Жанр: Любовные романы
Что было, то было
...чи. Ее
захлестнул необузданный, всепоглощающий прилив физического удовольствия. Она
даже не подозревала, что можно чувствовать себя так непереносимо хорошо.
Бетти вскрикивала, взмывая в новых нескончаемых волнах восторга,
лихорадочная боль желания становилась все невыносимее, пока, теряя рассудок
от возбуждения, она не растворилась в электризующем звездопаде чувств,
явственно ощущая, что возносится на небеса.
Рэнди держал ее так крепко, что, когда Бетти открыла изумленные глаза,
глоток воздуха не смог проникнуть в ее разгоряченное, охрипшее от криков
восторга горло, но ведь в раю и не обязательно дышать, верно?
— Тебе уже было?.. — прерывисто спросил Рэнди, чуть приподнявшись и нависая
над ней.
Все, что Бетти могла, это лишь легонько кивнуть...
Но тут новый каскад молний пронизал все ее тело вдоль и поперек, насквозь
прошив при этом и Рэнди, и, пока не иссяк заряд этой грозы, сотрясавший их
тела, они не смогли оторваться друг от друга.
Потом Рэнди нашептывал Бетти нежные слова, гладил и целовал ее разметавшиеся
по подушкам волосы, но через несколько мгновений оба спали мертвым сном.
Привыкший к неожиданным побудкам, Рэнди легко проснулся ровно через два
часа, на которые выхлопотал себе задержку с визитом в больницу. На своей
руке он ощутил неожиданную тяжесть, отчего проснулся окончательно и открыл
глаза.
Рядом лежала нагая Бетти. Впрочем, не совсем нагая — густые распущенные
волосы прикрывали ее до талии. Рука Рэнди невольно потянулась к ее грудям, и
соски напряглись, мгновенно отреагировав. Даже спящая, Бетти знала, кто
касается ее тела, и подалась навстречу нежным ищущим пальцам.
Рэнди глухо застонал и стал ласкать губами теплую податливую плоть. Бетти,
готовая снова принять его, ответила и была неимоверно прекрасна в своем
наивном бесстыдстве. Рэнди, не ожидавший подобной игривости от женщины,
лишившейся девственности всего два часа назад, распалялся с каждой секундой
все сильнее.
— Всемогущий Боже! — выкрикнул он. — Я сошел с ума! Что я делаю?!
— Не кори себя за это, — прошептала Бетти с новой для нее хрипотцой в голосе
и со смешком призналась: — Я и себя-то не узнаю... Но, как бы это ни
называлось, продолжай. Я не стану возражать. Это так приятно!
Она с любопытством встретила взгляд Рэнди. Было видно, что происходящее
доставляет ей истинное удовольствие. Она рассмеялась беззаботно и радостно.
Обхватив узкими сильными ладонями ее лицо, Рэнди наклонился и, нежно
поцеловав ее, прошептал:
— Чертовка, я должен давно быть в больнице...
— Мне тоже давно пора бы на работу... — не осталась в долгу Бетти.
И Рэнди снова овладел ею. Оба были неутомимы в своем стремлении познавать
друг друга, однако железный самоконтроль не позволил Рэнди полностью
потерять голову. Он с явной неохотой покинул Бетти и стал одеваться. Она
молча наблюдала за ним, и, как ни странно, его обыденные движения тоже
доставляли ей удовольствие.
Наверное, мне надо было бы чувствовать себя оскобленной, подумала Бетти. Но
я вовсе не испытываю ничего подобного, ведь все, что было между нами,
произошло именно тогда, когда я поняла, что люблю Рэнди.
— Одевайся, — мягко сказал он, — нам обоим пора заняться делом.
Не глядя на Рэнди, Бетти села и надела трусики. Потом встала и резким
поворотом головы откинула свои густые волосы на спину.
Рэнди обнял ее за плечи и с наслаждением провел ладонями по прохладной
шелковистой коже.
— Не стану врать и утверждать, что происшедшее между нами мне не
понравилось, — продолжил он тем же тихим голосом. — Было очень хорошо! Но
для меня все произошло слишком быстро.
Бетти посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь понять их выражение.
— Ты был со мной?
— Конечно, с тобой, не с призраком же, — ответил Рэнди очень серьезно,
правильно поняв намек. — Ты очень привлекательная девушка и не могла не
заметить, как действуют на меня твои великолепные волосы. В первый раз это
было в офисе, когда я потерял контроль над собой. Я жутко испугался, что не
успею догнать тебя и остановить, прежде чем ты сострижешь их. — Рэнди тихо
рассмеялся. — Если бы я не успел, то перерезал бы себе горло. Не спасти
такие волосы!
Бетти запоздало поинтересовалась:
— А что вызвало твой бурный гнев в офисе?
— В тот вечер, когда я сделал предложение Ребекке, она была одета в точно
такое же платье, как у тебя, и так же причесана, — пояснил Рэнди. — Я просто
не был готов принять тебя в новом обличье.
— Ясно. Тогда прошу прощения... — процедила сквозь зубы Бетти.
— Тебе не за что извиняться. Ты прекрасно выглядела, Бетти-Солнышко, — мягко
поддразнил ее Рэнди. — Носи прически, какие тебе нравятся, а я, по
возможности, придавлю свои эмоции.
— Разве все, что между нами было, не минутный порыв? — недоверчиво спросила
Бетти.
Рэнди обнял ее обеими руками за талию и притянул к себе.
— Нет, конечно. Я давно желал тебя и не скрываю этого. Когда я касаюсь тебя,
никаких других женщин просто не существует.
Бетти видела на его лице вожделение, но все же спросила:
— Тогда почему на тебя давит чувство вины?
— Не стану этого отрицать. Я любил Ребекку и не мог заставить себя забыть
ее. — Рэнди посмотрел Бетти прямо в глаза. — И вряд ли когда-нибудь смогу,
потому что слишком любил ее. Тебе я готов предложить страстные поцелуи и
объятия, мы можем спать друг с другом. Видит Бог, как я хочу этого! Но ни на
что большее рассчитывать не следует. — Рэнди явно не кривил душой. —
Впрочем, одного секса нам будет слишком мало!
Глаза Бетти невольно скользнули по его поросшей волосками груди. Ей
захотелось провести по ней рукой, вообще поласкать Рэнди, но она сдержалась.
Да, он желает ее, но любит по-прежнему только Ребекку. И так будет всегда...
— Мы можем быть друзьями, — сказал Рэнди, — даже близкими друзьями. Я
чувствую к тебе сильное влечение. Ты прелестная, искренняя и честная
девочка.
— Друзьями? — переспросила Бетти.
— Ну хорошо, любовниками, — нарочито бесстрастно поправился Рэнди.
Бетти сумела усмехнуться.
— Ну да, любовниками, о которых будет сплетничать весь город.
— Вполне возможно, что так, потому что на твоем бесхитростном лице все
написано.
— Так у нас ничего не выйдет.
Бетти отстранилась от Рэнди и наклонилась, чтобы поднять с пола свой халат.
Ей вдруг стало зябко.
— Не смогу, нет, не смогу я полюбить тебя! — с легким раздражением
воскликнул он. — И поэтому не предлагаю выйти за меня замуж. Хоть это все не
так просто для меня, как ты можешь подумать...
— Знаю. — Бетти плотнее закуталась в халат. — Но на меньшее я не согласна.
Хочу, чтобы у меня был муж и дети.
Рэнди тяжело вздохнул.
— Мне очень жаль.
— Я все понимаю, и не виню вас... — Она опять перешла на официальное
обращение, как бы обозначая вновь возникшую между ними границу. — Если бы у
меня в прошлом был бы кто-нибудь, кого я сильно любила, я тоже вряд ли
смогла бы его забыть. — Бетти резко вскинула голову и продолжила: — Но мне
только двадцать четыре года, и вся жизнь передо мной. Жить, как вы, одной
памятью я пока не могу.
Рэнди заложил руки в карманы и согласился:
— Да, пока еще рановато.
Неожиданно Бетти закашлялась и стала лихорадочно искать один из своих
ингаляторов.
— Сегодня ужасное состояние атмосферы, — попыталась оправдаться она, тяжело
дыша.
Ингаляторы были рассованы повсюду. Один лежал на столе, другой был в
сумочке, а еще один в кармане жакета, в котором она ходила на работу. Любой
из них мог купировать приступ, важно было только найти. Ну наконец-то!..
Бетти сделала несколько глубоких вдохов, и приступ прекратился.
— Утром шла на работу пешком, — пояснила она.
— Глупо! — прокомментировал Рэнди.
Бетти передернула плечами.
— Возможно, но на улице так хорошо, к тому же я очень люблю запах цветов, —
пробормотала она. — Жизнь не всегда проста. Когда мы жили, с отцом, я
развела возле дома небольшой садик. Он был очень красивым. Когда все цвело,
мне было нелегко, но я справлялась...
— Меня с тобой мирит то, что ты хоть следуешь моим рекомендациям и
пользуешься прописанными лекарствами. Знаю пациентов, которые плюют на все
предписания и просто выбрасывают рецепты.
Бетти рассмеялась.
— Я тоже знаю таких. По-моему, каждый второй, попавший в
скорую помощь
,
поступает именно так.
Рэнди тоже усмехнулся.
— Верно. — Он взглянул на циферблат наручных часов и, поморщившись, сказал:
— А вот теперь я уже действительно не могу задерживаться ни на секунду.
Бетти ответила, что и ей уже пора.
Рэнди застегнул пуговицы рубашки и потянулся за пиджаком. Потом он достал
расческу и, подойдя к зеркалу в ванной, привел в порядок свои растрепанные
волосы.
Взглянув на небольшое окошко, застекленное матово-белым непрозрачным
стеклом, Рэнди вспомнил о новом звонке неизвестного, но решил не
акцентировать сейчас на этом внимание Бетти. Она как раз заглянула в ванную.
— Не мешало бы побриться...
— Именно это я и собирался сделать утром, когда появилась ты в образе
Венеры.
— Да, но, между прочим, это вы приказали мне сделать прическу и надеть самое
модное темно-зеленое платье, — не преминула ехидно отметить Бетти. — Я для
этого даже в Нашвилл съездила...
— Для того чтобы очаровать Стерлинга Мура или Арта Уотерстона, — спокойно
парировал Рэнди, — а вовсе не меня.
Бетти скрестила руки на груди.
— О, простите!
Рэнди запустил пальцы в волосы и опять разлохматил свою шевелюру. Это был
инстинктивный жест, выражавший крайнее волнение. Ему пришлось отвести глаза
от Бетти. Своим видом она вызывала у Рэнди непреодолимое желание — хоть
снова скидывай одежду и в постель!
— Встретимся в офисе. Сестра Кристмас полагает, что ты сильно расстроена
моим замечанием и придешь несколько позже. Она позволила себе высказать
упрек в мой адрес. — Рэнди глубоко вздохнул. — Прошу прощения за свою
несдержанность. — Невольно покосившись на измятую постель, он добавил
многозначительно: — Но я ни о чем не жалею!
Бетти сжала кулаки и пробормотала вполголоса:
— Разумеется, как все мужчины... О чем вам жалеть-то?
Рэнди удивленно вскинул бровь.
— Откуда ты-то знаешь? И как объясняешь это?
— Объяснить не могу! Знаю, и все.
Бетти направилась к двери ванной. Рэнди поймал ее за руку и повернул лицом к
себе.
— И не забудь, что все остается в силе: мы по-прежнему идем на бал, —
напомнил он жестко.
— Вы уверены, что хотите этого?
Рэнди кивнул.
— В таком случае, ладно, — милостиво проронила Бетти.
Черные глаза Рэнди скользнули сверху вниз по ее фигурке, скрытой купальным
халатом, прошлись по изящным ступням и вернулись к раскрасневшемуся
грустному лицу.
— Иногда мне трудно помнить, что прежде всего я должен вести себя как
врач... — признался он. — У тебя такие красивые груди!
Бетти покраснела сильнее.
— Ты смутилась? — мягко поинтересовался Рэнди и придвинулся поближе к ней. —
Не стоит. Я ни одной живой душе не поведаю, что хорошо знаю твое тело...
Никогда и никому!
— У меня вы были первым мужчиной... — смущенно призналась Бетти, глядя куда-
то мимо него.
— Ты еще так молода, — голос Рэнди пресекся от волнения, — что не стоит
этому удивляться. Первый так первый...
Бетти встревоженно посмотрела на него.
— Вы хотите сказать, что-то между нами было не так и вам не было приятно?
Вот, пожалуйста — имей после этого дело с девственницами! — разозлился
Рэнди.
— Мне было очень хорошо, — процедил он. — Думаешь, я не заметил, что ты была
невинна?
— Тогда вы смеетесь надо мной?
— Разумеется! — Рэнди наклонился к ее лицу и поцеловал в щеку. — Ты была
сказочно хороша, когда стонала от удовольствия... Я так рад, что для тебя
все было в первый раз именно со мной!
— Но, увы... для вас это не было впервые, — прошептала Бетти с неожиданной
горечью.
— Знаешь, когда это было для меня впервые... все было очень похоже на твои
переживания, — тихо сказал Рэнди, улыбаясь воспоминаниям. — Это произошло с
девушкой, которая была гораздо старше меня. Она страшно боялась забеременеть
и все время предостерегала меня, чтобы я был осторожнее. Конечно, это мешало
мне расслабиться до конца, но все равно было очень хорошо.
— И потом вам не было стыдно за себя?
— Немного... — признался Рэнди. — В силу воспитания я был абсолютно убежден,
что некоторые вещи могут происходить между людьми, исключительно только если
они женаты.
— Меня тоже воспитали в том же духе, — заметила Бетти, потупившись.
Рэнди притянул ее к себе.
— У тебя чудесное, абсолютно невинное тело!
— Все, что произошло между нами, было таким... интимным...
— Было, — признал Рэнди, нежно поцеловав Бетти в лоб. — Да, все касалось
только нас двоих.
— Вся беда в том, что я уже не позволю, просто не смогу разрешить сделать со
мной что-нибудь подобное никому другому.
Какое-то время Рэнди молчал, потом отстранил Бетти от себя.
— Мне надо заехать домой побриться. А ты перекуси и иди на работу. У нас
будет много дел. И будь предельно осторожна!
— Хорошо.
Уже в прихожей, дойдя до самой двери, Рэнди оглянулся и внимательно
посмотрел на семенящую за ним Бетти. Она выглядела очень взволнованной, и
ему не хотелось оставлять ее в таком состоянии.
— Ради Бога, не терзай себя сомнениями! — попросил он.
— Следуя вашему примеру? — горько поинтересовалась Бетти.
Рэнди не хотелось развивать эту тему, да и нечего было сказать. Поэтому он
молча вышел.
Бетти вернулась на работу, пытаясь сделать вид, что ничего особенного не
произошло, кроме, конечно, грубой выходки доктора Флинна. Деликатная миссис
Кристмас с расспросами не лезла, но про себя с удивлением отметила, что
причесана Бетти, как и утром, и одета в то же самое платье, вызвавшее гнев
босса.
Через некоторое время в офисе появился и Рэнди. Он как-то странно взглянул
на Бетти и пригласил в кабинет пациента, явившегося по предварительной
записи.
Бетти уже достаточно хорошо знала своего патрона, чтобы понять: он хочет
создать видимость того, что ничего вообще не произошло. Она решила подыграть
Рэнди. Все должно было быть по-старому. Он — босс, она — медсестра, ведущая
запись пациентов.
И только ночью все ее эмоции дали себя знать, нахлынуло пережитое. Но Бетти
твердо решила, что никто о ее переживаниях, в том числе и доктор Флинн,
знать не должен. Если бы еще не трезвонил так телефон! В конце концов Бетти
пришлось его отключить.
Детектив Дэвидсон позвонил Бетти на работу на следующий день и пригласил
вечером в кегельбан. Очень мне это нужно! — мысленно огрызнулась Бетти,
которой хотелось прийти домой, запереться на все замки, выключить свет и
никому не открывать. Она так ему и сказала.
— Наоборот! — вполне резонно возразил Дэвидсон. — Если маньяк за вами
следит, пусть видит, что я рядом. Это его может отрезвить на время... Вы же
сами говорили, что у меня пистолет под мышкой!
И Бетти уступила.
В кегельбане было шумно и весело. Многие знали Дэвидсона, по-приятельски
похлопывали по плечу, предлагали сыграть партию. Но он, исполняя данное по
дороге обещание, сначала показал Бетти, как надо держать шар, как бросать,
как подкручивать... Конечно, у нее ничего пока не получалось, она мазала,
умудряясь посылать шар мимо кеглей. Впрочем, это всех веселило. Бетти
подбадривали, давали советы и вообще норовили отомстить за нее Дэвидсону —
то есть обыграть его вчистую.
В основном, посетителями боулинга были молодые полицейские, свободные от
службы, и их юные подружки. Откуда-то принесли холодного пива в высоких
пластиковых стаканах, и Бетти, сделав несколько больших глотков, слегка
захмелела и расслабилась. Даже броски у нее стали получаться лучше, и она
сбила несколько кеглей под бурное ликование друзей Дэвидсона.
Все бы ничего, но вечер чуть не испортило появление Стерлинга Мура.
— Ну кто так бьет? — вдруг услышала Бетти за спиной знакомый голос. —
Мазила!
Стерлинг был слегка навеселе и в своей ковбойской одежде несколько выбивался
из общего ряда завсегдатаев заведения.
— А что, мы даже шарик от пола оторвем? — иронично поинтересовался у него
Дэвидсон. — Игра на деньги тут запрещена, но, может быть, на интерес?
— Кто выигрывает, тот провожает девушку до дома! — бесцеремонно заявил
Стерлинг Мур и победно взглянул на Бетти, словно она была вожделенным призом
в их чисто спортивном споре.
Детектив Дэвидсон пожал плечами.
— Я-то не против, но неплохо бы спросить об этом саму девушку. Понравится ли
ей, чтобы на нее играли? Сомневаюсь... Рабство у нас отменено, так что все
должно быть добровольно!
— Ты как? — напористо спросил у Бетти Стерлинг, явно не сомневаясь в ее
положительном для себя ответе.
— Я против, — огорошила она его отказом и спокойно добавила: — А провожать
меня пойдет детектив Дэвидсон. Я не меняю кавалеров как перчатки.
9
А наутро события развивались стремительно. После церковной службы, держась
за руки, Рэнди и Бетти пошли к
форду
. Заехав поочередно к ней и к нему
домой, переоделись для загородной прогулки и наконец подкатили к тихому
берегу реки, заросшему высокой травой и низкорослым гибким ивняком. Это
уединенное место выбрал Рэнди.
Бетти выглядела совсем девочкой в сарафане и в сандалиях. Рэнди смотрел на
нее с нескрываемым восхищением. Он и сам в спортивной рубашке и в джинсах
помолодел на добрый десяток лет. Изучающе глядя на него, Бетти отметила, что
на пальце левой руки у него как всегда поблескивает обручальное кольцо, с
которым Рэнди не расставался ни при каких обстоятельствах. Бетти понимала,
что, как ей ни хорошо с Рэнди сейчас, им предстоит пройти еще неблизкий путь
до цели, о которой она старалась не думать. Тем не менее Бетти ловила себя
на том, что настроение у нее более оптимистическое, чем всегда.
После ланча Рэнди растянулся на траве. Услышав, как Бетти закашлялась, он
строго спросил:
— Надеюсь, ингалятор при тебе?
Она утвердительно кивнула.
— Теперь ты хорошая девочка! — похвалил Рэнди.
Бетти лежала рядом с ним. Все вокруг дышало покоем и негой.
— Свободное воскресенье, — с удивлением произнес Рэнди. — Нет, ну надо же! У
меня много лет не было свободного воскресенья.
— Но их не было, потому что вы не хотели. Могу поспорить...
— Да чего тут спорить, я действительно не хотел. — Рэнди улыбнулся. — Но
теперь мне снова хочется многих вещей, без которых я уже, казалось бы,
научился жить. Иди ко мне, Бетти, — тихо позвал он.
Бетти так привычно скользнула в его объятья, как будто делала это уже многие
годы. Рэнди стал целовать ее, и она остро ощущала все его нежные
прикосновения. И опять, как накануне вечером, весь мир куда-то исчез. Сейчас
они были во всей Вселенной только вдвоем.
Их тела, охваченные желанием, уже не подчинялись ни воле, ни здравому
смыслу. Бетти обняла Рэнди за шею, он прижал ее к себе еще теснее, так что
она почувствовала, как напряжена его плоть. Это было неистовое, могучее и
первобытное желание.
Он на мгновение оторвался от ее губ.
— Черт бы меня побрал! Я хочу тебя... прямо сейчас, — выдохнул Рэнди, и
голос его был точно скрежет стали.
Бетти замерла, потрясенная — ее собственное желание было таким же отчаянным
и неистовым.
— Да! — вырвалось у нее прежде, чем она успела сообразить, что говорит. —
Да... прямо сейчас...
Горящие глаза Рэнди сказали ей о том, что теперь, когда она сказала
да
, он
уже никуда ее не отпустит. Впрочем, даже если бы Бетти и попыталась
возразить, Рэнди бы ей не дал, снова закрыв рот жарким поцелуем.
Рэнди навалился на нее всем телом, его требовательные настойчивые поцелуи
уже дали Бетти понять, что нечего мечтать о пощаде. Да она и не мечтала...
Рэнди нетерпеливо опустил лямки ее сарафана, и ему открылась прекрасная
грудь. Только теперь Бетти вспомнила, что, собираясь в спешке, не надела
бюстгальтер.
Рэнди сорвал с нее сарафан... Его сумбурные ласки выдавали растущее
нетерпение. Это была страсть в чистом виде — почти грубая, едва ли не
животная. Он оторвался от губ Бетти и слегка отстранился. Бетти открыла
глаза. Рэнди пожирал взглядом ее обнаженную грудь с затвердевшими сосками и
улыбался. Он получил подтверждение того, что Бетти беспомощна перед силой
его желания, как беспомощна лодка перед мощью бушующего океана.
Рэнди снова приник к губам Бетти, а рукой принялся ласкать ее грудь так
неистово, что даже причинял боль. Но все равно его ласки сводили Бетти с
ума, зажигая желанием кровь.
Рубашка Рэнди была расстегнута у ворота, приоткрывая мускулистую волосатую
грудь, и Бетти живо вспомнила тот первый их раз, когда Рэнди едва не взял ее
прямо в собственной приемной... Ей тогда безумно хотелось коснуться его
широкой груди, провести ладонью по завиткам черных волос... И сейчас
хотелось того же.
Мысль еще не успела оформиться, а рука уже сама потянулась к вороту рубашки.
Пальцы не слушались, но Бетти все-таки справилась с пуговицами, а затем
прижалась к Рэнди всем телом, чтобы ощутить своей кожей его кожу, и закрыла
глаза, уткнувшись лицом ему в шею.
— Бетти... — Он содрогнулся всем телом, а потом схватил ее за плечи и опять
вжал спиной в землю. — Это безумие...
— Знаю...
Рэнди взял в ладони ее лицо и осыпал жаркими поцелуями. Он целовал дрожащие
веки, нос, щеки, жилку, бьющуюся у виска...
— Если ты не остановишь меня сейчас...
Бетти на секунду задумалась, прислушиваясь к своим ощущениям. Еще не поздно,
но нет, она не станет его останавливать. Быть может, потом она пожалеет об
этом, но только не сейчас...
С тихим вздохом Рэнди потерся щекой о ее щеку, а потом опустил голову ниже и
принялся покрывать шею Бетти обжигающими поцелуями. Он взял груди Бетти в
ладони — на этот раз бережно и осторожно, — потом стал целовать, проводя
языком по соску и легонько покусывая зубами. Каждое его прикосновение
отзывалось в теле Бетти сладостной дрожью.
Она запрокинула голову, глядя в ясное небо. Это действительно безумие —
заниматься любовью на природе... А если их кто-нибудь заметит? Ведь можно
было чуть-чуть подождать и доехать до дома... Впрочем, какая разница... Ведь
что-то же есть в этой рисковой открытости, в обоюдной смелости, во взаимном
наплевательстве к возможным негативным последствиям...
Рэнди втянул в рот ее затвердевший сосок и принялся посасывать его в
пульсирующем ритме, сводящем Бетти с ума. Ее пронзило неистовое наслаждение.
Она выгнула спину, подавшись навстречу Рэнди, с ее губ сорвался еле слышный
стон.
Если у Бетти и были какие-то сомнения насчет серьезности намерений Рэнди,
они улетучились, как только он расстегнул молнию на своих джинсах. Она на
мгновение замерла. Крошечная частичка ее рассудка, еще не затуманенная
страстью, вопила о том, что она не должна позволять ему взять ее здесь, так
по-мальчишески бесшабашно. Но его пристальный взгляд, казалось, зачаровывал,
лишал Бетти последних остатков воли.
Он вошел в нее сразу — жестко и властно. Бетти едва не заплакала от
наслаждения, которое пронзило ее до самых глубин. Она прижалась к Рэнди всем
телом, страстно желая, чтобы он еще глубже проник в нее. Теперь стихия
бушевала у нее внутри. И Бетти вовсе не было стыдно, что она уступает своим
первобытным желаниям, что безудержно отдается мужчине.
Да, их страсть была слишком отчаянной, чересчур неистовой... Такой накал не
мог бы держаться долго. Все закончилось быстро, но Бетти все же довелось
узнать, что такое настоящее наслаждение. Она даже представить не могла, что
это может быть столь незабываемо. Когда тело ее содрогнулось в последней
сладостной конвульсии, с губ Бетти сорвался приглушенный стон. Теперь пусть
будет все, что угодно, пусть ей придется потом дорого заплатить за эти
сладостные райские минуты — они того стоили.
Застонав, Рэнди упал на нее всем телом, но уже через мгновение застегнул
свои джинсы и с нежностью прижал Бетти к себе. Они еще долго лежали так,
обнявшись, пока не успокоилось их бешеное сердцебиение.
Бетти постепенно возвращалась с небес на землю. Ей вдруг стало стыдно. Они
вели себя точно какие-нибудь подростки, скрывающиеся от бдительного ока
родителей. Правда, у местных подростков, наверное, хватило бы ума не
заниматься подобными упражнениями на природе.
Но что случилось, то случилось...
Немног
...Закладка в соц.сетях
