Жанр: Любовные романы
Игры профессионалов
...ыбкой посмотрел в ее огромные синие глаза,
потемневшие от страсти, и невольно вспомнил о Розе. Отныне я стану
ненавистен им обеим, подумал он внезапно и словно бы остолбенел, скованный
этой неожиданной мыслью. В его душе боролись два противоположных чувства:
желание овладеть Мелиссой и боязнь неизбежных ужасных последствий. Он
попытался внушить себе, что ее наивный и доверчивый взгляд на самом деле
обманчив: ведь она сделала от Ника аборт, спала с Хэлом и, может быть, еще с
дюжиной парней, которым и в голову не приходило жалеть ее. Но обмануть
самого себя Эйсу не удалось, к его величайшему сожалению.
— О черт! — выругался он и резко отвернулся от нее.
— В чем дело? — спросила удивленно Мелисса.
— Мне чертовски неудобно перед тобой! Во мне вдруг проснулась
совесть... — глухо ответил Эйс.
— Ничего не понимаю! — вскинула брови Мелисса. — Мне ведь
сейчас не четырнадцать лет... Ты не считаешь меня взрослой?
— Да я не об этом... — поморщился он, как от зубной боли.
— Объясни! — потребовала она, расправляя на себе одежду. Он
отвергает ее! Как это унизительно! Нет, она этого не потерпит. Мелисса
спустила ноги с кровати, натянула джинсы и шагнула к выходу, но Эйс схватил
ее за руку.
— Постой! Выслушай меня! Я хочу тебе все объяснить. Понимаешь, —
сбивчиво начал он, но Мелисса вырвала руку.
— Нечего объяснять, мне все ясно: ты не хочешь со мной спать! Забудем
об этом, спокойной ночи! — Она снова сделала шаг к двери, горделиво
встряхнув головой.
— Нет, я хочу быть с тобой, крошка! — вздохнул Эйс — Поверь мне!
Не торопись уйти, Мелисса. Все не так-то просто...
— Тогда почему же ты меня отвергаешь? — обернулась она.
— Дело в том, что мне не дает покоя мысль о Розе... — Эйс запнулся.
— При чем здесь моя мать? — вытаращила на него глаза
Мелисса. — У тебя с ней был роман? И он продолжается и сейчас? Я
угадала?
Ей стало понятно, о какой Английской Розе говорила глупая Салли Л у — о ее
матери! Эйс имел в виду англичанку Розу.
— Так я угадала? — на всякий случай переспросила она.
— Да, — потупился Эйс.
— Ты и мамочка, — задумчиво произнесла Мелисса, все еще не веря
своим ушам. Ей вдруг стало одновременно и стыдно, и больно, и страшно... И
еще — что было хуже всего — она ощутила жгучую ревность! Мелисса встряхнула
головой, отгоняя от себя весь этот рой мыслей, и деловито спросила: — А кто
еще знает об этом? Джек? Разумеется, ему давно все известно, — тотчас
ответила себе она. — Из-за этого-то вы с ним и поссорились! Это так?
— Так, — кивнул Эйс. — Нужно отметить, что ты восприняла эту
новость хладнокровнее, чем он. Я ожидал слез и истерики.
— В самом деле? Он, вероятно, беспокоился за мать: ему ли не знать твой
буйный норов! Но почему вы скрывали от всех так долго ваш роман?
— Роза опасалась, что ты обидишься на нее, ведь в свое время ты была
увлечена мною, — пожал плечами Эйс.
— Это было давно, с тех пор я успела подрасти, — заметила
Мелисса. — Но какой же ты все-таки негодяй! Настоящий ублюдок, —
сорвалась она, заметив, как выразительно взглянул он на кровать, словно бы
приглашая ее возобновить прерванное развлечение.
— Не стану спорить, — спокойно согласился с ней Эйс. — Но
ведь и ты не станешь особенно убиваться из-за меня? Признайся, что я для
тебя ничего не значу. А Роза в меня влюблена, я ее полностью удовлетворяю.
Ты не будешь злиться, дорогая?
— Ты угадал, я не стану терять голову из-за тебя, — сказала
Мелисса, поймав себя, тем не менее, на приступе зависти к матери. — И
злиться я тоже не буду. Хорошо, что ты сразу предупредил меня. Узнай я об
этом... потом, даже не знаю, что бы сделала!
— Да, я предвидел такой поворот событий, — усмехнулся Эйс.
— И поступил очень мудро! Я на тебя не в обиде, — солгала она,
потому что в действительности испытывала сильное раздражение.
Эйс довольно осклабился и откинулся на спинку кровати, не смущаясь того
пикантного обстоятельства, что брюки стали ему заметно тесны в паху. Он
протянул к ней руку, но Мелисса отступила назад. Эйс тяжело вздохнул: этот
матч был им явно проигран.
— Поцелуй меня на прощание и отправляйся спать одна в своем холодном номере, — пошутил он.
Но Мелисса была не настолько наивна, чтобы попасться на такую приманку! Она
послала ему воздушный поцелуй с безопасного расстояния и поспешно
ретировалась.
К началу второй недели Открытого чемпионата США Мелисса и Джек вновь
остались единственными из британских теннисистов, не выбывшими из
соревнований, хотя Джек и проиграл в состязаниях одиночного мужского
разряда. Мелисса же продолжала успешно выступать во всех трех разрядах,
причем в одиночном женском она поднялась на девятое место среди сильнейших,
ее рейтинг среди участников парных турниров стал значительно выше, чем
прежде.
Этот турнир оказался последним для Хэла. После очередного поражения в
одиночном разряде он, к всеобщему удивлению, объявил о своем намерении после
турнира прекратить выступления и заняться тренерской работой. С Мелиссой он
был по-прежнему учтив и вежлив, но не пытался восстановить прежние
отношения, хотя она и понимала, что он все еще любит ее: это читалось в его
печальном взгляде, который она порой ловила на себе во время тренировок с
Лайзой.
В понедельник вечером Хэл и Джек играли в парном мужском разряде. Вместе с
Мелиссой на их игру пришел посмотреть и Эйс. Мелисса держалась независимо,
глядя прямо перед собой на корт. Бесцеремонно протиснувшись к ней, он
плюхнулся рядом.
— Привет, радость моя! — погладил он ее по голой коленке. Мелисса
закусила губу. — У тебя измученный вид! Не выспалась?
— Да, всю ночь проворочалась с боку на бок! — в тон ему
огрызнулась она. И он еще спрашивает! После всего случившегося в его номере!
Физические нагрузки не спасали Мелиссу от бессонницы, ей снились эротические
сцены с участием Ника и Эйса, причем — одновременно, что было самым ужасным!
Эйс мог бы ради приличия сделать вид, что она не предлагала ему себя! Но он
откровенно ухмылялся и недвусмысленно подмигивал ей при каждой встрече, как
бы намекая на то, что рано или поздно добьется своего.
Мелисса сделала неприступный вид и молча уставилась на корт. Эйс откинулся
на спинку скамьи и нагло разглядывал ее лицо и фигуру, как пантера,
присматривающаяся к своей жертве. Он проклинал себя за то, что тогда
отпустил ее, и был полон решимости не промахнуться в следующий раз.
— Ты рассказала Джеку? — поправляя локон, упавший ей на лоб,
спросил он.
— О том, что я побывала в твоей спальне? Как видишь, я пока
жива, — с усмешкой ответила Мелисса.
— Я не об этом, — осклабился Эйс. — Я имел в виду другое —
мои отношения с Розой и твою реакцию на них. Ты сказала брату, что это тебя
не волнует?
— Нет, — покачала головой Мелисса. — Убери руку! Джек заметит, — прошипела она.
— И Хэл тоже. Если они не прекратят коситься в нашу сторону, то
проиграют встречу, — заметил Эйс тоном доброжелателя и похлопал ее
ладонью по аппетитной ляжке.
Мелисса стукнула его по руке и вскочила с места.
— Если ты не уймешься, — пригрозила Эйсу она, — я встану и
демонстративно уйду из ложи.
— А я последую за тобой, — сказал он. — И вот тогда-то уж они
точно проиграют. — Он обнял ее за плечи.
— Чего ты добиваешься? — вздохнула Мелисса.
— Маленького одолжения! Убеди Джека возобновить наше с ним партнерство.
Мы оба теряем из-за этого деньги, а ему вскоре все равно потребуется новый
партнер: Хэл уходит из спорта.
— О'кей, я попытаюсь, — сказала Мелисса. — Но только если ты прекратишь меня лапать.
— Что здесь происходит? — раздался у нее за спиной голос Кэти.
— Ничего страшного, — успокоила ее Мелисса. — У него вдруг
прорезалась совесть. Вот ему и неймется.
— Это не заразно? — рассмеялась Кэти. — Надеюсь, не новая
разновидность СПИДа?
— Нет, но тоже накладывает на мужчин дополнительные ограничения в
отношениях с женщинами, — усмехнулся Эйс и встал с места: делать ему
здесь больше было нечего.
Мелисса вздохнула с облегчением и сожалением одновременно.
Джек и Хэл наконец-то успокоились и легко выиграли матч.
Вечером Мелисса и Джек отметили эту победу в баре отеля. Мелисса спросила у
брата, не возражает ли он против того, что она возьмет Хэла в качестве
играющего тренера. Джек согласился, но предложил ограничиться пока
шестимесячным испытательным сроком.
— По-моему, отец тоже будет доволен, — добавил он. — Если с
вами будет ездить мужчина, к вам с Кэти меньше будут приставать парни.
— Мы и сами способны о себе позаботиться, — возразила ему
Мелисса. — Ты знаешь, что Кэти прекрасно владеет приемами самообороны?
— Я испытал это на собственной шкуре, — рассмеялся Джек.
— Что ты будешь делать без Хэла? Найдешь ему замену?
— Нужно подумать, — уклончиво ответил Джек.
— А почему бы тебе не помириться с Эйсом? Вы с ним отлично выступали в
паре, а разрыв никому из вас не пошел на пользу.
— Нет, кто угодно, только не Эйс, — отрезал Джек.
— Но почему? Потому, что он любовник нашей мамочки? — спокойно
спросила Мелисса.
— Откуда тебе это известно? — едва не поперхнулся коктейлем Джек.
— Я заставила Эйса во всем признаться!
— И тебя это не огорчает?
— Ни капельки! Хотя я слегка ревную его к ней, — улыбнулась она и
вполне серьезно добавила: — Для мамы этот роман стал прекрасной возможностью
вновь ощутить себя желанной женщиной. После развода она сникла, и внимание
Эйса помогло ей почувствовать прежнюю уверенность в своей притягательности и
женственности.
— Ты совершенно не знаешь Эйса, — возразил Джек. — Он
абсолютно не уважает женщин. Они для него лишь средство для удовлетворения
его животных чувств.
— Я понимаю это, и мама, кстати, тоже, — сказала Мелисса. —
Она не рассчитывает на прочный и длительный союз. Так что не будь таким
упрямым, братец, помирись с Эйсом. Ваша пара будет непобедима на корте.
— Ладно, я пойду на это, — подумав, уступил сестре Джек. — Но
исключительно ради денег. Вне корта каждый из нас будет жить сам по себе.
Между прочим, ему не мешало бы бросить глотать наркотики и стимуляторы: если
его уличат в этом, то меня тоже дисквалифицируют.
— Я уверена, что он примет все твои условия, — сказала Мелисса.
— Хорошо, — вздохнул Джек, — я поговорю с ним. Еще указания
будут? Если нет, то можешь со спокойной душой идти спать.
— О'кей, — поцеловала его в щеку Мелисса и пошла к себе.
На другой день посыльный доставил для нее в отель маленький сверток от
Картье
. Развернув упаковку, Мелисса обнаружила внутри изящную коробочку с
парой золотых сережек с бриллиантами. На карточке, вложенной в футляр, было
написано только два слова:
Спасибо, крошка!
.
— Ник? — постучалась в кабинет Ника Шейла. — Мне нужно с
тобой поговорить!
— Заходи! — отозвался хозяин кабинета. — В чем дело?
— Я хочу познакомить тебя с одним человеком, — нервно сцепив
пальцы, сказала Шейла. — Это мужчина, с которым я...
— На это тебе не требуется моего разрешения, — перебил ее Ник.
— Это так, — кивнула она. — Но понимаешь, дело в том, что...
Впрочем, ты все поймешь, когда увидишь его. Он сейчас здесь.
— Хорошо, пошли! — Ник встал с кресла и последовал за Шейлой,
недоумевая, к чему такая таинственность.
Причина стала ему понятна, едва лишь он увидел ее знакомого: мужчина,
ожидавший его в гостиной, сильно напоминал чертами лица и даже фигурой
покойного Роури: те же глаза, тот же волевой подбородок с ямочкой. Ему было
за сорок.
— Позволь мне представить тебе Ричарда, Ник! — сказала
Шейла. — Ричарда Леннокса, — тише добавила она вкрадчивым голосом.
— Вы тоже Леннокс? — Ник с улыбкой пожал гостю руку. —
Наверное, наш дальний родственник? — Или же самозванец, мысленно
добавил он.
— Шейла тоже уверяет меня в этом, — ответил ему крепким
рукопожатием Ричард. Гортанный низкий голос выдавал в нем уроженца Австралии
или Южной Америки. — Когда мы с ней познакомились, она едва не упала в
обморок от удивления. — Он тепло улыбнулся Шейле, та покраснела от
смущения. — Я было подумал, что она шутит, но изменил свое мнение,
увидев семейные фотографии.
— И давно вы знакомы? — спросил Ник.
— С начала лета. Я приехал в эти места, чтобы взглянуть своими глазами
на родину моих предков, — ответил Ричард без тени притворства.
И нашел здесь богатую вдову своего кузена, — подумал Ник.
— Мы с ним случайно встретились сразу же после Уимблдона. Ты тогда был
занят своими проблемами, Ник, — тактично добавила Шейла.
Ник кивнул: она права, к нему в ту пору лучше было не приставать. Он ничего
не замечал вокруг себя. Ник решил наверстать упущенное и пригласил Ричарда
погостить в имении, руководствуясь мудрым изречением:
Не упускай из виду
своих друзей и приблизь к себе врагов, если хочешь узнать их помыслы
.
В последующие за этим недели он действительно лучше узнал своего
кузена
и
пришел от него в полнейший восторг. Во многом способствовало столь теплому
чувству к нему то обстоятельство, что Ричард был весьма состоятельным
человеком, намного богаче Шейлы. Сейчас он искал применения своим капиталам
на родине предков, в Шотландии. И это тоже радовало.
— Я бы купил замок Балморал, — как-то заявил он с улыбкой.
— Вряд ли королевская семья настолько обеднела, чтобы продать свою
резиденцию в Шотландии, — сказал Ник с постным лицом, полагая, что
Ричард зашел чересчур далеко в своих аппетитах: должно же быть и что-то
святое! Ему вдруг вспомнилось, как живо интересовалась местными
достопримечательностями и легендами, окутывающими их, Мелисса. Она гостила в
Гленгарри недолго, но хорошо запомнилась всем его обитателям. Ричард задал
ему какой-то вопрос, и Ник спохватился:
— Прости, задумался. Так о чем это ты?
— Меня немного тревожит мое внешнее сходство с Роури, — смущенно
объяснил Ричард. — Боюсь, что, глядя на меня, Шейла все еще думает о
нем. И я не решаюсь сделать ей предложение.
Ник понимал природу его сомнений, но знал, что они беспочвенны. Шейла не
сомневалась в своих чувствах, ей было даже легче общаться с откровенным и
добродушным Ричардом, чем в свое время с неврастеничным и непредсказуемым
Роури.
Не без осторожных шагов Ника в нужном направлении, Шейла вскоре стала носить
новое обручальное кольцо с бриллиантом. Наблюдая за счастливыми влюбленными,
Ник невольно острее ощущал собственное одиночество. И поэтому приезд в
Гленгарри Дейла Купленда, недавно вышедшего в отставку и решившего немного
отдохнуть и развеяться, прежде чем окунуться в бизнес, его чрезвычайно
обрадовал.
— Как я выяснил, преступность — самая быстроразвивающаяся индустрия в
Великобритании, — сообщил Куп Нику однажды, когда они обсуждали
перспективные отрасли для вложения капитала. — Люди живут в страхе, им
требуется защита для них самих и их собственности, и они готовы за нее
платить.
— Думаешь заняться установкой сигнальных систем? — спросил Ник.
— Нет, охранными агентствами. Я уже знаю, из кого вербовать
персональных телохранителей: вокруг полно безработных отставников и
демобилизованных солдат, — ответил Куп.
— Это так, — кивнул Ник. — Армия нянчилась с ними, а теперь,
оказавшись вдруг не у дел, молодые парни с трудом приноравливаются к
самостоятельной жизни.
— Вот они-то и подходят для работы, которую я им предоставлю! — с
жаром воскликнул Куп. — Надеюсь, дела у меня пойдут успешно! Не хочешь
стать моим компаньоном?
— Тебе нужны деньги? Я помогу, — ответил Ник.
— Да я не об этом! Я говорю о настоящем партнерстве! Что скажешь?
— Нет, не могу! У меня здесь слишком много обязанностей, — покачал
головой Ник.
— Это чепуха! Продай имение Ричарду. И отдай ему титул! Ну зачем тебе
такая обуза, скажи на милость? В конце концов, Ричард вполне может сохранить
вашу семейную традицию, он ведь тоже Леннокс!
— Да, разумеется, — кивнул Ник. — Я навел справки, мы с ним
дальние родственники, у нас общие предки.
— И он может стать твоим наследником, насколько я понимаю, —
отметил Куп.
— Это спорный вопрос, он пока еще не решен, — возразил Ник.
— Однако он все же твой родственник! И хочет поселиться в Шотландии.
Продай ему то, что возможно по закону, не дожидаясь решения инстанций, и
пусть об остальном позаботится твой поверенный, — предложил Куп.
— Покойный баронет перевернется в гробу, если я осмелюсь на это, —
задумчиво сказал Ник. — Ведь я многим ему обязан.
— С привидением я спорить не берусь, — заявил Куп и оставил эту
тему.
Однако слова друга прочно засели у Ника в мозгу. Он проконсультировался с
адвокатом и со своим поверенным, побеседовал с управляющим Гленгарри и
спустя несколько дней неожиданно спросил у Ричарда:
— А не хочешь ли ты купить это имение? Шейла ахнула и прикрыла ладошкой
рот от изумления.
А Ричард невозмутимо заявил:
— Назови свою цену!
Свадьба Шейлы и Ричарда состоялась в конце октября, в той же самой церкви,
где она венчалась семь лет назад с Роури. Тогда Ник был шафером на свадьбе,
теперь он стал сватом невесты. Он старался не вспоминать о том, что когда-то
лелеял мечту стать следующим женихом из рода Ленноксов и увидеть в роли
невесты Мелиссу. Заметив, что он подавлен, Шейла отвела Купа в сторонку.
— Не давай ему хандрить в Лондоне! — сказала она. — Познакомь
его с какой-нибудь приличной девушкой, чтобы он забыл о Мелиссе Фаррелл.
— Он все еще страдает по ней? — удивился Куп. — Я давно ему
говорил, что нужно хорошенько напиться, переспать с доступной девицей и
выкинуть эту Мелиссу из головы.
— Он уже пытался это сделать. Только ничего у него не вышло.
— А почему бы ему не попытаться помириться с Мелиссой?
— И это он уже пробовал, — Шейла тяжело вздохнула. — Но что
из этого получилось, ты, возможно, видел сам: ее физиономию тогда
опубликовали все газеты.
— Не может быть! — вытаращился на нее Куп. — Уж не хочешь ли
ты сказать, что тот огромный синяк под глазом — дело его рук? Она ведь
утверждала, что поскользнулась в ванной!
— Ник признался мне, что это случилось по его вине. Но и это еще не
все...
— Боже мой! — ахнул Куп. — Вот уж никогда бы не подумал, что
Ник на такое способен! — Тут он вспомнил, что сейчас не самый
подходящий момент для подобного разговора, и натянуто улыбнулся невесте: —
Не беспокойся, Шейла! Я непременно подберу кого-нибудь для него. Ведь он мне
нужен веселым и здоровым, раз уж мы решили стать компаньонами. Фирма
Купленд и Леннокс
будет вне конкуренции!
—
Леннокс и Купленд
, — поправил друга Ник, услышавший лишь конец
их разговора. — Ведь ты ниже меня по званию, не так ли? — Он
обернулся к Шейле и поцеловал ее в щеку: — Тебя ждет супруг. Желаю вам
счастья!
— Спасибо тебе за все. Ник! — Шейла обняла его и поспешила к
Ричарду.
Свой медовый месяц молодожены решили провести в Кении. До их возвращения в
имении остался за главного Ник, но все свои вещи он потихоньку переправлял в
квартиру в Челси, где намеревался вскоре прочно обосноваться. Сразу же после
свадьбы Купленд вернулся в Лондон и занялся делами их будущей фирмы:
подобрал офис и дал объявление в газете. Отклики на него не заставили себя
долго ждать: нашлось много желающих как работать в ней, так и стать ее
клиентами.
В начале декабря Ник передал хозяйство Ричарду и с огромным облегчением
укатил на юг, строить новую жизнь. Мелиссе уже не суждено было обосноваться
в Гленгарри, он сжег все мосты. Но мысль о том, что он продал имение именно
из-за нее, еще долго не оставляла его, лишая душевного покоя. Ответа на этот
вопрос Ник так и не нашел.
ГЛАВА 11
Хэл никак не мог поверить, что ему так повезло: ведь фактически ему платили
за то, что он наблюдал за игрой Мелиссы! Он знал, что это всего лишь
временный контракт, и вел себя крайне осторожно, чтобы не испортить
отношения с Кэти. Лайзу он тренировал в одиночку, прилагая максимум усилий,
чтобы улучшить ее технику и, наконец, вывести из четвертой десятки в
квалификационной таблице, где она завязла надолго, но для Мелиссы оставался
партнером, пока Кэти сама не попросила его дать свои рекомендации, как
сделать ее рейтинг еще выше.
Регулярные тренировки с участием мужчины — наставника и партнера, тем более
столь опытного игрока, как Хэл, способствовали повышению мастерства Мелиссы:
она стала сильнее бить по мячу и быстрее двигаться на корте. Выиграв еще два
женских одиночных турнира, она надеялась через год стать обладательницей
чемпионского титула турнира
Большой шлем
. Но воспоминания о магической
надписи, оставленной Ником на зеркале, не оставляли ее даже после
изнурительных тренировок: возвращаясь к ней ночью, они, казалось, нарочно
дразнили и возбуждали ее.
Хэл и Лайза пригласили Мелиссу и Джека в Калифорнию на рождественские
каникулы. Но сначала брат и сестра Фаррелл решили навестить родителей, а
заодно и решить некоторые финансовые вопросы со своим агентом Грегом. В
Лондоне они пробыли два дня. Грег пригласил их на обед в ресторан, как назло
— тот же самый, в котором Мелисса когда-то частенько обедала с Ником. От
ресторана до квартиры Ника было всего несколько минут ходьбы, и ее так и
подмывало заглянуть туда, тем более что в сумочке лежала связка ключей.
Было уже холодно и темно, когда они вышли из ресторана. Джек решил вернуться
в гостиницу пешком. Мелисса сказала ему, что ей нужно сделать кое-какие
покупки — подарки для родителей Хэла и Лайзы.
— Только не задерживайся! — сказал Джек. — Нам нужно выехать
в аэропорт не позже половины шестого.
Мелисса помахала ему рукой и нырнула в толпу прохожих.
Подняв воротник пальто, она торопливо пошла по Кингсроуд, высматривая
телефонную будку. Наконец ей повезло — она нашла свободную и набрала номер.
Трубку никто не брал, значит, Ника не было дома. Остаток пути она проделала
едва ли не бегом. Напротив нужного ей подъезда она остановилась и задрала
голову: окна в квартире Ника оказались темными. Собравшись с духом, Мелисса
поднялась по лестнице наверх и, отперев ключом дверь, сразу же включила в
прихожей свет. Воспоминания о проведенном здесь времени охватили ее,
становясь все четче по мере того, как она переходила из комнаты в комнату и
трогала руками знакомые предметы.
На пороге спальни она замерла в нерешительности, вдруг снова почувствовав
себя другой, прежней Мелиссой, какой была полтора года назад, когда впервые
испытала здесь настоящую радость любви.
Распахнув дверцы гардероба, она уткнулась лицом в твидовый пиджак Ника,
висящий на вешалке: он все еще хранил его запах. Внезапно ее охватила
ярость, и она в сердцах захл
...Закладка в соц.сетях
