Жанр: Любовные романы
Непокорная
...;Ой, сколько же тут вампиров! — воскликнула я, глядя на
незнакомые машины.
— Множество славных Эреба Сынов призваны в этот Дом Ночи, —
ответил Стивен.
Я неуверенно кивнула, а он посмотрел на меня и поспешил успокоить:
— Жрица, отриньте тревоги, отныне вы все под защитой.
Я улыбнулась ему, а сама подумала:
Эх, если б вы только знали!
Разумеется,
вслух я этого не сказала.
— Зои, Птичка, ну наконец-то! — бабушка крепко прижала меня к
себе, и я утонула в дорогом моему сердцу запахе лаванды.
— Бабуля, как же я рада, что ты приехала!
— А уж я-то как рада видеть свою Птичку! Стивен почтительно поклонился
бабушке и стал вытаскивать из багажника бесконечные сумки и свертки.
— Бабушка, ты собираешься остаться на год? — засмеялась я.
— Ах, Птичка, в жизни нужно быть готовой ко всяким
неожиданностям, — бабушка подхватила меня под локоть, и мы неторопливо
пошли по дорожке к девичьему общежитию. Следом шагал нагруженный багажом
Стивен.
Бабушка посмотрела на меня и еле слышно прошептала:
— Школа со всех сторон окружена.
Ледяное дыхание ужаса коснулось моих висков.
— Кем?
— Вуронами, — бабушка произнесла это так, словно ей было
противно. — Снаружи они просто кишмя кишат, а здесь, за школьной стеной
ни одного.
— Это потому что я вышвырнула их отсюда, похвасталась я.
— Правда? — шепнула бабушка. — Ты у меня умница, Птичка!
— Бабуль, они меня пугают, — шепотом пожаловалась я. — Думаю,
они опять обретают плоть.
— Знаю, детка, знаю.
Вздрогнув, мы крепче прижались друг к дружке и поспешили к моему корпусу.
Ночь провожала нас пристальным недобрым взглядом.
ГЛАВА 27
Не удивительно, что через несколько минут в моей комнате было не
протолкнуться!
— Бабушка Редберд! — завопил Дэмьен, первым бросаясь в ее объятия.
А потом началась кутерьма — Дэмьен представил бабушке Джека, Близняшки
одновременно пропели
Привет!
и, наконец, бабушка крепко-прекрепко обняла
смущенную, но жутко довольную Афродиту.
Во время краткой передышки Дэмьен и Близняшки подошли ко мне.
— Зет, как ты? — тихо спросил Дэмьен.
— Мы так волновались! — прошептала Шони.
— Жуть, что кругом творится, — добавила Эрин.
— Со мной все нормально. — Я украдкой посмотрела на Джека, который
витиевато клялся бабушке в своей любви к лаванде. — Спасибо вам за вашу
помощь.
— Конечно, Зои, мы же с тобой! Мы никогда тебя не оставим! —
пообещал Дэмьен.
— Аналогично! — хором воскликнули Близняшки.
— Зои! Да тут у вас собака? — удивилась бабушка, только что
заметившая, что палевая шерстяная куча на моей кровати шевелится, а кошки
бешено шипят, выгибая спины.
— Да, бабушка. Это долгая история...
— Чья она? — спросила бабушка, с опаской потрепав Фанти по голове.
— Моя, — ответил Джек, — Типа как временно...
— Может, самое время рассказать бабушке о Стиви Рей и остальных? —
предложила Афродита.
— О Стиви Рей? Птичка, ты по-прежнему скорбишь о ее смерти?
— И да и нет, — вздохнув, отозвалась я. — Тут сразу не
объяснить...
— Тогда начни прямо сейчас. Боюсь, потом времени у нас уже не
будет, — с непривычной серьезностью сказала бабушка.
— Прежде всего ты должна знать самое главное: я ничего тебе не
рассказывала, потому что во всей этой истории замешана Неферет. Она —
могущественный медиум. Поэтому все, что я тебе расскажу, она сможет запросто
прочитать прямо у тебя из головы, как из книги. А это очень плохо, —
вздохнула я.
Бабушка задумчиво отодвинула от моего стола стул и устроилась поудобнее.
— Джек, голубчик, я бы с удовольствием выпила холодной водички. Не
принесешь мне?
— У меня в холодильнике есть
Фиджи
, — сразу отозвалась Афродита.
— Да что ты? Это было бы замечательно! — обрадовалась бабушка.
— Сбегай принеси, — величественно кивнула Джекy Афродита, —
Только больше ничего не трогай.
— Даже твое...
— Даже. Тебе ясно сказано — ничего!
Джек обиженно насупился, но повиновался.
— Насколько я понимаю, вам всем уже известно то, что Зои собирается мне
рассказать? — спросила бабушка, когда Джек вернулся. — Я тут
единственная непосвященная?
Мои друзья дружно закивали, глядя на нее круглыми глазами перепуганных
птенцов.
— Как же вам удается не допускать Неферет в свои мысли?
— Если честно, мы еще не пробовали, но решили в присутствии Верховной
жрицы забивать себе голову какими-нибудь дурацкими подростковыми
заморочками, — пояснил Дэмьен.
— Например, обувными распродажами и прочей фигней, — добавила
Эрин.
— Прочая фигня — это красивые мальчики или тупая домашка, —
пояснила Шони.
— Это отвлечет Неферет и не даст ей поточнее настроить локаторы, —
подвела итог я. — Но Неферет нельзя недооценивать. С тобой она будет
держать ухо востро. Она знает, что ты придерживаешься обрядов чероки, и
чувствует твою связь с землей. Так что уж в твои мысли она точно постарается
пробраться, даже если ты будешь думать всякие глупости.
— В таком случае, мне придется очистить сознание при помощи медитации.
Меня научили этому еще в детстве, так что я сумею запереть свое сознание от
непрошеных гостей, — уверенно улыбнулась бабушка. — Нечего вашей
Неферет делать в моей голове!
— А если она царица Т-си С-ги-ли?
Бабушкина улыбка померкла.
—
У-ве-тси-а-ге-я , ты действительно допускаешь
такую возможность?
— Да, бабушка. Мы думаем, это очень может быть.
— Тогда нам всем грозит настоящая беда. Пожалуйста, расскажи мне все.
И я рассказала. С помощью Афродиты, Близняшек, Дэмьена и Джека я посвятила
бабушку во все последние события, умолчав лишь о том, насколько изменилась
воскресшая Стиви Рей, Когда речь зашла о красных недолетках, Афродита
бросила на меня многозначительный взгляд, но промолчала.
На всем протяжении нашего рассказа доброе лицо бабушки становилось все
мрачнее и серьезнее. Что поделать, пришлось рассказать ей и о последнем
нападении на меня воронов-пересмешников. Напоследок я сообщила ей о
гипотетическом воскрешении Старка и о том, как мы со Стиви Рей и Афродитой
решили (как бы дико и шокирующее не выглядело такое решение) установить
круглосуточное наблюдение за трупом.
— Для этого Джек должен был установить в морге видеоняню. Джек, все
получилось? Ваш отвлекающий маневр я оценила! — хихикнула я.
Я улыбнулась косматой Инфанте и потрепала ее по голове. Фанти негромко
тявкнула и лизнула меня в лицо. Малефисент и Вельзевул, лежавшие рядышком у
двери (кажется, эти чемпионы злобности увидели друг в друге родственные
души) подняли головы и дружно зашипели. Спавшая на моей подушке Нала даже
глазом не моргнула.
— Ой, Богинечка, чуть не забыл! — Джек вскочил и поднял с пола
мужскую сумку-клатч, которую с упорством жеманника называл
сумочкой
, потом
вытащил прикольное, похожее на экран мини-телевизора устройство, что-то там
сделал с кнопками и с победоносной улыбкой вручил мне. — Вуаля! Можешь
наблюдать за нашим спящим — честное слово, я всей душой на этой
надеюсь! — парнем.
Друзья обступили меня. Набравшись храбрости, я нажала на кнопку ВКЛ. В тот
же миг на экранчике появилась четкая черно-белая картинка небольшой комнатки
с огромным, похожим на печь, устройством в углу, дюралевыми стеллажами вдоль
стен и узким металлическим столом, на котором угадывалось накрытое простыней
человеческое тело.
— Гадость какая! — поморщились Близняшки.
— Неприятно, — признала Афродита.
— Может, не стоит смотреть на это в присутствии собаки? — попросил
Джек.
Я поспешно нажала на ВЫКЛ.: нельзя сказать, чтобы мне доставляло особое
удовольствие подглядывание за мертвецом.
— Это тело того мальчика? — спросила побледневшая бабушка.
— Да, — кивнул Джек. — Я заглянул под простыню, чтобы
убедиться. — Он вздрогнул и принялся судорожно гладить Фанти. Огромная
собака положила морду ему на колени и тяжело вздохнула. Похоже, это слегка
привело Джека в чувство, потому что он тоже вздохнул, обнял Фанти за шею и
прошептал: — Вообще-то я все время твердил себе, что он просто уснул.
— Он похож на мертвого? — не удержалась я от вопроса.
Джек кивнул, а потом плотно сжал губы, словно принял решение больше не
говорить ни слова.
— Вы все делаете правильно! — объявила бабушка. — Сила
Неферет во многом зависит от ее тайн и недомолвок. Все видят в ней
могущественную жрицу Никс и верят, будто она направляет свои великие силы на
доброе дело. Но если ваши догадки верны, этот благородный фасад позволяет ей
беспрепятственно творить зло!
— Значит, мы поступаем правильно, решив на завтрашнем ритуале покончить
с нелегальным существованием Стиви Рей и красных недолеток? — с
тревогой спросила я.
Бабушка не колебалась ни секунды.
— Да! Если тайна стала сообщницей зла, нужно любыми средствами разрушить этот преступный союз!
— Правильно! — кивнула я.
— Правильно! — хором отозвались друзья.
И тут Джек широко зевнул.
— Ой, простите! Честное слово, это я не потому, что мне скучно!
— Конечно, нет! Просто уже светает, а у вас был очень трудный
день, — улыбнулась бабушка. — Мне кажется, вам всем пора спать. И
потом, разве мальчикам можно находиться в девичьем общежитии после
комендантского часа?
— Ой! Мы об этом просто забыли! И так дерьма хватает, только выговора
нам не доставало для полного счастья! — выпалил Джек и тут же смущенно
потупился. — Ой, извините, бабушка! Я не хотел говорить плохое слово!
Бабушка широко улыбнулась и потрепала его по щеке.
— Ничего страшного, милый! А теперь быстро спать!
Разумеется, никому из нас и в голову не пришло ослушаться бабушку. Джек и
Дэмьен послушно поплелись к двери, а Фанти последовала за ними.
— Эй! — окликнула их я, когда оба были уже на пороге. —
Надеюсь, Фанти не влетело за главную роль в отвлекающем маневре?
— Нет, — покачал головой Дэмьен. — Мы все свалили на
Малефисент. Все прошло, как по маслу. Эта кошка шипела, рвала и метала, как
припадочная, поэтому на Фанти никто и внимания не обратил.
— Моя Малефуся ни разу не припадочная! — бросилась на защиту
любимицы Афродита. — Просто она талантливая актриса!
Близняшки засобирались следом за мальчиками. Они крепко обняли бабушку и
подняли с пола спящего Вельзевула.
— Увидимся за завтраком, — хором крикнули они и скрылись за
дверью.
В комнате остались лишь бабушка, я, Афродита, Малефисент и крепко спящая
Нала.
— Пожалуй, мне тоже пора, — вскочила Афродита. — Чует мое
сердце, завтра будет особенный день.
— Может, переночуешь у меня? — предложила я.
Афродита подняла идеальные брови и с нескрываемым презрением оглядела две
узенькие односпальные кровати.
— Ты все-таки жутко капризная, — вздохнула я. — Хочешь,
ложись на мою кровать, а я заберусь в спальник?
— Неужели Афродита еще ни разу не оставалась на ночь в твоей комнате? — спросила бабушка.
Афродита фыркнула.
— Никогда! Завтра я покажу вам свою комнату, и вы сразу поймете, почему
я предпочитаю спать в
своей постели.
— И еще у Афродиты репутация стервы, а стервы не ночуют у подружек.
Зато охотно ночуют у дружков, но зачем бабушке знать об этом?
— Спасибо, подружка, — буркнула Афродита.
— Если она переночует у тебя сразу после моего приезда, Неферет
насторожится? — прищурилась бабушка. — Ведь Шекина, наверняка,
поставила ее в известность о моем визите?
— Ну да, наверное, — нехотя признала я.
— Неферет не просто насторожится, а сделает охотничью стойку, — уверенно заявила Афродита.
— Тогда, детка, тебе лучше спать у себя, чтобы не давать Неферет лишних
поводов подозревать нас, — решила бабушка. — Но я не позволю тебе
спать без защиты!
Бабушка поднялась, подошла к груде сумок, все еще стоявших возле двери, и с
головой нырнула в очаровательный голубой саквояж, который любила называть
походным
.
Сначала она вытащила чудесную ловушку для сновидений. Я много таких
повидала, но эта была просто прекрасна. Представьте себе оплетенное кожей
кольцо с тончайшей паутинкой лиловых нитей, в центре которой красовалась
большая гладко отполированная бирюза цвета ясного летнего неба. По бокам
ловушки в три ряда висели нежные перламутрово-серые голубиные перья. Бабушка
торжественно вручила ловушку Афродите.
— Какая прелесть! — ахнула Афродита. — Честное слово, она
потрясающая!
— Рада, что тебе понравился подарок, дитя мое. Знаю, многие считают
ловушки для снов пустячной забавой — думают, они годятся лишь как украшение;
но это не так. Я сделала несколько ловушек, и в центр каждой вплела защитную
бирюзу. Думаю, вас нужно ограждать не только от плохих мыслей. Возьми ее,
детка, повесь на окно в своей комнате. Пусть сила этой ловушки защитит от
зла твою спящую душу!
— Спасибо, бабушка! — искренне поблагодарила Афродита.
— И вот еще! — Бабушка снова порылась в саквояже и вытащила
высокую толстую свечу сливочного цвета. — Перед тем как ляжешь в
постель, зажги ее и поставь рядом на столик. Во время прошлого полнолуния я
прочитала над ней защитное заклинание и оставила на всю ночь пропитываться
магическим лунным светом.
— А не слишком ли ты увлеклась оберегами, ба? — усмехнулась я.
Вообще- то за семнадцать лет я успела привыкнуть к бабушкиным странностям и
нисколько не удивлялась тому, что она чувствует вещи, которые, в принципе,
ей чувствовать не полагается — скажем, неожиданный приезд гостей,
приближение торнадо (еще до изобретения радара Доплера!) или грозящую
опасность.
—
У-ве-тси-а-ге-я , осторожность никогда не бывает
лишней! — Бабушка взяла лицо Афродиты в ладони и поцеловала ее в
лоб. — Спокойной ночи, доченька. Пусть тебе приснятся хорошие сны!
Я увидела, как Афродита часто-часто заморгала, словно вот-вот расплачется.
— Спокойной ночи, — выдавила она и опрометью бросилась из комнаты.
Бабушка долго молчала, потом посмотрела на захлопнувшуюся дверь и тяжело
вздохнула.
— Бедная девочка! Сдается мне, она совсем не знала материнской любви...
— Ты опять угадала, — сказала я. — Знаешь, раньше Афродита
была такая противная, что ее все терпеть не могли, а я больше всех. Но
теперь я поняла: это все показное. Нет, только не подумай, будто она идеал!
Она избалованная, легкомысленная, и на язык к ней лучше не попадаться. Порой
она ведет себя просто ужасно, но при этом она... — Я замолчала, пытаясь
подобрать подходящее определение.
— Она твоя подруга, — просто сказала бабушка.
— Бабушка! Вот ты у нас
офигителъно близка к
идеалу — восхитилась я.
— Ну, это у нас наследственное, — лукаво подмигнула мне
бабушка. — А теперь помоги мне повесить на окно ловушку и зажги лунную
свечу — тебе необходимо поспасть.
— А тебе? Разве ты не будешь ложиться? Я ведь сегодня подняла тебя в
такую рань, а ты сказала, что уже давно не спишь!
— Вздремну немного, но у меня куча дел. Я нечасто выбираюсь в Талсу,
поэтому пока мои маленькие вампирята спят, устрою себе небольшой праздник —
пройдусь по магазинам, а потом с удовольствием отобедаю в
Классной доске
.
— Ой, бабушка! Кормят там — просто объедение! Помнишь, как мы там были с тобой в последний раз?
— Ну вот, соня, пока ты будешь давить подушку, твоя бабушка заглянет к
ним и проверит, не испортились ли они. Если нет, выберем самым хмурый денек
и пообедаем там вместе.
— Выходит, сегодняшний обед — это просто разведка на местности? —
усмехнулась я и, пододвинув стол к окну, стала размышлять, куда бы
пристроить ловушку для сновидений.
— Точно! Детка, а что ты думаешь делать с видеоняней? — Бабушка
взяла со стола переносной монитор. Он был выключен, но я заметила, что
бабушка держит его с опаской, словно бомбу.
— Афродита сказала, там есть динамик, вздохнула я. — Видишь кнопку
ЗВУК?
— Ага, нашла. — Бабушка нажала на кнопку, и на мониторе вспыхнул
зеленый световой индикатор.
— Ну вот, звук оставим, а изображение выключим. Положу монитор рядом с
кроватью, если там что-нибудь зашевелится, я мигом проснусь.
— Да, уж так-то куда лучше, чем ночь напролет любоваться на мертвое
тело, — проворчала бабушка и, пристроив монитор на моем прикроватном
столике, подняла глаза. — Детка, раздвинь-ка на секундочку шторы и
повесь ловушку поближе к окну. Нам нужно защищаться от того, что снаружи, а
не внутри.
— Ой, точно! Сейчас.
Я раздвинула в стороны тяжелые шторы и чуть не завизжала от ужаса: через
стекло на меня смотрела уродливая черная птица с пылающими злобой красными
человеческими глазами. Мерзкая тварь цеплялась за карниз голыми
человеческими руками и ногами.
Увидев меня, она разинула свой изогнутый черный клюв и показала мне
раздвоенный красный язык. Потом я услышала негромкое жабье
Кроооо-ааак!
,
показавшееся мне грозным и насмешливым одновременно.
Я не могла сдвинуться с места. Ноги мои приросли к полу, и я оцепенела под
гипнотическими взглядом красных человеческих глаз на уродливой птичьей
голове порождения древнего зла и насилия. На моих плечах огнем вспыхнули
следы когтей такого же существа, которое совсем недавно обхватило меня
своими уродливыми руками и пыталось вспороть горло клювом.
Нала проснулась и принялась шипеть, как очумелая, а бабушка храбро бросилась
мне на помощь. Я увидела ее отражение в темном оконном стекле.
— Скорее вызови мне ветер! — приказала бабушка.
— Ветер! Приди ко мне — ты нужен моей бабушке! — крикнула я, не в
силах оторваться от чудовищных глаз ворона-пересмешника.
По моим ногам пронесся вихрь и пролетел мимо меня к бабушке.
—
У-но-ле! — грозно закричала она. —
Унеси эту тварь с моим предупреждением зверю! — Я увидела как бабушка
подняла руки и швырнула нечто, зажатое в ладонях, прямо в сидевшего на
карнизе пересмешника. —
Ахийя А-с-ги-на! —
прокричала она.
Вызванный мною ветер теперь полностью повиновался приказам моей бабушки,
мудрой гигуйи. Он слизнул с ее ладоней сверкающий голубой порошок и вынес
его сквозь щели в раме на улицу. Я увидела, как голубой вихрь закружился
вокруг пересмешника, яростно вбивая бабушкин порошок в его уродливое тело.
Ужасный крик исторгся из разинутого клюва чудовища, а потом раздалось
хлопанье крыльев — и пересмешник исчез.
— Отпусти ветер,
у-ве-тси-а-ге-я, — велела
бабушка и взяла меня за руку, чтобы поддержать.
— С-спасибо тебе, ветер! Я тебя отпускаю... — с запинкой
пробормотала я.
— Спасибо,
у-но-ле! — шепнула бабушка, а
потом повернулась ко мне: — Ну-ка, повесь ловушку для снов!
Трясущимися руками я кое-как прицепила ловушку к внутренней стороны штор и
поспешно задернула их. Потом, с помощью бабушки, спустилась со стула.
Подхватив на руки Налу, мы прижались друг к дружке, обнялись и дрожали,
дрожали, дрожали...
— Все прошло... Все закончилось, — снова и снова твердила бабушка.
Я не заметила, что мы обе плачем, пока бабушка не отправилась на поиски
платков. Тогда я тяжело рухнула на постель, крепко прижимая к себе Налу.
— Спасибо! — Я взяла у бабушки бумажный платок и насухо вытерла
лицо. — Остальным рассказать?
— Как ты думаешь, они сильно перепугаются?
— До смерти!
— Тогда будет мудрее снова позвать ветер. Попроси его облететь
общежития, отыскать всех непрошеных гостей и задать им хорошую трепку
— Ага, так и сделаю. Вот только дрожать перестану.
— Ты у меня молодец,
у-ве-тси-а-ге-я, —
похвалила бабушка.
— Да какой там молодец! Меня же просто парализовало от страха! Как и в
прошлый раз...
— Неправда, дочка. Ты твердо встретила взгляд демона, нашла в себе силы
призвать ветер и велела ему слушаться меня.
— Потому что ты не растерялась и сказала мне, что делать!
— В следующий раз справишься и без меня. Теперь ты знаешь, что нужно
делать.
— Чем это ты бросила в пересмешника? Голубенькое такое?
— Толченая бирюза. Я дам тебе мешочек. Бирюза — очень сильный защитный
камень.
— А для моих друзей у тебя найдется?
— Сейчас нет, но это не страшно. Я сейчас припишу бирюзу к моему списку
покупок. Куплю несколько камушков и растолку пестиком в каменной ступке.
Будет чем заняться, пока ты спишь.
— А что ты ему сказала?
— Ахийя А-с-ги-на. Это означает — исчезни, демон!
— У-но-ле — это ветер?
— Да, милая.
— Бабушка, как тебе показалось, этот пересмешник был призраком или он
уже обрел плоть?
— По-моему, это было нечто промежуточное. Но ты права: еще немного, и
пересмешники снова обретут плоть.
— Значит, Калона становится сильнее?
— Да.
— Я так боюсь!
Бабушка обняла меня и, как в детстве, погладила по голове.
— Не нужно бояться,
у-ве-тси-а-ге-я ! Очень скоро
отец этих демонов узнает, что современных женщин не так-то просто превратить
в покорных рабынь!
— А ты только что накрутила хвост ворону-пересмешнику, ба!
— Мы, — улыбнулась она, — мы вместе накрутили ему хвост!
Под одобрительным взглядом бабушки я призвала ветер и приказала ему
пролететь по всему кампусу, уделив особое внимание общежитиям.
Мы с бабушкой прислушались, ожидая услышать вопли демонов, но с улицы
доносился только тихий шелест ветра. Зевая от усталости, я натянула пижаму и
забралась в постель. Бабушка зажгла толстую лунную свечу-оберег и уселась на
свою кровать. Свернувшись калачиком, я прижала к себе Налу и сонно смотрела,
как бабушка расчесывает свои длинные серебристые волосы, исполняя строго
заведенный ритуал отхождения ко сну.
Я уже засыпала, когда бабушка вдруг сказала:
— Пообещай мне кое-что,
у-ве-тси-а-ге-я !
— Все, что хочешь, бабуль, — зевнула я.
— Что бы ни случилось, пообещай мне, что запомнишь самое главное:
Калона не должен выбраться из своей могилы! Сейчас нет ничего важнее этого.
В ее голосе звучала такая тревога, что с меня мгновенно слетела вся дремота.
— В чем дело, бабушка?
— В том, что я сказала. Пусть никто и ничто не отвлечет тебя от твоей
главной задачи!
— Зачем ты так говоришь? Ты же будешь рядом и поможешь мне, —
пролепетала я, чувствуя нарастающую панику.
Бабушка подошла и села на край кровати рядом со мной.
— Птичка, ты же знаешь, твоя бабушка собирается еще долго-долго быть
рядом с тобой, Но все-таки дай мне слово. Ты же не хочешь, чтобы твоя глупая
старушка плохо спала этой ночью?
— Ты не глупая и не старушка! — буркнула я.
— Обещай! — повторила бабушка.
— Обещаю! А теперь ты пообещай, что с тобой ничего не случится, —
попросила я.
— Я буду очень стараться, — с улыбкой заверила меня
б
...Закладка в соц.сетях
