Жанр: Любовные романы
Темная лошадка
... пялился на женщину, которую когда-то сделал
своей женой, будто раздумывая, уместно ли прямо сейчас расторгнуть эту
сделку.
— Я предупреждал, что это только расстроит тебя, — сказал он
наконец.
Кристал опустилась в кресло, согнувшись пополам, как тряпичная кукла, и
закрыла лицо руками. Розовая юбка задралась, наполовину обнажая бедра.
Лэндри отвернулся от нее, шагнул к Брюсу и вполголоса произнес:
— Если б вы буквально на три секунды могли вылезти вон из вашей гнусной
шкуры, немного фальшивого сочувствия было бы сейчас очень кстати.
Сибрайт имел наглость оскорбиться.
— Я вам тут не козел отпущения! Эрин сейчас была бы дома, если б не эта
сыщица, которая сует нос, куда не просят. Я сам разобрался бы. Они бы ее
отпустили. Поняли бы, что я не поддамся на их угрозы, и отпустили бы.
— Ты ее ненавидишь! — взвизгнула Кристал. — Ты хочешь ее
смерти! Ты предпочел бы вообще никогда ее не видеть!
— И ты туда же?! — заорал в ответ муж. — Она всего лишь
паршивый кусочек дерьма, какой была и ты, пока я тебя не нашел! Но это не
значит, что я хочу ее смерти!
— Все, хватит! — крикнул Лэндри, шагнув к Сибрайту. — Вон
отсюда!
— Я дал тебе такую жизнь, о какой ты не могла и мечтать! — не
обращая внимания, продолжал Сибрайт. — И ты не хотела, чтоб Эрин туда
лезла. Ты сама вышвырнула ее из дома.
— Я боялась! — заплакала Кристал. — Боялась...
— Вон! — повторил Лэндри и, схватив Сибрайта за грудки, вытолкал
его в коридор. Дуган последовал за ними.
— Я подаю в суд! — орал Сибрайт.
Лэндри посмотрел на него как на умалишенного:
— Что?
— Я хочу, чтобы эта женщина предстала перед судом!
— Ваша жена?
— Эстес! Если б не она, ничего этого не случилось бы!
Дуган поднял глаза на Лэндри:
— О чем это он?
Лэндри не отреагировал, продолжая наступать на Сибрайта.
— Вашу падчерицу похитили. И Эстес здесь ни при чем.
Сибрайт потряс пальцем у него перед носом.
— Я хочу видеть ее лицензию. И я сейчас позвоню своему адвокату. Я
вообще не хотел, чтобы вы в это лезли, и вот что получилось. Я подаю в суд!
На ваш отдел и на Елену Эстес!
Лэндри снова схватил его за грудки.
— Хорошенько подумай, прежде чем разбрасываться угрозами, засранец
жирный! Я найду, чем привязать тебя к похищению, и тогда посмотрим, как ты
запоешь!
— Лэндри! — Дуган грубо тряхнул его за плечо.
Лэндри нехотя отступил в сторону, не сводя с Сибрайта злобного взгляда.
— Спросите его, что имела в виду Эрин, — пробормотал он. —
Спросите, что она имела в виду, когда говорила, что просила его помочь.
Когда просила? Почему мы об этом не знаем? Мне нужен ордер на обыск дома и
служебного кабинета этого подонка. Если он скрывает улики, то пусть сгниет в
тюрьме!
— Прогуляйтесь пока, детектив Лэндри, — велел Дуган.
Лэндри прошел по коридору к себе в отдел и достал из ящика с карандашами
припрятанную пачку
Мальборо
. Вообще-то курить он бросил, но бывают
исключительные обстоятельства, как сейчас, например. Вытащив сигарету, он
взял зажигалку и вышел на улицу, чтобы немного успокоиться.
Его трясло. Хотелось вернуться и избить Брюса Сибрайта до бесчувствия. Сукин
сын!
Лэндри готов был спорить на свою зарплату, что где-то у Сибрайта спрятана
еще одна кассета с записью. Там, где Эрин просит о помощи. А Брюс
Сибрайт так ни хрена и не помог.
Но ведь не за это же Эрин наказывали? Они знали, что в дело вмешалась
полиция еще до того, как договорились о передаче выкупа.
Откуда? Возможно, Джейд или Ван Зандт догадались, что Эрин не та, за кого
себя выдает. Или похитители поставили в доме подслушивающие устройства, но
это как-то слишком. Все-таки не мультимиллиардера выслеживают.
Либо у преступников есть свой внутренний информатор. Например, сын Сибрайта.
Или сам Сибрайт. Ведь он явно собирался придерживать всю информацию, пока
девушку не найдут убитой — если вообще найдут. А тогда наплел бы жене, как
старался, жертвовал собой, делал все, что было в его силах. Увы, ничего не
вышло, но какого черта?! Эрин все равно без белой дряни не прожила бы.
Сигарета кончилась. Лэндри бросил окурок на тротуар, затоптал, потом поднял
и выбросил в урну.
А Дон Джейд как сюда вписывается?
Эстес говорила: Сибрайт продал Трею Хьюзу землю, а Джейд у Трея Хьюза
работает. Брюс устроил Эрин на работу к Джейду через Хьюза. Лучше б девушке
было просто убежать из дому и жить в Майами на улице.
Все ниточки сходятся к Джейду
, — сказала Эстес в самом начале. Но это
не совсем так. Все ниточки сходятся к Трею Хьюзу.
Лэндри достал из кармана мобильный телефон и набрал номер Дуайра, который
был приставлен следить за Джейдом.
— Где он?
— Обедает в
Паста Микеле
. Фирменные блюда этого вечера: паста с
анчоусами и ризотто с дарами моря.
— Кто с ним?
— Какая-то цыпочка с огромными фальшивыми сиськами и рыжей шевелюрой.
Взять его?
— Нет.
— А что на передаче выкупа?
— Подстава. Они знали, что мы тоже придем.
— Откуда?
— Есть у меня одна догадка... Где федералы, не знаешь?
— Следят за Ван Зандтом. Говорят, из дому не выходил.
Мерседес
так и
стоит у крыльца.
— А машина этой Карлтон где?
— Меня не спрашивай. Я делаю
свою работу.
— Ладно, делай.
Лэндри пожалел, что не захватил сразу две сигареты, но тут на улицу вышел
Брюс Сибрайт, а следом за ним — Дуган. Сибрайт направился на стоянку, к
своему
Ягуару
, сел за руль и укатил. Жены его на пассажирском сиденье не
наблюдалось. Дуган развернулся и пошел по тротуару к Лэндри.
— Мне пора, — сказал Лэндри в трубку и захлопнул откидной
микрофон.
— Что вы знаете об Елене Эстес? — спросил Дуган.
— Она раньше работала по наркотикам.
— А что вы знаете о ней как о частном детективе?
— Знаю, что она этим не занимается.
— Почему Сибрайт думает иначе?
Лэндри пожал плечами.
— А почему он вообще думает? Он мерзавец и подлец. По его мнению,
удачная мысль — отдать восемнадцатилетнюю девушку в руки извращенцам, чтобы
они могли пороть ее плеткой.
— Что вы знаете об Эстес в связи с нашим расследованием? — спросил
Дуган с каменным от бешенства лицом.
— Я знаю, что расследования не было бы, если бы она не пришла ко мне в
кабинет и не сообщила, что происходит, — ответил Лэндри.
— Значит, она участвует?
— У нас свободная страна.
— Не настолько, — отрезал Дуган. — Давайте ее сюда.
37
Мне вдруг стало понятно, зачем жить в пригороде Локсахэтчи. Тихо, уединенно,
в стороне от основной массы лошадников — для тайных дел лучшего места не
найти.
Как видно, в своей конюшне Дон Джейд не единственный, кто в целях личной
выгоды играет в постельные игры. Если Трей Хьюз приходил в этот дом не
только обсудить, как его лошадь в этот день вела себя на ринге, значит,
Пэрис Монтгомери трахнула самого влиятельного из покровителей Джейда. Причем
со злостным умыслом.
А может, Джейд обо всем знает? И Пэрис действовала с его благословения?
Может, такова его политика, чтобы удержать внимание Трея?
Нутром я чуяла, что нет. Никаких косвенных проявлений симпатии между Треем и
Пэрис я ни разу не заметила. Их общение в конюшне никак не выходило за рамки
обычного взаимодействия тренера с клиентом. Может быть, Трей принципиально
не смешивает свою личную жизнь с работой? Когда у него был роман с женой
Майкла Берна, это явно не обеспечило Майклу работы в шикарной новой конюшне.
Да, если на то пошло, и Стелла Берн ничего с этого не получила.
Интересно, как долго тянулся их роман. Хьюз перевел своих коней к Джейду уже
девять месяцев тому назад, то есть лето они должны были провести в его
конюшне в Хэмптонс. Трей, скорее всего, проводил там лето, вкушал радости
общения. Там-то, вероятно, и проскочила между ними искра.
Прокручивая в уме эти мысли, я доехала до Уэллингтона и завернула на Сэг-Харбор-
корт.
Мерседес
, выданный Треем Хьюзом в пользование Ван Зандту, стоял у крыльца.
На уличной стоянке напротив сидели в черном
Форде Таурус
двое молодчиков в
рубашках и при галстуках.
Федералы.
Я припарковалась в паре метров от них и подошла к машине спереди. Парень за
рулем открыл свое окошко.
— Эй, ребята, — сказала я, — я видела его сегодня утром в темно-
синем
Шевроле Малибу
.
Водитель уставился на меня профессионально-полицейским взглядом.
— Прошу прощения?
— Я имею в виду Томаса Ван Зандта. Вы ведь у него на хвосте должны
сидеть, верно?
Они переглянулись и снова вылупились на меня.
— Мэм, кто вы? — спросил водитель.
— Когда-то я была другом этому паршивцу Армеджану. Вы ему передайте,
что я так сказала.
Я пошла прочь, а эти двое кретинов так и остались сидеть и следить за
машиной, которая, видимо, так за весь день и не тронулась с места.
Томас Ван Зандт — свободный человек.
До встречи... Я вернулась в свою машину и поехала домой. Ждать.
Никаких признаков постороннего вторжения в поместье Шона я не заметила.
Разумеется, кода замка на воротах он Ван Зандту не давал, но я все равно
была настороже и, решив заглянуть к лошадям, на всякий случай достала из-за
пояса пистолет. У каждой лошади я останавливалась, чтобы приласкать, и
чувствовала, как шаг за шагом напряжение отпускает меня. Оливер захотел
сжевать пистолет. Фелики при виде меня настрожила уши, чтобы показать, кто
тут племенная кобыла, и потянулась за угощением. Д'Артаньян хотел только,
чтобы ему почесали шею.
Выполняя его желание, я думала об Эрин Сибрайт, о том, как она смеялась на
той пленке, что обнаружилась у Ван Зандта в спальне.
Позвонить бы Лэндри, узнать, как прошла передача выкупа... Но лучше не надо.
Он мне не друг, не доверенное лицо. И моей жажды знаний не оценит. Надеюсь,
хоть Молли позвонит, но и она явно не будет первой, кто услышит новости.
Сначала независимо от исхода операции будет разбор полетов в полиции. И за
это время никому и в голову не придет дать Молли знать, как там ее сестра.
Делать нечего, надо ждать
, — подумала я, и в следующее мгновение на
дорожке мигнули фары.
Это не Шон. Когда Шон возвращается домой, я никогда не вижу света его фар,
потому что он сразу заворачивает к дальнему углу главного дома, в гараж.
Может, Ирина?
А может, и нет...
Я выключила лампу и выглянула в окно. Луч прожектора у конюшни не доставал
до машины, но, когда водитель вылез и направился к дому, по походке я
поняла, что это Лэндри.
Сердце у меня забилось быстрее. Наверняка он с новостями. Хорошими ли,
плохими ли, но новостями. Я пошла к нему навстречу и первой поднялась на
крыльцо. Увидев меня, он остановился и поднял руки, не сводя глаз с
пистолета, который я так и держала в руке.
— Не убивайте гонца.
— Плохие вести?
— Да.
— Она мертва?
— Непонятно.
Я привалилась к дверному косяку, чувствуя одновременно облегчение и дурноту.
— Что случилось?
Он рассказал о передаче денег, о магнитофоне, подключенном к таймеру, о
видеозаписи избиения Эрин.
— Боже мой, — пробормотала я, растирая ладонями лицо.
Чувствительность сохранялась только с одной стороны, но сейчас лучше бы все
онемело. — Боже мой. Бедная девочка.
Ты нарушил правила. Девчонка за все заплатит. Нарушить правила придумала я. Всю свою жизнь нарушала правила, никогда не
осторожничала. Так ничему меня жизнь и не научила. А расплачивается теперь
Эрин Сибрайт.
Надо было вести себя иначе! Если б я не была так бесцеремонна с Брюсом
Сибрайтом, если б не настояла на привлечении к делу полиции...
Если бы я была не я. Если бы Молли обратилась к кому-нибудь другому.
— Эстес, не казните себя, — негромко сказал Лэндри.
Я усмехнулась.
— Я мало что умею делать так же хорошо.
— Ничего подобного, — пробормотал он.
Он стоял слишком близко ко мне. Наши тени перекрещивались на пороге, в пятне
падающего из входной двери света. Будь я другой, наверное, в этот момент
прижалась бы к нему. Но я даже не могла вспомнить, когда в последний раз
показывала кому-либо свою незащищенность. Да и не знала, как это делается.
И Лэндри я не доверяла, ждала подвоха.
— Не все зависит от вас, — услышала я. — Иногда просто
получается так, как получается.
Те же самые слова я говорила ему сутки назад.
— Любое мое слово может быть и будет обращено против меня?
— Лишь бы помогло.
— А вам помогло?
Он покачал головой.
— Нет. Но слышать было приятно.
— Спасибо.
— На здоровье.
Мы обменялись слишком долгим взглядом, потом Лэндри почесал в затылке и
посмотрел мимо меня, в глубь дома.
— Виски не угостите? Денек был тот еще.
— Конечно.
Он подошел к бару, плеснул в стакан на два пальца виски розлива моего года
рождения и пригубил. Я наблюдала за ним, сидя на подлокотнике кресла.
— Где был Джейд во время передачи денег?
— Встречался с родителями Джилл Морон в Уэст-Палм. Они сегодня днем
прилетели из Батрэка, штат Вирджиния, и потребовали, чтобы он лично увиделся
с ними.
— А Ван Зандт?
Лэндри покачал головой, сжал зубы.
— Кстати, привет вам от вашего друга из ФБР.
— От Армеджана? Он мне не друг. Может, вам? А где вы его видели?
— Вдруг свалился нам на голову,
чтобы помочь советом
. Его люди следят
за Ван Зандтом.
— За машиной у крыльца они следят. А Ван Зандт сегодня утром приезжал ко мне на
Шевроле
.
Лэндри пронзительно взглянул на меня.
— Что он здесь делал?
— Думаю, решил меня припугнуть.
— Он знает, что вчера ночью у него дома были вы?
— Да. По-моему, да.
— Не нравится мне это.
— А уж мне-то...
Лэндри отхлебнул виски, помолчал.
— Гм... на передаче денег его не было. Это мы точно знаем.
— Это не значит, что он не имеет отношения к похищению. Да и Джейд,
если уж на то пошло. Затем и оставили вместо себя таймер с магнитофоном,
чтобы на время встречи обеспечить себе железное алиби. Откуда-то они знали,
что вы там будете. И вовсе не собирались являться туда — с Эрин или без нее.
— Все равно нам надо было это провернуть.
— Конечно, — согласилась я. — Только я очень боюсь за Эрин.
Они знают, что денег не получат. Чего тогда они добьются, сохраняя ей жизнь?
Зачем она им?
— Для развлечений и игр с арапником, — буркнул Лэндри и,
уставившись в пол, помотал головой. — Господи, видели бы вы, что он с
нею выделывал! Если б он так же лупил лошадей, его давно посадили бы за
жестокое обращение с животными.
— Джейд? — уточнила я. — Вы, очевидно, знаете о нем что-то
такое, чего не знаю я, но я всерьез сомневаюсь, тот ли это человек.
— Вы ведь сами говорили, что все ниточки ведут к нему.
— В каком-то смысле да. Но в чем-то не сходится. С Треем Хьюзом он
завязан исключительно по делу: тот берет его на работу в новую конюшню,
покупает для него дорогих лошадей. Зачем бы ему рисковать всем этим и
совершать такое бесчинство — похищать Эрин?
— Эрин что-то знала о том коне, которого он убил.
— Тогда почему просто не убрать ее? — спросила я. — Мы ведь в
Южной Флориде. Ничего нет проще, чем избавиться от тела. Зачем эти никому не
нужные навороты с похищением?
Лэндри пожал плечами:
— Потому что он псих. Думает, будто может все.
— Я согласилась бы с таким объяснением, если бы речь шла о Ван Зандте.
Но Джейд, мне кажется, не станет рисковать всем ради самоутверждения. Да и
связываться с таким распутником, как Ван Зандт, — тоже.
Лэндри сделал еще глоток виски.
Прикидывает, делиться со мною информацией
или нет
, — поняла я.
— Один звонок из вашего списка входящих на домашний телефон Сибрайта
был сделан с мобильного телефона без абонентской платы. Мы установили, что
он был продан в магазине
Радио Шека
в Ройял-Палм-Бич. По фотографии
продавцы не опознали Джейда, но один из них припоминает, что говорил по
телефону с человеком по имени Джейд. Тот расспрашивал его про модели
телефонов и попросил отложить для него один.
— Глупость какая! Зачем ему называться настоящим именем? —
усомнилась я.
Лэндри опять пожал плечами.
— Может, решил, что одноразовую трубку не вычислят, а потому неважно, с
кем он говорит.
Я встала и прошлась по комнате, качая головой.
— Если бы Дон Джейд был идиотом, он в жизни не добился бы того, что
имеет. Нет, тут что-то не так. Не сходится.
Лэндри нахмурился.
— Это одна из наших версий, и оставлять ее без внимания я не намерен.
Вы не хуже меня знаете: преступники иногда прокалываются. Теряют
бдительность. Совершают ошибки.
— Ага. Только, может, кто-то совершил эту
ошибку
за него?
— Вы думаете, кто-то пытается его подставить?
— По-моему, похоже на то. Джейд в этом деле теряет больше, чем
выигрывает.
— Но он уже так поступал — гибель лошади, обман страховой компании...
— Тогда было другое дело...
— Горбатого могила исправит.
— Слушайте, — сказала я, — защищать его я не собираюсь.
Просто думаю, что, кроме Дона Джейда, в этом бункере полно гнилых яблок.
Что, интересно, вам сказал Майкл Берн о своем местонахождении в ночь
убийства Джилл Морон?
— Был в
Игроках
, где назначил встречу с клиентом, но клиент не
появлялся. Берн вышел в общий зал позвонить ему и стал свидетелем скандала
между Джейдом и девушкой.
— А потом?
— Вернулся домой и провел остаток вечера с женой.
— Ах, да! — я закатила глаза. — Миссис Алиби!
— Что-что? — раздраженно переспросил Лэндри. — По-вашему,
Берн все это выдумал? Зачем?
— Этого я не говорила. Знаю только, что Майкл Берн ненавидит Джейда
люто, он жаждет крови, причем буквально. Берн многое потерял, когда Трей
Хьюз от него отказался. Он — сама злоба. Вполне мог убить того коня.
Возможно, он думает, что, убрав с дороги Джейда, снова заполучит Хьюза. А
если даже и нет, доставит себе удовольствие, сломав Джейду жизнь.
— А Ван Зандт каким образом связан с Берном? Вы ведь все еще
верите, что Джилл убил он, верно?
— Да, но, может, он и не связан с Берном. Вероятно, Джилл он убил, но
иных мотивов, кроме секса, у него не было, — ответила я. — А
может, они с Берном партнеры. Или с Пэрис Монтгомери — она, кстати, спит с
Треем Хьюзом. Но в его партнерство с Доном Джейдом я не верю. И потом, есть
еще Трей Хьюз. Весь этот кошмар разворачивается вокруг него.
— Господи, ну и бардак! — пробормотал Лэндри. Он уже допил виски и
поставил пустой стакан на кофейный столик. — На вашем месте я ни о чем
таком не заикался бы при лейтенанте Дугане.
— А зачем мне?
У Лэндри запищал пейджер. Он взглянул на дисплей, потом на меня.
— Потому что он вызывает вас к себе. Немедленно.
Когда мы входили, Лэндри придержал передо мной дверь. Мне не хватило
воспитания поблагодарить его — все мои мысли были о предстоящей беседе.
Нужно было войти с готовой стратегией, не то Дуган с Армеджаном выставят
меня из расследования под зад коленом.
Они ждали в кабинете лейтенанта: Дуган, Армеджан, Вайс. Когда я вошла, Вайс
поднял на меня взгляд — профессионально-безразличный, с громоздящимися за
этим безразличием эверестами гнева. Я проигнорировала его и сразу
направилась к Дугану — посмотрела прямо в глаза и протянула руку.
— Здравствуйте, лейтенант. Я — Елена Эстес. Хотела бы сказать, что
рада, но, уверена, радоваться нечему. — Я обернулась к
Армеджану. — Уэйн, спасибо за информацию по Ван Зандту. Конечно, вся
правда была бы полезнее, но какого черта? Все равно Джилл Морон никто не
любил.
Круглая физиономия Армеджана побагровела.
— Я не могу выдавать полную информацию гражданскому лицу!
— Разумеется. Понимаю. Потому-то вы и позвонили напрямую лейтенанту
Дугану, да? Чтобы он на всякий случай приставил кого-нибудь к
подозреваемому?
— У нас не было оснований полагать, что Ван Зандт представлял для кого-
либо непосредственную опасность, — начал оправдываться Армеджан. —
Меня не поставили в известность о похищении этой Сибрайт...
— Уверена, для родных Джилл Морон это большое утешение.
— Ваша забота о родных весьма трогательна, мисс Эстес, — вмешался
Дуган. — И просто удивительна, принимая во внимание, как вы обошлись с
Сибрайтами.
— С должным уважением.
— Не в отношении Брюса Сибрайта.
— Он не заслуживает никакого, как вы, вероятно, уже поняли сами. Честно
говоря, у меня нет уверенности, что он не замешан в похищении.
— Мисс Эстес, ваши домыслы меня не интересуют, — отрезал Дуган.
— Тогда почему я здесь?
— Сибрайты собираются подавать на вас в суд. Похоже, вы ввели их в
заблуждение.
— Неправда.
— Вы не частный детектив, — продолжал Дуган.
— Я никогда никому так не представлялась. Сибрайты сделали ошибочный
вывод.
— Не заговаривайте мне зубы. Если хотите играть в словесные игры, идите
в адвокаты.
— Спасибо за ценный совет.
— Жаль, что она не приняла его к сведению до того, как подставила
одного из наших под пулю, — процедил за моей спиной Вайс.
Я не сводила глаз с Дугана.
— Я занялась этим делом, пытаясь помочь девчушке, убежденной, что ее
сестра попала в беду. Когда никто — включая присутствующих — ей не поверил.
Это моя единственная цель, лейтенант. Если она почему-либо напугала Брюса
Сибрайта, вы, вероятно, захотите детально разобраться, почему.
— Мы взяли это под контроль, — сказал Дуган. — А вас я
попрошу выйти из игры. Немедленно.
Я окинула взглядом комнату.
— Постойте, я что-то прослушала? Меня разве снова взяли сюда на работу?
Потому что, если нет, то, по моему глубокому убеждению, вы не имеете права
диктовать мне, что делать, куда идти, с кем разговаривать. Я — частное лицо.
— Вы мешаете официальному расследованию.
— Если б не я, никакого расследования не было бы.
— Я не могу позволить, чтобы частное лицо вламывалось в чужие квартиры,
подбрасывало улики...
— Проникновение в чужую квартиру — преступление, — перебила
я. — Если у вас есть доказательства, что я совершила преступление, меня
следует арестовать.
— Только прикажите, лейтенант, — встрял Вайс. — Почту за
честь.
— Елена, Ван Зандтом теперь занимаемся мы, — мягко сказал Армеджан. — Полиция и ФБР.
Мне вдруг стало скучно.
— Угу. Классно занимаетесь. Сегодня утром он пришел ко мне домой и
угрожал мне. Где вы были в это время, Уэйн? И еще знаете что? Спорю на сто
долларов: вам неизвестно, где он сейчас. Или я ошибаюсь?
Он не ответил, но выражение его лица было достаточно красноречивым.
— Мисс Эстес, Сибрайты требуют, чтобы их оградили от вас, —
сообщил Дуган. — Если вы окажетесь рядом с ними, с их домом либо с
местом работы мистера Сибрайта, мы будем вынуждены вас задержать.
Я пожала плечами.
— Чтобы сообщить об этом, вы могли бы послать ко мне своего помощника.
Лейтенант, если только вы не хотите действительно поговорить со мною о деле,
то отнимаете у меня время.
Дуган поднял бровь.
— У вас какие-то срочные дела?
Я достала мобильный из кармана куртки, нашла нужный номер, нажала клавишу
вызова и, не сводя глаз с лейтенанта, дождалась ответа.
— Ван Зандт? Это Элль. Извините, что утром сбежала от вас. Особенно
после того, как вы потратили столько времени, чтобы поорать на меня и
внушить, что я на велосипеде-то не умею держатьс
...Закладка в соц.сетях
