Жанр: Любовные романы
Во имя любви: Искупление
... постели.
Один этот вид подействовал на Изабел угнетающе. На нее повеяло знакомой
торжествующей энергетикой Бранки, и она привычно занервничала.
Не дав сопернице опомниться, Бранка пошла в наступление:
— Ты сбила Лизу. Ты хочешь избавиться от свидетельницы. Но она жива и
даст на суде показания, если Сейшас возбудит против тебя уголовное дело. Она
сама может возбудить против тебя дело, у нас есть свидетель. Поэтому ты
садишься и немедленно пишешь отказ от материнских прав и передаешь их
Эдуарде Моту.
За спиной Бранки стояла как Немезида, богиня возмездия, Лидия.
Изабел невольно вздохнула с облегчением. Она ожидала совсем других
требований. А это? Да, она теряла ключевую позицию в управлении семейством
Моту, но вместе с тем окончательно избавлялась от нежеланных хлопот. Однако
нужно было поторговаться.
— Только в обмен на отказ от судебного иска, — потребовала она.
— От Лизы, — уточнила Бранка. — Если ты откажешься от
материнских прав...
— Сейшас не сможет подать на меня в суд, — расхохоталась
Изабел. — Он подаст на Эдуарду!
— Пиши, пиши! — грозно сказала Бранка.
— Много шуму из ничего, — заявила Изабел, садясь за письменный
стол и берясь за ручку.
Они съездили потом к нотариусу и официально оформили передачу прав на
ребенка. После чего Бранка царственным жестом протянула Изабел отказ Лизы,
села вместе с Лидией в машину и укатила.
Изабел осталась одна на пыльной жаркой улице. Давно с ней такого не
случалось. Она чувствовала себя беспомощной и раздавленной. Под натиском
Бранки она села в ее машину, как заводная кукла подчинялась ей, и вот теперь
стоит посреди города без машины, без карточки, без денег. Конечно, через
пять минут она остановила такси, и экономка расплатилась с шофером. Но
противное чувство униженности осталось.
Она опять спасовала перед Бранкой, и ей уже никогда не взять реванш.
— Просто не знаю, что бы я без тебя делала, — говорила Бранка
Лидии, правя машиной. — Спасибо тебе. Без тебя бы мне этой нагрузки не
выдержать, но я чувствовала, что ты рядом со мной, и это придавало мне сил.
— Главное — крепкий тыл, я всегда это говорила, — улыбнулась
Лидия. — Еще ночью мы не знали, что будем делать, а сейчас возвращаемся
с победой. Спасибо Орестесу, если бы не он... — Лидия, как всегда, была
за справедливость.
— Да, и Орестесу, и Лизе, — подхватила Бранка. — Знаешь, мы
устроим потрясающий праздник, совсем как в былые времена, только лучше!..
Они подъехали к дому Лидии и расцеловались на прощание.
Войдя в свой дом, Бранка мечтала только об одном — отдохнуть, блаженно
вытянуться на постели. Но в гостиной ее ждал Сейшас.
— С тех пор как ты меня вызвала и мы стали общаться, мне кажется, ты
помолодела лет на двадцать. Бегаешь как молоденькая, дома никогда нет!
Бранка улыбнулась этому выговору-комплименту. Она в самом деле стала
забывать о своей немощи: столько вдруг навалилось забот и дел. А впереди их
еще больше — не до болезней!
— Но я здесь тебя жду не для того, чтобы делать комплименты. Я видел
сегодня в больнице Эдуарду, мы обо всем с ней договорились, но она боится
шантажа со стороны Изабел. Прежде чем предпринимать решительные действия, а
я их предприму непременно, я хотел бы посоветоваться с тобой. Что ты думаешь
по этому поводу? Как-никак мы начинали кампанию вместе.
Вместо ответа Бранка протянула Сейшасу заверенный у нотариуса документ.
Сейшас прочитал его и восхищенно посмотрел на Бранку.
— Преклоняюсь, — сказал он. — Юридически безупречно, об
остальном я не говорю...
— Поезжай с ним к Эдуарде, успокой ее, — попросила она. — Как
честная девушка, признаюсь тебе, что мне совсем не двадцать. Я ужасно
устала.
Сейшас поцеловал ее в щечку и вышел.
Эпилог
Счастливая Мафалда с гордостью оглядывала свой небольшой чистенький дворик,
по которому, встав из-за обильного стола, разбрелись приглашенные. Сегодня в
ее доме был большой праздник. Окрестили ее дорогого внука Луисинью, которого
она выхаживала после больницы и который уже начал понемногу ходить
самостоятельно. Но окрестили не только его, а еще и его сестренку Анжелу,
дочку Эдуарды. Крестным детишек стал Сейшас. И какое же это было для всех
счастье! Как все радовались, когда нашли такое мудрое и доброе решение.
— А потом мы отдадим их в одну школу, — предложила Эдуарда. —
Раз они так привязаны друг к другу, незачем их разлучать.
— Замечательная мысль, — присоединилась к ней и Анита.
Сейшас только кивнул. Разумеется, в свой час он позаботится об образовании
своих детей, выберет для них хорошую школу, а потом и университет.
После того как правда вышла наружу, две молодые семьи сдружились еще крепче,
приняв к себе и бесприютного Сейшаса.
Детвора мгновенно стала называть его
папа Сейшас
, а он баловал всех
пятерых, не забывая и шестого — малыша Атилиу, который тянулся к нему,
улыбаясь во весь рот, и получал очередную заводную машинку.
Дело в том, что с Сейшасом подружились не только дети, но и взрослые, и Леу
пригласил его снова юрисконсультом в фирму. Сейшас застал еще времена
расцвета фирмы Арналду, у него сохранились связи, знакомства. А главное, он
был теперь кровно заинтересован в ее процветании. Причины для этого было
две: его прошлая вина и их общее будущее.
Советовалась с Сейшасом и Милена. За эти несколько лет она все-таки сумела
осуществить свою идею и наконец организовала мастерскую по проектировке и
пошиву спецодежды: костюмов для спасателей, для участников экспедиций, для
людей, работающих в полевых условиях, в горах, на воде. Магазин при
мастерской назывался
Для настоящих мужчин
, и публика в нем была
соответствующая. С заказами ей помогал Нанду, но у нее пока не было опыта по
заключению контрактов, и поэтому она постоянно нуждалась в советах опытного
юриста. Сейшас стал ее добровольным советчиком и охотно помогал молодой
предпринимательнице налаживать взаимовыгодные отношения с клиентами.
Сейчас Сейшас играл
в лошадки
с детворой — катал ее по очереди на
закорках. Вскоре к нему присоединились Марселу и Сезар.
— Ура! Мы устроим настоящее родео! — радостно завопил
Марселинью. — Ковбоями будем мы трое, а девчонки пусть будут бычками.
Мы будем их заарканивать!
— Еще чего! — возмутилась Алисия. — Я тоже хочу заарканивать!
— Папа Атилиу! А ты не хочешь быть самым главным быком на родео? —
закричал Марселинью.
— Спасибо, сынок! В следующий раз! — отозвался Атилиу. Он не спеша
прогуливался с Эленой под руку, следуя за ней по стране воспоминаний.
— Посмотри, Атилиу, — говорила Элена, показывая на узкую скамейку
у самой стены, увитой зеленью, — вот здесь мы любили сидеть с
Виржинией, когда были маленькими. Мы всегда дружили с соседкой Мафалдой и
прибегали к ней за сластями и лаской, особенно после смерти мамы. А мы жили
вон там. — И она махнула рукой в сторону.
Атилиу повернул голову и увидел небольшой домик в глубине двора.
— А что в нем теперь? — заинтересовался он.
— Понятия не имею, — недоуменно пожала плечами Элена. —
Спроси у Мафалды. После того как отец переехал, он все оставил им.
— Замечательно! — обрадовался Атилиу. — Вот и помещение для
будущей клиники Сезара и Аниты. Я сделаю проект, переделка обойдется гораздо
дешевле, чем строительство. Сезар сможет купить более совершенное
оборудование, да и времени пойдет на переделку гораздо меньше. Думаю, месяца
через три они могут приступить к работе. Для начала большое помещение им не
нужно, так ведь, дорогая? Как ты думаешь?
— Думаю, что ты прав, как всегда. — Элена одарила мужа лучистым
взглядом своих темных глубоких глаз, и Атилиу с нежностью поцеловал ее.
— Ну так пойдем обрадуем Сезара, поговорим с Мафалдой и посмотрим, что
делается в вашем бывшем домике.
Атилиу с присущей ему энергией уже готов был приняться за проект, не теряя
ни минуты.
Элена рассмеялась.
— Может, повременим чуть-чуть? — спросила она.
— Ну разве что чуть-чуть, — согласился Атилиу, слыша радостные
вопли
ковбоев
.
Они уселись на скамейку у стены.
— В юности мы делились на ней секретами, — продолжала вспоминать
Элена, — а когда я разошлась с Орестесом и жила некоторое время у отца,
здесь играла Эдуарда с Сезаром.
— Не поставить ли здесь мемориальную доску? — шутливо спросил
Атилиу.
— Прекрасная идея! — отозвалась Элена. — Многим из нас
памятна эта скамья — Орестесу, Аните...
— Раз Сезар занят, пойдем порадуем Аниту идеей насчет помещения, —
предложил Атилиу, ему не терпелось узнать мнение своих молодых друзей.
Анита, Милена, Эдуарда хлопотали вокруг Сандры, наряжая ее, — она
должна была выдавать призы за родео.
— Не забудьте призы! — воскликнула Эдуарда, и Анита побежала к
Мафалде за призами — это могло быть только ее несравненное печенье в виде
всевозможных зверушек, которого она напекла целую гору.
— Атилиу! Давай будем говорить о делах завтра! — потянула мужа за
рукав Элена.
— Ладно! — со вздохом согласился он. А на лавочку уже уселись
Бранка и Лидия, им тоже нужно было посекретничать.
— Ты сейчас просто умрешь со смеху, — говорила полушепотом
Бранка, — я тебе скажу такое!
— Ну-ка, ну-ка, — наклоняла к ней ухо Лидия.
— Сейшас всерьез за мной ухаживает и дает мне понять, что у него самые
серьезные намерения. — Бранка от души расхохоталась.
— Поздравляю! Мне кажется, он вполне достойный кандидат, — вместо
того чтобы тоже расхохотаться, сказала Лидия.
— Да брось ты! Как дама я давно подала в отставку! — отмахнулась
Бранка.
— Какие наши годы! — шутливо возмутилась Лидия. — Да мы с
тобой любой молодежи сто очков форы дадим!
— Ну не говори! Возраст у нас опасный. Вот Изабел моложе нас, а...
— Что с ней? Я ничего не знаю.
— Рак. Сказали, дни сочтены. Лежит одна-одинешенька в клинике, желтая,
высохшая — мумия да и только. Я тут ее навестила по старой памяти, так она
чуть не расплакалась, так была растрогана.
— Я тоже схожу ее навещу, — решила Лидия. — Какая бы она ни
была, а умирать ей в одиночестве страшно.
Тут прибежал Марселинью звать их на вручение призов. Улыбнувшись, обе
поднялись с лавочки.
— Господи! До чего же у нас стала большая семья, — сказала с
удовлетворением Бранка, оглядывая взрослых, что расселись в качестве публики
на церемонии вручения призов. — Катарина еще больше похорошела с тех
пор, как стала работать визажисткой. А у Леу того и гляди брюшко появится от
сидячей жизни! Эх, нет с ним рядом матери, чтобы его растрясти как следует!
Мег и Тражану были только в церкви, у них сейчас самое хлопотное время —
последние дни перед свадьбой. Выдают замуж Наталью за Родригу. Поэтому и
Виржинии нет. Они с Натальей поехали квартиру смотреть. Парочка вышла что
надо! Наталья повзрослела, стала серьезной. Окончила колледж, стала
преподавателем. А Родригу, заимев практику в качестве юриста, повеселел и
перестал быть занудой. Теперь Виржинии осталось только Жулию пристроить, а
там и сама может замуж выходить за своего неизменного поклонника.
Бранка покрутила головой, ища Сирлею и Педру. Уж насколько она когда-то не
любила эту парочку, но прошли годы, она и с ними примирилась. Ведь кто, как
не Сирлея, задает теперь балы и праздники, держит открытый дом для своего
мужа-коммерсанта, а заодно и для всех своих родственников? И опытом Бранки
не пренебрегает. Бранка для нее — царь и бог, без ее совета ни одно
празднество не обходится. И надо сказать, они с Сирлеей не ударили пока
лицом в грязь, их праздники по-прежнему лучшие в Рио. Так по крайней мере
считала Бранка. Наконец она увидела, где сидит Сирлея, и послала ей
воздушный поцелуй.
Лучшим наездником оказался Луисинью, а лучшим
конем
— Сейшас.
— Старый конь борозды не портит, — прошептала Лидия Бранке,
заметив, как молодцевато поглядывает Первый призер на подругу. — Я бы
на твоем месте подумала.
— Я думаю, нам нужно с тобой пойти и поставить свечку, да потолще, Деве
Марии. И еще как следует поблагодарить гадалку. Что ни говори, а она нам
очень помогла!
Поздно вечером, перемыв с Мафалдой всю посуду и собираясь идти спать, Анита
вдруг побледнела, почувствовав головокружение и тошноту. Больше сомнений не
было! Она смело могла сказать Сезару о той радостной новости, которую вот
уже несколько недель таила в себе.
— Помогла? Последняя методика, которую ты пробовала, помогла? —
стал спрашивать радостный Сезар.
— Помогла любовь, Сезар. Только любви подвластно все, и только она
помогла нам превозмочь все, что мы натворили во имя любви, — ответила
мужу счастливая Анита.
Закладка в соц.сетях
