Жанр: Любовные романы
Замок в Испании
...лос причудливым эхом отдавался в пустой темнице.
— Лиза! Лиза! Лиза...
— Мы знаем, что ты прячешься где-то поблизости, Лиза! — Никогда
еще его голос не звучал так резко, так сердито. — Сейчас же выходи. Мы
не собираемся причинять тебе вред. Лиза, где ты?
— Где ты? Где ты? Где... — повторяло эхо.
— Лиза, ты поступаешь очень глупо.
Мы были еще глупее, когда приехали сюда по твоему приглашению
, —
сказала я себе.
Я слышала их голоса. Похоже, теперь они спорили. Свет прожектора снова
скользнул по стене, затем стало тихо и темно.
— Лиза, что?..
Мне показалось, что у Анджелы стучат зубы, у меня самой дрожали колени. Я
снова выглянула в окно.
— Двое из них спускаются по склону по направлению к лесу, —
прошептала я. — Лука и, кажется, тот человек. Анджела, помнишь, что он
сказал, — возможно, они заставят его искать нас и он вернется, когда
сможет. Вот чего он ожидал.
— Где Десмонд? — Голос ее прозвучал более нерешительно, чем
прежде. — Больше всех я боюсь его.
— Я не вижу его. Подожди! — Снаружи что-то двигалось. Темная тень
крадучись пробиралась по булыжникам по направлению к нам. — Он идет
сюда обыскивать камеры! — приглушенно воскликнула я.
— Лиза, нам нужно спрятаться! — решительно заявила Анджела.
— Но куда?
— Хоть под одеяло.
— Подожди минуту. Это не Десмонд! Это человек, который запер нас.
Анджела, он идет, чтобы выпустить нас!
— Слава богу! Ты действительно думаешь, что он нас выпустит? Разве он
не сказал, что ему придется держать нас здесь до тех пор, пока они не
откажутся от поисков и отправятся спать? Только тогда он сможет отвести нас
в деревню и достать нам машину.
Я склонилась к ней и сдернула с нее одеяло:
— Успокойся! Нельзя, чтобы он увидел, что мы боимся. Ни в коем случае
мы не должны вызвать враждебное отношение с его стороны. Сейчас он наша
единственная надежда.
Анджела села и поправила платье и волосы. Мы слышали, как кто-то осторожно
передвигается по коридору.
В отдалении вспыхивал свет фонаря. Я решила, что он осматривает все камеры,
делая вид, будто ищет нас.
— Ты уверена, что это не Десмонд? — дрожащим голосом спросила
Анджела.
— Да, уверена. У Десмонда прожектор, а я вижу его свет внизу холма,
там, где Лука.
— Значит, они доверяют ему. Мне это не нравится.
— Мне тоже, но вспомни, он о чем-то спорил с Десмондом, прежде чем они
с Лукой отправились вниз по склону обыскивать лес, это что-нибудь да значит.
Наверное, он убедил Десмонда позволить ему осмотреть это место. Если бы Лука
или Десмонд решили осмотреть темницу, мы бы пропали.
— Вы слышите меня?
Я вздрогнула от страха, так как этот голос очень был похож на голос
Десмонда. Я вскочила и побежала к решетке, чтобы ответить ему. В спешке я
совсем забыла о ножных кандалах, споткнулась и упала.
— Что ты там делаешь? — сердито крикнул мужской голос из дальнего
конца коридора.
— Я упала, — ответила я, уныло потирая колени.
— Звук далеко разносится среди ночи. Ты что, хочешь, чтобы они
вернулись? Десмонд решил, что слишком опасно оставлять вас в живых, вы
можете обратиться в полицию. Они с Лукой убьют вас, как только найдут.
— Вы должны открыть дверь! — в отчаянии воскликнула я. — Вам
вообще не следовало нас запирать. Я знаю, вы хотели добра, но это была
ошибка. Поскорей!
— Нет, — возразил он. — Мы не должны совершать глупостей и
лишать вас шансов на спасение. Они могут увидеть этот свет. Они будут
наблюдать. Я должен обыскать все камеры, не задерживаясь ни в одной дольше,
чем в других. Мне пришлось закрыть вас, иначе вы попытались бы бежать. Вас
быстро бы поймали, и теперь вы были бы уже мертвы.
— Нет! — воскликнула я. Хотя я была очень напугана, но что-то в
глубине души восставало против его слов. Мне почему-то казалось, что Десмонд
не причинит мне вреда.
— Вы должны доверять мне, — сказал человек. Его голос приблизился.
Фонарь освещал соседнюю камеру. — Я уговорил Десмонда позволить мне
осмотреть камеры. Думаю, он согласился только потому, что убежден, что вы
бежали в деревню. Когда я скажу ему, что все тщательно осмотрел и вас здесь
нет, думаю, он поверит мне.
— Вы правы, — сказала я. — Мы в полном замешательстве... и
боимся. Мы знаем, что вы пытаетесь помочь нам.
— Рискуя жизнью, — мрачно добавил он. — Так что имейте
терпение. Я не могу освободить вас сейчас.
— Тогда оставьте нам ключ.
— Не могу. Он спрятан в моей комнате. К тому же вы можете попытаться
убежать одни. Единственное, что нам остается, попытаться помочь друг другу.
Время бежать наступит, когда они убедятся, что вас нет в лесу, вернутся сюда
и лягут спать до зари. Затем они отправятся в деревню за помощью.
Я ничего не сказала.
— А если вы выдадите меня ему, я погиб вместе с вами, — продолжал
мужчина. — Мы должны бежать после их возвращения, но до наступления
зари. Десмонд вывел вашу машину из строя. Он сказал мне об этом. Так что нам
придется пойти в деревню и я угоню машину. Угнать будет безопаснее, чем
просить одолжить, хотя у меня есть там друзья. Но вся деревня ополчится
против меня и станет помогать Десмонду.
— Мы сделаем все, что вы скажете, — поспешно заверила я и
взмолилась: — Только не оставляйте нас взаперти.
— Я же сказал, у меня нет с собой ключа, — с раздражением бросил
он. — Я не могу рисковать жизнью всех нас только для того, чтобы
открыть дверь.
Он направил свет фонаря мне в лицо, свет был настолько сильным, что ослепил
меня, и я закрыла лицо руками. А когда открыла глаза, не могла ничего
видеть.
— Теперь я понимаю, что его так привлекает в тебе, — произнес
мужчина странным голосом. — Жаль.
— Что вы имеете в виду? — спросила я. — Пожалуйста, уберите
фонарь, вы ослепляете меня.
— Он хотел бы видеть тебя своей novia, Лиза. — Свет фонаря
скользнул к оконному проему и исчез. — Но если ты понадеешься, что это
спасет тебе жизнь, то будешь дурой. Он должен убить тебя, чтобы спастись
самому. — Свет фонаря скользнул к Анджеле, прежде чем снова
исчезнуть. — Вас обеих, — добавил он. — Он должен убить вас
обеих. У него нет иного выхода.
И он пошел дальше по темнице. Я видела его неясную тень, передвигающуюся
вслед за светом фонаря.
— Еще три камеры, — крикнул он через плечо. — И я подам
сигнал Десмонду и Луке, что вас здесь нет, и отправлюсь в лес к ним. Сидите
тихо, если дорожите жизнью, и берегитесь света его прожектора. Он очень
мощный.
— По крайней мере, оставьте нам свет! — взмолилась я. — Здесь
крысы.
— Крысы не принесут вам вреда. Топните ногой, и они убегут. А свет
выдаст вас.
Я видела, как он переходил от камеры к камере. Свет фонаря снова скользнул в
мою сторону, а когда я открыла глаза, мужчина исчез. Я прислонилась к
каменной стене, затем опустилась рядом с Анджелой.
— Слышала, что он сказал? — прошептала она. — Десмонд хотел
бы видеть тебя своей novia. Это значит
возлюбленная
, не так ли? Но он
сказал, что это тебя не спасет.
Я-то надеялась, что она не поймет его слов. Я поспешно сказала:
— Это просто глупости. Мы же обе прекрасно знаем, что Десмонд никогда
не испытывал симпатии ко мне. Но не это главное. Слышала, что он обещал
вернуться? Вот самое важное. Сейчас я готова принять помощь от кого угодно,
хоть от самого дьявола!
— Подумать только, и я позволяла Десмонду себя целовать, —
рассерженно бросила Анджела. — Нет, девушка никому не должна доверять.
— Да, если Десмонд и был увлечен кем-то из нас, так это тобой, —
сказала я. — Я же вижу, как ты привлекательна для мужчин. Но какие бы
чувства ты ни испытывала по отношению к нему, теперь они, наверное,
охладели. Сама его любовь является оскорблением. Он использовал нас обеих.
Убийца, человек, только что убивший свою жену...
— Только не говори мне, что ты не находила его привлекательным,
Лиза, — тихо заметила Анджела. — Вся эта суета, чтобы ты не
обварилась. Я видела, как ты смотрела на него! А все эти двусмысленные
разговоры, которые вы вели по поводу Изабеллы Дамас. И то, как он до сих пор
смотрит на тебя.
— Ты говоришь какие-то нелепые вещи, Анджела, — заметила я. —
Никто из нас не может теперь любить его.
— Даже когда он приглашал меня на свидание, он говорил о тебе, —
задумчиво продолжала Анджела. — И всегда старался остаться с тобой
наедине. Иногда, когда вы оставались вдвоем, он не пытался... поцеловать
тебя?
— Нет, не пытался. И давай прекратим об этом. Я не стану слушать. Это
слишком глупо.
Я встала на скамейку и выглянула в окно. Я смотрела вниз на склон холма,
позволяя холодному ветру охладить мое разгоряченное лицо. Вспышки фонарей
кружили среди деревьев. Я слышала мужские крики, наверное, это Десмонд снова
звал меня. Возможно, в словах Анджелы была доля правды. Но я не позволю себе
признать ее.
Глава 7
Мы вели себя так тихо, что крысы осмелели и повсюду стали раздаваться
шорохи. Меня бросило в дрожь. Я все еще стояла на скамье, вглядываясь через
узкое окно в мелькавшие во тьме вспышки света.
— Они возвращаются, — сказала я, спускаясь со скамьи.
Анджела ничего не ответила, только закуталась поплотнее в одеяло. Некоторое
время я сидела, печально вглядываясь в крошечные красные точки, которые, как
я теперь знала, были крысиными глазами и сверкали во мраке повсюду вокруг
нас.
Ожидание казалось невыносимым, но наконец я услышала голоса возвращавшихся в
крепость и снова встала. Я увидела, как они прошли мимо машины и скрылись в
здании. Снова наступила тишина, постепенно огни в замке один за другим
погасли, и он погрузился во тьму.
Несомненно, теперь, когда остальные легли спать, этот человек придет и
поможет нам. Безусловно, он сделает это. Он должен...
Но пока я ждала, я не могла не думать о нем. Я не могла отогнать от себя
мысль о том, что он был тем самым человеком, которого мы с Анджелой видели
на склоне горы. До недавнего времени этот человек ассоциировался у меня с
Нуньесом, любовником Изабеллы Дамас; по правде говоря, я была почти уверена,
что он Нуньес и поездка Десмонда по Испании связана с его преследованием.
Не может быть и речи ни о каком партнерстве между Нуньесом и Десмондом.
Слишком велико причиненное друг другу зло, слишком глубока ненависть.
Следовательно, этот человек не Нуньес. Теперь я понимала, что Десмонд имел в
виду, когда говорил с Анджелой о семейном долге. Это был долг крови, долг
чести — отомстить за оскорбление, нанесенное не только обманутому мужу, но
всем членам прославленной семьи Дамас. Возможно, ответ на вопрос о
происхождении незнакомца кроется здесь, так же как и причина его явного
желания помочь нам.
Мы с Анджелой обе пришли к выводу, что он очень похож на Десмонда. Так что
если он член семьи Дамас и каким-то образом замешан в этом ужасном деле,
тогда я вполне могла понять его нежелание увидеть еще двоих людей —
абсолютно невинных людей — впутанными в это дело. Но там, на склоне, человек
пытался бежать и ради этого был готов на убийство. И это сокрушало все мои
доводы.
— Ты дрожишь, — внезапно сказала Анджела. — На.
— Спасибо, — с благодарностью отозвалась я, скользнув под
одеяло. — Они в доме, и свет погас. Наверное, он скоро вернется.
— Или расскажет Десмонду, где мы.
Я испытала облегчение оттого, что Анджела перестала впадать в истерику и
сделала попытку взять себя в руки. Хотя она все еще казалась ужасно
напуганной, но я не могла осуждать ее за это.
— Он рискует слишком многим, чтобы выдать нас сейчас Десмонду, —
запротестовала я. — Все, что ему осталось сделать, — это
спуститься сюда и выпустить нас, а мы за час сможем добраться до деревни.
Если ему все-таки удастся достать машину, мы спасены.
— Это значит, что он поедет вместе с нами.
— Думаю, да. Если бы только мы могли знать, кто он и каким образом
связан с Десмондом и Лукой... — Я напряглась и прошептала: — Слушай!
Анджела придвинулась ко мне поближе. Я снова услышала этот звук — легкое металлическое пощелкивание.
— Кто-то идет, — дрожащим голосом пробормотала Анджела.
— Кто это? — резко воскликнула я.
— Тише! — прорычал мужской голос. — Ты что, хочешь привлечь
остальных сюда?
Я с облегчением вздохнула:
— Вы. Вы напугали нас! Вам следовало дать нам знать, что идете.
— Я же велел тебе вести себя потише. — В его голосе прозвучала
угрожающая нота. — Ты, Лиза, иди сюда! А твоя подруга может остаться
здесь. Мне пришлось изменить свои планы. Мне кажется, они что-то заподозрили
и наблюдают за мной. Неподалеку нас ждет машина. Я отведу вас туда одну за
другой.
Я спустила ноги со скамьи, а Анджела в ужасе вцепилась мне в руку:
— Лиза, ты же не оставишь меня здесь одну! Я сжала ее руку:
— Мы предпочитаем держаться вместе. Почему вы не можете отвести к
машине нас обеих? — подозрительно спросила я.
— Вы впустую расходуете мое время, — резко бросил он. — Могу
оставить здесь вас обеих. Так вы идете? По одной. Ты первая, Лиза.
— Тогда возьмите сначала Анджелу, — предложила я. — Я не
боюсь остаться здесь одна до вашего возвращения.
— Нет, — заявил он. — Если я отведу в машину первой
блондинку, она может закричать или сделать еще какую-нибудь глупость. А на
тебя можно положиться, ты дождешься нашего возвращения. Ну, ты идешь или мне
уйти одному? Вам решать.
— Подождите! — воскликнула Анджела. — Иди с ним, —
прошептала она мне. — Но поторопись. Достань у него ключ. Не позволяй
ему уехать без меня. Лиза, ты должна! Пообещай мне!
— Ну? — донесся его голос из темноты. — Мне уйти одному?
— Скорее, — прошептала Анджела. — Только не дай ему уехать
без меня!
— Я иду, — сказала я. — И подожду в машине, но без нее не
уеду.
— Об этом нет и речи. Но поторопись! И больше не разговаривай. Я же
сказал тебе — это опасно. Очень опасно.
Я ощупью пробралась к двери.
— Идем, — сказал он, сжав мне руку.
— Оставьте дверь открытой, — попросила я. Его пальцы больно
впились в мою плоть.
— Нет.
Дверь щелкнула, и он потащил меня прочь от камеры.
— Она не...
— Тихо! — прошептал он. — Они неподалеку. Мои босые ноги
беззвучно передвигались по холодному камню. Я почувствовала, что он немного
ослабил хватку. Что-то тяжелое ударило меня по бедру, и я испугалась еще
больше, поняв, что он несет за спиной винтовку.
Коридор сделал поворот, и я увидела подернутые дымкой звезды в дверном
проеме.
— Теперь сюда. Пригнись пониже. Держись в тени стены.
Я кивнула, вся дрожа от страха и волнения. Он тащил меня вдоль крепостной
стены, очень близко от нее. Мне хотелось сказать ему, что он делает мне
больно, но подумала, что где-то поблизости может скрываться Десмонд, и не
решилась заговорить. Но он вел меня в противоположном деревне направлении, в
сторону от населенной части замка и от большой стены.
— Где машина? — задыхаясь, прошептала я.
— Скоро увидишь. Она спрятана там, где кончается стена...
Я вгляделась во тьму. Грубый камень стены царапал мне плечо, когда он тащил
меня вдоль нее, но я не смогла бы угнаться за ним, если бы он не тянул меня.
Я с трудом подавила крик, споткнувшись о булыжник. Он сердито посмотрел на
меня и двинулся еще быстрее.
Наконец впереди замаячил угол осыпающегося нежилого крыла замка Махинас.
Здесь начиналась долина. Я услышала, как далеко внизу в кронах сосен
завывает ветер, и мысль о том, что мне придется здесь сидеть в машине в
одиночестве, пока этот человек пойдет за Анджелой, наполнила меня ужасом.
Мне совершенно не хотелось сидеть в этом зловещем жутком месте, слушая
унылый вой ветра.
Сознавая, что именно это мне и предстоит, я ощутила ледяной холод.
Однако этому человеку не откажешь в находчивости. На узкой полосе между
углом стены и краем утеса, наверное, не много места для машины. И не найдешь
лучшего места, где ее спрятать. Десмонд ни за что не догадался бы искать
здесь.
— А нельзя ничего сделать с другой машиной, чтобы они не смогли
преследовать нас? — тихо спросила я. — Что, если они услышат, как
вы заводите машину, и тотчас же отправятся в погоню?
В тусклом свете луны я увидела, что он посмотрел на меня.
— Я не дурак. Я позаботился об этом еще до того, как отправился в
деревню. Проколол шины. Это даст нам необходимый запас времени. К тому же
ваш
ситроен
старый и медленный, не так ли?
— Да.
— Значит, тебе нечего опасаться, правда?
— Да...
Я видела только очертания его лица, и почти ничего больше. Когда он
двигался, его одежда жестко шуршала. Рукав его куртки, касавшийся моей голой
руки, казался шершавым.
Я споткнулась, и он дернул меня, выпрямляя.
— Вы... вы делаете мне больно! — заикаясь пробормотала я.
— Я делаю это не нарочно, но по необходимости, — ответил он. — Ты можешь это понять?
— Я пытаюсь понять, но вы же сами мешаете мне идти тихо.
Мы дошли до угла, он затащил меня за него и остановился. Затем одним быстрым
движением он оказался у меня за спиной, вывернув мне руки назад и сжав их
стальной хваткой.
Я только открыла рот, чтобы запротестовать, но замерла от ужаса. Я
рассчитывала увидеть машину, спрятанную за углом стены, но машины не было.
Вместо машины и всего лишь в нескольких ярдах от нас находился край утеса,
отвесная стена, уходящая в темную бездну. Ветер жестоко бил мне в лицо, но я
почти не ощущала этого, онемев от страха.
— Где машина? — наконец закричала я, охваченная паникой. — Здесь нет никакой машины.
Я принялась кричать, но его левая рука зажала мне рот и нос. Сила его была
огромна. Он оторвал меня от земли, и я пыталась вырваться, сражаясь за
возможность дышать, за жизнь. Я задыхалась.
Он собирался убить меня!
И никакой возможности спастись. Все это было частью западни. Сначала суждено
умереть мне, затем — Анджеле. Он заманит ее сюда обещанием свободы так же,
как заманил меня. Я принялась бить его руками и ногами, стараясь укусить
руку, душившую меня.
— Как жаль, что столько огня, такое очарование должны быть
уничтожены, — сказал он, безжалостно подталкивая меня к краю
утеса. — Он всегда был одинок. Ты могла бы принести ему радость,
счастье своей любовью. Но будут другие женщины или, возможно, одна, как у
меня, так как он тоже разборчивый. Он все поймет, когда это будет сделано.
Ты погубила бы нас всех.
— Вы с ума сошли. Отпустите меня! Отпустите... меня. Пожалуйста. Я
ничего против вас не имею. Я не пойду в полицию. Обещаю вам это. Все, что
угодно... только... отпустите меня!
Я кричала, или мне казалось, что я кричала. Разум составлял отчаянные слова
мольбы, по только приглушенные, придушенные звуки срывались с губ. Я теряла
сознание. Красные вспышки света, круги и огненные колеса кружились и плясали
перед моими испуганными глазами.
Он снова хотел оторвать меня от земли, когда, совершив последнюю отчаянную
попытку, я вывернулась и сама обхватила его под мышками. Наконец я смогла
дышать. Я принялась кричать и кричала изо всех сил, так громко, как только
могла, так что у меня заболело горло.
Злобно ругаясь, он оторвал мои пальцы от своей куртки. Я попыталась снова
вцепиться в него, но не смогла. Он больно ударил меня кулаком. Я упала,
приземлившись всего в нескольких дюймах от пропасти.
Я отчаянно пыталась отползти подальше от края обрыва, но, как только встала
на колени, он снова набросился на меня. Он схватил меня за левую руку, но я
вырвала ее. Перевернувшись на спину, стала отбиваться от него руками и
ногами, при этом не переставала кричать.
Все же он схватил меня, и я поняла, что больше нет смысла бороться или
кричать...
Внезапно он отпустил меня и выпрямился, вглядываясь в угол стены, откуда
совсем недавно привел меня, ни о чем не подозревавшую. В следующее мгновение
он уже с трудом снимал с плеча винтовку, так как ремень оказался слишком
коротким для его широких плеч.
Я увидела в этом свой шанс и тотчас же попыталась отползти от него. Он
выругался, бросился за мной и уже схватил меня сзади, когда нас осветил
ослепительный луч прожектора.
— Стой! Отойди от нее, Рамон!
Голос Десмонда. Холодный, угрожающий!
Державший меня мужчина снова выпрямился, но продолжал сжимать мою руку,
вывернув ее за спину, так что я продолжала беспомощно стоять на коленях.
— Нет!
— Не вынуждай меня убить тебя, Рамон! — произнес голос Десмонда. В
его интонации было что-то странное. Даже сквозь свою боль и страх я заметила
это. Это была скорее просьба, чем угроза.
— Убить меня? — пренебрежительно бросил мужчина, которого Десмонд
назвал Рамоном. — Ты не можешь. Было бы лучше, если бы ты ничего не
знал. Но в любом случае это не имеет значения. Я должен это сделать. Это
необходимо. Лука здесь? Возьми его и уходите. Забудь о том, что видел. Не
будь дураком, Десмонд. Уходи поскорее. Каждая минута для нее пытка, а твое
вмешательство только продлевает эту пытку.
— Отойди от нее, Рамон, — тихо сказал Десмонд. — Отпусти ее
руку. Ты делаешь ей больно.
Рамон чуть приподнял меня, и я вскрикнула от боли. Казалось, будто мне
отрывают руку от плеча.
— Винтовка у Луки — вот что вселяет в тебя такую уверенность,
Десмонд? — насмешливо бросил он. — Его будет раздирать на части
чувство преданности, но он не убьет меня.
— Лука держит прожектор, Рамон, — заявил Десмонд. — Винтовка
у меня. А я знаю, что должен сделать. Отпусти ее и отойди, иначе, клянусь
Богом, я убью тебя!
Я почувствовала, как хватка Рамона немного ослабла.
— Ты не можешь. — Но в его голосе впервые прозвучало сомнение.
Щелкнул курок.
— Раз... два...
Моя онемевшая рука бессильно повисла вдоль тела. Но боль по-прежнему
разливалась от плеча по всему телу. Я застонала.
— Лиза! Отойди от него, — приказал Десмонд. — И отойди от
края. Уходи от света.
— Ты хочешь подписать мой смертный приговор? — проскрежетал
стоявший надо мной человек. — Ты? Дамас?
— Я и так слишком много сделал для тебя, — с горечью произнес
Десмонд. — Лиза, ты поняла, что я сказал?
Испытывая сильную боль, я поползла прочь от человека, стоявшего позади меня
на краю утеса, подальше от света и от бездны. Если бы только я могла убежать
и оказаться как можно дальше от них. От человека, хотевшего убить меня, от
Десмонда, от Луки...
В тот момент я не могла сказать, что считала большей опасностью. Я была
сбита с толку и, казалось, потеряла способность чувствовать от страха и
боли. Единственное, что я понимала, это необходимость бежать. Но, едва
покинув слепящую призму света и оказавшись в темноте, я остановилась,
посмотрела через плечо и впервые увидела лицо того человека.
На нем была церемониальная одежда испанского идальго. Направленный на него
луч света словно выгравировал его на темном фоне с фотографической
четкостью. Мой взгляд скользнул от узких брюк с широкими отворотами к богато
расшитой парчой короткой куртке. Но больше всего меня поразило его лицо —
это было лицо Десмонда, но моложе, слабовольнее, с почти женскими бровями и
ярко очерченными губами.
Этот человек как бы представлял собой бо
...Закладка в соц.сетях
