Жанр: Любовные романы
Ловушка любви
...а вам покажет, если вы что-то не сможете найти. Хорошо, Джонти?
В первый раз всегда трудно, поэтому мы простим, если что-то будет не так.
Сказав это, он вышел, а Джонти твердо решила, что никаких ошибок не
допустит, она сделает все, что в ее силах!
В начале пятого вернулись из школы дети. Джонти увидела их силуэты на фоне
неба — маленькие далекие фигурки верхом на пони.
Еще до того как Джонти услышала звук их шагов, до нее донеслась их
возбужденная болтовня, затем раздался пронзительный свист, а вслед за тем —
душераздирающий крик Деборы — да, это был ее легко узнаваемый дискант.
— Ууу...ии! — Эти звуки явно должны были привлечь чье-то внимание. — Она...
здесь?
— Дааа! — Это ответила Силла откуда-то с веранды.
Итогом такого обмена репликами был дикий топот ног, и вот на веранде у кухни
возникло трое детей, а вслед за ними появилась радостная энергичная собака.
Десмонд? Наблюдая за ними в окно, Джонти с трудом могла поверить, что эта
скачущая, вертящаяся волчком от радости собака была Десмондом. Но это был
он! Воскрешенный, обновленный Десмонд, чья шерсть лоснилась, а нос влажно
блестел, как у всякой здоровой собаки, и в чьей пасти, когда он раскрыл ее,
тяжело дыша от бега, виднелись две дырки на месте вырванных плохих зубов,
свидетельствующие о безмерной решительности Нэта Макморрана.
Добрый старый дядя Нэт! Может, он и тиран, но, без сомнения, великолепный
ветеринар, Джонти пришлось это с уважением признать.
Вот так, стоя на коленях и все еще обнимая Десмонда, она вдруг ощутила, что
на нее смотрят три пары глаз — знакомые темные пуговки Дебби, темные, как у
Силлы, глаза Марка и прекрасные, серые, как у Нэта Макморрана, и слегка
задумчивые, какие бывали и у него, но без свойственной ему проницательности
глаза Рэчел.
Рэчел смотрела на нее широко открытым, невинным взором, в котором читалось
дружелюбие, а когда она улыбнулась, то лицо ее восхитительным образом
преобразилось. Ее прекрасные серые глаза сияли, излучая сияние,
безмятежность и какую-то нежную теплоту, которая буквально физически
обволакивала всех вокруг. Как хорошо, что девочка пока что не осознавала
поразительного воздействия своей улыбки!
Рэчел, как самая старшая, заговорила первой.
— Привет, Джонти. Сегодня мы очень торопились домой, надеясь, что вы уже
приехали, — выпалила она за всех троих, едва переводя дыхание. Они так
быстро бежали, что сейчас стояли, тяжело дыша. — Мы галопом скакали по
гребню Габба, потому что этот путь короче. Кстати, меня зовут Рэчел, а это
Марк. Ну же, Марк, скажи что-нибудь, — бросила она младшему брату.
И Марк сказал.
— А дядя Нэт описывал вас совсем по-другому, — заявил он почти с претензией.
Джонти вскочила на ноги и отряхнула платье.
— Правда, Марк? Мне очень жаль. — И тут ее вдруг осенило, и хотя мысль была
довольно неприятной, но она не могла удержаться и спросила, стараясь, чтобы
ее голос звучал беспечно: — Ты доволен или разочарован? Я имею в виду, — и
она посмотрела ему прямо в глаза, — это лучше или хуже, чем ты думал, Марк?
Я не обижусь, что бы ты ни сказал, — весело добавила она.
— Лучше, — быстро ответил Марк. — Намного лучше!
При этом все громко расхохотались.
Даже Джонти не могла удержаться от улыбки.
— Я слышал, как он рассказывал о вас Изабель, правда, Деб?
Они опять захихикали, но Джонти, которой очень хотелось узнать, что он
сказал, все же направила разговор в более безопасное русло. Она ни за что не
опустится до того, чтобы выуживать сведения из ребенка. Да по лукавому лицу
Марка было видно, что все его заявления не стоит принимать всерьез: они
наверняка приукрашены его богатым воображением. Говорят, тот, кто
подслушивает, редко слышит о себе что-нибудь хорошее, и Джонти пришлось
признать, с определенной долей сожаления, что это как раз такой случай.
Пустившись в расспросы, она наверняка пожалела бы об этом.
— А что нам делать сейчас? — быстро спросила Джонти. — Вы хотите перекусить?
Можете попить сейчас чаю. Или будете ждать до ужина? Вам придется
подсказывать мне, я еще не знаю распорядка в вашем доме. — Джонти отогнала
от себя воспоминания о прищелкивающих загорелых пальцах, фиксирующих
заведенное время для еды, и пошла на кухню вслед за детьми.
— В это время мы обычно едим печенье с молоком, или кашу, или еще что-
нибудь, — пришла ей на помощь Рэчел.
— Наша мама обычно пекла нам маленькие пирожные в бумажных корзиночках, а
Изабель не умеет, и поэтому мы едим печенье. Я так хорошо помню эти
пирожные. Эй, Марк! — Дебби показала ему язык, а затем добавила с тяжелым
вздохом: — А покупное печенье — это всего лишь покупное. Вон оно, в голубой
коробке.
Тем временем Рэчел уже снимала в полки голубую коробку. Для своего возраста
она была рослой девочкой, почти на дюйм выше Джонти, и двигалась с
изяществом молодой газели. Как и у Силлы, у нее были длинные темные волосы,
завязанные в
конский хвост
. Джонти стояла как раз за спиной Рэчел и
невольно отметила, что ее гладкая загорелая тонкая шея создавала ощущение
ранимости.
Двое темноволосых и двое светловолосых или, скорее, песочного цвета,
поправила себя Джонти: кудряшки Марка и
хвостики
Дебби были цвета морского
песка с выцветшими на солнце кончиками.
— А ты выпьешь с нами молока, Джонти? А может, ты хочешь чаю? — заботливо
предложила Рэчел, и Джонти с большим удовольствием согласилась.
Было приятно вот так, совсем по-домашнему, сидеть на кухне за одним столом с
тремя непрерывно трещащими детьми, а в это время Десмонд лежал в самом
прохладном углу, подальше от солнечных лучей, которые струились через кисею,
натянутую на окно, выходящее на запад.
И вдруг Джонти что-то словно толкнуло изнутри. Где же Силла? Как она могла
позабыть о ней?
— Позвать ее?
Дебби покачала головой:
— Она не придет, даже если вы позовете.
Джонти перехватила взгляд, которым обменялись сестры, и он красноречиво
сказал ей, что здесь что-то кроется.
— Не придет? Почему?
Девочки опять переглянулись; на этот раз они явно чувствовали себя не в
своей тарелке. И тут пришел на помощь Марк.
— В последние дни она не приходит пить чай, потому что она на дие...
— Марк! — Лицо Рэчел посуровело, что совсем не сочеталось с мягким
выражением ее прекрасных серых глаз. Она нахмурила брови и сердито взглянула
на брата.
— На диете? — улыбнулась Джонти. — Но что в этом плохого? Многие люди
соблюдают диету. Это лучше, чем однажды обнаружить, что юбка не сходится у
тебя на талии.
— Дело не в юбках, а в платье для... все дело в ее платьях, — неуклюже
закончил он и покраснел.
— Ты совсем глупый. Но в любом случае сейчас она не придет, — язвительно
сказала ему Дебби. — Разве ты не помнишь, как Изабель сказала, что она не
сможет. Поэтому сейчас не играет роли, годится оно ей или нет. Она все равно
не придет, — добавила Дебби, на этот раз обращаясь к Джонти. — Она
разочарована, а когда Силла разочарована, то ей не до еды.
Она положила в рот последний кусочек печенья, а крошки, налипшие на пальцы,
вытерла о свою розовую кофту из грубой ткани.
— Наверное, она сильно разочаровалась, — проговорила Джонти как бы между
прочим. Не надо показывать им свою симпатию к Силле, но в то же время
младшие должны понять, что в возрасте Силлы разочарование — достаточный
повод для обиды. Не так давно, и Джонти прекрасно это помнила, она на себе
испытала, что значит разочарование в семнадцать лет!
Рэчел молча кивнула, как будто разгадала мысли Джонти.
— Да, она все еще разочарована. — Девочка доверительно перегнулась через
стол. — Джонти, если я тебе что-то скажу, ты обещаешь хранить это в тайне?
Рассказать ей? — Это она уже обращалась к другим детям, которые с очень
важным видом кивнули в знак согласия.
— Если она даст слово.
— Правда, я никому не скажу.
Рэчел нарочно выдержала паузу.
— Дело в том, что у Силлы есть друг.
— Ой... правда? — Джонти не знала, какой реакции от нее ждут, но тут же
поняла, что дети ожидали от нее другого.
— У Него длинные волосы, — подчеркнула Дебби, и глаза ее при этом сверкали
от волнения.
— У него волосы полностью закрывают уши, — уточнил Марк.
— И даже еще гораздо длиннее, — с сарказмом возразила младшая сестра.
— Мы видели его только однажды, несколько недель назад, поэтому волосы,
наверное, отросли еще больше, — рассудила Рэчел. — Она познакомилась с ним в
парке в Садденли-Плейнс, пока дядя Нэт был в банке. Он пригласил Силлу на
танцы, и она согласилась. Но когда она рассказала об этом дяде Нэту, тот был
просто в ярости, и с тех пор Изабель все время приводит Силле очередные
доводы, почему ей не следует встречаться с ним.
— Она всегда на стороне дяди, — недовольно пробормотал Марк.
— Нет, это он на ее стороне. Это она первая сказала, что Силле не следует
идти с ним, помнишь?
— Но, дорогие мои, — мягко возразила Джонти, — они оба совершенно правы.
Нельзя отправляться на прогулку с абсолютно незнакомым молодым человеком,
которого ты видишь первый раз в жизни. Он может оказаться кем угодно! Вы
ведь ничего не знаете о нем!
— Нет, знаем. Его зовут Вин Деррант, он недавно начал работать на ферме в
Габба, и с ним все в порядке. Имя у него забавное, — запальчиво проговорила
Рэчел, — но оно ему подходит, понятно? А если оставить в покое его волосы,
то он очень даже ничего. Он нас всех угостил мороженым, ведь дядя Нэт,
казалось, целую вечность пробыл в этом банке.
— А ваша... а мисс Роше видела его?
Рэчел покачала головой:
— Нет, в это время она была в парикмахерской. Ни она, ни дядя не видели его.
— Жаль, — рассудительно заметила Джонти. — Если бы они увидели его, то,
возможно, по-иному отнеслись бы к нему.
— Вот и Силла говорит то же самое. Она хотела, чтобы Изабель позвонила
господину Реквеллу в Габба и сама убедилась, что он не врал, только Изабель
не захотела.
— А дядя Нэт?
— Тоже нет. Он считает, что все уже забыто, и ужасно разозлится, если
узнает, что Силла все еще пристает к Изабель с этим. Но она просит ее
сделать это, только когда дяди нет дома. Не понимаю, почему она не хочет
позвонить, если это поможет Силле покончить с тоской. Но Изабель говорит,
что со стороны Силлы было очень опрометчиво согласиться на свидание с
совершенно незнакомым человеком.
— Ммм... теперь я начинаю понимать, — тактично заметила Джонти. — Здесь все
так запутано. Ну ничего, Силла переживет это. — Она попыталась подбодрить
их, ведь на нее смотрело три несчастных детских лица — несчастных и
ожидающих, как будто Джонти по мановению волшебной палочки могла разрешить
эту проблему!
Добрые волшебницы? Злые мачехи!
Если бы в жизни все решалось так просто, как в сказках братьев Гримм или
Ганса Христиана Андерсена! Но глядя в этот момент в глаза Дебби, которые
постепенно затуманивались удивлением, можно было с уверенностью сказать,
что, по крайней мере, один человек верит в чудеса. Дебби перенеслась в какой-
то свой сказочный мир, в котором Силла конечно же была Золушкой, а
Прекрасным Принцем, скорее всего, — лохматый Вин Деррант!
Джонти почувствовала, что начинает сочувствовать Изабель Роше.
Совершенно очевидно, что с самого начала Изабель заняла жесткую позицию не
без поощрения со стороны властного дяди Нэта! Если бы только она попыталась
понять Силлу, то, возможно, ей было бы проще убедить в чем-либо опекуна
девушки. В конце концов, только неповторимый шарм Изабель мог смягчить
каменное сердце этого человека. Они могли бы дать себе труд встретиться с
этим парнем или потихоньку навести о нем справки. К сожалению, Изабель
выбрала иную линию поведения и теперь не могла пойти на попятный без ущерба
для своего престижа. Джонти это прекрасно понимала.
Обида
Силлы была
своего рода шантажом, цель которого — сломить Изабель и заставить ее
уступить свои позиции хотя бы частично. В данных обстоятельствах поддаться
этому давлению значило пошатнуть свой авторитет.
Да, у Изабель было полно проблем.
Джонти очень хотелось помочь ей решить именно проблему Силлы, но пока она не
видела, как это можно сделать.
Ее душа болела за Силлу, в таком возрасте девушки так чувствительны и
ранимы; и вот ей пришлось столкнуться с бестактностью, а ведь более
деликатный подход дал бы гораздо лучшие результаты. Силла слишком
торопилась, но ведь в семнадцать всегда так бывает. В этом возрасте остро
ощущаешь, что жизнь проходит мимо, как будто поезд под названием
Чувства
отходит от станции
Юность
, и вот ты тихо стоишь и бесконечно долго ждешь,
ждешь, а затем вдруг осознаешь, что поезд уходит без тебя, и ты бежишь и
вскакиваешь на подножку, повинуясь мгновенному импульсу! Джонти помнила эти
моменты нетерпения и отчаяния, которые сейчас переживала Силла, вот почему
она сочувствовала девушке, но в то же время была не в силах помочь ей.
Да, но ведь это не ее дело. Ее не для этого пригласили в Даллур. Нэт
Макморран нанял ее для того, чтобы она готовила еду.
Готовила еду? О Боже! Время!
— Который час? — воскликнула она, вскакивая и откидывая со лба волосы. — Который час, я спрашиваю?!
Около шести. У нее остался только час, чтобы приготовить ужин и накрыть на
стол, а она еще и не приступала.
— Ой, Рэчел, — выдохнула она, — ты должна мне подсказать, где что лежит и
что мне надо делать! Покажешь?
Пока Джонти металась на грани истерики по кухне, ее преследовало ощущение,
что мужской палец неотступно тычется ей в спину, как раз между лопаток,
короткими, но резкими толчками в том же ритме, что и щелчки, которые
фиксировали часы приема пищи.
В спешке метаясь по кухне туда-сюда под мягким руководством Рэчел, она даже
не вспомнила, что Изабель, фактически хозяйка дома, только и сделала, что
провела Джонти на кухню, показала, где мыть посуду, а затем просто исчезла,
предоставив ей самой разбираться во всем.
Только позднее, гораздо позднее Джонти осознала это.
Нэт Макморран посоветовал ей обратиться к Силле, но Силлы тоже нигде не было
видно.
Ну, Силла в трансе, это понятно.
А Изабель?
Глава 5
— Что дядя Нэт любит на ужин? Я имею в виду, какие у него любимые блюда?
Джонти распахнула дверь холодной кладовой и посмотрела на туши говядины и
баранины, свисающие на гигантских крюках с потолка.
— Чтобы что-то сделать тут, нужно быть мясником, — пробормотала она с
отвращением, подходя к холодильнику. — Да и времени совсем не осталось.
— Обычно Рик или Стен резали мясо на куски, когда готовила Изабель, —
объяснила Дебби, которой явно нравилась вся эта суета. — У них есть
специальные ножи и все остальное. А дядя Нэт на ужин ест практически все.
— У него просто нет иного выхода, — в отчаянии проговорила Джонти себе под
нос. — По крайней мере, сегодня.
Холодная баранина, оставшаяся от обеда, вполне подойдет для пастушьего
пирога, если она тут же займется картошкой.
— Ему ведь нравится чокос, правда? — тихо спросила Рэчел. — Чокос с сырным
соусом? Он обожает это, только у Изабель никогда не получался соус, он
всегда был комками. Может, это приготовить? Я принесу. Сзади, за фруктами,
стоит вино.
— Да, пожалуйста, — благодарно попросила Джонти, а ее голова уже была занята
пудингом.
— Но ведь надо еще успеть переодеться, правда, Дебби? — сказала Рэчел,
положив чокос на сушильную доску в раковине, и, как бы извиняясь, добавила:
— Изабель будет в бешенстве, если мы не будем вовремя к ужину, а Силла
принимала душ уже очень давно, я слышала.
— Нет-нет, вы не должны опаздывать, — заметила Джонти, разглядывая зеленые,
немного колючие овощи вытянутой формы, которые лежали на доске. — А что мне
с ними делать?
Рэчел удивленно подняла брови.
— Отварить, конечно. Сначала почистить, а потом отварить. Они похожи на
тыкву, только не такие сочные. — Она с любопытством посмотрела на Джонти. —
Вы никогда их раньше не видели?
Джонти покачала головой, а Дебби залилась смехом:
— Ой, какая ты смешная, Джонти. Никогда раньше не видела чокос!
— А ваш дядя Нэт, между прочим, даже не знал, что это за игра с конскими
каштанами, — бросила она им вслед, так как они уже уходили.
Дебби остановилась у двери.
— Это игра, в которую играют все в Англии, — презрительно сообщила она. — Я
читала о ней в книге
Английские сказки
, — добавила она мягче.
С минуту они смотрели друг на друга, а затем Джонти беспомощно пожала
плечами.
— А я еще ни разу не встречала чокос в сказках, — заметила она хмуро, и
вдруг все дружно засмеялись над нелепостью ее замечания.
— Вам нужно поторопиться, — сказала Джонти, подталкивая их к двери. — Вы
меня все время отвлекаете, я даже не могу думать, когда вы здесь! Спасибо за
помощь и скрестите пальцы, чтобы у меня все прошло благополучно.
В этот вечер Джонти подала еду на две минуты позже назначенного часа, и это
не осталось незамеченным. Когда все сели за стол, Нэт Макморран выразительно
глянул на часы.
Варвик, или Рик, как его тут все называли, оказался высоким и худым молодым
человеком с внешностью прилежного ученика. Такой же загорелый, как и его
дядя, он криво улыбнулся, когда ему представили Джонти, а потом взирал на
нее, как сова, через свои очки с толстыми стеклами. Он ей очень напоминал
профессора колледжа, который только что вернулся из отпуска, проведенного на
морском побережье. Он вежливо заметил:
— Вы забыли поставить прибор для Стэна, или вас никто не предупредил?
— Силла! — Нэт Макморран уже был готов бросить сердитый взгляд в сторону
девушки. К этому он всегда готов, подумала Джонти и тут же пробормотала какие-
то извинения, сказав, что это ее вина. Она бросилась за прибором для
молодого человека, который терпеливо стоял и ждал рядом с Риком.
— Простите, — тихо повторила Джонти, когда все уселись, и залилась краской.
А в это время Силла торопливо подошла к сервировочному столику и помогла разложить еду по тарелкам.
— Это я виновата, Джонти, — сокрушенно пролепетала она. — Честно говоря, я
думала, Изабель предупредит тебя.
— А она подумала, что это сделаешь ты, — мягко ответила Джонти. — А кто
такой Стэн? — спросила она шепотом.
— Наш новый рабочий. Спит он внизу, в бараке, а ест с нами. Кроме того, мы
стираем его вещи. Он такой чистюля. Меняет одежду каждый день. Просто ужас.
Не повезло. А какое количество рубашек! — И на ее лице при этом появилось
полусмешливое, полусерьезное выражение. Она начала разносить тарелки.
Наконец, слава Богу, Джонти уселась на свое место. На лбу у нее выступили
капельки пота, и отдельные пряди каштановых волос прилипли к шее сзади. Да!
Вот это напряжение! Сегодня она еле-еле успела к назначенному часу. В
будущем она будет следить за временем так, как будто от этого зависит ее
жизнь. Тогда у нее будет оставаться какой-то запас времени, ведь Нэт
Макморран ужасно пунктуальный.
Сегодня была такая спешка, что у нее даже не осталось времени причесаться.
Пришлось признать, что ее неряшливый вид резко контрастировал с остальными
присутствующими, которые выглядели очень свежими и аккуратными после
принятого душа.
Изабель тоже это заметила.
— Джонквил, если ты будешь кушать с нами, то, мне кажется, тебе надо
планировать день так, чтобы оставалось время привести себя в порядок перед
тем, как выйти к столу. Я не сильна в кулинарии, но даже мне всегда хватало
времени привести себя в порядок. Нужно быть примером для младших.
— Да, мисс Роше, простите меня. — И Джонти опустила глаза в тарелку. Она еще
никогда не испытывала такого унижения. Ее первый ужин в Даллуре — и надо же
такому случиться, что ее отчитали перед всей семьей! Какой ужас! — Я...
эээ... у меня сегодня не хватило времени, — жалобно и нерешительно
попыталась объяснить Джонти. — Я опаздывала.
— У тебя был практически весь день, — уточнила Изабель, и здесь нечего было
возразить. — Что тебе помешало?
Джонти покраснела и почувствовала себя очень неловко, так как все глаза были
устремлены на нее.
— Я... мы... я разговаривала с детьми... Марком, Дебби... ведь так, Рэчел?
Может, слишком долго. Я не заметила, как прошло время.
Женщина вздохнула и слегка пожала плечами, взглянув при этом в серые
спокойные глаза на другом конце стола, как бы говоря при этом:
Что я
говорила? Ребенок! Еще один ребенок! Безответственный
.
После такого начала Джонти казалось, что она жует опилки. Может, такое
ощущение было у всех, устало подумала она, поскольку за столом никто не
проронил ни слова. Трудно было поверить, что чокос с сырным соусом были
любимым блюдом Нэта Макморрана, а ведь чокос оказались удивительно мягкими и
прекрасно приправленными, а соус — нежный, как бархат. По жестко очерченному
рту и непроницаемому взгляду Нэта Макморрана невозможно было предположить,
что он ест свое любимое блюдо.
Джонти подавила разочарование, собрала тарелки и пошла за пудингом.
Когда все покушали, Изабель пошла на кухню, приготовила кофе, поставила
кофейник на поднос и вышла с ним из комнаты. Джонти успела заметить, что на
подносе стояли две чашки, очень красивые, в форме тюльпанов. Весь поднос с
этими чашками, стоящими рядом с фаянсовым кофейником немного приплюснутой
формы и маленькой серебряной сахарницей, выглядел на удивление уютным и
интимным.
Когда Изабель вышла из кухни, тут же начались разговоры. Даже Стэн и Рик
пришли на кухню, чтобы помочь Джонти вытирать посуду. Очевидно, так было
заведено в доме, и Стэн принял в этом участие. Пока последняя тарелка не
заняла свое место в шкафу, а приборы не были уложены в ящик, было много
споров, подтруниваний, смеха и препирательств.
— Джонти, пожалуйста, не обращайте внимания на Изабель, — сказал ей Рик
среди всего этого гама. — Ну, не принимайте ее слова слишком близко к
сердцу. — Через профессорские очки на нее смотрели его добрые глаза. — Вы
как-то сникли после ее слов, я это заметил. — Он вздохнул. — Боюсь, что
тактичность не входит в список достоинств Изабель. То же и с Силлой. Они все
время мечут друг в друга молнии. Мне, например, кажется, что вы выглядите
нормально, — добавил он, стараясь приободрить ее. — Ведь так, Стэн?
— Отлично выглядите, — подтвердил он с улыбкой. — А ужин был просто
великолепным. Я обожаю чокос с сырным соусом. Это мое любимое блюдо.
Любимое блюдо Стэна?
Джонти от удивления раскрыла рот. Она с укоризной взглянула на Рэчел и
подошла к ней. Та в это время стояла на коленях у нижней полки и слишком
сосредоточенно переставляла тарелки.
— Рэчел? — ласково окликнула она девочку, и если бы Рэчел знала Джонти
получше, то поняла бы, что именно эта ласковая интонация таила в себе
опасность.
Рэчел, как всегда, невинно улыбнулась, хотя ее щеки порозовели.
— Джонти, ничего не говорите. Я имею в виду, что дядя Нэт тоже их любит,
значит, ничего ужасного не случилось, — прошептала она с обезоруживающей
прямотой. — Послушайте, вам не кажется, что Стэн выглядит потрясающе, даже
лучше этого волосатика Силлы?
Джонти отошла, не проронив ни слова. По правде говоря, ей трудно было
произнести хотя бы одно слово. Сначала Дебби с ее сказками о злой мачехе и
жестоком дяде, а сама прогуливала школу, затем Силла с ее настроениями и
тайным свиданием в парке, а теперь Рэчел — невинная, правдивая Рэчел! Даже
Рэчел, признанный идол дяди и Изабель, внесла свою лепту!
В замешательстве Джонти покачала головой, сложила чайное полотенце и
повесила его.
Не иначе, Нэт Макморран пригрел у себя на груди целый выводок маленьких
змей, именно так все и выглядело! Джонти стало казаться, что она предпочла
бы иметь дело с бочонком пороха, стоящим посреди минного поля, чем отвечать
перед опекуном за эту теплую компанию!
Наконец кухня опустела. Все вышли на веранду и плюхнулись в кресла, в
беспорядке стоявшие там. На улице уже было совсем темно и очень тихо. Только
иногда тишину нарушали тонкий писк москитов, бьющихся о кисею, или громкое
стрекотание цикад на лужайке.
Опустившись в одно из кресел, Джонти почувствовала едва различимый запах
табачного дыма. Дальний конец веранды был освещен, и столб света как бы
разрезал тьму. Оттуда доносился приглушенный звук голосов — один низкий и
неясный, а другой хорошо модулированный, женский. Два го
...Закладка в соц.сетях
