Жанр: Любовные романы
Блондинка на час
... и начали подниматься. Когда кабинка зависла на верхней
точке, Ли сказала:
— Отсюда открывается очень красивый вид.
— Чудесный, — отозвался Марк.
Но он не смотрел на окрестности. Он смотрел на нее. Ли рискнула встретиться
с ним глазами, и было во взгляде Колсона нечто... дыхание у нее перехватило.
А в следующий миг он уже целовал ее — не обращая внимания на других
посетителей и на высокое небо над ними, откуда взирал Господь Бог. Впрочем,
что он обо всем этом думал, неизвестно.
Сначала его губы показались Ли холодными — от ветра, который бил в лицо. Но
вскоре они стали тем источником тепла, который зажег ее кровь, и она
отдалась ласке, забыв про мысли и рассуждения — просто счастливая и
возбужденная.
Поцелуй захватил ее больше, чем азарт поездки, и в какой-то момент Ли
оказалась вырванной из блаженного забытья громким покашливанием. Она
неохотно отпустила губы Марка, и в следующий миг щеки ее залились румянцем
смущения: вагончик уже стоял у платформы, а сердитый служитель с упреком
взирал на парочку, не оценившую всю прелесть поездки. Служитель намекнул,
что другие посетители тоже хотят покататься, и молодые люди послушно
выбрались из вагончика. Правда, не сразу, так как за время поцелуя их руки и
даже ноги непонятным образом переплелись и понадобилось какое-то время,
чтобы оторваться и отделиться друг от друга.
— Вы уж нас извините, — сказал Марк смотрителю, но Ли не заметила в его
голосе и тени сожаления.
Наоборот, он звенел от сдерживаемого смеха. Ли постаралась сохранить остатки
достоинства и робко улыбнулась служителю. Но тут посетители, стоявшие в
очереди на поездку, принялись аплодировать, и она смутилась и чувствовала
себя готовой провалиться сквозь землю.
Марк был счастлив. Он не проводил время так замечательно вот уже... сколько
же? Не важно — черт знает сколько времени. Как здорово, что он послушался
своей интуиции и не стал приглашать Ли в какой-нибудь пышный ресторан, где
они оба чувствовали бы себя неловко под пристальными взглядами официантов.
После той исторической встречи в открытом кинотеатре он решил, что Ли
предпочитает простые радости, и теперь хвалил себя за удачный выбор места
для второго свидания. Даже разгромное поражение в мини-гольф совершенно не
испортило ему настроения.
Ли была счастлива, и то, что она так искренне радовалась этой поездке, ее
искренняя, светлая улыбка и веселей смех сильно подействовали на Марка. Даже
очень сильно.
Они остановились посмотреть на фокусника, и девушка хлопала и хлопала в
ладоши вместе с остальными зрителями, а Колсон потихоньку любовался ею.
Потом спросил:
— Ты голодна?
— Еще как!
— Чудесно. Тогда мы можем перейти к следующей части нашей программы. Но
сначала мне нужно забрать кое-что из машины.
Они вернулись на стоянку, и он извлек из багажника большую корзину для
пикника, заботливо приготовленную Шелли.
Глаза Ли округлились, и личико вспыхнуло таким неподдельным восторгом, что
Колсон решил — остаток жизни он готов посвятить тому, чтобы устраивать для
нее сюрпризы. Все, что угодно, лишь бы видеть, как загораются эти чудесные
глаза, а с нежных губ срывается невольное
О!
. В следующий миг он немного
испугался, ибо такие мысли могут завести далеко... но решил отложить анализ
и размышления на потом — не стоит портить такой удачный день. Поляна слева
от дороги поросла зеленой травкой. Тут и там росли дубы, клены и вишневые
деревья. Идеальное место для пикников, но главный сюрприз ждал впереди. Они
добрались до рощицы в центре поляны, и Ли вскрикнула от восторга — в тени
деревьев пряталось прелестное озерцо.
Вокруг этого живописного водоема уже расположились несколько групп
отдыхающих, но Ли и Марк без труда отыскали довольно уединенное местечко под
огромным кленом, и Колсон расстелил на земле заранее припасенный плед. Когда
они уселись, он спросил:
— Готова подкрепиться?
— Ну... это зависит от того, кто готовил: ты или Шелли.
— Ничего себе! А между прочим, мисс Привереда, я тоже умею готовить. В
конце концов, я долго жил холостяком.
— Ты говорил, что не женат, — удивилась Ли.
— И никогда не был.
— Но подошел к алтарю достаточно близко? — рискнула спросить Ли.
Марк рылся в корзине, надеясь, что разговор перейдет на другие темы, но Ли в
молчании ждала ответа. Он вздохнул, вынырнул на свет божий и сказал.
— Да. Однажды я оказался достаточно близко к церкви и клятве в вечной
любви. Это было много лет назад.
— И что же случилось?
— Давай не будем. — Он ласково коснулся пальцами ее щеки. — Мне так
хорошо сегодня, и я не хочу вспоминать.
— Ладно, я поняла. Ты не хочешь, чтобы я лезла не в свое дело.
— Нет, я не то имел в виду. Я не хочу вспоминать, потому что это
грустная история и она может испортить нам настроение.
— Поняла. Прости, что спросила.
— Ни к чему извиняться. Я не собираюсь скрывать от тебя прошлое... сам
хотел поделиться... Просто пусть это будет не сегодня.
Ли кивнула и спросила, возвращаясь к предыдущему разговору:
— Ты так и не ответил, кто готовил то, что спрятано в корзине.
— Шелли. Но если бы у меня было время, я сделал бы не хуже.
— Ну-ну, конечно-конечно. — Ли похлопала его по плечу.
Марк тихонько зарычал и сделал вид, что хочет укусить бессовестную девицу,
но потом опять уткнулся в корзину.
— Как вкусно пахнет! — Ли наклонилась и, зажмурившись, принюхалась.
Губы ее оказались в опасной близости от Марка, и он не преминул этим
воспользоваться. И вновь счастливо удивился сладости и нежности ее поцелуя.
Она отстранилась слишком быстро, и Марк испытал укол сожаления. Должно быть,
ей неловко целоваться на людях, тем более после той сцены на колесе
обозрения. Сам он эксгибиционистом не был, но, как и любой мужчина,
испытывал чувство гордости от того, что целует красивую девушку. Так что
пусть завидуют.
— Я хочу еще поцеловать тебя. Еда подождет.
— Я хочу есть... — жалобно протянула Ли. — А из корзинки так вкусно
пахнет!
Колсон заметил в корзине свернутый лист бумаги.
— Что это? Ага. Шелли хочет, чтобы я спросил: не страдаешь ли ты
пищевой аллергией?
— Не-а.
— Ты любишь артишоки, икру, сыр и фрукты?
— Да, да, да и да!
Ли отдала должное каждому блюду, постанывая от удовольствия и облизывая
пальцы. Колсон смотрел на нее и сходил с ума — она даже не сознавала, как
эротичны все ее движения. Боже, больше всего на свете он хочет, чтобы она
так же стонала от удовольствия другого рода. К тому моменту как Ли похлопали
себя по животу и сказала:
— Больше ни крошки не влезет, — он уже с трудом мог сидеть — джинсы
стали тесны и кровь бешено стучала в висках.
Колсон открыл рот, чтобы предложить немедленно закончить пикник, как вдруг
начался фейерверк.
Ли хлопала в ладоши, с восхищением наблюдая за разноцветными огнями,
горящими в небе, и за не менее яркими отблесками в водах озера. Марк
мысленно застонал и помолился о том, чтобы это был очень-очень короткий
фейерверк.
Должно быть, у него оказался гораздо больший запас прочности, чем он сам
подозревал, ибо он не только досмотрел шоу и не умер, но и получил
удовольствие, когда Ли придвинулась и положила голову ему на плечо — так
удобнее было смотреть в небо. Колсон держал ее в объятиях, время от времени
касаясь губами теплых волос. Вдыхал нежный запах — и чувствовал себя
счастливым.
Они в молчании вернулись к машине. Марк готов был отдать многое, чтобы ночь
на этом не кончилась, но... нельзя идти против желания другого. И он
осторожно спросил:
— Хочешь, я отвезу тебя домой?
— А ты хочешь отвезти меня домой? Должно быть, я выгляжу как ведьма.
Растрепанная и чумазая.
— Ты выглядишь прекрасно. Конечно, у меня есть план Б. Но ты можешь
отказаться, если он тебе не понравится.
— А что за план?
— Приятель одолжил мне ключи от своего охотничьего домика. Это примерно
милях в десяти отсюда. — Марк внимательно смотрел ей в глаза, чтобы увидеть
первую реакцию. — Но это только если ты действительно этого хочешь. Я не
обижусь, если свидание закончится сейчас. Вечер получился чудесный, и мне
давно не было так хорошо. Не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь затащить
тебя в постель... То есть я этого хочу, но сегодня мне просто хотелось
побыть вдвоем. И чтобы тебе было весело.
— Ты разочарован сегодняшним днем?
— Разве я просил бы тебя провести со мной ночь, если бы чувствовал
разочарование?
— Это самый замечательный день в моей жизни. Честно.
—
Замечательный
звучит скучно.
— Неправда. Это значит, что между нами не было неловкости. Мы смеялись
и гуляли, ели и целовались. Это значит, что всегда я буду вспоминать этот
день со счастливой улыбкой.
Ли смотрела на него сверху вниз, и глаза ее наполнялись слезами. Она
красива, когда плачет, отметил Марк. Никаких красных век и прочего. Зеленые
глаза походили на бездонные озера, и Колсон знал, что сможет провести много
дней... или даже лет... вглядываясь в их глубину и забывая обо всем на
свете.
— Мне всегда хотелось побывать в охотничьем домике, — прошептала она.
— Я надеялся, что ты скажешь именно так. Но помни, я ничего не требую.
В конце концов, ты можешь просто выспаться на свежем воздухе.
— Смеешься, да? Или ты думаешь, я мазохистка? Кроме того, дедуля
заставил меня взять с собой зубную щетку, так что надо оправдать ожидания
родственников.
Марк рассмеялся и, еще раз нырнув в корзину, достал оттуда свою зубную
щетку.
— Шелли положила? — Ли не могла удержаться от хохота.
— Точно. Кстати, надо ей позвонить и сказать, что я не вернусь
ночевать.
— А я должна позвонить дедуле.
И, смеясь, они хором закончили:
— Чтобы они могли выключить свет на крыльце.
Глава 17
Стив решил позвонить Кейт. О, он прекрасно понимал, что это глупость чистой
воды — звонить красивой женщине в пятницу вечером. Да у нее наверняка все
выходные по минутам расписаны. Он просто уверен, что мужчины выстраиваются в
очередь, лишь бы урвать хоть чуть-чуть ее внимания. Ведь Кейт Блум — женщина
необыкновенная во всех отношениях, а потому звонить ей вечером в пятницу —
ну, далее понятно. Но и не позвонить он не мог. Иначе субботу и воскресенье
его будет преследовать мысль: вдруг он упустил свой шанс? Вдруг какой-нибудь
из ее воздыхателей сломал ногу, когда торопился на свидание, и у мисс Блум
освободился вечер? Стив набирал номер в полной уверенности, Кейт нет дома,
но вот после нескольких гудков трубку сняли, и он услышал знакомый — и такой
волнующий — голос:
— Я слушаю.
— Кейт? Привет, это Стив Смит.
— Привет, Стив.
Само собой, он не мог не заметить, что голос стал чуть холоднее, но до
арктического льда было далеко, и это вселяло надежду.
— Я оторвал вас от какого-то важного дела?
— От старого, но смешного фильма по телевизору и от бокала вина.
— А компания у вас есть?
— О да! Габби. Это мой попугай.
Стив перевел дыхание, стараясь, чтобы она не услышала, как он сопит. Что это
с ним? Взрослый мужик ведет себя как школьник, который пытается пригласить в
кино свою первую девушку... Самое смешное, что когда он действительно был
школьником и приглашал на свидание свою первую девушку — он был гораздо
спокойнее. Собравшись с духом, Стив выпалил:
— Я тут подумал: не могли бы мы встретиться? Посидим, выпьем чего-
нибудь.
— Что-то случилось?
Да, случилось то, что я не могу перестать думать о тебе
.
— Да нет, ничего особенного. Просто мы не успели согласовать наши планы
на ближайшую неделю. И я хотел бы услышать, о чем вы договорились с
Колсоном. Полагаю, какие-то мероприятия уже запланированы.
В трубке воцарилось долгое молчание, и Стив поймал себя на том, что нервно
теребит ворот рубашки.
— Я готова обсудить наши планы, если вы расскажете мне о ваших, —
сказала наконец Кейт.
— Здорово! — Слишком много эмоций, но ему уже наплевать. — Тогда
давайте встретимся сегодня.
— Но почему именно в пятницу?
— Ну, я хотел бы иметь пару дней на раздумье и корректировку планов.
Чтобы быть во всеоружии к понедельнику, когда Колсон придет ко мне с
очередным докладом.
Боже, что я несу? Впрочем, какая разница? У нас есть общая проблема, и мы
должны найти пути выхода из нее — совместные пути! Это начало отношений
ничуть не хуже многих других
.
Не услышав ответа, он разочарованно протянул:
— Впрочем, если вы заняты...
— Честно сказать, я уже видела этот фильм раз десять... и весь вечер
мне до смерти хочется
Маргариты
... А у меня дома только красное вино.
Это весьма походило на
да
, но Стив все никак не мог поверить в свою удачу.
— Значит, мы увидимся сегодня?
— Поскольку я в ночной сорочке, вам придется дать мне как минимум час
времени. Потом мы вполне можем увидеться. Говорите где.
Ох, не надо было ей этого говорить — про сорочку. Стив понял, что образ,
который ему услужливо подсказало воображение, будет преследовать его очень
долго.
— Мне представляется, что у нас две возможности. Первая — мы можем
отправиться в какой-нибудь шумный бар и там пытаться докричаться друг до
друга. Или я мог бы заехать в магазин, купить необходимые для
Маргариты
ингредиенты и привезти их вам домой... Ну, если вы не против.
После некоторого колебания Кейт произнесла:
— Мне не очень нравится мысль о шумном баре.
— Так как?
— Но все же дайте мне час времени, хорошо?
Не стоит одеваться ради меня
.
Он не рискнул произнести фразу вслух. Вдруг она сочтет это пошлостью и
откажется от встречи? Пока следует быть осторожным... Он подождет. И Стив
сказал самым будничным тоном, на какой был способен:
— Через час я буду у вас. Диктуйте адрес.
— Берите карандаш.
Охотничий домик понравился Ли чрезвычайно. Почему-то она полагала, что под
незатейливым названием скрывается небольшая хибарка, где можно расстелить
спальные мешки и разжечь очаг. Но дом оказался просторным. Гостиная,
объединенная со столовой, была отделана в традиционном сельском стиле —
включая большой деревянный стол человек на двадцать, — но никаких охотничьих
трофеев на стенах не наблюдалось, и девушка вздохнула с облегчением.
Помещение делилось на зоны большим кожаным диваном. Усевшись на него, гости
оказывались напротив камина. Диван с двух сторон охраняли два столь же
могучих кожаных кресла с подставками для ног. Перед камином — где Ли с
содроганием ожидала увидеть медвежью шкуру — лежал порядком потертый, но все
еще красивый персидский ковер с узором в красно-коричневых и тускло-зеленых
тонах.
В воздухе пахло сосновой смолой, и кругом было так чисто, словно команда
горничных только что покинула дом с черного хода.
— Здесь очень мило, — искренне сказала Ли. — А чей это дом?
— Он принадлежит одному из моих сотрудников. Он возглавляет отдел по
установке оборудования.
— А он и правда охотник?
— Вообще-то нет. Домик используется в основном для вечеринок, посиделок
за покером и тому подобных мероприятий. — Марк кивнул на лестницу в дальнем
конце комнаты: — Она ведет на второй этаж. Это скорее чердак, и там то ли
восемь, то ли девять походных коек. А там, — он махнул в сторону коридора, —
ванная и спальня хозяина. Вторая дверь ведет в кухню.
— Неужели здесь только одна ванная комната? Но если тут собирается двадцать игроков в покер...
— Женщины всегда удивительно практичны, — усмехнулся Марк. — Но ты
права. Отдельная ванная комната примыкает к спальне хозяина, и еще одна есть
на втором этаже. А теперь, — он забрал у нее сумочку и повесил на вешалку у
двери, — теперь самое важное.
И он поцеловал ее. Руки Ли обвились вокруг его шеи. Он такой теплый — что
может быть естественнее, чем прижаться поплотнее? Она прижалась, и Колсон
застонал. Этот звук вызвал у нее спазм где-то внизу живота, и губы ее
раскрылись, впуская его требовательный и такой жадный язык в горячую
сладость ее рта. Краешком сознания Ли сумела удивиться, сколько
чувственности Марк вкладывает в поцелуй. Даже странно — он не касался ни
одного из чувствительных местечек ее тела, а у нее такое чувство, словно они
уже занимаются любовью.
Наконец они оторвались друг от друга и теперь смотрели один другому в глаза,
и дыхание их было одинаково неровным. Марк вновь прижал ее к себе. Губы его
скользнули по нежной шее, вот он чуть прикусил мочку уха и прошептал:
— Ты чудесно пахнешь.
Ли, у которой от его ласк подкашивались ноги, уперлась лбом в его плечо и
простонала:
— Боже, я никогда ничего подобного не чувствовала и даже не
предполагала, что поцелуи могут так завести. — Руки ее скользили по его
плечам вниз, и, возбуждаясь все больше, она забормотала: — Мне так нравится
твое тело: большое, сильное, горячее... я хочу увидеть тебя обнаженным...
— Я не хочу тебя торопить; — не слишком уверенно отозвался Марк,
дыхание которого прерывалось, словно он только что пробежал пару километров.
— Я думал развести огонь и открыть бутылку вина...
— Нет, я так хочу... хочу быстро и резко, ну же!
— Уверена? — Марк внимательно вглядывался в затуманившиеся глаза
девушки.
— Или я сама сделаю это быстро и резко. — Зеленые глаза сверкнули. —
Берегитесь, мистер Колсон, вы не знаете, что вас ждет!
— Так не пойдет. — Марк наконец поверил, что Ли сама сгорает от
желания, а не подчиняется его настойчивому желанию и диктату обстоятельств.
Он подхватил ее нa руки и сказал:
— Я первый, а уж потом твоя очередь.
Он донес Ли до спальни, распахнул дверь ударом ноги, включил свет и, пройдя
в комнату, опустил свою драгоценную ношу на кровать. Не говоря ни слова, он
открыл прикроватную тумбочку и извлек оттуда коробочку спичек. Удивленная
девушка огляделась. В комнате оказалось множество свечей, и теперь Марк шел
от одной к другой, вызывая к жизни пляшущие язычки пламени. Затем он погасил
верхний свет, и комната наполнилась мягким колеблющимся светом, стала уютной
и необыкновенно загадочной.
Ли жадно следила за тем, как Марк двигается по комнате. Теперь она сказала:
— Мне нравится, как ты ходишь. Как тигр: не спеша, но готовый к броску.
Польщенный, Марк улыбнулся и кинул спички обратно в ящик. Там же лежали
презервативы — штук десять, не меньше, — Гарри всегда был запасливым парнем.
Но сейчас не время доставать их. Позже. Ведь они никуда не торопятся. Он сел
на кровать и потянулся к Ли, но она неожиданно отстранилась:
— Подожди!
Если она передумает сейчас, я умру от нереализованного желания, — подумал
он. — Меня просто разорвет на кусочки.
— Разденься медленно... для меня, — прошептала Ли.
— Что?
— Разденься.
— Ну... может, ты мне поможешь?
— Не в этот раз. Я хочу смотреть, как твое совершенное тело будет
возникать передо мной.
— То есть ты хочешь, чтобы я исполнил стриптиз?
— Да нет же! Просто сними одежду. Как ты это делаешь, когда собираешься
принять душ.
— М-м...
— Неужели ты такой застенчивый? — Теперь она откровенно дразнила его.
К немалому замешательству Марка, сама Ли, казалось, не испытывала ни
малейшего смущения. Она взбила подушки повыше и удобно устроилась на
кровати.
— Да нет, — пробормотал Колсон.
Он никак не мог понять, что он сам чувствует в связи со столь необычной
просьбой. Как-то раньше никто из его женщин ничего подобного не желал. И кто
бы мог подумать, что именно недотрога Ли проявит себя со столь неожиданной
стороны!
— Ну пожалуйста!
— Ладно, но не думаю, чтобы это было так уж сексуально.
— Глупости. Твое тело так прекрасно, что это зрелище не может не быть
захватывающим.
Марк пожал плечами и скинул мокасины.
— О! — протянула Ли. — Ты не носишь носки. Это тоже сексуально, знаешь
ли. И у тебя красивые ступни.
Колсон расстегнул пряжку ремня, потом молнию и стянул джинсы вниз. Потом
отбросил их прочь ногой.
— М-м, ты носишь боксеры, — обожаю, это так мужественно, — мурлыкала
Ли, вытянувшись на кровати и пожирая глазами стоящего перед ней мужчину. — А
какие сильные ноги! Спорю, ты занимался спортом. Футболом скорее всего.
— Американский футбол, — подтвердил он, но Ли его не слушала.
Она вся была во власти вожделения и своих впечатлений.
Марк стянул рубашку.
— Мой Бог, ты из тех ребят, которые снимают рубашку начиная со спины. Я
с ума схожу, когда мужчина снимает одежду именно так...
Однако она действительно любит поговорить, сказал себе Колсон. Надеюсь, она
так же любит постонать и покричать, помнится, она что-то такое упоминала.
Смущение, которое он испытывал поначалу, сменилось сильнейшим возбуждением,
которое невозможно было скрыть даже боксерами.
— Твое тело совершенно... такая широкая грудь, и совсем немного
растительности — только чтобы подчеркнуть мужественность... М-м, мне это
нравится, нравится...
На нем оставались лишь те самые боксеры, и он избавился от них намного
быстрее, чем делал это, когда собирался принять душ.
— Боже, как ты хорош! Я никогда прежде не занималась любовью с таким
великолепным мужчиной.
Марк, которого комментарии мисс Смит довели до крайности, рванулся вперед и
быстро закрыл ей рот поцелуем. Ему просто необходимо немного прийти в себя,
иначе он набросится на нее, сорвет одежду — и тут уж точно все случится
быстро и резко. Не факт, правда, что ей понравится.
Тем временем Ли, потягиваясь, как кошка, прошептала:
— Теперь раздень меня.
— С удовольствием.
Он сел на колени над ее распростертым телом и не смог удержаться от
искушения: губы его потянулись к ее лицу, поцелуй длился и длился, нежный и
страстный. К сожалению, ни поцелуй, ни сознание того, что она так близко, не
произвели на Марка того успокаивающего эффекта, на который он рассчитывал. А
потом ее руки скользнули по его рукам, на плечи, по спине... Теплые ладошки
легли на его ягодицы, и вдруг она немного сжала пальцы, и стон с ее губ
проник в него, сотрясая тело и натягивая нервы.
Теперь он покрывал поцелуями ее лицо, шею... ямку над ключицей, где безумным
ритмом бился пульс. Ее руки продолжали лихорадочно скользить по его телу, и
Колсон подумал, что она не упомянула еще об одной своей привычке — мисс Смит
обожает царапаться. Чувствуя, как ногти впиваются в кожу, Марк подумал, что
к завтрашнему дню он будет в буквальном смысле отмечен любовью.
Он вытянулся на кровати рядом с Ли и принялся одну задругой расстегивать
пуговички на ее блузке, отмечая поцелуями каждый новый участочек кожи,
освобожденный от одежды. Наконец пуговицы кончились, и он распахнул блузку.
Нежная кожа мерцала в таинственном свете свечей. Он несколько секунд просто
любовался ею, потом провел пальцем по кружевному краю нежно-зеленого
бюстгальтера.
Ли вдруг села на постели и рывком сдернула с себя блузку. Марку показалось,
что кое-где затрещали швы, но что с того. У нее чудесные ключицы — нежные и
буквально созданные для поцелуев, — и он поцеловал их.
— О да, Марк, так хорошо.
Застежка на ее лифчике оказалась спереди — слава Богу. И в следующую секунду
он уже упивался зрелищем прекрасной груди с торчащими дерзкими сосками.
— Поцелуй меня, — шептала Ли.
И он приник губами к одному соску. Второй он ласкал ладонью, чувствуя
безумное желание охватить своей лаской каждый дюйм прекрасного тела. Ли
застонала, выгнулась, и в следующий момент ее пальцы сжали его соски. Волна
удовольствия прокатилась по телу.
Если он хочет дожить до финала, надо двигаться дальше. Словно прочтя его
мысли, Ли, прерывисто дыша, потребовала:
— Давай же, я жду!
Колсон довольно быстро нашел молнию на юбке, расстегнул ее и прошептал:
— Твои трусики того же цвета, что и лифчик.
Он потянул вниз юбку, но потом вспомнил про сандалии. Снял их и не преминул
погладить браслет на щиколотке.
— Это самая сексуальная штучка на свете, — сказал он, одним быстрым
движением освобождая бедра Ли от джинсовой юбки
...Закладка в соц.сетях
