Жанр: Любовные романы
Пари
... Я слегка приоткрыла дверь и застала народ за обсуждением моего чудесного
превращения. Увлеченные сотрудники не обратили на мой приход никакого
внимания, и я получила неплохую возможность услышать множество полезных
вещей. — Ерунда. Таким макаром она тоже ничегошеньки не добьется, кто
из вас ни пробовал? — рассуждал Митрич.
-Да? А ужин, а зоопарк? Нас то он никогда никуда не приглашал. —
Резонно заметила мудрая Анечка. — Все равно не верю! Должно быть какое-
то еще объяснение. — Ленка явно нервничала — Может они тайные
родственники.? — Не знаю какие они родственники, но ноги у Лариски
огого. С такими ножищами можно и в зоопарк. Чего ж она их, типа, скрывала.
Все, бабы, я пропал в натуре. — Серега не скрывал своего отношения к
моим нижним конечностям. — Тебе, Серега, только ноги подавай. Тут
вопрос стоит серьезный. Сорок штук баксов наличкой. А ты "ноги".,- суетилась
Ольга Шпитко, — В общем нельзя снимать наблюдение. Кто был на посту в
воскресенье?- Нимфетка Юленька подняла руку. Значит я упустила хвост в
зоопарке. Браво пионерам-героям, под памятник писающему мальчику она
загримировалась что ли? — Юлия, докладывай. — приказал Митрич,
— та вскочила, достала какие-то конспекты и начала бойко зачитывать:
Встреча объектов произошла в десять тридцать. Объект Л привел с собой объект
Икс, юноша лет пятнадцати, по предварительным данным- брат. Объекты гуляли
по территории, взявшись за руки и оживленно беседуя. Предположительно беседа
велась на отвлеченные темы. Прогулка по территории заняла два часа сорок
минут. Затем, объекты исчезли из зоны наблюдения. Все. — Молодец Юлия,
работа выполнена успешно. Жаль, что не смогла подойти поближе и узнать тему
беседы. Ну да ладно. Кстати, присутствие брата утешает. Может они правда
тайные родственники. Проверить. — Митрич не любил делать
скоропалительные выводы, -Так, господа. Сегодня и завтра — отбой .
Митрич покопался в бумажках на столе. — Пока здесь Лангстом, Андрей
под завязку будет занят, ну а в пятницу они летят в Штаты, так что у нашей
поэтессы на эту неделю никаких возможностей для терракта нет и не будет.
— Про какие это терракты вы тут беседуете? Просто фанатичная банда
талибов, а не экспортный отдел. — я сочла нужным эффектно возникнуть
как бы из ниоткуда. Серега шумно вобрал воздух в легкие и одарил меня
сладким взглядом растлителя малолетних. — Так, тебя это ни в коей мере
не касается, иди работай ? — Ленка состроила лошадиную гримасу и
отвернулась.
Есть ваше Высокопревосходительство — отсалютовав, я села на место. Мне
даже понравилась та серьезность, с которой мои коллеги подошли к этому делу.
Значит, у меня есть все условия для получения выигрыша и для поездки в
страну ветряных мельниц и маразматичных рыцарей. И я туда обязательно поеду.
Мне стало так радостно и легко. Да, где это у меня там завалялся карманный
любовный шедеврик Барбары Картланд?
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
( Длинная, но совершенно обязательная, полная великосветских штучек и
невероятных метаморфоз. Не верьте — почти все здесь авторский вымысел,
но, к счастью, без нудных описаний природы)
Она побледнела и похудела. Страдания превратили ее из жизнерадостной
прекрасной девушки в бледную невзрачную тень* Она ходила по комнате и
вздыхала. Напрасно ее близкие пытались развлечь и утешить ее. Мысли ее были
далеко. — Ты картошечку будешь? С лучком, укропчиком и маслицем.
— Бабуля развонялась жареным луком по всей нашей хрущевке. — Не
могу, бусик, у меня наистрожайший режим. — В животе подозрительно
урчало. Урчало звонко и нагло. Организм настоятельно требовал пищи, а не
кислой тошнотворной минералки, которой я травилась уже второй день. Вот
получу свой выигрыш, завалюсь в супермаркет и накуплю кучу импортного
"хавчика" в разноцветных баночках, и пива мексиканского ящик, сяду и буду
объедаться до утра. Я попыталась представить эту дивную сцену, но легче почему-
то не становилось. Бабуля подсунула мне тарелку с ужином прямо под нос.
— ААА. — Застонала я, истекая слюной. Ты что делаешь, коварная
соблазнительница!? Немедленно спрячь! Мне необходимо сбросить как минимум
двадцать кило за ближайшие полчаса, или я пропала! Как же кушать "хотца"!
Орган в желудке не успокаивался.
Я ничуть не преувеличивала, нисколечко. Это кошмарное вечернее платье
открытое сверху снизу и с боков было впору только маленькому (ну очень
маленькому) привидению. И мне, представляете, мне надо было его надеть.
Трагедия заключалась в том, что в понедельник, миллиардерский мистер
Лангстом, ошарашенный достижениями западной текстильной промышленности в
совокупности с моими сомнительными достоинствами, просто приказал мне
сопровождать их с Андреем на этот дурацкий ужин в посольстве. — Буду
счастлив видеть Вас рядом со мной. — зубасто улыбался он, —
надеюсь, что вы не оставите меня одного скучать в окружении неинтересных
людей. Ланстом кружил вокруг меня, точно гриф вокруг сдохшего бизона, и
искал место куда бы поудобнее приземлиться, чтобы оторвать кусочек
соблазнительной плоти. (ух ты, вот это сравненьице я закрутила). — Мне
будет без вас так одиноко, — истекал медом мой БИГ БОСС, а Андрей за
его спиной махал руками, откажись мол, немедленно. Ах вот как! Значит ты,
сеттер педегрипаловский, что-то имеешь против моего присутствия на крутой
вечеринке? Значит, думаешь, что у меня пороху не хватит и , вообще, не такие
места не про нашу честь. Как бы не так. Я тут же надела на себя маску святой
невинности и сделала вид, что не поняла его бурной жестикуляции. —
Дорогой мистер Лангстом,- взяв уже полностью спекшегося босса под руку, я
прижалась всем телом к его упитанному бочку, что осчастливило одного и ввело
в транс другого, — я никак не могу позволить Вам провести целый вечер
без меня. Это как минимум жестоко.
Краешком глаза я усмотрела, как Андрей сначала охнул, потом пошатнулся,
потом откинулся в кресле, а потом показал мне кулак и что-то прошептал. Если
бы я умела читать по губам, я бы поклялась, что он прошептал "убью идиотку"!
ххх
Андрей перезвонил мне в тот же вечер. Услышав в трубке его баритон, я
неожиданно для себя разволновалась и потушила окурок о собственную коленку.
Не дав мне никакой возможности поздороваться, поинтересоваться про
здоровьице и узнать метеорологический прогноз на неделю, он сразу же, без
обиняков, высказал мне все, что думал. Высказывал достаточно долго, я даже
успела сходить на кухню и сделать себе бутерброд. Когда я возвратилась и
вновь прижала трубочку к ушку, он почти заканчивал. Хорошо, что я большую
часть пропустила, поскольку даже то, что мне удалось услышать никак (ну
никак) не соответствовало уровню моей самооценки. — Андрей Николаевич,
не преувеличивайте, — надо было либо защищаться, либо соглашаться
— я вовсе не испорченная сексуальными меньшинствами аферистка, и уж
точно не озабоченная нимфоманка, и с какой это стати вы обозвали меня наглой
и порочной стервочкой. Я просто немного чересчур веселая и не всегда
предсказуемая. — Непредсказуемая! Это точно! Ну, скажите, какого черта
вы приняли приглашение Джозефа (это так нашего босса зовут)? Предполагается,
к вашему сведению, деловой ужин, и вам там, с вашими не самыми остроумными
прикольчиками и не самым приличным внешним видом, извините, лучше не
присутствовать.
Вот тут то я и взвилась! Значит "прикольчики" не нравятся, внешний вид не
устраивает. Сеттерюга безмозглая. Да твоя рыжая ушастая головешка даже не
сообразила ради интереса залезть в досье на персонал и просмотреть мое
резюме. А если бы просмотрел, то может быть не говорил бы наглостей и
глупостей. Ох я и обиделась. Честно, даже слезы на глазах выступили. Пять
лет вкалывала менеджером по связям с общественностью при представительстве
одной очень крупной международной организации. Да я всяких тупых,
"отстойных" деловых тусовок видела как сеттеров нерезаных. Сама же и
организовывала. Черт! "Ваш не самый приличный внешний вид!". — Ну так
объясните же, к чему надо было соглашаться? Что, очень хотелось поглядеть на
"высший свет". Поверьте, такие же люди как и все, разве что чуть более
обеспеченные и уставшие.
Я кое-как справилась с накатившей обидой и закурила. — Уж, простите,
Андрей Николаевич, меня за плебейское любопытство. Не буду врать, хочется
разочек взглянуть на элиту российского бизнеса. Опять же, надо учесть тот
неоспоримый факт, что этот прием станет еще одним баллом в нашу пользу.
Пусть все думают, что это вы, а не господин Лангстом уговорили меня
составить вам компанию. Очень удачненько вышло, тем паче, что и Митрич тоже
там будет. — Иннокентий Митрофанович не входит в список приглашенных,
к вашему сведению.
-Ой мамочка. Он еще и Иннокентий, — я хихикнула, — То, то он
такой неумеренно дерганый, говорят детские комплексы. Представляю, как над
ним издевались товарищи по песочнице. Бедненький. — Немедленно
прекратите паясничать, Лариса, а лучше хорошенько выслушайте. Раз —
если уж вы идете с нами, (думаю эта катастрофа уже неизбежна) будьте добры
оставить ваши "ужимки и прыжки" и постарайтесь вести себя прилично или хотя
бы молчать. Два — это прием по протоколу, поэтому почитайте на досуге
какую-нибудь литературку по этикету. Сумеете что-нибудь подыскать? —
Андрей говорил через силу, я просто ощущала как ему претит этот поход в
посольство, да и вся эта история вообще. Надо было его успокоить, но в ушах
у меня еще звенело: "ваш не самый приличный внешний вид" и еще " ужимки и
прыжки". — Не вопрос! Почитаем. Этого дерьма в любовных романах больше
чем достаточно, поэтому я как-нибудь справлюсь с ножами и вилками, не
перепутаю шабли с водкой, а так же не буду отплясывать джигу на столе у
военного атташе, клянусь. Также обещаю не брать с собой оружия, наркотиков и
шпионской литературы, не бросаться на шею к сексапильным телохранителям и не
сморкаться в шторы. Достаточно?- утешила я его, одновременно перебирая в
голове различные варианты на тему как лучше эпатировать публику. Этикет
этикетом, но не каждый день мне представлялась роскошная возможность
пошалить. Пока я колебалась между прилюдным ковырянием в носу, устраиванием
легкого стриптиза и швырянием бутербродов с икрой в бассейн, Андрей перешел
к пункту третьему. — И еще одно. Ваш внешний вид должен
соответствовать окружению. Короче — вечерний туалет и точка. Никаких
возражений, капризов и выдумок. Где и на что его достать — ваши
проблемы, сами напросились. А еще, не вздумайте надевать эту возмутительную
вещь, которой вы сегодня подчистую совратили президента. В таком безобразии
можно ходить только по Бродвею в качестве живой рекламы для презервативов.
Вопросы?
Его тон меня здорово раздражал, и еще этот "ваш не самый приличный внешний
вид" все крутился и крутился в голове, не давая возможности расслабиться.
— Только один. — я ласково замурлыкала в трубку. Андрей
Николаевич, а вы, вы тоже будете в смокинге? — Обязательно. Вас что то
смущает? — Да нет, просто мне всю жизнь хотелось потолкаться среди
чудиков одетых в эти смешные штанишки с кушачками и пиджачками с атласными
отворотами. Кино! Выглядеть вы будете на редкость забавно. А можно будет вас
потрогать? Да еще один крошечный, просто крохотулечный вопросик: Откуда у
вас такие исключительно подробные сведения про презервативы на Бродвее,
неужто подрабатывали вечерами ?
Он положил трубку. Бросил. Я послушала короткие гудки, еще чуточку покурила
и начала размышлять. "Не самый приличный внешний вид" говоришь? Ну ну!
Разберемся! Лишнее разъяснять, что в моем платяном шкафу не наблюдалось
шикарных платьев, подходящих к случаю, а "рекламный" костюмчик сожрал весь
полугодовой бюджет. Поэтому, мой "внешний вид" напрямую зависел от моей
фантазии. Первой мыслью, забредшей в мою светлую голову, было особо не
изощряться, а пойти на прием в своем любимом Келвине Кляйне, (имеется в виду
классический наряд джинсы — свитер) и бродить по залу с гримасой
пресыщенной светской львицы, обливая послов, торговых представителей и
военных атташе презрением. Бродить, небрежно подпихивать их локтями и
глушить виски стаканами. Потом пришла мысль вторая- обрезать бабулино
подвенечное платье и раскрасив его акварелью в ответственных местах, скосить
под богемную штучку. Тоже недурственно, главное грамотно подобрать цвета. Но
затем мысль третья оформилась и заставила меня срочно набрать номер
Женюлика. О, мой Женюлик был спецом по части высокой моды. — Кто тот
милашка, который тебя ужинал на прошлой неделе? А как он в постели? Ну
расскажиии? — ныл мой неформал. — Женюлик, что за шелуху ты
несешь. Вот этот балованный и утонченный типчик и Я. Как ты себе это
представляешь? — Ой, очень даже представляю. Вы прямо как дельфин и
русалка. Как мило! — Женюлик заходился слюной от возбуждения. —
Ага, у него вместо ног хвост и у нее вместо ног хвост. Извращенец ты
Женюлик, как я погляжу. — Женюлик закашлялся, замолк и я поняла что
совершила страшнейшую ошибку и оскорбила хорошего человека. — Ой,
прости, не извращенец — извращенка, увлеклась и забыла. — надо
было быть вежливой. — Ну всегда ты меня обижаешь, Лора, сколько раз
можно повторять... — Женя, дорогая, хочешь, приедь и ударь меня
натуралку бестолковую. Хочешь, пинни, только не сильно. Я тебе, лапуля, по
делу звоню, между прочим. Где у тебя то розовое платьице с перьями. Ну то,
что ты на выставку Матвея надевала. Я тут в четверг иду на обалденный
"сейшн", соответственно нужен обалденный прикид. — Ты с ума сошла.
— Искренне ужаснулся Женюлик, узнав куда и с кем я иду. —
Розовое не пойдет, и потом это уже не стильно. Есть одна вещица, мне немного
мала, а тебе будет в самый раз. Живанши, последняя коллекция.
Женюлик в свободное от любви время подрабатывал, навешивая супер-
эксклюзивные бронированные двери на квартиры, дома и дачи новых русских.
Бизнес процветал, Женюлик тоже, он вполне мог позволить себе Живанши.
— Женя. Спасительница. Ну давай твою "Живаншу", и туфли тоже тащи,
размер у нас с тобой должен быть одинаковый.
ххх
С утра был четверг. Уже пару дней "Живанша" была у меня в шкафу вместе с
туфлями и непонятными прибамбасами на шею и в уши. Женюлик здорово
преувеличивал, говоря что это платье ему лишь слегка маловато, туда могла
влезть разве что его нога, и то с трудом. У меня в Живаншу влазило все тело,
но абсолютно ничего не застегивалось. То есть, если я выдыхала и лежа
втискивалась в этот черный эластичный чулок, он в принципе меня одевал, и
все. Чтобы наконец-таки застегнуться, я активно худела уже целых два дня, но
пять кило не двадцать. Что ж, по крайней мере теперь молния сходилась и
Живанша не расползалась по швам. Я встала перед зеркалом и приступила к
замазыванию дефектов внешности и окрашиванию замазанных деталей.
До приема оставалось два часа, до приезда Андрея час. Да, да, он сам
предложил забрать меня из дома, чтобы я не топала до Красной Пресни пешком и
не пачкала свой роскошный туалет. Такая вежливость меня тронула, хотя я
подозревала, что Андрей хотел убедиться в том, что я не отмочу на этот раз
никакого номера, а также дать последний инструктаж. А пока я отчаянно
вспоминала как можно сделать "конфетку" из этого... , ну как его...
шоколада!
"Так. Здесь у вас, барышня, будут глазки. А над глазками полагаются реснички
и эти , такие волосатенькие ...- бровки." — приговаривала я. В зеркале
происходили метаморфозы, вернее отражались. " Что у нас с носиком. Ничего у
нас с носиком. Нового не налепишь. Берем что есть. А еще румянца на скулы. И
карандашиком рисуем рот, раз-два-три. Во! Нет, не "прынцесса" —
"королевна"!" Процесс доставлял мне кучу удовольствия. Как выяснилось, опыт,
приобретенный давным-давно и также давно позабытый , не растерялся и из меня
медленно, но верно получалось очаровательное существо определенно женского
пола. — Что это ты закрылась, сладурка. — заболела что-ли.
— бабушка мощно рвалась в комнату, озадаченная моим уже получасовым
молчанием. — Если и заболела, бабуля, то не смертельно. Бусь, слышишь,
сейчас за мной заедут, ты пожалуйста не пугайся и лучше не приставай с
расспросами о зарплате. Договорились? И кстати сегодня вернусь поздно.
— я замолчала, выдохнула и проскочила в черный чулок Живанши. Уух.
— Это тот, на Запорожце? — проницательная бабуля крупным
настойчивым мотылем билась в закрытую дверь, но я не открывала, нельзя было
заранее ее доводить до инфаркта. Ей было бы бесполезно объяснять, что это
высокая мода, а не шелковые обрывки на веревочках.
-Угу — промычала я, нанося на губы коралловую мерзость, выданную мне
Женюликом вместе с подробной информацией о современных методах макияжа.
— Супружница то его не померла? — искренне интересовалась добрая
бабуля. — Жива, жива мученица. — Я придирчиво оглядела результат
в зеркале и убедилась, что у меня очень большие ласковые глаза, густые
брови, чистая нежная кожа с очаровательным румянцем, чувственный рот,
сногсшибательная грудь и осиная талия. "Все в восторге от тебя" —
пропела я и повертелась в разные стороны. — А он кто? Окрок, вьюнош
или лыцарь. — не унималась бабушка, пытаясь подсмотреть в замочную
скважину.
Если я мужчин особачивала, что давало мне множество вариантов, то бабуля
просто распределяла их по возрасту. Отрок, юноша или рыцарь? Подумав, я
решила, что Андрея пожалуй ни по каким параметрам нельзя считать вьюношем,
тем паче окроком. — Рыцарь, бабуля, рыцарь. Не мешай мне одеваться.
— Ты юбчоночку то надень. А куда вы идете в кино или в парк, бабулины
представления о количестве доступных для порядочной тридцатилетней девушке
развлечений были еще проще чем классификация мужского населения. — В
кино, бусик. — Я не стала разрушать бабулины иллюзии. — А насчет
юбчоночки ты пожалуй права. Уже надела. Чудная такая юбчоночка, и кофтеночка
ей под стать.
Раздался звонок. Андрей пришел раньше назначенного срока. Я услышала как
бабуля прошаркала к двери, а затем его шаги в коридоре. — Ну, вы
готовы, Лариса? — он здорово нервничал. А я просто садистский кайф
получала. — Поторопитесь, будьте добры. — Еще десять минут.
— крикнула я ему из-за двери. — Заключительные штрихи и можно
ехать. Вас пока бабуля займет. Бусь, развлеки гостя. — Проходите,
лыцарь. — Бабуля была тиха и вежлива. Они прошли в гостиную и о чем-то
там беседовали. Я нацепила нашейный прибамбас и подмигнула своему отражению.
"Ах за что, за что мне грешной, вид такой достался внешний?" — рифма
родилась и оказалась неудачной, вернее неподходящей к случаю. Черт меня
побери! По моему я классно выглядела! Минералка сделала свое черное дело, а
косметика свое дело разноцветное. Меня можно было смело выводить в люди,
мной можно было гордиться и, вообще, на меня можно было вешать табличку "
руками не трогать", а еще лучше " не влезай — убьет". То есть это была
не совсем я, передо мной в зеркале стояла такая утонченно — эротичная
особа с обнаженными плечами и загадочной улыбкой. Сделав улыбку еще
загадочней как у Блоковской "Незнакомки" я "дыша духами и туманами" выплыла
из комнаты.
Бабуля сидела рядышком с Андреем на стареньком диване и нежно глядела на
него, время от времени поправляя парадный платок на голове. Он ей
положительно импонировал. Она даже старалась не пукать, что было очень и
очень не просто. Бабушкин кишечник всегда подводил ее и она, разумно считая,
что комфорт дороже приличий, никогда не стеснялась выпустить газ, забавно
приподнимая то левую то правую свою часть, в зависимости от того, где сидел
(вернее, не сидел) собеседник. Мы так к этому давно привыкли, а
немногочисленные гости вынуждены были молча смиряться, но не в этот раз.
Бабуля, красная и раздутая от напряжения, беззубо щерилась и, похоже,
флиртовала. Конечно там было с чем флиртовать. Какой там ушастый Ричард Гир
и слащавый Ди Каприо. Андрей, кстати, действительно в смокинге и при
бабочке, просто уничтожал наповал своей ненормально-потрясающей внешностью.
— А на какое кино вы идете, лыцарь? — нежничала бабуля, Андрей
замялся, не зная, что ответить, но я пришла ему на помощь. — Кошмар на
улице Вязов. Самый последний римейк. Догадайтесь с трех раз кто в главной
роли. Это я — Увидев меня в дверях при полном параде, бабушка не
выдержала и все-таки звонко раскатисто пукнула, Андрей приподнялся и тут же
сел обратно. — А вот и я, ну что едем, рыцарь? — Сегодня
Рождество, седьмое ноября? Или я сплю и вижу сон? -Андрей зажмурился, потряс
головой и снова вытаращил на меня свои синющие глазищи с поволокой. Да, он
был приятно обрадован. Даже потрясен. Можно сказать, у шотландских сеттеров
просто до земли отвисла клыкастая челюсть и вывалился язык. —
Вальпургиева ночь. И не наезжайте с комплиментами, а то я за себя не
ручаюсь. Вот пойду и умоюсь частично из стеснительности, а частично из
вредности характера. — Молчу. Молчу и молча преклоняюсь перед
прекрасным. Чтож, раз вы готовы, моя Маргарита, тогда вперед на Лысую Гору,
— он взял меня под руку, и я, совсем как в романах, почувствовала как
приятный трепет прошел по моему телу. — Ох, и хитрый этот женатик,
— прошептала мне бабуля, провожая нас до дверей. — С чего взяла
то, бусь? — Сам зенки то на тебя выпялил, как будто и не видит больше
никого вокруг, а как звать то толком и не помнит, вон Риткой какой то
кличет. Ох, хитрый. — Я погладила бабулю по голове. Ей так хотелось,
чтобы у меня было все лучше, чем у Розалинды и Марианны. Милая бусечка!
ххх — Так значит у меня жена и пятеро детей? — за окном
автомобиля мерцали фонари. В Москве был дождливый майский вечер. — Про
пятого еще не знаю. По моим прикидкам пока четверо . Два мальчика и две
девочки. — таак, бабушка всеж-таки не удержалась и устроила Андрею блиц-
допрос, пока я отсутствовала. — А что вы сделали с моей половиной. У
нее что, проблемы со здоровьем? — Андрей забавлялся. — Пять лет
не встает с постели. Нервы. Думаете легко с вами жить? — Какой кошмар.
У вас извращенное воображение. — Андрей громко и как-то очень хорошо
рассмеялся и опять предательская дрожь посетила упакованное в Живанши я. Это
переставало мне нравиться. С таким трудом достигнутое равновесие и душевный
покой исчезали от одного его взгляда. Я ощутила себя первокурсницей,
втрескавшейся в молодого препода, и падающей на лекциях в обмороки. Стоп!
Надо срочно прекращать процесс весеннего оглупления. Живо, на место? —
рявкнула, я на свой здравый смысл, но именно в эту секунду Андрей положил
свою руку на мою ладонь и тихо произнес: "Спасибо за то, что прислушались к
моей просьбе. Очаровательно, просто потрясающе выглядите, Лариса. Мне
кажется, я очень долго был слепым глупым щенком, а вот сегодня у меня
открылись глаза. А может и не сегодня, а гораздо раньше... Просто сегодня я
стал видеть еще лучше, а?". От ощущения тепла его руки и от его последних
слов, пусть даже немного нарочитых, господин Здравый смысл на полном ходу
выскочил где-то в районе Беговой, а его место заняли розовые пустотелые
пузыри в форме проткнутых стрелою сердец. Минут десять у меня ушло на то,
чтобы разогнать эту пузырящуюся романтическую чушь. Когда все, включая
здравый смысл, вернулось на свои места , мы уже подъезжали к зданию
посольства.
На приеме, как я и предполагала, было зверски скучно. Странные серьезные
люди расхаживали по огромному зимнему саду, собирались в могучие кучки,
опять разбредались и вели умные беседы об умных вещах. То и дело слышалось
"поток инвестиций", "экспортное кредитование", "правительственные
концессии". Тоска. Душка Лангстом намертво приклеился ко мне и весь вечер
нес какую-то муру, какую точно, я не могла понять из-за того, что мне
отказали лингвистические и умственные способности. А отказали они однозначно
из-за Андрея, который, бросив меня на попечение высокого руководства,
пристал к группке западных коммерсантов и коммерсантш, увлек одну стриженую
бизнес-леди в уголок, завязал с ней увлеченную беседу и ни на кого больше не
обращал внимания. Оказывается, меня это задевало, более того раздражало и
даже злило. А тут еще этот надоедливый Лангстом со своими "How charming you
are" и "I've been blessed to meet you" (это что-то вроде "зайка моя"). Через
некоторое время мне
...Закладка в соц.сетях
