Жанр: Любовные романы
Дочь пирата
...о. В городе столько
духовенства, что он легко сольется с толпой, если успеет спуститься с крыши в
собор.
Если же это окажется невозможным, в запасе оставался мышьяк.
Сосредоточившись, Дариус хладнокровно следил за сверканием императорской
кареты зеркалами и золочеными телами.
Вечернее солнце, отражаясь от кричащей роскоши этого экипажа, на мгновение
ослепило Дариуса.
Огромная карета, запряженная восемью лошадьми с золотыми плюмажами,
торжественно въехала на площадь.
Дариус вставил подзорную трубу в специальное гнездо на ружье. Глядя сквозь
нее и держа палец на курке, он впился
глазами в мерцающую позолоту кареты.
Время словно остановилось.
Первым ступил на землю Жозеф Бонапарт, затем младший брат, Люсьен. Одетые
в белый атлас, оба встали около дверец
экипажа, из которого выплыла дама с узким подбородком, императрица Жозефина,
также вся в белом, с императорской
диадемой и сверкающими драгоценностями на шее.
Дариус смотрел, как она, приняв протянутые к ней руки братьев, спустилась
вниз.
Дариус облизнул губы.
В распахнутой дверце кареты показался Наполеон Бонапарт.
Дариус прицелился.
Он выстрелил как раз в тот момент, когда луч солнца, отразившись от зеркал
кареты, ослепил его.
Потрясенный, в полном недоумении, Дариус уставился вниз.
"Я промахнулся!"
Он грубо выругался и перезарядил ружье. Вокруг императора царило смятение.
Звон колоколов, пушечная пальба
оглушили звук одиночного выстрела. Его просто не расслышали. Дариус не знал, кто
ранен, в кого он попал. Важно было
одно: он не попал в Наполеона. Дариус быстро вскинул ружье и увидел сквозь свой
телескоп, что драгун, только что
стоявший рядом с Люсьеном, лежит на земле! Наполеон сделал шаг из кареты на
землю.
Дариус снова выстрелил, но взволнованный промахом, он вновь промахнулся -
выстрел всего лишь расколол одно из
зеркал кареты следовавшей за Наполеоном. Как раз над его плечом. А потом стало
слишком поздно.
Драгуны, сгрудившись вокруг Наполеона и трех других Бонапартов, мгновенно
втолкнули их в собор.
Дариус отшвырнул ружье. Двигаясь быстро и уверенно, хотя сердце его
неистово стучало, он спрыгнул с каменного
насеста и накинул коричневую сутану. Из оружия у него были перевязь-кобура на
шесть пистолетов, шпага и любимый
кинжал с рукояткой из слоновой кости. Вытащив два из шести пистолетов, Дариус
побежал к выходу с крыши.
"Не надо было стрелять второй раз. Упустил время!" - подумал он. Но
сожалеть было поздно, потому что в проеме
двери, за которой начиналась единственная лестница вниз, уже появился первый
солдат охраны.
Дариус знал, что отряды охраны размещены внутри собора. Теперь они быстро
поднялись наверх. За первым солдатом на
крышу выбрался целый эскадрон. Дариус задержался лишь для того, чтобы прикинуть,
стоит ли пробиваться сквозь них.
- Вон там! - вскричал кто-то, указывая на него. Дариус помчался сквозь лес
шпилей, вздымавшихся вокруг. Если ему
удастся ускользнуть от них и, зайдя им в тыл, шмыгнуть в дверь... Но солдаты все
прибывали. У двери их собралось человек
двадцать... Скинув сутану, Дариус скользнул за пару больших клыкастых химер.
- Вот он!
Дариус круто обогнул статую и выстрелил из обоих пистолетов по очереди.
Двое преследователей упали.
- За ним!
Он рванулся, побежал. Сердце стучало как бешеное. Дариус снова укрылся за
какой-то статуей, она была так же далека от
двери. Видя, что солдаты поддаются все ближе, Дариус выхватил еще два пистолета.
- Выходи с поднятыми руками! - кричали они.
Он вышел и уложил еще двоих, затем отшвырнул пустые пистолеты. У него
оставались два выстрела, шпага и кинжал.
На крыше становилось все больше французских солдат.
За ним охотилась целая толпа.
- Сдавайся! - кричали солдаты.
Выстрелы защелкали по камню. У одной из химер вдребезги разнесло острое
ухо. Дариус успел увернуться от
разлетающихся каменных осколков.
- Не стреляйте! Подождите! - кричали французы. Выход с крыши был
прегражден так основательно, что нечего было и
думать устремиться туда.
"О Господи, - вспомнил Дариус. - Мышьяк!"
Он вынул из кармана жилета крохотный конвертик, быстро перекрестившись,
разорвал его и высыпал на ладонь ядовитый
порошок. Вдохнув в грудь побольше воздуха, Дариус поднес руку ко рту.
"О Боже, Боже! Как же я не хочу умирать!" - подумал он, обратив молящий
взор к небу.
И тогда Дариус вдруг увидел ее - золотую Мадонну в синей вышине. Лицо ее
было таким милым, таким безмятежным и
уверенным... Это было лицо матери, единственной, которую он знал. Дариус смотрел
на нее, не в силах вести глаз, а потом,
словно дыхание, сорвавшееся с ее уст, дохнул ветерок и сдул крохотную горку
мышьяка с его ладони.
Дариус ахнул, судорожно сжал пальцы, стремясь сохранить его, но порошок
протек сквозь них и рассеялся в воздухе.
Он слышал приближение охраны. Голос прокричал ему по-французски:
- Сдавайся! Именем императора, приказываю тебе сдаться!
Сердце стучало как набат. Вжавшись в спину каменного святого, Дариус
смотрел прямо перед собой, на край крыши.
Да, это был единственный выход.
Оттолкнувшись со всей силой, он метнулся к краю.
Он прокричит имя Серафины, когда прыгнет...
За десять шагов от цели подоспевшие солдаты охраны свалили его наземь.
Дариус дрался, как бешеный, как демон. Проклинал их самыми страшными
словами, желая, чтобы кто-то из них
разъярился и прикончил его, тем самым защитив Лазара. Их было десять против
одного, они пинали его, били, навалились
кучей... Они вырвали у Дариуса шпагу, а когда он всаживал в солдата кинжал,
раненого тут же сменял другой.
Дариус обезумел и не переставая выкрикивал проклятия, даже когда они
бросили его на камень лицом вниз и, заломив
руки за спину, защелкнули на них наручники.
Дариуса проволокли по множеству ступенек и бросили в поджидавший экипаж,
окружив мощной охраной. Он слышал,
как они говорили, что везут его в старый замок, Кастелло Сфорца, служивший
французским войскам казармой.
Доехали быстро, так как древняя крепость была расположена всего в
нескольких кварталах к северу от собора.
В то время как в стенах Дуомо Наполеон принял из рук папы железную корону
Карла Великого и сам возложил ее себе на
голову, Дариуса швырнули в темницу.
Избитый, задыхающийся, смотрел он сквозь прутья ржавой решетки на солдат.
- Тебе придется назвать нам свое имя, - сказал капитан.
- Иди сюда и дай мне убить тебя, - бросил Дариус. Капитан улыбнулся
жестокой холодной улыбкой и вышел из
камеры.
Огромный капрал последовал за ним, плотно закрыл ржавую железную дверь и
тщательно ее запер.
Лежа в постели на боку и глядя в никуда, Серафина с часу на час ждала
известий о судьбе Дариуса.
Так провела она уже два дня, и теперь вновь ночь смыкаесться над ней.
Серафина не удивилась бы, если бы ей сказали,
что она сходит с ума, потому что странным образом убедила себя, будто сохранит
Дариуса живым, если сосредоточит все
свои внутренние силы на любви к нему.
Отец торжественно поклялся дочери, что пошлет за ней, как только получит
какие-то известия о Дариусе. Рыдания
матери, узнавшей о его аресте, а также слова премьер-министра все еще звенели в
ушах Серафины. "Мы не должны давать
русским ни малейшего повода для подозрений. Должно казаться, что жизнь идет
обычным чередом. Скоро мы все узнаем. А
до тех пор мы можем только сидеть и ждать".
Она тоже могла только ждать. Серафина не понимала, почему никто, кроме
нее, не верил, что Дариус убьет Наполеона.
Возможно, она так же безумна, как и он.
На пороге спальни появилась Пия.
- Ваше высочество, его величество прислали за вами. Серафина встала с
постели, отрешенно пригладила волосы и
вышла из своих покоев.
Девушка, отворила дверь отцовского кабинета и оторопела, потому что
увидела вместе с королем Анатоля. При
появлении принцессы мужчины разом посмотрели на нее.
- Прекрасно. Ты здесь, - сурово проговорил отец. Анатоль отвесил короткий
поклон и предложил Серафине одно из
кресел перед письменным столом короля Лазара. Настороженно переводя взгляд с
одного мрачного мужчины на другого,
принцесса прошла к столу и села, сложив РУКИ на коленях.
Отец тяжело опустился в кресло за столом и пристально вгляделся в лицо
дочери.
Серафина нервно сжала руки.
- Никаких вестей, папа?
- Никаких.
"Слава Богу. Он еще может быть жив". - Стрекозка, я пригласил тебя сюда по
неотложному делу. Анатоль считает, что
из-за поступка Дариуса нам следует перенести свадьбу на завтра.
Серафина бросила быстрый взгляд на Анатоля.
- На завтра?! Но это невозможно!
- Зачем ждать, ваше высочество? - сухо осведомился тот. Сверкающие гневом
сапфировые глаза понимающе впились в
растерянную девушку. - Признаться, я встревожен тем, что эту информацию с самого
начала от меня скрыли. Я весьма
уважаю вас, - обратился он к королю, - но ваш Сантьяго никогда в этом не
преуспеет. Со времени заговора герцога
Энгиенского в прошлом году Наполеон в своих публичных появлениях крайне
осторожен. Охрану на коронации обойти
будет невозможно.
- Вы не знаете Сантьяго, - возразила Серафина. Князь взглянул на нее.
- Способен ли он стать невидимкой? Неуязвимым для пуль?
- Иногда.
- Даже если Сантьяго проникнет туда, ему не выбраться. Этого человека
схватят, и, установив его связь с Асенсьоном,
Франция обрушит на остров свой гнев. Добиться успеха Сантьяго не может никак,
но, потерпев неудачу, подвергнет
опасности вас всех и сделает войну неизбежной. Единственная ваша надежда - это
мое покровительство. Наш союз должен
быть заключен до того, как всему миру станет известно, что близкий вашему
величеству человек попытался убить
Наполеона. Сир, вы будете немедленно обвинены в соучастии.
- А если Дариусу это удастся? - прервала князя принцесса.
- Ему это не удастся! Вы не видите главного, ваше высочество! - почти
взорвался Анатоль. - Неужели вам
безразлично, что станет с вашим отцом? С вашим народом?
Неужели все, что вас заботит, это жизнь какого-то жалкого испанца?!
- Поосторожнее в выражениях, князь, - мрачно предупредил Анатоля король.
Туринов оглянулся, и лицо его вновь приняло обаятельное выражение.
- Простите меня. - Он опустился перед принцессой а одно колено и, взяв ее
ручку в свои, устроил целый спектакль для
короля. - Серафина, после того как умерла моя первая жена, Маргарита, я был
раздавлен горем. Я говорил, что никогда
больше не женюсь. Но, встретив вас а, также узнав о трудностях Асенсьона, понял,
что должен предложить себя ради
решения этой проблемы.
- И мы очень благодарны вам, князь, за ваше великодушие, - мрачно
отозвался король Лазар, - но позвольте
напомнить вам, что наша дочь может покорить сердце любого мужчины в мире.
- Папа! - Серафина бросила быстрый взгляд поверх золотистой головы
Анатоля. Отец употреблял королевское "Мы",
только когда был разгневан. Возможно, он наконец распознал истинную сущность
Анатоля.
- Несомненно, может, сир, - охотно согласился Туринов.
Серафина смотрела на Анатоля, размышляя о том, есть ли в нем хоть капля
искренности. Она решила, что нет, однако
твердо сознавала необходимость выиграть время до того, как придут вести о том,
убил Дариус Наполеона или нет... и уцелел
ли он. Если Дариус потерпел неудачу, ей придется выйти замуж за Анатоля, а
значит, злить его сейчас - самоубийство.
Надо обвести его вокруг пальца.
- Анатоль, - Серафина осторожно положила пальчики его крупную руку, - вы
знаете, как я к вам привязана и
польщена вашим предложением, но зачем торопить события? Мама потратила столько
усилий, чтобы в этот день все было
идеально.
Анатоль смотрел на нее как зачарованный.
Уголком глаза она заметила, что отец изумлен происходящим донельзя.
- Пожалуйста, Анатоль, - льстивым голоском попросила она.
Он растерялся.
-Я... я...
В этот момент раздался стук в дверь.
- Войдите, - сказал отец.
На пороге появился дворецкий. Он с поклоном подал королю записку:
- Это срочно, сир!
Думая, что в ней могут оказаться новости о Дариусе, Серафина, замерев,
смотрела, как отец развернул послание.
Внезапно глаза его расширились, и он нетерпеливо встал, оттолкнув кресло. Лицо
его выражало радость и страх.
- Стрекозка, у твоей матушки начались роды!
- Боже мой! - Принцесса, вскочив с кресла, бросилась к двери.
Лазар последовал за дочерью.
- Анатоль, мы поговорим обо всем позднее. Простите мою невежливость, но
дитя появляется на свет раньше срока.
Анатоль поднялся на ноги.
- Разумеется, сир.
На пороге он схватил принцессу за руку:
- На одно слово, ваше высочество, пожалуйста!
- Папа, подожди! - крикнула Серафина, не желая оставаться наедине с
Туриновым.
- Вы договоритесь между собой. - Король взмахнул рукой. - Считайте это
предсвадебным уроком компромисса. Но
помните, Анатоль, я предупредил вас, - добавил он задиристым тоном, - моя
девочка всегда добивается своего.
"Проклятие!" - подумала принцесса, когда король скрылся за дверью. Подняв
глаза, она увидела, что Анатоль
внимательно наблюдает за ней.
— Давайте покончим с этим делом, моя прелестная невеста. Почему вы хотите
отложить нашу свадьбу? - А почему
вы хотите приблизить срок? — Потому что, по-моему, вы решили меня бросить и
теперь хитрите.
- Вовсе нет!
- Лучше и не пытайтесь. Мы с вами поклялись друг другу. Со мной нельзя
шутить. Оскорбив меня, вы оскорбляете
Россию. К тому же без моих армий император - ничто! Если вы оскорбите Россию,
Асенсьон утратит дружбу всех
союзников по Третьей коалиции. Никто не окажет вашему островку ни малейшей
помощи, когда сюда явится Наполеон.
Даже Англия.
- Откуда вы знаете?
Анатоль перечислил все по пальцам:
- Неаполь беспомощен. Швеция - слишком далека, чтобы тревожиться из-за
вашей судьбы. Австрия измотана. Англия
поможет лишь золотом. Но Россия с ее огромным населением... Мы - солдаты. Мы -
пушечное мясо.
Серафина поморщилась.
- Да, моя чудесная роза острова, это так. Человеческие жизни - та
разменная монета, за которую я вас купил.
Принцесса не желала верить в это. "Мой Дариус сумеет все сделать! -
подумала она. - Он убьет Наполеона и вернется
ко мне. Я знаю, Дариус убежит от них. Он должен это сделать!"
Ей надо было поскорее уйти отсюда. Ведь мама рожает, вдруг в голове
Серафины созрело решение.
- Мы не можем перенести свадьбу, так как я не стану венчаться в отсутствии
мамы. А ей нужно время, чтобы оправиться
от родов. Вы должны отнестись к этому с уважением, Анатоль.
Он посмотрел на нее долгим оценивающим взглядом. Ребенок всегда рождается,
когда кто-то в семье умирает.
Серафина испугалась. Какие ужасные слова!
Анатоль криво усмехнулся:
- Не воображайте, что я стану так же трястись над вами, как ваш отец над
своей супругой.
- Я не обманываюсь на этот счет, ваше сиятельство. Он обвел кончиком
пальца нежный овал ее лица и прошептал:
- Анатоль.
- Анатоль, - повторила Серафина с унизительной покорностью.
- Пойдите мне навстречу, Анатоль, и оставьте дату свадьбы без изменений. -
И принцесса одарила его самой
ослепительной своей улыбкой.
- Что ж, - сказал он, - убедите меня, Серафина. Она вжалась в косяк двери
и, видя, что он наступает, попятилась.
- Что вы имеете в виду?
- Попросите меня по-хорошему. Думаю, вам понятно, что я имею в виду.
Серафина нахмурилась:
- Так вы оставите прежнюю дату свадьбы?
- Если вы позволите поцеловать вас.
Ошеломленная принцесса вспыхнула и опустила голову.
- Хо-хорошо.
Князь шагнул ближе и взял Серафину за подбородок. Она напряглась, изо всех
сил стараясь не поморщиться и не
скривиться, когда Анатоль прижался жесткими холодными губами к ее губам.
Его поцелуй причинил ей боль, но Серафина постаралась не вырываться и не
пятиться. Анатоль ухватил девушку за
волосы, сжал до боли мощной рукой плечо.
- Этого достаточно, князь! - выдохнула Серафина, высвободившись, и
выбежала в коридор.
Она услышала за спиной грубый раскатистый смех и бросилась прочь со всех
ног, на ходу вытирая дрожащими руками
рот.
- Тебе еще многому надо учиться, дитя! - крикнул ей след Анатоль. - Но я
научу тебя любить это.
Иногда он посылал их к черту по-русски, иногда по-испански, английски,
итальянски, порой на арабском... лишь бы
запутать. Стоически отвергал Дариус любую попытку своих тюремщиков разговорить
его, отвечая на вопросы лишь легкой
холодной усмешкой.
Они держались почти вежливо. До сих пор он мог похвастаться только
подбитым глазом, распухшей челюстью и парой
треснувших ребер. Дариус не сомневался, что позже с ним обойдутся грубее. А пока
они берегли его для вечерней аудиенции
с императором.
Он выказывал только надменность, прикрываясь ею, как щитом. Сохраняя,
невозмутимость, Дариус питал надежду
обрести второй шанс убить Наполеона при свидании с ним.
В назначенный час огромный обезьяноподобный капрал прекратил дубасить
Дариуса в живот. Пленника подняли на ноги,
вытащили из камеры и тычками погнали наружу. Он бросил быстрый взгляд на луну и
вспомнил, как танцевала в саду
Серафина.
Отрешенный от окружающего мира, Дариус улыбнулся своим мыслям... и тут его
швырнули в экипаж.
"На этот раз я достану его. Только приведите меня в одну комнату с этим
ублюдком".
После часовой поездки Дариуса, также в окружении стражников, вытолкнули из
кареты перед большим двор-дом. Он
озадаченно осмотрелся, стремясь оценить обстановку.
Затем Дариуса торопливо провели по каким-то коридорам мимо глазеющих
придворных и дам, словно дикого зверя
предназначенного для зверинца богача. Он шел вразвалочку, дерзко улыбаясь
женщинам, чтобы позлить свою охрану.
В конце коридора распахнулись огромные две и Дариуса втолкнули в большой
ярко освещенный зал. Он с трудом
сохранил равновесие, загремев цепями, затем выпрямился, расправил плечи,
вздернул подбородок и небрежной походкой
прошел в глубь помещения. Прямо перед ним за длинным банкетным столом сидел
человек в которого он стрелял и
промахнулся.
"Бездарно! Как же бездарно!"
Дариус дерзко уставился на Наполеона, а Наполеон так же высокомерно на
него.
Дариусу приказали остановиться посреди комнаты. Собравшиеся обедали.
Серебряные ножи и вилки... Дариус подумал,
что сможет ими воспользоваться в своих целях.
Презрительно глянув на охранников, он осмотрел тех, кто находился в
комнате.
Наполеон облокотился на ручку кресла, заложил руку в вырез жилета и
погладил себя по животу.
- Подойди ближе, таинственный незнакомец. Дай-ка нам посмотреть на тебя.
Дариус прошел вперед, украдкой отметив блеск ножа на краю банкетного
стола.
Капитан остановил его в добрых восьми футах от императора.
- Я с интересом выслушаю, что вы скажете в свое оправдание, прежде чем
вынесу приговор.
Дариус задумался.
- Только то, что вы представляете собой очень мелкую мишень, генерал.
Этот ответ стоил ему града жестоких побоев.
- Это становится просто скучным, - бросил Дариус, когда солдаты, прекратив
избивать его, вновь отошли и встали
поодаль.
- Кто вы такой? - любезно осведомился Наполеон. Дариус с трудом поднялся,
сначала на колени, затем в полный рост.
Он слегка покачивался, но глаза сверкали огнем. Он приказал себе стоять прямо и
твердо.
- Лицо весьма незначительное, - последовал ответ.
-Почему вы пытались меня убить? Дариус пожал плечами: - Вы мне не
нравитесь. Наполеон внезапно рассмеялся.
- Вы, наверное, самый нахальный мерзавец, с которым я сталкивался в жизни.
Уведите его. К утру я хочу знать все его
тайны.
- Как? - протянул Дариус. - Никакой поспешной казни? Если быстрая смерть
сгодилась для герцога Энгиенского,
меня она также устроит.
Глаза Наполеона сузились от бешенства, лицо побагровело.
- В свое время, - пообещал он сквозь зубы и велел солдатам убрать
пленника.
Когда солдаты двинулись к нему, Дариус рванулся вперед, к столу и
ближайшему ножу. Женщины завизжали.
Обезьяноподобный капрал и несколько охранников набросились на Дариуса и, дергая
за цепи, повалили на пол. Затем снова
избили.
Наполеон вскочил и швырнул на стол салфетку.
- Убить его! Сейчас же!
Дариус с пола, из-под солдат, яростно сверкал глазами на Наполеона.
Император придвинулся ближе к жене, стремясь
защитить ее.
Когда Дариусу наконец позволили встать на ноги, он надменно вздернул
подбородок и пошел прочь ленивой неспешной
походкой, показывая свое бесстрашие. Дариус ждал неизбежного. Оглянувшись через
плечо, он увидел, что принцесса Полин
не сводит с него глаз.
Охранники грубо толкали Дариуса к огромным дверям.
- Подождите! - раздался высокий женский голос. В чем дело, Полин? -
взорвался Наполеон. - Моя фрейлина знает,
кто он, - сообщила принцесса. Мысленно он перенесся в то утро, когда провожал
Кару предательницу, подругу Серафины, в
изгнание.
- Повернись, - приказал ему капитан.
У Дариуса перехватило дыхание. Проклиная все, он неохотно повернулся. Так
и есть! Он увидел рядом с Полин
миниатюрную голубоглазую блондинку. Ее змеиный взгляд был устремлен на него.
Кара поклялась отомстить, а Дариус
лишь рассмеялся в ответ...
- Это граф Дариус Сантьяго, - промолвила Кара, и в ее холодных глазах
сверкнуло злорадное торжество. - Он
приемный сын короля Лазара и фаворит принцессы Серафины. Асенсьон заплатит любую
цену, лишь бы получить его назад
живым.
Наполеон тихо засмеялся.
- Ничего не выйдет, - встрепенулся Дариус. - Лазар никогда не станет вести
переговоры с таким, как вы...
- Не станет? Лазар - итальянец старой школы. Верность такие люди ставят
превыше всего.
- Ничего у вас не выйдет, - повторил Дариус. Сердце его неистово стучало.
- Я не так ценен.
- Посмотрим.
- Нам следовало догадаться, что он не обычный преступник, - взгляд Полин
заскользил по его телу.
Наполеон хмыкнул:
- Уведите его и устройте поудобнее. Я должен поблагодарить тебя, Сантьяго.
Ты облегчил мне многие задачи. Зачем
воевать, когда я просто передам тебя в обмен на флот? А кроме того, есть еще эта
роскошная птичка, принцесса. Если мы
начнем действовать без промедления, то выхватим ее прямо из рук Туринова и
поместим в твои... А? - Он подтолкнул
локтем пасынка. - С другой стороны... - Наполеон повернулся к Жозефине и игриво
ущипнул ее нарумяненную щечку. -
Может, я избавлюсь от тебя, старушка, и сам женюсь на малышке.
Глава 16
Презрение к себе нарастало с каждой минутой, но Дариус сохранял беспечно
дерзкий вид, пока дюжина солдат провожала
его в богато убранную комнату без окон, расположенную в дальнем крыле палаццо.
Послали за лекарем. Тот осмотрел его
переломы и ссадины, затем Дариусу сняли цепи с правой руки, чтобы он смог выпить
воды и поесть.
Он так нервничал, что кусок не лез ему в горло. Однако старые привычки
сделали свое дело, и Дариус жадно накинулся
на еду. При этом он не спускал глаз с охранников, но никто не произнес ни слова.
Подождав, пока он закончит трапезу, они
вновь сковали ему руки, заперли дверь и поставили несколько часовых снаружи.
Со вздохом отвращения Дариус улегся на толстый матрас, все еще не понимая,
как дошел до такого. Почему он еще жив?
"Бездарность! Неудачник! Ты проиграл во всем!"
Дариус встал с кровати и заходил по комнате, стараясь унять беспокойство.
Цепи на нем гремели и звякали, как у
дворцового призрака. Вдруг он услышал приглушенные мужские голоса за дверью: там
шел какой-то спор.
Дариус внимательно прислушался.
- Ты с ума сошел? Из-за тебя мы пойдем под трибунал!
- Делай, что говорю, - резко возразил второй голос. - Тебе платят? Так
чего ж еще?
Внезапно в комнату вошли все четверо солдат охраны и двинулись к нему.
- А, ты не спишь, наглец? Пошли.
Ему завязали глаза черной повязкой. Тщетно пытался Дариус сохранять
спокойствие. Такой беспомощности, такой
паники он не испытывал с детства.
- А-а, вы наконец-то нашли пули, чтобы меня прицелить?
ответ он услышал грубый смех. - Занервничал, красавчик?
- Пошли вы...
- Ступеньки. Вверх, - предупредил идущий рядом. Они поднялись по длинной
лестнице вверх. "Куда? - подумал
Дариус. - Разве на расстрел ведут не вниз? Во двор чтобы поставить к стенке?"
- Здесь. - Они остановились. - Входи.
Дариус услышал, как открылась дверь. Кто-то подтолкнул его сзади.
- Он весь ваш, - проворчал стражник, и дверь за ним, захлопнулась.
Дариус вслушивался изо всех сил, но в комнате царило безмолвие. Он ощущал
чье-то присутствие. Наполеона? Едва ли.
Впрочем, Дариус приготовился к удару тяжелым сапогом в лицо или под ребра.
Легкие нежные пальцы коснулись его руки, и пленник вздрогнул от
неожиданности. Вдохнул аромат женских духов. И
тут его осенило. "О Господи, - подумал он, - начинается.
- Позвольте мне помочь вам, - прозвучал певучий голос с парижским
акцентом, старательно заученным, чтобы скрыть
корсиканский. - Не бойтесь. Теперь вы в безопасности.
- Черта с два, - бросил Дариус.
Резко стряхнув с плеча руку женщины, он выпрямился. Тело его было
напряжено, как струна. Повязка соскользнула с глаз
Дариуса, и он увидел, что стоит посреди будуара, освещенного мягким светом
свечей. Перед ним была Полин Бонапарт в
прозрачном золотистом пеньюаре.
Ничуть не удивленный, Дариус смотрел на нее и молчал.
Она кокетливо улыбнулась ему:
- Привет.
Он мрачно уставился на красавицу брюнетку.
- Вам известно, кто я?
Дариус лишь насмешливо улыбнулся. Она указала ему жестом на уютную
козетку.
- Садитесь. Будем считать это небольшим визитом, граф. Хотите выпить?
Ответом был непроницаемый взгляд.
- Ладно. Садитесь, пожалуйста. - Полин явно забавлялась происходящим.
Когда она отвернулась, Дариус быстро огляделся, прикидывая возможности
побега. "Она может оказаться весьма
полезным орудием", - подумал он. Однако следует быть очень осторожным, потому
что за дверью слышались голоса
охраны. Дариус подошел к козетке и сел.
Темноволосая красавица вернулась с бокалом вина и опустилась на козетку
рядом с ним.
- Мы разделим его. - Полин улыбнулась. Затем отхлебнула глоток и поднесла
бокал к губам Дариуса. - Ну же,
отпейте немножко. Дариус подчинился.
...Закладка в соц.сетях
