Жанр: Любовные романы
Ангел
...доесть.
— Ни в коем случае,— горячо возразил он. — А ты помнишь, какой сегодня
день?
Она сдвинула брови.
— Да... э-э... Конечно, сегодня твой первый концерт, начало гастролей в
Англии.
— Ну да, это правильно. Но кроме того сегодня пятница, четырнадцатого
февраля. День Святого Валентина.
— Ах боже мой! Я совсем забыла.
— А я не забыл.— Он пошарил рукой в нагрудном кармане пиджака и достал
оттуда маленький сверточек в подарочной упаковке.— Это тебе, Рози. Вместе с
моей любовью.
Рози смотрела на него, тихонько покачивая головой, с выражением досады и
огорчения на лице.
— А я забыла. И у меня для тебя ничего нет. Это ужасно, Джонни. Мне так
стыдно.
— Не надо. Ты же здесь, правда? Вот ты и есть тот самый подарок для
меня в день Святого Валентина. А теперь открой-ка коробочку и посмотри, что
там.
Она развязала белую атласную ленту, разорвала бумагу, и в ее руках оказалась
маленькая красная кожаная коробочка с золотым тиснением. Подняв крышечку,
она изумленно ахнула и округлила глаза. Внутри на черном бархате лежало
большое бриллиантовое кольцо. Рози смотрела на стоящего перед ней Джонни,
борясь со своими чувствами.
А он молча наблюдал за ней, ожидая, что она скажет. Но она не могла
произнести ни слова.
Наконец он спросил:
— Тебе не нравится кольцо? Оно недостаточно красиво?
— Что ты, Джонни! Оно прекрасно! Великолепно! Но я не могу принять
его,— выдохнула она, еще не придя в себя от неожиданного сюрприза.
— Почему?
— Слишком дорогой подарок.
— Но это не просто кольцо. Это обручальное кольцо.
— О, Джонни...
— Я люблю тебя, Рози.
Она смотрела на него круглыми от изумления глаза ми, нервно покусывая нижнюю
губу.
— Я хочу, чтобы состоялась наша помолвка,— сказал он.— Я хочу, чтобы мы
поженились. Я хочу провести всю мою оставшуюся жизнь рядом с тобой. Я
говорил тебе на прошлой неделе, что не любил до тебя ни одной женщины,
никогда не хотел ни на ком жениться, пока не встретил тебя.
Его удивительные голубые глаза пристально смотрели на нее. Торжественное
выражение лица не оставляло места для сомнений в серьезности и искренности
его слов.
— О, Джонни, я так рада и польщена. Но я пока не могу принять кольцо и
обручиться с тобой. Я ведь все еще замужем, дорогой.
— Но твой развод уже наполовину завершен.
— Да, верно. Но могут потребоваться еще месяцы и месяцы, пока все
закончится. Возможно, даже год.
— Мне все равно, сколько это продлится,— с жаром прервал ее Джонни, в
упор глядя ей в глаза.— Я буду ждать. Все равно мы будем вместе и до нашей
свадьбы.— Сделав глубокий вдох, он сказал уже более мягким тоном: —
Пожалуйста, дорогая, согласись принять кольцо. Разреши мне надеть его на
твой палец.
Улыбаясь, он шагнул к ней.
— Нет, Джонни, не могу! — воскликнула она, с сожалением понимая, что
ответ ее прозвучал резко, почти холодно.— Ну просто никак не могу, Джонни! —
произнесла она еще раз, уже более спокойно, покачав головой.
Он остановился, как вкопанный.
— Пожалуйста, Джонни, не делай такое лицо.
— Какое?
— Обиженное. Я вовсе не хотела тебя обидеть.
— Но ты не чувствуешь ко мне того же, что и я к тебе, да? — спросил он.
— Не знаю,— уклончиво ответила она.— Для меня ты действуешь слишком
быстро.— Потом, заставив себя рассмеяться, сказала более мягким тоном: —
Понимаешь, наверное, я медлительнее, чем ты. Мне уже пришлось однажды
обжечься, и я не хочу еще раз совершить ошибку. Все это так болезненно.
Неудачный брак — это земной ад, можешь мне поверить, я уже в нем побывала.
— Но я же не такой, как Ги де Монфлери. Ты говорила, он уже вскоре
после свадьбы начал волочиться за другими женщинами, изменять тебе направо и
налево. А мне не нужны другие женщины, Рози. Только ты!
— Я тебя понимаю, дело не в этом... Я не сомневаюсь в тебе, Джонни. Но
просто пытаюсь быть... разумной. За нас обоих. Ты никогда не был женат и не
представляешь, что чувствуешь, когда брак рушится и приходится расставаться.
Это ужасно, правда.
— Мы не собираемся расставаться,— настаивал он.— Для этого я слишком
люблю тебя.
Не придавая значения его последним словам, Рози продолжала убеждать его:
— Я слишком поспешно согласилась выйти замуж за Ги. Едва зная его. Мы
тоже едва знаем друг друга, ты ведь не можешь этого отрицать. Практически мы
знакомы всего неделю.
— Если точно, десять дней,— возразил он.— И я знаю тебя, и очень
близко.— Он замолчал и внимательно посмотрел на нее, чуть прищурившись.—
Послушай, можно прожить с человеком пятьдесят лет и ничего не знать о нем, а
можно встретить кого-то и — раз, вдруг понимаешь, что встретил свою
половинку и чувствуешь что-то особенное— какое-то полное узнавание. Вот так
и случилось с нами, дорогая. Мы с тобой две половинки. Я люблю тебя! Я
обожаю тебя!
Рози молчала.
— Неужели ты ничего не чувствуешь ко мне? — спросил он.
— Конечно, чувствую! — воскликнула она, выпрямляясь.— Я тоже обожаю
тебя, Джонни. Я без ума от тебя! Ты такой любящий, нежный, добрый!
На его лице промелькнула улыбка. Ему было приятно слышать эти слова,
приятно, что наконец их разговор сдвинулся с мертвой точки.
— Так почему бы тебе не взять кольцо? — спросил он.
— Пожалуйста, Джонни, давай двигаться постепенно, шаг за шагом. Не
будем торопиться.
— Ты ведь можешь носить его на правой руке, а не на левой. Тогда что в
этом будет плохого?
Рози упрямо покачала головой.
— Давай не будем опрометчивыми. Подождем хотя бы пока я стану свободной
и получу право на этот символ наших отношений.— С этими словами она закрыла
коробочку и положила ее на стол.— Но я должна признаться, что это самое
восхитительное кольцо, какое я когда-либо видела.
Он подошел к ней и сел рядом, обнял ее, прижал к себе, страстно поцеловал.
Потом осторожно отпустил и посмотрел в глаза.
— Я не могу выбросить тебя из головы. Я хочу, чтобы ты была со мной,
дорогая. Со мной навсегда, Моей женой. Миссис Джонни Фортьюн.
— Ах, Джонни, милый Джонни,— вздохнула она, расслабленно откидываясь на
спинку дивана, опять чувствуя себя с ним легко и свободно.
Он ощутил, что ее напряжение спадает, и внезапно понял, что она так же легко
уязвима и беззащитна перед ним, как и он перед ней. Сознавать это было
приятно.
Не в силах сопротивляться своему порыву, он, прижимая ее голову к подушкам,
опять принялся целовать ее, перебирать руками волосы. Она тоже крепко обняла
и прижалась к нему, пылко отвечая на его ласки.
Неожиданно, оторвавшись от нее, он сказал:
— Извини, дорогая, мне не следовало это начинать. У меня уже нет
времени.— И, подавив вздох, добавил: — Видишь, что ты со мной делаешь,
просто сводишь с ума.
— Ты делаешь со мной то же самое,— прошептала она.
Обхватив ладонями ее лицо, он посмотрел ей прямо в глаза.
— Только скажи мне, между нами все по-прежнему?
— Конечно, Джонни, все так же, как было неделю назад, как было в
Париже. С тех пор ничего не изменилось. Иначе я не была бы сейчас здесь. Я
хочу быть с тобой. Я без ума от тебя.
— Есть ли у меня какая-то надежда? — Безвольно опустив руки, он
откинулся на спинку дивана.
— Да.
— Подумаешь ли ты хотя бы над моим предложением выйти за меня замуж?
— Да.
— Разве нам с тобой не хорошо вместе в постели?
— Ты сам знаешь ответ на этот вопрос,— улыбнулась она.
— Нет, скажи ты. Я хочу это услышать от тебя.
— Нам хорошо в постели.
— И не в постели тоже. Скажи это, Рози!
— И нам хорошо не в постели тоже.
Самодовольная полуулыбка появилась на его лице.
— Итак, у нас с тобой все хорошо. Что ж, тогда решено: наша помолвка
произойдет в тот же день, как только все будет закончено с твоим разводом. А
на следующий день мы поженимся.
Опять в растерянности от его слов, Рози быстро взглянула на него.
— Я этого не говорила!
Не обращая внимания на ее восклицание, он вскочил с дивана.
— Я должен идти, малышка. Скоро зайдет Нелл. Она отвезет тебя на
концерт.
С этими словами Джонни поспешил к двери, ведущей в его номер.
Рози схватила с кофейного столика футляр с кольцом от Картье и бросилась за
ним вдогонку.
— Джонни, подожди! Кольцо! — воскликнула она, протягивая ему футляр.
Он отрицательно покачал головой.
— Нет, я купил его для тебя. Оно твое. Пусть оно хранится у тебя.
— Но я не хочу. Ты должен взять его. Я буду бояться потерять его.
Пожалуйста, Джонни, сохрани его для меня. В надежном месте.
— Ладно,— с неохотой согласился он и положил его в карман пиджака.
Потом, подойдя ближе, чмокнул ее в кончик носа.— Ты выйдешь за меня, Рози.
Это судьба, наша с тобой судьба. Que sera sera.
Она опять долгим взглядом посмотрела на него, не зная, что сказать.
Открыв дверь, он объяснил:
— Тут в моем номере работают несколько парней. Они, конечно, никогда не
войдут к тебе, не помешают. Но если тебе так будет спокойнее, можешь
запереть дверь.
— Хорошо. Я просто закрою.
Он кивнул, потом спросил:
— Ты поедешь по городам со мной, не так ли?
— Если ты думаешь, что я позволю тебе одному затеряться в провинции, то
глубоко ошибаешься. Естественно, я еду с тобой,— засмеялась она.
— Не забудь еще Шотландию, Рози. Мы поедем в Глазго, Эдинбург, потом
также в Манчестер, Лидс и Бирмингем. Ну ладно, увидимся позже, малышка.—
Подмигнув, он вошел в свой номер и прикрыл за собой дверь.
36
Часом позже Рози стояла посреди спальни перед взыскательным взором Нелл,
спрашивая:
— Ну, как я выгляжу?
— Рози, голубушка, превосходно,— ответила Нелл.— Элегантно, изысканно и
в то же время эффектно. Как раз то, что нужно для Джонни. Мы не должны
забывать, что ты его женщина.
Рози быстро взглянула на нее и расхохоталась.
—
Его женщина
. Странное выражение!
— Это его выражение:
Рози — моя женщина
— так всем о тебе и сообщает.
Понимаешь, он очень гордится тобой, тем, что ты у него есть.— Чуть сдвинув
брови, Нелл пристально посмотрела в глаза подруги.— Тебе это неприятно?
— Нет, не то чтобы неприятно,— покачала головой Рози.— Просто смешно
звучит, вот и все.
— Ну, что поделаешь, таков наш Джонни, университетов не кончал.
— Нелл, ты несправедлива к нему.
— Я не собираюсь злословить на его счет. Ты знаешь, я всегда хорошо
относилась к Джонни. Можно сказать, я даже по-своему люблю его. Он славный
парень, очень порядочный, а в наше время и в нашем бизнесе это не так уж
часто встречается.
Нелл отступила на шаг и, склонив голову на бок, опять критически осмотрела
Рози.
— Ну-ка повернись,— сказала она,— я хочу посмотреть сзади.
— Да, мэм,— ответила Рози, лихо по-военному отсалютовав Нелл, потом
очень медленно повернулась, демонстрируя свой черный бархатный ансамбль. Он
состоял из узких облегающих бархатных брюк и свободной блузы с длинными
рукавами и широким воротником из цветного шелка с рисунком из ярко-красных,
оранжевых, лиловых, желтых и черных треугольников. Сверху был одет длинный,
спадающий до колен бархатный жилет без застежки.
— Просто потрясающе! — восхищенно проговорила Нелл, одобрительно кивая
головой.— Но где же кольцо?
— Как, ты знаешь о кольце? — обернулась к ней Рози.
— Разумеется. Ты думаешь, кого он таскал с собой к Картье во вторник? А
я тогда только накануне вечером прилетела в Лондон из Нью-Йорка и была
совершенно без сил.
— Он купил кольцо во вторник?
— Да, как только получил на это мое одобрение, которое я, конечно,
дала. Что ни говори, а это бриллиант чистейшей воды, десять карат,
великолепной огранки. Лучше не бывает. Так где же кольцо, Рози?
— Я его вернула Джонни. Ты прекрасно понимаешь, что я не могла его
принять. Мы с Джонни еще так мало знаем друг друга, встречаемся всего
несколько дней. Кроме того я еще не разведена. Как же я могла с ним
обручиться?
— Не понимаю, почему бы и нет?
— Перестань, Нелли. Давай говорить нормально, как разумные взрослые
женщины.
Нелл засмеялась и, пожав плечами, сказала:
— Ты могла бы носить его на правой руке.
— Не говори глупости.
— Это не глупости. Это шоу-бизнес, не забывай.
Рози с недоверием посмотрела на Нелл, не понимая, шутит она или говорит
серьезно. Но лицо Нелл оставалось непроницаемым.
— Надеюсь, ты на самом деле не думала, что я приму кольцо, правда?
— Ну, если говорить честно, нет, не думала. Но он бы меня все равно не
послушал. Ему так хотелось купить это кольцо. Мне просто пришлось уступить и
позволить ему делать то, что он хочет.
Подойдя к кровати, Нелл села и откинулась назад, опираясь на локти.
Несколько секунд она молча лежала в этой позе, о чем-то размышляя.
Рози взглянула на нее и пошла в гардеробную, где надела три узких золотых
браслета и золотые серьги в виде колец. Подушившись
Бижаном
, она вернулась
в спальню и встала у кровати перед лежащей на ней Нелл.
— Я рада за тебя, Рози. Джонни это как раз то, что тебе нужно. Он ведь
хорошо к тебе относится, правда? То есть, я хочу сказать, как он в постели?
— Фантастика!
— Нормально, без фокусов?
— Слава богу, без. Все абсолютно нормально. Правда, он несколько...
ненасытный. Даже сегодня, когда я только приехала, мы с ним чуть не
оказались на этом самом месте, где ты сейчас лежишь. Пожалуй, у нас в этом
плане полная гармония.
— Я знала, что тебе нужен такой парень, как Джонни Фортьюн. Я знала
это. Посмотри на себя, ты вся так и сияешь, моя милая. Кожа, как персик со
сливками, глаза блестят.
— Ах, Нелл, ты — прелесть, такой, как ты, больше нет. И я люблю тебя. А
теперь расскажи-ка мне, как там Кевин?
— О, Рози, прекрасно, просто великолепно! Мы потрясающе провели вместе
уик-энд. Но, должна признаться, мотаться через Атлантику туда и обратно
немного утомительно, даже на
Конкорде
. Он, конечно, передает тебе привет.
Я думала, что уже сказала об этом по телефону.
— Нет,— ответила Рози,— Вчера вечером мы говорили только о Джонни.
На лице Нелл появилось мечтательное выражение. Вздохнув, она подняла глаза
на Рози.
— Похоже, моя дорогая, рано или поздно я все же стану твоей невесткой.
— Очень надеюсь. Кстати, ты говорила Кевину о Джонни?
— Нет. Ты мне не сказала, говорить ему или нет, так что я решила пока с
этим повременить. Не люблю брать на себя слишком много. Это только твое дело
и больше ничье.— Нелл резко приподнялась, села на кровати и посмотрела на
свою любимую подругу.— А теперь ответь мне на один вопрос. Я вижу, что
физически он тебя очень привлекает. Но кроме этого,— что ты чувствуешь к
нему, нашему
бельканто-менестрелю
?
— Я его обожаю, Нелл.— Он такой, как ты говорила. И еще очень любящий,
нежный, внимательный. Наверное, я без ума от него.
— Но ты не говоришь, что любишь его? — Нелл вопросительно подняла
тонкие брови, бросив на Рози проницательный взгляд.
— Я теперь стала осторожной, Нелли. После ужасной ошибки с Ги.
— Ах, этот мерзкий Ги! Каким сукиным сыном он оказался! Знаешь, если
честно, пожалуй, мне не следовало тебя ругать за твое поведение с Джонни,
возможно, ты и права: не стоит торопиться с помолвкой. В конце концов у тебя
умопомрачительная карьера, своя жизнь, совершенно независимая от Джонни. Он
ведь бывает очень капризным и требовательным.
— Как это?
— Ну, он звезда. Звезды всегда капризны.
— Гэвин — тоже звезда, но он не капризен. Во всяком случае, я этого не
замечала.
— Гэвин — актер, причем нью-йоркский актер. А Джонни совсем другое
дело. Он певец, эстрадник и величайшая звезда музыкального мира. Этот мир
совсем не похож на мир кино и театра. Здесь сумасшедший успех, сумасшедшие
деньги, сумасшедшее все. И Джонни в этом мире — самая большая приманка. Всем
хочется пробиться к нему поближе, дотронуться, схватить. Женщины от нею так
и падают в обморок, поклонницы хвостом таскаются следом. Он привык, чтобы
перед ним ходили на задних лапках, угождали, льстили, выполняли любые
желания, что бы ни пришло на ум. Кроме того он привык все делать по-своему.
Например, с этим кольцом. Его просто невозможно было переубедить, он ничего
не хотел слушать, никакие мои доводы на него не действовали. Джонни
втемяшилось в голову купить тебе обручальное кольцо, и он его купил. Если бы
потребовалось, даже переступив через мой труп.— Нелл вздохнула.— Я ведь
говорила ему, что ты никогда не согласишься на помолвку, но он не хотел в
это верить, не послушал даже меня. Другими словами, Джонни привык всегда
получать то, что он хочет,— если он этого хочет.
— Да, понимаю.— Рози отвернулась, чувствуя внезапную неуверенность,
сомневаясь, сможет ли она ладить с Джонни. Своенравные и безрассудные люди
пугали ее. С ними обычно трудно иметь дело.
Тем временем Нелл продолжала:
— Не отворачивайся от меня и не делай такое унылое и расстроенное лицо.
Несмотря на то что я сейчас сказала, Джонни замечательный. Я уже сто лет
тебе об этом твержу, не так ли?
— Да, конечно.
— Он щедр без всякой меры, причем со всеми. Он добр, и хотя любит
настоять на своем, но на самом деле не часто пользуется этим. И потом, он
живет здоровой жизнью.
— Да? Что ты имеешь в виду?
— Никакого допинга, никаких наркотиков. Не курит, почти не пьет, он
живет в Голливуде как бы сам по себе. Да и не только там — везде. Он не
любитель устраивать буйные кутежи и сорить деньгами. В общем, я бы сказала,
он ведет относительно спокойную жизнь.
— У меня тоже сложилось такое впечатление,— улыбнулась Рози,— и я вовсе
не расстроена.
— Охотно верю, голубушка.— Нелл взглянула на свои старинные часы с
бриллиантами.— Ах, черт, нам надо поторапливаться, моя дорогая, уже
полшестого.
— Но ведь концерт в восемь.
— Я знаю. Однако нам понадобится целый час, чтобы только добраться до
Уэмбли. А может быть, и больше — в это время суток. А Джонни хотел, чтобы мы
до начала зашли к нему в гримерную.
— Я только возьму сумочку.
Когда Рози вернулась из гардеробной, примыкающей к спальне, Нелл стояла
перед висящим над камином зеркалом, поправляя свои золотистые волосы.
— Ты отлично выглядишь, Нелл,— сказала Рози, подходя к ней.— Тебе очень
идет этот красный костюм.
— Спасибо. Я рада, что мы заранее обсудили, в чем пойдем на концерт. А
то я сама собиралась одеть черный бархатный брючный костюм, а не этот
красный. Мы бы выглядели, как персонажи варьете,— засмеялась она.— Пойдем,
мы ведь не хотим расстраивать нашу звезду, правда?
Рози рассмеялась, и они, взявшись за руки, вместе вышли из номера.
В коридоре Нелл сказала:
— Машина ждет внизу. Джонни оставил с нами Батча, чтобы помогать нам.
— Батч — это кто?
— Один из телохранителей Джонни. Двое других, Энди и Джек, поехали с
ним на Уэмбли.
— Понятно. Кстати, почему Джонни поехал так рано? — спросила Рози,
подойдя к лифту.— Он выскочил из номера в полпятого.
— Я же говорила, целый час нужен на дорогу до стадиона Уэмбли.
Наверное, не хотел попасть в час пик. Но в любом случае у него всегда уходит
около часа на грим и прическу. И еще он любит, чтобы оставалось достаточно
много времени, чтобы собраться с мыслями, настроиться.
— Мне не терпится увидеть его выступление,— сказала Рози.
— Я думала, ты уже видела,— быстро отреагировала Нелл, хитро глядя на
нее.
— Нелл Джеффри! Ты зловредный провокатор!
— Именно так меня называет твой брат.
Гримерная Джонни была полна людей, и Рози не сразу смогла разглядеть его в
этой толпе.
— Здесь всегда столько народу? — спросила она у Нелл, обернувшись к
ней.
— Да, но очень скоро толпа поредеет. И потом, это как бы внешняя
комната для переодевания. А парикмахер и гример Джонни будут работать там,
за той дверью. Пойдем туда.
Но не успели они сделать и несколько шагов, как Нелл схватила Рози за руку.
— Джонни вон там, в углу. Разговаривает с Кенни, клавишником, и Джо, своим личным ассистентом.
— Он как-то говорил мне о них. Но ты уверена, что нам нужно вмешиваться
в разговор?
— Ты шутишь? — засмеялась Нелл и, крепко держа ее за руку, потащила
вперед.— Я уверена, что он только этого и ждет, чтобы представить тебя своим
парням. Эту последнюю неделю он нам все уши прожужжал о тебе. Я же говорила,
на тебе для него свет клином сошелся.
— Честное слово, Нелл, ты иногда употребляешь такие выражения...—
проговорила Рози и замолчала, не закончив фразы.
Джонни так резко отвернулся от Кенни и Джо, как будто был очень рассержен.
Опасения ее подтвердились, когда она увидела его лицо. Васильковые глаза
сверкали, а рот был сурово сжат. Он опять повернулся к своим собеседникам,
выглядевшим так, как будто их выпороли. Он прошипел им что-то и направился в
другой конец комнаты — в гримерную. Даже по наклону его плеч Рози могла
определить, что он выведен из равновесия.
— Кажется, он рассержен и расстроен,— тихо сказала Рози, обращаясь к
Нелл.
— Возможно, это всего лишь буря в стакане воды,— вполголоса заметила
Нелл.— Уверена, с ним все в порядке. Перед такими большими шоу, как это, он
всегда нервничает, бывает раздражительным, даже вздорным. Пока не выйдет на
сцену.
— Может быть, нам лучше уйти, дать ему возможность побыть одному?
— Побыть одному? Когда здесь такая толпа? И вообще, ты что, с ума
сошла? Он же ждет нас, Рози! Пойдем. Я уверена, Элли уже заканчивает грим, а
Маури, наверное, скоро начнет укладывать волосы. Тогда ему останется только
вылезти из этого халата и надеть концертный костюм.
— Хорошо, Нелл, тебе решать; ты, конечно, знаешь его лучше, чем я.
— Смотря в каком смысле, моя дорогая. Если в библейском, то,
разумеется, не так близко, как ты,— поддразнила ее Нелл, и прежде чем Рози
успела что-то ответить, втолкнула ее в дверь.
— Привет, Джонни! — воскликнула Нелл.— Мы можем войти? Или ты хочешь
сначала закончить подготовку?
Джонни сидел в специальном кресле перед большим зеркалом, обрамленным
множеством ламп. Увидев их в зеркале, он приветственно поднял руку. Потом
повернул голову и посмотрел на них через плечо.
— Все в порядке, Нелл,— сказал он, просияв улыбкой.— Входи, Рози, входи
и познакомься с Элли и Маури, которые стараются придать мне сколько-нибудь
приличный вид.
Рози улыбнулась ему и прошла в гримерную. Она сразу заметила, что он держит
себя вполне нормально, и от его прежнего гнева не осталось и следа.
Представив ей Элли, Маури и только что появившегося менеджера, Джеффа
Смейлза, Джонни откинулся на спинку кресла и дал возможность мастерам
закончить начатую ими больше часа назад работу.
Нелл сказала:
— Рози, ты садись здесь, в кресло рядом с Джонни, а я сяду там.
— Спасибо.— Рози опустилась в кресло, взяла в руки предложенный кем-то
бокал шампанского и стала смотреть, как Элли работает над лицом Джонни.
Его лицо и без грима было красиво, а теперь после умелого макияжа стало еще
привлекательнее.
Умопомрачительно красив
,— только так могла Рози описать
его в этот момент. Поскольку лицо его было покрыто ровным калифорнийским
загаром, Элли сначала наложила такого же тона основу, выделила щеки, потом
все припудрила. Сейчас она тончайшими линиями накладывала на веки голубые
тени, что мгновенно усилило цвет его глаз. В какой-то момент Джонни
посмотрел в зеркало на Рози и подмигнул ей, потом позволил Элли поработать
губной помадой. Когда она с этим закончила, он вытер губы бумажной
салфеткой, несколько раз облизнул их, вытер еще раз и внимательно посмотрел
на себя в зеркало. Маури сказал:
— Ну что ж, маэстро, теперь займемся прической, если
...Закладка в соц.сетях
