Жанр: Любовные романы
В канкане по Каннам
...о. К счастью, в этот момент звонок в дверь известил, что принесли почту,
и Даррен нехотя вышел из кабинета.
— Так вот, — замурлыкал Нат, — может, зайдешь ко мне в
пятницу вечером? Возможно, днем Слэк-Палисэйдс и выглядит ужасно, но по
вечерам здесь особая атмосфера. И не видно огромных дырок в земле!
Кейт прикусила губу:
— Э-э... У меня свидание.
— Серьезно?
Она постаралась не заметить его удивления.
— И кто же он?
— Пятьдесят пьяных мужиков в пабе. Там тоже особая атмосфера.
На другом конце линии Нат недовольно фыркнул:
— Ты шутишь? Выступление этого гота? Плюнь на него.
— Но я обещала.
— Обещала? Да перестань! Неужели тебе настолько хочется посмотреть, как
будут бить этого Эдварда Руки-Ножницы, что ты никуда со мной не пойдешь?
Вернее, не придешь ко мне? — кисло спросил он.
— Конечно, нет! — Кейт страдала, но выбора не было. Даррен никогда
не простит, если она не придет. Вот черт! Лучше бы она и близко не подходила
к Джелин Шоу и ее проклятому пабу.
— Увидимся, — холодно попрощался Нат и повесил трубку.
Наступил вечер пятницы, а вестей от Ната так и не было. Все решилось в тот
ужасный день, когда, вернувшись домой, Кейт обнаружила, что бабушка уже
закончила вязанье. В последнюю минуту она решила прикрепить к своему
творению вязаную бабочку яично-желтого цвета, и теперь безрукавка выглядела
еще хуже, чем ожидала Кейт.
Она съела большую порцию тушеного мяса с клецками маминого приготовления,
упорно игнорируя тот факт, что джинсы сжали ее талию словно тиски, —
пытаясь успокоиться, Кейт смолотила в офисе целую пачку печенья. Сегодня
мамино блюдо выглядело особенно аппетитно — сочные островки мяса возвышались
в море жирной подливки. Последовавший за этим яблочный пирог был не менее
вкусным. Кейт и к нему попросила добавки, оправдывая себя тем, что если она
хорошенько подкрепится, то сможет пережить неизбежный провал
Денхоулм
велветс
.
Когда она наконец положила ложку, мама завела разговор о безрукавке.
— Ты не хочешь ее примерить? — настаивала она. — Бабушка ведь
ради тебя старалась.
Кейт посмотрела на нечто ярко-оранжевое с вкраплениями ядовито-желтого
цвета, висевшее на вешалке с внутренней стороны кухонной двери. Безрукавка
навевала мысли о несчастном случае на предприятии по переработке цитрусовых.
Кейт неохотно поднялась и взяла ее.
Уединившись в ванной, она с грустью смотрела на себя в зеркало. Бабушкин
подарок оказался слишком узким и таким колючим, словно в шерсть добавили
цемент. Узкая передняя планка обтягивала ее чересчур большую грудь. Чтобы
натянуть безрукавку, Кейт пришлось снять бюстгальтер, и теперь грудь
сплющилась, а соски просвечивали где-то в районе пупка. Желтая бабочка,
свисающая приблизительно в четырех дюймах оттого места, где должна была
находиться грудь, еще сильнее портила всю картину. Хуже того — бабушка, как
всегда, что-то напутала с мерками и плечи оказались почти полностью
открытыми, а ядовитые цвета лишь подчеркивали бледную, с синеватым отливом
кожу. Кейт угрюмо подняла руки и принялась разглядывать начинающие обвисать
мышцы.
— Кейт? — послышался голос матери, потом — стук кулаком в
дверь. — Кейт!
— Я никак ее не надену! — Она медлила, пытаясь растянуть
безрукавку, которая оказалась еще и слишком короткой. Почему они так
торопятся увидеть худшее из всех творений бабушки?
— К тебе кто-то пришел, — раздался шепот матери из-за двух слоев
МДФ, — он у двери.
Взглянув в зеркало, Кейт заметила, что ее глаза распахнулись от удивления.
Кто-то пришел к ней? Можно не сомневаться — это Даррен, окончательно
запаниковавший перед выходом на сцену. В общем, все к этому и шло. Уходя из
офиса, она пожелала ему удачи, а он лишь испуганно прохрипел что-то в ответ.
Дверь с матовым стеклом была приоткрыта, и за ней виднелась чья-то фигура.
Чувствуя, как шерсть с добавлением нейлона обжигает кожу на обнаженной
груди, Кейт широко распахнула дверь и ахнула от неожиданности. Это был не
Даррен.
На пороге стоял Натаниэль Хардстоун. Скользнув холодным оценивающим взглядом
по лицу Кейт — оно становилось все более красным — и по безрукавке, он
недоуменно уставился на вязаную бабочку:
— Вот это да! Клевый прикид!
О нет, этого не может быть! Только не сейчас! Только не в таком виде!
Сам Нат выглядел так, словно только что сошел с рекламного плаката фирмы
Гэп
. Без костюма он казался красивее, чем когда-либо: выбеленные джинсы,
болтающиеся на бедрах, вязаный свитер, который смотрелся бы нелепо на
каждом, хоть немного уступающем ему во внешности, и замысловатые кроссовки,
без сомнения, очень модные сейчас в Хокстоне.
Какого черта ты не позвонил? — хотелось закричать Кейт. — Почему
не предупредил заранее, желательно за неделю?
Пока она медлила у порога, не
зная, как поступить, из гостиной у нее за спиной раздалась музыка — основная
тема
Улицы Коронации
, прервавшая серию на середине, а потом послышались
громкие рекламные лозунги.
— Я тоже рад тебя видеть, — задумчиво произнес Нат. — А мне
казалось, что у нас свидание. Помнишь Эдварда Руки-Ножницы?
— Но... Я думала, ты под домашним арестом.
Он довольно улыбнулся:
— По сути дела, так и есть. Отец направил на меня все камеры. Но к
счастью, я неплохо разбираюсь в компьютерах. Залез в центральную систему
наблюдения за домом и отключил электронное управление воротами. Всего
несколько проводов, которые я соединю потом, — и вот я свободный
человек.
— Никогда бы не подумала, что ты захочешь увидеть выступление Даррена.
— Я и не хотел... Просто, мне кажется, это гораздо веселее, чем
смотреть телевизор.
— Кейт! — раздался из гостиной крик отца. — Холодно, черт
возьми! Заткни дыру!
Нат удивленно поднял брови:
— Что он сказал?
— Это значит
закрой дверь
, — пробормотала Кейт. Она знала —
когда отец невразумительно выражает свои просьбы, он делает это специально,
чтобы позлить ее. — Входи.
Оказавшись внутри, Нат принялся осматриваться. Кейт попробовала взглянуть на
свой дом глазами гостя: старый ковер — имитация персидского с многоцветным
узором, на стенах в холле — большая мамина коллекция тарелок с изображением
животных, которые прилагались к воскресным газетам, и несколько особо
выдающихся работ школьного фотографа. На губах Ната появилась легкая улыбка,
а у Кейт от стыда подкашивались ноги.
— Дорогая, мы здесь, — позвала мать из гостиной. — Пригласи
своего друга войти.
Потом послышался взволнованный голос бабушки:
— Да, Кейт. Идите сюда, я хочу посмотреть, как на тебе смотрится
безрукавка.
— Она сама связала ее, — объяснила Кейт Нату.
— Честно говоря, я и не надеялся, что это творение Джулиен
Макдоналд, — прошептал он в ответ, чуть задержавшись на пороге
гостиной.
— Входи, — крикнул ему отец, — что ты стоишь там как пень на
поляне? — Обычно он говорил так каждому, кто, по его мнению,
бездельничал.
Брови Ната взметнулись так высоко, что едва не потерялись в его роскошных
волосах.
— Что это, черт возьми, значит? — прошипел он.
— Ничего. — Кейт сжала кулаки так сильно, что обкусанные ногти
впились в ладони. Она уже поняла, что Нат не произвел впечатления на отца.
Найджелу Херрингу был оказан такой же прием. Ей удастся пережить это, если
только... если только он сможет сдержаться и не станет называть ее
Кэтлин. — Это Нат, — объявила она, бросая на отца предостерегающий
взгляд.
— Как поживаете? — Лондонский выговор Ната был безупречен.
— Нат, да? — переспросил отец весело — это не предвещало ничего хорошего. — Как орех?
— Натаниэль! — раздраженно сказала Кейт. — Он работает со
мной в
Меркьюри
.
— Симпатичный свитер... — сказала бабушка, глядя на Ната через
бифокальные очки. — Из какой он шерсти?
Нат с удивлением посмотрел на нее и коротко ответил:
— Не знаю.
— Проходи и садись, Нат, — широко улыбаясь, пригласила мама.
Он недовольно взглянул на Кейт:
— Гм... мы скоро уже уходим, да?
— Что? — фыркнул отец. — Чтобы наша Кэт... то есть наша Кейт,
вышла из дома в таком виде?
— О чем ты? Она шикарно выглядит в этой безрукавке! — возмущенно
сказала бабушка, разглядывая внучку. — Разве не так? — спросила
она у Ната.
Он откашлялся:
— Она выглядит... гм-м... интересно...
Кейт стояла, опустив глаза, и мечтала провалиться сквозь землю.
— А я бы на все пошла ради такой девушки, — задумчиво произнесла
бабушка.
Кейт пришла в отчаяние и застонала. Осталось только отцу заметить — как он
делает всегда, когда хочет смутить ее, — что на улице темно, как в
желудке у коровы, и слишком холодно, чтобы выходить в двух сетках для волос.
— К самому подножию лестницы, — добавила бабушка, восхищенно — как
будто не могла поверить собственным глазам — рассматривая свое творение.
В это время мать, сложив пухлые руки на груди, принялась с пристрастием
допрашивать Ната:
— А чем занимается твой отец?
— Ну, он... гм-м... Я бы сказал, что он продает газеты.
— То есть он работает в газетном киоске? — Это было явное
разочарование.
— В издательском бизнесе, — поправил ее Нат. — Он... гм-м...
фактически владеет
Меркьюри
.
— Он владелец
Меркьюри
? — Мать сразу понизила голос, и в нем
появились игривые нотки.
— Пойду переоденусь, — пробормотала Кейт, не в силах больше видеть
восторженное лицо матери и недовольно-подозрительное отца и стремясь как
можно скорее вырваться из цепких объятий бабушкиной безрукавки.
Поднявшись к себе, она с ненавистью стянула с себя вязаный нейлоновый
чулок
. Словно живой, он царапал ей руки и цеплялся за лицо. Несколько
минут спустя, накрасив губы, ресницы и облачившись в новую белую блузку и
джинсы, которые после мучительных уговоров наконец застегнулись, Кейт
вернулась к семье. Нат отказывался от пирога, которым пыталась накормить его
мама.
— Пирог очень вкусный! — В голосе отца звучала обида.
— Я в этом не сомневаюсь, мистер... э-э...
— Клегг.
— Клегг. Просто я не ем пироги, понятно? Хорошо, — заметив Кейт,
произнес Нат со слишком заметным облегчением, — мы, пожалуй, пойдем.
Вот это да! — пробормотал он, торопливо направляясь в холл. Кейт шла за
ним. — А я всегда считал, что Алан Беннет в своих пьесах все выдумал.
Кейт это заявлением возмутило.
— Они абсолютно нормальные, — пробормотала она, защищая свою
семью.
— Твой старик вечно всем недоволен.
— Он просто беспокоится за меня! — Кейт не собиралась ругать
родителей, хотя и подумала о том, что в плане сварливости отцу нет равных.
Но говорить этого она не стала. Ей не хотелось ссориться — ни сейчас, ни тем
более с Натом. Она была очень напряжена — переживала из-за родственников и
себя самой, из-за Ната, вязаной безрукавки и даже из-за Даррена, который к
этому времени уже наверняка приехал в
Панч ап
. Кейт представила себе его —
худого и уязвимого, стоящего перед полным залом завсегдатаев паба, которые
свистят на все лады, как в пресловутых уличных туалетах.
— Повеселитесь как следует! — крикнула мать им вслед. Отец
проводил их до дверей и выглянул в чернильно-темную ночь.
— Темно, как в желудке у коровы, — заметил он, и Кейт заскрежетала
зубами.
А потом, когда Нат взглянул на него так, словно засомневался в его
психическом здоровье, отец наклонился и заботливо, но с насмешкой в голосе,
обратился к дочери:
— Ты уверена, что тепло одета? На улице слишком холодно, чтобы выходить
в двух сетках для волос.
Глава 5
В понедельник Даррен появился в редакции лишь к середине дня. Похоже, он так
и не пришел в себя от потрясения и выглядел так же, как и в тот вечер, когда
Кейт уходила из паба после выступления
Денхоулм велветс
, каждое мгновение
которого, как она и предполагала, оказалось незабываемым.
Даррен бросил мокрую шинель в сторону вешалки. Кейт поморщилась, когда она с
грохотом угодила на клавиатуру у него на столе.
Наступила тишина, лишь вода капала из дыры на потолке в стоящую на полу
коробку для пирога, теперь постоянно пустующую.
— Как тебе показалось? — Даррен с беспокойством взглянул на
нее. — Все прошло нормально?
— Нормально?! — Кейт бросилась к другу через весь офис. —
Нормально?! Вы были просто великолепны! — закричала она и так крепко
обняла Даррена, что у него в спине что-то хрустнуло. — О-о, прости...
— Все в порядке, — с довольным видом произнес он. — Кстати, я
уже начинаю привыкать к повышенному вниманию поклонниц. Сегодня утром на
автобусной остановке меня узнали две женщины.
— Вот это да! С ума сойти!
— Но это не значит, что они предложили меня подвезти, — улыбнулся
Даррен. — Думаю, слава накапливается постепенно. Наверное, даже
битлов
никто сразу не сажал в свою машину. Особенно когда они были все
вместе... Ничего, как мы поем в
Ты ждешь автобуса
...
И он ударил по струнам воображаемой гитары:
Ты никогда не успеваешь, всегда приходишь поздно. Едва родившись, мы учимся ждать... О, а-а-а, Ты ждешь автобуса... Кейт захохотала, вспомнив взрывы смеха и одобрительные крики зрителей, когда
в конце концерта ребят во второй раз вызвали на бис и они сыграли эту песню
под шквал аплодисментов.
Кейт, как и всех в пабе, поразило (по-другому и не скажешь), насколько
веселым было выступление. При этом все музыканты (и в особенности Даррен)
пели с абсолютно бесстрастным и лицами. Младший репортер не только выглядел
как поп-звезда, но и идеально вжился в эту роль. Расхаживая с важным видом
по сцене — Даррен явно был в своей стихии, — он смотрелся даже
сексуально.
— Да, было неплохо. — Он широко улыбнулся.
— Просто великолепно!
—
Глэдис в мехах
имела большой успех.
— Настоящий триумф!
— И
Дядя Рэй
.
— Все танцевали.
— Особенно после того, как пришли девушки из Общества Энди
Уорхола, — добавил Даррен. Его глаза сияли. — Спасибо Алексу,
нашему бас-гитаристу. Он занимается какими-то техническими вопросами в
университете, вот только я не уверен, учится ли он там или просто чинит
трубы. Не важно, но именно он пригласил их.
— Да, здорово. Они действительно добавили жару и выглядели потрясающе —
яркий макияж, светлые волосы! Джелин должна быть довольна! Хотя, если
помнишь, она и сама не осталась в стороне. — Хозяйка действительно так
радовалась успеху своего первого вечера живой музыки, что залезла на барную
стойку (правда, не без посторонней помощи) и с таким воодушевлением
исполнила канкан, что сбила несколько кружек пива и растоптала кучу пакетов
с хрустящими свиными колбасками.
— Я сначала немного волновался, — признался Даррен. —
Выступать перед хранителями традиций
Велвет андеграунд
и все в таком
роде... Я боялся, что им не понравится, как мы переделали песни.
— А они были в восторге, и танцевали на столах под
Роковую
ферму
, — сказала Кейт и запела:
В этой грязи Лучше смотреть в оба, Не то сломаешь ногу По-ополам... Мне очень понравилось. Классно!
— Все как с ума посходили, — с радостью предавался воспоминаниям
Даррен. — В конце на сцену даже трусики полетели. И некоторые не такие
уж маленькие, — добавил он. — Мне показалась, что это были
Слэк-
найлонс
, сшитые на заказ.
Кейт слегка побледнела.
— Лорд Задавала хорошо провел время? — спросил Даррен как бы между
прочим, но уголки его губ поползли вверх. — Я видел, что ты привела
его.
— Гм-м...
В начале вечера, когда все женщины в
Панч ап
смотрели на него с
неприкрытым вожделением, а все мужчины — с нескрываемой завистью, Нат
выглядел довольным. Но как только Даррен и остальные музыканты
Денхоулм
велветс
оказались в центре сцены и всеобщего внимания, ее спутник — и этого
нельзя было не заметить — потерял интерес к происходящему. Остаток вечера он
провел, отвечая на поток сообщений по мобильному телефону.
— А как же, конечно. Это было великолепно, — заверила Кейт своего
коллегу. — Ничего подобного я здесь еще не видела!
Когда Кейт с Натом уезжали, из
Панч ап
доносились восторженные крики. Но
они сели в серебристую
мазду
в полном молчании. Девушка нервничала и
пыталась увлечь Ната разговором. Но Нат лишь вздыхал и едва не потерял
управление на опасном повороте, потому что держал черный, обтянутый кожей
руль одной рукой.
— Черт! — зашипела Кейт. Нат недовольно посмотрел на нее, и она
грустно уставилась в пол. В том, что вечер закончился катастрофой, винить,
кроме себя, было некого. Не следовало приглашать Ната в
Панч ап
— он
ужасно провел время и больше никогда и никуда с ней не пойдет. Она с
удовольствием пнула бы себя, если бы не жуткая свалка в ногах под
пассажирским сиденьем: старые газеты, пара поношенных вонючих кроссовок,
пачки от сигарет, шоколадные батончики, почему-то без обертки.
Казалось, они ехали в тишине целую вечность. Подняв наконец глаза, Кейт
заметила, что
Витс-энд
уже близко. Значит, пришла пора прощаться. Хотя,
возможно, и
до встречи в офисе
. Она слегка растянула губы в улыбке,
стремясь встретить неизбежную новость с храбрым лицом.
Нат наклонился. От него пахло сигаретами и пивом, но ей удалось различить
аромат дорогой туалетной воды.
— Приходи на чай в понедельник, — пробормотал он.
Кейт в восторге ухватилась обеими руками за кожаное сиденье. Еще одно
свидание!
— Отлично. В понедельник, говоришь? — переспросила она, тщательно
скрывая свои эмоции.
— Отец к тому времени уедет.
— Уедет?
— В Лондон к своим финансистам. Чтобы выбраться из того дерьма, в
котором оказался.
— Ну да... — Кейт хотела скрыть, что она в восторге от приглашения
и понимает, о чем идет речь. Неужели Даррен и Фрея не зря принялись за
расследование? Она постаралась выдержать оценивающий взгляд Ната.
— Да, он в куче дерьма... По уши. Разве ты не знала?
Кейт пожала плечами.
— Ладно, кому нужен этот чертов придурок? — зло произнес
Нат. — Его не будет, и хорошо. Нельзя допустить, чтобы такой дом
простаивал. Там есть домашний кинотеатр, бассейн... все. — Его глаза
хитро заблестели. — Не говоря уж о чайных пакетиках. И пирог тоже
найдется, я в этом не сомневаюсь.
Боковым зрением Кейт заметила, что занавески в гостиной ее дома задрожали.
Испугавшись, что на дорожке может появиться отец с фонариком, она сказала:
— Я, пожалуй, пойду.
— Да, пока не появился твой ужасный папаша и не забил меня до смерти
кровяной колбасой!
— Смешно! — Кейт хотела, чтобы он понял: ей не по душе такие шутки
по поводу северного образа жизни.
Нат усмехнулся, и его зубы блеснули в свете приборов.
— Приходи часа в четыре. Скажи этому глупцу, вашему редактору, что
судишь соревнования хорьков, или придумай еще что-нибудь.
Перед лицом Кейт что-то задвигалось и зазвенело. Она не сразу поняла, что
это унизанная браслетами рука Даррена.
— Эй! Эй! Здесь есть кто-нибудь?
— Ой, прости, — пробормотала Кейт, возвращаясь к реальности —
сегодня понедельник, и она находится в офисе. — Я была так далеко...
— Не сомневаюсь в этом. Я рассказал тебе самую потрясающую новость о
пятничном вечере, а ты никак не отреагировала...
— Что такое?
— Значит, мне придется начинать заново, — театрально вздохнул
Даррен. — Ты не заметила в глубине зала невысокого парня в черной
футболке?
— Нет, а должна была?
— Он оказался агентом из
Чип шоп
.
— А как это перевести на нормальный язык?
Даррен вытаращил глаза:
—
Чип шоп
— новая многообещающая звукозаписывающая компания, а он
ищет таланты. Им нужна была еще одна группа для европейского турне. Этот
агент оказался здесь только потому, что по пути в Блабберхаусес, где он
собирался послушать какую-то группу, играющую в стиле восьмидесятых, у него
сломалась машина. И угадай, что произошло? — Даррен несколько раз
стукнул кулаком по столу, и тут же послышалось шуршание — от компьютера
отвалился какой-то шнур. —
Чип шоп
предлагает нам контракт! Они
считают, у нас есть все данные, чтобы стать звездами!
Кейт пришла в восторг, который быстро сменился завистью. Она схватила
Даррена за плечи:
— Даррен! Это же фантастика! Господи, ты станешь очень богатым и
знаменитым!
— Ну, наверное, не сразу, — произнес младший репортер. —
Денег обещают не так много, да и компания эта относительно молодая. Мы ведь
не
Оазис
, и это только начало! — Его глаза светились от
радости. — А вот тур ожидается классный! Италия, Испания, Франция и
пару дней на Ривьере в конце.
Зазвонил телефон. Кейт сняла трубку и почувствовала, как зависть снова
накрыла ее горячей волной. Южная Франция! Нет, это несправедливо.
Но она сразу же постаралась взять себя в руки. Ее шанс тоже когда-нибудь
наступит. Обязательно. Ведь так всегда происходит с теми, кто терпеливо
ждет. Кроме того, есть еще сегодняшняя встреча в четыре. Кейт никогда еще
так не хотелось выпить чашку чаю!
Во второй половине дня она отправилась в Слэк-Топ. Поселок располагался на
холме, возвышающемся посреди равнин. Вдоль темно-зеленых, тянущихся узкими
полосами полей стояли мрачные каменные ограждения. Кейт подумала, что именно
в этом пейзаже есть нечто особенное и такое родное, что ее сердце никогда не
остается равнодушным, хотя места чуть севернее известнее и считаются более
красивыми.
Оставив машину на окраине, Кейт пешком направилась мимо симпатичных старых
домиков. Она вдыхала свежий терпкий воздух, какой бывает только на
возвышенностях, и с удовольствием разглядывала дома ткачей с рядами высоких
окон — для работы им требовалось много света. Построенные в восемнадцатом
веке, эти дома и сейчас содержали в идеальном состоянии. Кейт поднималась по
петляющей, отполированной до блеска булыжной мостовой, сворачивала в
сумрачные проходы между домами. Здание с красивым георгианским гербом ткачей
оказалось рестораном
У пряхи Дженни
, и Кейт принялась с интересом
разглядывать его. Хозяева заведения упорно отказывались от рекламы в
Меркьюри
, и оно оставалось в недосягаемости для рубрики
Ресторанный гид
и желудков ее авторов. В любом случае, если судить по огромному количеству
припаркованных рядом сияющих
мерседесов
и
ягуаров
, реклама
У пряхи
Дженни
вряд ли могла заинтересовать простых читателей
Меркьюри
. Это место
явно пришлось по сердцу зажиточным местным жителям, которые кичились своим
богатством, —
десятишиллинговым миллионерам
, как любил их называть
отец.
Кейт посмотрела на часы: без десяти четыре, а на чай ее ждут к четырем.
Через несколько минут она уже входила в огромные позолоченные ворота —
витиеватая литая надпись сообщала о том, что за ними находится Слэк-
Палисэйдс. Место это было пустынное и при ближайшем рассмотрении оказалось
еще менее привлекательным, чем она ожидала. За разросшимися кипарисами
виднелись подъездные дорожки из желтого кирпич
...Закладка в соц.сетях
