Жанр: Любовные романы
Дочь пирата
...рижав ко рту
похолодевшие ладони, и смотрела, как ее
возлюбленный и жених сцепились, словно два мощных диких зверя в борьбе за
главенство. Туринов обладал грубой силой
разъяренного быка, Дариус - быстротой и гибкостью пантеры.
Послышались торопливые шаги лакеев. Затем раздались крики. Кто-то из слуг
побежал за помощью, но ни один из них не
осмелился приблизиться к дерущимся. Серафина застыла на месте как статуя.
Едва дыша, она прижалась к стене и смотрела в бессильном ужасе, как они
упали на пол у ее ног и покатились, рыча,
словно бешеные волки. Дариус, оседлав Туринова. попытался его задушить. Потом
преимущество перешло на сторону
Анатоля.
Дариус вновь ударил князя по лицу, заставив разжать сомкнутые на своем
горле пальцы. В этот миг Серафина увидела,
что рука Дариуса скользнула к кинжалу, и ужас охватил ее.
"Дариус, нет!"
В эту секунду Анатоль, оправившись, нанес Дариусу мощный удар в челюсть.
В холл прибежали охранники и растащили противников.
Понадобилось несколько человек, чтобы удержать их, и все это время Дариус
и Туринов что-то кричали друг другу порусски.
- Что они говорят? - спросила принцесса.
Но никто из стражников не знал этого.
Дариус грубо стряхнул руки солдат и пригладил волосы. Гнев Анатоля поутих,
сменившись раздражением. Но оба
Драчуна оставались в кольце охранников.
Рот Анатоля кровоточил. На сорочке Дариуса проступило алое пятно - там,
где разошлись швы, стягивавшие рану на
плече.
Серафина в эту минуту ненавидела обоих.
Вскинув голову, с пылающими от стыда щеками, она посмотрела на Дариуса. Он
тяжело дышал, жгучий взгляд угольночерных
глаз, полных мучительной страсти, был устремлен на нее. Дариус был
прекрасен, как ангел мщения... Серафину
охватило странное предчувствие, что она видит его в последний раз.
Сидя за письменным столиком в уединении своей спальни, Джулия Калацци
сочиняла очередное прочувствованное
послание кредитору, который не оставлял ее в покое. Она все еще кипела из-за
того, что так глупо разоблачила свои
намерения, рассказав о титуле Дариуса. Обычно Джулия не поступала столь
опрометчиво, но не перенесла торжества
принцессы. Совершенство похвалялось тем, что Дариус почти неделю принадлежал ей
одной.
Джулия в общем-то не слишком и хотела знать, произошло ли что-то между
ними в сельском уединении. Но Серафина,
совершенно очевидно, была влюблена в Дариуса более чем когда-либо.
"Прибытие Анатоля скоро спустит ее с небес на землю", - злорадно подумала
Джулия.
Именно в эту минуту к ней ворвалась Тереза и торопливо сообщила новость о
драке между Сантьяго и Туриновым.
Тереза пересказала подробности этого неслыханного скандала, и у Джулии застыла в
жилах кровь. Другие не знали Туринова
так, как она.
Когда Тереза закончила повествование, Джулия сдержанно улыбнулась:
- Что ж, дорогая, тебе следует сбегать к нему. Он, возможно, нуждается в
заботе.
- Я так и подумала! - засмеялась Тереза и поспешила из комнаты.
Взгляд Джулии рассеянно скользил по письму, но сердце билось тревожно. Не
позволяя панике завладеть ею, она встала,
подошла к зеркалу и, поправляя прическу, обдумала свою стратегию.
Дав Анатолю час на то, чтобы остыть, Джулия покинула свою комнату,
отправилась в отведенные ему покои и постучала.
Слуга князя впустил графиню. Она прошла в комнату, где толпились рослые
русские офицеры и дворяне из княжеской
свиты. Понять их разговора Джулия не могла, но напряженная атмосфера не
оставляла у нее сомнений в том, что идет
военный совет. Она догадывалась, о каком враге шла речь.
Джулия явилась сюда, чтобы вымолить жизнь Сантьяго.
Увидев маленькую, хрупкую женщину, все мгновенно расступились, и она
последовала за слугой в соседнюю комнату.
Войдя туда, Джулия увидела двух человек, которые шепотом совещались с
князем. Анатоль величественно сидел в
кресле, как на троне. Он был обнажен по пояс, золотистые волосы спадали на
мощные плечи, холодный хмурый взгляд был
устремлен ввысь, над головами собравшихся.
Когда его пронзительные сапфировые глаза обратились к Джулии, князь отнял
муслиновый мешочек со льдом от челюсти
и велел всем удалиться. Двое мужчин поспешили уйти. Слуга закрыл дверь, и Джулия
оказалась наедине с Анатолем.
У нее мелькнула мысль, что надо поинтересоваться, все ли с ним в порядке,
но она не рискнула задать этот вопрос: князь
мог счесть его оскорбительным.
- Вот такое приветствие, - заметил он. - Что ты об этом думаешь?
Губы Джулии изогнулись в холодной улыбке.
- Я пришла поздороваться с тобой как следует.
Она приблизилась к князю и осторожно поцеловала распухший разбитый рот. Он
тут же сунул руку между бедер. Скрыв
досаду, Джулия отступила. - Не так же сразу, - кокетливо заметила она. - Что
случилось? - спросила Джулия.
- Сумасшедший испанец напал на меня. Теперь ему конец. Не сомневайся.
- Он очень близок с королем. Что ты намерен сделать? Вызвать его на дуэль?
- Я еще не решил. Иди сюда, сядь ко мне на колени. Джулия выгнула бровь,
улыбаясь терпеливо и снисходительно.
- Не сразу.
- Путешествие было долгим... без женщин.
- А-ах! - Она провела рукой по гладкой резьбе кровати. - Анатоль, разумна
ли мысль избавиться от Сантьяго? Именно
тебе? Ты сознаешь, что он всю жизнь был опекуном и защитником принцессы? Она для
него вроде младшей сестренки. Как,
по-твоему, должен был он реагировать, увидев, что ты угрожаешь ей?
- Ты лучше других знаешь, что меня бесполезно просить о милосердии,
Джулия.
"Он прав", - подумала она, всматриваясь в него. Есть только один способ
добиться своего: доказать, что это ему
невыгодно.
- К тому же я сомневаюсь, что он испытывает к ней братские чувства, -
угрожающе добавил князь.
- Эти люди здесь, Анатоль, живут как бы кланом. По правде говоря... -
Джулия сложила руки под грудью и решилась:
врать так врать, - ходят слухи, будто Дариус Сантьяго на самом деле внебрачный
сын короля.
- Неужели?
- Не знаю, правда это или нет, но мне известно, что мальчишкой он был
королевским воспитанником. Если Дариус -
сын Лазара, убивать его очень неразумно. Кроме того, ни у кого нет сомнений, что
если он и отдает здесь предпочтение
какой-либо женщине, так это мне.
Анатоль подпер квадратный подбородок кулаком, обдумывая ее слова.
- Брат и сестра?..
- Если бы у тебя была сестра и ты увидел, что ей грозит опасность, что бы
ты сделал?
Он бросил на нее угрюмый взгляд и отвел глаза.
- Анатоль, ну право же! Я знаю в этом дворце все обо всех. Ее высочество
не влюблена в него. Неужели ты не уверен в
себе? - Джулия встала и направилась к нему, покачивая бедрами.
Его взгляд вспыхнул при виде ее волнующей походки. Джулия обогнула кресло
князя, встала за спинкой и, положив обе
руки ему на грудь, стала неспешно ее ласкать.
- Ни одна женщина не предпочтет тебе другого мужчину, - прошептала она.
Князь откинулся на спинку кресла, наслаждаясь ее прикосновениями. Однако в
ту минуту, когда его жуткие
пронзительные глаза закрылись, Джулия испытала неимоверное облегчение.
- А что, если с ним произойдет несчастный случай? - пробормотал князь.
- Они догадаются. Дорогой, меня очень огорчит, если такой пустяк станет
камнем преткновения на твоем пути к
вершинам. Столько людей на тебя рассчитывают, Анатоль. Пусть живет. Не стоит
Сантьяго того. Он - никто.
- Он - ничто, - согласился князь, а Джулия продолжала гладить его мощное
литое тело.
- Ну же, Анатоль, окажи мне эту милость, - мягко попросила она. - Больше
он не доставит тебе хлопот: я обещаю
держать его вдали от твоей невесты.
Сапфировые глаза вновь открылись и с холодной издевкой впились в ее лицо.
- Какая тебе в этом выгода, Джулия?
- Ладно, если хочешь знать... деньги. - Она понизила голос и опустила
ресницы. - Его деньги. Я собираюсь выйти за
него замуж.
Туринов захохотал. Это был самый леденящий звук, какой Джулия когда-либо
слышала. - Я нахожусь в очень
стесненных обстоятельствах, - пояснила она, встревоженная реакцией князя. - Не
знаю, что буду делать, если ты убьешь
его.
- Если он возьмет тебя в жены, это само по себе будет ему достаточным
наказанием.
- Один Бог знает, как не хочу я ни за кого выходить, но мне необходимы
обеспеченность и защищенность.
- Обещаешь сделать его посмешищем своими изменами?
- Именно так я и сделаю, - ухмыльнулась Джулия.
- Помассируй меня, - пророкотал Анатоль.
Она стала разминать его великолепные плечи. Непривычная к итальянскому
климату, его светлая кожа быстро покрылась
потом.
Анатоль долго молчал, раскинувшись в кресле. За окном открывался роскошный
вид на закат. Солнце уже садилось за
дальние холмы.
- Ты все обдумываешь? - осторожно закинула удочку Джулия.
- Возможно, тебе удастся убедить меня. - Его стальные пальцы сомкнулись на
запястье Джулии, и он притянул ее руку
к своему паху.
Анатоль был возбужден, и, несмотря на страх, Джулию вновь поразили размеры
его восставшей плоти.
- Убеди меня, Джулия, - прошептал князь, закрывая глаза. - Ты знаешь, как
это сделать.
Обнаженный по пояс Дариус одиноко сидел у себя в спальне за туалетным
столиком. В зеркале он увидел, что во время
драки немного разошлись швы. Благодаря старательной работе Серафины рана на
плече почти затянулась, но теперь вновь
начала кровоточить.
Забаррикадировав дверь от нашествия женщин, милыми голосками убеждавших
его пустить их к нему, Дариус оглянулся,
только когда среди их мяуканья услышал знакомый мужской голос.
- Смотрите-ка, здесь собралась красивейшая армия на свете! Дорогие мои
дамы, любимые мои, если вы атакуете меня, а
не некоего испанца, клянусь, я сдамся немедленно.
Дариус возвел глаза к небу. Принц Очарование вновь принялся за свое.
Дариус легко представил себе, как сейчас за
дверью красавец юноша весело шутит с молодыми красавицами. Услышав взрывы
женского смеха, он вообразил, что именно
делал юный Ромео с прелестницами.
- Дамы, бегите и скорее надевайте свои бальные платья, потому что я
рассчитываю потанцевать сегодня с каждой из вас.
Они заныли, умоляя принца Рафаэля упросить Дариуса открыть дверь и
впустить их к себе, но тот отразил их попытки со
свойственным ему обаянием, устоять перед которым не мог никто.
- Ладно, ладно, чаровницы мои, а сейчас отправляйтесь по своим делам,
потому что я должен поговорить с нашим
кулачным бойцом как мужчина с мужчиной.
Дариус встревожился. Что, если Рэйф догадался о его отношениях с
Серафиной? Господи Боже! Что, если маленький
щеголь решил вызвать его на дуэль? От дуэлей он неизменно уклонялся.
В дверь постучали.
- Хей-хо, Сантьяго! Впусти меня.
Дариус поднялся, отпер дверь и впустил кронпринца. Оставив дверь открытой,
он снова вернулся к туалетному столику.
Молодой красавец вразвалочку вошел в комнату и захлопнул за собой дверь.
- Что ты тут делаешь в темноте? Господи, Сантьяго, иногда я готов
поклясться, что в тебе таится ночное чудовище! -
Под мышкой у Рафаэля был зажат большой сверток. Он бросил его на стол и, взяв
единственную зажженную Дариусом
свечу, прошелся по комнате, зажигая все настенные светильники. - Ненавижу
приносить дурные новости. Сантьяго, но,
боюсь, вам не удастся присутствовать на сегодняшнем бале в честь Туринова.
Дариус устало рассмеялся:
- Это избавление.
- И такое непривычное. Отец ворчит и ругает тебя, а я попал в любимцы. Он
хочет тебя видеть.
Дариус вздохнул и потер лоб.
- Да уж, представляю себе, как ему этого хочется, - облокотившись на стол,
он оперся подбородком на руку и угрюмо
потупился.
Минутой позже рядом с ним остановились сапоги Рэйфа - принц встал около
него. Отличные сапоги и желтоватокоричневые
брюки принца были забрызганы грязью.
- Где ты был? Развлекался в свинарнике? - осведомился Дариус, подняв
глаза.
Рэйф лукаво улыбнулся:
- Работал над картами. Готовлю ко дню рождения отца.
Дариус кивнул, вспомнив, что Серафина рассказывала насчет затеи брата
составить карту всех подземных ходов.
- Честолюбивое стремление.
Рэйф прошелся по комнате, потом бросился в штофное кресло.
- Не такое честолюбивое, как набить морду Туринову. - Он захохотал и
вытащил из кармана жилета элегантную
охотничью фляжку. - Чего ради ты сделал это?
- Не знаю. Не понимаю, что на меня нашло. Юноша отхлебнул вина.
- Не понимаешь?
Дариус ответил ему скучающим взглядом.
- Он запугивал сестру. Не так ли?
- Мне так показалось. Во всяком случае, я никак не ожидал войти туда и
застать такое.
Дариус провел уже очень утомительный и насыщенный событиями день к тому
моменту, когда, войдя в холл, увидел, что
Туринов в очередной раз запугивает Серафину. Утром Дариус беседовал с небольшой
группой избранных офицеров о том,
кто заменит Орсини на посту капитана королевской гвардии. Затем он проследил за
депортацией юной Кары, которую
отправил искать прибежище у французов.
После этого Дариус отправился в город, чтобы отослать длинное донесение
царю Александру и тем самым привести в
действие последние колесики хитроумного механизма своей интриги, а также
повидать адвоката и привести в порядок свои
дела, в том числе изменить завещание.
Из чистой сентиментальности он откупил у правительства старую виллу и
завещал ее Серафине. Дариус хотел, чтобы у
нее всегда оставалось тихое убежище, где она могла бы вспоминать его и те
несколько дней, которые они провели там
вместе.
- Она ведь не хочет Туринова, - заметил Рафаэль, возвращая Дариуса в
настоящее. - Сестра прячется от отца и ото
всех. Это позор! Почему бедная девочка должна защищать нас всех? А как же наша
честь? Мы же мужчины! Не так ли? -
Он внезапно вскочил и заметался по комнате.
- Что ты предлагаешь? Рэйф сжал кулаки.
- Мы должны сражаться! Если Наполеон считает, что может захватить нас,
пусть попытается! Серафина - моя сестра, и
я буду защищать ее! А ты мне поможешь!
- Ах, молодость...
- Думаешь, это невозможно? - настаивал принц.
- Они значительно превосходят нас численностью, а кроме того, мы даже не
знаем, где они начнут атаковать, то есть
какое побережье нам защищать. - Однако не тревожься. Все будет хорошо.
- Значит, ты уже что-то предпринял. Втайне. Что ж. надеюсь, тебе это
удастся. Иногда мне кажется, что отец стремится
избежать войны, опасаясь, что я выйду на поле боя и меня тут же разорвет
снарядом. Может, если бы не было героического
Сантьяго, затмевающего меня во всем, отец увидел бы, что я вовсе не полный
недоумок.
Дариус поморщился: - Не говори так. Ты его сын. Его наследник. - Пусть
так, но ты протеже отца. Простые смертные
вроде меня никогда не сравняются в его глазах с тобой.
Дариус сознавал, что, вероятно, в последний раз видит этого мальчика,
который был ему как младший брат.
- Я знаю, Рафаэль, он к тебе суров, но это потому, что ты ему очень дорог.
- Думаешь, он когда-нибудь будет выслушивать меня или доверять моим
суждениям так, как твоим?
- У меня просто больше опыта, чем у тебя.
- Я никогда не приобрету опыта, потому что мне ничего не позволяют делать!
Отец лишь вечно критикует меня. Что бы
я ни сделал, мне не угодить ему. Я сдаюсь. К черту все! Пока он не умрет и не
придет мой черед править, я буду просто
развлекаться.
Дариус изумленно уставился на Рэйфа, ужаснувшись его словам.
Рэйф виновато потупился.
- Ну и что? - пробормотал он.
- Как ты можешь говорить такое? Король считает, что солнце сияет только
ради тебя, - сердито заговорил Дариус. -
Полагаешь, он к тебе суров? Знал бы ты моего отца. Ты бы и дня не продержался.
- Ладно, Сантьяго, полегче. Господи! - Смущенно усмехнувшись, юноша
устремил взор на отдаленное море. - Еще
минута, и ты съездишь мне по физиономии.
В этот момент дверь скрипнула, и Дариус снова оглянулся. В комнату
заглянула Джулия Калацци:
- Приве-ет.
Дариус сердито посмотрел на принца:
- Ты не запер дверь.
Джулия одарила Дариуса застенчивой улыбкой и скользнула в комнату. Закрыв
за собой дверь, она направилась к нему,
чувственно покачивая бедрами.
Рэйф не сводил зелено-золотистых глаз с Джулии, внимательно изучая каждый
изгиб ее фигуры. Затем с восхищением
тихо присвистнул.
- Вот она - королева моих грез.
- Уйдите, я хочу поговорить с Сантьяго, - сказала Джулия принцу.
- Почему вы никогда не навестите меня? - спросил принц, затем обратился к
Дариусу: - Я ежедневно твержу Джулии,
что влюблен в нее, но она, Сантьяго, этого не слышит. Что посоветуешь?
- Бойся удара в спину, - спокойно отозвался Дариус.
- Неужели?
Рэйф, подкравшись к красотке сзади, схватил ее за талию. Дариус с легкой
усмешкой смотрел, как принц привлек ее к
себе и прошептал:
- Ну же, Джули, давай попробуем. Что скажешь? Джулия презрительно
взглянула на него через плечо.
- Я слишком стара для тебя. Пойди поищи девочку своего возраста.
Рэйф еще крепче стиснул ее талию.
- Ну, Джули, не вредничай. Я устрою тебе праздник жизни.
- Ты просто какая-то королевская напасть!.. Дариус забавлялся, наблюдая
эту сцену. Джулия легонько ткнула Рэйфа
локтем в грудь.
- Пойди прочь! Я пришла поговорить с Сантьяго! Принц шепнул ей на ухо чтото
явно непристойное. Она топнула
ногой.
- Сантьяго! Уйми его!
- Прекрати, - сухо бросил Дариус.
- Ладно! Связываться со знаменитым кулачным бойцом я не смею. Твоя
добродетель, радость моя, остается невредимой.
Пока, - добавил принц. Глаза его смеялись. - Но когда тебе понадобится молодой и
выносливый мужчина, ты знаешь, где
меня найти.
Джулия взвизгнула, когда Рэйф на прощание ущипнул ее за попку. Он
направился к двери, на ходу взял со стола карты и
помахал рукой:
- Чао! Не делайте ничего, чего не сделал бы я. С этим Рэйф закрыл за собой
дверь. Дариус пожалел, что он ушел.
- Он - противный мальчишка, - проговорила Джулия. Дариус надел сорочку.
- Ты наслаждалась каждой минутой этой стычки.
- Вообще-то, - призналась Джулия, - мысль о том, чтобы заняться его
образованием, довольно привлекательна. В
конце концов, когда-нибудь он станет королем.
Дариус смерил ее строгим взглядом.
- Не волнуйся, я подчиняюсь твоему приказу. И не стану его развращать.
Рэйф в безопасности. Я преследую более
крупную дичь.
Дариус скрестил руки на груди и скептически поднял брови.
- Я могла бы рассказать тебе об Орсини. Меня огорчило, что ты оказался в
опасной ситуации. Мне следовало тебя
предостеречь. - Она помедлила. - Я плохо поступила той ночью, ударив тебя.
Дариус промолчал.
- Вскоре после того, как я покинула тебя той ночью, я поняла, кто был
тогда с тобой в комнате.
Взгляд его впился в нее.
- Я узнала ее голос.
Дариус хмуро и настороженно посмотрел на Джулию.
- Я поняла, что реагировала слишком бурно. Совершенно очевидно, что ты
никогда не затеешь такие игры с
королевской дочерью. Я знаю, что Серафина всю жизнь безумно увлечена тобой. К
тому же она потрясающая красавица, но
как ты повторял мне сто раз: принцесса для тебя всего лишь младшая сестренка.
- Не перейдешь ли наконец к сути дела?
- Я пытаюсь попросить у тебя прощения. Понимаю, что со всеми этими
разоблачениями шпионов и приездом русских
тебе не до того... ты слишком занят...
- Джулия, чего ты хочешь? - Она потупилась.
- Ты сердишься.
- Нет, просто устал от игр.
- Я тоже. Это я и пытаюсь объяснить тебе, Сантьяго... Дариус, -
поправилась она. - Я хочу, чтобы ты подумал о
будущем... и обо мне.
- Ты овдовела меньше чем полгода назад.
- Полагаешь, моя репутация пострадает, если я не выдержу положенный период
траура?
- Джулия, ничего хорошего из этого не выйдет. Выбрось эту мысль из головы.
- Я знаю, что для тебя эта идея неожиданна, - возразила она. - Тебе нужно
время, чтобы ее обдумать...
- Нет, не нужно, - мягко возразил Дариус. - Мне очень жаль.
- Нам было хорошо вместе. Думаю, Сантьяго, мы с тобой могли бы полюбить
друг друга.
- Джулия, Джулия, - вздохнул он, взял ее за плечи и нежно поцеловал в лоб.
- Женись на мне, - прошептала она. - Мне кажется, я смогу сделать тебя
счастливым.
- Посмотри правде в глаза, - отрезал Дариус. - Ты использовала меня, а я -
тебя. Большего между нами не было. И
на большее мы с тобой не способны. По отношению друг к другу. Посмотри на нас,
ожесточенных, потрепанных душой и
сердцем. Ты найдешь себе кого-нибудь. Джулия.
- Уже нашла, - отозвалась она. Дариус вздохнул:
- Думаю, теперь тебе лучше уйти.
Он двинулся к двери, чтобы выпроводить графиню, но она не последовала за
ним. Увидев его озадаченное лицо, Джулия
расхохоталась:
- Ты - надменный глупец. Полагаешь, я не вижу, что происходит?
Дариус поднял брови:
- Прошу прощения? Глаза ее были полны слез.
- Скажи, ты занимался этим с ней томно и медленно... когда вы там в
деревне... укрылись?!
Дариус шагнул к Джулии.
- Как ты смеешь?
Слезы Джулии мгновенно высохли. Она задумчиво постучала указательным
пальцем по губам.
- Хм, интересно, что сказал бы король, если бы узнал об этом?
- Узнал о чем?
Джулия на минуту задумалась, как бы размышляя - в глазах светился холодный
расчет, - и вкрадчиво проговорила:
- Я слышала, что произошло вчера ночью с Терезой.
- Ничего не произошло.
- Вот именно. Когда я узнала, что ты не позволил Терезе остаться с тобой
прошлой ночью, мои давние подозрения
укрепились. Ты просто несчастный, жалкий дурак. И не пытайся это отрицать. Я
знаю, что ты начал страдать по этой
девчонке, едва ей исполнилось шестнадцать.
- Если ты станешь распускать о принцессе сплетни, Джулия, я покончу с
тобой. Это не шутка.
- Тебе никогда не получить ее. Ты это знаешь. Серафина не поймет тебя так,
как я. Ей не укротить ненависть, которая
кипит в тебе!
Он промолчал.
- Что ты собираешься делать? Джулия злорадно рассмеялась:
- Прости, но все это так забавно. Я, наконец, обнаружила твою слабость. Я
всегда знала, что у тебя есть что-то
сокровенное, какая-то тайна... Но дочь короля?! Что ж, ты вечно мечтал о
запретном плоде. Кажется, я загнала тебя туда,
куда хотела. Не так ли?
Дариус задрожал от гнева.
- Чего ты хочешь?
- Дорогой, я хочу тебя. Ты говоришь, будто я не знаю, что такое любовь?
Знаю. Долгие годы я хотела тебя. Теперь
наконец я свободна, и если не смогу тебя заполучить, - глаза Джулии блеснули
холодным блеском, - то уничтожу!
- Каким образом?
- Я сообщу королю, что ты совратил его бесценную дочурку.
- Но она чиста и невинна! У тебя нет никаких доказательств.
- И не нужно. Я знаю тебя, Сантьяго. Ты не сможешь лгать королю в лицо.
Тебя выдадут глаза.
- Чего ты добиваешься? Денег? - воскликнул он в порыве свирепого отчаяния.
- Титула?
- Они прибавляют тебе обаяния... Но прежде всего мне нужен ты. Я хочу
тебя.
- Почему? Я же не хочу тебя! Я никогда не полюблю тебя!
- Скажем так: меня утешает мысль о том, что ты такая же тварь, как и я.
Его уязвили ее слова.
- Я даю тебе три дня. Затем или ты на коленях попросишь моей руки, или
готовься к разоблачению.
Поднявшись на цыпочки, Джулия попыталась поцеловать его в щеку. Дариус
отшатнулся. Усмехнувшись, она
направилась к двери.
- Хорошенько все обдумай, - обернувшись, посоветовала она. - Ты нуждаешься
во мне гораздо больше, чем тебе
кажется.
Осыпая ее проклятиями, Дариус отчаянно пытался успокоиться.
Он уверял себя, что угрозы Джулии не осуществятся: через несколько дней
его ждет смерть. Впрочем, мысль эта не
утешала его. Внезапно Дариуса охватило безумное желание увидеть Серафину, ее
искреннюю улыбку, невинные фиалковые
глаза. Все его тело ныло от мучительной тоски по принцессе. Ему казалось, что
душа его кровоточит...
Подавляя эту муку, Дариус подошел к постели, вытащил из-под нее длинный
черный футляр, собрал остальное оружие и
уложил все это в кожаный саквояж.
После маски из лечебной глины на лицо, ванны из пяти галлонов молока,
омовения теплой ароматной водой Серафина
улеглась на диване в своей гостиной. Одна горничная начала полировать ногти на
пальцах ее ног, а другая - подрезать
кончики ее волос.
Принцессе казалось, что она - изысканное блюдо, которое старательно
готовят к столу голодного великана.
Служанка покончила с ногтями. Вторая, занимавшаяся прической, принесла
бриллиантовую тиару и осторожно
возложила ей на голову. Велев другой служанке поднести зеркало, куаферша
объяснила принцессе, какие варианты прически
можно создать по ее выбору. Она то собирала локоны, то приглаживала их, то
заплетала, то зачесывала наверх.
- Распустите мне волосы, - сказала Серафина.
- Распустить? Но ведь вам предстоит быть на балу! Все сочтут вас дикаркой!
Серафина бросила ей в зеркало презрительный взгляд.
- Пожалуйста, расчешите, и только.
Дариус любил, когда ее волосы были распущены.
- Но вырез вашего платья... требует зачесанных наверх локонов!
- Значит, я надену другое платье.
- Но тогда никто не увидит вашей шеи! У вас лебединая шея!
Принцесса тяжело вздохнула. В этот момент в дверь постучали. Серафина
подала знак горничной. Девушка открыла
дверь.
- Для ее высочества, - объявил с поклоном ливрейный лакей.
- Спасибо, - отозвалась горничная. Она вернулась к Серафине и подала ей
маленькую бархатную коробочку.
Принцесса с интересом открыла ее, но едва заглянула внутрь, как сердце ее
упало. В мягком гнездышке сверкало ее
кольцо с огромным бриллиантом... знак помолвки с князем Туриновым. Оно было
безупречно починено. Серафина
невозмутимо взяла перстень и надела его.
- Еще вина, ваше высочество? - спросила горничная, поднося ей бокал на
подносе.
- Да, пожалуйста. - Серафина осушила бокал почти до дна.
Ровно в восемь часов она в последний раз окинула взглядом свое отражение в
зеркале.
"Неужели эта куколка в розовом платье действительно я?" Серафина
задумалась. Она чувствовала себя растерянной и
душевно усталой, а вот девушка в зеркале выглядела королевной из сказки, свежей
и невинной Смоляные локоны,
приподнятые бриллиантовой тиарой над бледным нежным личиком, водопадом спадали
на спину. Шелковое платье было
перетянуто темно-розовым кушаком. Ткань его была почти белой, с перламутроворозоватым
отливом морской раковины.
Дл
...Закладка в соц.сетях
