Жанр: Любовные романы
Шарада
... Высокий худой пижон направился в их сторону. У него был холодный,
пронзительный взгляд, губы кривились в недоброжелательной усмешке. Коп.
Циклоп чуял их за целую милю. Возможно, у этого типа имелся револьвер,
спрятанный сзади под ветровкой.
— Кто вы такой и что вам здесь нужно? — спросил Цик, воинственно
обернувшись к незваному гостю.
— Я ищу человека по кличке Циклоп. Это вы?
Цик сложил покрытые татуировкой руки на груди, ухмыльнулся, склонил голову
набок, звякнул серебряным крестом, свисавшим из проколотой мочки уха.
— Ну и что, если так?
Игнорируя его вопрос, мужчина смотрел мимо него.
— А вы Кисмет?
— Да.
— Заткнись, — рявкнул Цик. — Ты не обязана с ним
разговаривать. — Он враждебно уставился на незнакомца, интуитивно
чувствуя, что его появление предвещает неприятности. — Кто вы такой,
черт подери?
— Алекс Пирс.
— Мне это ни о чем не говорит.
— Неудивительно. Но я прихватил с собой кое-кого, кто хотел бы с вами
познакомиться.
Вернувшись к машине, он открыл дверцу пассажирского сиденья и о чем-то
недолго поговорил с сидевшей там женщиной. Потом, освободив проход, помог ей
выйти из салона. Послеполуденное солнце ярко осветило ее волосы, мгновенно
сделав ее узнаваемой.
— Господи Иисусе, Дева Мария и Святой Иосиф! — воскликнул Цик,
утратив от удивления всю свою враждебность.
Пижон-полицейский ни на шаг не отставал от рыжеволосой женщины и, пока они
не подошли ближе, держался к ней почти вплотную. Она же не проявляла ни
малейшей осторожности. Бойкая бабенка, подумал Цик. Маленькая, но бойкая.
Сразу видно.
— Меня зовут Кэт Дэлани.
— Я знаю, кто вы такая, — ухмыльнулся он. — Вы пришли за
мальчишкой?
Кисмет вскочила на ноги, уронив поднос с бусинами, который держала на
коленях. Блеснув в солнечных лучах, они упали прямо в грязь.
— Нет! Я не позволю вам забрать его у меня! — крикнула она.
— Мамочка!
Цик резко обернулся. Мальчишка стоял за застекленной входной дверью, палец
по обыкновению засунут за нижнюю губу. Он уставился на них своими широко
раскрытыми глазищами. Когда он вот так глазел на него, Циклопа бросало в
дрожь.
Он уже собрался приказать ему вернуться в дом, как рыжеволосая сдавленно
вскрикнула:
— Майкл!
Глава 41
Кэт уставилась на мальчика как завороженная. Он выскочил из-за двери и,
подбежав к матери, уткнулся лицом в ее юбку.
— Вы мама Майкла? — слабым голосом спросила Кэт. Женщина нехотя
кивнула. Кэт повернулась к рокеру. — В таком случае, вы, должно быть,
Джордж Мерфи.
— Разве вы здесь не по поводу мальчишки? Я думал, вы хотите забрать
его, чтобы показать по телевизору, — тогда кто-нибудь наверняка захочет
его усыновить.
Кисмет жалобно запричитала, но Кэт успокоила ее движением руки.
— Нет, я здесь не по поводу Майкла. Циклоп нахмурился.
— Если вы приехали не для того, чтобы его забрать, то что вы здесь
делаете?
Шерри была права: Майкл и его мать, по всей видимости, любили друг друга.
Мальчик смотрел на Кэт и застенчиво улыбался, узнав в ней свою знакомую,
однако не забывая при этом цепко держаться за мать.
Кэт повернулась к рокеру и окинула его с головы до ног презрительным
взглядом.
— Это вы присылаете мне письма с угрозами? Если это так, я приехала
сюда, чтобы предупредить вас, что передала дело в полицию. И если я получу
еще хоть одно...
— Эй ты, сучка...
— Полегче, приятель. — Алекс не повысил голоса, но в нем слышалась
такая угроза, что Циклоп сразу же замолк на полуслове. Алекс впервые
вмешался в разговор с того момента, когда события приняли неожиданный
оборот, но Кэт не сомневалась, что от него не ускользнула ни одна
деталь. — Грубить совсем не обязательно, — добавил он. —
Просто отвечай на вопросы, которые задает тебе леди. Это ты присылал ей
газетные вырезки по почте?
— Я понятия не имею, о чем вы, вашу мать, здесь толкуете, —
зарычал Циклоп. — Ничего не знаю ни о каких таких вырезках. И если вы
оба сейчас же не уберетесь с моего...
Кэт снова вмешалась в разговор:
— Нам известно, что вы дружили с парнем по имени Спарки.
Кисмет издала сдавленный крик, похожий на стон раненого животного.
— Спарки? — переспросила она, затаив дыхание. — Вы сказали
Спарки
?
— Заткни пасть, слышишь! — заорал Циклоп, переводя злобный взгляд
своего единственного здорового глаза на Кэт. — Если вы разыскиваете
этого коротышку, леди, то вам чертовски не повезло. Он уже несколько лет как
покойник.
— Я об этом осведомлена.
— Тогда зачем надоедать мне?
— Вы дали разрешение использовать его сердце для трансплантации. Мне
была сделана пересадка сердца спустя несколько часов после его смерти. Есть
вероятность, что я получила его сердце.
Кисмет, охнув от изумления, прикрыла рот рукой. Ее глаза наполнились
слезами.
— Насколько я знаю, вы были с ним очень близки, — мягко сказала
Кэт. Женщина кивнула.
— Это дело прошлое, — вмешался Цик. — Что вы хотите от меня?
За нее ответил Алекс:
— Трое людей, которым была сделана пересадка сердца в тот же день, что
и мисс Дэлани, умерли, причем у нас есть основания считать, что они были
убиты кем-то из семьи донора, который почему-то вдруг пожалел о своем
разрешении на трансплантацию.
— Кто бы он ни был, он ясно дал мне понять, что я следующая в этом списке, — добавила Кэт.
— Ай-яй-яй, как печально, — саркастически заметил Цик. Алекс
угрожающе шагнул вперед, но Кэт быстро схватила его за рукав и оттащила
назад.
— Алекс, я не думаю, что они что-нибудь знают обо всем этом.
— Но ведь он сразу же тебя узнал. Я видел это по его лицу.
— Господи Боже мой, но ведь ее показывают по телевизору! —
закричал Циклоп. — Что же я, по-вашему, тупой и слепой?!
— Я думаю, что ты просто дерьмо, — парировал Алекс.
— Тише, вы испугаете мальчика. — Кэт взглянула на Кисмет. —
Вы когда-нибудь пытались связаться с тем, кому пересадили сердце Спарки?
— Да, пыталась.
Цик повернулся и гневно уставился на нее.
— Что это ты там несешь?!
Как будто не слыша его, она обращалась непосредственно к Кэт:
— Примерно через год после того, как Спарки погиб, я ходила в больницу,
где он умер. Они сказали мне, чтобы я позвонила в банк... ммм...
— Банк органов?
— Наверное, так. Они даже написали мне на бумажке номер телефона.
Цик угрожающе шагнул к ней.
— Да ты заткнешься или нет, уродина?! Ты не обязана ничего им говорить.
А где, интересно, был я, что ты сумела тайком от меня смотаться в больницу?
Кисмет продолжала его игнорировать.
— Я позвонила по тому номеру, что они мне дали. Женщина, которая
подошла к телефону, говорила со мной очень вежливо, но не могла мне ничего
сообщить, потому что я не являлась родственницей Спарки. Я ее умоляла мне
сказать. Мне очень хотелось узнать, не...
— Я сказал, заткнись! — Цик внезапно сделал выпад, ударив ее по
голове чуть выше виска.
Даже если бы Кэт хотела, она не смогла бы остановить Алекса. Он бросился на
Циклопа, схватил его обеими руками за горло и со всего размаха впечатал в
стену дома.
— Только тронь ее еще раз, и отправишься в тюрьму, ты, безмозглый
ублюдок. — Голос Алекса был довольно тихим, но в нем звучали стальные
нотки. — Но еще раньше я дам тебе хорошую взбучку, на которую ты сам
напрашиваешься. Вырву тебе последний глаз и помочусь в дырку. К тому
моменту, как я закончу тобой заниматься, ты и впрямь станешь тупым и слепым.
Ты будешь сам просить запереть тебя в тюрьму на долгий-долгий срок, чтобы я
не смог снова до тебя добраться.
— Что ты ко мне пристал, идиот? — проворчал Цик. Было видно, что
ему больно. — Алекс коленом ударил его в пах. — Я не собираюсь до
нее и пальцем дотрагиваться.
Кэт наблюдала за Майклом. Он ухватился за юбку матери, крепко сжимая ее
крошечными кулачками и уткнувшись лицом в складки материи.
— Алекс, помни о мальчике.
Эти слова подействовали на Алекса как магическое заклинание. Он отпустил
рокера и даже отодвинулся назад, снова встав рядом с Кэт, но остался таким
же напряженным, готовым мгновенно броситься в атаку.
На протяжении их потасовки Кисмет оставалась совершенно безучастной —
казалось, что происходящее ее нисколько не занимает. Кэт сделала вывод, что
она уже давно привыкла к подобным вспышкам ярости со стороны Циклопа,
поскольку сама слишком часто становилась их жертвой.
— Кисмет, — обратилась к ней Кэт. — Вы знаете что-нибудь о
том, кто получил сердце Спарки? Куда оно было отправлено? Знаете хоть что-
нибудь?
Кисмет покачала головой и, посмотрев на Цика, опустила глаза...
Кэт хотелось узнать поподробнее, но она боялась, что дальнейшие расспросы
вызовут у Циклопа очередную вспышку гнева, что, безусловно, отразится на
Кисмет и ребенке. Повернувшись к рокеру и даже не пытаясь скрыть презрение,
она спросила:
— С ними все будет в порядке?
— А что с ними может статься?
— А то, что по вашей милости они уже несколько раз побывали в
больнице, — столь же презрительно продолжала Кэт. — Вы гнусный
тип, вы знаете об этом? На вас жалко смотреть. Вы всего лишь вонючий
подонок, который бьет женщину и ребенка, чтобы доказать, что он мужчина.
— Кэт. — На сей раз они поменялись ролями. Настала очередь Алекса
вполголоса напомнить ей о присутствии ребенка.
Цик уперся кулаками в бока.
— Мы ничего не знаем ни о вашем сердце, ни о сердце Спарки, ни о какой-
то там чертовой почте, — выпалил он со злобным смешком. — И, уж
конечно, ничего не знаем ни о каких убийствах. Поэтому убирайтесь отсюда к
едрене матери, пока я и вправду не рассердился.
Алекс схватил ее за руку.
— Пошли.
Кэт позволила отвести себя к машине. Алекс завел мотор и мгновенно рванул с
места, с каждой секундой увеличивая расстояние между ними и Джорджем Мерфи.
— В это трудно поверить. Все это время они были в моих папках с личными
делами, — удивленно повторяла Кэт. — Циклоп и Кисмет. Как тебе
удалось их найти?
— У Дядюшки Дикси в архивах полный порядок. За Мерфи кое-что числится.
Не одно полицейское управление штата имеет на него материал. В управлении
полиции Сан-Антонио я нашел его досье с нынешним адресом.
— Когда Майкл появился там, в проеме двери... — Она все еще не могла
прийти в себя от шока. — Он такой милый и такой беззащитный. Я никак не
могу смириться, что он живет рядом с таким зверем.
— А женщина?
— Мне кажется, она очень любит своего сына. Но она живет в постоянном
страхе перед Циклопом.
— Когда он ее ударил...
— Жаль, что ты не стер его в порошок. Алекс на секунду оторвал глаза от
дороги, с удивлением взглянув на нее.
— И это говоришь ты, которая обвиняла меня в том, что я сначала
стреляю, а потом уже задаю вопросы. Так все-таки, что ты предпочитаешь? Реши
же наконец.
— Не заводись, Алекс. Сегодня днем с меня хватит неприятных разговоров.
Мне нужно немного отсидеться в своем углу, прежде чем встретиться с тобой в
следующем раунде.
— Наверное, тебе просто надо отдохнуть. Никогда прежде ты так легко не
сдавалась.
Кисмет и Циклоп жили в массиве к юго-востоку от Сан-Антонио. Дорога заняла
всего полчаса, большую часть которых Кэт просидела, глядя невидящими глазами
сквозь лобовое стекло. К тому времени, как они достигли города, сгустились
сумерки. В окнах домов и офисов стал зажигаться свет. Неоновые огни зазывали
посетителей в рестораны и кинотеатры.
— Я бы дорого отдала, чтобы единственной проблемой сегодня вечером у
меня была проблема, какую картину посмотреть, — нарушила молчание Кэт.
— Ты просто приуныла.
— У меня есть для этого все основания, не так ли? Мы разыскали Циклопа,
но не продвинулись ни на шаг вперед в поисках моего преследователя.
— Так ты не думаешь, что это наш друг Джордж?
— А ты считаешь, что это он?
— Хотелось бы, чтобы это был он, но вряд ли.
— Почему хотелось бы и почему вряд ли?
— Это было бы неплохо, потому что мне очень хочется наконец засадить
этого подонка. По нему давно тюрьма плачет. Рано или поздно он все равно
окажется в Хантсвилльской тюрьме, причем очень и очень надолго. И уж лучше
бы это случилось раньше, чем он кому-нибудь причинит вред, в особенности
Майклу. Во-вторых, я хочу, чтобы все это кончилось и ты могла вздохнуть с
облегчением. Чтобы ты спокойно спала по ночам, не беспокоилась о том,
доживешь ли до следующего утра.
— Вот уж действительно приободрил. Спасибо, что поднял мой дух. —
Через минуту Кэт снова спросила:
— А почему ты не думаешь, что это Циклоп?
— Прежде всего, он слишком тупой. Это достаточно сложный замысел,
хорошо разработанный и хорошо исполненный кем-то, у кого есть мозги и
терпение. У Циклопа нет ни того, ни другого.
— Скорее всего, ты прав, но давай предположим, что все же есть
небольшая вероятность. Циклоп перебивается с хлеба на воду, поэтому
отправиться в путешествие на неопределенный период времени не составит для
него большого труда.
— Таская за собой Кисмет и Майкла? — спросил Алекс.
— Думаю, что нет. Кроме того, мы ведь уже пришли к выводу, что мой
преследователь втирается в доверие к своим жертвам. Что касается Циклопа, то
никто в здравом уме не подпустит его к себе и на пушечный выстрел.
— А женщина? Может быть, она выступает в роли приманки, чтобы заманить
жертвы в ловушку, завоевывает их доверие, возможно, играет на их жалости. А
Циклоп тем временем отправляет их на тот свет.
Решительно покачав головой, Кэт отвергла эту гипотезу.
— Не думаю, что ее самоустраненность является наигранной. Она не
произвела на меня впечатления притворщицы. Кроме того, Пити говорил нам, что
Кисмет была влюблена в Спарки. Зачем же ей тогда пытаться заставить
замолчать его сердце? У меня создалось впечатление, что она все еще любит
его.
— Ага. И Циклоп отнюдь не в восторге от этого.
— И если он ревновал к Спарки, когда тот был жив...
— То, вероятнее всего, он и сейчас все еще ревнует. Кисмет продолжает
нести эстафету, даже через столько лет после смерти Спарки, — закончил
ее мысль Алекс.
— А Циклоп так и не избавился от своего соперника.
— Его подруга не забыла невысокого паренька, который превосходил его не
только в постели, но и в ножевой драке. И он решает отомстить, убивая
любого, кто мог получить сердце Спарки.
Кэт торжествующе посмотрела на него, как будто они только что открыли
лекарство против рака. Но ее радостное волнение быстро утихло.
— Что вновь возвращает нас к вопросу о том, как он сумел втереться в
доверие к тем трем своим жертвам. Циклоп не относится к тому типу людей,
которые легко вживаются в обстановку. Если рядом с ним кто-то умрет при
странных обстоятельствах, он непременно попадет под подозрение. — Кэт,
признавая свое поражение, усмехнулась. — О Господи, кто бы мог
подумать, что из-за того, что мне вшили донорское сердце, меня начнет
преследовать какой-то психопат? А хочешь знать, что мне кажется самым
смешным в этой истории? — Она прижала ладонь к груди. — Я никогда
не хотела, чтобы ко мне относились как-то по особенному только из-за того,
что у меня пересаженное сердце.
— Но ведь подобную операцию и вправду делают единицам, — осторожно
напомнил ей Алекс.
— Но я вовсе не прошу из-за этого носиться со мной как с писаной
торбой. Я хочу, чтобы люди забыли, что у меня не то сердце, с которым я
родилась. А вместо этого, судя по всему, никто из тех, с кем я знакома, не
может думать ни о чем другом, как только о моем пересаженном сердце.
На сей раз охранник на автостоянке для сотрудников WWSA узнал машину Алекса
и, когда они проезжали через ворота, помахал им рукой. Он заговорщицки
улыбался, как будто участвовал в какой-то романтической интриге.
Алекс выключил мотор и повернулся к Кэт.
— Я думаю совсем не об этом, когда нахожусь с тобой рядом, совсем не об
этом.
Кэт остро чувствовала его близость и поэтому попыталась свести разговор к
шутке.
— Уж не собираешься ли ты начать воспевать мои волосы, глаза и губы, а?
— Если ты этого захочешь. Или я могу удариться в поэзию и начну
распространяться об эрогенных зонах твоего тела, которые у тебя покрывают
каждую клеточку кожи. Об этом говорит мне мой опыт.
Это была беззастенчивая лесть, но у Кэт что-то приятно защекотало внутри,
хотя она всеми силами старалась не прислушиваться к своим ощущениям.
— Побереги этот бульварный жаргон для своих романов. Будет обидно, если
столь многозначительно завуалированные фразы не окажут на меня ожидаемого
действия.
Алекс усмехнулся.
— А я думаю, они тебе нравятся.
— Кто — они?
— Мои многозначительно завуалированные фразы. Кэт словно наяву мысленно
услышала те слова, которые он шептал ей на ухо в ту ночь. Чтобы снова не
поддаться соблазну, она открыла дверцу машины.
— Спасибо, что нашел Циклопа.
— Я планирую продолжить расследование в этом направлении, так что его
еще рано списывать в архив.
— Дай мне знать, если что-нибудь новое выплывет наружу. Спокойной ночи,
Алекс.
— Кэт?
Она посмотрела на него через плечо. Казалось, он хочет ей что-то сказать, но
сам не знает, нужно ли это делать. Наконец Алекс тихо выдавил из себя:
— Спокойной ночи.
И они разъехались в разные стороны. Кэт поехала домой, сама не понимая,
какие эмоции испытывает. Он мог бы быть и понастойчивее, чтобы сломить ее
сопротивление. Она бы все равно сказала
нет
, но он мог бы приложить
побольше усилий, чтобы убедить ее провести с ним ночь.
Готовясь ко сну, Кэт продолжала мысленно ворчать по этому поводу. Она как
раз вышла из душа, когда раздался звонок в дверь. Значит, он все-таки решил
приехать к ней домой.
Завязывая на ходу пояс махрового халата, она быстро прошла через весь дом к
парадной двери. Предвкушение встречи с ним возбуждало ее, словно шипучее
молодое вино; все тело покалывало от нетерпеливого ожидания.
Но, когда Кэт посмотрела в глазок, ожидая увидеть на пороге Алекса, она была
неприятно поражена.
— Что вам угодно, мистер Мерфи?
— Хочу с вами потолковать, — ответил Циклоп. Откройте дверь.
Кэт заставила себя рассмеяться.
— Я не собираюсь вам открывать.
— Если я захочу войти, черта с два вы меня остановите. Поэтому почему
бы вам не поберечь свою дверь, чтобы я не разнес ее в щепки?
— Если вы немедленно не уберетесь отсюда, я вызову полицию.
— Звоните, от этого будет хуже только мальчишке. Кэт прижалась лбом к
двери. Только сумасшедший мог бы открыть ему дверь посреди ночи, но, как он
совершенно справедливо заметил, если бы ему потребовалось войти, запертая
дверь вряд ли бы его остановила.
Очевидно, Мерфи следил за ней от самой телестанции. Иначе как он мог узнать,
где она живет? Если, конечно, не предположить, что именно он на протяжении
последних двух месяцев посылал ей на дом всю эту корреспонденцию.
Но, в любом случае, почему она стоит здесь и сомневается, открывать ему
дверь или нет? Почему бы просто не взять трубку и не набрать 911, надеясь,
что этот человек не сумеет причинить ей вред за то время, пока подоспеет
помощь?
Из-за Майкла, вот почему. Кэт ни минуты не сомневалась, что Циклоп выполнит
свою угрозу. Может быть, Кис-мет каким-то образом и замешана в том, что
успел натворить ее сожитель, но уж ребенок тут был явно ни при чем.
Возможно, Кисмет уже поздно спасать, но за Майкла стоило вступить в схватку.
Кэт отперла дверь и открыла ее. Физически Циклоп производил довольно сильное
впечатление. Либо Алекс отличался необыкновенной храбростью, либо с его
стороны было просто глупо драться с таким громилой. Она старалась не
показать своего ужаса перед его ростом и запахом, который от него шел. Он
отстранил ее от двери и протопал внутрь дома, поворачивая голову то вправо,
то влево и все внимательно рассматривая по пути. На столике в прихожей
стояла хрустальная вазочка с ароматической смесью из сухих цветочных
лепестков. Он поднес ее к лицу и принюхался.
— Это не то, что вы думаете. Это не курят, — заметила Кэт.
Цик усмехнулся.
— Шутить изволите? — Все еще ухмыляясь, он поставил вазочку
обратно на стол. — Вот так, значит, и живут телезвезды. Класс. Немного
лучше, чем тот свинарник, в котором обитаю я со своей женушкой и мальчишкой,
так ведь?
Кэт не стала комментировать это заявление.
— Мистер Мерфи, что вы делаете здесь в такое время? Что заставило вас
ворваться ко мне в дом в столь поздний час?
Цик направился в гостиную и плюхнулся на стоявший там белоснежный диван. Не
снимая ботинок, он уперся ногами в такую же белую оттоманку.
— Эй, полегче, слышите? Вспомните, что вы первая ко мне пришли. Это не
я начал, а вы.
— Начала что?
— Нести всю эту околесицу про Спарки. Я годами не вспоминал об этом
недомерке, а тут вдруг являетесь вы со своим дружком-полицейским в шикарной
машине и выплескиваете на меня весь этот вздор. — Он противно
захихикал, меряя ее с головы до ног взглядом своего единственного
глаза. — Да уж, задница Спарки была на том же расстоянии от пола, что и
ваша.
Кэт внутренне сжалась. Она чувствовала себя особенно уязвимой, стоя перед
ним в одном купальном халате.
До какого из телефонных аппаратов ближе добежать из этой комнаты? Сколько
нужно времени, чтобы связаться с полицией? Кажется, на двери ее спальни
надежный замок? Она не могла сказать точно. Раньше ей просто не было нужды
обращать на это внимание.
Чтобы скрыть страх, она призвала на помощь свои актерские способности.
— Вы ошибаетесь относительно мистера Пирса, он вовсе не полицейский.
Мерфи хохотнул.
— Леди, кого вы пытаетесь провести?
— Конечно, вы разбираетесь в полицейских несравненно лучше меня, —
вполголоса заметила Кэт, решив не спорить по пустякам. — Скажите,
почему вы против, чтобы мы задали вам несколько вопросов относительно вашего
приятеля Спарки?
— Какой он мне приятель?
— Тогда тем более какая вам разница?
— Мне без разницы, но меня это навело на мысль. Бедняга, с непривычки
он так перетрудился.
— Какую мысль? — спросила она. Циклоп теребил пальцами серебряную
пуговицу на кожаной безрукавке.
— Так вы думаете, что вам всучили сердце этого коротышки?
— Может быть, и так. Но, если вы пришли сюда ночью не для того, чтобы
признаться в трех убийствах и в том, что присылали мне угрожающие послания,
я не понимаю, каким образом вас это касается. Поэтому почему бы вам не
убрать свои грязные ноги с моей мебели и самому не убраться из моего дома?
Цик подмигнул ей здоровым глазом.
— Ты просто настоящий вулкан, а, рыжуля? За словом в карман не лезешь.
Интересно, в постельке ты такая же горячая?
Если она позволит себя провоцировать, это будет ему только на руку. Поэтому,
никак не реагируя на его пошлости, Кэт сложила руки на талии и попыталась
принять скучающий вид.
— Уже поздно, мистер Мерфи. Пожалуйста, говорите, зачем пришли, и
уходите.
Цик снова непринужденно откинулся на диванные подушки, водрузив ноги на
оттоманку, и даже поерзал на сиденье, чтобы устроиться поудобнее.
Похоже, ей придется сжечь эту мебель.
— Ребенок не от меня.
— Не поняла?
Злобно ухмыляясь, он повторил еще раз:
— Ребенок Кисмет не от меня. Это Спарки ее обрюхатил.
Беспокойство за мебель растаяло вместе со страхом. Ни о чем больше не
тревожась, Кэт присела на подлокотник мягкого кресла.
— Стало быть, вы не отец Майкла?
— Разве я только что это не сказал?
— Так его отцом был Спарки.
— Ага. Просто удивительно, ч
...Закладка в соц.сетях
