Темная лошадка

страница №29

......
— Елена!
Он ринулся к прицепу, но волна жара отбросила его назад.
Если она внутри, она уже мертва.
Давясь кашлем, я побежала от огня к двери во вторую комнату. Пламя уже
охватило стену. Я слышала, как пахнет растворителем от моей рубахи. Одна
искра — и я превращусь в живой факел.
Второй выход находился в дальнем углу комнаты. За густым дымом я едва его
различала. Бросилась туда, натыкаясь на стулья, с размаху налетела на дверь,
рванула рукоятку, налегла... Заперто. Крутанула собачку замка, попробовала
снова. Заперто снаружи. Дверь не открывалась.
Огонь волной ворвался в комнату, растекся по полу и начал лизать стены.
Сунув пистолет за пояс джинсов, я сбросила с треноги на кровать видеокамеру,
схватила треногу, точно бейсбольную биту, и с размаху засветила в окно, где
на пыльном стекле рукой Эрин было написано ПОМОГИТЕ. Один раз. Еще. Стекло
треснуло, но крепко сидело в раме.
Я изо всех сил била в стекло концом треноги, хоть и боялась, что от притока
свежего воздуха пламя взметнется еще выше. Кожа моя обуглится, легкие
растают, и если я не умру сразу, то горько о том пожалею.
Вал огня приближался, это было похоже на преисподнюю.
Только-только мне показалось, что я на пути к освобождению...
В отчаянии я из последних сил размахнулась и ударила треногой по стеклу.
— Елена! — орал Лэндри.
Он сделал еще одну попытку подобраться к прицепу, но там внутри что-то
взорвалось, и воздушная волна швырнула его наземь. Пламя вырывалось из
разбитых окон вместе с облаками рыжего дыма. Вдали выли сирены патрульных
машин. Увы, поздно.
Измученный, больной от отчаяния, он, шатаясь, поднялся на ноги и стоял, не в
силах что-либо сделать, без единой мысли в голове.
Сначала я решила, что это Чед стоит во дворе, любуясь на дело своих рук, вне
себя от счастья, что покончил со мной. Но вот он шагнул ко мне, окликнул по
имени, и я поняла, что вижу Лэндри.
Прижимая к груди видеокамеру, я сделала несколько неверных шагов ему
навстречу на ватных, обессилевших от усталости и облегчения ногах.
— Елена!
Он схватил меня за плечи и потащил за собой, прочь от полыхающего прицепа к
внутреннему дворику дома Пэрис Монтгомери.
— Боже правый! — выдохнул он, усаживая меня в кресло и ощупывая
трясущимися руками. — Я думал, ты там, внутри.
— Там я и была, — ответила я и закашляла. — Пожар устроил Чед
Сибрайт. Он заодно с Пэрис и Эрин все это закрутил. Ты его поймал? Поймал?
Лэндри покачал головой.
— В доме никого, кроме собаки.
Действительно, джек-рассел-терьер прыгал за дверью, как мячик, и
безостановочно лаял.
Перед домом взвыли сирены. От гаража уже бежал к нам помощник шерифа. Лэндри
встал, достал свой значок и пошел ему навстречу. Я сидела в кресле,
выкашливая дым из легких, и смотрела, как он идет к дому. Помощник шерифа
кивнул и опустил пистолет.
— Ты не ранена? — спросил Лэндри, вернувшись, и снова сел передо
мной на корточки.
— Вот, палец сломала, — сказала я, показывая ему правую
руку. — Ничего, бывало и похуже.
Он бережно взял мою руку, взглянул на палец.
— Торопыга безголовая... Почему меня не дождалась?
— Пока я тебя ждала бы, Чед спалил бы все дотла.
— Только тебя там не было бы! — отрезал Лэндри, вставая, и зашагал
передо мной, стараясь успокоиться. — Елена, тебе вообще нельзя было
туда соваться! Ты могла скомпрометировать вещдоки...
— А иначе мы остались бы совсем ни с чем! — заорала я в ответ,
тоже вскочив.
— Мы? — грозно переспросил он, шагнув ко мне.
Я стояла насмерть.
— Расследование мое. Это я подключила тебя. Поэтому — да, мы. И даже не
думай опять отстранить меня, Лэндри! Я взялась за это ради Молли, и если
окажется, что ее сестра сознательно участвовала в собственном похищении, я
удавлю Эрин Сибрайт вот этими самыми руками. А потом, пожалуйста, сажай меня
в тюрьму, и ближайшие двадцать пять лет я не буду путаться у тебя под
ногами.
— Ты чуть навсегда не перестала путаться у меня под ногами! —
завопил он, тыча пальцем в горящий прицеп. — Думаешь, я этого хотел?
— Этого хотят все в полиции округа!
— Нет! — крикнул он. — Нет! Я — не все. Посмотри на меня. Я
хотел не этого.
Мы стояли нос к носу. Я злобно уставилась на него. Он неотрывно смотрел мне
в глаза, и выражение его лица медленно, очень медленно смягчалось.

— Нет, — шепнул он. — Нет, Елена. Я не хочу, чтобы ты
исчезала из моей жизни.
И я не нашлась что ответить, хотя это для меня редкость.
— Ты меня до смерти напугала, — негромко добавил Лэндри.
И ты меня тоже, — подумала я. — Только не раньше, а сию минуту.
Прибыли пожарные машины из Локсахэтчи, и первый грузовик уже заруливал во
двор. Я равнодушно, как в кино, наблюдала, как из машины один за другим
сыплются пожарники, и только потом заметила, что мои руки все еще сжимают
видеокамеру. Я протянула ее Лэндри.
— Вот, возьми. Там наверняка отпечатки пальцев.
— Здесь ее и держали? — обернувшись к прицепу, спросил он.
— Да. Чед сказал, что Эрин сначала тоже принимала участие в заговоре,
но потом Пэрис ее подставила. Одного не пойму: если Пэрис на нее ополчилась,
почему же Эрин жива? Она же — самый опасный свидетель.
— По-моему, это лучше спросить у Пэрис, — ответил Лэндри. — И
у Эрин. Ты знаешь, какая у Пэрис машина?
— Темно-зеленая Инфинити. А у Чеда черная Тойота, пикап. Он, может
быть, лишился глаза. Наверное, в больницу поехал.
Лэндри поднял бровь.
— Ты выбила ему глаз?
Я пожала плечами и отвернулась. Жуткая картина была еще свежа в памяти.
— Ну, Эстес, ты и крутая!
Уверена, в ту минуту вид у меня был отнюдь не крутой. На плечи тяжким грузом
давила готовая открыться истина. Адреналиновая горячка смертельной опасности
уже прошла.
— Пойди сюда, — позвал Лэндри.
Я посмотрела на него. Он коснулся рукой моего лица — справа, с той стороны,
которая не потеряла чувствительность. И я почувствовала его прикосновение —
глубоко, до самого сердца.
— Я рад, что ты не погибла, — пробормотал Лэндри.
И, по-моему, он имел в виду не сегодняшний день, не пожар в вагончике.
— Я тоже, — ответила я, кладя голову ему на плечо. — Я тоже.

52

Дуган объявил Пэрис Монтгомери и Чеда Сибрайта в общий розыск. Вся дорожная
инспекция округа и штата будет искать зеленую Инфинити и черный пикап
Тойота. Отдельное уведомление было отправлено службе береговой охраны и
аэропортам Уэст-Палм-Бич и Форт-Лаудердейл, а также всем мелким аэропортам в
округе.
Одна из причин, по которой через Южную Флориду всегда шли пути
наркоторговцев, — здесь очень много входов и выходов, в том числе через
границу, в другую страну. Я знала, что у Пэрис Монтгомери обширные связи в
мире лошадников, у нее много влиятельных и богатых знакомых, владельцев
личных самолетов и яхт.
И один из этих знакомых как раз сегодня ночью отправляет лошадей самолетом в
Европу. Томас Ван Зандт.
— Его обнаружили? — спросила я у Лэндри. Мы сидели в его машине во
дворе перед домом Пэрис Монтгомери.
— Нет. Ребята Армеджана признали, что это провал века.
Я рассказала о вылете в Европу самолета с лошадьми.
— Готова спорить — они оба сегодня вечером сделают попытку смыться из
страны.
— Мы предупредили авиакомпании, — ответил Лэндри.
— Нет, ты не понял. Грузовой рейс — совсем другая история. Если хочешь
как следует испугаться террористического акта, время от времени летай через
океан с табуном лошадей.
— Отлично. Сейчас посадим Вайса и федералов следить за грузовым
терминалом. Между прочим, участок арендован через агентство Грифон. Пора
еще раз поговорить с Брюсом.
У Лэндри зазвонил телефон.
— Слушаю, — сказал он в трубку и в следующее мгновение мышцы его
лица затвердели, брови грозно сдвинулись. — Какого черта?! Что значит —
сбежала? А этот гребаный охранник где был?
Эрин, — подумала я.
— Когда? — рявкнул в трубку Лэндри. — Ага, просто
замечательно! Передайте этому кретину, что я ему голову оторву!
Он захлопнул телефон и посмотрел на меня.
— Эрин сбежала. Кто-то поджег урну у стола медсестры, и охранник,
следивший за дверью, ушел с поста. Когда вернулся, ее уже не было.
— Она с Чедом.
— И они бегут. — Лэндри включил мотор. — Завезу тебя к врачу.
Мне надо мчаться.
— Просто подбрось меня до моей машины, — возразила я. — Сама
доберусь.

— Елена...
— Лэндри, у меня только сломан палец. Не умру.
Он вздохнул и закрыл рот.
Вечер в неотложке тянулся страшно медленно. Мне сделали рентген пальца и
сказали, что там вывих, а не перелом. Доктор от души вкатил мне лидокаина и
вправил палец на место. От гипсовой лангетки я отказалась, и палец просто
прибинтовали к соседнему. Выписали рецепт на болеутоляющее. Я не взяла.
По пути к выходу я остановилась у вахты узнать, не обращался ли кто-нибудь с
тяжелой травмой глаза. Дежурный сказал, что нет.
Выйдя на улицу, я взглянула на часы. Пять часов до вылета рейса Ван Зандта в
Брюссель. Вся полиция округа Палм-Бич ищет его, Пэрис, Чеда и Эрин.
А Дон Джейд тем временем выпущен до суда под залог, и чек подписал Трей
Хьюз.
Все вертится вокруг Трея Хьюза — покупка земельного участка, Звездный,
Эрин, — и при этом, насколько мне известно, его никто не ищет. Ладно,
сама проверю. Если он находится в эпицентре событий, возможно, и ключ к
разгадке у него.
Я знала, что у Трея теперь дом в Поло-клубе, закрытом поселке для богатых
лошадников, рядом с ипподромом. И направилась туда боковыми улочками, чтобы
не ехать через Фэйрфилдс.
В поместье Везучий паршивец ворота были нараспашку. Рядом с вагончиком
прораба в темноте стоял автомобиль. Я свернула к дому, и фары выхватили из
темноты капот Порше Трея. Итак, он дома. Прекрасно. Я заглушила мотор и
вылезла, сжимая в левой руке пистолет.
Никакого света, кроме большого прожектора на мачте, на участке не было, но
где-то неподалеку раздавалась песенка Джимми Баффетта о радостях
безответственности.
Я пошла на звук вдоль темной громады новой конюшни, завернула за угол.
Второй этаж здания по всей длине опоясывал балкон с видом на поле для
скачек. Там горели свечки, масляные лампы и рдел в темноте оранжевый огонек
вечной сигареты Трея. Трей танцевал!
— Поднимайся сюда, радость моя! — позвал он. — Я уж думал, ты
вообще не приедешь! Праздник начал без тебя.
Не спуская с него глаз, я поднялась наверх. Трей был под кайфом. От чего, не
знаю. В восьмидесятых, помнится, он предпочитал кокаин. Когда я уволилась из
отдела борьбы с наркотиками, кокаин как раз снова входил в моду. Ностальгия
стареющих хиппи.
— Что празднуем, Трей? — выйдя на балкон, поинтересовалась я.
— Мою прекрасную, звездную жизнь, — пританцовывая босиком, ответил
он.
В руке Трей держал бутылку текилы. На нем была гавайская рубаха навыпуск и
штаны хаки.
— Звездная... Звездный, — пробормотал он и расхохотался. —
Какой дурной каламбур! Просто поразительно!
Песня кончилась, Трей с размаху привалился к перилам балкона и отхлебнул из
бутылки.
— Вы меня ждали? — спросила я.
— Вообще-то нет, я ждал кого-то другого. Но, знаете ли, это неважно,
верно ведь?
— Нет, Трей, не знаю. Может, и важно — это как посмотреть. Вы ждали
Пэрис?
Он потер лоб, и искорки от сигареты рассыпались вокруг головы, как
светлячки.
— Правильно. Вы же у нас теперь сыщица. Хвост. Частный перец — или
так говорить некорректно? Надо было бы сказать частный персик, не правда
ли?
— Трей, Пэрис вряд ли сегодня сюда приедет. Ее задержали непредвиденные
обстоятельства.
— Да? А что такое?
— Уклонение от правосудия, — сказала я. — Она и Чед Сибрайт
сегодня днем пытались меня убить.
Он прищурился, ожидая, чем закончится шутка.
— Солнце мое, чего ты накурилась?
— Не надо, Трей. Я знаю, что у вас с ней роман. Только не говорите, что
вам ничего не известно ни о прицепе, ни об Эрин.
— Эрин? Кажется, ее похитили. Этот чертов мир катится в преисподнюю.
Я покачала головой.
— Это был спектакль. Вы не знали? Пьеса, разыгранная для вас.
Его лицо в свете свечей мучительно искривилось. Он пытался что-то понять
своими затуманенными мозгами. Или действительно не знает, о чем я говорю,
или пытается убедить себя, что не знает.
— Драма в трех актах, — продолжала я. — Обман, скрещивающиеся
сюжетные линии, секс, убийство. Шекспиру было бы не стыдно. Весь сюжет мне
пока неизвестен, но начинается он с крестового похода в святую землю —
поместье Везучий паршивец — с целью завоевать ее правителя. Вас.

Я внимательно смотрела на Трея и видела, как недоуменная ухмылка медленно
сползла с его лица.
— Если вам интересно, могу рассказать то, что знаю. История начинается
с девушки по имени Пэрис, которая очень хочет стать королевой. Так хочет,
что устраивает заговор, чтобы устранить единственного человека,
препятствующего исполнению ее мечты, — Дона Джейда. Дело это
совсем нехитрое, — думает она. — У него и так уже подмоченная
репутация. Люди готовы поверить, что он способен на любое злодеяние.
Например, на убийство скакуна, который не приносит сверхдоходов. Обман
страховой компании? Он уже так делал и вышел из воды сухим. У Джейда
исчезает девушка-конюх. И он последний, кто эту девушку видел. Как
выясняется, ее похитили. А когда она спасается, кого называет она своим
похитителем? Дона Джейда. Пэрис, разумеется, думает, что тут-то Трей и
прогонит проштрафившегося тренера. Впрочем, Джейд в любом случае скоро сядет
в тюрьму. И Пэрис станет королевой поместья Везучий паршивец.
— Несмешная какая-то история, — заметил Трей, затушил сигарету о
каменную балюстраду и вышвырнул окурок во двор.
— Совсем даже несмешная. И счастливого конца не предвидится, —
согласилась я. — А вы как думали?
— Элли, вы же меня знаете. Я стараюсь вообще не думать. Я всего лишь
утлая лодчонка в море жизни.
Он надолго замолчал, и я огляделась. Против полукруга открытых стеклянных
дверей, за которыми угадывалась темная комната, стоял круглый одноногий
столик, похожий на гриб. На нем горело штук двенадцать свечей, кидавших
отсветы на стеклянный поднос с кокаином, разделенным линиями на дозы. Рядом
с подносом лежал пистолет беретта тридцать второго калибра.
— Зачем пушка, Трей? — спросила я, незаметно взвесив в левой
руке свой тяжеленький глок. Его тяжесть успокаивала, пусть даже рука не
та.
— От крыс, — пояснил он, доставая из кармана следующую сигарету.
Щелкнул зажигалкой, затянулся и выпустил в ночное небо дым. — А потом,
быть может, сыграю в русскую рулетку.
— Игра получится очень короткая, — заметила я. — Пистолет-то
автоматический.
Трей улыбнулся, пожал плечами.
— История моей жизни: заигрался.
— Да, вам нелегко пришлось. Сколько вы унаследовали после смерти Салли?
Восемьдесят миллионов? Или сто?
— Ага, и от каждого веревочка тянется в ад, — кивнул он.
— Тратить деньги вам эти веревочки, кажется, не мешают?
— Нет.
Он отвернулся, выглянул во двор, где ничего не было видно, кроме
разнообразных темных пятен на фоне ночной черноты.
— Трей, почему вы выкупили Джейда? Зачем наняли ему Шапиро? —
спросила я, подойдя с другой стороны и став у балюстрады.
— Потому что добраться до вашего отца не удалось, — усмехнулся он.
— Насколько я знаю, всю жизнь в отношениях с людьми вы были не
постояннее мартовского кота. Что так привязывает вас к Дону Джейду?
— Он сделал меня тем, что я есть сегодня, — еще раз криво
улыбнулся он.
— То есть убил Салли? — уточнила я. — Вы трахались с женой
Майкла Берна, трудом и потом добывая алиби, а Джейд был в доме, прятался в
темном углу... И теперь вам от него никуда не деться?
— А зачем мне куда-то деваться? — широко разведя руки, спросил он.
Прилипшая сигарета качалась у него на губе. — Я повелитель мира!
— Нет, Трей, — возразила я. — Первый раз вы сказали лучше. Вы
грустный клоун. У вас все было. Но в итоге ничего не останется.
— Вам тоже об этом кое-что известно, не так ли, Элли? — спросил
он.
— Мне об этом известно все. Но я выбираюсь из ямы, Трей, а вас в ней
закопают.
Я достала из кармана джинсов телефон и попыталась набрать номер Лэндри, хотя
правая рука слушалась плохо, немела. Но Лэндри должен знать, что Трей ждет
Пэрис. Скорее всего, она примчится к нему за автомобилем, не объявленным в
розыск. А может, за деньгами, чтоб было на что жить в Европе. Или попытается
уговорить Трея ехать вместе с ней. Богатые беглецы от закона — в роскошных
столицах Европы!
Я отступила на два шага, поменяв в руках местами трубку и пистолет, не сводя
глаз с Трея Хьюза. Жалкий гуляка, Питер Пэн, изуродованный временем и
жалостью к себе.
Когда в трубке наконец послышались гудки, из темноты за открытыми
стеклянными дверьми вышла Пэрис Монтгомери, не раздумывая схватила с
круглого стола беретту и нацелила ее прямо мне в лицо.

53

— Наше агентство ведет много земельных участков, детектив, —
сказал Брюс Сибрайт, — но я к большинству из них не имею отношения.
— Мне интересно лишь, какое отношение имеете вы конкретно к
этому, — ответил Лэндри.
Они стояли возле письменного стола в домашнем кабинете Сибрайта. Лэндри
сесть не предложили, но он на это и не рассчитывал.
— Никакого!
— Мы оба знаем, что это не так.
— Понятия не имею, откуда взялась эта видеозапись, — продолжал
Сибрайт. — Мне ее подбросили.
— Да, конечно. Вы все о своем. А я спрашиваю об участке земли в
Локсахэтчи.
— У меня есть адвокат. Поговорите с ним.
— Вряд ли он настолько в курсе ваших дел.
— Я же вам говорил, я вообще не занимаюсь вопросами аренды!
— То есть вы полагаете, я поверю, что похитители Эрин арендовали этот
участок через вашу компанию чисто случайно? И те, к кому вы устроили Эрин на
работу, тоже по чистой случайности оказались убийцами, насильниками и вообще
бог знает кем?
— Мне нет дела до ваших предположений, — снимая трубку, отрезал
Сибрайт. — Я к ним ни малейшего отношения не имею, равно как и мой сын.
А теперь убирайтесь из моего кабинета, или я подам на вас в суд за шантаж.
— Ты и твой подонок-сын будете сидеть в тюрьме, — очень спокойно
сказал Лэндри. — Об этом я позабочусь лично.
В коридоре, в нескольких шагах от двери кабинета, стояла Кристал Сибрайт.
Сейчас она выглядела скорее потрясенной, чем оцепеневшей. Она вытянула руку,
чтобы Лэндри не прошел мимо, открыла рот, но с губ не слетело ни слова.
— Чем могу быть полезен, миссис Сибрайт?
— Это сделала я.
— Прошу прощения?
— Та женщина приходила ко мне в контору. Я сдала ей дом. Я запомнила
имя. Пэрис, почти Париж. Всегда мечтала побывать в Париже.
Она, видимо, сама не очень понимала, какова должна быть ее реакция на такую
новость. Чувство вины? Шок? Злоба?
— Как получилось, что она пришла именно к вам? — спросил он.
— Сказала, что по совету подруги. — В глазах Кристал блеснули
слезы. Она кивнула на кабинет мужа. — Это он? Думаете, это он?
— Не знаю, миссис Сибрайт, — признался Лэндри. — Видимо,
придется вам спросить у него.
— Видимо, да, — пробормотала она, тупо глядя на дверь
кабинета. — Я должна что-то сделать.
Она так и осталась стоять в коридоре, а Лэндри ушел, радуясь тому, что он
всего лишь полицейский. Он-то сможет выбросить из головы этот ужас, когда
расследование закончится. А вот Кристал Сибрайт, увы, нет.

54

Я смотрю в дуло пистолета, который сжимает в руке Пэрис Монтгомери. На
заднем плане по-прежнему поет Джимми Баффет.
— Положи телефон и пушку, — говорит Пэрис.
Теперь я держу глок в правой руке, слабой и покалеченной. Можно бы
попытаться вскинуть его и взять противника на испуг, но вряд ли мне удастся
сделать это убедительно. И все равно я не смогу, если потребуется, спустить
курок.
Пэрис делает шаг ко мне. Она злится и трусит. Ее замечательный аккуратный
план трещит по швам, как дешевая шмотка.
— Как все казалось просто, а, Пэрис? — говорю я. — Убедила
Эрин помочь подставить Джейда. Они с Чедом могли еще по ходу разорить Брюса.
Сработало бы как часы, если б Молли Сибрайт не бросилась ко мне за помощью.
— Положи телефон и пушку! — повторяет Пэрис.
Я вешаю телефон на пояс джинсов и кошусь на Трея. Он стоит рядом с
безучастным лицом.
— Зачем ты подключила к этому делу Ван Зандта? — интересуюсь
я. — Или он самовольно влез?
— Не понимаю, о чем ты.
— Тогда, Пэрис, зачем ты целишься мне в лицо?
Пэрис тоже бросает взгляд на Трея.
— Это все Дон, — говорит она. — Он убил Звездного. Он похитил
Эрин. И убил Джилл. Трей, это все Дон! Поверь мне!
— Почему я должен тебе верить? — спрашивает он. — Потому что это входит в твои планы?
— Потому что я люблю тебя! — с жаром говорит она, но глаз не
сводит с меня, и все ее внимание — на дуле пистолета. — Эрин видела,
как Дон убил Звездного. Дон делал с нею ужасные вещи, чтобы ее наказать. И
убил Джилл.

— Нет, радость моя, не убивал он, — устало возражает Трей. —
Я знаю.
— Что ты говоришь?
— Ты же делала обход в ту ночь, когда убили Джилл. Ты пошла туда
прямиком из моей постели. Так же, как и предыдущей ночью, когда были
выпущены из стойл кони Берна.
— Трей, ты что-то путаешь... — звенящим голосом говорит Пэрис.
— Обычно — да. Так жить проще. Но сейчас я ничего не путаю.
Она делает еще шаг ко мне. Ее терпение на исходе.
— Брось эту чертову пушку!
Я вздохнула, медленно присела на корточки, будто для того, чтобы положить
пистолет на пол, затем пригнулась и перекатилась на бок.
Пэрис выстрелила дважды; одна из пуль ударила в пол рядом со мной, и в
воздух полетели мелкие осколки травертинского мрамора.
Я переложила пистолет в левую руку, вскочила на ноги и бросилась на Пэрис,
пока она не успела опомниться и выстрелить в меня третий раз.
— Перестань, Пэрис! Прекрати! Брось!
Она развернулась и метнулась к лестнице в дальнем конце балкона. Я побежала
следом, почти догнала... Завернув за угол, Пэрис на бегу выстрелила в меня
через плечо и промахнулась.
Я осторожно выглянула из-за угла в пустой лестничный колодец, слабо
освещенный лампочкой сигнализации. Может, Пэрис стоит на площадке,
прижавшись к стене, и ждет, когда я туда сунусь? Я ясно представила себе,
как выхожу на площадку и пуля бьет мне прямо в грудь. На одежде расплывается
ярко-красная кровь — единственное цветное пятно на черно-белой картинке.
Вместо этого я дошла до другого конца балкона и посмотрела вниз. Пэрис
исчезла. Я спустилась по лестнице во двор, напряженно оглядываясь. Не успела
я ступить наземь, как взревел мотор Треева Порше, ослепительно вспыхнули
фары, и машина рванула прямиком на меня.
Я вскинула пистолет, выстрелила в лобовое стекло и отпрыгнула в сторону.
Пэрис попыталась развернуть Порше, колеса бешено завертелись, из-под них
полетели камешки и комья земли. Машину занесло вбок и со всей силы швырнуло
о бетонную стену дома.
Завыла сигнализация. Пэрис распахнула дверц...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 22
• 23
• 24
• 25
• 26
• 27
• 28
• 29
• 30

Закладка в соц.сетях