Жанр: Любовные романы
Нет тебя прекрасней
...h; Да я знаю, знаю! Просто она... я... — Жасмин надела футболку.
Что она может возразить? Джош предупреждал ее, и она знала, какую жизнь
ведет идол многих женщин. Но то было до! А теперь наступило
после
и все
видится по-иному. Она попыталась отвлечься, чтобы хоть немного успокоиться.
Надо подумать о чем-то другом, о чем-то далеком. Это была не очень удачная
мысль, поскольку Жасмин вдруг вспомнила Раджа. Сейчас она вновь ощущает себя
преданной, обманутой. Так было и с Раджем. Ну почему мужчины легко относятся
к тому, что они делают с женщинами? Почему они не придают этому значения?
Просто целуются или занимаются сексом — и все мимоходом, не считая
происходящее чем-то важным. Почему у нее второй раз в жизни такое чувство,
что мужчина просто воспользовался ею?
— А ну вставай! — велела она. Хоть бы Джош перестал быть таким
шикарным. Превратился в кого-то обыкновенного и немножко противного.
Джош нехотя выбрался из постели. Стараясь не смотреть на него, Жасмин
принялась поправлять простыни.
И зачем я только переспала с ним?
—
спрашивала она себя в который раз за последние пять минут.
— Жасмин, с тобой все в порядке? — Он попытался взять ее за руку.
— Все прекрасно! — Она резко отдернула руку.
— Знаешь, — мягко сказал он, — быть с тобой — это что-то
особенное. Я никогда прежде не чувствовал себя так. Понимаешь, у меня было
много женщин...
— Я читала об этом в
Космополитене
, поэтому избавь меня от
подробностей, будь добр!
Он отошел на другую сторону кровати и взялся за одеяло.
— Я хотел сказать, что...
— Перестань мне помогать и одевайся! — Жасмин сама испугалась —
настолько истерично прозвучал ее голос. Она постаралась взять себя в руки и
торопливо добавила: — Пожалуйста.
— Я хотел принять душ. У нас полно времени, аэропорт не так уж близко,
и им, скорее всего, понадобится больше чем полчаса, чтобы добраться сюда.
Присоединишься?
Вместо ответа Жасмин бросила в него спортивными штанами. Пожалуй, бросок
получился слишком сильным. Но что делать, если в ее голове вновь и вновь
звучат слова Джоша:
У меня было много женщин
? И вот результат: она открыла
для себя новую вселенную, а он... он словно чашку кофе выпил. И теперь еще
разгуливает по ее квартире, как... как петух. Гордый собой и своим...
достоинством. Ну, в этом плане ему, несомненно, есть чем гордиться, и,
наверное, глупо было бы ожидать другого поведения от признанного секс-
символа.
Джош пожал плечами, натянул брюки, взял шелковую рубашку и виновато протянул
ее Жасмин.
— Прости, я ее порвал, — сказал он.
— Я слышала. Положи ее на швейную машинку и возьми это. — Она
бросила ему ту пурпурную футболку, которую нашла в коробке. А ведь она
купила ее специально, чтобы оттенить его глаза. Эта мысль показалась
абсурдной, и девушка возмущенно фыркнула. Джош нахмурился и отбросил
футболку прочь.
Жасмин смотрела на его неземной красоты тело и думала:
Я переспала с ним,
потому что хотела этого. Но теперь все кончено. Сказка была недолгой, и
нужно вернуться в реальный мир
.
Она вновь принялась поправлять постель и увидела на полу его боксеры.
— Почему ты не надел белье?
Подобрала, смяла и швырнула в него комок ткани. Джош поймал ни в чем не
повинные трусы, положил их поверх джинсов и вопросительно сказал:
— Жасмин.
Я ошиблась, — рассуждала Жасмин. — Мой настоящий возлюбленный,
мой идеальный Джош ждет меня в библиотеке. Уж он-то не станет воспринимать
секс так несерьезно, легковесно. Вот закончу эскизы и опять отправлюсь в
библиотеку. Однако надо что-то сказать, а то совсем неловко
.
— Прости, если я веду себя странно. Просто я как-то не планировала, что
Клео Чен будет частью нашего посткоитального общения.
— К черту Клео! — Он стал серьезным и даже встревоженным. —
То, что сейчас случилось, — не просто соитие. Это...
— Да, это было неплохо. — Жасмин поправила покрывало. Теперь на
нем нет ни единой складочки.
— Неплохо? — Джош вспыхнул. — Врешь! Это было потрясающе,
невероятно, и именно это ты и чувствовала!
Жасмин отошла к окну и повернулась к нему спиной, пряча лицо. Да, секс с
Джошем был потрясающий. Невероятный. В теле еще сохранились отголоски
полученного удовольствия. Внутри словно перемигивались теплые золотистые
огоньки. Это просто нервные окончания. Тупая физиология. И в данном случае
физиология не главное. А главное то, что она не может принять отношение
Джоша к любви и к жизни. Черт, да, с точки зрения нормального человека, вся
его жизнь невозможна. Жасмин взглянула на дорогу. Она опасалась, что Клео
уже здесь. Но улица пока была пуста. Джош подошел и встал за ее спиной.
Жасмин подавила приступ паники. Даже спиной она чувствовала его
совершенство.
— Это было невероятно и прекрасно, — уверенно повторил он. Жасмин
увидела на спинке стула футболку, схватила ее и выставила перед собой, как
щит. — Скажи, что это было потрясающе, — настаивал он. — Это
был особенный момент. Я чувствую... и ты тоже. И я хочу, чтобы ты признала
это.
Жасмин заколебалась. Чувствует ли он ее исключительность? Или это просто
слова, которые мужчина говорит после секса, видя, что женщина собирается
устроить ему истерику? У нее нет никакого опыта в таких отношениях, и она
совершенно не может судить, насколько искренен Джош. И не может сообразить,
как надо вести себя после занятия любовью с мужчиной, если этот мужчина
трудоголик и открыто сообщил ей, что не мыслит для себя серьезных и
длительных отношений.
Она покачала головой и попыталась отогнать столь деструктивные мысли,
переключиться на что-то другое. Итак, первое — прекратить вдыхать его запах,
наслаждаться исходящим от его тела теплом. Второе — отвести глаза и
прекратить пялиться на его загорелые плечи и широкую грудь. И третье —
заняться работой.
Жасмин выдвинула из-под стола деревянную крутящуюся табуретку и поставила ее
перед швейной машинкой. Села, оказавшись спиной к Джошу.
— Мне нужно починить эту рубашку. А еще поработать над другими деталями
маскировки и закончить с эскизами. Если я буду продолжать в таком черепашьем
темпе, то на это уйдет вся ночь.
Джош сделал шаг назад.
Наверное, он опять прочел мои мысли и догадался, что
сейчас мне нужно побыть наедине с собой, нужно свободное жизненное
пространство
.
Жасмин подсунула синий шелк под иглу. Джош высоко ценит работу, ежедневный
труд, и обязательства для них обоих превыше всего. Жасмин нажала на педаль
машинки, и иголка замелькала вверх-вниз. Привычный стук успокаивал. И все бы
хорошо, но и в стуке любимой швейной машинки ей слышались горькие слова:
Он
не будет твоим, он не будет твоим, он не будет твоим
.
Жасмин занималась эскизами, полностью игнорируя Джоша, который отошел к окну
и уставился на улицу, ожидая, пока подъедет лимузин Клео. Он не винил Жасмин
за то, что она ведет себя как обиженная девочка. Договоренность между ним и
Клео очень трудно понять обычному человеку. И все же где-то внутри
поселилось саднящее чувство сожаления. Секс был настолько хорош и потрясающ,
словно эта женщина создана для него самим Творцом! Оказывается, не просто
пережить резкий перепад от сжигающего пламени страсти к почти арктическому
холоду.
С улицы донесся автомобильный сигнал. Джош бросил быстрый взгляд через
плечо. Жасмин наверняка тоже услышала громкие звуки, но не подала виду. Джош
вздрогнул, когда зазвонил его мобильник, а Жасмин так и не подняла головы.
Он впервые осознал, как тихо было в квартире до этого. Тихо и спокойно.
Он взял трубку:
— Нет. Я спущусь вниз. Думаю, совместный ужин стоит перенести на другой
раз. — Убрав телефон в карман, он сказал: — Я вернусь через двадцать
минут.
Спина Жасмин выразила полное безразличие. Она просто продолжала рисовать.
Джош заколебался: нужно ли поцеловать ее перед уходом? Он взглянул на
скорчившуюся над столом фигурку и понял, что сейчас его вмешательство
неуместно. Пусть подумает немного, успокоится. А он пока выяснит, что там
стряслось у Клео. Клеопатра Чен вот уже несколько лет олицетворяет для него
голос разума. И прежде он всегда прислушивался к этому голосу.
Как только дверь за ним захлопнулась, Жасмин отшвырнула карандаш и вскочила
на ноги. Несколько шагов — и вот она выглядывает из-за занавески. На улице
обнаружился длинный белый лимузин. Шофер в аккуратной черной униформе открыл
заднюю дверцу. Из темноты салона появились длинные и бесконечно совершенные
ноги, продолженные трехдюймовыми каблуками. И вот, наконец, Клео Чен вышла
из машины. Даже простое действие исполнено изящества и шарма. Она была столь
совершенна, что у Жасмин перехватило дыхание. И одежда... Придраться
оказалось совершенно не к чему: именно так одела бы ее сама Жасмин для
подобного случая. Немного зауженная книзу черная юбка от Кельвина Кляйна
облегает бедра и колени. Очень консервативно, но в то же время стильно и
сексуально. Черный свитер от Прада из экологически чистой шерсти мериносов
подчеркивает это впечатление.
Пожалуй, тот, кто продумывал костюм, обладает
безупречным вкусом и чувством стиля, — с легкой завистью подумала
Жасмин. — Я могла и не додуматься до этого черного шарфа, повязанного
вокруг головы на манер Джеки Онассис. Этакое легкое напоминание, неявная
аллюзия с великой женщиной и временем ее траура
.
Жасмин невольно взглянула на свои джинсы. Не слишком чистые, измазанные
карандашами, пастелью и углем.
Джош вышел из подъезда, и в сердце Жасмин вонзилась игла ревности.
Это
глупо, они просто друзья, он сам сказал, и я ему верю
. Она отошла от окна и
без сил опустилась на стул. Не надо себя обманывать. На белом лимузине
приехала не фальшивая подружка. Это привычная жизнь Джоша. Жизнь, которая
для него превыше всего, и он принадлежит ей безраздельно. Это блеск и слава
Голливуда, гламур, вечеринки, вспышки фотокамер, бесконечные интервью и
фотосессии. Съемки. Жизнь трудоголика, который не мыслит себя вне работы.
Конечно, ей хотелось бы думать, что тот славный парень, с которым они
смотрели кино, ели мороженое и занимались сексом, и есть истинный Джош Тоби.
Но это не так. Его реальное
я
осталось там, в другом мире.
Подлинный Джош Тоби живет в Голливуде и притворяется, что у него роман с
девушкой, поскольку не может позволить себе завести настоящую подружку.
Жасмин вдруг испугалась, что он сейчас сядет в этот белый лимузин и вернется
к себе — в блеск и славу. И она больше никогда его не увидит. Она вскочила и
бросилась к окну, страстно желая взглянуть на Джоша еще разок.
Джош и Клео обменивались светскими поцелуями: щека к щеке. Двое совершенных
людей, которых, по всеобщему мнению, связывают совершенные чувства. Джош
нырнул в машину, а Клео подняла голову и взглядом поискала окно Жасмин.
Жасмин пряталась за занавеской, но она хорошо увидела лицо красавицы и ее
взгляд. Это был проницательный и холодный взгляд умной и опасной женщины, но
не от этого по спине Жасмин побежали мурашки. Она поняла, что эта женщина
хочет обладать Джошем. Мысли Жасмин метались в смятении. Этого просто не
может быть. Клео и Джош друзья. Если бы она любила его, то давно получила бы
желаемое.
Клео села в лимузин, и шофер закрыл дверцу.
Что-то обожгло щеку, и Жасмин сердито стерла слезинку.
Я не люблю этого
человека, — сказала она себе. — Это было вожделение. Похоть. Все
дело в сексе. Джош Тоби не может быть моим истинным и единственным
возлюбленным
. Сейчас нужно немного прийти в себя, вернуть остатки душевного
равновесия, а потом... потом она отправится в библиотеку и попробует еще раз
познакомиться с тем, другим Джошем Тоби. А этого она забудет.
Забудет Джоша, который занимался с ней любовью.
Который разбил ей сердце.
Глава 19
Дверь лимузина захлопнулась, и, не давая Джошу опомниться, Клео спросила:
— Ну и как там, в Афганистане?
Машина мягко тронулась и отъехала от тротуара. Джош невольно поморщился.
Последние несколько часов он провел в тишине и покое квартирки Жасмин, и
теперь даже гул мотора и негромкое мурлыканье джаза из CD-плейера
действовали раздражающе. Джош оказался зажатым между Мо и Клео, и, чтобы
разговаривать с обеими, ему приходилось крутить головой. Боже, какие
роскошные женщины!
Клео, как всегда, отлично и со вкусом одета и накрашена. Наверное, если
прийти к ней домой часа в три утра, она встретит посетителя с красивым
личиком с безупречным макияжем.
Мо пользовалась косметикой не так активно, но зато излучала свежесть. Джош
вдохнул изысканные запахи, наполнявшие салон: дорогие духи, кожа, что-то еще
неуловимое, — и вдруг улыбнулся. Он понял, что ужасно соскучился и по
Мо, и по Клео. Хорошо иметь друзей! И все же... все же он уже чувствовал,
что ему не хватает Жасмин.
Как любой мужчина, Джош желал бы получить все и сразу. Он попытался
представить себе Жасмин здесь, в лимузине... но у него ничего не получилось.
Жасмин категорически не вписывается в его мир, где приходится на сто
процентов быть публичным человеком.
Машина катилась по шоссе, и в ее уютном салоне было прохладно и спокойно.
Интерьер лимузина выдержан в светлых тонах, как и квартирка Жасмин. Но там
обстановка выглядела гораздо практичнее и приземленнее. Простое дерево
мебели. Текстура гардин. Льняные простыни. В салоне авто царила откровенная
роскошь: ценные породы дерева, мягкая кожа.
Он понял, что невозможно совместить такие разные миры, и эта мысль принесла
с собой боль и разочарование.
— Прикольные у тебя штанишки, — сказала Мо и протянула Джошу бокал
шампанского. Он принял его с благодарностью.
Дом Периньон
. Прохладная
жидкость доставила огромное удовольствие.
— Я их одолжил, — сказал он и шлепнул Мо по руке, так как она
беззастенчиво сунула палец в дырку на коленке.
— Я знала, что он останется без штанов, — печально заметила Клео.
Она откинулась на подушки и изучала Джоша с близкого расстояния. То, что она
увидела, вызвало неудовольствие актрисы, и губы ее сжались, а зеленые
кошачьи глаза сузились. Мо промолчала. Она держала в руках бокал с травяным
коктейлем. Никогда в жизни она не пила алкоголя, не курила, не... Короче,
она пользовалась только чистыми, органическими вещами и продуктами.
В отличие от своего менеджера по связям с общественностью Клео потеряла
девственность в четырнадцать, и ее нельзя было назвать органической с
восемнадцати лет, когда она вставила себе первые грудные имплантаты.
Джош поставил бокал, взглянул на часы и решительно сказал:
— Девочки, я очень рад вас видеть, но я сейчас немного занят. Поэтому у
вас ровно двадцать минут.
— Ах, так ты занят, — протянула Мо.
— Мы, оказывается, вмешиваемся, — подхватила Клео. Затем она вдруг
подалась вперед, приблизив лицо вплотную к Джошу. Ноздри женщины втянули его
запах, а глаза успели внимательно осмотреть кожу, губы... — Мы
опоздали, — объявила она, вновь откидываясь на подушки.
Мо оттянула резинку брюк и одним глазком заглянула в просвет.
— М-да, и бельишко он тоже потерял. Ты права, мы приехали поздно. Все
уже свершилось.
— Эй, а со мной никто не хочет поговорить? — возмутился
Джош. — Я еще здесь!
— С тобой совершенно невозможно разговаривать, когда ты полагаешь, что
влюблен. Опять! — заметила Клео.
Влюблен? Джош задумался. Влюблен ли он в Жасмин? Он покрутил головой, глядя
по очереди на обеих женщин и чувствуя внутри непонятную радость.
— По-вашему, я влюбился?
Мо и Клео всплеснули руками и закатили глаза, демонстрируя полное
изнеможение.
— Именно так он выглядел в прошлый раз, — сказала Клео. —
Когда связался с любительницей китов. Мо, не помнишь, как ее звали?
— Марго Кампос.
Джош вздрогнул. Отношения с Марго стали для него катастрофой. Он думал, что
любит ее... хотя теперь, после встречи с Жасмин, всерьез усомнился, что то
была Любовь.
— А ну-ка, Мо, расскажи нам о новом увлечении нашего непоседливого
друга, — потребовала Клео.
Мо послушно извлекла откуда-то потрепанный блокнот, открыла его и принялась
нудным голосом читать:
—
Жасмин Бернс, зарабатывает ремонтом и пошивом одежды на
дому, мечтает стать дизайнером театральных костюмов. На четверть цыганка из
племени калдераш. Выросла в Бомбее, где жила с матерью и отчимом Эмерилом
Ливингстоуном до шестнадцати лет. Там случился какой-то скандал с
сексуальной подоплекой, и ее отослали в Балтимор к отцу и сестрам. Потом она
на четыре года исчезла и объявилась в школе дизайна Парсонса, в Нью-Йорке.
Получила степень бакалавра, а затем и магистра. Специалист по текстилю и
дизайну. Одна сестра работает врачом в Балтиморе, другая известна в
цыганской среде как обладающая экстрасенсорными способностями...
— Мо сделала паузу, чтобы перевести дыхание.
Джош пребывал в растерянности, и сердце его стучало неровно и тяжело. Слова
скандал на сексуальной почве
и
исчезла на четыре года
совершенно не
вязались с той Жасмин, которую он знал.
— Минуточку, — торопливо сказал он. — Если я и не знаю всех
подробностей ее жизни, это еще не значит, что я не знаю, какая она.
— То же самое он говорил про Марго, — заметила Мо. — Слово в
слово.
— Сейчас речь не о Марго! И тогда все было по-другому! — Страх
потерять Жасмин проник в его сердце, и Джош непроизвольно сжал
кулаки. — В этот раз я не отступлюсь.
— Джош. — Блокнот куда-то исчез, и Мо взяла его ладонь в свои. Ее
ногти были коротко острижены и отполированы до блеска. — Поверь, мы
здесь только для того, чтобы защитить тебя.
Клео завладела его второй рукой, и Джош вздрогнул, увидев ее длинные ярко-
красные ногти.
— Признайся, что мы знаем об этой девушке намного больше, чем
ты, — сказала она.
— Жасмин застенчива и не любит говорить о себе, — пробормотал
Джош.
Он высвободил руки и налил себе еще шампанского. Конечно, ему неприятно
услышать столько сведений о Жасмин не от нее самой, а от других. Но, в конце
концов, Мо и Клео узнали ее прошлое. У кого нет прошлого? А по существу,
важно то, чем живет человек в настоящем. И тут он все про Жасмин знает.
Потом ему в голову пришла новая мысль, и была она так неприятна, что руки
Джоша задрожали, и он едва не пролил шампанское. Если у них с Жасмин
возникнут отношения, то об этом неизбежно узнают другие люди, прежде всего
журналисты. И тогда все прошлое девушки будет выставлено на всеобщее
обозрение. Уж они постараются, пресса это умеет. Сможет ли Жасмин с этим
справиться? Готова ли она к такой жизни?
Клео тоже взяла свой бокал и отпила прозрачную жидкость. Джош моргнул. Это,
наверное, вода. Хотя может быть и водкой. Клео пьет
Столичную
не моргнув
глазом, как газировку.
— Застенчива она или нет, лично я вижу в этой девушке новую
Марго, — твердо сказала Клео. — Я люблю тебя вместе с твоими
недостатками, дорогой, но признайся: у тебя есть пунктик. Ты слишком любишь
помогать людям. Все бы ничего, но у тебя это не слишком хорошо получается,
потому что в результате страдают и они, и ты сам. И я скажу, в чем твоя
проблема, а ты послушай внимательно. В основе твоих действий лежит
подсознательное желание угодить родителям. Когда ты приехал в Нью-Йорк в
прошлый раз, то нашел милую, политически грамотную и увлеченную защитой
окружающей среды девушку. Ты надеялся, что она понравится твоим родителям.
Но помнишь, что случилось, дорогой? Они ее не приняли. И Жасмин они тоже не
примут и не одобрят. Они также не оценят твоего участия в постановке
Ромео
и Джульетты
. Ты должен, наконец, смириться с тем, что твои родители никогда
не одобрят твою жизнь. Поэтому не надо убеждать меня, будто ты любишь эту
цыганочку. Ты любишь мысль о том, что она понравится твоей маме, и что ты
спасаешь ее от чего-то. Возможно, от застенчивости. Но результат этой связи
будет плачевен. Ты причинишь боль и себе, и ей.
— Откуда ты знаешь о спектакле? — растерянно спросил Джош.
— Скажи мне, Джош, Жасмин ведь милая и респектабельная девушка? —
Мо опять извлекла свой блокнот и принялась что-то записывать.
— Да, но...
— Добрая и тихая?
— И что с того?
— И тебя снедает желание помочь ей, да? — вмешалась Клео. —
Потому что она застенчива? Уязвима?
Мо перелистала пару страниц назад и зачитала:
—
Она страдает острыми приступами тревоги, особенно в присутствии
мужчин. По этому поводу она обращалась к доктору Крейтер, доктору Рене
Джонс, доктору...
Джош выхватил у Мо блокнот и швырнул его в ведерко со льдом, где охлаждалось
шампанское.
Если Мо узнала так много за столь короткий срок, то газеты раскопают еще
больше, когда сведения о моей связи с Жасмин просочатся в прессу. И тогда
начнется охота. Я не должен подвергать Жасмин этому испытанию. Она не
вынесет такой жизни
. Он сжал зубы и постарался не впадать в отчаяние.
— Пойми, Джош, мы с тобой не обычные люди, — мягко говорила
Клео. — И не можем допускать ошибок, которые простительны остальным.
Ставки слишком высоки. Ты должен все хорошенько обдумать. Представь себе,
что будет, если ты захочешь связать свою жизнь с этой женщиной.
— Мне кажется, я люблю ее, — просто сказал Джош.
Клео дернулась, и он с удивлением взглянул на свою подругу. На секунду ему
показалось, что голос ее дрогнул, и что-то мелькнуло в глазах. Словно ей
больно. Неужели он причинил боль Клео? Да и возможно ли это? В самом начале
их знакомства Джош заметил, что Клеопатра испытывает к нему не только
дружеские чувства, и как-то она напрямую намекнула на возможность более
глубоких отношений. Но он тогда дал ей понять, что не заинтересован в этом,
и с тех пор она приняла на себя роль друга. И он не мог не признать: Клео
стала ему хорошим другом. За это Джош ее любит — по-дружески. Клео
совершенна во всех отношениях, но она никогда не волновала его так, как
Жасмин. Чего-то в ней недостает. Вероятно, нежности. Он взглянул на сидящую
рядом женщину еще раз. Глупые мысли лезут в голову — Клео холодна, как
Снежная королева, и так же прекрасна. У нее сердце из камня, и она никого и
ничего не любит, кроме себя и своей карьеры.
Отношения с Марго были ошибкой, Джош готов признать это, но сейчас, с
Жасмин, все абсолютно иначе.
— Я уверен, что с Жасмин все сложится по-другому, — сказал он
вслух.
— Правда? Ну, раз ты так уверен... А ты действительно уверен, Джош?
Ведь после того, как об этом станет известно, вся ее жизнь окажется
вывернутой наизнанку, и ты уже не сможешь защитить ее.
Джош перехватил многозначительный взгляд, которым обменялись Мо и Клео.
— Что еще? — мрачно спросил он.
— Ты знаешь Саманту? — спросила Клео.
— Саманту? — удивленно переспросил он, не в силах сообразить, о
ком идет речь.
— Ну да, Саманта Оливия. Именно она рассказала нам о
Ромео и
Джульетте
. И она же прислала вырезки с шествия в Гринич-Виллидж, в котором
вы с Жасмин принимали активное участие. Поэтому-то мы и примчались сюда. Эта
дама может в любой момент сдать тебя
желтой
прессе. Уверена, она получит
за это очень неплохие деньги. Только представь себе заголовки:
Джош Тоби
изменил Клео Чен с цыганочкой
или
Темное прошлое новой пассии Джоша Тоби
.
Джошу стало нехорошо. Он вжался лопатками в сиденье, чувствуя, как по спине
стекает пот.
— Ты не можешь притворяться обычным человеком, Джош, — подхватила
Мо. — Ты должен вести себя осторожно, хотя бы ради Жасмин. Подумай о
ней, дорогой, пока еще не поздно.
— И о себе подумай, Джош, — добавила Клео. — Вспомни о том,
что было после Марго. Действительно ли ты любишь эту женщину или испытываешь
потребность кого-то спасать? Вероятно, ты просто намерен ей помочь? —
Она помолчала и чуть изменившимся голосом добавила: — Знаешь, ни одна
женщина не захочет стать объектом благотворительности, когда она ожидала,
что
...Закладка в соц.сетях
