Жанр: Любовные романы
Тайна античных свитков
...е интересы. И за то время, что мы с вами преследовали этот общий интерес
в Геркулануме, наши пути несколько раз почти пересеклись.
— Что вам нужно, Рейли?
— То же, что и вам. Но я первым буду у цели, потому что хочу этого
больше, чем вы и чем кто-либо иной. Я изучал ваш послужной список. В вас
есть некая мягкотелость, идеализм, которого я в вас никак не предполагал. Не
удивлюсь, если вы сами захотите вручить мне золото.
— Размечтался!
— Конечно, я охотно выплачу вам долю.
— Какая щедрость! А как быть с Грозаком?
— К несчастью, мой друг Грозак — мямля, и мне нужно подстраховаться.
— То есть вы его решили кинуть?
— Это вам решать. Я буду иметь дело с тем, кто даст мне желаемое.
Пожалуй, я даже расскажу Грозаку, что связывался с вами, — в таких
делах конкуренция только на пользу.
— Вам нужно золото. — Да.
— Его у меня пока нет. А если бы и было, я бы вам не отдал.
— Как я понял, у вас хорошие шансы до него добраться. Но мне нужно не
только золото.
— Статуя Циры. Ее вам не видать.
— Еще как видать! Она моя. Вы увели ее у меня из-под носа, пока я
торговался с продавцом. Это все будет мое.
— Все?
— Мне нужно еще кое-что. Я вам сделаю предложение...
— Это Куинн звонил, он в аэропорту, — сказал Мэннинг, закончив
разговор. — Просит обеспечить Джейн Макгуайр охрану, когда она вернется
после похорон.
— Будешь заявку подавать? — спросил Фокс, развалясь в кресле.
— Конечно, буду. — Мэннинг покрутил головой. — Но с учетом
нашего урезанного бюджета капитан потребует представить весомые основания.
Может, нам присовокупить к этому делу то, что ты там в Интернете нарыл?
— Может быть. Давай поглядим... — Фокс потянулся к клавиатуре и набрал
код доступа. — Я нашел эту старую статейку, когда мы вернулись из
больницы. Любопытная история, но вряд ли здесь есть связь с кем-либо из
нашей картотеки. Если только речь не о привидениях. — Он нажал кнопку,
открыл нужный файл и развернул компьютер так, чтобы Мэннинг мог
прочесть. — Судя по всему, отец этого серийного убийцы, Альдо Манца,
был помешан на актрисе, жившей две с половиной тысячи лет назад, как раз в
то время, когда извержением Везувия были разрушены Помпеи и Геркуланум.
Старик был археологом и приторговывал предметами старины. Он и нашел статую
этой актрисы, Циры, в развалинах Геркуланума. — И?
— У Альдо тоже развилась мания. Он не мог примириться с существованием
женщин, внешне похожих на эту Циру. Он стал на них охотиться и убивал
нещадно, а сначала лишал их лица. Будто топором срубал.
— Кровожадный какой! И ты говоришь, Джейн Макгуайр похожа на эту Циру?
Фокс кивнул:
— Одно лицо. Поэтому она и стала мишенью.
— Он ее выследил?
— Да. Но Еве Дункан и Джо Куинну удалось спутать ему карты. Они
поставили ему ловушку в катакомбах под Геркуланумом. Дункан реконструировала
лицо по одному из черепов, обнаруженных учеными в море близ Геркуланума, и
они разрекламировали его как изображение Циры. Это, конечно, была фальшивка.
Дункан изготовила ее специально. Но этот череп в сочетании с близостью Джейн
Макгуайр сработали как приманка и заставили Альдо подойти так близко, что им
удалось его нейтрализовать.
— Он мертв?
— Мертвее некуда. Как и его отец.
— А родственники не могут жаждать мести?
— Почему они тогда раньше этого не сделали? Четыре года прошло.
Мэннинг нахмурился:
— Может быть, может быть... — Он углубился в статью. Все было так, как
рассказал Фокс, но одна фраза его озадачила. — Тут среди действующих
лиц называют Дункан, Куинна, девушку и некоего Марка Тревора. Кто такой этот
Марк Тревор?
Фокс покачал головой:
— Я откопал еще несколько материалов, в некоторых он тоже упоминается.
Но никто из других участников тех событий ничего о нем не рассказывает. Он
определенно там был, но исчез до того, как в катакомбы прибыла полиция и
пресса. В одной статейке делается намек на его криминальное прошлое.
— Что не мешает Куинну его выгораживать.
— Я так не сказал. Он просто о нем не говорит.
— Но если этот Тревор причастен к убийству Майка Фицджеральда, почему
Куинн скрыл от нас этот факт? Девчонку он опекает изо всех сил. Этот Тревор
привлекался?
— Возможно.
— Что ты хочешь сказать? Или привлекался — или нет.
— Никак не могу в нужную базу данных залезть. Машина не пускает.
— Что за бред? Пробуй еще!
Фокс кивнул и развернул ноутбук к себе.
— Ты же сам сказал: не стал бы Куинн его покрывать, если бы подозревал. Зачем зря время терять?
— Затем, что Куинн может захотеть первым до него добраться, чтобы
собственноручно перерезать ему глотку.
— Он же полицейский! Какая глотка?
Он на это не
пойдет.
— Не пойдет? А что бы ты, Фокс, чувствовал, если бы речь шла о твоем
ребенке?
2
Лейк-коттедж. Атланта, Джорджия — Что ты тут делаешь на крыльце? — Ева поднялась по
ступеням. — Ночь-полночь...
— Не спится что-то. — Джейн подвинула своего пса Тоби, давая Еве
место на верхней ступеньке. — Я думала, ты останешься с Сандрой.
— Хотела, но неожиданно объявился Рон, и я почувствовала себя лишней.
Хоть они и в разводе, но Майка оба любили. Хорошо, что он приехал ее
поддержать.
Джейн кивнула:
— Помню, как Рон нас с ним на рыбалку возил. Майк еще тогда маленький
был. А на похороны он завтра придет?
— Сегодня, — поправила Ева. — Скорее всего. А Джо лег?
— Да. Он тоже тебя не ждал. Тебе надо поспать. День будет
тяжелый. — Джейн повернулась к озеру. — Кошмарный день!
— И для тебя в том числе. Твой кошмар начался в тот момент, как ты
разыскала Майка в этом баре. — Ева помолчала. — Цира больше не
снится?
Джейн вздрогнула и взглянула на Еву:
— А? Что это ты вдруг? Ева пожала плечами:
— Заговорили о кошмарах — вот и вспомнилось.
— Сейчас? Ты четыре года о них не говорила.
— Это не значит, что я о них не помню. Просто решила: лучше предать
забвению ту историю и все, что с ней связано.
— Легко сказать, а сделать...
— Да уж, — сухо согласилась Ева. — С тех пор как ты в
Гарварде, ты уже трижды выезжала на раскопки в Геркуланум.
Джейн ласково потрепала Тоби по голове.
— Ты вроде ничего не имела против.
— Это чтобы не акцентировать внимания на том, что я хотела бы стереть
из твоей памяти. Но от этого та давняя история не стала мне милее. Не
хочется, чтобы ты тратила молодые годы на навязчивую идею.
— Это не... Ну хорошо, хорошо, ты права. Я только знаю одно: я должна
выяснить кое-что про Циру. Мне надо знать, осталась она жива во время
извержения или погибла.
— Зачем? Это же было две тысячи лет назад!
— Ты сама знаешь зачем. У нее было мое лицо. Или наоборот. Неважно.
— Она начала тебе сниться задолго до того, как ты узнала о ее
существовании.
— Может быть, я где-то о ней читала.
— Но никаких подтверждений тому не нашла.
— Это не значит, что этого не было. — Джейн покачала
головой. — Мне такое объяснение больше по душе, чем какая-то
паранормальная чушь.
— Ты мне не ответила. Она тебе снится?
— Нет. Удовлетворена?
— Отчасти. — Ева помолчала. — Ты не общалась с Марком
Тревором?
— Да что такое? Играем в двадцать вопросов?
— Да нет. Просто я тебя люблю и хочу убедиться, что у тебя все в
порядке.
— У меня все в порядке. А с Тревором я не говорила с того момента, как
он тогда уехал из Неаполя. То есть — четыре года.
— Я подумала, вдруг ты с ним пересекалась на этих раскопках.
— Ага! Станет он сидеть на коленках и рыться в пыли, как мальчик-
студент. Он точно знает, где эти свитки зарыты, чтоб ему пусто было! —
Когда на Тревора вышел нечистый на руку профессор-археолог и его сынок
Альдо, он промышлял контрабандой предметов древнеримского искусства. Этот
археолог обнаружил подземный ход, шедший от виллы одного из знатных горожан
древнего Геркуланума, Юлия Пресебия, а в нем — библиотеку. В ней оказалось
несколько бронзовых футляров-тубусов с бесценными свитками, уцелевшими под
потоками лавы, когда она накрыла виллу. Многие из этих свитков были
посвящены наложнице Юлия — Цире, знаменитой актрисе городского театра. Чтобы
замести следы, Альдо с отцом взорвали подземный ход вместе со всеми, кто там
находился, включая Тревора. Но ему удалось спастись. — Это же он
замаскировал место раскопок, после того как тоннель обрушился. Он не
допустит, чтобы кто-нибудь обнаружил этот подземный ход раньше, чем он
сумеет туда вернуться и забрать сундук с золотом, о котором упоминается в
свитках Юлия.
— А вдруг он его уже добыл?
— Может быть. — Эта мысль часто посещала и Джейн, но она
продолжала поиски. — Но у меня такое чувство... Не знаю. Мне надо
искать дальше. Понимаешь, эти свитки должна найти я! Я это заслужила. Это
ведь за мной охотился тот псих, жаждавший срезать с меня лицо, как шелуху,
потому что я похожа на Циру.
— Тогда почему ты не насела на Тревора и не выудила из него, где они
находятся?
— Тревора словами не проймешь. Он жаждет заполучить это золото и
убежден, что по праву, поскольку потерял в этих катакомбах друга, Пьетро. А,
кроме того — как я его найду, если даже Интерпол не знает, где он?
— Я просто подумала, он мог с тобой связаться, когда ты ездила в
экспедицию.
— Нет. — Во время первой экспедиции Джейн только и делала, что
отгоняла эту нелепую мысль. Даже поймала себя на том, что без конца
озирается, вспоминает звук его голоса, убеждает себя, что его тут нет — ни
за углом, ни в соседней комнате, нигде поблизости. — Вряд ли он станет
искать встречи. Мне тогда было всего семнадцать, для него я наверняка не
представляла интереса.
— Внешне семнадцать, а в душе — все тридцать, — заметила
Ева. — Тревор не такой дурак.
— Ты удивишься, когда я тебе кое-что расскажу.
— Ни один поступок Тревора не может меня удивить. Он тот еще фрукт.
Джейн изумилась, услышав в голосе Евы теплоту.
— Он был тебе симпатичен.
— Он спас мне жизнь. И вам с Джо. Трудно испытывать неприязнь к
человеку, которому ты стольким обязан. Это не значит, что я его одобряю. Он,
конечно, редкого ума человек и личность незаурядная, однако же не забывай,
что он контрабандист и с законом не в ладу. Бог знает что еще за ним
числится, — добавила Ева.
— Вот именно —
бог знает
. За четыре года он мог в такие истории
вляпаться...
— Ну, слава богу, ты хоть его не выгораживаешь.
— Ни в коей мере. Он самая яркая личность из всех, кого я встречала, к
тому же обладает редким даром убеждения, а в остальном он для меня загадка.
Не гнушается применять силу в любом виде и имеет опасную тягу к рискованным
операциям. Ни одно из этих качеств не привлекает такую разумную женщину, как
я.
—
Женщину
... — Ева грустно покачала головой. — Для меня ты по-
прежнему девочка.
— Значит, такой и останусь. — Джейн положила голову Еве на
плечо. — Кем скажешь, тем и буду. Выбирай.
— Я только хочу, чтобы ты была счастлива. — Ева поцеловала ее в
лоб. — И не тратила жизнь на поиски женщины, умершей две тысячи лет
назад.
— Это не называется
тратить жизнь
. Я просто хочу найти ответы на
вопросы, которые не дают мне покоя. И все.
Ева помолчала.
— Наверное, ты права. А я ошибалась, когда хотела предать прошлое
забвению. Пожалуй, было бы разумнее отпустить тебя.
— Перестань себя корить. Когда я ездила в Геркуланум, ты же мне и слова
не сказала.
Ева смотрела на озеро.
— Да, я ничего не говорила.
— И потом, я же не все время на Циру трачу. Я уже победила в нескольких
конкурсах по живописи, ездила с Сарой в спасательные экспедиции, к тому же
еще и училась. — Она улыбнулась. — И вовсе не забавлялась с
сомнительными молодцами типа Марка Тревора. Я просто золото, согласна?
— Да, это правда. — Ева выпрямила спину и встала. — И хорошо
бы, чтобы такой и оставалась. После похорон еще поговорим. — Она
направилась в дом. — Нам обеим надо поспать. Я обещала Сандре приехать
в одиннадцать.
— Я скоро приду. Хочу еще немножко посидеть здесь с Тоби. — Джейн
обняла пса. — Как же я по нему скучаю! — Она сделала паузу. —
Как думаешь, Ева, почему это все на нас свалилось именно сейчас?
— Не знаю. — Она открыла дверь. — Майк... Это страшное
убийство... Страшное и бессмысленное. Меня это все навело на мысли об Альдо,
я вспомнила, как он гонялся за Цирой. Все эти убийства... Как он тебя
выслеживал... Ведь смерть Майка тоже каким-то образом с тобой связана.
— Может, и не связана. Пока ничего не ясно.
— Это правда. — Дверь за Евой закрылась.
Странно, что Ева связала убийство Майка с той кошмарной историей в
Геркулануме. А может, и не странно. Тогда они с Евой, Джо и Тревором
объединились в стремлении остановить маньяка, но теперь эта общая цель и их
единство остались в прошлом. Но разве может человек разом стереть из памяти
такую жуткую историю? С Тревором они теперь связаны так крепко, что Джейн
казалось, она всю жизнь его знает. И неважно, что у него темное прошлое и
кровожадные наклонности. Ею двигал инстинкт самосохранения. Им — жажда
наживы и месть. Но это не помешало им объединить усилия и добиться цели.
Перестань о нем думать!
Разговор с Евой всколыхнул в ней воспоминания о
Треворе. Она давно задвинула его глубоко в подсознание и выуживала лишь
тогда, когда было нужно. Это позволяло ей держать ситуацию под контролем —
чего ей никогда не удавалось, когда он был рядом.
Ведь ей было всего семнадцать, ему — почти тридцать, и опыта — на несколько
жизней. Учитывая, в какую круговерть эмоций она тогда оказалась ввергнутой,
Джейн еще превосходно справилась с ситуацией.
Она поднялась и шагнула к двери. Забудь о Треворе и о Цире! Сейчас им в ее
жизни не место. Надо сосредоточиться на родных. А сегодняшний день и вовсе
потребует недюжинных усилий.
Глядя невидящим взором на гроб с телом Майка, Джейн думала о том, как
ненавидит она похороны. Если кто считает их своего рода катарсисом — пусть
обратится к психиатру. Каждую секунду она ощущала боль и никакого облегчения
от этого ритуала не ждала. Мысленно она уже много раз простилась с Майком за
те три дня, что прошли после его бессмысленного убийства, и сегодня
находилась здесь скорее ради Сандры.
А у той был такой вид, словно она вот-вот лишится чувств. Она никого и
ничего не замечала. Рядом с ней стояла Ева, но Сандра, похоже, этого даже не
понимала. У могилы сгрудились несколько приятелей Майка. С некоторыми Джейн
была знакома. Джимми Карвер, Дениз Робертс, Пол Доннел. Ее соседка по
общежитию Пэт тоже прилетела на похороны и сейчас имела непривычно
торжественный вид. Молодец, что прилетела. Все молодцы.
Еще несколько минут — и можно будет уходить. Эти минуты тянулись целую
вечность.
Джейн шагнула вперед и бросила розу на крышку гроба.
— Я могу еще чем-нибудь помочь? — спросила Пэт. — Если я
нужна, могу задержаться.
Джейн покачала головой:
— Возвращайся. Ты мне не нужна. Я прилечу завтра. В крайнем случае —
послезавтра.
Пэт усмехнулась:
— Ну, конечно. Как я раньше не догадалась? Тебе никто не нужен. Когда я
попадаю в переплет — ты тут как тут, но не дай бог пытаться отплатить тебе
той же монетой! Тебе никогда не приходило в голову, что мне было бы приятно
сознавать себя великодушной?
— Ты себе не представляешь, сколько великодушия ты уже ко мне
проявила. — Джейн сглотнула ком в горле. — Надо было мне тебе
раньше сказать. Иногда у меня со словами плоховато... Когда мы с тобой
познакомились, я была такая серьезная и ответственная, что у меня и в мыслях
не было развлечься или отдохнуть. Ты научила меня, что развлекаться не
преступление, а радоваться можно даже какой-нибудь мелочи.
Пэт улыбнулась:
— Например, как в тот раз, когда я перебрала, а ты приехала за мной, и
мы попали в буран? Ну, радостью это не назовешь. Ох, и задала ты мне тогда!
— И поделом. Но даже от позора остаются приятные воспоминания. Помнишь,
как мы ждали эвакуатор и распевали дурацкие песни? А сколько всего было
переговорено! Меня это... обогатило, что ли. Ты меня сделала богаче.
Пэт помолчала:
— Похоже, я тут действительно лишняя. Двину-ка я отсюда. — Она обняла Джейн. — Пока.
Джейн смотрела, как подруга уходит. Личные излияния давались Пэт ничуть не
легче, чем ей. Странно, что, будучи такими разными, в этом они сходятся.
Просто сегодня случай особенно деликатный, и Джейн сбила ее с толку своими
откровениями. В другой ситуации Джейн и сама бы не стала пускаться в
излияния. Но сейчас она потеряла близкого друга и жалела, что так и не
сумела сказать ему, как много он для нее значил. Больше она такой ошибки не
повторит.
— Джейн! — Рядом стоял Пол Доннел. Он был бледен. — Какой
ужас! У меня не было возможности с тобой поговорить, но я хочу, чтобы ты
знала: не могу передать, как я жалею, что не проводил вас тогда до машины. Я
же не знал... Ты меня не винишь?
— Я никого не виню, кроме ублюдка, застрелившего Майка. Откуда тебе
было знать?
Он нервно кивнул:
— Это правда. Знать я не мог, но все равно корю себя. Майка я любил и
не желал ему зла. Я только хотел сказать... — Он отвернулся. — Я хотел
сказать, мне ужасно жаль.
Она смотрела ему вслед. Он всерьез расстроен. Настолько, что забыл о своем
всегдашнем легкомысленном образе. Выходит, они с Майком были ближе, чем ей
казалось. А может, его действительно гложет совесть, что в нужный момент не
был рядом с Майком. Мелькнула мысль... Или...
— Идем, Джейн. — Ее взял за локоть Джо. — Я отвезу тебя
домой.
— Хорошо. — Она вдруг остановилась. — Нет, мне надо в
аэропорт. Пойду попрощаюсь с Сандрой — и сразу возвращаюсь. У меня там
срочное дело.
— Джейн, дай себе несколько дней отдыха. Тебе надо...
— У меня срочное дело! — Она повернулась. — Не волнуйся, со
мной все будет в порядке, Джо.
— Да? С тобой и сейчас уже не все в порядке. Послушай, Сандра
расстроена, она переживает, но тебя она не винит. Это же абсурд!
— Винит! — горестно возразила Джейн. — Сейчас она всех винит,
а меня так просто видеть не может. Я знаю, это не оттого, что она хочет меня
обидеть. Это происходит помимо ее воли. Для нее весь мир перевернулся. Вы с
Евой должны ее утешить, а мне сейчас лучше тут не крутиться.
— В утешении нуждается не одна Сандра, — проворчал Джо. — Мы
же тебе тоже сейчас нужны!
— Вы и так у меня есть. Вы всегда со мной. — Она попробовала
улыбнуться. — И для этого мне не требуется видеть вас рядом или держать
за руку. А Сандре, по-моему, требуется. Как буду на месте, сразу позвоню.
Хорошо?
— Нет, не хорошо. Но ничего не поделаешь. Ты же упрямая. — Он
закусил губу. — Только одну я тебя не отпущу. Я нанял тебе
телохранителя, он будет с тобой, пока Мэннинг не установит мотив нападения.
Он будет ждать тебя в общежитии.
— Если тебе от этого спокойнее...
— Это ты точно подметила: мне от этого спокойнее. — Джо распахнул
дверцу машины. — Никто не причинит тебе зла.
Поздно. Ей уже причинили зло. Перед глазами так и стоял Майк — как он лежит
в машине, а из груди хлещет кровь. И он умоляет ее о помощи.
Глаза защипало. Только не теперь. Нельзя больше плакать! Время для слез
прошло.
— Пол!
Пол Доннел напрягся и обернулся. Он только что вышел из общежития.
— Джейн? — улыбнулся он. — Ты как здесь оказалась? Я думал,
ты еще в Атланте. Помочь чем-нибудь?
— Да, пожалуй. — Она перегнулась и распахнула дверцу. —
Садись.
Улыбка на его лице угасла.
— Ты выбрала не лучший момент. Я не успеваю подготовиться — пока летал
на похороны... Давай я тебе завтра позвоню.
— Давай ты лучше сядешь в машину! — отрезала она. — Не надо
со мной шутки шутить, Пол. Будешь говорить со мной или с полицией?
— Ты мне угрожаешь? Я, между прочим, тоже друга потерял, и не надо со
мной...
— Друга ли? А ты никогда не предаешь своих друзей, Пол?
Он облизал губы:
— Не понимаю, о чем ты.
— Объяснить? Хочешь, я выйду из машины и объясню на весь студгородок? Я
это сделаю, ты меня знаешь! Майк тебе наверняка говорил, я не из
стеснительных?
Он помолчал:
— Да, говорил.
— Он много что тебе рассказывал. Он тебе доверял. Майк был беззащитен
перед всяким, кого считал своим другом.
— Я и был ему другом. И я возмущен, что ты... Джейн открыла
водительскую дверь и стала выходить из машины.
— Нет! — Парень обогнул машину. — Если ты не будешь
благоразумной, я...
— Я очень благоразумна. — Она дождалась, когда он сядет в машину,
заблокировала двери и немедленно тронулась с места. — А сейчас я
разгневана и требую ответов.
— У тебя нет причин на меня сердиться. — Он помолчал. — Чем
же я, по-твоему, провинился?
— По-моему, ты подставил Майка. — Джейн вцепилась в руль. —
По-моему, ты специально довел его до депрессии, чтобы он превратился в
податливого щенка. И это ты его напоил, а потом позвонил мне. И, по-моему,
ты знал, что в переулке нас будут ждать.
— Чушь! Послушай, я понимаю, Майк в тот вечер нес всякую ерунду, но он
же был пьян!
— Я так и думала, пока сегодня после похорон меня вдруг не осенило и я
не задумалась, что это ты так нервничаешь. На главной улице было полно
парковочных мест. Зачем было ставить машину в переулке, откуда ее могли
забрать эвакуатором?
— Когда мы приехали, свободных мест не было.
— Я сегодня прямо из аэропорта поехала в
Красный петух
и поговорила с
барменом. Он сказал, что в тот вечер посетители заполняли зал медленно, и,
когда он в семь часов пришел на работу, мест для парковки было полно. Вы
ведь приехали в четверть восьмого, так?
— Не помню.
— А бармен помнит.
— Останови машину. Я не обязан это выслушивать!
— Еще как обязан! — Но она все же съехала на обочину и заглушила
двигатель. — Выкладывай. Кто тебе заплатил за подставу?
— Никто.
— Значит, ты это сделал по собственному почину?
— Конечно, нет.
— Тогда возвращаемся к предыдущему вопросу.
— Я не имею к этому никакого отношения.
— Врешь! — Она посмотрела на него в упор. — Ты до смерти
напуган. Ты и на похоронах весь трясся. Ты не от горя раскис, ты испугался,
как бы не заподозрили, как на самом деле все дело было.
Пол отвел глаза:
— Полиция иного мнения.
— Я им открою глаза. Я выросла в доме полицейского, меня послушают —
как свою. И я посоветую приглядеться к тебе получше.
— Они ничего не найдут. Я не какой-то малолетний преступник. Я из
добропорядочной семьи.
— А я, наоборот, из самого неблагополучного района в Атланте, кишащего
шлюхами, сутенерами и прочей мразью. Вот почему я за версту подонков чую.
— Выпусти меня из машины!
— Сначала скажи, кто тебе
...Закладка в соц.сетях
