Жанр: Любовные романы
Адреса из прошлого
...ялся Майкл. — Тем более что вместо черепахи вы используете телячью
голову?
Тетушка Грета была окончательно потрясена. Оливия и сама не ожидала, что
Майкл так быстро сумеет отгадать их главную семейную тайну.
— Как ты догадался, что в супе нет черепахи?
— Очень просто — у нас дома когда-то варили такое же кушанье. Оно
готовится на прокаленных говяжьих костях, в бульон добавляется полстакана
мадеры. А уж запах мадеры трудно с чем-нибудь спутать...
Таких познаний Оливия от Майкла не ожидала. Напротив, у нее сложилось
впечатление, что в еде он совсем неприхотлив. А тут такие знания, да еще в
такой специфической сфере! Ай да Майкл, замаскированный кулинар! Вот бы
использовать этот эпизод в книге о нем. Оливия потирала руки, предвкушая как
вкусно можно было бы подать этот эпизод. Адвокат, знаток законов, судебных
актов, юридических прецедентов — и вдруг такое знание кулинарии! Как
неожиданно вспыхнул, засиял всеми гранями его образ!
Суп был удивительно вкусным. Майкл не мог оторваться от тарелки и, после
того как тетушка Грета предложила добавки, с радостью согласился.
— Этот рецепт я узнала на Гаити, когда муж работал там на нефтяных
приисках... — рассказывала тетушка, заполняя его тарелку доверху золотисто-
прозрачной жидкостью. — Интересно, а откуда этот рецепт знаете
вы? — Она строго уставилась на Майкла. — У вас тоже кто-то служил
на Гаити?
— Не знаю, — смутился Майкл. — Наверное, вычитали из какого-
нибудь кулинарного журнала...
— Поразительно! — возмутилась тетушка Грета. — Эти журналы
выбалтывают даже фамильные секреты!
Присутствующие расхохотались. Тетушка Грета еще долго возмущалась подрывной
деятельностью журналов, а мужчины решили тем временем пропустить по
стаканчику виски и выкурить по сигаре, для чего перешли за маленький стол.
Оливия подсела к матери.
— Ну и как он тебе? — спросила она, указывая глазами на Майкла.
— Во! — Мария подняла большой палец кверху. — Настоящий
мужчина!
Счастливая Оливия влюбленными глазами следила за Майклом. Ей казалось, что
ему тоже нравится у них — они о чем-то оживленно беседовали с Фредом, потом
отец позвал Майкла за собой — ему хотелось продемонстрировать ему новую
модель кукурузоуборочного комбайна. Лайон сослался на то, что уже видел его
в прошлый раз, и пересел к женщинам.
— Ну, сейчас отец расскажет ему все, что знает о комбайнах, —
шутливо заметил он. — А твой Майкл молодчина! — Он взял Оливию за
руку. — Спокойный, крепкий... Отличный получится муж. А?
— Ладно тебе! — сказала мать. — Успеет она еще замуж. Ты
лучше скажи, куда летишь дальше?
— Дальше? — Лайон затянулся и выпустил тоненькую струйку
дыма. — Есть такой городишко — Спокан... А там имеется трубопрокатный
завод. Вот туда-то мне и надо...
Название города показалось Оливии знакомым. Спокан... Спокан... Стоп, а это
не тот ли Спокан, вблизи которого родился Майкл Грант?
— А это неподалеку от Сиэтла? Штат Вашингтон? — как бы невзначай
поинтересовалась она.
— Ага! — кивнул Лайон, закашлявшись и кладя сигару в
пепельницу. — А ты откуда знаешь?
Оливия промолчала. Это была неслыханная удача. Ведь она сможет полететь
вместе с Лайоном, чтобы навестить родственников Майкла, и вернуться назад.
Главное, чтобы об этом не узнал Майкл, иначе сюрприза не получится. Она
представила, как вывалит перед ним целую кучу фактов из далекого прошлого.
История с бобрами на этом фоне покажется детским лепетом.
— Лайон, а ты не мог бы взять меня с собой?
Брат с интересом поглядел на сестру, которая явно что-то замышляла. Уж кто-
кто, а Лайон хорошо знал, какой лисой может прикинуться Оливия, если у нее в
деле появляется свой интерес.
— Ну, пожалуйста, — начала жалобно канючить Оливия, подсаживаясь к
Лайону ближе. — Я обещаю хорошо себя вести — из кабины не выглядывать,
штурвал не просить, не плевать с высоты... Лайон, мне это очень нужно.
— Скажи зачем, и тогда я решу, стоит ли исполнять твою просьбу.
— Я тебе потом все объясню. В полете! — попыталась схитрить
Оливия. — Только, чур, при Майкле ничего об этом не говори!
Она увидела, что отец и Майкл уже вышли из-за дома и направляются к террасе.
У мистера Алонсо был такой вид, как будто он только что выиграл миллион на
скачках. Или по крайней мере получил от фирмы-производителя в подарок новый
кукурузоуборочный комбайн.
— Что-то вы долго ходили? — Мать с интересом посмотрела на отца,
который выглядел чересчур оживленным. — Фредди, ты показал Майклу все
наше хозяйство?
— Разумеется! — радостно прогудел отец, похлопывая Майкла по
плечу. — У него, кстати, хорошая голова! Он даже подсказал мне кое-
какие вещи! Верно, Майкл?
Майкл улыбался смущенно, хотя чувствовалось, что ему эта похвала приятна.
— Да так, малость прошлись! — Он с заговорщицким видом смотрел на
отца, который что-то оживленно шептал на ухо матери. — Хозяйство
отменное, тут не к чему придраться...
— А с каких это пор адвокаты стали разбираться в сельском
хозяйстве? — шутливо заметил Лайон. — Или ты, Майкл,
специализируешься на делах фермеров?
Но Фред остановил его решительным жестом.
— Лайон, острить будешь потом! — Он улыбаясь смотрел то на Майкла,
то на Оливию. — Говори, Майкл, мы готовы!
Оливия непонимающе смотрела на Майкла с отцом. Что это они еще придумали?!
— Миссис и мистер Алонсо! — торжественно начал Майкл. — Цель
моего приезда сюда не только в том, чтобы познакомиться с вами, но еще
и... — Он на мгновение умолк, подошел к Оливии и взял ее за
руку. — Я приехал просить у вас руки вашей дочери!
Отец радостно крякнул. Майкл нежно сжал ладонь Оливии, наклонил голову и
замер в ожидании.
— А Оливия-то согласна? — взволнованно произнесла мама.
— Ну, разумеется, согласна! — заверил ее отец.
— Да подожди ты! — остановила его Мария. — Оливия же здесь,
рядом, и я хочу у нее спросить. Дочь, ты согласна?
— Мама, я согласна! — заверила ее Оливия.
— Ну вот видишь! — радостно воскликнул отец. — А раз дочь
согласна, то и мы... — Он на мгновение умолк, шагнул к супруге и
решительно взял ее под руку. — Дети мои! — торжественно сказал
отец. — Подойдите ближе!
Оливия и Майкл, взявшись за руки, решительно шагнули вперед.
— Благословляем вас, Майкл и Оливия!
Благословляемые, немного помешкав, опустились на колени. Тяжелая рука отца и
нежная ладонь матери поочередно легли на их головы. Даже стоя на коленях,
Оливия чувствовала, с какой твердостью и вместе тем нежностью Майкл держит
ее за руку.
Они поднялись, родители их расцеловали, после чего мать стала опять собирать
на стол. Через минуту из дома выбежала тетя Грета, она тоже непременно
хотела расцеловать будущих мужа и жену. Последним их поздравил Лайон — он
крепко пожал руку Майкла и поцеловал сестру.
— Очень рад! Очень рад! И когда же свадьба?
Майкл и Оливия переглянулись.
— Мы еще об этом не думали, — сказал Майкл, — но, полагаю,
это случится довольно скоро. Во всяком случае, я бы не хотел затягивать...
— Ничего не имею против! — улыбнулась Оливия. — Надо только
все обсудить, обговорить условия брачного контракта...
— О да! Разумеется! — улыбнулся Майкл. — Вот завтра по пути в
город и обсудим его в общих чертах...
Лайон удивленно посмотрел на Оливию.
— Так вы завтра...
Он не успел договорить — Оливия так на него посмотрела, что брат предпочел
умолкнуть и отойти в сторонку.
— Извини, Майкл, но я завтра не смогу ехать вместе с тобой.
— Как? — искренне огорчился Майкл. — Ведь мы же
договаривались...
Оливия взяла его под руку, и они спустились с террасы.
— Ты же видишь, как взволнованы родители. Для них это большой праздник,
ведь дочери получают предложение руки и сердца не каждый день...
Майкл согласно кивнул.
— Так что я побуду вместе с ними еще денек... Или два... А уже потом
приеду в город...
— А как же мистер Файзингер? Твоя задержка его обеспокоит?
— А я ему перезвоню и предупрежу...
— Что ж, тебе виднее! — согласился Майкл. — Мне будет плохо
без тебя, милая...
— А мне без тебя, Майкл, — шепнула Оливия, прижимаясь к его плечу.
Но поворковать им не дали. Родственники снова усаживались за стол, отец по
случаю такого торжества принес из бара свою самую дорогую бутылку —
Каберне
урожая тридцать девятого года.
— Это вино мне подарил отец на мое восемнадцатилетие. Сказал, выпьешь,
когда твоя дочка будет выходить замуж. Вот я и сберег...
— Удивительно! — Майкл внимательно осмотрел этикетку. — Это
шедевр, такого вина в Калифорнии уже не осталось...
Отец откупорил бутылку, плеснул рубиновую влагу на дно бокала. Оливия
откинулась в кресле, вдыхая аромат драгоценного вина, ощущая блаженство
покоя. Вокруг стола сидели самые близкие и любимые люди — мать, отец, брат,
тетя Грета. И среди них был тот, с кем она пойдет по жизни до самого
конца, — ее любимый Майкл!
Вот он, сидит рядом, на расстоянии вытянутой руки. Оливия теперь была
убеждена, что вся ее предыдущая жизнь была только репетицией встречи с этим
необыкновенным мужчиной. Она обязана написать о нем так, чтобы с первых
страниц всем стало ясно: Майкл Грант самый умный, самый красивый, самый
потрясающий мужчина на всем белом свете!
11
От Спокана до Олдейла, фермы, на которой родился Майкл, было не более пяти
километров. Темнокожий таксист, согласившийся отвезти ее по нужному адресу,
всю дорогу рассказывал ей о хоккейной встрече между
Вашингтоном
и
Аннахаймом
. Оливия молча смотрела по сторонам, вспоминая свои ощущения от
полета: нет, она обязательно должна увлечь Майкла авиацией. То, что она
видела, было восхитительно: зеленые квадраты бесконечных полей, автострады,
режущие пространство, как нож кусок торта, головокружительные каньоны, пики
далеких небоскребов. Все это захватывало дух, вызывало желание никогда не
опускаться на землю.
Теперь же вокруг бежали зеленые поля, перемежаемые тихими рощами, и только
где-то вдалеке бесконечной полосой синел лес.
— Вот и приехали! — сообщил таксист, останавливаясь у дорожной
развилки. — Дальше, леди, надо идти пешком...
— Это почему же? — удивилась Оливия. — Ведь мы
договаривались, что вы подвезете меня до ворот фермы.
— Извините! — Таксист развел руками. — Посмотрите вон
туда! — Он ткнул пальцем в деревянный щит, на котором краской было
выведено:
Проход запрещен! Частные владения!
.
Пришлось Оливии выбираться из салона и дальше идти по асфальтированной
дорожке, которая вывела ее прямо к воротам, выкрашенным зеленой краской. Так
вот оно, место, где появился на свет ее любимый!
Оливия внимательно оглядывалась по сторонам, пытаясь запомнить любую мелочь:
цвет древесной коры, металлический узор на воротах, форму забора, которым
был окружен двухэтажный дом, стоявший в глубине большого двора.
Наконец ворота приоткрылись и оттуда выскочил немолодой краснорожий
охранник. Он недовольно уставился на Оливию, словно пытаясь понять, зачем
она пожаловала сюда.
Оливия знала, что должна ему понравиться. Поэтому улыбнулась как можно мягче
и попыталась подойти к нему ближе.
— Стойте на месте! — неожиданно рявкнул охранник. — Я же вам
ясно сказал! — повторил он, кладя руку на кобуру.
Оливия замерла. Этого еще не хватало — она приехала на родину своего
будущего мужа, а ее встречают здесь, как преступницу.
— Извините, но я приехала, чтобы повидать родных Майкла Гранта! —
громко сказала Оливия. — Я его невеста!
На охранника ее речь не произвела никакого впечатления.
— Какого еще Гранта?! Не знаю я никакого Гранта! Если вы сейчас же не
уберетесь отсюда, я вызову полицию!
Охранник еще что-то говорил, но Оливия его не слушала. Ей было так обидно —
быть в двух шагах от родового гнезда будущего мужа и терять время на
разговоры с каким-то сумасшедшим охранником. Лайон предупредил, что она
должна быть на аэродроме не позже трех часов, иначе он не сможет ее ждать...
— Послушайте, вы! — закричала она в ответ. — Как вы смеете
так разговаривать с девушкой, с женой... — она запнулась и на всякий
случай — мало ли что — решила поправиться, — с невестой Майкла Гранта,
который родился в этом доме и который уволит вас, как только узнает о
допущенном хамстве!
Неизвестно, что произвело впечатление на цербера-охранника, но он внезапно
смягчился.
— А что прикажете с вами делать, если я не знаю никакого Майкла
Гранта, — уже немного спокойнее произнес он.
— А как зовут хозяина вашей фермы?
— Питер Уоркотт, — сообщил охранник. — Но его сейчас нет. Он
живет в Сиэтле и приезжает сюда нечасто.
— А кто же мне поможет? Я ищу кого-нибудь, кто знал Майкла Гранта. Он
когда-то здесь жил.
Охранник немного помолчал, соображая.
— Ладно, идите сюда! Я позову Жаклин. Она живет здесь давненько, и,
думаю, только она сможет вам помочь.
Он приоткрыл ворота пошире, и Оливия прошла внутрь. Двор был
заасфальтирован, чист, сразу за домом виднелся бассейн и теннисный корт.
Судя по неухоженности, домом пользовались нечасто.
Оливия присела на скамейку и вытянула ноги. Странно, почему Грант ничего не
сказал ей о том, что дом давно продан, что здесь живут совсем чужие люди...
— Вы меня спрашивали? — Тихая улыбчивая женщина подошла неслышно.
У нее было хорошее лицо — отзывчивое, доброе. Женщина с таким лицом могла
иметь отношение к Майклу Гранту.
— Меня зовут Оливия Алонсо. Я пишу книгу о Майкле Гранте, он родился
здесь и некоторое время жил.
Женщина внимательно посмотрела на нее и решительно покачала головой.
— Вы что-то путаете. Здесь никогда не было человека с таким именем и
фамилией!
— Как?! Но это ферма называется Олдейл?
— Да, верно, — улыбнулась женщина. — Мой хозяин купил этот
участок около тридцати лет назад. Здесь было пепелище. Вы, наверное, знаете,
что прежний дом сгорел?
— Нет, ничего не знаю! — пробормотала Оливия. — Почему
сгорел?
Женщина пожала плечами.
— Этого не знает никто. — Она поглядела вокруг, и Оливию внезапно
пронзило недоброе предчувствие. — Самое печальное, что все, кто жил в
том доме, тоже погибли... Сгорели заживо...
— Как? Но Майкл жив! — вырвалось у Оливии.
— Нет! — Жаклин покачал головой. — Здесь жила семья мистера
Стоуна... Ричард Стоун... Его жена Петта и двое детей — трехлетняя Мэгги и
годовалый Шон... Они все погибли... Это была самая настоящая трагедия...
— И Майкл Грант здесь никогда не жил?
— Нет, никогда.
Оливия не знала, что сказать.
— А здесь нет другого Олдейла? — спросила она.
Жаклин подняла голову и посмотрела куда-то вдаль.
— Нет, тут на три километра в округе никого нет. После того пожара люди
остерегаются здесь жить. А вот наш хозяин не побоялся. Он купил этот участок
за бесценок...
— Значит, здесь никогда не было Майкла Гранта?
Жаклин начала сердиться.
— Милая, я же вам ясно сказала — здесь никогда не жил человек с таким
именем и фамилией. Не жил...
Устав повторять одно и то же, Жаклин попрощалась и пошла по направлению к
дому.
— Спасибо! — крикнула вдогонку Оливия.
Жаклин едва качнула головой, давая знать, что все слышит. Но даже не
оглянулась. Видно, ей надоело объяснять бестолковой девице очевидные вещи.
Охранник, во время их беседы бродивший неподалеку, увидев, что разговор
окончен, направился в ее сторону.
— И как? Выяснили? — Теперь он был приветливее, чем вначале. Видно
убедился, что Оливия вовсе не собирается выведывать фамильные секреты.
— Выяснила. Спасибо. — Оливия направилась к воротам, но, не дойдя
нескольких метров, остановилась и повернулась к шедшему следом
охраннику. — А как давно построен этот дом?
Охранник покачал головой.
— Да лет тридцать, наверное... А может, и больше...
Металлические ворота гулко захлопнулись за ней.
Этого Оливия никак не ожидала. Выходит, Майкл Грант ей врал? Но зачем? И кто
он на самом деле, ее будущий муж? За кого она собирается замуж? Не будет ли
она потом кусать локти так же, как в случае с Генри Пирелли? И что теперь
сказать Файзингеру?
Она шла по направлению к шоссе, с каждым мгновением убыстряя шаг. Хорошо
еще, что она не отпустила такси. Здесь, на этом пустынном участке дороги,
машины ездили редко, так что добраться до города было непросто.
— Как ваши дела, мисс? — Таксист встретил ее улыбкой. — Вы забили свою первую шайбу?
На его хоккейном языке это, вероятно, означало — сделали ли вы свои дела?
— Нет, — мрачно процедила Оливия. — Шайба прошла рядом со
штангой.
— О, вы уже в теме? — хохотнул таксист. — Приятно иметь дело
со знающим человеком.
Оливия повернулась к нему и окатила таким свирепым взглядом, что он сразу
умолк, завел мотор и выжал сцепление. Машина скатилась с бугорка, откуда
открывался роскошный вид на ближайшие поля и на белую четырехугольную
громаду дома, который отказался быть родиной Майкла Гранта.
Белый квадрат еще долго виднелся сквозь редкие деревья, пока не исчез за
стеной леса. По небу ползли облака, и Оливия боялась, как бы дождь не
помешал их предстоящему полету. Она немного побаивалась, ведь Лайон был
неопытным пилотом, а лететь до Бейкерсфилда при свете молний и в пелене
облаков очень не хотелось.
Но Лайон ее успокоил. Полчаса назад он получил сводку погоды, в которой
говорилось, что небо в южном направлении будет спокойным и чистым, а
намечавшаяся гроза пройдет стороной.
— Вот и славно! — заметила Оливия, забираясь в кабину. — Я за
это время так привыкла к небу, что даже успела соскучиться.
Лайон ничего не ответил — он был сосредоточен и деловит, уже мысленно
находясь в воздухе.
Может, это и к лучшему? — подумала Оливия. Не будет приставать с
лишними расспросами...
Полет прошел как по маслу. Оливия в основном дремала, просыпаясь только
тогда, когда Лайону хотелось поговорить. Но это случалось нечасто: вид
величественных, царственных облаков требовал сосредоточенности и покоя.
Когда их крохотный самолетик произвел посадку в Бейкерсфилде, был вечер.
Оливия спрыгнула на землю, чувствуя, что ее слегка пошатывает.
— Сейчас поужинаем, примем душ — и спать, — сказала Оливия.
Они с Лайоном шли по летному полю, впереди блестели огни заходившего на
посадку самолета.
— Ты знаешь, я, наверное, погощу еще у родителей. А завтра вечером
полечу домой...
— Жаль! — Оливия обняла Лайона.
— Ничего не поделаешь! — улыбнулся Лайон. — Я обязательно
приеду на вашу свадьбу.
Оливии не хотелось объявлять заранее, что свадьбу, вероятно, придется
отменить. Во всяком случае, Лайону она об этом сказать не решилась. Он
рассчитывает приехать вместе с семьей, повидаться с родственниками, с
друзьями. Нет, этот праздник она испортить не могла. Ну, пока не имела на
это права.
Лайон остановил такси, они вместе доехали до ее дома, где и расстались.
Машина, мигнув задними фарами, скрылась во тьме. Оливия посмотрела на часы —
они показывали одиннадцать вечера. Спать не хотелось. В полете они отключили
мобильные телефоны, чтобы не создавать помех. Но теперь мобильником снова
можно было пользоваться.
Она ввела код, и на экране белыми полосками поползли сообщения о
неотвеченных звонках. Три из них были от Гранта, два от Рей, одно от
Файзингера. Оливия задумалась — пожалуй, боссу надо позвонить в первую
очередь.
Она набрала номер Файзингера. И даже услышав его бодрый голос, она все еще не знала, что ему скажет.
— Как съездили? Рад, очень рад вас слышать. Похоже, наши дела идут все
лучше и лучше. Жду вас с самого утра! — Файзингер не давал ей открыть
рот. — У нас есть кое-какие изменения, поэтому вам следует
поторопиться.
— Какие изменения?
Но Файзингер не хотел делиться своими планами раньше срока.
— Узнаете завтра, мисс Алонсо... Завтра! Надеюсь, вы хорошо отдохнули?
— Прекрасно! — честно созналась Оливия.
— Это хорошо, жду. До завтра! — Файзингер отключился.
Оливия стояла в темноте, не зная, что делать дальше. А может, все-таки
позвонить Майклу и задать ему вопрос в лоб? Но на это Оливия решиться не
могла.
Внезапно ей в голову пришла шальная мысль — а что, если не ограничиваться
звонком, а приехать к нему домой и поговорить с глазу на глаз. Должно же у
этой истории быть какое-то объяснение?! Неужели Майкл так охраняет свою
личную жизнь от постороннего вмешательства, что даже называет несуществующие
адреса? Каков подпольщик!
Оливия решительным шагом направилась к машине.
Дом Майкла встретил ее тишиной, окна были плотно закрыты шторами, света не
наблюдалось. Майкл спит? Или еще не вернулся?
Оливия заглушила мотор и приоткрыла окошко. Теплый воздух наполнял салон
запахом воды — возможно, поблизости был бассейн, — где-то беспокойно
вскрикивала птица.
Неужели Майкл спит? Оливия посмотрела на время его последнего вызова.
Двадцать один сорок. Каких-нибудь полтора часа назад. Нет, вряд ли он так
рано лег спать.
Темная металлическая ограда, который был обнесен дом, внезапно осветилась
светом приближающихся фар. У самых ворот машина остановилась, раздались
голоса. Голос Майкла она узнала сразу, но никак не могла сообразить, кому
принадлежит второй — высокий, женский, — хотя он показался ей знакомым.
Они вышли из машины и остановились в каких-нибудь пяти метрах от нее.
Хорошо, что ночь выдалась темной, иначе Майкл тотчас бы узнал ее машину.
— Ну пойдем же! — с нетерпением сказала женщина. — Что ты там
копаешься? Опять звонишь?! — Она засмеялась мелким дребезжащим смешком.
Спутница Майкла с ним не церемонилась. Она разговаривала с женихом Оливии
как с близким, очень близким ей человеком.
Телефон едва слышно звякнул, и Оливия со всей стремительностью, на какую
только была способна, нажала на клавишу выключения.
Майкл стоял совсем рядом, прижимая трубку к уху.
— Что-то не отвечает... — буркнул он.
— Ну пойдем же! — капризно повторила женщина. — Я так мечтаю
о душе и каком-нибудь освежающем коктейле. Майкл, ты сделаешь мне коктейль?
Ничего не отвечая, Майкл прошел рядом с машиной, где притаилась Оливия, так
близко, что она даже почувствовала запах его одеколона.
— Тина, коктейль на ночь вреден... — заметил Майкл.
Он остановился рядом с женщиной, наклонился и с нежностью поцеловал ее в
щеку. Они вместе шли по направлению к дому.
Оливия слышала, как громко, ужасающе громко стучит ее сердце. Даже
удивительно, как Майкл и Тина (теперь-то она узнала спутницу) не слышали
этого предательского, напряженного стука.
Свет на террасе вспыхнул и потух. Потом осветились окна ближней комнаты,
спальни. Майкл и Тина готовились ко сну — принимали душ, пили коктейли.
Оливия словно видела сквозь стену, как они ходят по комнате, совершенно не
стесняясь друг друга. Теперь ей было ясно — они любовники! И, наверное, уже
давно — вон как уверенно и спокойно Тина ведет себя в этом доме. Как будто
она не секретарша, не наемная работница, а жена или сестра. Уверенность,
граничащая с наглостью.
Надо пол
...Закладка в соц.сетях
