Жанр: Любовные романы
Блондинка на час
... — не то слово. — Ли вздохнула и жалобно добавила: —
Меня она тоже ненавидит.
— Тебя нельзя ненавидеть.
— Ну да...
— Мне жаль.
— А будет еще хуже. Завтра утром Стив собирается сделать заявление перед сотрудниками компании.
— Скажи ему, что он должен придерживаться версии об отставке Стефани.
— Смеешься? Да Кейт быстро все всем объяснит.
— Я не думаю, что она пойдет на это. Кейт не из тех, кто будет так
мелко мстить.
— Ну, я вообще-то тоже так думаю. Мне кажется, Стив хочет признаться,
просто чтобы облегчить душу.
— А вы, мисс Ли? Не хотите облегчить свою душу и покаяться?
— В каком смысле?
— Какие еще личные и семейные тайны ты скрываешь? — Он хотел
поддразнить ее, но понял, что совершил ошибку.
— Как ты смеешь? — Она вскочила на ноги.
Глаза вспыхнули.
— Да я просто пошутил. — Марк вскинул руки примиряющим жестом. Но шутил
ли он? Или им двигало совершенно определенное опасение, что игра в тайны и
секреты продолжится?
Несколько секунд Ли смотрела на него, потом покачала головой:
— Нет, ты не шутил.
— Может, и нет. Честно сказаться не уверен. А чего ты ожидала? Что я
скажу:
Да ладно, Ли, это все мелочи. Пойдем займемся любовью и забудем это
недоразумение
?
— Нет, я прекрасно понимаю, что тебе нужно время, чтобы все обдумать и,
так сказать, переварить. Просто хотелось бы надеяться, что ты все же
поверишь в отсутствие злого умысла в моих — и Стива — действиях.
— Как ни крути, это больше всего похоже на предательство.
Ли вдруг показалось, что воздух в комнате стал твердым и поэтому вдохнуть
нет ну никакой возможности.
— Это низко, — пробормотала она.
— Так же как и ложь.
— Вот как. Значит, ты, мистер Джеймс Бонд, всегда говоришь только
правду?
— Это другое дело. Тогда мы еще не были в близких отношениях.
— Стив действовал в интересах бизнеса.
— Что касается Стива, то его поступки я еще могу понять.
— Но не мои, да? И теперь ты не сможешь мне верить? Ни единому слову?
Знаешь, я вижу ситуацию следующим образом: ты только кажешься
рассудительным, а на самом деле экстраполируешь свои старые проблемы на
новую ситуацию.
— Какие слова-то умные, — вырвалось у него.
— Почитай словарь — может, это пойдет тебе на пользу.
Марк ушел в глухую защиту. Он был не в состоянии думать и не мог признаться
даже самому себе, что ложь Ли задела его так сильно.
— Ты должна признать, что в твоих действиях можно усмотреть
определенную закономерность.
— Думай что хочешь.
— Ладно. — Марк все больше понимал, что сейчас ему нужно остаться
наедине с собой. — Я просто дразнил тебя. Давай забудем.
— Мне так не кажется. Ты прав в одном: сейчас не имеет смысла
продолжать разговор. Я сделала то, что считала нужным, чтобы поддержать свою
семью. И сегодня, когда пришла к тебе, мне было очень важно, чтобы ты узнал
про обман именно от меня.
— Я ценю это. А сейчас давай пожалеем наши нервы и немного подождем с
дальнейшей дискуссией... Можно мультики посмотреть или еще что-нибудь.
— Спокойной ночи, Марк.
Как, однако, быстро все между ними стало очень и очень плохо. Марк не видел
в том своей вины. Ему казалось, что он вел себя разумно, если учесть, что
именно ему довелось услышать.
— Убегаешь? — тупо спросил он.
— Хочется на свежий воздух. Здесь как-то душно.
Ее сарказм задел Колсона за живое. Он медленно встал.
— Как ты смеешь обвинять меня в чем-то? Почему я не должен чувствовать
себя преданным? По-твоему, мы не имеем права на чувства — я и Кейт?
Насколько я могу судить, в нашей компании все это время было два честных
человека, и это опять же Кейт и я.
— Как же я сама до этого не додумалась. Вы удивительно друг другу
подходите.
— Черт, Ли, я не это имел в виду. — Гнев вдруг потух, и Марк испугался,
что она уйдет прямо сейчас.
— Именно это ты и имел в виду. — Ли уже шла — почти бежала — к двери. —
Не забудь, что в твоей жизни тоже есть тайна, которой ты так и не поделился
со мной. Честно сказать, я ждала этого, как знака доверия с твоей стороны.
— Там другое...
— Правда? Жаль, что я так и не узнаю эту историю.
Следующий месяц превратился в безумную гонку. Марк метался между
Спелым
персиком
и
Яблоневым цветом
, а как только выдавалось небольшое затишье,
летел в Ричмонд, где полным ходом шел процесс открытия филиала компании под
руководством Джейка. А потом он возвращался в округ Колумбия и в
сотрудничестве с властями выстраивал дело против Харви Мэрфи и его
племянника Джимми Слейтера.
Времени катастрофически ни на что, кроме работы, не хватало, но Колсон и не
думал роптать. Наоборот, он был рад погрузиться в дела с головой — что
угодно, лишь бы не думать о Ли. Беда в том, что он не мог не думать о Ли.
Марк все время пытался представить себе, что именно она делает. И что
чувствует. И вообще какая она сейчас, вот в эту самую минуту?
Колсон шел в кабинет Кейт и размышлял о том, что даже сильная занятость, к
сожалению, оставляет массу времени для мучительных раздумий. Вот и мисс
Блум, выглядит она сегодня ужасно. Ну, то есть она, конечно, все равно
осталась очень красивой женщиной, но выглядела паршиво. Марк смотрел на нее
и думал: а Ли страдает? Или нет? И отражается ли это на ее внешности? Сам он
старался утром не засматриваться в зеркало — ничего хорошего там не
наблюдалось. Стив Смит, по самой щадящей оценке, похудел за последнее время
фунтов на двадцать.
— Добрый день, Марк, — сказала Кейт. — Присаживайтесь.
Колсон опустился в кресло и сказал:
— Сегодня после обеда полиция собирается арестовать Харви и его
племянника.
— А потом?
— Их допросят и, ежели повезет, сразу получат признание в том, кто,
что, когда и где воровал.
— А мы сможем присутствовать при допросе.
— В участке — нет. Но после задержания наших подозреваемых завезут в
Спелый персик
. Стив хотел первым поговорить с ними.
— Я тоже хотела бы пообщаться, — сквозь зубы пробормотала Кейт. —
Завези их потом ко мне.
— Я вам что, извозчик? Сомневаюсь, что полицейские будут в восторге от
перспективы полдня кататься по городу с задержанными. Если вы хотите
поговорить с ними — поезжайте к Стиву.
— Я не могу, — прошептала Кейт, кусая губы.
— Понимаю. — Он вздохнул. — И сочувствую вам... да и себе тоже. Нас
обоих обманывали, и не слишком красиво. Но все же... все же чем больше я об
этом думаю, тем очевиднее мне кажется давление обстоятельств. Стив и Ли не
принадлежат к породе людей, которые станут лгать ради выгоды или каких-то
низменных целей.
— Когда-то и я так думала.
— Сказать по правде, я тоже чувствую себя преданным. А у меня аллергия
на предательство. Но все же ответьте мне положа руку на сердце, что лучше:
сидеть дома и жалеть себя или попытаться прояснить ситуацию, чтобы прийти к
какому-то финалу.
— Я не могу... не хочу его видеть.
— Вы слышали, что он выступил перед своими сотрудниками с заявлением?
— Что мистер Смит сочинил на этот раз?
— Ничего. Он выложил своим людям все как было. Правду.
— И что? Как сотрудники восприняли столь шокирующую информацию?
— Должен признать, что восприняли они ее гораздо лучше, чем мы с вами.
Слушали Стива в полном молчании, а потом... потом люди аплодировали ему
стоя.
— Правда?
— Представьте себе. Должно быть, никто из них особо не любил Стефани.
Марк с удовлетворением увидел, что Кейт улыбается. Глаза ее заблестели, и
она растерянно покачала головой:
— Странно, вы не находите? Я была уверена, что его закидают тухлыми
яйцами. Ну как минимум помидорами.
— Вы, я и наши планы относительно помидоров остались в меньшинстве.
— Кто-нибудь уволился?
— Ни один человек! Представляете? Мне кажется, Стив был удивлен больше
всех. — Несколько мгновений Марк внимательно смотрел на Кейт, потом вздохнул
и сказал: — Вам нужно собраться с силами и встретиться с ним. Невозможно
избегать его до конца жизни.
— Я могу попытаться.
— Послушайте, никто же не говорит, что вы должны его простить.
Наберитесь мужества и скажите ему в лицо, что все кончено. Будет больно. Но
как говорил Соломон:
Все проходит — пройдет и это
.
— Он и так все понимает, — тихо сказала Кейт. — И вы правы, это
чертовски больно.
Марк немного растерялся от такой откровенности и испугался, что Кейт может
расплакаться, а потому не придумал ничего другого, кроме как выпалить то,
что мучило его самого:
— Мне тоже плохо. Мне не хватает Ли.
— Тогда почему вы не можете последовать собственному мудрому совету?
— Я был очень занят последнее время...
— Трус.
— Покажите пример.
Кейт молчала. Тогда Марк встал и, чувствуя себя бесконечно усталым, заявил:
— Я еду в офис Стива.
Несколько секунд Кейт молча кусала губы, потом вскочила и сделала шаг к
двери:
— Я поеду с вами.
Колсон вел машину и думал о Ли. Что она делала весь этот месяц — без него?
Скучала или нет? Думала ли о мужчине по имени Марк Колсон? Она ни разу не
позвонила и не написала, а ведь он был уверен, что совсем не безразличен ей.
Самое очевидное объяснение столь полному отсутствию интереса: он был нужен
ей лишь как партнер для секса. В этой простоте и незатейливости таилось
ядовитое жало, которое жгло его душу. Неужели, Ли, неужели?
Хотя чему он удивляется? Годами мистер Колсон вел себя именно так —
использовал женщин и бросал их, когда они начинали привязываться к нему.
Возможно, теперь его черед. Своего рода историческая справедливость. К
черту! Что с ним не так? Вторая любовь, вторая женщина — и опять все
кончается болью и одиночеством.
Вот уже и здание компании. Марк шел по коридорам слишком быстро — Кейт едва
поспевала за ним. Но в кабинете Стива его ждало разочарование — Ли здесь не
оказалось. Впрочем, он должен был это предвидеть. Она в курсе, что он
приедет, и поэтому не пришла. Так просто. Так больно.
Мистер Смит сидел, зарывшись в какие-то бумаги. Не поднимая глаз, он махнул рукой в сторону кресла.
— Минутку, прошу тебя.
— У меня мало времени, — сказала Кейт.
Стив замер. Бумаги рассыпались по столу, он вскочил и уставился на нее,
словно увидел призрак:
— Кейт!
— Я попросил ее приехать, потому что у меня тоже мало времени, — подал
голос Марк.
— Да-да. Конечно. Это разумно. — Стив взял себя в руки и спросил: —
Выпьете что-нибудь?
Они отказались. Повисла неловкая пауза.
— Обвиняемых привезут минут через пять, — сказал Стив.
Марк понял, что не выживет в этой комнате, где напряжение сгущалось с каждой
секундой, и быстро направился к двери:
— Мне надо в туалет. Я быстро.
— Как ты поживаешь, Кейт? — Стив смотрел в стол.
— Лучше, чем ты.
— Я знаю. — Он провел рукой по волосам. — Ли каждое утро сообщает мне, что я кошмарно выгляжу.
— Я не об этом.
— А о чем же?
— Я слышала о твоем выступлении перед сотрудниками компании. Должно
быть, это было нелегко.
— Не самая веселая речь в моей жизни. Но я рад, что все кончилось.
— И ты больше не будешь носить туфли на шпильках?
— Слава Богу, нет.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Кейт смотрела на сидящего напротив мужчину. Сердце ее билось все сильнее и
сильнее. А еще очень хотелось заплакать, поцеловать его и разгладить
морщинки и горькие складки у рта.
— Стив. Посмотри на меня.
— Не сейчас, Кейт. — Стив все же встретился с ней взглядом. — Я не
смогу сейчас выслушивать обвинения. Не смогу.
— Не стану я ничего высказывать. Не думай, что я так уж все простила и
вообще в восторге от того, что ты сделал — но я думала и поняла, что цели у
тебя были достойные.
А еще она поняла, что может потерять его навсегда. Как же она будет жить?
— Видит Бог, я не хотел причинять тебе боль, — тихо сказал Стив. —
Откуда я мог знать, что полюблю тебя?
— Ты сразу же поверил, что я не виновата в шпионаже. Для меня это много
значило тогда... и значит теперь...
— Но мне ты не хочешь верить.
— Ну, давай попробуем.
— Я скучал без тебя. Очень.
— А тебе действительно понравились мои энчиладос?
— Слово скаута.
— Могу повторить сегодня вечером.
— Бог мой, Кейт, клянусь, ты не пожалеешь о том, что дала мне еще один
шанс!
— Я очень на это рассчитываю.
Глава 21
— Почему ты это сделал, Харви? — Голос Кейт звучал спокойно, хотя в
душе все кипело от гнева и обиды.
— Я не хотел никого обманывать. — Невзрачный человечек маленького роста
мял в руках шляпу и упорно смотрел в пол.
— Тогда почему?
— Мне нужны были деньги.
— Для чего?
— Мальчику нужно учиться. — Он махнул рукой в сторону племянника. Кейт
взглянула на Джимми Слейтера. Юнец выглядел злым и абсолютно не чувствовал
себя виноватым.
— Есть такая вещь, как кредиты на учебу, — сказала она.
— Я не хотел, чтобы мальчик начинал жизнь с выплаты долгов, —
пробормотал Харви.
— И поэтому вы решили научить его, как надо нарушать закон, —
язвительно заметил Марк.
— Глупо, да. — Харви с мольбой взглянул на Кейт. — Я боялся, что меня
уволят, если я не изобрету что-нибудь выдающееся, какой-нибудь новый
продукт. Сотрудник, чей продукт шел в производство, всегда получал весьма
щедрые премии, вот я и решил... немного помочь себе.
— Украв у моей компании, — подал голос Стив.
— У вас прекрасные разработчики.
— Благодарю за высокую оценку их мастерства.
— Обещаю, это больше не повторится.
— Само собой, не повторится, — сказала Кейт. — Вас ведь посадят в
тюрьму.
— Прошу вас, не выдвигайте обвинение против мальчика! Он только
начинает жить!
— Не больно-то честно начинает. Кроме того, он напал на мою сестру, —
мрачно сказал Стив.
— Ваша сестра? Так Кэнди — ваша сестра? — Джимми впервые проявил какой-
то интерес к происходящему.
— Она... да, она моя сестра.
— Ух, она такая... э-э, ну, вы, наверное, и так знаете.
— Нет, она не такая.
— Ага, я видел, как ее забирали полицейские!
— Ты видел, как ее спасали от тебя, крысеныш. И скажи спасибо, что на
тебя не повесили попытку изнасилования.
Харви повернулся к племяннику:
— Это правда?
— Да она сама напрашивалась!
Стив медленно начал подниматься со стула. Марк шагнул вперед. Кулаки мужчин
сжались, и Кейт поспешно сказала:
— Не стоит, право же, пачкаться. Оставьте его правосудию.
Стив сел и уставился на Харви.
— Вы подпишете письменное признание, — сказал он. — Кроме того, я хочу,
чтобы вы четко указали, что работали один. Ведь у вас не было сообщников в
Яблоневом цвете
?
— Нет. Мы работали вдвоем: я и Джимми.
— Вы можете присягнуть в том, что ни от кого в компании не получали
поощрений своей противоправной деятельности?
— Да.
— А от президента вашей компании?
— Мисс Блум ничего не знала. — Харви виновато взглянул на Кейт. — Она
бы никогда не допустила...
— Я знаю, — кивнул Стив, и Кейт улыбнулась ему.
Стиву хотелось выгнать всех из кабинета и остаться с ней вдвоем, только
вдвоем. Но начатое дело нужно довести до конца, и он обратился к молодому
человеку:
— Что ж, Джимми, ты уволен, и мне жаль, что так случилось, потому что
ты умный парень и подавал большие надежды. Но... мне сегодня выпал второй
шанс, и я тоже хочу подарить тебе еще одну попытку. Я не стану настаивать на
обвинении в воровстве, но не могу оставить безнаказанной попытку причинить
зло... Кэнди. Меру наказания за это определит суд. А теперь, — он повернулся
к Марку, — убери это отсюда.
— С удовольствием. — И Колсон увел обвиняемых.
Стив и Кейт остались наконец одни. Она улыбалась, и следы печали уже почти
исчезли с ее прекрасного лица.
— Знаешь, мне кажется, я тебя люблю, — сказала Кейт.
Как ни странно, не только сотрудники
Спелого персика
с пониманием
отнеслись к своему начальнику и не стали расстраиваться из-за исчезновения
Стефани (которую большинство не слишком жаловало). Пресса сделала из этой
истории новость дня и умудрилась подать авантюру Стива как историю
самопожертвования и успеха. Компания принадлежала частным лицам, а потому
никаких законов он не нарушил. В целом можно сказать, что все легко
отделались.
Слава Богу, это дело можно считать закрытым
, — сказал себе Марк Колсон.
Он переступил порог родного дома, уронил на пол портфель и направился
прямиком в кухню, к холодильнику. Извлек бутылку холодного пива, открыл ее
и, вернувшись в гостиную, плюхнулся на диван. Чувствовал Марк себя
измотанным до крайности — и физически, и морально. И совершенно не
представлял, что же он будет делать дальше. А делать что-то придется, ибо
жить так дальше — вернее, существовать — нельзя. Он не мог спать: ему
снилась Ли. Он пытался усилием воли заставить себя забыть о ней, но это не
очень-то получалось, так как он начинал думать, что не должен переживать из-
за этой женщины, и в какой-то момент осознал, что вся эта сумятица в голове
не прибавляет ему душевного здоровья и равновесия. Тогда Колсон с головой
ушел в работу. Даже в период становления бизнеса он не вкладывал в работу
столько сил и времени.
Открылась входная дверь, и Марк вздрогнул — он успел погрузиться в свои
мрачные мысли и позабыл, где находится. Первым его движением было вскочить и
схватиться за пистолет. Но пистолета на привычном месте не оказалось, и
Колсон опомнился. В дверях стояла Шелли.
— Привет, — удивленно сказал он. — Я думал, ты у себя в комнате. Где
это ты, интересно, была?
— Сегодня же среда, чучело. Я была там, куда езжу каждую среду. Дошло?
Марк поморщился. Шелли с недавнего времени стала частым и желанным гостем в
доме Смитов. А он оказался персоной нон грата.
Повздыхав, он забрал у сестры пакеты и пошел на кухню. Принюхавшись,
спросил:
— Что там внутри? Пахнет вкусно.
— Мой неподражаемый цыпленок марсала, ну и кое-что из дедулиной
стряпни. Вынуждена признать — весьма неплохо получилось. Будешь пробовать?
— Нет, спасибо. Что-то я устал, и есть не хочется.
— Ты кошмарно выглядишь последнее время.
— Спасибо, дорогая, ты всегда умеешь подбодрить, — пробормотал брат,
нимало не удивившись тому, что незрячая Шелли так точно оценивает его
состояние.
Она всегда знала, как он себя чувствует и как выглядит.
— Тяжелые выдались деньки?
— Точно.
Взглянув на ее озабоченное личико, Марк шагнул к сестре, обнял ее и спросил:
— Ты хоть без меня скучала?
— Не особенно. Марк, ты похудел. Тебе надо как следует питаться.
— Я по-прежнему могу уложить тебя на обе лопатки, мелочь.
Теперь пальчики девушки скользили по его лицу.
— Ты словно постарел.
— Это потому, что я чувствую себя старым и уставшим ворчуном. Скажи
лучше, весело было с дедулей?
— Должна признать, что вечер выдался скорее напряженным. И даже немного
нервным.
— А что, у Смитов бывает тихо и мирно?
— Не в этом дело. Сегодня все было по-другому. Ну, то есть все делали
вид, что ничего особенного не происходит, но чувства-то не скроешь.
Марк встрепенулся:
— А что случилось?
— Ли завтра уезжает.
— Что? — Холод проник внутрь.
— Ничего не знаю, и вообще я устала и иду спать.
— Черта с два ты пойдешь спать!
Не слушая протестующие вопли, он подхватил сестру на руки и отнес на диван.
Кинул на подушки и сказал:
— Теперь можешь одновременно отдыхать и рассказывать. Куда она уезжает?
— Она нашла работу...
— Что?
— О Господи! Ей предложили работу в Джорджии. Завтра утром она вылетает
туда, чтобы подписать контракт. Поэтому все были в расстроенных чувствах.
Прощальный ужин, так сказать. Но с точки зрения кулинарии все было
безупречно. Мой цыпленок...
— Я тебя сейчас убью! Почему ты не рассказала мне, что Ли собирается
уезжать? Что она ищет работу?
— Ты сам сказал, что не желаешь о ней слышать.
— В какой компании она собирается работать?
— Бюро исследований и разработок штата Джорджия.
Он сел на диван и обхватил голову руками. Муки одиночества, тоска, все, что
он пережил с момента предательства Хитер, все отступило перед тем, что Ли
может завтра же исчезнуть из его жизни.
— Она уезжает. — Он даже не заметил, что проговорил это вслух.
Но Шелли все прекрасно слышала и не упустила случая высказаться по полной
программе.
— А что ей оставалось делать, если ты вел себя как последний идиот? Она
решила устроиться на работу, и вот ей предложили место... Вообще-то
предложений поступило штук шесть, не меньше, но она выбрала именно это.
Колсон молчал. Грудь словно сдавили стальные обручи, и воздух не проходил в
легкие. Сестра нашла его руку, и ее горячая ладошка сжала ледяные пальцы.
— А чего ты хотел, скажи на милость? Чтобы она сидела дома и ждала,
пока у тебя прибавится мозгов?
И Марк вынужден был признаться себе, что именно этого он и хотел. Более
того, его измученное сердце грела мысль о том, что, куда бы он ни уехал, Ли
по-прежнему находится там же, где он оставил ее — в небольшом городке округа
Колумбия.
— Эй, ты хоть дышишь? — поинтересовалась сестра. — Смотри не забывай!
Вдох-выдох. Именно такие простые упражнения позволяют биться сердцу. Лично я
уверена, что твой мозг погиб довольно давно, но все же прошу тебя
поддерживать циркуляцию крови в организме. Вдруг немного кислорода
просочится в твою черепушку и случится чудо?
— Это они тебе велели сказать мне об отъезде?
Некоторое время Шелли молчала. Потом, тщательно подбирая слова, начала:
— Ты мой брат, и поэтому мне положено любить тебя во всех проявлениях.
Кровные узы и все такое... Но сейчас ты мне просто противен! — Последние
слова сорвались почти криком.
Девушка встала и решительно сказала: — Я иду спать.
— Подожди!
— И не подумаю. Если проголодаешься — еда в холодильнике.
— Шелли, пожалуйста.
Рядом с ним она не села, но и в спальню не ушла.
— Знаешь, братец, уже некоторое время я довольно тесно общаюсь с этой
семьей. И они мне нравятся. Мне очень комфортно и тепло с этими людьми. Они
нежно любят друг друга. И помогают друг другу. Собираясь вместе, стараются
поддерживать огонь в очаге и сохранять разум и чувство юмора в нашем
идиотском мире. Более того — они пытаются делать что-то хорошее. Можешь идти
и судить их, большой брат. Но я не подпишусь под твоим приговором. У меня
есть свое мнение, и я уверена в том, что именно я ближе к истине.
— Прости, — смиренно сказал Марк.
Отповедь Шелли немного привела его в чувство.
— Не за что просить прощения у меня, — сухо отозвалась сестра. — Ты не
меня обидел.
— Она уезжает.
— Да.
— Но почему? Как она решилась оставить семью?
Шелли опустилась рядом с братом на диван и, немного помолчав, сказала с
ласковым упреком, словно мать неразумному ребенку:
— Ты такой глупый. Ли образованная женщина. Она всегда хотела добиться
чего-то. Стать кем-то. Ей нужно найти себя и свою дорогу в жизни.
— И дорога эта не пересечется с моей.
— А что, должна? С чего бы это?
— Она говорила с тобой обо мне? Хоть раз?
— Нет.
— Тогда откуда ты это знаешь? Впрочем, — он печально усмехнулся, —
глупый вопрос. Ты всегда все знаешь.
— Я иду спать.
...Закладка в соц.сетях
