Жанр: Любовные романы
Шарада
...холию, в глазах появились слезы. — Он размозжил ей голову
бейсбольной битой!
— А как тебе удалось скрыться?
— Он стоял над ее телом и смотрел на дело рук своих. Видимо, его
завораживало обилие крови, лившейся у нее из головы. Он был как будто в
трансе и не обращал на меня никакого внимания. Я схватил свою одежду и
убежал. Я же понимал, что Джуди уже ничем нельзя помочь, она была мертва. Я
чувствовал это так отчетливо, как будто умер вместо нее. — Его грудь
поднялась и опустилась, выдавая бушевавшую внутри ярость, когда он вспомнил
тот день в Форт-Уэрте. — Джуди была очень религиозна и воспитана в
традициях латиноамериканской культуры. Ее муж прекрасно звал, как она
отнеслась бы к тому, во что превратили ее тело.
— Ей не понравилось бы, что ее внутренние органы взяли для
пересадки, — понимающе кивнула Кэт.
Ей нужно было, чтобы он продолжал говорить, пока не вернется Билл. Она то и
дело незаметно шарила глазами по ванной комнате, пытаясь найти путь к
спасению или хоть какое-нибудь орудие защиты. Но, пока он держал фен над
ванной, вне пределов ее досягаемости, она боялась даже шевельнуться. Стоит
ей двинуть рукой или ногой, он уронит фен в воду и... конец.
— Сама мысль об этом привела бы ее в ужас, — говорил тем временем
Джефф. — Она пожелала бы быть похороненной целиком. Рейес это знал.
Отдавая ее сердце для пересадки, он тем самым хотел наказать нас за то, что
мы любили друг друга. Он позволил расчленить ее тело, чтобы заставить нас
мучиться целую вечность. Единственный способ избавить ее и меня от этого
проклятия — остановить ее сердце.
— Убив того, кому оно пересажено.
— Да, — откровенно подтвердил он. — Пока сердце Джуди
продолжает биться, ее душа не найдет покоя. Над ее могилой я поклялся, что
подарю ей покой и мир: она это заслужила. Вот почему мне пришлось убить того
мальчика.
— Юношу из Мемфиса? А как ты вышел на него? Джефф пожал плечами, как
будто недоумевая, почему ее интересуют такие пустяки.
— Я устроился работать в агентство, занимающееся подбором донорских
органов. Там я узнал кодовый номер сердца Джуди, который и привел меня к
нему.
— Если ты выполнил клятву, данную Джуди, зачем тогда было убивать
остальных? Зачем убивать меня?
— Компьютеры могут ошибиться, потому что на них работают люди. А если
номера были случайно перепутаны?! — Он, словно в ознобе, передернул
плечами. — Я не мог допустить даже малую вероятность ошибки.
— И поэтому ты решил убрать всех тех, кому в тот день было пересажено
донорское сердце?
— Только так я мог быть уверен в том, что моя цель будет достигнута.
Кэт пробирала дрожь, но она старалась не показать, что ей стало еще
страшнее.
— Но почему ты каждый год ждал именно дня годовщины?
— Иначе это была бы просто серия убийств. Я же не какой-нибудь псих.
Соблюдая годовой интервал, я превращал эти убийства в некое подобие ритуала,
что, я уверен, Джуди обязательно бы одобрила. Она посещала только мессы,
проводившиеся с соблюдением всех правил. Ей нравились ритуалы, традиции,
неизменный порядок вещей. Да, она одобрила бы мои действия.
— Ты и вправду полагаешь, что она гордилась бы тобой за то, что ты убил
трех человек?!
— Она бы рассчитывала с моей помощью вновь обрести свое сердце. Это я и
собираюсь сделать. И тогда ее душа сможет прекратить поиски. — Тыльной
стороной ладони он вытер набежавшие слезы. — Я слишком люблю ее, чтобы
позволить мучиться ее душе. Мне жаль, Кэт, что вам придется умереть. Вы мне
очень нравитесь. Но у меня просто нет другого выбора. — Он поцеловал
кончики своих пальцев, затем прижал их к груди Кэт в том месте, где билось
ее сердце. — Покойся с миром, Джуди, любовь моя. Я буду любить тебя
вечно.
Кэт схватила его за руку как раз в тот момент, когда другая его рука
разжалась, уронив фен вниз. Кэт страшно закричала.
В ванной погас свет.
Фен с громким всплеском упал в воду, не причинив Кэт никакого вреда.
Джефф издал крик ярости и отчаяния.
Кэт попыталась встать, но он снова толкнул ее вниз. Она слышала, как его
колени стукнулись о плиточный пол. Стоя на четвереньках, он обеими руками
стал пригибать ей голову, стараясь опустить ее под воду.
Ему это удалось. Отчаянно сопротивляясь, Кэт изо всех сил махала руками и
ногами, вертела во все стороны головой, кусалась. Но Джефф не отпускал ее.
Наконец она инстинктивно открыла рот, чтобы закричать, но он тут же
наполнился водой.
Словно где-то в отдалении, Кэт услышала в коридоре чей-то тяжелый топот.
Дверь ванной комнаты с треском распахнулась, и она внезапно поняла, что
свободна. Высунув голову из воды, Кэт стала судорожно глотать воздух,
задыхаясь от забившей носоглотку жидкости. Прилипшие к лицу волосы лезли в
глаза и мешали смотреть, хотя в полной темноте она все равно вряд ли смогла
бы что-либо увидеть.
— Кэт! — Это был голос Алекса.
— Я здесь.
— Не высовывайся! — прокричал он. Алекс уже повалил Джеффа на пол.
Долго тому не продержаться: Алекс намного превосходил его в силе.
— Ты, сукин сын, если ты с ней что-то сделал... Его угроза потонула в
возгласах боли и удивления.
— С ней все в порядке? — раздался голос Билла, показавшегося в
дверном проеме.
Из дула револьвера Алекса вырвались языки пламени, гром выстрела рикошетом
отразился от стен ванной комнаты.
Билл упал, не издав ни единого звука.
Алекс взвыл от ярости. К этому времени глаза Кэт уже привыкли к темноте, и
она смогла разглядеть, что Джефф каким-то образом умудрился завладеть
револьвером. Мужчины боролись; право обладать оружием.
Несмотря на то, что быстро выбраться из скользкой фарфоровой ванны было
непросто, Кэт все-таки сумела это сделать. Она метнулась к Джеффу и,
вцепившись одной рукой ему в волосы, другой стала колотить его по лицу и
царапать ногтями.
Джефф взвыл от боли и выпустил из рук револьвер, который Алекс моментально
приставил к его уху, одновременно навалившись ему сзади на спину.
— Только пошевелись, — тяжело дыша, хрипло произнес он. — Мне
ничего так не хочется, как снести твою поганую башку к едрене матери!
— Пристрели меня! — рыдая, крикнул Джефф. — Я подвел Джуди, я
хочу умереть.
— Жаль, но придется удержаться от соблазна. Кэт обогнула их и,
пробравшись к двери, едва не споткнулась о лежащего на пороге Уэбстера.
— Билл!
В скудно освещенном коридоре она видела только, что он лежит, распростершись
на спине. Расплывавшееся спереди на рубашке пятно казалось черным, как
чернила.
— О Господи, нет! Нет! — всхлипнула Кэт. Она была слишком слаба,
чтобы встать, поэтому буквально доползла до ночного столика, стянула
телефонной аппарат на пол и набрала 911.
Затем она вновь вернулась к Биллу и, крепко сжав его руку, стала мысленно
молить продержаться еще хоть немного.
— Помощь уже в пути, — сообщила она Алексу, сама удивившись тому,
как слабо прозвучал ее голос.
— Как там Уэбстер?
— Не шевелится.
— О Боже! — услышала она в ответ. — Мистер Дойл, похоже, на
вашей совести еще одно убийство.
Джефф что-то невнятно пробормотал.
У Кэт стучали зубы. Она ухватилась за угол лежавшего на кровати покрывала и
потянула его на себя. Но, вместо того чтобы завернуться в него самой, она
накрыла им Билла, заботливо подоткнув края.
Приближающийся вой сирен прозвучал для Кэт как райская музыка. Она
наклонилась над Биллом и с силой в голосе проговорила:
— Держитесь, Билл! Помощь уже здесь! Вы слышите меня? Все будет хорошо,
вот увидите! — Раненый не ответил, но она надеялась, что он ощутил ее
присутствие.
Лейтенант Хансейкер первым вбежал в дом.
— Что со светом, почему темно?
— Пробки в кладовке на кухне, — крикнул из ванной комнаты
Алекс. — Нажмите на переключатель.
— Скорее ко мне в спальню, — позвала Кэт. — Здесь раненый,
пуля попала в грудь.
Через несколько секунд свет зажегся. От внезапной яркой вспышки Кэт
зажмурилась, а когда снова открыла глаза, Хансейкер и двое санитаров
одновременно втискивались в дверь спальни.
В руках Хансейкера был пистолет.
— Все, Пирс, ты окружен. Руки вверх и выходи.
— Что вы там несете, черт бы вас побрал?! — крикнул в ответ Алекс.
— Это не Алекс. Он-то как раз и обезвредил... Кэт больше не могла
ничего сказать и лишь жестом показала в сторону открытой двери в ванную.
Один из медиков дотронулся до ее плеча.
— Мадам, ваш приятель в тяжелом состоянии. Будьте добры, отодвиньтесь
немного в сторону, чтобы мы могли к нему подойти.
— Он поправится?
— Сделаем все возможное.
Хансейкер осторожно, согнувшись в три погибели, подкрался к двери в ванную.
Обеими руками он сжимал прямо перед собой пистолет.
— Бросай оружие. Пирс.
— Охотно, болван, если ты займешься им.
— А кто это на полу?
— Джефф Дойл.
— Тот самый сукин сын, который позвонил в службу времени и погоды, а
сам сделал вид, что говорит со мной?
— А, так вы продолжали прослушивать ее телефон? — спросил вместо
ответа Алекс.
— Конечно, и, похоже, не зря. Так кто же этот маленький негодяй?
— Долго рассказывать. Лучше наденьте на него скорее наручники и
зачитайте ему его права.
— Минуточку, Пирс, минуточку. Что вы мне диктуете, кого мне
арестовывать. Я-то пришел арестовывать вас.
— Делайте, что говорят, — скупо бросил Алекс, отталкивая Хансейкера и пробираясь к выходу.
Он обошел медиков, склонившихся над Уэбстером и не жалевших усилий ради
спасения его жизни. Кэт стояла рядом и не сводила с них глаз. Алекс схватил
висевший на стуле халат и накинул ей на плечи.
Крепко обняв, он прижался щекой к ее голове.
— Ты в порядке? Она кивнула.
— Точно?
— Да, но мне все еще страшно. А Билл...
— Он жив.
Алекс приподнял ей подбородок и взглянул в устремленные на него глаза.
— Ты чертовски смелая женщина. Если бы не ты, он мог бы застрелить
меня. Спасибо.
Теперь, когда все кончилось, у нее подгибались колени, и она вся дрожала.
— Я страшная трусиха.
— Ничего себе трусиха. — Алекс еще крепче сжал ее в своих
объятиях. — Если бы с тобой что-нибудь случилось... — Он нежно
поцеловал ее в лоб, туда, где начинались волосы. — Я люблю тебя, Кэт.
— Ты уверен, Алекс? — пробормотала она, не отрываясь от его
груди. — Уверен, что любишь именно меня?
Глава 56
— Ну и как же он на это отреагировал? — спросил Дин. Он кивком
головы поблагодарил стюарда за второй по счету стакан виски с водой.
— Никак, — ответила Кэт. — В этот момент появился ты. Вокруг
царила такая неразбериха, что у нас с Алексом больше не было возможности
поговорить друг с другом.
— А я-то собирался преподнести тебе сюрприз в виде бутылки шампанского,
чтобы отпраздновать четвертую годовщину твоей второй жизни, — сказал
Дин. — Вместо этого я подхожу к твоему дому и вижу следующую картину:
дом окружен полицейскими машинами, а в санитарный автомобиль загружают
носилки, на которых кто-то лежит. Представь себе, как я перепугался.
Кэт дружески похлопала его по руке, затем откинулась на сиденье пассажирского салона первого класса.
— Я так устала. Мне больше не хочется об этом говорить, но придется.
Нужно раз и навсегда выговориться на эту тему и закрыть ее. — Немного
помолчав, она добавила:
— Я научилась не носить в себе неприятные воспоминания. Лучше выпустить
их наружу, проветрить, проанализировать, сделать выводы, а затем похоронить
навсегда.
— И кто же научил тебя этим перлам житейской мудрости? —
насмешливым тоном поинтересовался Дин. — Хотя и так ясно кто.
— Дин, ты же обещал, — устало прикрыв глаза, сказала Кэт. —
Больше мы о Пирсе не говорим.
— Правильно, обещал, но без особой охоты. — Он медленно потягивал
виски. — Мы уже восстановили почти все детали. Но я все еще не во всем
до конца разобрался. Ты сказала, что Билл пешком вернулся к твоему дому
после того, как отогнал машину. Он пришел одновременно с Алексом.
— Так оно и было. Билл увидел, как Алекс галопом несется к дому, и
преградил ему путь. Он предупредил Алекса, что мы все про него знаем и что
они с Джеффом специально ночуют у меня в доме, чтобы защитить от него. Алекс
объяснил ему, что меня действительно надо защищать, но не от него, а как раз
от Джеффа Дойла, который был любовником Джуди Рейес.
— Наверное, он легко сумел убедить Билла.
— У него талант убеждать людей, — согласилась Кэт. — Как бы
там ни было, Алекс обратил внимание Билла на то, что машины Джеффа нигде не
видно, из чего следует, что он спрятал ее подальше, чтобы никто не знал, что
он был в ту ночь у меня. Чтобы даже я этого не знала, пока он не войдет в
дом, а тогда уже будет поздно. Билла это убедило. Он спросил, чем сможет
помочь. Они крадучись обошли вокруг дома, заглядывая во все окна, пытаясь
разглядеть, что делается внутри. Они хотели напасть внезапно.
Кардиолог продолжил за нее:
— И, когда Алекс увидел, как Джефф держит над тобой фен, он побежал к
задней двери, забрался через окно в кухню, нашел электрические пробки и
вырубил ток. Молодец, не растерялся.
— К счастью, он еще раньше узнал, где находится переключатель, поэтому
ему нетрудно было это сделать. — Кэт предпочла опустить, при каких
обстоятельствах он дважды лазил к ней в окно.
— Слава Богу, что все кончилось хорошо. Еще бы секунда-две и...
— Не напоминай. — Она содрогнулась. Некоторое время они сидели
молча, потом Кэт тихо сказала:
— Бедный Билл. В конце концов мне разрешили увидеться с ним сегодня
утром перед отъездом. Он все еще в палате интенсивной терапии и очень слаб,
но непременно поправится. Ненси ни на минуту не отходит от него.
— А что привело его к тебе в столь ранний час?
— Очередная гениальная идея относительно моей программы. — Кэт не
хотела разглашать семейные тайны Уэбстеров.
Пуля чудесным образом прошла навылет, не задев ни один из жизненно важных
органов. Билл перенес шок, потерю крови, у него на теле было две раны — в
том месте, где пуля вошла, и там, где она вышла, но врачи обещали, что дело
быстро пойдет на поправку. В этот день утром он попросил медсестру палаты
интенсивной терапии оставить его ненадолго наедине с Кэт. Затем поблагодарил
ее за то, что, пристыдив, она ускорила его разрыв с Мелией.
— Я люблю Ненси. Без ее любви и участия... Он немного помолчал,
набираясь сил. — До смерти Карлы мы жили, как в волшебном сне. Нас как
будто обходили стороной беды, выпадавшие на долю других людей, и, лишь когда
наша дочь погибла, мы познали настоящее страдание. Я потерял точку опоры. Я
не мог заставить себя забыть свое горе, все искал чего-то, что помогло бы
мне хоть ненадолго унять невыносимую боль. И как осел влип в низменную связь
с женщиной, представлявшей собой полную противоположность моей красивой и
элегантной жене. Я считал, что не заслуживаю большего, я как бы наказывал
себя за то, что не сумел предотвратить смерть Карлы. Мелия преследовала меня
до тех пор, пока я не взял ее на работу. Затем она стала настаивать на том,
чтобы перейти в программу
Дети Кэт
. Остальное вам известно. В ту ночь,
застав меня у нее, вы сказали много такого, что меня отрезвило. Я понял:
наши с Мелией отношения пора прекращать. После этого ничто уже не могло меня
остановить.
Билл дотронулся до ее руки.
— И я сразу же поехал к вам домой, чтобы сказать, что вы спасли самое
дорогое, что у меня есть в жизни, — мою семью. Спасибо.
— Лучше отблагодарите меня своим быстрым выздоровлением. У нас впереди
много работы. — И она поцеловала его в лоб.
В коридоре Кэт встретила Ненси.
— Спасибо вам, Кэт, — тихо проговорила она, обнимая ее за плечи.
— За что? Если бы не я, Билла бы не ранили. Ненси посмотрела на нее,
всем своим видом давая понять, что ценит ее деликатность.
— Он мне все рассказал. Я простила его, но сможете ли вы простить меня?
Я... я же подозревала вас...
— Теперь это не имеет значения, — прервала ее Кэт. — Я ценю
вашу дружбу и восхищаюсь вашим умением собирать деньги на благотворительные
цели. Могу я рассчитывать, что вы и впредь будете помогать программе
Дети
Кэт
?
— Как только поставлю на ноги Билла. Дин оторвал Кэт от воспоминаний.
— По-моему, Билл и Пирс образовали нечто вроде общества взаимного
обожания. Кэт рассмеялась:
— Это очень странно, ведь они невзлюбили друг друга с первой встречи.
Алекс казнил себя за то, что позволил Джеффу на мгновение одержать верх и
выстрелить в Билла. А тот не захотел даже слушать никаких извинений, заявив,
что сам виноват: надо было послушаться Алекса и остаться на кухне, а не
лезть туда, где стреляют.
— А что будет с этим типом, Дойлом?
Кэт долго смотрела вслед закованному в наручники Джеффу, когда того
впихивали на заднее сиденье полицейской машины. Ей все еще трудно было
совместить образ прилежного молодого сотрудника с образом хладнокровного
убийцы.
— Когда полиция обыскала его квартиру, они нашли столько папок с
вырезками и подшивок старых газет, что материалы, собранные Алексом, сразу
же померкли. После смерти Джуди Рейес Джефф явно превратился в одержимого.
Алекс говорит, ему грозит обвинение в трех убийствах и двух покушениях. Но
тут замешаны четыре штата, которые начнут наперебой отстаивать свое
первенство. Начнется судебная волокита. Однако, независимо от того, чем все
это кончится, Джефф проведет остаток своей жизни за решеткой. — Она на
минуту задумалась. — Получается трое.
— Трое чего?
— Трое людей, посаженных в тюрьму: Джефф, Поль Рейес и Джордж Мерфи.
— А, Циклоп. Просто не верится, что его взяли в нескольких кварталах от
твоего дома. Интересно, что ему было от тебя нужно?
— Ничего хорошего, думаю, этот визит мне не сулил.
Циклоп отчаянно сопротивлялся при аресте и даже ранил полицейского. Да, у
нашего друга Джорджа весьма мрачные перспективы. — Кэт задумчиво
посмотрела на Дина и вдруг улыбнулась счастливой улыбкой. — Как хорошо,
что Патриция и Майкл навсегда избавились от него. Знаешь, Патриция уже
работает ученицей в фирме, выпускающей ювелирные изделия. Она сможет
совершенствоваться в своем мастерстве и одновременно зарабатывать на жизнь.
А с Майклом занимается детский психолог. Теперь, когда мальчик больше не
дрожит перед Циклопом, он очень быстро приходит в норму, становится более
открытым и общительным.
— А Рейес?
Ее улыбка тотчас же погасла.
— Мне так жаль этого человека и его родных. Миссис Дани, его сестра,
была мне так признательна, когда я ей позвонила и сообщила, что он не убивал
тех троих. Когда мы были у него в клинике, он мне не угрожал, он меня
предостерегал. Джефф уже признался полиции, что он сам прислал Рейесу
газетные вырезки, рассказывающие о несчастных случаях с людьми, пережившими
пересадку сердца. Он хотел дать Рейесу понять, что сумел обхитрить его,
сумел избежать придуманного им изощренного наказания. Джеффу не могло прийти
в голову, что эти вырезки-предупреждения окажутся в моем почтовом ящике.
Несмотря на психическое расстройство, Рейес догадался, что они означали, но
почему-то пришел к выводу, что у звезды
мыльных
опер Кэт Делани бьется
сердце его покойной жены. Разгадав намерения убийцы, он, как и Алекс,
справедливо решил, что я следующая на очереди. Алекс тоже за мной следил в
надежде спасти мою жизнь. Рейесом руководили примерно те же мотивы. Он
приехал в Сан-Антонио, чтобы присматривать за мной. Думаю, он узнал мой
домашний адрес, выследив меня от самой телестудии.
— А почему он просто не позвонил, не представился в не рассказал о
своих подозрениях?
— Несмотря на то, что его формально объявили невиновным, сам он
прекрасно сознавал, что в припадке ревности убил свою жену. К тому же его не
без оснований считают повредившимся в уме. Кто бы ему поверил?
— Резонно.
— По мере приближения роковой даты Рейес каждый раз начинал так
нервничать, что мысленно, так сказать, возвращался на место преступления. По
крайней мере, так полагает его сестра. Вчера я написала ему письмо, в
котором объяснила все случившееся и поблагодарила за желание меня
предостеречь. Не знаю, все ли он понял, но, выразив ему свою благодарность,
я почувствовала себя лучше.
Кэт помешала кубики льда в стакане с содовой, к которой так и не
притронулась.
— Один-единственный день четыре года назад — а сколько плохого он за
собой повлек.
— И сколько хорошего, — мягко возразил Дин, беря ее руку в свои.
— Дин, погибли люди, невинные жертвы.
— Но ведь они жили каждый с новым сердцем. Пересадка того стоила. Если
бы им снова пришлось выбирать, они сделали бы тот же выбор. Их жизнь
получила продолжение. В этом и состоит наша цель — дать пациентам время, а
уж там — как сложится судьба. Никто из нас не может ни изменить ее, ни
предугадать.
— Все верно — умом я это понимаю, — согласилась Кэт, дотрагиваясь
пальцем до лба. — Но здесь... — Она ткнула в область сердца.
— И где же, как не на собственном пляже, поразмыслить на эту
тему. — Дин легонько погладил ее по тыльной стороне ладони. — Я
рад, что ты снова будешь рядом, я скучал по тебе.
— Нет, Дин, я вернусь. Выпуск программы
Дети Кэт
приостановлен до тех
пор, пока я не соберусь с силами и не найду новых сотрудников, но сама
программа ни в коем случае не закрыта. Более того, сейчас мы рассматриваем
возможность ее распространения на другие города. Это будет гигантский
проект. А скольким детишкам мы сможем помочь! — взволнованно
воскликнула Кэт. — Я только отдохну пару-тройку недель в Малибу, а
потом вернусь.
— А он? Как ты решила с ним?
— Алекс... — Это имя, казалось, само слетело у нее с языка. Сердце
сжала острая тоска. Ведь он рисковал жизнью, чтобы спасти ее, и она никогда
этого не забудет.
Но не забудет и его обман.
Их отношения начались со лжи, лжи умолчания. И, когда он говорил ей о своей
любви, может быть, он и тогда лгал? Кэт знала только один способ развеять
все сомнения.
— Дин, ты должен кое-что сделать для меня.
— Приказывай, о повелительница, — шутливо произнес он.
— Не смейся, тебе моя просьба вряд ли понравится. — Кэт едва
слышно вздохнула, при всей своей решительности не уверенная в том, разумна
ли ее просьба. — Я хотела бы знать, не бьется ли в моей груди сердце
Аманды.
Дин был ошарашен.
— Да, я знаю, я сама всегда говорила, что не желаю ничего знать о своем
доноре. Я и сейчас этого не хочу. Если это не Аманда. Но в противном случае
мне необходимо об этом знать.
— Кэт...
Она подняла вверх обе руки, как бы отметая все его возражения.
— Меня не интересует, как ты это сделаешь. Можешь умолять, обманывать,
нарушать медицинскую этику, лгать, просить, подкупать, красть. У тебя есть
возможность найти все нужные контакты, ты сумеешь отыскать ответ.
Дин буквально впился в нее глазами.
— Ты же прекрасно понимаешь, что в моих интересах отказаться.
— Но ты этого не сделаешь.
— К тому же я могу скрыть от тебя добытую информацию, чтобы избавить от
страданий. Это тоже в моих интересах.
— Но ты и на это не пойдешь. Ты расскажешь мне всю правду.
— Почему ты так уверена?
— Потому что четыре года назад у тебя хватило смелости посмотреть мне
прямо в глаза и сказать, что, возможно, мои дни сочтены. — Взор Кэт
затуманился, от на бежавших слез она плохо видела его лицо. — Ты
никогда не пасовал перед действительностью, какой
Закладка в соц.сетях
