Жанр: Любовные романы
Горец и леди
...немся за вами в погоню. Славная будет охота.
— Пошли, — сказала Бригитта, но Антония, скованная страхом, будто
приросла к месту. Взяв невестку за руку, Бригитта потащила ее за собой.
— С блондинкой делайте что хотите, — сказал своим людям
Мардок, — но эта рыжеволосая бестия — моя. Кто ее тронет, тот может
считать себя мертвым.
Кожа Бригитты сразу покрылась мурашками, как только они с Антонией вышли во
двор. По календарю, конечно, было лето, но погода стояла весьма прохладная.
Во всяком случае, для женщин в одних рубашках.
Бригитта бросила на Антонию оценивающий взгляд и поняла, что ее изнеженная
невестка не пробежит и двух шагов. Им повезет, если они успеют за эти
тридцать минут хотя бы скрыться в лесных зарослях, с ужасом поняла она.
Таща за собой Антонию, она быстро вышла во двор и прямиком направилась к
воротам. Часовые, предупрежденные графом, беспрепятственно пропустили их.
— Не знаю, как вы, — сказал один из этих вояк, облизнув
губы, — но я, после того как граф выйдет за ворота, присоединюсь к
охоте.
— А кто же будет защищать Вим? — спросил второй. — Если Макартуры нападут, пока мы...
— Дьявол позаботится о защите нашего замка, — отрезал
первый. — Если бы граф беспокоился о Макартурах, он не затеял бы этой
потехи.
— И то верно, — поддержал его третий часовой. — Когда еще выпадет такое развлечение?
— А что, я лично никогда не имел дела с высокородными леди, —
сказал второй воин, убежденный доводами остальных. — Мне бы хотелось
узнать, что при этом чувствуешь.
— Мы успеем вернуться на свой пост раньше всех, если не станем слишком
увлекаться, — продолжал рассуждать первый.
— В таком случае, — заключил третий, — была не была.
Оцепеневшая от ужаса, Антония остановилась за воротами, отказываясь
двинуться с места.
— Я не могу, — заплакала она.
Схватив невестку за плечи, Бригитта грубо толкнула ее вперед.
— Ты что, — сурово спросила она, — хочешь, чтобы эти негодяи
изнасиловали тебя?
Антония яростно замотала головой, продолжая заливаться слезами.
— Тогда слушай меня. Мы войдем в лес вон там. А как только скроемся из
виду, сделаем крюк и вернемся назад. Попробуем спрятаться на другой стороне
озера.
— Какого озера?
Бригитта пожала плечами.
— Откуда я знаю? Позади замка есть озеро. Я видела его из окна. Когда
стемнеет, они прекратят нас искать, и мы отправимся в Данридж.
— Но мы замерзнем там ночью, — захныкала Антония.
— Глупая голова, — оборвала ее Бригитта. — Неужели ты
думаешь, что Йен уже не скачет к Виму? Мы повстречаемся с ним прежде, чем
успеем замерзнуть. Пошли.
И, увлекая Антонию за собой, она бросилась в лес, росший к югу от замка.
Вскоре они сошли с тропинки и бросились прямо в густые заросли. Время от
времени Бригитта оглядывалась назад, чтобы проверить, поспевает ли за ней
Антония. Но изнеженная красотка, не привыкшая к физическим усилиям, очень
скоро устала, и у нее закололо в боку.
— Бри! — вскричала она, запнувшись о корень и падая в траву. — Не бросай меня, Бри!..
С проклятиями Бригитта вернулась к ней. Что ей еще оставалось делать?
Бросить Антонию одну?
— Ты ушиблась? — спросила она. Из глаз Антонии брызнули слезы.
— Я подвернула ногу, и в боку невыносимая боль.
Бригитта помогла ей подняться.
— Обопрись рукой о мое плечо.
— Я не могу, — Антония застонала. — Спасайся сама.
Борясь с искушением именно так и сделать, Бригитта заколебалась. Без
сомнения, сама Антония так бы и поступила, если бы они поменялись ролями.
— Ну?
— Заткнись! — прошипела Бригитта.
— Почему же ты не оставишь меня? — страдальческим тоном повторила
Антония.
— Почему, почему? Не хочу, чтобы твой призрак являлся ко мне потом до
конца моих дней. Поднимайся, и пошли.
В отдалении послышались какие-то дикие крики и громкий собачий лай. Обе
женщины вздрогнули и оцепенели от страха.
— Гончие напали на наш след, — бросила Бригитта. — А ведь
полчаса еще не прошло. Этот негодяй обманул нас!
— Ворота не заперты, и я не вижу часовых, — задумчиво сказал
Перси. — Как ты считаешь, это западня?
Йен угрюмо пожал плечами.
— Западня или нет, мне все равно. Подобравшись вместе со своими воинами
прямо к замку Вим, Макартуры разделились на две группы и притаились в густом
лесу. Большая часть отряда во главе с Йеном и Перси скрытно приблизилась к
главным воротам замка, а меньшая, которую вели Джеми и Даджи, направилась
вокруг замка в объезд, чтобы найти потайную калитку.
— Даджи, должно быть, сейчас уже занял позицию, — сказал Перси.
Йен кивнул.
— На этот раз Менци от нас не уйдет. Жаль только, что я не могу убить
его дважды и трижды.
Вытащив меч, Йен вскинул его вверх, чтобы дать сигнал своим людям, и выехал
вперед. Воины, обнажив мечи, тесной группой последовали за ними. Выбравшись
из-под защиты леса, они стали уязвимы для стрел, но на стенах замка Вим не
было видно ни одного защитника.
Макартуры приближались к замку, но там по-прежнему царила странная,
сверхъестественная тишина. Ни одного человека не показалось на стенах. Замок
Вим словно вымер.
— Не нравится мне это, — прошептал Перси, когда они подъехали к
самым воротам. — Что-то тут не так. Давай сначала пустим вперед наших
людей.
— Нет, я войду первым. Бри моя жена.
Братья были уже во внутреннем дворе замка Вим.
Но ничего не произошло. Что-то рыжее внезапно мелькнуло у коней под ногами.
— Гляди, Хитрец! — громким шепотом воскликнул Перси.
Йен слегка улыбнулся.
— Этот мошенник, должно быть, все время следовал за нами, но не
показывался нам на глаза.
Остановив коня, Йен настороженно оглядел внутренний двор. Где же Менци? И
где Бригитта с Антонией?
Йен спешился. Воины последовали его примеру, хотя и неохотно, уверенные, что
на них вот-вот нападут. Донесшиеся с другой стороны двора шаги заставили их
насторожиться, но это оказались всего лишь воины Даджи, пробравшиеся через
потайной ход и тоже нигде не натолкнувшиеся на часовых.
— Не могу поверить, но замок пуст, — сказал Даджи Йену.
— Очень странно, — вмешался Джеми. — Точно заколдованный.
Меня от этого просто в дрожь бросает.
При этих словах некоторые из воинов перекрестились.
Во главе с Йеном все вошли в главное здание замка. Уловив очень слабый
знакомый запах, Хитрец бросился мимо них и исчез за дверью. Он понял, что
Бригитта была где-то там.
— Ай, дикий зверь! — взвизгнул за дверью какой-то женский голос.
Макартуры бросились вслед за лисенком и оказались в большом зале. Она была
пуста, только где-то в дальнем углу испуганно жались друг к другу две
служанки да пожилой управляющий.
— О Господи, это же Макартур! — в ужасе воскликнул старик.
— Да, это я, — прорычал Йен, взмахнув своим мечом. — Где твой
хозяин?
— М-мы здесь п-просто с-слуги, — запинаясь, произнес тот. — А
граф на охоте.
— На охоте?! — поразился Йен. — То что, издеваешься надо
мной? Думаешь, я поверю, что он отправился на охоту, оставив замок без
защиты?
— Это правда, клянусь вам!
— Отдайте пленниц! — приказал Йен.
— Я... я... я не могу этого сделать.
Глаза Йена опасно прищурились. Он кивнул Даджи и Джеми, которые тут же
схватили управляющего за руки.
— Отрежьте-ка наконечник у его гарпуна, — безжалостно приказал
Йен. — Это сделает его посговорчивей.
— Смотрите! — вскричал Перси, указывая на Хитреца.
Вернувшийся в зал лисенок держал в зубах какую-то тряпку. Рассмотрев ее, Йен
с облегчением увидел, что на ней нет пятен крови.
— Это блуза Бригитты, — сказал он, и лицо его сделалось
устрашающим. Подойдя вплотную к управляющему, он рявкнул: — Я собственными
руками вспорю тебе живот и выпущу наружу кишки, если ты...
— Подожди! — вскричал управляющий, испугавшись не на шутку. —
Этих дам здесь нет.
— Где же они в таком случае?
— Я точно не знаю. Граф заставил их раздеться и выйти из замка. Это на
них он устроил охоту для развлечения.
— Да, милорд, — подтвердила одна из женщин. — Граф сказал,
что его воины могут взять этих леди... Вы понимаете, что я имею в виду. А
часовые не захотели отставать и тоже присоединились к охоте.
С проклятиями Йен выскочил из зала, сопровождаемый Хитрецом. Воины
Макартуров гурьбой последовали за ним.
— Джеми, — приказал Йен, остановившись во дворе, — ты со
своими людьми останешься здесь на случай, если они вернутся. — Он
поднял лисенка на руки и, ткнув его носом в одежду Бригитты, скомандовал: —
Ищи, Хитрец! Ищи!..
Хитрец спрыгнул с его рук и опрометью кинулся к воротам. Макартуры, вскочив
на коней, помчались за ним.
Леденящие душу крики настигающей их погони раздавались уже в
непосредственной близости, и, заслышав их, Антония заскулила, как раненый
зверь.
Это уж слишком, — подумала Бригитта, с трудом волоча невестку,
словно куль повисшую на ней. — Еще немного, еще несколько
шагов
, — подбадривала она себя, не сознавая еще, что на открытом месте
они будут как на ладони.
— Ну, вот и озеро, — с облегчением вздохнула Бригитта, выходя из
лесочка.
Из последних сил они медленно побрели к берегу в поисках подходящего
укрытия. Но не успели сделать и десятка шагов, как...
— Помогите! — завопила вдруг Антония, и чьи-то сильные руки
оттащили ее от Бригитты.
— Ах ты, похотливый негодяи! — взвизгнула Бригитта, приходя в
неистовство при виде мужчины, вцепившегося в ее невестку.
Схватив Антонию за руку, она изо всех сил потянула ее к себе, а когда ей не
удалось вырвать ее, яростно набросилась на насильника, пинаясь, царапаясь и
кусаясь.
Он отпихнул Бригитту, словно назойливого комара, и она упала лицом в траву.
Решив во что бы то ни стало спасти Антонию, Бригитта готова была снова
вскочить и драться, но замерла, заметив пару блестящих черных сапог возле
своей головы.
— Позвольте мне, графиня, — с саркастическим презрением произнес
Мардок и наклонился, чтобы схватить свою добычу.
Стремительным движением Бригитта выбросила руку вверх, ткнув пальцами ему в
глаза, и тут же откатилась в сторону. Потом вскочила на ноги и бросилась
бежать.
Придя в себя, Мардок с проклятиями пустился в погоню. С развевающимися на
ветру огненными волосами, Бригитта походила на испуганную лесную нимфу,
мчащуюся вдоль берега. Настигнув ее, Мардок протянул руку, схватил длинную
рыжую гриву и грубо дернул на себя. Вскрикнув от невыносимой боли, Бригитта
подалась назад.
— Ах ты, стерва! — проревел Мардок, повернул ее к себе и с размаху
ударил по лицу. Бригитта, охнув, потеряла сознание. Бросив свою жертву на
землю, он, не теряя времени даром, начал развязывать гульфик.
— Йен! — в отчаянии вскричала Бригитта, придя в себя от падения.
В глазах ее вновь потемнело, и она уже не увидела смертоносную тучу стрел,
которые полетели в сторону Мардока из леса.
— Бри! Ты меня слышишь, Бри!..
Как сквозь глухую стену, до нее донеслись эти слова. Открыв глаза, она
увидела склонившееся над ней озабоченное лицо мужа. Йен с облегчением
вздохнул и, словно защищая, привлек ее ближе к себе.
— Ты не ранена? — спросил он, заметив слезы у нее на щеках.
Судорожно вцепившись в него, Бригитта отрицательно покачала головой. Потом
прижалась к его груди и закрыла глаза. И вдруг что-то мокрое ткнулось в ее
щеку, стирая соленые слезы.
— Хитрец! — не открывая глаз, воскликнула она.
— Ты что, не видишь, брат, — прозвучал рядом с ними голос
Перси, — что твоя жена почти голая. — Усмехнувшись, он протянул
Йену плед и отошел.
— А где Антония? — спросила Бригитта, заворачиваясь в плед.
Йен горестно покачал головой.
— Увы, в нее попала стрела, но она почти не страдала.
— А Менци?
— Он больше не будет беспокоить нас. С ним покончено.
Йен поправил на ней плед и поднял Бригитту на руки. Многозначительно
посмотрев на нее, он покачал головой и спросил:
— Вот видишь, что бывает, когда жена не слушается мужа?
— Я никогда больше не буду так поступать, обвив его шею руками,
торжественно пообещала Бригитта.
По губам Йена пробежала улыбка.
— Разве ты не знаешь, любовь моя, что ложь — это такой же тяжкий грех,
как и непослушание?
ЭПИЛОГ
Эдинбургский замок, декабрь 1566 года — Да скоро ли ты там, наконец!
Услышав нетерпение в голосе мужа, Бригитта искоса взглянула на него.
Неотразимо красивый, Йен стоял перед камином. На нем был черно-зеленый плед
Макартуров поверх белой шелковой рубашки и темного бархатного камзола.
Нахмурившись, он наблюдал за ней.
Бригитта миролюбиво улыбнулась, потом поддразнила:
— Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя великолепные ноги? При виде их
у меня дрожь пробегает по телу.
— Не раздражай меня, Бри, — огрызнулся Йен. — Давай-ка лучше
поторопись.
— Подай мне, пожалуйста, платье.
Через мгновение он уже был рядом с ней, держа в руках ее новый придворный
наряд: изумрудно-зеленое бархатное платье.
— Накинь его на меня через голову, — попросила Бригитта. —
Только, ради Бога, не испорти прическу, иначе мне придется все начинать
заново.
— Почему это я, граф Данридж, должен быть твоей камеристкой? —
недовольно проворчал он. — Почему ты не привезла с собой Сприн?
Ответ Бригитты он не услышал за шуршанием ее юбки.
— Что-что?.. — переспросил он.
— Я сказала, — повторила Бригитта, выныривая из платья, — что
Сприн на третьем месяце беременности.
— Ну и что из этого?
— А то, что ее все время тошнит. И может вырвать в любое время. Например, прямо на это платье.
— Ох уж эти женщины!
— И Сприн, и Шена, и Эврил — все беременны, — продолжала
Бригитта. — Похоже, на младенцев год будет урожайный.
— Не забывай и о себе, — усмехнулся Йен, похлопав ее по
округлившемуся животу. — Еще пять месяцев, и ты снова родишь. Это
должен быть еще один мальчик.
— Четверо из нас беременные в одно и то же время. Прямо хайлендским
ветром надуло.
Йен рассмеялся, но тут же сделал серьезное лицо и проворчал:
— Не говори глупостей. Это я сделал тебе ребенка. А теперь повернись —
я застегну пуговицы.
— Одно я знаю наверняка, — сказала Бригитта, поворачиваясь
спиной, — этим я обязана нашей проклятой кровати, которая...
Йен ухмыльнулся за ее спиной.
— Знаешь, кровать, вряд ли могла сделать тебя беременной.
— Но она очень этому способствовала. Скажешь, не так?
Покончив со своим трудным делом, Йен ласково повернул жену лицом к себе и
поцеловал в кончик ее вздернутого носа.
— Ты никогда не выглядела прелестнее, дорогая.
— А все-таки кровать виновата, — упрямо повторила она. Надо
сказать, ее нрав мало изменился за это время.
Бригитта повернулась и принялась изучать себя в зеркале.
А правда, я
ничего
, — решила она. Но тут же нахмурилась, в профиль живот уже был
заметен.
— Если мы через минуту не выйдем, — сказал Йен, кусая губы от
смеха, — то опоздаем на инвеституру Перси.
— Подумать только, — заметила Бригитта, — Перси будет носить
титул Мардока и жить в замке Вим. Интересно, что сказал бы на это Черный
Джек? Я все еще не понимаю, как это случилось.
— По шотландским законам и благодаря милости королевы, — пустился
в объяснения Йен, — когда человек женится на наследнице, он может
получить ее фамильный титул и все владения. Шена ведь единственная осталась
в роду. По мужской линии у них больше никого нет. С сегодняшнего дня Перси
становится графом Мейничем, и замок Вим будет принадлежать ему.
— У нас в Англии такого не бывает.
Йен приподнял ей подбородок и с любовью заглянул в изумрудные глаза.
— Вы, англичане, как известно, варвары.
Не желая спорить, Бригитта пропустила эту насмешку мимо ушей.
— С чего началась ваша распря с Менци? — вдруг спросила она,
примеряя накидку. — Неужели Черный Джек и вправду похитил когда-то его
тетку?
— Нет, хотя Мардок, возможно, и в самом деле думал, что это именно так.
— Ты говоришь загадками, дорогой?
— Черный Джек не похищал и не убивал тетку Менци. Большего я сказать не
могу, поскольку герцог Арджил скончался, а дурные дела покойников пусть
умрут вместе с ними, — ответил он, ведя ее под руку к двери. — Но
ты мне веришь, надеюсь?
— Да, конечно.
Йен открыл дверь. Они хотели пройти в нее одновременно, но тут же застряли.
Оба отступили назад и с улыбкой поглядели друг на друга.
Бригитта рассмеялась.
— На этот случай есть старая английская пословица.
— Какая же? — спросил Йен.
Бригитта переступила через порог и оглянулась, поглаживая себя по животу.
— Тот, у кого больше живот, проходит первым, а тот, у кого его нет,
следует позади. Что вы скажете, ваша милость?
Улыбаясь, Йен прошел вслед за ней. А закрыв за собой дверь, обнял ее и
поцеловал так долго и так крепко, что у Бригитты перехватило дыхание.
— Я люблю тебя, дорогая, — прошептал он. И, запечатлев еще один
поцелуй на губах жены, добавил: — Но любил бы еще больше, не будь ты такой
своенравной.
Бригитта лишь лукаво улыбнулась ему в ответ.
Закладка в соц.сетях
