил Ремингтон.
- Это правда. Какая жалость, что победить может только один. - И обращаясь к
Гладдингтону, Андерс бросил: - И
мне сдайте.
- Итак, Гришэм, где же вы пропадали? - продолжил допрос Хартли, когда вист
был составлен. - Вас нигде не было
видно.
- Я был занят. Я только что пополнил собой ряды судовладельцев.
- Неужели? - Три его партнера по висту переглянулись.
- Да. Мы обсуждаем планы постройки первого брига моего будущего флота.
Надеюсь, очень скоро я начну получать
прибыли от удачных грузоперевозок. Впрочем, джентльмены, начнем нашу игру.
- А что, собственно, вам известно о грузоперевозках? - спросил Андерс.
Рем притворился страшно удивленным:
- Неужели я должен напоминать вам, что море было для меня родным домом на
протяжении многих лет, пока я служил в
военно-морском флоте. Уверяю вас, никто лучше меня не сможет определить
возможности судна. Что касается торговли и
грузоперевозок, то я решил заняться этим, чтобы лучше изучить ту сферу, в
развитие которой я собираюсь вложить деньги. И
кто знает, может, мой опыт поможет моим судам избежать тех неприятностей,
которые происходят с другими английскими
кораблями.
Хартли провел носовым платком по лбу, стирая внезапно выступивший пот.
- Могу ли я поинтересоваться, кто будет строить для вас бриг?
- Судостроительная компания Бареттов, - спокойно ответил Ремингтон, встречая
нервный взгляд собеседника. - Ваша
фирма, Хартли, безусловно, славится высокой репутацией, но с Бареттом я уже вел
дела в прошлом.
- Пожалуйста, не продолжайте, - прервал Ремингтона Хартли. - Грейсон Баретт
был моим близким другом, его сын
Дрэйк порядочнейший человек, и деятельность его компании безупречна. Да,
кстати... - неожиданно откашлялся он, - а
тот бриг, который только что потерял Андерс... не был ли он построен Бареттом?
- Да, вы правы.
- Я этого опасался. - Хартли покачал головой. - Из пропавших кораблей три
были построены на моей верфи.
Ситуация неразрешимая.
- Джентльмены, может, мы будем играть в вист, а не сокрушаться по поводу
пропавших кораблей?! - вмешался в
беседу Андерс.
Он вспылил и нервничает, отметил про себя Ремингтон. Интересно почему? А
вслух он произнес:
- Давайте начнем.
Рем и Хартли выигрывали, Гладдингтон и Андерс проигрывали и повышали ставки.
Уже почти рассвело, когда
Гладдингтон бросил карты на стол и сокрушенно произнес:
- Довольно. Мне страшно подумать о том, сколько мы проиграли.
- Думаю, больше ста тысяч фунтов, - уныло отозвался Андерс. Он медленно
пополз рукой в карман, вынул пачку денег
и, как успел заметить Ремингтон, отсчитал менее трети того, что у него еще
оставалось.
- Жаль, - посетовал виконт. - Надеюсь, мне повезет в чем-нибудь другом. - И
многозначительно посмотрел на
Ремингтона. - Отправлюсь-ка я лучше домой и хорошенько высплюсь. Завтра у меня
важное событие.
- Не связано ли оно с вашей Самантой Баретт? - поинтересовался Гладдингтон.
- Отчасти, - уклончиво ответил Андерс.
- Так я и думал. Вначале мне показалось, что за ней ухлестывает Гришэм, но
потом я оставил все подозрения на его
счет. - Гладдингтон как бы понимающе уставился на Ремингтона: - Свеженькая
девочка, чуть только со школьной скамьи,
- это ведь не ваш вкус, правда, Гришэм ?
Ремингтон удивленно изогнул дугой бровь.
- Напротив. Я занят тем, чтобы устроить жизнь Саманты. Ее брат весьма
озабочен тем, чтобы оградить свою невинную
сестру от всех подонков высшего общества.
- Совершенно согласен с ним в этом! - поддержал Ремингтона Хартли - Девочка
почти еще ребенок! Я помню ее
новорожденной!
- Итак, Дрэйк Баретт поручил вам опекать свою сестру, - подвел итог
Гладдингтон. - Это в полной мере объясняет
ваше внимание к ней. - А каковы ваши намерения по отношению к Саманте? -
обратился он к виконту. - Я слышал, вы
трижды на этой неделе посетили девушку. Не хотите ли поделиться с нами?
Хартли с удивлением повернулся к Андерсу:
- Виконт, я и не знал, что вы ухаживаете за Самантой Баретт.
- Расслабьтесь, Хартли, - сухо ответил Андерс. - Ваш друг Грейсон одобрил бы
мои намерения. Они весьма
благородны. Если дела и дальше пойдут так же, к концу сезона она станет моей
женой.
Ремингтон царапнул стулом, поднимаясь:
- Джентльмены, прошу вас простить и меня. Пойду отдохну.
- Ну конечно, Ремингтон, - съехидничал Андерс - Когда же вы ориентировочно
построите свой корабль?
- Как можно скорее. Можете рассчитывать, что это будет скоро.
- Андерс занимается какими-то незаконными махинациями, - с силой туша сигару
о пепельницу, проговорил
Ремингтон.
- Уверен ли ты, что это предчувствие не замешано на личной неприязни? -
переспросил Бойд.
- Ты сам знаешь, что я никогда не путаю свою личную жизнь с интересами
государства, - торжественно-сурово ответил
Ремингтон. - Впрочем, если только он приблизится к Саманте, я убью его.
- Ты высказался достаточно откровенно. Но у тебя действительно есть основания
подозревать Андерса в незаконной
деятельности. Его фирма - фактический банкрот, а он при этом умудряется подарить
Саманте дорогое украшение и, не
досадуя, отдает карточный долг более чем в сто тысяч фунтов стерлингов. Откуда
он берет деньги?
- Именно на этот вопрос я и намереваюсь найти ответ. Сегодня вечером. -
Ремингтон расстегнул вечерний фрак. -
Чертова одежда.
- Я знаю, ты играл в карты до рассвета. Но ты и раньше умудрялся не спать
много суток подряд. Мне редко удается
застать тебя в таком дурном расположении духа. Что, черт возьми, с тобой
происходит? - Не услышав вразумительного
ответа, одно рычание, Бойд попробовал подойти к вопросу с другого конца: -
Почему бы тебе не позвать камердинера,
чтобы он помог тебе раздеться и одеться?
- Может быть, ты помнишь наши годы, проведенные в море. Тогда мне удавалось
делать это самому. Кроме того, на эту
ночь камердинера и всех прочих слуг я удалил из дома.
- Почему?
- Не будем пока говорить об этом. Лучше я попрошу тебя об одолжении. В доме
остался только садовник, который
оставит особняк последним. Ему будет нужна помощь. Прошу тебя, сделай то, что он
скажет.
- Звучит интригующе. Ты разжег мое любопытство. Не собираешься ли ты
посвятить меня в подробности?
- В подробности - нет. Тебе расскажут о том, что должен делать ты, об
остальном догадаешься сам.
Ухмыляясь, Бойд наблюдал за тем, как Ремингтон расстегнул последнюю пуговицу.
- Жду не дождусь, когда меня возьмут в дело, - наконец заметил он.
В отличие от Бойда Саманта прекрасно знала, что должно произойти этой ночью.
Нервно перебирая складки платья, она
безнадежно пыталась сосредоточиться на обычных предостережениях Синтии.
- Эти заколки для волос удивительно подходят к вашему платью, - щебетала
Синтия, прикладывая заколки к головке
Саманты. - Насыщенный пурпурный цвет будет контрастировать с бледно-лиловым
цветом платья.
- Согласна, - сдалась без боя Саманта, счастливая уже тем, что у новой
горничной оказался высокоразвитый
художественный вкус. Кроме того, Синтия была искусным парикмахером.
Юная леди взглянула на часы. Сердечко ее трепетало, мысли путались. Сама она
предвкушала ночное приключение не
хуже тех, что описывают в романах.
Пройдет всего несколько часов - и она будет принадлежать Ремингтону.
Интересно, как он это устроит? Куда он повезет ее, чтобы сделать своей тайной
наложницей?
- Итак, она красива? - спросила Синтия.
- Прости, я не поняла тебя, -извинилась Саманта.
- Я имею в виду Бонни, вашу племянницу. Что с вами сегодня происходит?
- Ничего. Бонни прелестна. Она похожа на Алекс. У нее огромные серые глаза и
очень правильные черты лица. Но когда
ей что-нибудь нужно, кричит она очень властно.
- Крик, должно быть, пугает вашего брата.
- К сожалению, Дрэйка сегодня не было. Еще до моего приезда в Аллоншир он
отправился с визитом к своему банкиру.
Видимо, он специально выбрал для деловой встречи время, когда Алекс, малышка и
Грей решили вздремнуть. Таким
образом, я не видела никого, кроме своей племянницы. Но даже она спала во время
нашего первого свидания.
- Как это, должно быть, приятно иметь такую замечательную семью.
Сэмми отважно встретила взгляд горничной.
- Теперь приятно. Но дела не всегда обстояли так, как теперь. Придет время -
и я раскрою тебе кое-какие из наших
семейных тайн.
В дверь спальни постучали.
-Да?
- Простите, мисс, - раздался голос одной из служанок. - Граф Гришэм велел
сообщить вам, что он прибыл.
- Спасибо. - Саманта поднялась с пуфика и подхватила свою накидку. -
Спокойной ночи, Синтия.
- Саманта...
- Спокойной ночи, - повторила госпожа. Она не была в силах выслушивать
обычные увещевания горничной. Брать с
собой Синтию она также не собиралась.
- Желаю вам приятно провести время, - сурово сказала Синтия.
- Спасибо. Я обязательно выполню твое пожелание, - милостиво пообещала
госпожа.
Саманта сосчитала до десяти и начала медленно спускаться по лестнице,
мысленно сдерживая себя. Ремингтон вместо
того, чтобы дожидаться ее в экипаже, стоял внизу и смотрел, как спускается его
возлюбленная. Его взгляд обжигал ее, внутри
ее родилась и потекла, затапливая все тело, волна желаний.
- Я исполняю все ваши пожелания, сэр, - сказала Саманта, оказавшись внизу, -
вы просили, чтобы я не заставляла вас
ждать, и я не опоздала ни на минуту.
- А мне показалось, что я жду тебя целую вечность, - прошептал Ремингтон,
прикасаясь губами к ее ручке. Саманта
задрожала.
- Если ты будешь продолжать так со мной разговаривать, я не смогу идти вовсе.
- Тогда нам придется сразу отправиться в постель, да, дорогая?
- Рем... пожалуйста... оставь свои шутки, - взмолилась Саманта.
- Известно ли вам, как вы прекрасны? Знаете ли вы, как глубоко я потрясен
вашей красотой? - вопрошал между тем
Ремингтон.
Их беседу прервал шум чьих-то шагов. Саманта взглянула вверх и увидела
Смитти. Слава Богу, подумала девушка, он не
мог видеть нежных приветствий, которыми она обменивалась со своим возлюбленным.
С этой мыслью она потянула
Ремингтона к двери.
- Давайте покинем этот дом побыстрее, пока Смитти не начал свой допрос.
- Госпожа! Вы не предупреждали меня о том, что проведете этот вечер вне дома!
- услышала парочка голос
надзирателя, будучи уже у самого выхода.
- Неужели? Наверное, я была так занята мыслями о Бонни, что забыла это
сделать. В любом случае мы с лордом
Гришэмом очень спешим: он обещал проехаться со мной по всем домам, где нынче
дают балы.
- Могу ли я поинтересоваться, где ваша тетушка Гертруда?
- Она в постели Она плохо себя чувствует, - взмолилась Саманта - Смитти,
сегодня будет множество праздников! Вы
же знаете, как хочется побывать везде! Я знаю, что мне не следовало бы выходить
без провожатой, но никто не заподозрит,
что я приехала на бал без компаньонки. В любом случае тетушка Гертруда нигде не
задерживается дольше десяти часов
вечера. После десяти она всегда возвращается в экипаж и дремлет там остаток
вечера или ночи. Я могу сказать, что тетушка
устала и вернулась домой вздремнуть. Пожалуйста, Смитти, я знаю, что вы считаете
необходимым следовать этикету, но
сделайте исключение для этой ночи. Смитти - сделала последнюю попытку Саманта, -
лорд Гришэм позаботится обо мне.
Пожалуйста... отпустите меня.
Смитти колебался.
- Спасибо, - не замедлила поблагодарить его Саманта.
- Ну ладно, - сдался верный слуга, - но, если что-нибудь случится, я отвечаю
перед герцогом головой.
Карета Ремингтона уже подпрыгивала по булыжной мостовой, а он все еще
колебался.
- Да, чертенок, даже Смитти не устоял перед твоими чарами. - Он крепко прижал
Саманту к себе. - Не осуждаю его.
Ты потрясающая женщина.
- Неужели? - Саманта с удовольствием втягивала в себя мужской запах,
исходящий от Ремингтона. - Но я никогда
раньше не лгала Смитти.
- Ты и теперь не солгала, - успокоил ее Ремингтон. - Ты ведь сказала, что я
отвечаю за твою безопасность, и я буду
оберегать тебя.
- Но я также сказала, что за эту ночь мы собираемся посетить все балы и
празднества, которые только дают в Лондоне.
- Мы так и сделаем.
Саманта резко выпрямилась:
- Что? Но я думала...
- Терпение, мой дорогой романтик, терпение...
- Терпение никогда не было моим достоинством, сэр.
- Моим тоже, но сегодня нам придется потренироваться и в этом тоже. - Он
слегка приподнял ее лицо за подбородок.
- Я хочу, чтобы ты сгорала от нетерпения к тому времени, когда я отнесу тебя в
постель. - И он медленно накрыл ее губы
своими.
Со стоном Саманта отдалась поцелую. Она уже изнемогала от желания, тело ее
жаждало прикосновений мужской руки.
Девушка постаралась усилить поцелуй, сделать его прелюдией к быстрому сближению.
К ее удивлению, Ремингтон не
поощрил ее в этом.
- Терпение, - снова прошептал он и выпустил ее нижнюю губу.
- Но когда же мы...
- Доверься мне. Разве я не обещал, что не заставлю тебя больше страдать?
- Но я страдаю, - прошептала Саманта. Ремингтон издал странный звук,
напоминающий одновременно рычание и стон.
- Ты больше никогда не будешь страдать. Обещаю. После этой ночи ты не будешь
страдать никогда. Ты веришь мне?
Глядя в его гипнотизирующие глаза, Саманта прошептала:
- Да.
- Хорошо. Но тогда, леди Саманта, я предлагаю вам внутренне подготовиться к
продолжительному, приятному и...
изнурительному вечеру.
Долго? Бесконечно было бы более подходящим словом. У Саманты уже болели ноги
от бесчисленных танцев.
Они с Ремингтоном наконец приехали в Девоншир-Хаус. Полночь давно миновала.
По танцевальному залу сновали люди
в перерывах между танцами, а у Саманты внутри спираль желания медленно
расправляла свои кольца. За три часа она успела
посетить три бала и два приема, перетанцевала с дюжиной кавалеров, выпила
столько прохладительных напитков, что
чувствовала пузырьки газа во рту, и смеялась столько, что у нее уже начали
болеть щеки.
Только две вещи настораживали ее.
Первая заключалась в том, что Ремингтон слишком по-хозяйски сопровождал ее с
бала на бал. Он твердо держал ее за
руку чуть повыше локтя, давая всем понять, что она принадлежит ему, и отпускал
девушку только тогда, когда не разрешить
ей станцевать с другим мужчиной выглядело бы верхом неприличия.
Вторая заключалась в потоке любовных слов, в который ее погрузил Ремингтон,
что заставляло ее изнывать от амурного
томления.
- Тебе весело, чертенок? - спросил Рем, направляясь с Самантой в зал для
танцев, чтобы закружить ее в вальсе,
который она обещала ему.
- Что? - подняла она на него глаза с поволокой.
- Я спрашиваю, получаете ли вы удовольствие от этого веселья? - снова
поинтересовался он, проводя большим
пальцем по ее ладошке.
- Ты мучишь меня, - шепотом ответила Саманта.
- Нет, дорогая, я готовлю тебя.
- Ты так... опытен, - искренне посетовала она.
- А ты так наивна... - в тон ей ответил кавалер. - Я бы так хотел распластать
тебя под собой...
- Не могли бы мы уехать отсюда... пожалуйста, - взмолилась Саманта.
- Скоро, - пообещал он. - Очень скоро. - И закружил ее в танце.
- Полагаю, что следующий танец мой! - раздался громкий голос виконта Андерса,
который был для Саманты как ушат
холодной воды.
- Стефен? - растерянно пробормотала девушка. Кого она меньше всего хотела
видеть и слышать, так это виконта.
- Добрый вечер, Саманта. - Голос Андерса был ледяным. - Я слышал, вы побывали
чуть не на всех балах, которые в
эту ночь даются в Лондоне.
- Да, это так, - вмешался в беседу Ремингтон. - Но если вы хотите
побеседовать с леди Самантой, вам придется
подождать. Этот вальс она обещала мне. - С этими словами Ремингтон сделал
поворот и продолжил танец.
- Ах, Рем, ну неужели нельзя избежать грубости? - спросила Саманта, заметив,
что лицо Андерса искажено яростью.
Гришэма передернуло.
- Я презираю этого человека. Мне не нравится, как он смотрит на тебя. Я не
доверяю ему. Я полагаю, что он коварен,
как змея. Я действительно груб. Я нахожу, что наступило подходящее время вернуть
Андерсу его подарок.
- У меня нет его с собой.
- Тогда скажи, что отошлешь ему ожерелье Сэмми было приятно, что Ремингтон
ревнует. Она подошла к нему близкоблизко:
- Вы невыносимы, дорогой, но какая удача, что мой герой невыносим.
Ремингтон посмотрел на нее снизу вверх и прошептал:
- Господи, как я хочу тебя. У Саманты заныло сердце.
- К сожалению, мы не можем уехать прямо сейчас. - Как бы ей хотелось, чтобы
Андерс исчез, испарился!
- Это все из-за Андерса! - сжал зубы Ремингтон. - Впрочем, ты права, если мы
покинем этот зал прежде, чем ты
станцуешь с ним, он заподозрит неладное. Это может повредить твоей репутации.
Танцуйте, но предупреди его. что это его
последний танец с тобой.
- Хорошо, сэр.
Вальс закончился, и к Саманте тут же подошел Андерс. Словно не замечая
Ремингтона, он сказал:
- Саманта, вы восхитительны! Но где же ожерелье, которое я вам подарил?
Звучно откашлявшись. Ремингтон отошел в сторону.
- Я не могу носить это ожерелье, Стефен, - смущенно ответила девушка.
- Почему же нет?
- Это слишком дорогое украшение. И я...
- Какая ерунда! Нет ничего дорогого, когда речь идет о вас! Я бы хотел, чтобы
вы перестали скромничать.
Раздался бой часов. Андерс словно окаменел. Потом взглянул на свои часы.
- Я не могу принять ваш подарок, - продолжала Саманта, - потому что не могу
позволить вам думать, что нас
связывают отношения более близкие, чем дружба. Это не так.
- Я и не рассчитываю на это. Мы знакомы меньше двух недель Но со временем...
- Нет, - покачала головой Саманта. - Со временем ничего не изменится. Не
изменится никогда. Глаза Андерса
недобро сверкнули.
- Это из-за Гришэма?
-Да.
- Он не тот человек, с которым вам следует иметь что-либо общее.
- Это мое дело. Вас это не касается.
- Саманта, вы совершаете ошибку. Вы слишком молоды и наивны, чтобы понимать,
что Гришэм обесчестит и бросит
вас. Он разрушит вашу жизнь. Мне бы хотелось уберечь вас от ошибки.
Ответить Сэмми не смогла. Музыка смолкла, и Андерс снова нетерпеливо взглянул
на часы.
- Простите меня, дорогая. Я должен поговорить с одним человеком.
Саманта молча кивнула, но Андерс не видел даже этого кивка: он решительно
пробирался сквозь толпу к выходу.
Саманта брезгливо повела плечами и решительно выкинула из головы мысли об
Андерсе. Задрав подбородок, она
оглядывалась в поисках Ремингтона.
Его нигде не было.
С ноющим сердцем она подумала, не вызвано ли его отсутствие ее танцем с
Андерсом. Если так - куда он мог деться?
Должно быть, он вышел освежиться и привести мысли в порядок.
Саманта пробралась между танцующими парами и выскользнула в сад.
Ремингтон замер и, затаив дыхание, следил за тем, куда направляется Андерс.
Граф Гришэм больше не сомневался в том,
что продажный виконт был замешан в каком-то грязном деле. Ремингтон внимательно
следил за ним на протяжении
последней четверти часа. Поведение виконта выдавало все признаки тайной
деятельности: он слегка волновался, то и дело
поглядывал на часы, отвлекался даже во время упоительного танца с Самантой.
Интуиция подсказывала Ремингтону, что
Андерс затевает нечто нечистое.
Куда же, черт возьми, он направляется?
Бесшумно двигаясь в тени деревьев, Ремингтон заметил, что Андерс достиг самой
дальней части сада Девоншир-Хаус,
которая граничила с Гайд-парком. Укромное место, прелестный уголок для тайной
встречи.
- Пс-с..
Виконт тоже услышал странный звук и повернул голову в ту сторону, откуда он
исходил. Ремингтон бесшумно, как змея,
крался за Андерсом. Выбрав укромное место за кустами, он остановился и
прислушался.
-..Не может встретиться с вами раньше... сумма денег... через неделю или
две... Боу-стрит... проверяют счета... весьма не
вовремя...
Рем с трудом мог уловить смысл в обрывках разговора. Он также не мог
хорошенько разглядеть собеседника виконта.
Единственное, что вырисовывалось четко, - его приземистая, коренастая фигура. Но
лондонский туман давно уже окутал
сад, и мужчины находились довольно на большом расстоянии от Гришэма. Ремингтон
решил не рисковать и не подб
...Закладка в соц.сетях
