Жанр: Любовные романы
Адреса из прошлого
...ирелли уселся на скамейке рядом с подъездом и теперь наблюдает за
окнами ее квартиры.
— Но мне все равно придется выйти! — прошептал Майкл. — Он же
наверняка видел мою машину и теперь не уйдет, пока я не объяснюсь с ним.
— Подожди, Майкл! Мне так хорошо с тобой! — сказала Оливия,
опуская руки ему на плечи.
Они целовались еще несколько минут, позабыв обо всем на свете.
— А давай махнем куда-нибудь на уик-энд! — шепнул ей на ухо
Майкл. — Там не будет ни Генри, ни Тины — никого, кто может нам
помешать.
— Давай. А куда?
— Я каждое лето выезжаю в Лос-Кабос. Но времени мало, поэтому бываю
недолго.
— Это в Мексике?
— Да, двести километров от границы... Там чудные места — песчаные
пляжи, причалы для яхт, рыбные рестораны...
— А на обратном пути заедем к моим родителям. Познакомлю тебя со
стариками. Ты согласен?
Майкл наклонился и поцеловал ее в губы.
— Прекрасная идея! Я готов. Но сейчас, — он повернулся лицом к
двери, — мне надо идти.
Надо полагать, Генри до сих пор сидит на скамеечке рядом с домом. Ей очень
не хотелось, чтобы он видел Майкла.
— Пойдем покажу тебе другой выход!
— Еще чего! — насупился Майкл. — Я никого не боюсь и не
собираюсь прятаться!
— Майкл, я тебя прошу — сделай это ради меня!
Она взяла его за руку, провела на второй этаж, где была черная лестница,
выходившая на другую сторону улицу. Оливия была уверена, что Пирелли о
существовании этого выхода не знает.
— До встречи, Лив! — шепнул Майкл, целуя ее на прощание.
— Пока, Майкл! Я буду ждать звонка.
Они постояли несколько мгновений, сжимая друг друга в объятиях, после чего
Майкл медленно и осторожно пошел вниз. Оливия слышала, как он открыл дверь
запасным ключом, который она ему вручила, его тень промелькнула под окном, и
все стихло. Можно было идти домой.
Она поднималась по лестнице, едва сдерживаясь, чтобы не взлететь от
переполнявшего ее восторга. Губы горели от его поцелуев, руки пахли
туалетной водой Майкла, в ушах звучал его голос — то был голос
необыкновенного женского счастья.
Аккуратно, стараясь не звенеть ключом, она открыла дверь и юркнула внутрь. В
квартире было тихо, с улицы не раздавалось ни голосов, ни шума машин. Оливия
раздевалась, переживая вновь и вновь все подробности свидания. Все было бы
хорошо, если бы не Пирелли. Нет, он не должен видеть Майкла, хотя эти
предосторожности смешны: по какому праву он вмешивается в ее жизнь, сидит
под окнами, преследует ее на улице? Если дальше так пойдет, она вынуждена
будет предпринимать меры. Но что она сможет сделать — пойти в полицию? Или
попросить Майкла, чтобы он поговорил с Генри по-мужски?
Нет, все это казалось смешным и глупым. Надо придумать что-то более
серьезное. Но что? Оливия подошла к окну, приоткрыла тяжелую портьеру,
пытаясь разглядеть скамейку, на которой сидит бывший любовник. Но из окна
толком ничего не было видно.
Оливия, не зажигая света, разобрала постель, разделась и подтянула к себе
телефонный аппарат. Делиз ответила сразу, как только Оливия набрала номер.
— Привет, ты не спишь?
— Не сплю. А ты чего шепчешь? Голос потеряла?
— Нет, у меня под окнами сидит Генри, и я не хочу, чтобы он знал, что я
уже дома.
Делиз рассмеялась.
— Вот так номер! Вынуждена скрываться в собственном доме? А что будет,
если он захочет войти к тебе в комнату?
— Я вызову полицию.
— Ха-ха! Неужели?
Оливия улыбалась — ей и самой не верилось, что до этого дойдет.
— Делиз, я хочу с тобой посоветоваться?
— По поводу того, вызывать или не вызывать полицию?
— Нет. — Оливия оперлась на подушку, еще раз нарисовав в своем
воображении желанное лицо Майкла. — Как ты думаешь, в каких случаях
мужчина показывает девушке собственную декларацию о доходах?
Делиз не сразу нашлась с ответом. Она замолчала и Оливия даже подумала, не
отключилась ли она.
— Алло, Делиз? Ты меня слышишь?
— Слышу... Я думаю. — Делиз вздохнула. — Пожалуй, в том
случае, если девушка является сотрудником налоговой службы.
— А если серьезно? — улыбнулась Оливия.
— А если серьезно, то здесь может быть ряд причин, — заключила
Делиз. — Во-первых, если мужчина полагает, что его кандидатуру не
рассматривают всерьез. Во-вторых, если он сам настроен серьезно и хочет
продемонстрировать девушке свое истинное отношение. И в-третьих... —
Делиз неуверенно кашлянула, — мне кажется, у этого мужчины должны быть
определенные проблемы личного характера. Возможно, в детстве родители
обходились с ним слишком сурово и ему приходилось прикладывать массу усилий,
чтобы в него поверили. Одним словом, Лив, у этого человека была не самая
легкая жизнь. Во всяком случае, мне так кажется...
Неужели все так серьезно? — подумала Оливия. То, что рассказала Делиз,
не очень подходило к Майклу.
— Я тебе огорчила? — спросила подруга.
— Не то чтобы огорчила, но все это выглядит слишком мрачно.
— Лив, детка! Я ведь и могу ошибаться.
— Не называй меня деткой! — тихо сказала Оливия. — Ты знаешь,
я этого не люблю.
— Извини, подруга. Лучше всего, если мы завтра с тобой встретимся и ты
мне все расскажешь.
— Да-да, конечно, — сказала Оливия. — Только боюсь, что
завтра у нас ничего не выйдет. Я занята. Да и послезавтра вряд ли...
— Хорошо, милая, созвонимся, когда ты освободишься. Спокойной ночи!
Оливия положила трубку и еще несколько минут смотрела перед собой в темноту.
Там, на невидимом экране, бодро маршировал несравненный Майкл Грант, рядом с
ним бочком пританцовывал Генри Пирелли, а где-то совсем неподалеку заходился
в беззвучном хохоте мистер Файзингер. Карнавал мужских лиц причудливым
образом смешался в непроницаемый коктейль, где голова одного персонажа
таинственным образом оказывалась на теле другого, и только Майкл Грант
владел своим телом безраздельно.
7
Сон был глубоким и освежающим, хотя проснулась Оливия довольно рано. Ужасно
хотелось есть. Она быстро приготовила себе яичницу с беконом, съела булочку
и выпила большую кружку какао.
Значит, скоро ей предстоит путешествие вместе с Майклом. Даже не верилось —
совсем недавно она не могла об этом даже мечтать, а сегодня уже обдумывает,
что нужно взять с собой. Она не была на курорте больше двух лет, с тех пор
как вместе с Генри Пирелли они ездили к его приятелю, живущему в пригороде
Лос-Анджелеса, и по дороге останавливались в какой-то рыбацкой деревушке.
Надо поторопиться, ведь у нее в запасе всего пара дней и за это время надо
купить все, что необходимо для отдыха: шорты, майки, босоножки, кремы от
ожогов, прочую дребедень.
Оливия скинула грязную посуду в раковину и выскочила из дому. Солнце уже
заливало улицы — для такого раннего утра было жарковато. А что-то будет
днем! Нет, пора выбираться к воде.
Невзирая на столь ранний час и отсутствие Иды, Файзингер уже сидел в своем
кабинете.
Оливия приоткрыла дверь и попросила разрешения войти.
Через мгновение Файзингер уже рассматривал проект договора, подписанный
Майклом Грантом.
— Отличная работа! — радостно изрек Файзингер. — Оливия, вы
становитесь профессионалом высшей пробы!
Оливии не хотелось напоминать боссу, что она и прежде работала не хуже, но
только Файзингер был настроен по отношению к ней с явным предубеждением.
— Если вам удастся написать все так, как мы задумали, это не только
принесет нам хороший доход, но и укрепит репутацию издательства.
Босс внимательно смотрел в лицо Оливии, словно ища в ее взгляде
подтверждение своим словам.
— Вы согласны, мисс Алонсо?
— Разумеется, согласна, мистер Файзингер. Я и сама заинтересована в
том, чтобы все вышло как можно лучше.
— Это хорошо, очень хорошо, — сказал Файзингер. — Я уже
наметил себе ряд проектов, которые мы реализуем после книги о Майкле Гранте.
— Да, конечно! — Оливия кивнула. — Но пока надо завершить
книгу о нем. — И не только книгу! — подумала Оливия.
— Я полагаю, прежде чем садиться за обработку материалов, вам не мешало
бы отдохнуть и набраться сил. Как вы на это смотрите?
Оливия едва не бросилась к нему с поцелуями. Файзингер обладал удивительной
интуицией, он так своевременно угадывал важность момента.
— Я и сама хотела вас просить дать мне пару дней отпуска. Надо собрать
дополнительный материал, проанализировать, поговорить с людьми.
— Конечно-конечно! — согласился Файзингер. — Неделя вас
устроит?
— Думаю, да.
— Тогда можете отдыхать, начиная с пятницы.
Ура! — едва не вырвалось у Оливии. С учетом выходных у нее набиралось
целых семь дней. Вполне достаточно, чтобы посетить фантастический Лос-Кабос.
Она встала, чтобы идти.
— Мисс Алонсо, — остановил ее Файзингер. — Как вы смотрите на
то, чтобы навестить родителей мистера Гранта. У вас ведь есть их адрес?
Оливия порылась в бумагах.
— Да, конечно. Они живут в штате Вашингтон, в пяти километрах от
Спокана, ферма Олдейл...
— Ну и отлично! Грант скромный парень, и, судя по всему, он не хочет,
чтобы мы копались в его детстве, а мы преподнесем ему сюрприз.
— Может, все-таки лучше поставить его в известность? — на всякий
случай спросила Оливия. — Вдруг это ему не понравится?
— Ничего страшного! — уверенно заявил Файзингер. — Детство —
это святой источник для каждого из нас, и пить из него никому не
возбраняется. Но об этом мы поговорим позже, а сейчас займитесь подготовкой
предыдущей рукописи. Надо переработать проблемные места и сдать ее в набор.
— Да, мистер Файзингер. Я постараюсь сегодня же сделать все, что нужно!
Оливия вышла из кабинета шефа в приподнятом настроении. Похоже, Майкл Грант
приносит ей удачу — благодаря встрече с ним у Оливии все стало налаживаться
и на работе, и в личной жизни.
Увидев Оливию, секретарша тут же сбила ее позитивный настрой ехидным
сообщением:
— Оливия, вам звонил мистер... мистер... — Она заглянула в листок,
лежавший на столе.
— Грант? — радостно предположила Оливия.
— Нет! — покачала головой секретарша. — Пирелли... Генри
Пирелли... Он просил передать, что ждет вас в кафе
Стик
...
Этого еще не хватало! Что ему нужно, этому Пирелли?!
В кабинете было прохладно и тихо — только работать и работать, но, если она
не придет, Пирелли будет звонить ей снова и снова, пока Оливия не согласится
с ним встретиться.
Выйдя из офиса, Оливия увидела стоявшего у входа в кафе Пирелли. Он радостно
махал ей рукой.
— Привет! — бросила она, подойдя ближе. — Ты хотел меня
видеть?
— Ну да! — недовольно процедил Генри. — Я со вчерашнего дня
хочу поговорить с тобой. Но ты не ночевала дома. Где ты ночуешь, Оливия?
Оливия опешила. Каков негодяй, бросил ее, уехал с какой-то девицей,
позарившись на ее миллионы, дождался, пока она его выгонит, а теперь всеми
правдами и неправдами требует восстановления отношений!
— Генри, я тебя предупреждала — между нами все кончено! Назад дороги
нет! Понимаешь, нет?! — Оливия горячилась, и потому ее слова казались
недоговоренными, скомканными.
Может быть, поэтому Генри смотрел на нее со снисходительной улыбкой, словно
взрослый на бунтующего ребенка.
— Кроме того, я люблю другого мужчину!
После этого заявления с лица Генри сползла улыбка.
— Мы давно вместе и собираемся пожениться! — для чего-то добавила
Оливия.
Пирелли молчал, сверля ее глазами-буравчиками. Оливия выговорилась
окончательно и умолкла, не зная, чем еще, какой убийственной новостью
завершить свой монолог.
— Этому не бывать! — вдруг заявил Пирелли, глядя в сторону. —
Я сделаю все, чтобы этого не было. Так и знай! — злобно добавил он,
развернулся и медленно побрел по тротуару, натыкаясь на недовольных
прохожих.
На мгновение Оливии стало жаль его: как он ее любит, как за нее борется! Но,
как только эта предательская мысль мелькнула в голове, следом пришла иная —
да он попросту беспокоится о себе любимом! Хочет, чтобы Оливия была его
собственностью так же, как ребенок жаждет, чтобы все игрушки в песочнице
принадлежали ему одному, невзирая на то что у них есть другие владельцы. А
каков наглец — смеет угрожать, пугает своей настырностью! Нет, наверное,
пора попросить защиты у Майкла Гранта.
Едва она успела об этом подумать, как мобильный выдал мелодичную трель.
Оливия взглянула на экран — Майкл как будто принял ее сигнал о помощи.
Сердце тут же застучало в груди громко и часто. Она не одна, рядом Майкл
Грант.
— Алло, Майкл? — радостно выдохнула она.
— Здравствуй, Оливия! Как провела ночь? — Его голос был бодр и
упруг.
— Чудесно, а ты?
— Не очень.
— Почему?
— Не могу дождаться, когда мы снова увидимся! Снятся волны, закат и
прочие красоты.
— Уже недолго осталось, Майкл, — попыталась успокоить его
Оливия. — Потерпи!
— Да я терплю. — Его голос стал таким жалобным, что Оливии
захотелось его утешить. — Может, пообедаем вместе?
Оливии очень хотелось увидеть Майкла, но она знала, что рукопись без нее с
места не сдвинется. И, вместо того чтобы отдыхать, ей придется думать о
незаконченных делах, и это будет отвлекать ее от дальних заплывов с Майклом,
блаженного ничегонеделания и задушевных разговоров на открытой террасе
отеля.
— Может, лучше поужинаем? — предложила она. — А то я хочу
днем поработать, надо подогнать рукопись...
— А как наш договор? Файзингер одобрил?
— Очень хвалил. Единственное замечание было по поводу... — Оливия
хотела рассказать Майклу о претензиях Файзингера и его предложении навестить
его родителей, но в последний момент передумала, — по поводу формы...
Ему кажется, что структура должна быть несколько иной.
— И какой же?
Оливия неопределенно хмыкнула. Она не знала, что сказать.
— Да ничего существенного. Так, мелочи...
— Хорошо, расскажешь при встрече. Значит, на сегодня встреча
отменяется? — Ей показалось, что отказ встретиться немедленно сильно
его разочаровал.
— Майкл, пойми, мне надо доделать книгу. А потом я целиком будут принадлежать себе... И тебе...
— Я мечтаю об этом! — выдохнул он в трубку. — Милая, до
встречи.
— До встречи, Майкл!
Он отключился. Оливия сунула мобильник в карман и направилась к офису. Ее
ждал непочатый край работы.
Ида сидела на своем обычном месте, уставясь в монитор. Когда вошла Оливия,
она даже не повернула головы в ее сторону.
— Меня никто не спрашивал? — поинтересовалась Оливия.
Ида посмотрела на нее долгим взглядом, словно возвращаясь откуда-то
издалека.
— Нет, мисс Алонсо, никто!
Иногда лицо секретарши не выражало ничего, кроме раздражения. Сегодня же к
этому традиционному выражению примешивалась очевидная досада. Черт бы ее
побрал, эту несносную злючку!
Стараясь подавить в себе растущую неприязнь, Оливия сунула ключ в дверь
кабинета, замок податливо щелкнул. Но ключ провернулся на пол-оборота и
неподвижно застыл. Оливия вернула его в первоначальное положение и повторила
попытку. Та же история. Наверное, сломался замок, этого еще не хватало!
В сердцах Оливия толкнула дверь рукой — она открылась. Вероятно, в спешке
она забыла ее закрыть. Но это еще полбеды — главное, не забывать выключать
утюг и водопроводный кран! В этих случаях последствия весьма впечатляющи! К
счастью, до этого в жизни Оливии еще не дошло.
Процессор тихо всхлипнул и тут же перешел в бесшумный режим, напоминая о
рабочем состоянии только светящимся зеленым квадратиком. Оливия открыла свою
почту, в правом нижнем углу замигал крохотный конвертик, сигнализирующей о
поступлении очередного письма.
Оливия посмотрела на обратный адрес — он был незнакомым — и открыла
страницу.
Майкл Грант тебя обманывает
. Все. Больше в письме ничего не было — ни имени таинственного доброжелателя,
ни даты, ни даже какого-нибудь завалящего намека на то, кто мог бы его
отправить. Прошло несколько минут, а Оливия все еще сидела, глядя в
голубоватое окошко монитора. Ей было досадно до слез, ощущение было таким,
словно кто-то чужой копался в любимых вещах, всюду оставляя свои
омерзительные метки. И самое главное, этот мерзкий доброжелатель, знал, куда
бить: Оливия постоянно думала о том, как относится к ней Грант. И как только
душа слегка успокоилась, ей тут же нанесли удар. Таинственный адресант
должен знать об их отношениях с Майклом, быть в курсе событий. Во-вторых, он
должен знать ее электронный адрес — значит, этот человек входит в круг ее
знакомых. Но адрес знают только самые близкие люди: брат, Рей, Делиз,
несколько коллег из соседних издательств, врач, адвокат, страховой агент.
Все, больше Оливия по электронной почте ни с кем не переписывалась. Но врач,
адвокат и страховой агент отпадают сразу — зачем им это нужно? К этой же
категории можно отнести и брата Лайона — он никогда не интересовался ее
любовными делами, да и о существовании Майкла Гранта никогда не слышал. А
ведь автор письма обязан знать Оливию и Майкла, следить за их отношениями.
Он жаждет посеять недоверие, а то и вражду между ними. И кто же это может
быть?
Первым делом Оливии почему-то вспомнился Пирелли. Мог ли Генри написать
такое послание? Да, разумеется; это похоже на него. И это в его интересах.
Но Генри не знает ее электронного адреса. Оливия никогда не общалась с Генри
в виртуальной реальности, не мог же он послать это письмо наугад. Тогда кто?
Может, Тина Фридман? Но опять же — откуда она узнала ее адрес? Даже Майкл не
знает его, они никогда не писали друг другу письма.
Переживания захлестывали Оливию. Она никак не могла избавиться от тревожного
предчувствия, ведь кто-то чужой на расстоянии следит за перипетиями их
романа, пытается внести в него свои коррективы. Или это письмо чья-то глупая
злая шутка? А не могла ли его написать Рей? Или Делиз? Но если это проделки
подруг, они должны тут же рассказать ей обо всем.
Схватив трубку, Оливия набрала номер Рей. Она долго не отвечала, и Оливия
уже хотела отключиться, когда мелодичный голосок прорезался где-то вдалеке.
— Привет, Рей! Ты еще спишь?
— А, это ты, Лив! — Голос Рей то появлялся, то исчезал. —
Извини, вчера была в
Сонме
, немного перебрала... — Она
зевнула. — Коктейли были просто ледяные... Кстати, который час?
Оливия посмотрела на часы: 10:26. Письмо пришло в 9:58. В это время Рей еще
спала без задних ног. Не могла же она проснуться, послать письмо и снова
лечь спать. На такое коварство она не способна.
— Половина одиннадцатого. Извини, что я тебя разбудила, — сказала
Оливия.
— Да ладно, все равно пора вставать, — засмеялась Рей. —
Кстати, как твои дела с Пирелли?
— У нас с ним нет никаких дел! — Напоминание о бывшем любовнике
было ей неприятно. — Точнее, у меня с ним нет, а у него со мной — не
знаю.
— Ну что ты! Разумеется, у него есть надежда, что ты вернешься. Иначе
он грозится пустить себе пулю в лоб.
— Ага, так же, как он пустил себе в грудь... Хоть бы не промахнулся!
— Так ты об этом уже слышала? — рассмеялась Рей.
— А то! Он мне даже шрам показал!
— Да ты что?! И мне тоже! — Рей окончательно проснулась и теперь
заливалась как колокольчик. — А как ты думаешь, это правда? Он и в
самом деле хотел застрелиться из-за тебя?
— Не могу знать! Но Пирелли парень горячий!
— И в постели?
Оливии надоело болтать без толку. К тому же она знала, что Рей может
говорить часами.
— Про постель ты можешь у него сама спросить. Дорогая, ты мне в
последнее время писем не посылала?
— Писем? — Рей задумалась. — Разве что во сне... Мысленно... А почему ты спрашиваешь?
— Да вот получила письмо, а от кого оно, не знаю.
— А о чем письмо? — не преминула спросить Рей.
— О том, что быть любопытным крайне нехорошо. Извини, мне нужно
работать.
— Ну вот, всегда ты так! Разбудишь, разговоришь, а сама с головой в
работу. А мне и поговорить не с кем.
— Извини, поговорим в другой раз.
Оливия отключилась и тут же набрала номер Делиз. Она торопилась, потому что
Рей могла позвонить той первой, и тогда с Делиз можно будет связаться только
после второго пришествия.
К счастью, Оливия дозвонилась первой.
— О, привет, дорогая! — обрадовалась Делиз. — Ты хочешь
пожелать мне доброго утра?
— Доброе утро, Делиз!
— Спасибо! Рада тебя слышать, — засмеялась подруга. — Хочешь
со мной повидаться?
— Извини, Делиз, у меня мало времени — я завтра еду на океан.
— Да ну?! — восхитилась Делиз. — С ним?!
— С ним! — подтвердила Оливия. — А тебе я позвонила, чтобы
узнать — ты не посылала мне письмо по имейлу?
Наверное, подобный способ — вопрос в лоб — был не самым лучшим. Тот, кто
написал это письмо, вряд ли бы сознался сразу. Но Оливия должна была
спросить об этом у подруг. Она знала: если Рей или Делиз пошлют ей нечто
подобное, они обязательно сознаются. И Оливия бы созналась — так уж были они
устроены. Они не любят интриг.
— Нет, письма я тебя не посылала! Да и с какой стати — разве что у меня
отключили бы телефон? Или линия сломалась...
— Значит, нет! — Оливия была даже рада, что подруги не имели
отношения к письму. — Делиз, извини, я, собственно, хотела узнать
только это. Все остальное потом...
— Подожди! — едва не взмолилась Делиз. — Ты мне ничего не
рассказываешь, а ведь я сгораю от любопытства.
— Извини, у меня нет времени. Потом, потом! — Оливия положила
трубку и выключила мобильный.
Ничто не должно отвлекать ее от работы. На обед Оливия тоже не пошла, только
заварила себе кофе покрепче и попросила Иду принести пирожное из соседнего
кафе. Секретарша принесла, но только после двукратного напоминания.
Хотя это было ерундой по сравнению с тем, что она все-таки довела до ума
порученную работу. Рукопись удалось вычистить, убрать лишний хлам, довести
до блеска. Оставалось только дополнить некоторые места и можно было отдавать
Файзингеру.
Увлекшись, Оливия даже не заметила, как на улице стемнело. Она даже забыла о
письме и ее авторе.
Оливия вышла из офиса, когда стрелки на часах замерли на десяти. Завтра к
обеду она сдаст работу и пробежится по магазинам. А там — океан, волны и
семь дней безмятежного отдыха. Это ли не счастье?
Файзингер выглядел удрученным. Он рассеянно кивнул Оливии, ответив на ее
приветствие, и снова уставился в свои бумаги.
— Все в порядке? — Он поднял голову и улыбнулся ей впервые за три
месяца сдержанных кивков. — Завершили?
— Да! — Оливия улыбнулась. — По-моему, поучилось неплохо.
— А я и не сомневался. — Файзингер явно устал и не проявлял своей
привычной агрессии. — Но вы способны на большее.
— Может быть, — согласилась Оливия. — Но только после
отпуска.
— Что ж, буду ждать! — Файзингер протянул ей руку и вышел из-за
стола. — Скажите, мисс Алонсо, а вы никому из посторонних не
рассказывали о планах нашего издательства?
— Разумеется, нет! — Оливия пожала плечами. — Да и кому я
могла рассказать?
Файзингер молча прошелся по кабинету.
— У меня возникли... — Босс пристально посмотрел на Оливию. &mdas
...Закладка в соц.сетях
